В тот же момент решила, что просто так не сдамся, что хочу жить. Мне даже удалось встать, ударив при этом по лицу того мага, что стоял за моей спиной. Вот только уйти мне уже не позволили. Тело сковало странным оцепенением, сознание начало предательски меркнуть. А после я просто обессилено рухнула на пол. Последнее, что помню - холодные синие глаза стоящего надо мной Гаррета и его ухмылку, не сулящую мне ничего хорошего.
Было жарко. Даже нет… не жарко – обжигающе горячо. Мне казалось, что я горю. Вся, от кончиков волос до пальцев на ногах.
Огонь ощущался повсюду. Он окутывал меня коконом, обжигал кожу и, казалось, раздумывал, как бы проще меня спалить. Я почти не чувствовала рук… только жар пламени, кусающий меня, словно стая собак.
Сознание возвращалось неохотно, зрение отказывалось фокусироваться, а голова кружилась так, будто меня основательно накачали крепким алкоголем. В моменты просветления я чувствовала, что вокруг меня помимо огня находятся какие-то люди. Они что-то кричат или даже требуют. Иногда мне даже удавалось разглядеть их лица – мужские, женские, даже детские. Да только спустя мгновение я снова проваливалась в чёрное нигде.
А потом меня выдернули обратно в реальность. Ума не приложу, как такое вообще возможно, но моё сознание будто снова получило свободу, окружающий мир обрёл краски, и вроде бы стоило порадоваться… Увы, в моём случае радоваться оказалось абсолютно нечему. В какой-то момент я даже была готова умолять, чтобы меня снова погрузили в беспамятство, потому что происходящее вокруг казалась не просто пугающей, а поистине жутким.
Судя по всему, время давно перевалило за полночь. Дождь уже закончился, но небо всё ещё закрывали тяжёлые грозовые тучи. Я находилась посреди незнакомой площади, освещённой электрическими фонариками. Вокруг толпились люди, взирающие на меня с откровенной ненавистью. Но в данных обстоятельствах их негативное отношение казалось мне глупой мелочью. Вообще, будучи прикованной к столбу в окружении самого настоящего пламени начинаешь иначе относиться ко многим вещам.
Связанные над головой руки давно затекли, оттого я почти перестала их чувствовать. В мыслях всё ещё была каша, но даже не это важно. Ведь меня точно собирались казнить. Сжечь, точно так же, как в империи сжигали магов. А все эти зеваки собрались лишь для того, чтобы посмотреть, как я буду корчиться от боли.
Огонь вокруг меня уже горел, причём дров здесь почти не было. Пламя распространилось по кругу, и теперь то подбиралось ближе, обжигая кожу обнажённых ног, то отступало, словно дразня. Моё платье местами обуглилось и теперь выглядело совсем уж странным. С правой стороны оно сгорело почти полностью, как и бельё, так что собравшиеся вокруг люди могли лицезреть меня во всей обожжённой красе.
Твари! Как можно вообще по собственной воле глазеть на такое?!
Я чувствовала ожоги везде, даже на лице, но больше всего пострадали именно ступни. А ведь всё это только начало. Полагаю, что в сознание меня вернули, чтобы услышать, как я кричу. Да только не дождутся!
Огонь пылал не только вокруг, но и внутри меня. Лёгкие жгло, кровь в венах стала казаться раскалённой лавой, и этот жар только нарастал. Если поначалу я ещё думала, что это тоже происки моих палачей, то с каждой минутой всё больше убеждалась – нет, дело только в моём проснувшемся даре.
Пламя тянулось к пламени, магия чувствовала магию, потому и стремилась вырваться. Барко мне здесь точно никто не нальёт, да и не думаю, что сейчас этот напиток смог бы помочь. Дар раскрылся… я чувствовала, как стремительно он набирает силу. Но сейчас его огненная суть была заперта в моём теле, и я не имела ни малейшего понятия о том, что с этим делать.
Как бы ни старалась себя успокаивать, но мне всё равно было невероятно страшно. Дико. Безумно. Боль становилась всё сильнее. Хотелось кричать, но я упрямо прикусывала губы, чтобы не издать ни звука. Нет. Ни за что. И пусть моя гордость всем им кажется глупой, но криков они всё равно не услышат, даже если мне придётся откусить собственный язык.
Стоящие вокруг меня люди что-то выкрикивали. Их слова скатывались в общий гул, потому разобрать ничего не получалось. От жара мой рассудок будто бы куда-то уплывал, а может он просто начал плавиться. Я уже поняла, что не выживу… но кто бы знал, как сильно в этот момент мне хотелось жить!
Пусть даже с даром. Пусть в этом демоновом городе! Да хоть в лесу под кустом! Просто жить. Дышать свежим воздухом… а не гарью, от которой становилось всё хуже. Пить воду… а не чувствовать, как от жажды распухает во рту язык. Я зачем-то попыталась представить себе тихую горную речушку, красивые скалы, небольшой водопад… заводь в его чаше. В какой-то момент мне даже показалось, что я чувствую, как плыву по нему, как меня кто-то берёт за руку… потом обнимает за талию и притягивает к себе…
- Ты понимаешь, что творишь?! – услышала знакомый голос совсем рядом.
И что странно, гул толпы стих. А может, все эти ненормальные, наконец, решили разойтись по домам? Я бы вот с радостью ушла домой… да кто ж меня отпустит?
- Не смей её трогать! – прорычал кто-то в ответ. – Она – мой трофей. Из-за таких, как эта митора, ежедневно гибнут маги! Пусть висит здесь и дальше! Пусть сдохнет!
- Нет! – снова возразил первый. И я бы с радостью посмотрела на него. Но глаза почему-то не желали открываться. – Её убить я тебе не позволю!
- Ты наверное не понимаешь, Этари, - возразил второй. - У тебя нет прав мне что-то здесь запрещать! Я – глава этого города!
- Себастьян – хозяин этого города! – рявкнул тот, кого назвали Этари.
И моё порядком обуглившееся сознание вдруг встрепенулось. Не знаю, откуда взялись силы, но мне всё же удалось разлепить ресницы и посмотреть на того, кто вызвался стать моим спасителем. Увы, увидеть удалось лишь силуэт, да и тот почему-то расплывался. Потому я и не стала напрягаться, решив, что лучше иметь возможность хотя бы слышать.
- Именно он и назначил меня на пост управляющего! И с его высочайшего позволения, - ехидным тоном выговорил тот, кто желал меня казнить, - я буду действовать согласно собственным убеждениям.
- Убивать?! Вот так, демонстративно? Девушку, Гаррет! Она же совсем юная! И у неё есть дар! Слышишь меня?! – нервно кричал Этари, которого я была готова расцеловать. Не думаю, что его выступление сможет спасти мою жизнь, но он хотя бы пытается сделать хоть что-то.
- Какой ещё дар? К тому же у миторы, - не поверил его оппонент.
- Она его долгие годы настоями душила, - чуть спокойнее отозвался Эт. – А сейчас посмотри на неё внимательней. Эта девочка горит и без твоего огня. Изнутри. Прошу тебя, Ирбис… если у тебя ко мне есть хоть капля уважения, прекрати эту показательную казнь. Дай ей шанс. Вероятность, что она выживет – минимальна. Дар в таком возрасте ей вряд ли удастся укротить. Скорее всего она и так умрёт сама. Но если уж выживет, то станет одной из нас.
Увы, я не могла видеть выражения лица этого Гаррета, хотя так, наверное, даже лучше. Боюсь, от одного вида его физиономии меня начало бы мутить. Вот только этот гад не отвечал. Полагаю, ему самому не терпелось закончить то, что он так феерично начал. Но и отказать Этари теперь, видимо, не мог.
- Сделаем так, - спустя долгие секунды молчания всё же проговорил этот палач. – Казнь я, так уж и быть, отменю, но до возвращения Кела эта митора будет находиться в подвале моего дома.
- Гаррет… - попытался возразить мой спаситель, но тот даже слушать не стал.
- Она не контролирует внутренний огонь, а стихия вполне вероятно может вырваться. Мне не нужны пожары в городе, потому находиться она будет там, где просто нечему гореть. И я к ней никого не пущу. Ни тебя, ни целителей. Только Клевера, да и то сомневаюсь, что он захочет её видеть.
Судя по всему, такой расклад Этари не нравился, но как по мне, так это было куда лучше, чем прямо сейчас сгореть на костре. Потому, услышав его скупое: «Пусть будет так», я, кажется, даже улыбнулась.
Потом кто-то освободил мои запястья от горячей цепи, а после я почувствовала, что меня куда-то несут на руках.
- Элира, ты меня слышишь? – шёпотом спросил Эт. Ну конечно, кто бы ещё из местных гадов стал нести куда-то приговорённую митору.
- Да… - это короткое слово далось мне с огромным трудом. Да и то получилось просто выдохнуть. Говорить я уже не могла.
- У тебя есть только один шанс, да и тот мизерный. Усмирить бушующую в тебе силу сможет только Кел, остальным это не по зубам, да и никто из них не пойдёт на риск ради миторы. Но сейчас его нет в городе, и вернётся он минимум через два дня, а может и позже. От тебя требуется только одно: дождаться. Борись, не сдавайся. Твой огонь - это тоже часть тебя. Постарайся сама его приручить, усмирить. Ты ведь сильная, волевая. У тебя получится.
Он говорил всё это, а я лишь безвольно висела на его руках. Куда меня несли – не знаю. Показалось, что минуло не меньше минуты, когда Эт начал спускаться по ступенькам, а мой нос уловил запах сырости. Увы, подвалы везде пахли одинаково неприятно. Скрипнула дверь… судя по всему, железная. А потом меня просто уложили прямо на холодный каменный пол.
- Всё, Этари, - послышался голос Гаррета. Видимо, он всё это время шёл за нами. – Уходи. Я своё слово сдержу. Никого к ней не пущу. Только Себастьяна.
- Я понял тебя, - ответил ему Эт. Затем снова присел на корточки и коснулся моей руки. – Кел придёт. Только не сдавайся.
Хотела кивнуть – не получилось. Сил почти не осталось, а ведь предстояло как-то протянуть ещё несколько суток. Без еды… воды… помощи. Но теперь у меня хотя бы появился шанс. Маленький, призрачный, почти нереальный, но всё же шанс. И я сделаю всё, чтобы моё спасение стало реальностью. По крайней мере… постараюсь.
Неприметная серая антария неслась над широкой дорогой, рассекая раскалённый от жары воздух. Этим вечером полоса движения оказалась почти пуста, потому даже обгонять никого не приходилось. А ведь обычно Келу даже нравилось виртуозно огибать других менее расторопных водителей, но сегодня для него будто специально расчистили путь, и потому можно было разогнать антарию на полную мощность.
Селима неспешно клонилась к закату, а по салону разливалась приятная мелодия какого-то струнного инструмента, сопровождаемая довольно милым женским голоском. И Кел бы с радостью выбрал другую музыку, но на пассажирском сидении посапывал Олит, которого эта дальняя дорога утомила неимоверно.
Мельком взглянув на младшего брата, предводитель организации «Свобода магии» лишь тепло улыбнулся и снова сосредоточился на дороге. Ведь несмотря на то, что антария при движении поднималась в воздух почти на полметра, управлять этим транспортом всё равно стоило очень внимательно.
Последние две недели они с Олитом провели за Белыми вратами в городе под названием Виртес - ездили в гости к одному старому мудрому магу. Он носил имя Гасим, от своего рода давно отрёкся, новую фамилию брать себе не стал, потому его все так и называли - Старый Гасим. Этому древнему мужчине было столько лет, что он сам помнил начало гонений магов, можно сказать, являлся очевидцем образования Семирской Империи. Ну и плюс ко всему являлся прадедом Себастьяна Клевера и его младшего братишки.
Отправляясь к Белым вратам, Кел рассчитывал, что его родственник поможет Олиту раскрыть дар, да только тот отказался. Заявил, что ещё не время, а когда сила в мальчике созреет, то раскроется сама, без чьей либо помощи. Вообще, всё это Себастьян и так знал, да только ему слишком хотелось, чтобы сие произошло как можно скорее. Ведь у него оставалось около полутора месяцев, за которые он рассчитывал превратить брата в мага. Да только пока продвижений на этом поприще не наблюдалось.
Правда, Гасим сразу раскусил задумку правнука и, конечно, не смог промолчать.
- Это не его война, Диар, - сказал тогда престарелый маг. – А с твоей стороны неправильно делать родного брата оружием в борьбе с императором.
Прадед был единственным, кто называл Кела настоящим именем, несмотря на все просьбы последнего. Понятное дело, что угрожать старшему родственнику тот даже не пытался, потому и мирился с таким капризом прадеда.
- Это война всех, в ком живёт дар, - ответил тогда он. – А Олит – маг.
- Его отец тоже родился магом, но это не мешает ему править империей, - философским тоном заметил Гасим. – А вообще, Ди, как тебе известно, вершить революции можно по-разному. И любые глобальные изменения проще проводить сверху. Тихо, постепенно, продуманно.
- То есть ты предлагаешь мне договориться с императором? – со скепсисом уточнил Клевер. – С тем, кто сам отдаёт распоряжения об уничтожении магов?! Нет уж, прости. Лучше я получу безоговорочную поддержку Олита, который когда-нибудь примет бразды правления этой империей.
И тогда прадед усмехнулся и ответил то, что заставило Кела напрячься и основательно задуматься.
- Знаешь, Диар, - сказал тогда его прадед. – Я ведь хорошо помню Диану, и от неё тебе не досталось ни единой черты. На Эдгара Стерфилда ты тоже ни капли не похож. Вот совсем. Зато с братом у вас одно лицо.
- И что ты хочешь этим сказать?
- Подумай сам, Ди. Ты ведь умный парень, - с важным видом ответил Гасим. – Но когда будешь делать выводы, постарайся рассмотреть ситуацию с разных сторон, а так же представь, какие перспективы откроются для магов, если кое-какие догадки окажутся верными.
Больше эту тему прадед не поднимал, как не говорил он и о той общине, что организовал его старший правнук. Вместо этого показал своим гостям последние разработки магов местной академии, даже разрешил покататься на усовершенствованной модели амнилёта. Лично провёл для Олита экскурсию по Виртесу - древнему городу магов, единственному уцелевшему во время репрессий полутора вековой давности.
Сюда волны репрессий просто не докатились. Поселение это являлось не очень большим, да и располагалось высоко в Виртских горах. Сам город был выстроен как настоящая крепость, и с лёгкостью выдержал бы любую осаду. Да, здесь большую часть года лежал снег, и вся инфраструктура держалась исключительно на магии. Человеку без дара здесь было попросту не выжить, потому Виртес стал последним островком надежды для тех магов, кто когда-то не пожелал жить по законам новой империи.
Сейчас в его окрестностях располагалось несколько поселений, но добираться до них было слишком сложно. Наверное, потому маги и придумали амнилёты, вот уж точно лучший вид транспорта для подобной местности. К сожалению, селиться ниже было слишком опасно, так как у самого подножия гор располагалось три имперских гарнизона, призванных следить, чтобы маги не высовывались со своих гор. Потому тем оставалось лишь одно – приспосабливаться.
Увы, Зелёная крепость располагалась очень далеко от Виртеса, и даже учитывая довольно приличную скорость антарии, добираться обратно Келу с Олитом пришлось почти двое суток. Конечно, они останавливались на ночлег в гостинице в небольшом посёлке, но покинули её ещё ранним утром. И если для старшего из братьев подобные путешествия являлись делом привычным, то младший слишком быстро уставал. Потому и заснул прямо в кресле, хотя утверждал, что будет внимательно следить за дорогой.
***
Было жарко. Даже нет… не жарко – обжигающе горячо. Мне казалось, что я горю. Вся, от кончиков волос до пальцев на ногах.
Огонь ощущался повсюду. Он окутывал меня коконом, обжигал кожу и, казалось, раздумывал, как бы проще меня спалить. Я почти не чувствовала рук… только жар пламени, кусающий меня, словно стая собак.
Сознание возвращалось неохотно, зрение отказывалось фокусироваться, а голова кружилась так, будто меня основательно накачали крепким алкоголем. В моменты просветления я чувствовала, что вокруг меня помимо огня находятся какие-то люди. Они что-то кричат или даже требуют. Иногда мне даже удавалось разглядеть их лица – мужские, женские, даже детские. Да только спустя мгновение я снова проваливалась в чёрное нигде.
А потом меня выдернули обратно в реальность. Ума не приложу, как такое вообще возможно, но моё сознание будто снова получило свободу, окружающий мир обрёл краски, и вроде бы стоило порадоваться… Увы, в моём случае радоваться оказалось абсолютно нечему. В какой-то момент я даже была готова умолять, чтобы меня снова погрузили в беспамятство, потому что происходящее вокруг казалась не просто пугающей, а поистине жутким.
Судя по всему, время давно перевалило за полночь. Дождь уже закончился, но небо всё ещё закрывали тяжёлые грозовые тучи. Я находилась посреди незнакомой площади, освещённой электрическими фонариками. Вокруг толпились люди, взирающие на меня с откровенной ненавистью. Но в данных обстоятельствах их негативное отношение казалось мне глупой мелочью. Вообще, будучи прикованной к столбу в окружении самого настоящего пламени начинаешь иначе относиться ко многим вещам.
Связанные над головой руки давно затекли, оттого я почти перестала их чувствовать. В мыслях всё ещё была каша, но даже не это важно. Ведь меня точно собирались казнить. Сжечь, точно так же, как в империи сжигали магов. А все эти зеваки собрались лишь для того, чтобы посмотреть, как я буду корчиться от боли.
Огонь вокруг меня уже горел, причём дров здесь почти не было. Пламя распространилось по кругу, и теперь то подбиралось ближе, обжигая кожу обнажённых ног, то отступало, словно дразня. Моё платье местами обуглилось и теперь выглядело совсем уж странным. С правой стороны оно сгорело почти полностью, как и бельё, так что собравшиеся вокруг люди могли лицезреть меня во всей обожжённой красе.
Твари! Как можно вообще по собственной воле глазеть на такое?!
Я чувствовала ожоги везде, даже на лице, но больше всего пострадали именно ступни. А ведь всё это только начало. Полагаю, что в сознание меня вернули, чтобы услышать, как я кричу. Да только не дождутся!
Огонь пылал не только вокруг, но и внутри меня. Лёгкие жгло, кровь в венах стала казаться раскалённой лавой, и этот жар только нарастал. Если поначалу я ещё думала, что это тоже происки моих палачей, то с каждой минутой всё больше убеждалась – нет, дело только в моём проснувшемся даре.
Пламя тянулось к пламени, магия чувствовала магию, потому и стремилась вырваться. Барко мне здесь точно никто не нальёт, да и не думаю, что сейчас этот напиток смог бы помочь. Дар раскрылся… я чувствовала, как стремительно он набирает силу. Но сейчас его огненная суть была заперта в моём теле, и я не имела ни малейшего понятия о том, что с этим делать.
Как бы ни старалась себя успокаивать, но мне всё равно было невероятно страшно. Дико. Безумно. Боль становилась всё сильнее. Хотелось кричать, но я упрямо прикусывала губы, чтобы не издать ни звука. Нет. Ни за что. И пусть моя гордость всем им кажется глупой, но криков они всё равно не услышат, даже если мне придётся откусить собственный язык.
Стоящие вокруг меня люди что-то выкрикивали. Их слова скатывались в общий гул, потому разобрать ничего не получалось. От жара мой рассудок будто бы куда-то уплывал, а может он просто начал плавиться. Я уже поняла, что не выживу… но кто бы знал, как сильно в этот момент мне хотелось жить!
Пусть даже с даром. Пусть в этом демоновом городе! Да хоть в лесу под кустом! Просто жить. Дышать свежим воздухом… а не гарью, от которой становилось всё хуже. Пить воду… а не чувствовать, как от жажды распухает во рту язык. Я зачем-то попыталась представить себе тихую горную речушку, красивые скалы, небольшой водопад… заводь в его чаше. В какой-то момент мне даже показалось, что я чувствую, как плыву по нему, как меня кто-то берёт за руку… потом обнимает за талию и притягивает к себе…
- Ты понимаешь, что творишь?! – услышала знакомый голос совсем рядом.
И что странно, гул толпы стих. А может, все эти ненормальные, наконец, решили разойтись по домам? Я бы вот с радостью ушла домой… да кто ж меня отпустит?
- Не смей её трогать! – прорычал кто-то в ответ. – Она – мой трофей. Из-за таких, как эта митора, ежедневно гибнут маги! Пусть висит здесь и дальше! Пусть сдохнет!
- Нет! – снова возразил первый. И я бы с радостью посмотрела на него. Но глаза почему-то не желали открываться. – Её убить я тебе не позволю!
- Ты наверное не понимаешь, Этари, - возразил второй. - У тебя нет прав мне что-то здесь запрещать! Я – глава этого города!
- Себастьян – хозяин этого города! – рявкнул тот, кого назвали Этари.
И моё порядком обуглившееся сознание вдруг встрепенулось. Не знаю, откуда взялись силы, но мне всё же удалось разлепить ресницы и посмотреть на того, кто вызвался стать моим спасителем. Увы, увидеть удалось лишь силуэт, да и тот почему-то расплывался. Потому я и не стала напрягаться, решив, что лучше иметь возможность хотя бы слышать.
- Именно он и назначил меня на пост управляющего! И с его высочайшего позволения, - ехидным тоном выговорил тот, кто желал меня казнить, - я буду действовать согласно собственным убеждениям.
- Убивать?! Вот так, демонстративно? Девушку, Гаррет! Она же совсем юная! И у неё есть дар! Слышишь меня?! – нервно кричал Этари, которого я была готова расцеловать. Не думаю, что его выступление сможет спасти мою жизнь, но он хотя бы пытается сделать хоть что-то.
- Какой ещё дар? К тому же у миторы, - не поверил его оппонент.
- Она его долгие годы настоями душила, - чуть спокойнее отозвался Эт. – А сейчас посмотри на неё внимательней. Эта девочка горит и без твоего огня. Изнутри. Прошу тебя, Ирбис… если у тебя ко мне есть хоть капля уважения, прекрати эту показательную казнь. Дай ей шанс. Вероятность, что она выживет – минимальна. Дар в таком возрасте ей вряд ли удастся укротить. Скорее всего она и так умрёт сама. Но если уж выживет, то станет одной из нас.
Увы, я не могла видеть выражения лица этого Гаррета, хотя так, наверное, даже лучше. Боюсь, от одного вида его физиономии меня начало бы мутить. Вот только этот гад не отвечал. Полагаю, ему самому не терпелось закончить то, что он так феерично начал. Но и отказать Этари теперь, видимо, не мог.
- Сделаем так, - спустя долгие секунды молчания всё же проговорил этот палач. – Казнь я, так уж и быть, отменю, но до возвращения Кела эта митора будет находиться в подвале моего дома.
- Гаррет… - попытался возразить мой спаситель, но тот даже слушать не стал.
- Она не контролирует внутренний огонь, а стихия вполне вероятно может вырваться. Мне не нужны пожары в городе, потому находиться она будет там, где просто нечему гореть. И я к ней никого не пущу. Ни тебя, ни целителей. Только Клевера, да и то сомневаюсь, что он захочет её видеть.
Судя по всему, такой расклад Этари не нравился, но как по мне, так это было куда лучше, чем прямо сейчас сгореть на костре. Потому, услышав его скупое: «Пусть будет так», я, кажется, даже улыбнулась.
Потом кто-то освободил мои запястья от горячей цепи, а после я почувствовала, что меня куда-то несут на руках.
- Элира, ты меня слышишь? – шёпотом спросил Эт. Ну конечно, кто бы ещё из местных гадов стал нести куда-то приговорённую митору.
- Да… - это короткое слово далось мне с огромным трудом. Да и то получилось просто выдохнуть. Говорить я уже не могла.
- У тебя есть только один шанс, да и тот мизерный. Усмирить бушующую в тебе силу сможет только Кел, остальным это не по зубам, да и никто из них не пойдёт на риск ради миторы. Но сейчас его нет в городе, и вернётся он минимум через два дня, а может и позже. От тебя требуется только одно: дождаться. Борись, не сдавайся. Твой огонь - это тоже часть тебя. Постарайся сама его приручить, усмирить. Ты ведь сильная, волевая. У тебя получится.
Он говорил всё это, а я лишь безвольно висела на его руках. Куда меня несли – не знаю. Показалось, что минуло не меньше минуты, когда Эт начал спускаться по ступенькам, а мой нос уловил запах сырости. Увы, подвалы везде пахли одинаково неприятно. Скрипнула дверь… судя по всему, железная. А потом меня просто уложили прямо на холодный каменный пол.
- Всё, Этари, - послышался голос Гаррета. Видимо, он всё это время шёл за нами. – Уходи. Я своё слово сдержу. Никого к ней не пущу. Только Себастьяна.
- Я понял тебя, - ответил ему Эт. Затем снова присел на корточки и коснулся моей руки. – Кел придёт. Только не сдавайся.
Хотела кивнуть – не получилось. Сил почти не осталось, а ведь предстояло как-то протянуть ещё несколько суток. Без еды… воды… помощи. Но теперь у меня хотя бы появился шанс. Маленький, призрачный, почти нереальный, но всё же шанс. И я сделаю всё, чтобы моё спасение стало реальностью. По крайней мере… постараюсь.
***
Неприметная серая антария неслась над широкой дорогой, рассекая раскалённый от жары воздух. Этим вечером полоса движения оказалась почти пуста, потому даже обгонять никого не приходилось. А ведь обычно Келу даже нравилось виртуозно огибать других менее расторопных водителей, но сегодня для него будто специально расчистили путь, и потому можно было разогнать антарию на полную мощность.
Селима неспешно клонилась к закату, а по салону разливалась приятная мелодия какого-то струнного инструмента, сопровождаемая довольно милым женским голоском. И Кел бы с радостью выбрал другую музыку, но на пассажирском сидении посапывал Олит, которого эта дальняя дорога утомила неимоверно.
Мельком взглянув на младшего брата, предводитель организации «Свобода магии» лишь тепло улыбнулся и снова сосредоточился на дороге. Ведь несмотря на то, что антария при движении поднималась в воздух почти на полметра, управлять этим транспортом всё равно стоило очень внимательно.
Последние две недели они с Олитом провели за Белыми вратами в городе под названием Виртес - ездили в гости к одному старому мудрому магу. Он носил имя Гасим, от своего рода давно отрёкся, новую фамилию брать себе не стал, потому его все так и называли - Старый Гасим. Этому древнему мужчине было столько лет, что он сам помнил начало гонений магов, можно сказать, являлся очевидцем образования Семирской Империи. Ну и плюс ко всему являлся прадедом Себастьяна Клевера и его младшего братишки.
Отправляясь к Белым вратам, Кел рассчитывал, что его родственник поможет Олиту раскрыть дар, да только тот отказался. Заявил, что ещё не время, а когда сила в мальчике созреет, то раскроется сама, без чьей либо помощи. Вообще, всё это Себастьян и так знал, да только ему слишком хотелось, чтобы сие произошло как можно скорее. Ведь у него оставалось около полутора месяцев, за которые он рассчитывал превратить брата в мага. Да только пока продвижений на этом поприще не наблюдалось.
Правда, Гасим сразу раскусил задумку правнука и, конечно, не смог промолчать.
- Это не его война, Диар, - сказал тогда престарелый маг. – А с твоей стороны неправильно делать родного брата оружием в борьбе с императором.
Прадед был единственным, кто называл Кела настоящим именем, несмотря на все просьбы последнего. Понятное дело, что угрожать старшему родственнику тот даже не пытался, потому и мирился с таким капризом прадеда.
- Это война всех, в ком живёт дар, - ответил тогда он. – А Олит – маг.
- Его отец тоже родился магом, но это не мешает ему править империей, - философским тоном заметил Гасим. – А вообще, Ди, как тебе известно, вершить революции можно по-разному. И любые глобальные изменения проще проводить сверху. Тихо, постепенно, продуманно.
- То есть ты предлагаешь мне договориться с императором? – со скепсисом уточнил Клевер. – С тем, кто сам отдаёт распоряжения об уничтожении магов?! Нет уж, прости. Лучше я получу безоговорочную поддержку Олита, который когда-нибудь примет бразды правления этой империей.
И тогда прадед усмехнулся и ответил то, что заставило Кела напрячься и основательно задуматься.
- Знаешь, Диар, - сказал тогда его прадед. – Я ведь хорошо помню Диану, и от неё тебе не досталось ни единой черты. На Эдгара Стерфилда ты тоже ни капли не похож. Вот совсем. Зато с братом у вас одно лицо.
- И что ты хочешь этим сказать?
- Подумай сам, Ди. Ты ведь умный парень, - с важным видом ответил Гасим. – Но когда будешь делать выводы, постарайся рассмотреть ситуацию с разных сторон, а так же представь, какие перспективы откроются для магов, если кое-какие догадки окажутся верными.
Больше эту тему прадед не поднимал, как не говорил он и о той общине, что организовал его старший правнук. Вместо этого показал своим гостям последние разработки магов местной академии, даже разрешил покататься на усовершенствованной модели амнилёта. Лично провёл для Олита экскурсию по Виртесу - древнему городу магов, единственному уцелевшему во время репрессий полутора вековой давности.
Сюда волны репрессий просто не докатились. Поселение это являлось не очень большим, да и располагалось высоко в Виртских горах. Сам город был выстроен как настоящая крепость, и с лёгкостью выдержал бы любую осаду. Да, здесь большую часть года лежал снег, и вся инфраструктура держалась исключительно на магии. Человеку без дара здесь было попросту не выжить, потому Виртес стал последним островком надежды для тех магов, кто когда-то не пожелал жить по законам новой империи.
Сейчас в его окрестностях располагалось несколько поселений, но добираться до них было слишком сложно. Наверное, потому маги и придумали амнилёты, вот уж точно лучший вид транспорта для подобной местности. К сожалению, селиться ниже было слишком опасно, так как у самого подножия гор располагалось три имперских гарнизона, призванных следить, чтобы маги не высовывались со своих гор. Потому тем оставалось лишь одно – приспосабливаться.
Увы, Зелёная крепость располагалась очень далеко от Виртеса, и даже учитывая довольно приличную скорость антарии, добираться обратно Келу с Олитом пришлось почти двое суток. Конечно, они останавливались на ночлег в гостинице в небольшом посёлке, но покинули её ещё ранним утром. И если для старшего из братьев подобные путешествия являлись делом привычным, то младший слишком быстро уставал. Потому и заснул прямо в кресле, хотя утверждал, что будет внимательно следить за дорогой.
