- Прости, Винс… - проворчал его родственник, остывая. И посмотрел на меня с грустной улыбкой:
- Видишь, хомячок, какие у нас страсти кипят из-за твоей противоречивой персоны…
Я как раз отпивала чай, чтобы смягчить неприятный привкус во рту, возникший после реплики виконта, но слова Ланса заставили меня поперхнуться и закашляться. Гарт возник передо мной и освободил мои руки, а Ланс, быстро надавив где-то посередине позвоночника, помог мне справиться с кашлем. Но в горле саднило, поэтому я забрала от Гарта свою чашку и сделала несколько осторожных маленьких глотков, чтобы не спровоцировать новый приступ. Обошлось… И остатки чая я допила побыстрее, поставив чашку на чайный столик. На всякий случай…
- Для тебя и это новость, хомячок… - проворчал Гарт, возвращаясь в кресло. Ланс маячил сбоку, закрывая от меня сидящих на диване. Или меня от них?..
-Новость… - отозвался Ланс растерянно. – А могли бы и догадаться, что у девушки полностью отсутствует женское тщеславие… Как и многое другое, отнюдь не облегчающее мужскую жизнь – но не думал, что отсутствие оного может стать ещё большей проблемой…
Я на всякий случай помалкивала. Тема моей нестандартности, как женской особи, много раз всплывала в Академии в разговорах с соседками, да и Магда не давала мне забыть о моих особенностях. Но вот так, на публику, об этом говорилось впервые, и я не знала, что предпринять: то ли обидеться, встать и уйти – но наверху Магда, счастливая в своём ожидании и неведении о кипящих здесь страстях; или возмутиться – громко и с требованием оставить тему моей непохожести на остальных женщин – но надо было возмущаться сразу, а теперь момент упущен…
На моё молчание первым отреагировал Ланс – принёс стул и сел напротив меня, забрав мои ладони к себе на колени. Шевеление на диванчике заставило его покоситься в ту сторону и слегка нахмуриться, но говорить он ничего не стал. Вместо этого перевёл на меня обеспокоенный взгляд и мягко проговорил:
- Знаешь, хомячок, мы, мужчины – очень странные существа. Мы порой досадуем на поведение женщин, считая, что без многих их капризов и выкрутасов было бы намного проще договариваться да и просто жить, но, уверяю тебя, ни один из нас не будет рад, если ему встретится женщина, своим поведением напоминающая мужчину… - Я хотела забрать от него свои руки, обиженная сравнением с мужчинами, но он не позволил. – А ты, девочка, не похожа ни на кого. Я могу так говорить, потому что знаю тебя с Академии. Твоя чистота и полное отсутствие желаний какой-то мелкой выгоды для себя подкупает, но и ставит в тупик. А мы всё-таки уже привыкли мыслить и действовать по стандарту. И эта привычка в случае с тобой нас подводит постоянно… А уж твоя история…
- Всё так… - прокашлявшись, подал голос Гарт. – Мы стали настолько толстокожими и так привыкли к стереотипному поведению, что не всегда можем перестроиться в своих закоснелых реакциях…
- Теперь по поводу роз… - Ланс бросил ещё один взгляд в сторону дивана. – Мой племянник, подняв тему особого сорта роз в общении с девушкой, не являющейся его родственницей или невестой, поступил очень опрометчиво и неприлично, потому что это не та тема, которую можно обсуждать в обществе – если в нём не обговариваются подробности предстоящей свадьбы. В мужском обществе!.. – он слегка возвысил голос, уловив недовольное шевеление на диване.
Некоторая часть претензий к виконту от его старших товарищей стала мне понятна. Но это же не всё? Да и ситуация у нас с этой свадьбой, если подумать, совсем не стандартная…
- Но этим правилом можно было бы и пренебречь, потому что вы, действительно, занимались нашей свадьбой, несколько неожиданной для всех…
- Ими же и спровоцированной – говори, как есть! – фыркнул Гарт, выявив виновников скоропалительной свадьбы.
- Ну, здесь – ты уж прости – я не могу испытывать к ним каких-либо претензий… - под лёгкие смешки с дивана парировал Ланс обличающее заявление своего друга. Я почувствовала, как ослабел тугой комок обиды в моей душе. Но полностью не растаял. – Однако есть одна немаловажная деталь – сорт этот магический, и действие его заключается не только в усилении впечатлений между супругами, – он улыбнулся мне какой-то чересчур мужской улыбкой, и я почувствовала, что краснею. На диване снова недовольно зашевелились, а от Гарта прилетел едкий смешок. – Он ещё закрепляет связь супругов на более глубоком уровне, чем телесный. Подчеркну: для любящих супругов или, хотя бы, испытывающих глубокую взаимную симпатию… И – один момент – у каждого рода этот сорт свой, и используется он только мужчинами рода…
К последнему уточнению я уже не могла смотреть в глаза всем присутствующим – настолько смутила меня выданная информация. И понятно теперь, почему в присутствии девушек это всё не обсуждается – по идее, о таких отношениях они узнают в первую брачную ночь. Я вздохнула – со мной всё почти так и случилось, и я вполне обошлась бы без этого опыта…
Я вскинула голову – последняя мысль навела меня на одно соображение:
- Но мы же не воспользовались… розами и брачным ложем… - договаривала я в пол, снова смутившись от смысла собственной фразы.
Гарт громко хохотнул, а с дивана донёсся слитный шумный вдох – мне, кажется, даже удалось уловить произнесённое весёлым шёпотом: «Тиса!..»
- Девочка… - Ланс крепче сжал мои руки и замолчал. Я рискнула поднять глаза – он хмурился, стараясь быть серьёзным, но его губы расползались в неудержимой улыбке. Ну вот что смешного я сказала?! Я настойчивее потянула к себе руки из крепкого захвата, но силы оказались неравны.
- Хомячок, мы и не думали подозревать вас в чём-то настолько пикантном, как захват чужого брачного ложа с намерением незаконного использования… - Гарт произнёс это всё без улыбки, но мне тут же захотелось бросить в него поставленной на чайный столик пустой чашкой; хотя уже чувствовала, как помимо воли начинаю улыбаться – это надо же суметь так вывернуть значения слов, что над стыдными в другом обороте определениями можно посмеяться, как над весёлой шуткой. А на диване, действительно, уже веселились, вздыхая и похрюкивая… - Но надышались вы этим запахом от души, потому что один балбес не сообразил выгнать тебя из комнаты…
- И что нам теперь – жениться?! – В моей голове так и не уложился смысл, вернее, предположительные последствия случившегося…
- А ты разве против?.. – окинул меня странным взглядом Гарт. – Смотри, каков жених: собой хорош, со сковородкой, правда, обращаться не умеет, но научишь – зато при службе и титуле! Не жених – мечта!..
- Вот пусть кто-нибудь и домечтается!.. – Я чувствовала одновременно неловкость и желание рассмеяться – вот как он припомнил моё недавнее выступление с Магдой!.. Но намёки на виконта, как на потенциального жениха уже порядком мне надоели. – Да он и сам жениться не хочет, иначе моей перчаткой от дебютанток вряд ли бы отмахивался!..
Гарт поперхнулся воздухом, с дивана донёсся сдавленный стон, а Ланс тихо протянул:
- Хомячок… - и уронил голову в выражении отчаяния. Вздохнул глубоко и поднял на меня взгляд: - Про перчатку давай потом, а сейчас закончим с розами. Жениться вам не надо, - я не сдержала облегчённого вздоха, - но между вами могла возникнуть связь, которая, при отсутствии более плотного контакта, со временем исчезнет…
- А могла и не возникнуть? – я с готовностью уцепилась за допущение.
- Думаю, что всё-таки возникла, - проговорил Ланс с новым вздохом, метнув очередной короткий взгляд в сторону дивана.
- И… что мне теперь делать? – растерялась я. Выдала Магду замуж, называется, цветочки подержала…
- Лучше я скажу, чего не делать – не испытывать сильных чувств и эмоций и видеться пока как можно реже…
- Почему?.. – Вот это мне непонятно.
- А ты можешь соскучиться?.. – невинным тоном осведомился Ланс.
Что он, что Гарт – заразы ехидные.
- Я не поняла, почему нельзя испытывать сильных эмоций… - действительно, почему?
- Потому что, когда один из связанных испытывает страх или боль, то другой тоже может это почувствовать… - пояснил Ланс, проявляя нетерпение. – И связь будет лишь укрепляться. А ты же замуж не хочешь?..
- Не хочу, - согласилась я. А Ланс всё равно – ехидна!..
- Теперь, хомячок, второй вопрос. – Ехидна-Ланс отпустил мои руки и пошёл ставить стул к стене. – Как там Магда?
- Когда я уходила, она заканчивала переодеваться, - я пожала плечами. И, бросив взгляд на часы, мстительно закончила: - А теперь, наверное, уснула. Магда рано ложиться привыкла…
- Связался я с вашими розами!.. – с досадой выговорил Ланс, разом растеряв всё ехидство. – Ничего бы с вами не случилось… Ну, поженились бы – так это не смертельно… - В полном расстройстве он шагнул к двери.
- Стой!.. – Гарт сорвался с места и, убрав с подноса сахарницу, расстелил на нём несколько салфеток, положил на них куски пирога, фрукты и сыр, а стоявшую на фортепиано бутылку вина и два бокала сунул в руки расстроенного жениха. – Пойдём, провожу…
- Да почему сразу – и поженились?! – спросила я у закрывшейся двери.
- Тиса, не сразу, а постепенно… - Возник рядом улыбающийся Марк и предложил: - Давай я тебе ещё чая налью, чтобы ты поскорее успокоилась…
Стукнуть его, что ли?..
- Чая налей, а язык твой поганый я всё равно выдерну… - я старалась не смотреть на подошедшего, наверное, тоже за чаем, виконта.
- Если дотянешься!.. – подколол меня друг и протянул мне полную чашку. – И чего ты разозлилась – постепенно жениться очень даже ничего, подумай над этим…
- Я на табуретку встану или на стол залезу и оттуда спрыгну – тогда непременно дотянусь!.. – Я приняла чашку с чаем, но от воинственных мыслей не избавилась. – И вообще – я выйду замуж только после того, как ты женишься!..
- Слово? – протянул мне руку Марк.
- Слово! – я ударила по его ладони, чувствуя неправильность содеянного – и от того, что использовала запрещённый приём – ведь его любимая давно замужем – и от какого-то неосознанного ощущения, что умудрилась вляпаться – как это всегда получалось в случае споров с Марком в Академии…
- Леди… - мягкий голос виконта прогнал неприятное ощущение. – Если вам угодно, я могу его подержать, пока вы встаёте на стул…
- С кем я связался!.. – в комичном ужасе воскликнул Марк и с выражением страха на лице попятился от сообщника по оппозиции. – И вообще, Инкрайз, где твоя мужская солидарность?..
Честно говоря, участвуя в этой детской перепалке, я даже несколько отошла от лёгкой обиды на Марка и от ужасной перспективы замужества... Наблюдая за перемещающимися по комнате молодыми мужчинами, один из которых близкий друг, а второй – тоже далеко не посторонний, я поняла, как соскучилась по таким лёгким и весёлым отношениям. Особенно, если не надо замуж…
Короткая характеристика мужской солидарности, при которой обижают хороших девушек, разбилась о характеристику хороших девушек и обе характеристики увяли при появлении Гарта. Он распахнул дверь, с коротким возгласом:
- Еле успели!.. – рухнул в кресло и расхохотался.
Мы настороженно замерли, наблюдая за взрывом неожиданного веселья.
Гарт поднял голову, обвёл нас весёлым взглядом и расхохотался снова. Когда он смог внятно произнести слова, то первыми были:
- Ты знаешь, хомячок, я начинаю тебя бояться! – Он остановил на мне задумчиво-весёлый взгляд и пояснил: - Вот так припечатаешь – и всё: придётся жениться, да ещё и радоваться!..
- Не понимаю, при чём здесь я… - Я на всякий случай насупилась. – Магду с Лансом я не сводила…
- Зато поженила!.. – Его глаза заискрились от получаемого удовольствия.
- А они и не возражали!.. – Да чего ж во всём-то меня обвинять!..
- Всё, убедила!.. – Гарт поднял вверх обе ладони. – Теперь я понимаю твоих преподавателей, но не завидую. – Он нашёл взглядом замерших рядом виконта и Марка. – Оппозиция, чая налейте! Пожалуйста…
Пока Марк, назначивший сам себя на должность разливателя чая, наполнял чашку Гарта, взгляд последнего перемещался по комнате. На подоконнике с помещёнными туда бутылками вина и бокалами он остановился и последовало предложение:
- Может, ещё вина?
- Без меня. – Я не смогла сдержать неожиданный зевок и поспешно прикрыла рот ладонью.
- Понял. Вино отменяется. – Гарт допил чай, о чём-то сосредоточенно думая, и спросил: - С чем тебе помочь, хомячок?..
Когда я вопросительно на него посмотрела, он уточнил:
- Ты же сама убирать тут всё будешь?
- Ну да… - я пожала плечами.
- Ну, так мы поможем. Ты только говори, куда нести. – Он обернулся к оппозиции. – Молодёжь…
В итоге гостиную освободили от последствий банкета в считанные минуты. Вино и продукты убрали в холодильный ларь, а бокалы поместили в мойку, по пути получив порцию недовольства от очередного выкипающего чайника.
В холле мужчины быстро оделись, Гарт, весело усмехнувшись, пожелал мне спокойной ночи и чмокнул в щёку; Марк, прошептав, что я поганка, но он меня всё равно любит, чмокнул в другую.
Подошедший последним виконт взял меня за руки, мимолётно оглянулся на стоящих у двери товарищей, наклонился и проникновенно сказал:
- Леди, поверьте, у меня и в мыслях никогда не было причинить вам вред… - Обдав меня в очередной раз ярким сиянием, он поднял мои руки и прижал к своим щекам… Постоял так, прикрыв глаза, мягко отпустил мои ладони и, прошептав: - Спокойной ночи, леди… - быстро исчез, словно растворившись в окружающем пространстве…
Гарт на такое явление только покачал головой, Марк ухмыльнулся, оба кивнули и скрылись за дверью…
Я постояла, глядя им вслед и переживая внезапное ощущение мужской кожи под ладонями – тёплой и к концу дня колюче-шероховатой…
Опомнилась, прошлась по первому этажу, проверив засовы на дверях и погасив все немагические светильники, и поднялась наверх.
Надышалась я запахом этих роз от души – тут Гарт прав. Запах этот, как мне кажется, въелся не только в одежду, но и в волосы, и в кожу. И хочется смыть его с себя, как нечто чужеродное и липкое. Может, завтра банный день устроить? Магда обрадуется…
За такими мыслями я пролетела через свою спальню в уборную, умылась, хорошенько поплескавшись над фарфоровой раковиной, и медленно пошла в гардеробную, на ходу распуская сколотую на затылке косу…
Расстегнула верхние крючки на платье и привычно нырнула головой в просторное отверстие. И взвыла от боли, когда мои волосы дёрнуло что-то в нескольких местах! Я попробовала покрутить головой, но добилась только того, что мест, в которых кто-то невидимый немилосердно тянул меня за волосы, стало значительно больше…
От боли состояние полуотрешённости, овладевшее сознанием, рассеялось, и я застонала в голос. Зажимы!.. Те металлические «побрякушки», которыми Марк помогал мне скреплять многочисленные завязки, им же впоследствии и обруганные… И как я могла про них забыть?!
Хотя… Ничего удивительного. Этот день неожиданно растянулся, вобрав в себя огромное количество событий и притупив восприятие одних моментов за счёт выведения на передний план других…
Конечно, это всё хорошо. Я поняла, что со мной случилось – и даже разобралась в причинах случившегося – в очередной раз убедившись, что любое неприятное событие в моей жизни происходит из-за собственной глупости или недосмотра. И что дальше?..
Я припомнила, сколько зажимов болталось спереди и сзади, а также на рукавах, и снова застонала.
- Видишь, хомячок, какие у нас страсти кипят из-за твоей противоречивой персоны…
Я как раз отпивала чай, чтобы смягчить неприятный привкус во рту, возникший после реплики виконта, но слова Ланса заставили меня поперхнуться и закашляться. Гарт возник передо мной и освободил мои руки, а Ланс, быстро надавив где-то посередине позвоночника, помог мне справиться с кашлем. Но в горле саднило, поэтому я забрала от Гарта свою чашку и сделала несколько осторожных маленьких глотков, чтобы не спровоцировать новый приступ. Обошлось… И остатки чая я допила побыстрее, поставив чашку на чайный столик. На всякий случай…
- Для тебя и это новость, хомячок… - проворчал Гарт, возвращаясь в кресло. Ланс маячил сбоку, закрывая от меня сидящих на диване. Или меня от них?..
-Новость… - отозвался Ланс растерянно. – А могли бы и догадаться, что у девушки полностью отсутствует женское тщеславие… Как и многое другое, отнюдь не облегчающее мужскую жизнь – но не думал, что отсутствие оного может стать ещё большей проблемой…
Я на всякий случай помалкивала. Тема моей нестандартности, как женской особи, много раз всплывала в Академии в разговорах с соседками, да и Магда не давала мне забыть о моих особенностях. Но вот так, на публику, об этом говорилось впервые, и я не знала, что предпринять: то ли обидеться, встать и уйти – но наверху Магда, счастливая в своём ожидании и неведении о кипящих здесь страстях; или возмутиться – громко и с требованием оставить тему моей непохожести на остальных женщин – но надо было возмущаться сразу, а теперь момент упущен…
На моё молчание первым отреагировал Ланс – принёс стул и сел напротив меня, забрав мои ладони к себе на колени. Шевеление на диванчике заставило его покоситься в ту сторону и слегка нахмуриться, но говорить он ничего не стал. Вместо этого перевёл на меня обеспокоенный взгляд и мягко проговорил:
- Знаешь, хомячок, мы, мужчины – очень странные существа. Мы порой досадуем на поведение женщин, считая, что без многих их капризов и выкрутасов было бы намного проще договариваться да и просто жить, но, уверяю тебя, ни один из нас не будет рад, если ему встретится женщина, своим поведением напоминающая мужчину… - Я хотела забрать от него свои руки, обиженная сравнением с мужчинами, но он не позволил. – А ты, девочка, не похожа ни на кого. Я могу так говорить, потому что знаю тебя с Академии. Твоя чистота и полное отсутствие желаний какой-то мелкой выгоды для себя подкупает, но и ставит в тупик. А мы всё-таки уже привыкли мыслить и действовать по стандарту. И эта привычка в случае с тобой нас подводит постоянно… А уж твоя история…
- Всё так… - прокашлявшись, подал голос Гарт. – Мы стали настолько толстокожими и так привыкли к стереотипному поведению, что не всегда можем перестроиться в своих закоснелых реакциях…
- Теперь по поводу роз… - Ланс бросил ещё один взгляд в сторону дивана. – Мой племянник, подняв тему особого сорта роз в общении с девушкой, не являющейся его родственницей или невестой, поступил очень опрометчиво и неприлично, потому что это не та тема, которую можно обсуждать в обществе – если в нём не обговариваются подробности предстоящей свадьбы. В мужском обществе!.. – он слегка возвысил голос, уловив недовольное шевеление на диване.
Некоторая часть претензий к виконту от его старших товарищей стала мне понятна. Но это же не всё? Да и ситуация у нас с этой свадьбой, если подумать, совсем не стандартная…
- Но этим правилом можно было бы и пренебречь, потому что вы, действительно, занимались нашей свадьбой, несколько неожиданной для всех…
- Ими же и спровоцированной – говори, как есть! – фыркнул Гарт, выявив виновников скоропалительной свадьбы.
- Ну, здесь – ты уж прости – я не могу испытывать к ним каких-либо претензий… - под лёгкие смешки с дивана парировал Ланс обличающее заявление своего друга. Я почувствовала, как ослабел тугой комок обиды в моей душе. Но полностью не растаял. – Однако есть одна немаловажная деталь – сорт этот магический, и действие его заключается не только в усилении впечатлений между супругами, – он улыбнулся мне какой-то чересчур мужской улыбкой, и я почувствовала, что краснею. На диване снова недовольно зашевелились, а от Гарта прилетел едкий смешок. – Он ещё закрепляет связь супругов на более глубоком уровне, чем телесный. Подчеркну: для любящих супругов или, хотя бы, испытывающих глубокую взаимную симпатию… И – один момент – у каждого рода этот сорт свой, и используется он только мужчинами рода…
К последнему уточнению я уже не могла смотреть в глаза всем присутствующим – настолько смутила меня выданная информация. И понятно теперь, почему в присутствии девушек это всё не обсуждается – по идее, о таких отношениях они узнают в первую брачную ночь. Я вздохнула – со мной всё почти так и случилось, и я вполне обошлась бы без этого опыта…
Я вскинула голову – последняя мысль навела меня на одно соображение:
- Но мы же не воспользовались… розами и брачным ложем… - договаривала я в пол, снова смутившись от смысла собственной фразы.
Гарт громко хохотнул, а с дивана донёсся слитный шумный вдох – мне, кажется, даже удалось уловить произнесённое весёлым шёпотом: «Тиса!..»
- Девочка… - Ланс крепче сжал мои руки и замолчал. Я рискнула поднять глаза – он хмурился, стараясь быть серьёзным, но его губы расползались в неудержимой улыбке. Ну вот что смешного я сказала?! Я настойчивее потянула к себе руки из крепкого захвата, но силы оказались неравны.
- Хомячок, мы и не думали подозревать вас в чём-то настолько пикантном, как захват чужого брачного ложа с намерением незаконного использования… - Гарт произнёс это всё без улыбки, но мне тут же захотелось бросить в него поставленной на чайный столик пустой чашкой; хотя уже чувствовала, как помимо воли начинаю улыбаться – это надо же суметь так вывернуть значения слов, что над стыдными в другом обороте определениями можно посмеяться, как над весёлой шуткой. А на диване, действительно, уже веселились, вздыхая и похрюкивая… - Но надышались вы этим запахом от души, потому что один балбес не сообразил выгнать тебя из комнаты…
- И что нам теперь – жениться?! – В моей голове так и не уложился смысл, вернее, предположительные последствия случившегося…
- А ты разве против?.. – окинул меня странным взглядом Гарт. – Смотри, каков жених: собой хорош, со сковородкой, правда, обращаться не умеет, но научишь – зато при службе и титуле! Не жених – мечта!..
- Вот пусть кто-нибудь и домечтается!.. – Я чувствовала одновременно неловкость и желание рассмеяться – вот как он припомнил моё недавнее выступление с Магдой!.. Но намёки на виконта, как на потенциального жениха уже порядком мне надоели. – Да он и сам жениться не хочет, иначе моей перчаткой от дебютанток вряд ли бы отмахивался!..
Гарт поперхнулся воздухом, с дивана донёсся сдавленный стон, а Ланс тихо протянул:
- Хомячок… - и уронил голову в выражении отчаяния. Вздохнул глубоко и поднял на меня взгляд: - Про перчатку давай потом, а сейчас закончим с розами. Жениться вам не надо, - я не сдержала облегчённого вздоха, - но между вами могла возникнуть связь, которая, при отсутствии более плотного контакта, со временем исчезнет…
- А могла и не возникнуть? – я с готовностью уцепилась за допущение.
- Думаю, что всё-таки возникла, - проговорил Ланс с новым вздохом, метнув очередной короткий взгляд в сторону дивана.
- И… что мне теперь делать? – растерялась я. Выдала Магду замуж, называется, цветочки подержала…
- Лучше я скажу, чего не делать – не испытывать сильных чувств и эмоций и видеться пока как можно реже…
- Почему?.. – Вот это мне непонятно.
- А ты можешь соскучиться?.. – невинным тоном осведомился Ланс.
Что он, что Гарт – заразы ехидные.
- Я не поняла, почему нельзя испытывать сильных эмоций… - действительно, почему?
- Потому что, когда один из связанных испытывает страх или боль, то другой тоже может это почувствовать… - пояснил Ланс, проявляя нетерпение. – И связь будет лишь укрепляться. А ты же замуж не хочешь?..
- Не хочу, - согласилась я. А Ланс всё равно – ехидна!..
- Теперь, хомячок, второй вопрос. – Ехидна-Ланс отпустил мои руки и пошёл ставить стул к стене. – Как там Магда?
- Когда я уходила, она заканчивала переодеваться, - я пожала плечами. И, бросив взгляд на часы, мстительно закончила: - А теперь, наверное, уснула. Магда рано ложиться привыкла…
- Связался я с вашими розами!.. – с досадой выговорил Ланс, разом растеряв всё ехидство. – Ничего бы с вами не случилось… Ну, поженились бы – так это не смертельно… - В полном расстройстве он шагнул к двери.
- Стой!.. – Гарт сорвался с места и, убрав с подноса сахарницу, расстелил на нём несколько салфеток, положил на них куски пирога, фрукты и сыр, а стоявшую на фортепиано бутылку вина и два бокала сунул в руки расстроенного жениха. – Пойдём, провожу…
- Да почему сразу – и поженились?! – спросила я у закрывшейся двери.
- Тиса, не сразу, а постепенно… - Возник рядом улыбающийся Марк и предложил: - Давай я тебе ещё чая налью, чтобы ты поскорее успокоилась…
Стукнуть его, что ли?..
- Чая налей, а язык твой поганый я всё равно выдерну… - я старалась не смотреть на подошедшего, наверное, тоже за чаем, виконта.
- Если дотянешься!.. – подколол меня друг и протянул мне полную чашку. – И чего ты разозлилась – постепенно жениться очень даже ничего, подумай над этим…
- Я на табуретку встану или на стол залезу и оттуда спрыгну – тогда непременно дотянусь!.. – Я приняла чашку с чаем, но от воинственных мыслей не избавилась. – И вообще – я выйду замуж только после того, как ты женишься!..
- Слово? – протянул мне руку Марк.
- Слово! – я ударила по его ладони, чувствуя неправильность содеянного – и от того, что использовала запрещённый приём – ведь его любимая давно замужем – и от какого-то неосознанного ощущения, что умудрилась вляпаться – как это всегда получалось в случае споров с Марком в Академии…
- Леди… - мягкий голос виконта прогнал неприятное ощущение. – Если вам угодно, я могу его подержать, пока вы встаёте на стул…
- С кем я связался!.. – в комичном ужасе воскликнул Марк и с выражением страха на лице попятился от сообщника по оппозиции. – И вообще, Инкрайз, где твоя мужская солидарность?..
Честно говоря, участвуя в этой детской перепалке, я даже несколько отошла от лёгкой обиды на Марка и от ужасной перспективы замужества... Наблюдая за перемещающимися по комнате молодыми мужчинами, один из которых близкий друг, а второй – тоже далеко не посторонний, я поняла, как соскучилась по таким лёгким и весёлым отношениям. Особенно, если не надо замуж…
Короткая характеристика мужской солидарности, при которой обижают хороших девушек, разбилась о характеристику хороших девушек и обе характеристики увяли при появлении Гарта. Он распахнул дверь, с коротким возгласом:
- Еле успели!.. – рухнул в кресло и расхохотался.
Мы настороженно замерли, наблюдая за взрывом неожиданного веселья.
Гарт поднял голову, обвёл нас весёлым взглядом и расхохотался снова. Когда он смог внятно произнести слова, то первыми были:
- Ты знаешь, хомячок, я начинаю тебя бояться! – Он остановил на мне задумчиво-весёлый взгляд и пояснил: - Вот так припечатаешь – и всё: придётся жениться, да ещё и радоваться!..
- Не понимаю, при чём здесь я… - Я на всякий случай насупилась. – Магду с Лансом я не сводила…
- Зато поженила!.. – Его глаза заискрились от получаемого удовольствия.
- А они и не возражали!.. – Да чего ж во всём-то меня обвинять!..
- Всё, убедила!.. – Гарт поднял вверх обе ладони. – Теперь я понимаю твоих преподавателей, но не завидую. – Он нашёл взглядом замерших рядом виконта и Марка. – Оппозиция, чая налейте! Пожалуйста…
Пока Марк, назначивший сам себя на должность разливателя чая, наполнял чашку Гарта, взгляд последнего перемещался по комнате. На подоконнике с помещёнными туда бутылками вина и бокалами он остановился и последовало предложение:
- Может, ещё вина?
- Без меня. – Я не смогла сдержать неожиданный зевок и поспешно прикрыла рот ладонью.
- Понял. Вино отменяется. – Гарт допил чай, о чём-то сосредоточенно думая, и спросил: - С чем тебе помочь, хомячок?..
Когда я вопросительно на него посмотрела, он уточнил:
- Ты же сама убирать тут всё будешь?
- Ну да… - я пожала плечами.
- Ну, так мы поможем. Ты только говори, куда нести. – Он обернулся к оппозиции. – Молодёжь…
В итоге гостиную освободили от последствий банкета в считанные минуты. Вино и продукты убрали в холодильный ларь, а бокалы поместили в мойку, по пути получив порцию недовольства от очередного выкипающего чайника.
В холле мужчины быстро оделись, Гарт, весело усмехнувшись, пожелал мне спокойной ночи и чмокнул в щёку; Марк, прошептав, что я поганка, но он меня всё равно любит, чмокнул в другую.
Подошедший последним виконт взял меня за руки, мимолётно оглянулся на стоящих у двери товарищей, наклонился и проникновенно сказал:
- Леди, поверьте, у меня и в мыслях никогда не было причинить вам вред… - Обдав меня в очередной раз ярким сиянием, он поднял мои руки и прижал к своим щекам… Постоял так, прикрыв глаза, мягко отпустил мои ладони и, прошептав: - Спокойной ночи, леди… - быстро исчез, словно растворившись в окружающем пространстве…
Гарт на такое явление только покачал головой, Марк ухмыльнулся, оба кивнули и скрылись за дверью…
Я постояла, глядя им вслед и переживая внезапное ощущение мужской кожи под ладонями – тёплой и к концу дня колюче-шероховатой…
Опомнилась, прошлась по первому этажу, проверив засовы на дверях и погасив все немагические светильники, и поднялась наверх.
Надышалась я запахом этих роз от души – тут Гарт прав. Запах этот, как мне кажется, въелся не только в одежду, но и в волосы, и в кожу. И хочется смыть его с себя, как нечто чужеродное и липкое. Может, завтра банный день устроить? Магда обрадуется…
За такими мыслями я пролетела через свою спальню в уборную, умылась, хорошенько поплескавшись над фарфоровой раковиной, и медленно пошла в гардеробную, на ходу распуская сколотую на затылке косу…
Расстегнула верхние крючки на платье и привычно нырнула головой в просторное отверстие. И взвыла от боли, когда мои волосы дёрнуло что-то в нескольких местах! Я попробовала покрутить головой, но добилась только того, что мест, в которых кто-то невидимый немилосердно тянул меня за волосы, стало значительно больше…
Прода от 11.07.2020, 08:04
От боли состояние полуотрешённости, овладевшее сознанием, рассеялось, и я застонала в голос. Зажимы!.. Те металлические «побрякушки», которыми Марк помогал мне скреплять многочисленные завязки, им же впоследствии и обруганные… И как я могла про них забыть?!
Хотя… Ничего удивительного. Этот день неожиданно растянулся, вобрав в себя огромное количество событий и притупив восприятие одних моментов за счёт выведения на передний план других…
Конечно, это всё хорошо. Я поняла, что со мной случилось – и даже разобралась в причинах случившегося – в очередной раз убедившись, что любое неприятное событие в моей жизни происходит из-за собственной глупости или недосмотра. И что дальше?..
Я припомнила, сколько зажимов болталось спереди и сзади, а также на рукавах, и снова застонала.
