Чуров, наблюдая за ней, прикидывал: как бы сказать старушке о том, что всё это - государственная собственность, а не её личные цацки. Но так и не смог подобрать нужных слов.
А Полина Степановна - то колье на себя приложит, то кольца примерит, которые почти все были ей маловаты. И она их - то на мизинец цепляла, то на первый фаланг пальца.
- Мне вот это изумрудное колье нравится, - заявила она, показав его хмурой Аронии. – Представляешь, как оно будет смотреться с моим бальным платьем?
- Представляю, - упавшим голосом сказала та.
Это колье было не только с изумрудами, но и с бриллиантами. А в средине него висел большой зелёный камень, кабошон, вроде, называется. Всё было очень тонкой работы. Перстень был даже нужного размера.
Арония отвернулась – всё эти драгоценности добыты разбоем!
Владислав сочувственно приобнял её. А что тут скажешь – хоть Ратобор и жулик, но решение-то о выемке клада принимала она.
Камушков он Смугляку дал! Как бы ни так!
Но делать нечего, не век же стоять над пустой ямой и не менее пустым сундуком.
Где там ребята? Майор позвонил им, едва начав копать яму – уже должны бы подъехать. К разбитому корыту, вернее – к опустошённому магом сундуку. Ведь Арония уверяла его, что всё будет тип-топ. И Калина подаст им бесценный клад чуть не на блюдце с голубой каёмкой.
Подал!
38.
Полицейские вошли во двор вместе с экспертом, которого они захватили заодно из музея по пути сюда.
Костя и Петро были одеты в полное обмундирование и при оружии – как и полагается стражам порядка при охране особо важных объектов. А Иезекииль Натанович – напротив, был в какой-то затрапезной куртке и резиновых сапогах. Видно, слова майора об огороде, где обнаружен некий клад, он понял слишком буквально. Поздоровавшись с присутствующими, они подошли к майору и стали с ним о чём-то шептаться. Видно, тот вводил их в курс дела: клад есть, но его, вроде, и нет почти.
- О, полицейские! – удивилась Полина Степановна, продолжая любоваться своим перстнем. - Зачем они здесь?
- Бабуль, вы только не волнуйтесь! По закону этот клад принадлежит не нам, а государству, - пояснила Арония, а старушка тут же непроизвольно спрятала руку с кольцом за спину. – Его придётся отдать.
- Как, отдать? Кому? Он же наш! – воскликнула та. - На нашем огороде был!
- Не волнуйтесь, Полина Степановна! Поскольку этот клад найден на территории частного домовладения, вам обязательно выплатят половину его стоимости! А если б он был обнаружен на общественной территории, то нашедшему клад вообще ничего не полагается. Так гласит закон, - подойдя, пояснил ей майор. – Не волнуйтесь - всё будет официально. Его ценность определят специальные эксперты, а пока я пригласил научного сотрудника из музея – Иезекииля Натановича. Он произведёт предварительную оценку его исторической ценности.
- Но мне не надо никаких денег! Пусть государство забирает себе половину клада! Хоть эти жемчуга, что ли! Остальное моё!
И, нагнувшись, Полина Степановна суетливо поделила драгоценности в сундуке на две неравные кучки. В одной, что побольше, оказались жемчужные колье и кольца, в другой, поменьше – всё, что с изумрудами.
- Зачем вы их сюда позвали, майор? Это нечестно! – распрямившись, обиженно сказала Полина Степановна Чурову, покосившись в сторону эксперта и ребят. – Ратобор поступил гораздо благороднее! Он всё нам оставил! А вы…
Майор только хмыкнул, но промолчал – тоже ещё, благодетель нашёлся! Унёс всё, что мог! А эта мелочь, наверное, случайно выпала!
- Бабуля, зачем вам эти изумруды? Куда вы в них пойдёте? Выступать в Доме Ветеранов? – увела разговор в сторону Арония. –Это - музейное достояние!
- Будьте благоразумны, Полина Степановна! – увещевал её и майор. – Мы всё делаем по закону! Вам отдадут половину стоимости.
- А я не хочу по закону! О, я придумала! Потом на те деньги, что нам выплатят,куплю такое же изумрудное колье! – решительно заявила та. – Чтобы передать его Аронии по наследству. Как какая-нибудь графиня! – гордо улыбнулась старушка. – Чтобы она обо мне чаще вспоминала!
- Рано вам о таком думать, бабуля! – отмахнулась девушка. – Я вас и без колье люблю и буду всегда помнить!
- А с колье любила б больше! - упёрлась на своём Полина Степановна.
- Ну, хорошо, купите вы колье. А дальше что? – вмешался Чуров. - Ведь такая старинная вещь может быть только у бандитов – ворованная, из музеев и личных коллекций, - хмыкнул майор. –А они не любят расставаться со своими цацками. Того и гляди, потом придут и заберут у вас свои изумруды обратно.
- Как это – заберут? - не поняла Полина Степановна. - Я не отдам!
- Они согласия не спросят! Просто убьют, чтобы деньги не возвращать. И свидетеля преступления не оставить! – вздохнул он. – Быстро просекут, что защитить вас некому.
- Страсти-то какие! - ужаснулась старушка. - Вы шутите?
- Ни в коем случае! Такое нынче происходит сплошь и рядом. Поэтому, те, кто имеют подобные драгоценности, почти их не носят - прячут от грабителей. В основном - в сейфы и в банковские ячейки, - нагнетал майор. - Уж лучше потратьте свою компенсацию на полезное дело, Полина Степановна. Как говорит Миха…, - споткнулся майор и тут же поправился: - Как говорится – на улучшение быта и ремонт крыши, которая может протечь, - посоветовал он.
- Да? Вы думаете - она протечёт? – Удивилась Полина Степановна. И вздохнула: – Как-то это скучно, майор! Крыш много, а таких вещиц очень мало. Ведь любая крыша когда-нибудь обветшает, а это, - покрутила она в руке сверкающее колье, - будет таким всегда! Жаль, что я не графиня - у меня б такие обязательно были б! И, мне кажется, я всю жизнь что-то подобное носила!
- Но вы же не графиня, бабуля! Вам это кажется! - обняла её девушка.
Та, вздохнув, задумалась.
А Арония с благодарностью посмотрела на Владислава.
Вот это настоящий друг! Не бросил её в беде: бабулю из неволи спас; чуть не с боями забрал их с поляны; с кладом помог разобраться. Хотя его начальник беспрерывно проклятия в него мечет. А Чуров готов был погибнуть - взяв отгулы и приехав её выручать. Чуров – настоящий герой. А Ратобор – лжец и вор!
И именно он помогает ей вразумить бабулю, у которой голову напрочь снесло при виде этих драгоценностей. Повезло ещё, что их тут мало и нет царских корон, которые так подошли бы к её бальному платью. А то одела бы самую сверкающую и никакими силами не удалось бы её снять.
Как хорошо, что рядом с ней сейчас майор Чуров - такой честный, порядочный и надёжный. И что он сейчас увезёт отсюда этот треклятый сундук.
И на этом всё закончится…
Но тут Полина Степановна нагнулась над сундуком и снова взяла колье с изумрудами.
- Бабуля, будьте благоразумны! – стала уговаривать её Арония, уже не зная, что делать. - Эти вещицы красивы, но их блеск обманчив. Все клады созданы разбоем и преступлением! И чем ценнее вещь, чем крупнее камни, тем больше на них крови и слёз людских.
- Ужас какой! – воскликнула старушка, испуганно глядя на колье.
- Давайте, бабуль, положим это обратно в сундук! – мягко уговаривала
девушка. – Пусть поместят его в музей! Чтобы люди любовались им, а не дрались а эти изумруды. И давай отойдём, а то запах от этого сундука какой-то… нехороший! – проговорила она, непроизвольно шагнув в торону.
Арония - и вправду, ощущала некий запах тления. Может, это просто прелой землёй пахнет? Но ей очень хотелось, чтобы этот сундук увезли из её дома прочь. Немедленно!
Полина Степановна, испуганно положив в сундук колье, отошла вслед за ней. Но после этого вся как-то скукожилась, съёжилась. Похоже, теперь её уже вовсе не радовал этот клад, чудесным образом обнаруженный в её огороде.
А далее - по знаку майора, к сундуку подошли эксперт и полицейский Петро.
Иезекииль Натанович, нагнувшись, стал перебирать старинные вещицы и смотреть их на свет. А Петро, заняв пост рядом с сундуком, с интересом наблюдал за этими манипуляциями и иногда, восхищённо покачивал головой.
И тут во дворе появились новые люди, приведённые Костей: перепуганные соседи - Людмила и Николай Цыбульские. И с ними неизвестный мужчина, как оказалось - случайный прохожий с улицы. Кстати, Николай был сегодня на удивление трезв.
И дальше дело по оценке и учёту драгоценностей закипело.
Для этого все присутствующие плотной подковой окружили открытый сундук. Майором сначала была произведена фотосессия и записано видео на телефон – чтобы приложить к отчёту о находке клада в огороде Саниных. Далее эксперт, под охраной полицейских и пристальным контролем присутствующих свидетелей – Цыбульских и прохожего с улицы по фамилии Микоян, произвёл опись ювелирных изделий. Которые были обнаружены Саниными в этом кладе. В руках Иезекииля Натановича эти вещицы поочерёдно так сверкали золотом и камнями, что все от восхищения ахали и тихо переговаривались. Лишь Полина Степановна всё это время стоически отворачивалась. Но когда Иезекииль Натанович достал из сундука изумрудное колье, которое ей так понравилось, она едва слышно всхлипнула и сопроводила печальным взглядом процедуру его помещения в целлофановый пакетик…
Вся эта процедура довольно быстро закончилось.
Всё поставили под какими-то бумажками свои подписи, свидетели – трясущимися руками, и отошли в сторону. Майор и эксперт принялись опечатывать сундук.
И тут-то Людмила Цыбульская мёртвой хваткой вцепилась в Полину Степановну.
- Ну, вы и дураки, Степановна! – тихо сказала она той, стоя рядом возле стены дома. - Зачем эти бриллианты государству сдала? Или немного и себе оставили? - с надеждой спросила она. - Этих цацек для такого сундука маловато будет - только дно прикрыли. А остальное где? – остро глянула она на старушку.
- Да всё тут! - вздохнула Полина Степановна. – Такой сундук и был!
- А, может, всё ж, кое-что к рукам прибрали? – не поверила соседка. – Я ведь никому не скажу! – пообещала она.
- Ничего мы ни к чему не прибрали, Людочка! – печально ответила ей Полина Степановна. – А мне так понравился… этот…как его… Эксперт сказал, мол – изумрудное ожерелье с бриллиантами, кабошоном и фермуаром. Вот! Внучка и майор говорят, что нам за полклада компенсацию дадут. И что себе брать нельзя ничего, а то нам ничего не заплатят, если узнают.
- А кто им сказал бы? Если б по-тихому, а? Нечего тебе было клад сдавать! – гневно сверкнула глазами Людмила. - Мне б тихонько отдали, я б его сховала! А если всё ж кое-что припрятали, то ты знаешь, где я живу – неси мне. Целее будет! – шепнула она старушке.
- Да нет у нас ничего, говорю ж! – отмахнулась та.
- А Белоглазы, что тут жили, тоже свою долю получат? – подойдя к ним, полюбопытствовал Николай Цыбульский. - Может, их предки-казаки этот сундук-то и зарыли? Токо чего ж он пустой-то? Степановна, ты себе, что ль, сундучок камушков отсыпала? – подмигнул он Полине Степановне. – Правильно!
-Так его майор уже таким откопал! – растерялась Полина Степановна. - А я до того к яме и не подходила!
- Говорит же, что не брала! Чего пристал? - заговорщицки толкнула мужа в бок Людмила. И заметила: - И Белоглазы тут не причём! Что они, графья? Откуда у казаков такие цацки возьмутся! На дом-то их глянь! Разве что Аким ограбил кого, когда на войне был? Когда Георгия получил!
- Компенсацию получают только те, кому принадлежит участок. Белоглазы своё право уже утратили, когда дом продали, - сказала Арония, недовольная этой новой делёжкой - хватит с неё свар и разборок.
- То-то за локти себя будут кусать, как узнают! - злорадно заметил Николай. – Что зря за копейки продали!
- Да откуда они узнают-то? – удивилась Полина Степановна.
- Есть общие знакомцы – передадут им, - ехидно хмыкнул сосед.
Но вот сундук с драгоценностями уже опечатан, завёрнут в плёнку – как историческая ценность, и погружен в машину майора.
Владислав, подойдя к Аронии, сказал, что они повезут его в банк - в специально оборудованный блок. Мол, Мерин опасается, что надёжно охраняемого помещения у него под такую историческую ценность нет.
Аронии было всё равно – в банк так в банк. Лишь бы избавиться от этого треклятого клада…
И вот двор Саниных опустел, люди, обсуждая потрясающую новость, разошлись. Он имел теперь плачевный и поруганный вид - снег истоптан, везде кучи земли, под вишней и сливой ямы, лопаты и ломики брошены...
Вот и отлично! Зато легко дышится.
Арония зашла в дом и, упав на диван, уснула.
Чем в это время занималась Полина Степановна, она не знала. Может, оплакивала свои изумруды. Но, по крайней мере, из кухни было слышно тихое бряканье посуды. Может, чаёвничала бабуля - для успокоения нервов.
Но сначала Арония ещё немного позлилась. Ведь майор, уезжая, поделился с ней ещё одной сногсшибательной новостью:
Возможно, что драгоценности в сундуке оказались… фальшивыми. То есть, они были настоящие – и золото, и камни, но, что называется – новодел. То есть, они были сделаны недавно, а не сто пятьдесят лет назад. И, тем более - не тысячи. Да и камни, возможно, изготовлены по новым технологиям. То есть – изумруды и бриллианты искусственные, выращенные. И цена у них совсем другая. Конечно, как говорил Иезекииль Натанович - необходимо будет провести геммологическую экспертизу камней и прочие проверки на древность этих вещиц. Но он, Чуров, верит в его чутьё.
Что ж, выходит, и тут Ратобор их обманул? Подменил даже те драгоценности, что оставил в сундуке?
Есть ли слова, которые опишут всю подлость этого негодяя?
Хотя, какая ей разница? Пусть хоть всё забирает! Она же не собиралась носить эти драгоценности, как бабуля – в Дом Ветеранов. Их носить нельзя, а то, как говорит Калина – смертью помрёшь. Но с идеей внести свои миллионы в какой-нибудь Детский фонд, придётся проститься. Хотя, можно сказать – и тут маг о ней позаботился. Меньше суеты и волнений у неё будет. Поди, найди ещё такую «гильдию», в которую сбились бы порядочные купчины…
Арония мирно задремала…
А под вечер на Профсоюзную приехал майор Чуров.
Он вошёл, не позвонив в звонок, что был на калитке. С опаской дошёл до приоткрытой двери дома. Кляня себя, что не оставил здесь хоть Костю – для охраны, заглянул и вошёл.
- Есть кто дома? – с волнением крикнула он в пространство прихожки.
Сначала из кухни выглянула Полина Степановна.
- Есть! – с недоумением сказала она.
Потом вышла из своей комнаты заспанная Арония, придерживая на плечах плед.
- Это ты, Владислав? Что-то случилось? – спросила она. – Почему ты не позвонил?
- Ещё спрашиваешь! – возмутился майор. – Калитка у вас настежь, дом открыт! Я уж боялся, что вас снова похитили! Предлагаю вам перебраться к нам - хотя бы на несколько ночей, - заявил он. – Неспокойно мне что-то!
- Почему? - удивилась Арония.
А Полина Степановна с недоумением спросила:
– Зачем это – к вам? Нам и тут хорошо!
- Пока, наверное – да, неплохо. Но, не думаю, что надолго, - хмыкнул Чуров и, в ответ на приглашающий жест Полины Степановны, войдя в кухню, сел в кресло в углу. Обе хозяйки дома его окружили, вопросительно глядя. - Ведь весть о баснословном кладе, найденном в вашем огороде, уже разнеслась по всей округе, - заявил он.
- Как – по округе? И почему - баснословном? – удивились те. – Там же всего лишь несколько колье и колец!
- Эх, не знаете вы жизни! - заявил Чуров.
А Полина Степановна - то колье на себя приложит, то кольца примерит, которые почти все были ей маловаты. И она их - то на мизинец цепляла, то на первый фаланг пальца.
- Мне вот это изумрудное колье нравится, - заявила она, показав его хмурой Аронии. – Представляешь, как оно будет смотреться с моим бальным платьем?
- Представляю, - упавшим голосом сказала та.
Это колье было не только с изумрудами, но и с бриллиантами. А в средине него висел большой зелёный камень, кабошон, вроде, называется. Всё было очень тонкой работы. Перстень был даже нужного размера.
Арония отвернулась – всё эти драгоценности добыты разбоем!
Владислав сочувственно приобнял её. А что тут скажешь – хоть Ратобор и жулик, но решение-то о выемке клада принимала она.
Камушков он Смугляку дал! Как бы ни так!
Но делать нечего, не век же стоять над пустой ямой и не менее пустым сундуком.
Где там ребята? Майор позвонил им, едва начав копать яму – уже должны бы подъехать. К разбитому корыту, вернее – к опустошённому магом сундуку. Ведь Арония уверяла его, что всё будет тип-топ. И Калина подаст им бесценный клад чуть не на блюдце с голубой каёмкой.
Подал!
38.
Полицейские вошли во двор вместе с экспертом, которого они захватили заодно из музея по пути сюда.
Костя и Петро были одеты в полное обмундирование и при оружии – как и полагается стражам порядка при охране особо важных объектов. А Иезекииль Натанович – напротив, был в какой-то затрапезной куртке и резиновых сапогах. Видно, слова майора об огороде, где обнаружен некий клад, он понял слишком буквально. Поздоровавшись с присутствующими, они подошли к майору и стали с ним о чём-то шептаться. Видно, тот вводил их в курс дела: клад есть, но его, вроде, и нет почти.
- О, полицейские! – удивилась Полина Степановна, продолжая любоваться своим перстнем. - Зачем они здесь?
- Бабуль, вы только не волнуйтесь! По закону этот клад принадлежит не нам, а государству, - пояснила Арония, а старушка тут же непроизвольно спрятала руку с кольцом за спину. – Его придётся отдать.
- Как, отдать? Кому? Он же наш! – воскликнула та. - На нашем огороде был!
- Не волнуйтесь, Полина Степановна! Поскольку этот клад найден на территории частного домовладения, вам обязательно выплатят половину его стоимости! А если б он был обнаружен на общественной территории, то нашедшему клад вообще ничего не полагается. Так гласит закон, - подойдя, пояснил ей майор. – Не волнуйтесь - всё будет официально. Его ценность определят специальные эксперты, а пока я пригласил научного сотрудника из музея – Иезекииля Натановича. Он произведёт предварительную оценку его исторической ценности.
- Но мне не надо никаких денег! Пусть государство забирает себе половину клада! Хоть эти жемчуга, что ли! Остальное моё!
И, нагнувшись, Полина Степановна суетливо поделила драгоценности в сундуке на две неравные кучки. В одной, что побольше, оказались жемчужные колье и кольца, в другой, поменьше – всё, что с изумрудами.
- Зачем вы их сюда позвали, майор? Это нечестно! – распрямившись, обиженно сказала Полина Степановна Чурову, покосившись в сторону эксперта и ребят. – Ратобор поступил гораздо благороднее! Он всё нам оставил! А вы…
Майор только хмыкнул, но промолчал – тоже ещё, благодетель нашёлся! Унёс всё, что мог! А эта мелочь, наверное, случайно выпала!
- Бабуля, зачем вам эти изумруды? Куда вы в них пойдёте? Выступать в Доме Ветеранов? – увела разговор в сторону Арония. –Это - музейное достояние!
- Будьте благоразумны, Полина Степановна! – увещевал её и майор. – Мы всё делаем по закону! Вам отдадут половину стоимости.
- А я не хочу по закону! О, я придумала! Потом на те деньги, что нам выплатят,куплю такое же изумрудное колье! – решительно заявила та. – Чтобы передать его Аронии по наследству. Как какая-нибудь графиня! – гордо улыбнулась старушка. – Чтобы она обо мне чаще вспоминала!
- Рано вам о таком думать, бабуля! – отмахнулась девушка. – Я вас и без колье люблю и буду всегда помнить!
- А с колье любила б больше! - упёрлась на своём Полина Степановна.
- Ну, хорошо, купите вы колье. А дальше что? – вмешался Чуров. - Ведь такая старинная вещь может быть только у бандитов – ворованная, из музеев и личных коллекций, - хмыкнул майор. –А они не любят расставаться со своими цацками. Того и гляди, потом придут и заберут у вас свои изумруды обратно.
- Как это – заберут? - не поняла Полина Степановна. - Я не отдам!
- Они согласия не спросят! Просто убьют, чтобы деньги не возвращать. И свидетеля преступления не оставить! – вздохнул он. – Быстро просекут, что защитить вас некому.
- Страсти-то какие! - ужаснулась старушка. - Вы шутите?
- Ни в коем случае! Такое нынче происходит сплошь и рядом. Поэтому, те, кто имеют подобные драгоценности, почти их не носят - прячут от грабителей. В основном - в сейфы и в банковские ячейки, - нагнетал майор. - Уж лучше потратьте свою компенсацию на полезное дело, Полина Степановна. Как говорит Миха…, - споткнулся майор и тут же поправился: - Как говорится – на улучшение быта и ремонт крыши, которая может протечь, - посоветовал он.
- Да? Вы думаете - она протечёт? – Удивилась Полина Степановна. И вздохнула: – Как-то это скучно, майор! Крыш много, а таких вещиц очень мало. Ведь любая крыша когда-нибудь обветшает, а это, - покрутила она в руке сверкающее колье, - будет таким всегда! Жаль, что я не графиня - у меня б такие обязательно были б! И, мне кажется, я всю жизнь что-то подобное носила!
- Но вы же не графиня, бабуля! Вам это кажется! - обняла её девушка.
Та, вздохнув, задумалась.
А Арония с благодарностью посмотрела на Владислава.
Вот это настоящий друг! Не бросил её в беде: бабулю из неволи спас; чуть не с боями забрал их с поляны; с кладом помог разобраться. Хотя его начальник беспрерывно проклятия в него мечет. А Чуров готов был погибнуть - взяв отгулы и приехав её выручать. Чуров – настоящий герой. А Ратобор – лжец и вор!
И именно он помогает ей вразумить бабулю, у которой голову напрочь снесло при виде этих драгоценностей. Повезло ещё, что их тут мало и нет царских корон, которые так подошли бы к её бальному платью. А то одела бы самую сверкающую и никакими силами не удалось бы её снять.
Как хорошо, что рядом с ней сейчас майор Чуров - такой честный, порядочный и надёжный. И что он сейчас увезёт отсюда этот треклятый сундук.
И на этом всё закончится…
Но тут Полина Степановна нагнулась над сундуком и снова взяла колье с изумрудами.
- Бабуля, будьте благоразумны! – стала уговаривать её Арония, уже не зная, что делать. - Эти вещицы красивы, но их блеск обманчив. Все клады созданы разбоем и преступлением! И чем ценнее вещь, чем крупнее камни, тем больше на них крови и слёз людских.
- Ужас какой! – воскликнула старушка, испуганно глядя на колье.
- Давайте, бабуль, положим это обратно в сундук! – мягко уговаривала
девушка. – Пусть поместят его в музей! Чтобы люди любовались им, а не дрались а эти изумруды. И давай отойдём, а то запах от этого сундука какой-то… нехороший! – проговорила она, непроизвольно шагнув в торону.
Арония - и вправду, ощущала некий запах тления. Может, это просто прелой землёй пахнет? Но ей очень хотелось, чтобы этот сундук увезли из её дома прочь. Немедленно!
Полина Степановна, испуганно положив в сундук колье, отошла вслед за ней. Но после этого вся как-то скукожилась, съёжилась. Похоже, теперь её уже вовсе не радовал этот клад, чудесным образом обнаруженный в её огороде.
А далее - по знаку майора, к сундуку подошли эксперт и полицейский Петро.
Иезекииль Натанович, нагнувшись, стал перебирать старинные вещицы и смотреть их на свет. А Петро, заняв пост рядом с сундуком, с интересом наблюдал за этими манипуляциями и иногда, восхищённо покачивал головой.
И тут во дворе появились новые люди, приведённые Костей: перепуганные соседи - Людмила и Николай Цыбульские. И с ними неизвестный мужчина, как оказалось - случайный прохожий с улицы. Кстати, Николай был сегодня на удивление трезв.
И дальше дело по оценке и учёту драгоценностей закипело.
Для этого все присутствующие плотной подковой окружили открытый сундук. Майором сначала была произведена фотосессия и записано видео на телефон – чтобы приложить к отчёту о находке клада в огороде Саниных. Далее эксперт, под охраной полицейских и пристальным контролем присутствующих свидетелей – Цыбульских и прохожего с улицы по фамилии Микоян, произвёл опись ювелирных изделий. Которые были обнаружены Саниными в этом кладе. В руках Иезекииля Натановича эти вещицы поочерёдно так сверкали золотом и камнями, что все от восхищения ахали и тихо переговаривались. Лишь Полина Степановна всё это время стоически отворачивалась. Но когда Иезекииль Натанович достал из сундука изумрудное колье, которое ей так понравилось, она едва слышно всхлипнула и сопроводила печальным взглядом процедуру его помещения в целлофановый пакетик…
Вся эта процедура довольно быстро закончилось.
Всё поставили под какими-то бумажками свои подписи, свидетели – трясущимися руками, и отошли в сторону. Майор и эксперт принялись опечатывать сундук.
И тут-то Людмила Цыбульская мёртвой хваткой вцепилась в Полину Степановну.
- Ну, вы и дураки, Степановна! – тихо сказала она той, стоя рядом возле стены дома. - Зачем эти бриллианты государству сдала? Или немного и себе оставили? - с надеждой спросила она. - Этих цацек для такого сундука маловато будет - только дно прикрыли. А остальное где? – остро глянула она на старушку.
- Да всё тут! - вздохнула Полина Степановна. – Такой сундук и был!
- А, может, всё ж, кое-что к рукам прибрали? – не поверила соседка. – Я ведь никому не скажу! – пообещала она.
- Ничего мы ни к чему не прибрали, Людочка! – печально ответила ей Полина Степановна. – А мне так понравился… этот…как его… Эксперт сказал, мол – изумрудное ожерелье с бриллиантами, кабошоном и фермуаром. Вот! Внучка и майор говорят, что нам за полклада компенсацию дадут. И что себе брать нельзя ничего, а то нам ничего не заплатят, если узнают.
- А кто им сказал бы? Если б по-тихому, а? Нечего тебе было клад сдавать! – гневно сверкнула глазами Людмила. - Мне б тихонько отдали, я б его сховала! А если всё ж кое-что припрятали, то ты знаешь, где я живу – неси мне. Целее будет! – шепнула она старушке.
- Да нет у нас ничего, говорю ж! – отмахнулась та.
- А Белоглазы, что тут жили, тоже свою долю получат? – подойдя к ним, полюбопытствовал Николай Цыбульский. - Может, их предки-казаки этот сундук-то и зарыли? Токо чего ж он пустой-то? Степановна, ты себе, что ль, сундучок камушков отсыпала? – подмигнул он Полине Степановне. – Правильно!
-Так его майор уже таким откопал! – растерялась Полина Степановна. - А я до того к яме и не подходила!
- Говорит же, что не брала! Чего пристал? - заговорщицки толкнула мужа в бок Людмила. И заметила: - И Белоглазы тут не причём! Что они, графья? Откуда у казаков такие цацки возьмутся! На дом-то их глянь! Разве что Аким ограбил кого, когда на войне был? Когда Георгия получил!
- Компенсацию получают только те, кому принадлежит участок. Белоглазы своё право уже утратили, когда дом продали, - сказала Арония, недовольная этой новой делёжкой - хватит с неё свар и разборок.
- То-то за локти себя будут кусать, как узнают! - злорадно заметил Николай. – Что зря за копейки продали!
- Да откуда они узнают-то? – удивилась Полина Степановна.
- Есть общие знакомцы – передадут им, - ехидно хмыкнул сосед.
Но вот сундук с драгоценностями уже опечатан, завёрнут в плёнку – как историческая ценность, и погружен в машину майора.
Владислав, подойдя к Аронии, сказал, что они повезут его в банк - в специально оборудованный блок. Мол, Мерин опасается, что надёжно охраняемого помещения у него под такую историческую ценность нет.
Аронии было всё равно – в банк так в банк. Лишь бы избавиться от этого треклятого клада…
И вот двор Саниных опустел, люди, обсуждая потрясающую новость, разошлись. Он имел теперь плачевный и поруганный вид - снег истоптан, везде кучи земли, под вишней и сливой ямы, лопаты и ломики брошены...
Вот и отлично! Зато легко дышится.
Арония зашла в дом и, упав на диван, уснула.
Чем в это время занималась Полина Степановна, она не знала. Может, оплакивала свои изумруды. Но, по крайней мере, из кухни было слышно тихое бряканье посуды. Может, чаёвничала бабуля - для успокоения нервов.
Но сначала Арония ещё немного позлилась. Ведь майор, уезжая, поделился с ней ещё одной сногсшибательной новостью:
Возможно, что драгоценности в сундуке оказались… фальшивыми. То есть, они были настоящие – и золото, и камни, но, что называется – новодел. То есть, они были сделаны недавно, а не сто пятьдесят лет назад. И, тем более - не тысячи. Да и камни, возможно, изготовлены по новым технологиям. То есть – изумруды и бриллианты искусственные, выращенные. И цена у них совсем другая. Конечно, как говорил Иезекииль Натанович - необходимо будет провести геммологическую экспертизу камней и прочие проверки на древность этих вещиц. Но он, Чуров, верит в его чутьё.
Что ж, выходит, и тут Ратобор их обманул? Подменил даже те драгоценности, что оставил в сундуке?
Есть ли слова, которые опишут всю подлость этого негодяя?
Хотя, какая ей разница? Пусть хоть всё забирает! Она же не собиралась носить эти драгоценности, как бабуля – в Дом Ветеранов. Их носить нельзя, а то, как говорит Калина – смертью помрёшь. Но с идеей внести свои миллионы в какой-нибудь Детский фонд, придётся проститься. Хотя, можно сказать – и тут маг о ней позаботился. Меньше суеты и волнений у неё будет. Поди, найди ещё такую «гильдию», в которую сбились бы порядочные купчины…
Арония мирно задремала…
***
А под вечер на Профсоюзную приехал майор Чуров.
Он вошёл, не позвонив в звонок, что был на калитке. С опаской дошёл до приоткрытой двери дома. Кляня себя, что не оставил здесь хоть Костю – для охраны, заглянул и вошёл.
- Есть кто дома? – с волнением крикнула он в пространство прихожки.
Сначала из кухни выглянула Полина Степановна.
- Есть! – с недоумением сказала она.
Потом вышла из своей комнаты заспанная Арония, придерживая на плечах плед.
- Это ты, Владислав? Что-то случилось? – спросила она. – Почему ты не позвонил?
- Ещё спрашиваешь! – возмутился майор. – Калитка у вас настежь, дом открыт! Я уж боялся, что вас снова похитили! Предлагаю вам перебраться к нам - хотя бы на несколько ночей, - заявил он. – Неспокойно мне что-то!
- Почему? - удивилась Арония.
А Полина Степановна с недоумением спросила:
– Зачем это – к вам? Нам и тут хорошо!
- Пока, наверное – да, неплохо. Но, не думаю, что надолго, - хмыкнул Чуров и, в ответ на приглашающий жест Полины Степановны, войдя в кухню, сел в кресло в углу. Обе хозяйки дома его окружили, вопросительно глядя. - Ведь весть о баснословном кладе, найденном в вашем огороде, уже разнеслась по всей округе, - заявил он.
- Как – по округе? И почему - баснословном? – удивились те. – Там же всего лишь несколько колье и колец!
- Эх, не знаете вы жизни! - заявил Чуров.
