- Просто рыба-таран! – согласился Сэмэл.
- Махрово! Усато!– подтвердили студенты.
- Махрово, конечно, о чём разговор! – усмехнулся доктор Донэл. – Так что учитесь, молодёжь, как надо относиться к своей работе! Даже в музее есть место подвигу и прорыву в неизведанное! И безвестный стажёр может далеко пойти, благодаря любознательности и энтузиазму! Впрочем, как и найденная им скульптура! – Ещё раз подмигнул он.
– Скульптура? И куда же она пошла? – озадачился кто-то.
- И в чём причина её роста?– зашумела аудитория.
– Она что, живая? Но вы же говорили – каменная! Кремниевая?
- Ещё раз повторяю – во Вселенной всё живое, что меняется! – поучительно поднял руку доктор Донэл. - Вот, кстати ещё один повод усомниться в правомерности деления материи на живую и неживую. Была скульптура, неживой камень, а потом – раз и, подобно растению, взял и вырос, поразив всех нестандартностью размеров и не банальностью поведения.
- Но как же это произошло?
- Сложный вопрос, - развёл руками доктор Донэл. - Даже вовсе неразрешимый, как оказалось. Чтобы разгадать тайну взбунтовавшегося музейного экспоната и объяснить этот феномен, множество талантливых учёных изучали его вдоль и поперёк. Но тщетно - не разгадали и не объяснили. Вот, взгляните.
И студенты увидели каменного гиганта, вернее – кошку-гигантку, упирающуюся мощными формами в стены и потолок помещения, и с бесстрастным видом взирающую вдаль. Вернее - в стену, но всё равно казалось, что это даль. Затем, когда габариты помещения были срочно расширены, а вокруг подросшей Малышки спешно соорудили смотровые галереи, облепленные сложной аппаратурой и оккупированные ордами озадаченных учёных. А сверху, сквозь прозрачный купол, на этот внезапно разросшийся осколок безвестной цивилизации взирали толпы любопытных. Казалось, вся Итта - а может и вся галактика Тиуана - прибыла посмотреть на это чудо.
- Ого! Народу-то! – восхитилась аудитория. – Как рыбы на нересте! А приборов-то! Будто гальки на берегу! И всё это попусту? Тайну Малышки Моэмы так и не разгадали? Почему?
- Наука оказалась бессильна изрекать что-либо при полном отсутствии информации, - усмехнулся доктор Донэл. – Ведь Малышка Моэма, несмотря на все усилия учёных заставить её открыть свою тайну, осталась безмолвна, - развёл руками Донэл. - Обследование и сканирование всех её подросших форм и окружающего пространства никому и ничего не дали. Кроме невыразительных цифр, неспособных прояснить происшедшие перемены. Ведь первоначально её никто не изучал. А в настоящий момент изнутри, как и снаружи, был один только камень. Кремний с незначительными примесями. У статуи полностью отсутствовали аномальные пси, электро- и магнитные излучения. Не было к ней и притока энергии извне или от чего бы то ни было из окружающего пространства, способствующего её росту. Как и подозрительной убыли минералов и микроэлементов. И хотя её масса выросла в двадцать тысяч раз, она, очевидно, для этого процесса не нуждалась ни в ком и ни в чём. Росла себе тихо и мирно, сама по себе, по неведомым скальным законам в музейной тиши.
- Из чистой вредности, наверное! – хихикнул Сэмэл.
- Ага! - поддержала его Танита. - Чтобы насолить забывчивым архивариусам!
- Именно так - забывчивым! Осмыслите это, друзья! – воскликнул доктор Донэл. – Почти триста тысяч витков! При отсутствии какого-либо общения, глядя в стену, никому не нужная и не интересная Малышка Моэма вдруг взяла и вымахала в тысячи раз! А может и не вдруг. И потом, когда она, наконец, получила в избытке общения и невероятного внимания, она вдруг взяла и… ушла. Исчезла!
- Как? Куда исчезла? – вскричала аудитория.
- Да-да, так и написано, - подтвердил Сэмэл, - «артефакт неизвестной цивилизации Моэмы утрачен необъяснимым образом и в неизвестном направлении».
- Как – утрачен? – возмутилась Мэла. – А куда музейные работники смотрели?
- Как всегда – они всё прозевали. А куда исчезла? Этого не знают даже лучшие умы галактики! – пояснил довольный эффектом доктор Донэл. - А как… Это хороший вопрос, но также очень непростой.
- Скульптура? – всё ещё не верила Мэла. – Но… зачем?
- Об этом надо бы у неё самой спросить, - улыбнулся доктор Донэл. – Но, боюсь, она не ответит. Характер у неё не общительный.
- Жаль! Вот бы её увидеть хоть разок! – размечталась Лана.
- Может, и увидишь. Ведь сенсации от Малышки Моэмы ещё не закончились! – заявил, усмехаясь, доктор Донэл. – Кое-кто всё же видел её.
- Где? Когда?
– Вы не поверите – в тысячах парсеках от нашей галактики, на одной малоизвестной малюсенькой планетке по имени Марс! И спустя всего лишь каких-то две сотни витков после её исчезновения. То есть – практически мгновенно, если брать временные масштабы, в которых существуют загадочные скульптуры с Моэмы.
- Где же эта планетка зависает? – задал вопрос Сэмэл. – Может, наша Лана слетает туда к Малышке Моэме в гости?
- В галактике под названием Млечный Путь, в рукаве Ориона, в системе жёлтого карлика - звезды по имени Солнце. Марс – древняя планета, на которой, из-за потери атмосферы, уже нет жизни. Я привожу здесь названия, принятые разумными обитателями солнечной системы, поскольку своих мы не изобретаем. Для далёких небесных объектов, как известно, у нас имеются только безликие цифровые обозначения.
- Карлика-Солнца? – удивилась Танита. – Но зачем? Чем он лучше нашего Фоона? И как Моэма там оказалась?
- Как – неизвестно, зачем – тем более. Эта Малышка весьма неразговорчива, - усмехнулся Донэл.
- Далековато забралась! – прокомментировала Танита. – А как её там обнаружили, почтенный доктор Донэл?
- Случайно. В солнечной системе, на спутнике планеты Земля, Луне, существует наша НБ – Наблюдательная База. Поскольку Земля является планетой, представляющей для Итты особый интерес. Вот во время одной из плановых экспедиций к ней, мы и обнаружили Малышку Моэму на соседнем Марсе.
- И что она там делает? – спросила Танита.
- Как всегда – сидит, - развёл руками доктор Донэл. - Или, скорее – лежит, - пожал он плечами. - И смотрит в сторону восхода уже другого светила. Прошу взглянуть: - И студенты увидели пустынную панораму незнакомой планеты, с восседающей посреди песков задумчивой махиной-Малышкой, с гирляндой проводов и датчиков на шее. Как будто это была Гирлянда Героя, какими награждали на Итте особо отличившиеся моллюсков. А что ж - заслужила
- О, Святые Мудрецы! – воскликнул Сэмэл. – Ей везде дом! Как будто там она и была!
- А как поживают остальные скульптуры на Моэме? – спросила Мэла. – Ведь их там было много. Возможно, изучив их, учёным бы удалось разгадать феномен Малышки.
- Да, когда-то их было очень много. Но каких и сколько именно, увы – никто не удосужился не только изучить, но и посчитать, - кивнул доктор Донэл. – Никому это даже и на ум не пришло. Считалось, что они не представляют особой художественной ценности и для изучения достаточно одного экземпляра. Но после странной находки в музее и её исчезновения о планете Моэма вспомнили. И туда слетала наша вторая экспедиция.
- Как - вторая? Всего-то спустя двести пятьдесят тысяч витков? – удивилась Лана. – Почему не раньше?
- Но вы же знаете - в КС входят сотни тысяч цивилизаций, требующих внимания. И как много задач у наших Космических Служб, – вздохнул Донэл. - А за его пределами, неизученных, ещё больше. Трудно объять необъятное.
- И что же было дальше? – спросили слушатели. - Изучили? Посчитали? Выяснили?
- Ничего этого сделать не удалось.
- Что, древний космолёт-горелка не долетел? – хмыкнул Сэмэл.
- Долетел-таки, - улыбнулся Донэл. - Но компания скульптур его не дождалась. Наверное, обиделись на невнимание, покинув планету раньше. На Моэме теперь нет Моэм – там не было обнаружено ни одной! – гордо заявил Донэл, как будто сам только что успешно спрятал их от любопытных учёных.
- Не может быть! – ахнула аудитория.
- А вот взглянете сами!
И Донэл продемонстрировал им пустынную панораму, заснятую этой экспедицией. Перед взором зрителей раскинулась лишь раскалённая каменистая пустыня, однообразно расстилающаяся во всех направлениях
– И даже завалящего малюсенького Младенца Моэмчика не нашлось? – удивилась Мэла.
- Увы! – развёл руками доктор Донэл.
- Жаль! – вздохнули все.
- Согласен. Но не расстраивайтесь, это ещё не все приключения Моэм!– заверил лектор. - Некоторые скульптуры потом, всё же, нашлись! Но не все! И не сразу! И не близко!
- Ого! Как это? И где?
- Да-да, я и об этом читал! – воскликнул Сэмэл. – Забавные такие скульптурки. Странники Моэмы!
20. Странники Моэмы
- Именно так - Странники Моэмы, – кивнул Донэл. – Это теперь их официальное название. Оригинальнее ничего не смогли придумать: Моэмы с Моэмы, - улыбнулся он. - Этих Странников обнаруживают теперь повсюду: на планетах, на астероидах, на безвестных спутниках. И всегда он находится в гордом одиночестве. А между точками, где они найдены - сотни и тысячи парсеков. Для отображения их миграции в Космических Службах существует даже специальная карта, названная она так же оригинально: «Странники Моэмы». На ней астронавты отмечают координаты каждого найденного Странника, а также - его габариты, местоположение, направление и скорость движения объекта. Но эта карта мгновенно устаревает, ведь Моэмы там долго не задерживаются, неожиданная исчезая. Иногда за ними даже устанавливалось автоматическое видеонаблюдение – чтобы зафиксировать скорость роста и дату его исчезновения. Или, скорее - дату фиксации регистрации этого события. Но тщетно. Потому что ещё ни разу, даже с помощью автоматов наблюдения, не было зафиксировал: как и когда это происходило.
- Вот так фокус! – раздались удивлённые голоса. – Бульбистые плясуны!
- Ещё какие бульбистые! – согласился доктор Донэл. – Так что из научных данных о Странниках Моэма в настоящее время есть две константы – они растут, непонятно как, и исчезают неизвестно куда и также непонятно как.
- Но почему же камеры не фиксируют их исчезновения, почтенный доктор Донэл ? – удивилась Лана. – Автоматы ломаются?
- Нет, они исправны. Но, как правило, приборы продолжают транслировать картинку присутствия Моэма даже после его исчезновения. Почему так, тоже неизвестно.
- И сколько Странников Момов обнаружено? – спросила Лана.
- Стоянок Моэмов! Причём - временных, - поправил её доктор Донэл. – И, вполне возможно, один и тот же странник фиксировался на разных стоянках неоднократно. Ведь их габариты и вес всё время меняются. Только Малышка со своими проводами отличается. Лишь потом догадались ставить на них метки. Но, похоже, они исчезают. И пока таких сомнительных стоянок не менее сомнительных Странников Моэма на одноимённой карте зарегистрировано около двухсот.
- А всё же - сколько их было на Моэме? Хотя бы примерно? – спросила Танита.
- Увы! Это даже приблизительно неизвестно, – развёл руками Донэл. - Никто ж не думал, что они способны оттуда... улетучиться. Эти милые молчуны Моэмы нас, как всегда, оставляют в дураках. Сейчас некоторые учёные полагают, что всего их было около пяти сотен. Но это тоже сомнительно.
- А где же остальные, почтенный доктор?
- Вселенная велика, - развёл руками доктор Донэл. - Иногда Моэмов встречают летящими даже на кометах, не имеющих постоянной траектории! Возможно, это и есть их транспорт, доставляющий Моэмов в разные точки Вселенной. Так сказать, их грузо-кабинки.
- И каждая из Моэм путешествует одна?
- Именно так! Это их традиция – быть в одиночестве. Массовое присутствие Странников на планете Моэма теперь является ещё одной загадкой этой… м-м-цивилизации, - пожал плечами Донэл. - Или, может,… сообщества индивидуумов, так сказать. Зарегистрирован лишь один случай, когда два Моэма оказались не то чтобы поблизости, но, по крайней мере - в одной звёздной системе. И тут опять отличилась наша Малышка Моэма. В то время как она находилась на Марсе, рядом, на Земле был обнаружен ещё один Странник. Это уникальный случай. Хотя Странник, находящийся на Земле, был в сотни раз меньше нашей марсианской Малышки. Крошка Моэм – такое название присвоили ему на карте Странников Моэмы, Земляне назвали его Сфинксом. И это самая большая скульптура на их планете. Они до сих пор гадают, кто же его создал.
И он показал аудитории Крошка Моэма - Сфинкса. Он невозмутимо восседал в пустыне, как бы неся охрану нескольких пирамид, будучи со всех сторон облеплен множеством любопытствующих землян. Совсем как Малышка Моэма когда-то в Межгалактическом Музее.
- Похоже, наши Моэмы везде привлекают внимание! – усмехнулся Сэмэл.
- У этого их Сфинкса что-то с лицом, - расстроилась Мэла. – Что они с ним сделали? Он поранен? Да и сам весь в шрамах. Что это с ним?
- Земляне – отсталая цивилизация. И это следы их активного внимания к своей ценной реликвии. Поскольку за него периодически спорили их конкурирующие религии, - пояснил доктор Донэл. – Одни ненавидели и боялись Сфинкса - Крошку, откалывая от него куски и нанося удары. Другие хотели, чтобы он был похож на их местных царей, и приделывали ему их атрибуты – бородки, короны, а также раскрашивали его в цвета власти. Третьи, кому не удалось его разрушить, засыпали песком. Иногда о нём забывали на целые века. А потом откапывали. Хотя, кто знает – может на эти века Крошка Моэм просто покидал Землю.
- А почему он совсем не улетел оттуда? – сердито воскликнула Лана. – Ну, или что они там делают. Зачем терпел всё это? Весь в шрамах!
- У него, как видно, свои планы. Сфинкс попросту игнорирует землян, как когда-то Малышка Моэма – наш музей. И невозмутимо продолжает смотреть в ту сторону, откуда поднимается их Солнце. Ведёт себя как взрослый, не обращающий внимания на ужимки прыгающих вокруг него детей.
- Я хочу попасть туда – на Марс и Землю. И познакомиться с Моэмами! – заявила Лана.
- Увы! К одному ты уже опоздала. Неизвестно, дождётся ли второй, пока ты окончишь университет,– усмехнулся доктор Донэл.
- Кто сбежал? Сфинкс?
- Нет, пока только Малышка Моэма. Сфинкс на месте.
- А земляне знали о Моэме? – спросил кто-то. – Или они ещё не имеют выхода в космос и не посещают соседние планеты?
- Пока только делают попытки. Но у них есть телескопы и они успели заметить на Марсе нашу Малышку, посчитав её ещё одним Сфинксом. И страшно из-за этого запаниковали.
- Чем же она их испугала?
- Своей идентичностью с их Сфинксом, - пояснил доктор. – И теперь у них добавились весьма неприятные для них версии. Они ведь так и не поняли его предназначения и до сих пор спорят о его происхождении и возрасте. Как видно, Моэмы и у них интуитивно вызывают недоверие. Одно время они даже пытались поклоняться Сфинксу, но вскоре, не ощутив никакой помощи, разочаровались в нём. Вот тогда-то они и засыпали Сфинкса песком.
- Не ощутили помощи? И не они первые! От них всегда одни лишь загадки и ребусы! – фыркнул Сэмэл.
– А что же их напугало в нашей Малышке? Ведь она была от них довольно далеко, - спросила Танита.
- Земляне посчитали марсианского гиганта, которого видно даже в телескоп, творением инопланетян, наблюдающих за ними из космоса и строящих планы о захвате их планеты.
- Вот ещё! – фыркнула Мэла. - Кому нужна их планетка? Чем она богата?
- Да ничем, особо. Но таковы уж эти земляне – всех подозревают.
- Махрово! Усато!– подтвердили студенты.
- Махрово, конечно, о чём разговор! – усмехнулся доктор Донэл. – Так что учитесь, молодёжь, как надо относиться к своей работе! Даже в музее есть место подвигу и прорыву в неизведанное! И безвестный стажёр может далеко пойти, благодаря любознательности и энтузиазму! Впрочем, как и найденная им скульптура! – Ещё раз подмигнул он.
– Скульптура? И куда же она пошла? – озадачился кто-то.
- И в чём причина её роста?– зашумела аудитория.
– Она что, живая? Но вы же говорили – каменная! Кремниевая?
- Ещё раз повторяю – во Вселенной всё живое, что меняется! – поучительно поднял руку доктор Донэл. - Вот, кстати ещё один повод усомниться в правомерности деления материи на живую и неживую. Была скульптура, неживой камень, а потом – раз и, подобно растению, взял и вырос, поразив всех нестандартностью размеров и не банальностью поведения.
- Но как же это произошло?
- Сложный вопрос, - развёл руками доктор Донэл. - Даже вовсе неразрешимый, как оказалось. Чтобы разгадать тайну взбунтовавшегося музейного экспоната и объяснить этот феномен, множество талантливых учёных изучали его вдоль и поперёк. Но тщетно - не разгадали и не объяснили. Вот, взгляните.
И студенты увидели каменного гиганта, вернее – кошку-гигантку, упирающуюся мощными формами в стены и потолок помещения, и с бесстрастным видом взирающую вдаль. Вернее - в стену, но всё равно казалось, что это даль. Затем, когда габариты помещения были срочно расширены, а вокруг подросшей Малышки спешно соорудили смотровые галереи, облепленные сложной аппаратурой и оккупированные ордами озадаченных учёных. А сверху, сквозь прозрачный купол, на этот внезапно разросшийся осколок безвестной цивилизации взирали толпы любопытных. Казалось, вся Итта - а может и вся галактика Тиуана - прибыла посмотреть на это чудо.
- Ого! Народу-то! – восхитилась аудитория. – Как рыбы на нересте! А приборов-то! Будто гальки на берегу! И всё это попусту? Тайну Малышки Моэмы так и не разгадали? Почему?
- Наука оказалась бессильна изрекать что-либо при полном отсутствии информации, - усмехнулся доктор Донэл. – Ведь Малышка Моэма, несмотря на все усилия учёных заставить её открыть свою тайну, осталась безмолвна, - развёл руками Донэл. - Обследование и сканирование всех её подросших форм и окружающего пространства никому и ничего не дали. Кроме невыразительных цифр, неспособных прояснить происшедшие перемены. Ведь первоначально её никто не изучал. А в настоящий момент изнутри, как и снаружи, был один только камень. Кремний с незначительными примесями. У статуи полностью отсутствовали аномальные пси, электро- и магнитные излучения. Не было к ней и притока энергии извне или от чего бы то ни было из окружающего пространства, способствующего её росту. Как и подозрительной убыли минералов и микроэлементов. И хотя её масса выросла в двадцать тысяч раз, она, очевидно, для этого процесса не нуждалась ни в ком и ни в чём. Росла себе тихо и мирно, сама по себе, по неведомым скальным законам в музейной тиши.
- Из чистой вредности, наверное! – хихикнул Сэмэл.
- Ага! - поддержала его Танита. - Чтобы насолить забывчивым архивариусам!
- Именно так - забывчивым! Осмыслите это, друзья! – воскликнул доктор Донэл. – Почти триста тысяч витков! При отсутствии какого-либо общения, глядя в стену, никому не нужная и не интересная Малышка Моэма вдруг взяла и вымахала в тысячи раз! А может и не вдруг. И потом, когда она, наконец, получила в избытке общения и невероятного внимания, она вдруг взяла и… ушла. Исчезла!
- Как? Куда исчезла? – вскричала аудитория.
- Да-да, так и написано, - подтвердил Сэмэл, - «артефакт неизвестной цивилизации Моэмы утрачен необъяснимым образом и в неизвестном направлении».
- Как – утрачен? – возмутилась Мэла. – А куда музейные работники смотрели?
- Как всегда – они всё прозевали. А куда исчезла? Этого не знают даже лучшие умы галактики! – пояснил довольный эффектом доктор Донэл. - А как… Это хороший вопрос, но также очень непростой.
- Скульптура? – всё ещё не верила Мэла. – Но… зачем?
- Об этом надо бы у неё самой спросить, - улыбнулся доктор Донэл. – Но, боюсь, она не ответит. Характер у неё не общительный.
- Жаль! Вот бы её увидеть хоть разок! – размечталась Лана.
- Может, и увидишь. Ведь сенсации от Малышки Моэмы ещё не закончились! – заявил, усмехаясь, доктор Донэл. – Кое-кто всё же видел её.
- Где? Когда?
– Вы не поверите – в тысячах парсеках от нашей галактики, на одной малоизвестной малюсенькой планетке по имени Марс! И спустя всего лишь каких-то две сотни витков после её исчезновения. То есть – практически мгновенно, если брать временные масштабы, в которых существуют загадочные скульптуры с Моэмы.
- Где же эта планетка зависает? – задал вопрос Сэмэл. – Может, наша Лана слетает туда к Малышке Моэме в гости?
- В галактике под названием Млечный Путь, в рукаве Ориона, в системе жёлтого карлика - звезды по имени Солнце. Марс – древняя планета, на которой, из-за потери атмосферы, уже нет жизни. Я привожу здесь названия, принятые разумными обитателями солнечной системы, поскольку своих мы не изобретаем. Для далёких небесных объектов, как известно, у нас имеются только безликие цифровые обозначения.
- Карлика-Солнца? – удивилась Танита. – Но зачем? Чем он лучше нашего Фоона? И как Моэма там оказалась?
- Как – неизвестно, зачем – тем более. Эта Малышка весьма неразговорчива, - усмехнулся Донэл.
- Далековато забралась! – прокомментировала Танита. – А как её там обнаружили, почтенный доктор Донэл?
- Случайно. В солнечной системе, на спутнике планеты Земля, Луне, существует наша НБ – Наблюдательная База. Поскольку Земля является планетой, представляющей для Итты особый интерес. Вот во время одной из плановых экспедиций к ней, мы и обнаружили Малышку Моэму на соседнем Марсе.
- И что она там делает? – спросила Танита.
- Как всегда – сидит, - развёл руками доктор Донэл. - Или, скорее – лежит, - пожал он плечами. - И смотрит в сторону восхода уже другого светила. Прошу взглянуть: - И студенты увидели пустынную панораму незнакомой планеты, с восседающей посреди песков задумчивой махиной-Малышкой, с гирляндой проводов и датчиков на шее. Как будто это была Гирлянда Героя, какими награждали на Итте особо отличившиеся моллюсков. А что ж - заслужила
- О, Святые Мудрецы! – воскликнул Сэмэл. – Ей везде дом! Как будто там она и была!
- А как поживают остальные скульптуры на Моэме? – спросила Мэла. – Ведь их там было много. Возможно, изучив их, учёным бы удалось разгадать феномен Малышки.
- Да, когда-то их было очень много. Но каких и сколько именно, увы – никто не удосужился не только изучить, но и посчитать, - кивнул доктор Донэл. – Никому это даже и на ум не пришло. Считалось, что они не представляют особой художественной ценности и для изучения достаточно одного экземпляра. Но после странной находки в музее и её исчезновения о планете Моэма вспомнили. И туда слетала наша вторая экспедиция.
- Как - вторая? Всего-то спустя двести пятьдесят тысяч витков? – удивилась Лана. – Почему не раньше?
- Но вы же знаете - в КС входят сотни тысяч цивилизаций, требующих внимания. И как много задач у наших Космических Служб, – вздохнул Донэл. - А за его пределами, неизученных, ещё больше. Трудно объять необъятное.
- И что же было дальше? – спросили слушатели. - Изучили? Посчитали? Выяснили?
- Ничего этого сделать не удалось.
- Что, древний космолёт-горелка не долетел? – хмыкнул Сэмэл.
- Долетел-таки, - улыбнулся Донэл. - Но компания скульптур его не дождалась. Наверное, обиделись на невнимание, покинув планету раньше. На Моэме теперь нет Моэм – там не было обнаружено ни одной! – гордо заявил Донэл, как будто сам только что успешно спрятал их от любопытных учёных.
- Не может быть! – ахнула аудитория.
- А вот взглянете сами!
И Донэл продемонстрировал им пустынную панораму, заснятую этой экспедицией. Перед взором зрителей раскинулась лишь раскалённая каменистая пустыня, однообразно расстилающаяся во всех направлениях
– И даже завалящего малюсенького Младенца Моэмчика не нашлось? – удивилась Мэла.
- Увы! – развёл руками доктор Донэл.
- Жаль! – вздохнули все.
- Согласен. Но не расстраивайтесь, это ещё не все приключения Моэм!– заверил лектор. - Некоторые скульптуры потом, всё же, нашлись! Но не все! И не сразу! И не близко!
- Ого! Как это? И где?
- Да-да, я и об этом читал! – воскликнул Сэмэл. – Забавные такие скульптурки. Странники Моэмы!
20. Странники Моэмы
- Именно так - Странники Моэмы, – кивнул Донэл. – Это теперь их официальное название. Оригинальнее ничего не смогли придумать: Моэмы с Моэмы, - улыбнулся он. - Этих Странников обнаруживают теперь повсюду: на планетах, на астероидах, на безвестных спутниках. И всегда он находится в гордом одиночестве. А между точками, где они найдены - сотни и тысячи парсеков. Для отображения их миграции в Космических Службах существует даже специальная карта, названная она так же оригинально: «Странники Моэмы». На ней астронавты отмечают координаты каждого найденного Странника, а также - его габариты, местоположение, направление и скорость движения объекта. Но эта карта мгновенно устаревает, ведь Моэмы там долго не задерживаются, неожиданная исчезая. Иногда за ними даже устанавливалось автоматическое видеонаблюдение – чтобы зафиксировать скорость роста и дату его исчезновения. Или, скорее - дату фиксации регистрации этого события. Но тщетно. Потому что ещё ни разу, даже с помощью автоматов наблюдения, не было зафиксировал: как и когда это происходило.
- Вот так фокус! – раздались удивлённые голоса. – Бульбистые плясуны!
- Ещё какие бульбистые! – согласился доктор Донэл. – Так что из научных данных о Странниках Моэма в настоящее время есть две константы – они растут, непонятно как, и исчезают неизвестно куда и также непонятно как.
- Но почему же камеры не фиксируют их исчезновения, почтенный доктор Донэл ? – удивилась Лана. – Автоматы ломаются?
- Нет, они исправны. Но, как правило, приборы продолжают транслировать картинку присутствия Моэма даже после его исчезновения. Почему так, тоже неизвестно.
- И сколько Странников Момов обнаружено? – спросила Лана.
- Стоянок Моэмов! Причём - временных, - поправил её доктор Донэл. – И, вполне возможно, один и тот же странник фиксировался на разных стоянках неоднократно. Ведь их габариты и вес всё время меняются. Только Малышка со своими проводами отличается. Лишь потом догадались ставить на них метки. Но, похоже, они исчезают. И пока таких сомнительных стоянок не менее сомнительных Странников Моэма на одноимённой карте зарегистрировано около двухсот.
- А всё же - сколько их было на Моэме? Хотя бы примерно? – спросила Танита.
- Увы! Это даже приблизительно неизвестно, – развёл руками Донэл. - Никто ж не думал, что они способны оттуда... улетучиться. Эти милые молчуны Моэмы нас, как всегда, оставляют в дураках. Сейчас некоторые учёные полагают, что всего их было около пяти сотен. Но это тоже сомнительно.
- А где же остальные, почтенный доктор?
- Вселенная велика, - развёл руками доктор Донэл. - Иногда Моэмов встречают летящими даже на кометах, не имеющих постоянной траектории! Возможно, это и есть их транспорт, доставляющий Моэмов в разные точки Вселенной. Так сказать, их грузо-кабинки.
- И каждая из Моэм путешествует одна?
- Именно так! Это их традиция – быть в одиночестве. Массовое присутствие Странников на планете Моэма теперь является ещё одной загадкой этой… м-м-цивилизации, - пожал плечами Донэл. - Или, может,… сообщества индивидуумов, так сказать. Зарегистрирован лишь один случай, когда два Моэма оказались не то чтобы поблизости, но, по крайней мере - в одной звёздной системе. И тут опять отличилась наша Малышка Моэма. В то время как она находилась на Марсе, рядом, на Земле был обнаружен ещё один Странник. Это уникальный случай. Хотя Странник, находящийся на Земле, был в сотни раз меньше нашей марсианской Малышки. Крошка Моэм – такое название присвоили ему на карте Странников Моэмы, Земляне назвали его Сфинксом. И это самая большая скульптура на их планете. Они до сих пор гадают, кто же его создал.
И он показал аудитории Крошка Моэма - Сфинкса. Он невозмутимо восседал в пустыне, как бы неся охрану нескольких пирамид, будучи со всех сторон облеплен множеством любопытствующих землян. Совсем как Малышка Моэма когда-то в Межгалактическом Музее.
- Похоже, наши Моэмы везде привлекают внимание! – усмехнулся Сэмэл.
- У этого их Сфинкса что-то с лицом, - расстроилась Мэла. – Что они с ним сделали? Он поранен? Да и сам весь в шрамах. Что это с ним?
- Земляне – отсталая цивилизация. И это следы их активного внимания к своей ценной реликвии. Поскольку за него периодически спорили их конкурирующие религии, - пояснил доктор Донэл. – Одни ненавидели и боялись Сфинкса - Крошку, откалывая от него куски и нанося удары. Другие хотели, чтобы он был похож на их местных царей, и приделывали ему их атрибуты – бородки, короны, а также раскрашивали его в цвета власти. Третьи, кому не удалось его разрушить, засыпали песком. Иногда о нём забывали на целые века. А потом откапывали. Хотя, кто знает – может на эти века Крошка Моэм просто покидал Землю.
- А почему он совсем не улетел оттуда? – сердито воскликнула Лана. – Ну, или что они там делают. Зачем терпел всё это? Весь в шрамах!
- У него, как видно, свои планы. Сфинкс попросту игнорирует землян, как когда-то Малышка Моэма – наш музей. И невозмутимо продолжает смотреть в ту сторону, откуда поднимается их Солнце. Ведёт себя как взрослый, не обращающий внимания на ужимки прыгающих вокруг него детей.
- Я хочу попасть туда – на Марс и Землю. И познакомиться с Моэмами! – заявила Лана.
- Увы! К одному ты уже опоздала. Неизвестно, дождётся ли второй, пока ты окончишь университет,– усмехнулся доктор Донэл.
- Кто сбежал? Сфинкс?
- Нет, пока только Малышка Моэма. Сфинкс на месте.
- А земляне знали о Моэме? – спросил кто-то. – Или они ещё не имеют выхода в космос и не посещают соседние планеты?
- Пока только делают попытки. Но у них есть телескопы и они успели заметить на Марсе нашу Малышку, посчитав её ещё одним Сфинксом. И страшно из-за этого запаниковали.
- Чем же она их испугала?
- Своей идентичностью с их Сфинксом, - пояснил доктор. – И теперь у них добавились весьма неприятные для них версии. Они ведь так и не поняли его предназначения и до сих пор спорят о его происхождении и возрасте. Как видно, Моэмы и у них интуитивно вызывают недоверие. Одно время они даже пытались поклоняться Сфинксу, но вскоре, не ощутив никакой помощи, разочаровались в нём. Вот тогда-то они и засыпали Сфинкса песком.
- Не ощутили помощи? И не они первые! От них всегда одни лишь загадки и ребусы! – фыркнул Сэмэл.
– А что же их напугало в нашей Малышке? Ведь она была от них довольно далеко, - спросила Танита.
- Земляне посчитали марсианского гиганта, которого видно даже в телескоп, творением инопланетян, наблюдающих за ними из космоса и строящих планы о захвате их планеты.
- Вот ещё! – фыркнула Мэла. - Кому нужна их планетка? Чем она богата?
- Да ничем, особо. Но таковы уж эти земляне – всех подозревают.
