- А вот здесь ты ошибаешься, Марк. – Он не отреагировал, продолжая буравить меня взглядом, зато вскинулся виконт. – История возникновения особенного состояния не имела для меня никакого значения – едва я осознала, что у меня должен появиться малыш, то полюбила его всей душой… - Я сделала глубокий вдох и закончила: - И чуть не ушла следом за прерванной жизнью, нырнув в огромную дыру, возникшую на месте этой любви… Черная вуаль тогда спасла меня, заполнив пустоту… - Я развернулась и вышла из кухни в полной тишине.
Поднимаясь по лестнице, я не думала ни о чём – растревожившее воспоминание вызвало во рту горький привкус, а предстоящий поход на рынок к скорби и отчаянию как-то не располагал…
В своей спальне я сначала нырнула в уборную, чтобы освежиться уже как следует – умыть не только лицо, но и шею, поплескавшись со вкусом до утраты чувствительности в замёрзших от холодной воды пальцах и «загоревшейся» кожи…
Платье в гардеробной было приготовлено заранее, обувь – тоже, поэтому переодевание не заняло много времени. Накинув скромный плащ, я начала походить если не на служанку, то на обедневшую вдову точно, учитывая неяркую окраску одежды – самое то для посещения рынка, чтобы у предлагавших свой товар не возникло желания взвинтить цену… Последний штрих – простые перчатки и платок на голову. Я готова.
В холле меня ожидали Магда с корзиной, Марк с какой-то странной штукой в руках и глубоко задумавшийся виконт.
При моём появлении все трое ощутимо встрепенулись, а Марк, оглядев мой скромный наряд, заявил:
- Раздевайся, Тиса.
- Совсем? – Даже и не думая тянуться к пуговицам, я приняла от Магды небольшой кошелёк «на текущие расходы» и потянулась за корзиной. – Тогда вы первые.
Фыркнув, мой друг встряхнул странную штуку бледно-серого цвета и с улыбкой сказал:
- Ты же хотела поближе познакомиться с защитой служащих Тайного отдела – вот её тебе на дом принесли.
Острое любопытство шевельнулось в душе, но я не торопилась принимать из его рук защитный чехол. Просто присматриваясь к этому упругому панцирю, я поняла две вещи: его каким-то образом уменьшили в размерах, но для меня он не приемлем.
Во-первых, уменьшали явно образец, сработанный для мужчины, и, поэтому - во-вторых – для моей, пусть и не отличающейся выдающимися достоинствами фигуры, он не подходил совершенно.
Я подошла поближе к Марку, подняла его руки с чехлом вверх и убедилась в собственной правоте: в плечах он мне будет слишком широк, а на бёдра просто не налезет.
- Чего разглядываешь? – Нахмурился друг. – Снимай свой плащ и натягивай под него защиту.
- Марк, скажи мне, пожалуйста, - вкрадчиво поинтересовалась я, - а мальчики и девочки по телосложению сильно отличаются?..
- Это ты к чему? – Он поднял одну бровь; виконт, приблизившись, посмотрел сначала на меня, затем – на чехол, и слегка постучал себя по лбу – видимо, разглядел несоответствие.
- Это я к тому, Марк, что лучше будет позвать Марека и надеть эту защиту на него.
Марк ещё подозрительно рассматривал то, что держал в руках, а виконт, пройдя к входной двери, распахнул её, что-то отрывисто произнёс находящемуся на крыльце подчинённому, и через минуту Марек уже стоял в холле, удивлённо глядя на всех нас.
Друг, справившись с растерянностью, тоже сообразил, что предложенный вариант защиты мне не по фигуре, и быстренько помог соседу облачиться в него, закрепив под тёплой курточкой. Я забрала от Магды нашу особенную корзину – у неё, в отличие от других таких же, было две ручки, а не одна – и вопросительно посмотрела на обозначившего себя главным виконта.
Он оглядел по очереди всех, находящихся в холле, задержав взгляд на Марке, перемигнулся с ним о чём-то своём и предложил мне руку, указав перед тем Мареку в сторону двери:
- Прошу вас, леди…
По дороге к рынку я всё пыталась обнаружить присутствие охраны, но не преуспела в этом. Однако ощущение постороннего взгляда в спину, вызывающее желание передёрнуть плечами, давало понять, что без наблюдения нас не оставили.
Мы не торопились. Марек шествовал немного впереди, то значительно опережая нас, то останавливаясь и подпуская вплотную, а я, поглядывая время от времени на спутника, рассматривала лишённые пышной зелени дворы и поредевшую живую изгородь палисадов. И едва не споткнулась от вопроса, заданного негромким голосом:
- Вы сильно обиделись, леди, на наше бесцеремонное любопытство?..
Я вскинула взгляд на виконта, замедляя шаг. Он смотрел на меня виновато и сочувствующе. Я пожала плечами и спокойно произнесла:
- Я не делаю тайны из своего прошлого. – Не отводя взгляда, добавила: - Но и не считаю нужным лишний раз ворошить эти подробности…
- Я понимаю, леди… - Он сочувствующе сжал ладонь той руки, которой я опиралась на его предплечье. – И прошу прощения за неуместные вопросы.
- Но спрашивали не вы. – Не люблю, когда на себя берут чужую вину.
- Но это не значит, что я не хотел спросить – просто не успел, а вашему другу привычнее обращаться к вам с неудобными темами… - Он вздохнул и замолчал, не отрывая от меня пристального взгляда.
Я поправила на другой руке корзину – за право нести её пришлось в начале пути выдержать полноценное сражение с двумя чересчур заботливыми спутниками и пообещать, что, как только она начнёт наполняться, я передам груз в более крепкие руки – и решилась задать свой неудобный вопрос:
- Скажите, пожалуйста, виконт, а моя перчатка вам пригодилась?
Он неожиданно смутился и отвёл взгляд. Но, через некоторое время взглянув на меня, прочитал на моём лице ожидание ответа и с трудом выговорил:
- Да, леди… Очень… - Помолчал и неуверенно продолжил: - Но разрешите мне пока не посвящать вас в подробности…
Видеть на его лице растерянность было настолько непривычно, что теперь уже я отвела взгляд, почувствовав смущение, как будто случайно подглядела что-то, не предназначенное для посторонних глаз. И поспешно проговорила:
- Как считаете нужным, виконт…
Его рука под моей ощутимо напряглась и он огорчённо вздохнул:
- Ну вот, вы обиделись…
- Да с какой стати?.. – я вскинула на него глаза и поперхнулась – его взгляд был полон того яркого сияния, о котором я уже почти успела забыть. Зажмурилась и тихо выдавила, борясь с выступающими от невыносимого света слезами: - Что это с вами?..
- Простите, леди, потерял контроль… - Шумный глубокий вдох и не менее глубокий выдох подтвердили его слова. Но через некоторое время его голос уже звучал достаточно ровно: - Всё, леди. Можете открывать глаза.
Когда я решилась посмотреть на виконта, в его взгляде читалась только лёгкая грусть.
Вспомнив, что это не первый такой случай, я не удержалась:
- А почему вы теряете контроль? И над чем?..
Грусть сменилась весёлыми огоньками, а мне в ответ прилетел вопрос:
- Вам, леди, на самом деле интересно? – Виконт дождался моего кивка и задорно произнёс:
- Обещаю, леди, что расскажу вам всё, но не сейчас. Договорились? – Я ещё раз кивнула и, оглядевшись по сторонам, поняла, что мы почти пришли.
Рынок на нашей окраине помещался на территории огороженного пятачка, ранее бывшего площадью для ярмарок и представлений разного рода странствующих артистов. С другой стороны к нему примыкало небольшое скопление таких же, как наши, спокойных и чистых улочек, несколько сотен лет назад имевших статус почти центральных – тогда один из важнейших торговых путей проходил как раз через Речную улицу. Но теперь мы с Джанкарией не торгуем и общаемся в основном через дипломатические представительства, а Решта разрослась в направлении Ойзы, одной из двух полноводных рек страны.
Марек, остановившийся неподалёку от ворот и поджидавший нас, не выдержал и подбежал, блестя глазами:
- Куда сначала, леди?..
Мы обошли всё, не дойдя лишь до опустевших рыбных рядов – там жизнь кипит на рассвете, когда свежепойманные рыбины ещё своенравно бьют хвостами в тесных садках, а придирчивые хозяйки и служанки теребят их за жабры и плавники, стараясь сбить цену…
В оружейной лавке я восторженно осматривалась, разделяя интерес спутников, а в кондитерской мы с Мареком оживлённо разглядывали витрину под насмешливым взглядом виконта.
Затем были лавки: пряностей, кожевенная, посудная, галантерейная – в ней виконт хотел приобрести для меня пару приглянувшихся ему перчаток, а я его отговаривала – и обувная, где, разглядев на стеллаже у стены ярко-красные туфли, Марек бесхитростно поинтересовался:
- Леди, а госпожа Магда про эти туфли говорила?.. – И едва не обиделся на мой смех, от которого я не смогла удержаться.
Виконт, заинтригованный моей реакцией и насупленным видом Марека, потребовал объяснений и отстал, только получив от меня обещание рассказать всё дома.
Мясные лавки стояли в ряд у противоположных ворот рынка. Их мы оставили напоследок, потому что мясные продукты занимали самое большое место в списке необходимых приобретений.
Корзину, почти до половины заполненную кульками и свёртками, нёс виконт, без слов забрав у меня после первой же покупки. В мясной лавке пришлось сначала освободить её до самого дна, уложив вниз кости и вырезку, а затем плотно сложить всё обратно, чтобы ничего не потерять по дороге.
- Ну, что – домой? – качнул полной корзиной виконт, когда мы вышли из лавки, и я оглянулась в поисках не пошедшего с нами Марека. – Вроде бы вы всё нашли из списка…
Я не успела ответить, привлечённая резким взлаиванием неизвестно откуда возникшей здесь Ганьки и тревожным выкриком Марека. Повернувшись в сторону неожиданного шума, я почувствовала, как разом заледенели руки и сердце со свистом ухнуло вниз, в полную безнадёжного отчаяния чёрную бездну…
От раскрытых ворот, уворачиваясь в стремительном беге от вспарывающих фонтанчиками мёрзлой земли утоптанную площадь неизвестных метательных снарядов, летела Ганька, а ей навстречу, откуда-то сбоку, с протянутыми руками бежал Марек.
Стоявшие в воротах трое мужчин в трёхцветных одеяниях с поднятыми для новых бросков своих смертоносных снарядов руками ясно указывали на источник и причину нападения, не оставляя ни малейших надежд на спасение. К ним уже направлялись несколько людей в неприметной одежде, но они не успевали – между воздетыми над головой руками стоявшего посередине рос, набирая обороты, вихрь заклинаний. Не подлежало сомнению, кому он предназначался…
Движение рядом почувствовалось на грани восприятия – шагнув вперёд и сосредоточившись на своей Тьме, я пыталась дотянуться с её помощью до Марека, уже подхватившего на руки любимицу, яростным захлёбывающимся лаем вывалившую на него новости… Кажется, у меня получилось ухватить их обоих и даже оттащить в сторону от линии удара, но тут разом померк неяркий дневной свет, а меня сшибло с ног и прибило к стылой земле, припечатав сверху навалившейся тяжестью, почти выдавив из лёгких запасы воздуха. Ещё какие-то доли секунды я плавала в полубеспамятстве, а затем, услышав издалека сдавленный шёпот: «Диамантис!..» - окончательно выпала из реальности…
…Сознание вернулось вместе с судорожным глотком воздуха, щедро приправленного кислым вкусом гари и запахом тревоги, а ушей достигла смесь звуков, состоящая из коротких всхлипов, тихого поскуливания, сдержанной мужской ругани и робких вопросов из ближних лавок…
Я прислушалась к себе – ныли помятые рухнувшей на них тяжестью рёбра и жаловался неловко подвёрнутый локоть; в остальном всё вроде бы обстояло благополучно, и даже неведомый груз больше не придавливал к земле.
Я попробовала пошевелиться – и тут же крепкие руки подняли меня с земли, прижав к чему-то достаточно тёплому и устойчивому. Когда лёгкое головокружение, вызванное такой резкой сменой положения, прекратилось, и я смогла открыть глаза, то увидела перед собой бледного и встревоженного виконта, в глазах которого вновь вспыхивали странно мерцающие искры.
- Винсент, посмотри, - кто-то приблизился к нему, требуя внимания, а я смогла разглядеть то, что скрывалось за его широкими плечами.
Рынок гудел в привычной суете, ничуть не встревожившись от произошедшего на ограниченном пространстве возле ворот. По какой причине нападение оказалось незамеченным по прихоти нападавших или благодаря старанию сослуживцев виконта – неизвестно, но, похоже, никого не задело – разве что напугались ближайшие лавочники.
Вспомнив про возможных пострадавших, я похолодела, не увидев рядом с собой Марека и его питомицу. Панике не дал разгореться обнаруженный в дюжине шагов плотный кокон Тьмы, из которого и доносились тихие всхлипы с лёгким поскуливанием…
Оглянувшись и встретив внимательный взгляд прижимавшего меня к своей груди Мартина, я постаралась выпрямиться и, поддерживаемая его рукой, направилась к тёмному кокону, чтобы размотать плотные сгустки Тьмы.
На полпути меня перехватила другая рука, и нервный шёпот щекотнул кожу на щеке:
- Диамантис, ты… - Запнулся и уже отчётливее проговорил: - Леди, как вы себя чувствуете?..
Я подняла глаза, повернувшись в сторону виконта – мерцание в глазах уже не так пугало, да и бледность немного проходила.
«Интересно, чем это таким качественным запустили трёхцветные фанатики, что даже уверенного в себе наследника проняло?» - мелькнула у меня мысль. Вслух же я только сказала:
- Рёбра немного ноют, да голова слегка кружится – но это пустяки…
Ответила я так, как считала нужным, но, к моему удивлению, виконт, посмурнев, сжал челюсти и, быстро стащив с моих рук перчатки, обхватил холодные пальцы своими горячими ладонями. Постоял так несколько минут, опустив голову, словно в задумчивости, и, подняв на меня уже просветлевший взгляд, с облегчением произнёс:
- Простите меня, леди, это, похоже, я вам рёбра помял, когда закрывал от нападения… - Виновато улыбнулся и закончил: - А головокружение сейчас пройдёт – мы с вами защиту смешали и откат получили…
Он оглянулся на тёмный кокон:
- Вы освобождать шли? – Я кивнула. – Тогда, если не возражаете… - Виконт перехватил мою руку, выпустив вторую, и повёл к ожидавшему меня кокону Тьмы.
Подойдя почти вплотную, я протянула свободную руку и в неё, на мгновение став тёмным облачком, собрался переливающийся антрацитом чёрный сгусток. Померцав вокруг ладони, он быстро исчез – только неизвестно откуда подхваченный сухой мусор ссыпался на землю…
Освобождённый Марек с притихшей Ганькой на руках смотрел на меня с восторженным испугом, а виконт тихо проговорил:
- Впечатляет, леди… - И уже громко, Мареку: - Парень, ты в порядке?
Марек только кивнул, а Ганька ответила за двоих, оглушив всех звонким лаем. Сквозь этот лай я расслышала приглушённое хмыканье:
- Похоже, что в полном…
К нам уже приблизились несколько сослуживцев виконта, один – наверное, целитель – провёл руками над Мареком и Ганькой, едва успев отдёрнуть ладонь от зубов последней, после чего с улыбкой подтвердил:
- Они в порядке. – И внимательно взглянул на меня: - Винсент…
Виконт только крепче сжал мою ладошку и, нахмурившись, проворчал:
- Леди я проверил – здесь всё хорошо, но надо бы домой… - Оглядел своих подчинённых и поинтересовался: - Карета где?
- Но, Винс… - Возразил один, а второй, метнув на первого строгий взгляд, улыбнулся нам с виконтом:
- Винс, в карете будет долго, но ты вполне можешь сам… - Он покрутил головой с непонятным выражением. – Особенно после того, что мы все наблюдали…
Поднимаясь по лестнице, я не думала ни о чём – растревожившее воспоминание вызвало во рту горький привкус, а предстоящий поход на рынок к скорби и отчаянию как-то не располагал…
В своей спальне я сначала нырнула в уборную, чтобы освежиться уже как следует – умыть не только лицо, но и шею, поплескавшись со вкусом до утраты чувствительности в замёрзших от холодной воды пальцах и «загоревшейся» кожи…
Платье в гардеробной было приготовлено заранее, обувь – тоже, поэтому переодевание не заняло много времени. Накинув скромный плащ, я начала походить если не на служанку, то на обедневшую вдову точно, учитывая неяркую окраску одежды – самое то для посещения рынка, чтобы у предлагавших свой товар не возникло желания взвинтить цену… Последний штрих – простые перчатки и платок на голову. Я готова.
Прода от 21.06.2020, 10:04
В холле меня ожидали Магда с корзиной, Марк с какой-то странной штукой в руках и глубоко задумавшийся виконт.
При моём появлении все трое ощутимо встрепенулись, а Марк, оглядев мой скромный наряд, заявил:
- Раздевайся, Тиса.
- Совсем? – Даже и не думая тянуться к пуговицам, я приняла от Магды небольшой кошелёк «на текущие расходы» и потянулась за корзиной. – Тогда вы первые.
Фыркнув, мой друг встряхнул странную штуку бледно-серого цвета и с улыбкой сказал:
- Ты же хотела поближе познакомиться с защитой служащих Тайного отдела – вот её тебе на дом принесли.
Острое любопытство шевельнулось в душе, но я не торопилась принимать из его рук защитный чехол. Просто присматриваясь к этому упругому панцирю, я поняла две вещи: его каким-то образом уменьшили в размерах, но для меня он не приемлем.
Во-первых, уменьшали явно образец, сработанный для мужчины, и, поэтому - во-вторых – для моей, пусть и не отличающейся выдающимися достоинствами фигуры, он не подходил совершенно.
Я подошла поближе к Марку, подняла его руки с чехлом вверх и убедилась в собственной правоте: в плечах он мне будет слишком широк, а на бёдра просто не налезет.
- Чего разглядываешь? – Нахмурился друг. – Снимай свой плащ и натягивай под него защиту.
- Марк, скажи мне, пожалуйста, - вкрадчиво поинтересовалась я, - а мальчики и девочки по телосложению сильно отличаются?..
- Это ты к чему? – Он поднял одну бровь; виконт, приблизившись, посмотрел сначала на меня, затем – на чехол, и слегка постучал себя по лбу – видимо, разглядел несоответствие.
- Это я к тому, Марк, что лучше будет позвать Марека и надеть эту защиту на него.
Марк ещё подозрительно рассматривал то, что держал в руках, а виконт, пройдя к входной двери, распахнул её, что-то отрывисто произнёс находящемуся на крыльце подчинённому, и через минуту Марек уже стоял в холле, удивлённо глядя на всех нас.
Друг, справившись с растерянностью, тоже сообразил, что предложенный вариант защиты мне не по фигуре, и быстренько помог соседу облачиться в него, закрепив под тёплой курточкой. Я забрала от Магды нашу особенную корзину – у неё, в отличие от других таких же, было две ручки, а не одна – и вопросительно посмотрела на обозначившего себя главным виконта.
Он оглядел по очереди всех, находящихся в холле, задержав взгляд на Марке, перемигнулся с ним о чём-то своём и предложил мне руку, указав перед тем Мареку в сторону двери:
- Прошу вас, леди…
По дороге к рынку я всё пыталась обнаружить присутствие охраны, но не преуспела в этом. Однако ощущение постороннего взгляда в спину, вызывающее желание передёрнуть плечами, давало понять, что без наблюдения нас не оставили.
Мы не торопились. Марек шествовал немного впереди, то значительно опережая нас, то останавливаясь и подпуская вплотную, а я, поглядывая время от времени на спутника, рассматривала лишённые пышной зелени дворы и поредевшую живую изгородь палисадов. И едва не споткнулась от вопроса, заданного негромким голосом:
- Вы сильно обиделись, леди, на наше бесцеремонное любопытство?..
Я вскинула взгляд на виконта, замедляя шаг. Он смотрел на меня виновато и сочувствующе. Я пожала плечами и спокойно произнесла:
- Я не делаю тайны из своего прошлого. – Не отводя взгляда, добавила: - Но и не считаю нужным лишний раз ворошить эти подробности…
- Я понимаю, леди… - Он сочувствующе сжал ладонь той руки, которой я опиралась на его предплечье. – И прошу прощения за неуместные вопросы.
- Но спрашивали не вы. – Не люблю, когда на себя берут чужую вину.
- Но это не значит, что я не хотел спросить – просто не успел, а вашему другу привычнее обращаться к вам с неудобными темами… - Он вздохнул и замолчал, не отрывая от меня пристального взгляда.
Я поправила на другой руке корзину – за право нести её пришлось в начале пути выдержать полноценное сражение с двумя чересчур заботливыми спутниками и пообещать, что, как только она начнёт наполняться, я передам груз в более крепкие руки – и решилась задать свой неудобный вопрос:
- Скажите, пожалуйста, виконт, а моя перчатка вам пригодилась?
Он неожиданно смутился и отвёл взгляд. Но, через некоторое время взглянув на меня, прочитал на моём лице ожидание ответа и с трудом выговорил:
- Да, леди… Очень… - Помолчал и неуверенно продолжил: - Но разрешите мне пока не посвящать вас в подробности…
Видеть на его лице растерянность было настолько непривычно, что теперь уже я отвела взгляд, почувствовав смущение, как будто случайно подглядела что-то, не предназначенное для посторонних глаз. И поспешно проговорила:
- Как считаете нужным, виконт…
Его рука под моей ощутимо напряглась и он огорчённо вздохнул:
- Ну вот, вы обиделись…
- Да с какой стати?.. – я вскинула на него глаза и поперхнулась – его взгляд был полон того яркого сияния, о котором я уже почти успела забыть. Зажмурилась и тихо выдавила, борясь с выступающими от невыносимого света слезами: - Что это с вами?..
- Простите, леди, потерял контроль… - Шумный глубокий вдох и не менее глубокий выдох подтвердили его слова. Но через некоторое время его голос уже звучал достаточно ровно: - Всё, леди. Можете открывать глаза.
Когда я решилась посмотреть на виконта, в его взгляде читалась только лёгкая грусть.
Вспомнив, что это не первый такой случай, я не удержалась:
- А почему вы теряете контроль? И над чем?..
Грусть сменилась весёлыми огоньками, а мне в ответ прилетел вопрос:
- Вам, леди, на самом деле интересно? – Виконт дождался моего кивка и задорно произнёс:
- Обещаю, леди, что расскажу вам всё, но не сейчас. Договорились? – Я ещё раз кивнула и, оглядевшись по сторонам, поняла, что мы почти пришли.
Рынок на нашей окраине помещался на территории огороженного пятачка, ранее бывшего площадью для ярмарок и представлений разного рода странствующих артистов. С другой стороны к нему примыкало небольшое скопление таких же, как наши, спокойных и чистых улочек, несколько сотен лет назад имевших статус почти центральных – тогда один из важнейших торговых путей проходил как раз через Речную улицу. Но теперь мы с Джанкарией не торгуем и общаемся в основном через дипломатические представительства, а Решта разрослась в направлении Ойзы, одной из двух полноводных рек страны.
Марек, остановившийся неподалёку от ворот и поджидавший нас, не выдержал и подбежал, блестя глазами:
- Куда сначала, леди?..
Мы обошли всё, не дойдя лишь до опустевших рыбных рядов – там жизнь кипит на рассвете, когда свежепойманные рыбины ещё своенравно бьют хвостами в тесных садках, а придирчивые хозяйки и служанки теребят их за жабры и плавники, стараясь сбить цену…
В оружейной лавке я восторженно осматривалась, разделяя интерес спутников, а в кондитерской мы с Мареком оживлённо разглядывали витрину под насмешливым взглядом виконта.
Затем были лавки: пряностей, кожевенная, посудная, галантерейная – в ней виконт хотел приобрести для меня пару приглянувшихся ему перчаток, а я его отговаривала – и обувная, где, разглядев на стеллаже у стены ярко-красные туфли, Марек бесхитростно поинтересовался:
- Леди, а госпожа Магда про эти туфли говорила?.. – И едва не обиделся на мой смех, от которого я не смогла удержаться.
Виконт, заинтригованный моей реакцией и насупленным видом Марека, потребовал объяснений и отстал, только получив от меня обещание рассказать всё дома.
Мясные лавки стояли в ряд у противоположных ворот рынка. Их мы оставили напоследок, потому что мясные продукты занимали самое большое место в списке необходимых приобретений.
Корзину, почти до половины заполненную кульками и свёртками, нёс виконт, без слов забрав у меня после первой же покупки. В мясной лавке пришлось сначала освободить её до самого дна, уложив вниз кости и вырезку, а затем плотно сложить всё обратно, чтобы ничего не потерять по дороге.
- Ну, что – домой? – качнул полной корзиной виконт, когда мы вышли из лавки, и я оглянулась в поисках не пошедшего с нами Марека. – Вроде бы вы всё нашли из списка…
Я не успела ответить, привлечённая резким взлаиванием неизвестно откуда возникшей здесь Ганьки и тревожным выкриком Марека. Повернувшись в сторону неожиданного шума, я почувствовала, как разом заледенели руки и сердце со свистом ухнуло вниз, в полную безнадёжного отчаяния чёрную бездну…
От раскрытых ворот, уворачиваясь в стремительном беге от вспарывающих фонтанчиками мёрзлой земли утоптанную площадь неизвестных метательных снарядов, летела Ганька, а ей навстречу, откуда-то сбоку, с протянутыми руками бежал Марек.
Стоявшие в воротах трое мужчин в трёхцветных одеяниях с поднятыми для новых бросков своих смертоносных снарядов руками ясно указывали на источник и причину нападения, не оставляя ни малейших надежд на спасение. К ним уже направлялись несколько людей в неприметной одежде, но они не успевали – между воздетыми над головой руками стоявшего посередине рос, набирая обороты, вихрь заклинаний. Не подлежало сомнению, кому он предназначался…
Движение рядом почувствовалось на грани восприятия – шагнув вперёд и сосредоточившись на своей Тьме, я пыталась дотянуться с её помощью до Марека, уже подхватившего на руки любимицу, яростным захлёбывающимся лаем вывалившую на него новости… Кажется, у меня получилось ухватить их обоих и даже оттащить в сторону от линии удара, но тут разом померк неяркий дневной свет, а меня сшибло с ног и прибило к стылой земле, припечатав сверху навалившейся тяжестью, почти выдавив из лёгких запасы воздуха. Ещё какие-то доли секунды я плавала в полубеспамятстве, а затем, услышав издалека сдавленный шёпот: «Диамантис!..» - окончательно выпала из реальности…
Прода от 22.06.2020, 08:57
…Сознание вернулось вместе с судорожным глотком воздуха, щедро приправленного кислым вкусом гари и запахом тревоги, а ушей достигла смесь звуков, состоящая из коротких всхлипов, тихого поскуливания, сдержанной мужской ругани и робких вопросов из ближних лавок…
Я прислушалась к себе – ныли помятые рухнувшей на них тяжестью рёбра и жаловался неловко подвёрнутый локоть; в остальном всё вроде бы обстояло благополучно, и даже неведомый груз больше не придавливал к земле.
Я попробовала пошевелиться – и тут же крепкие руки подняли меня с земли, прижав к чему-то достаточно тёплому и устойчивому. Когда лёгкое головокружение, вызванное такой резкой сменой положения, прекратилось, и я смогла открыть глаза, то увидела перед собой бледного и встревоженного виконта, в глазах которого вновь вспыхивали странно мерцающие искры.
- Винсент, посмотри, - кто-то приблизился к нему, требуя внимания, а я смогла разглядеть то, что скрывалось за его широкими плечами.
Рынок гудел в привычной суете, ничуть не встревожившись от произошедшего на ограниченном пространстве возле ворот. По какой причине нападение оказалось незамеченным по прихоти нападавших или благодаря старанию сослуживцев виконта – неизвестно, но, похоже, никого не задело – разве что напугались ближайшие лавочники.
Вспомнив про возможных пострадавших, я похолодела, не увидев рядом с собой Марека и его питомицу. Панике не дал разгореться обнаруженный в дюжине шагов плотный кокон Тьмы, из которого и доносились тихие всхлипы с лёгким поскуливанием…
Оглянувшись и встретив внимательный взгляд прижимавшего меня к своей груди Мартина, я постаралась выпрямиться и, поддерживаемая его рукой, направилась к тёмному кокону, чтобы размотать плотные сгустки Тьмы.
На полпути меня перехватила другая рука, и нервный шёпот щекотнул кожу на щеке:
- Диамантис, ты… - Запнулся и уже отчётливее проговорил: - Леди, как вы себя чувствуете?..
Я подняла глаза, повернувшись в сторону виконта – мерцание в глазах уже не так пугало, да и бледность немного проходила.
«Интересно, чем это таким качественным запустили трёхцветные фанатики, что даже уверенного в себе наследника проняло?» - мелькнула у меня мысль. Вслух же я только сказала:
- Рёбра немного ноют, да голова слегка кружится – но это пустяки…
Ответила я так, как считала нужным, но, к моему удивлению, виконт, посмурнев, сжал челюсти и, быстро стащив с моих рук перчатки, обхватил холодные пальцы своими горячими ладонями. Постоял так несколько минут, опустив голову, словно в задумчивости, и, подняв на меня уже просветлевший взгляд, с облегчением произнёс:
- Простите меня, леди, это, похоже, я вам рёбра помял, когда закрывал от нападения… - Виновато улыбнулся и закончил: - А головокружение сейчас пройдёт – мы с вами защиту смешали и откат получили…
Он оглянулся на тёмный кокон:
- Вы освобождать шли? – Я кивнула. – Тогда, если не возражаете… - Виконт перехватил мою руку, выпустив вторую, и повёл к ожидавшему меня кокону Тьмы.
Подойдя почти вплотную, я протянула свободную руку и в неё, на мгновение став тёмным облачком, собрался переливающийся антрацитом чёрный сгусток. Померцав вокруг ладони, он быстро исчез – только неизвестно откуда подхваченный сухой мусор ссыпался на землю…
Освобождённый Марек с притихшей Ганькой на руках смотрел на меня с восторженным испугом, а виконт тихо проговорил:
- Впечатляет, леди… - И уже громко, Мареку: - Парень, ты в порядке?
Марек только кивнул, а Ганька ответила за двоих, оглушив всех звонким лаем. Сквозь этот лай я расслышала приглушённое хмыканье:
- Похоже, что в полном…
К нам уже приблизились несколько сослуживцев виконта, один – наверное, целитель – провёл руками над Мареком и Ганькой, едва успев отдёрнуть ладонь от зубов последней, после чего с улыбкой подтвердил:
- Они в порядке. – И внимательно взглянул на меня: - Винсент…
Виконт только крепче сжал мою ладошку и, нахмурившись, проворчал:
- Леди я проверил – здесь всё хорошо, но надо бы домой… - Оглядел своих подчинённых и поинтересовался: - Карета где?
- Но, Винс… - Возразил один, а второй, метнув на первого строгий взгляд, улыбнулся нам с виконтом:
- Винс, в карете будет долго, но ты вполне можешь сам… - Он покрутил головой с непонятным выражением. – Особенно после того, что мы все наблюдали…
