И если затея с поездом провалится, придется продавать дом, – жестко договорил прадед. Невольно отклонился от затрещины Вирджинии, хотя причинить вред друг другу призраки не могли. – Что? Внучка имеет право знать. Я же не говорю, что ей надо теперь сидеть тише мыши и во всем слушать эту змеюку. Лиззи достаточно умна, чтобы решить проблему. Прятать голову в песок – не выход.
– Ты прав, – вздохнула тетушка. – Но одним не справиться. Нам нужен кто-то достаточно влиятельный, кто поверит в затею Чарльза.
– Кто-то, к чьим словам прислушаются, – добавил прадед и внимательно посмотрел на Вирджинию.
– Что? Что ты на меня так смотришь? Связей с императорским дворцом у меня нет! – замахала руками та.
– А помнится, ты рассказывала, как встречалась с его высочеством кронпринцем.
– Это была лишь коротенькая интрижка. В любом случае сменилось три поколения, и нынешний король даже не видел своего деда.
– Жаль, – Альфред подергал себя за призрачную бороду. – Но не беда. Найдем кого-нибудь еще. – Милая, а у тебя нет никого на примете? – спросил он внучку.
Лиззи посмотрела на газету на столике и улыбнулась.
– Если только пустить слух, что мистер Аркано поедет на поезде, – больше в шутку, чем серьезно рассматривая эту идею, сказала она. Имя мистера Аркано было напечатано крупными буквами. Когда-то он был придуман в шутку, и никто, даже Макенна не верила, что бойкий и неуловимый журналист полюбится горожанам. Их привлекала маска, под которой он скрывался, и его колкие статьи на злободневные темы.
– Ну, чем не вариант? – переглянулись призраки.
– А может, кто из газеты поможет или из знакомых, ты поспрашивай.
– Обязательно.
Сдаваться, не попробовав, Лиззи не собиралась.
Настойчивый стук в дверь грозил перерасти в ее печальную кончину. Тайлер, хромая и поминая недобрым словом больную щиколотку, вышел в коридор. Лекарство лишь ненадолго облегчило его состояние. Целый день на ногах дался тяжело: к вечеру ступня отекла и не влезала в ботинок. Заходивший целитель выписал ему обезболивающее и посоветовал не двигаться хотя бы несколько дней, но лежать было некогда. Если бы не предупреждение Уоллиса, что зайдет к нему взять показания, Тайлер давно бы сорвался в город. Посетителей, жаждущих получить предсказание, пришлось разогнать по домам, и табличка «Закрыто» могла надолго остаться на дверях. Гадать не требовалось, чтобы понять: Роуз вляпалась в проблемы, и спускать нападение на нее Тайлер не собирался.
– Мистер Марино, откройте, или мне придется выломать дверь! – раздался с улицы громогласный голос, и гадалец резко дернул за ручку.
– Простите, офицер, быстрее мчаться не в состоянии, – признался он, показывая забинтованную босую ногу. Посторонился, пропуская следователей внутрь: он видел в парке обоих, но запомнил только Уоллиса. Второго мага, здоровяка выше его на голову, звали Керн, но, порывшись в памяти, Тайлер ничего о нем не вспомнил. – Проходите в гостиную. Воду? Кофе? Виски? – предложил он, доковыляв до столика.
За окном раздались свист и смех. Гадалец с надеждой посмотрел на пробегавших мимо детей, но Тома среди них не было. Значит, пока никаких новостей.
– Ничего не нужно. Сядьте, мистер Марино, – указал ему на кресло Уоллис, будто был у себя дома, и гадалец кивнул. Он тоже выступал за конструктивный диалог.
– У вас много магических атрибутов, – заметил Уоллис, пока Керн с любопытством осматривался в салоне. Тайлер собрался было предупредить, чтобы не трогали вещи, но в последний момент решил не вмешиваться. Будет урок на будущее. – Чем занимается ваша кузина? Тоже предсказывает судьбу?
– Да. Мы работаем вместе, – откликнулся гадалец, краем глаза наблюдая за Керном. Тот наклонился и понюхал ароматические палочки, совсем не аристократически сморщив нос. И чего морщился? Отличный запах, тонизирующий. Немного кедра, сандала и цитрусовых – сегодня Тайлеру надо было взбодриться, а принимать лекарственные стимуляторы он не рискнул.
– Мисс Марино – маг? – зацепился за его слова Уоллис и постучал пальцами по подлокотнику. – Странно, я не почувствовал в ней силы.
– Она гадалка. Знаете, все рамолы умеют немного гадать, – уклончиво ответил Тайлер. Судя по быстрому переглядыванию магов, в голове у них пронеслось одно – шарлатанка.
– А что насчет вас? Вы тоже обычный… рамол?
– Рамол, но не без дара. – Гадалец демонстративно зажег и погасил свечи, не вставая с места.
– А мне что-нибудь предсказать можете? – спросил его Керн, показывая череп со свечкой своему напарнику. Уоллис едва заметно закатил глаза, и Керн вернул череп на полку.
– Могу. Вы скоро обожжетесь, – скрыв раздражение за улыбкой, произнес Тайлер. Посетитель с сомнением покосился на него, приподнял стоящий там же хрустальный шар – и выронил его от боли и неожиданности. Нагревшийся артефакт покатился по полу.
– Я тут ни при чем. На шаре защита от чужих прикосновений, – сказал Тайлер, пока его не обвинили в нападении на офицера, но, кажется, никто и не собирался его обвинять. Керн под суровым взглядом Уоллиса подошел к ним и встал за его спиной.
– Простите любопытство моего друга, – к удивлению гадальца, извинился капитан.
– Всё в порядке. – Долгие расшаркивания были ни к чему, и Тайлер предпочел перевести тему: – Как продвигается расследование? Появились зацепки?
– Пока мы рассматриваем версии. Покушение – лишь одна из них.
– Роуз не спрыгнула бы сама, – уверенно сказал гадалец.
– Верю. Поэтому я здесь, – согласился Уоллис. – Но подозреваемых, к несчастью, предостаточно. Может, вы припомните, был ли кто-то из ее поклонников слишком навязчив?
– Букеты и серенады не в счет? – уточнил Тайлер.
Еще неделю назад он мог с твердой уверенностью заявить, что Роуз ни с кем не встречалась. Но вчера она выглядела по-настоящему влюбленной. Мужчина сжал кулаки, вспомнив, каким счастьем светилось лицо Роуз, когда она уходила на свидание. Вот только безутешный избранник не появился ни у него, ни в больнице: Тайлер попросил мальчишек проследить, но в палату не заходили посторонние.
– За последние полгода мисс Марино замечали с разными мужчинами, – вернулся к делу Уоллис, чуть подавшись вперед и сложив пальцы домиком. – Любитель конного спорта Дориан Стокман, барон Эдельвейс, господин Рифман – учитель истории в школе для девочек. Мне называть дальше?
– Было бы неплохо, – кивнул Тайлер, мысленно вычеркивая имена. Уоллис проделал хорошую работу, но кое в чем ошибался. Перечисленные им мужчины по большей части были их клиентами, жаждущими узнать, повезет ли им в будущем: кто победит на скачках, стоит ли вкладываться в меха и готова ли строгая директриса пансиона к пылкому признанию. Других отношений с Роуз они не имели.
– Вы не удивлены популярности кузины.
– Вы видели Роуз. Действительно считаете, что мне есть чему удивляться? – искренне возмутился Тайлер.
Уоллис неожиданно смутился.
– Пожалуй, нет, – кашлянув, улыбнулся он, но быстро взял себя в руки. Задал несколько стандартных вопросов: куда уходила Роуз, когда Тайлер видел ее последний раз.
– Мисс Марино с кем-то встречалась, и вы не знаете с кем? – услышав о возлюбленном Роуз, переспросил офицер.
– А вы всегда знаете, где пропадает ваша сестра? – парировал Тайлер и тут же пожалел, что упомянул о журналистке. Капитан подобрался, и гадальца окатило таким холодом, что впору было выглянуть на улицу, не выпал ли снег. – Недавно она приходила сюда погадать. – Тайлер жестом фокусника вытащил таро. – В последнее время гадания популярны среди девушек.
– Мистер Марино, если Лиззи придет снова, отправьте ее домой, – попросил Уоллис. – Наша семья не одобряет подобные увлечения.
– Вы лишаете меня заработка, офицер, – Тайлер искривил губы, собираясь добавить еще пару колкостей, но решил не подливать масла в огонь. – Хорошо, я понял. Поверьте, я и сам не рад журналисту в своем доме. Но раз уж мы заговорили о вашей сестре, вы не думаете, что она может появиться тут из-за материала для газеты?
Уоллис расслабленно откинулся на спинку кресла.
– Лиззи пишет только рекламные объявления и некрологи и изредка помогает мистеру Аркано. Не думаю, что он задействует ее в столь опасном деле. Не волнуйтесь, она вас не побеспокоит.
– Ну, если вы так уверены. – Как он и предполагал, юная мисс Уоллис имела свои тайны. Это можно было использовать. Но пока не стоило просвещать капитана, кто такой мистер Аркано – проблемы семьи Уоллис касались только их. Тайлер усмехнулся, прикусив костяшку большого пальца, и тут же отдернул руку. – Уже поздно. Давайте вернемся к вашим вопросам.
Задерживаться маги не стали, да и вопросов оставалось немного. Иногда они повторялись, хотя формулировка всегда была разной, иногда что-то спрашивал напарник Уоллиса – спрашивал резко, перебивая, не давая подумать, и гадалец догадался, что маги проверяют правдивость его ответов.
– Что ж, из города вы в ближайшее время не уедете? – спросил капитан напоследок.
– Нет. Поэтому отзовите своих подчиненных. Пусть лучше занимаются делом, чем слоняются у салона. Я правда не собираюсь никуда уезжать. – Тайлер выразительно посмотрел за окно: мужчина, сидящий на лавочке на противоположной стороне улицы, закрылся газетой.
– Третье око у вас, что ли, работает? – хмыкнул Керн, узнав знакомого осведомителя.
– Он просто читает одну страницу уже два часа, – не стал наводить туману гадалец, и брошенный напарниками взгляд не обещал незадачливому филеру ничего хорошего.
Лиззи не спустилась к ужину, сославшись на головную боль, и заперлась в комнате. Смотреть в глаза отцу она боялась – казалось, он спросит, как дела, и она тотчас выложит всё как на духу! И к разговору с матерью не была готова. Наверняка Амелия уже рассказала о визите миссис Сандерс, да еще и выставила Лиззи виноватой.
– Милая, открой дверь, нам надо поговорить, – раздался настойчивый стук в комнату, и девушка, застонав, накрыла голову подушкой. Она собиралась притвориться, что уже спит. Не будет же мама стоять под дверью вечность?
– Я знаю, ты еще не спишь! – настойчивее повторила мама. – Не веди себя как ребенок!
Но она хотела быть ребенком! Лиззи обхватила подушку, прижимая к животу. Тогда мама была бы на ее стороне. В детстве, если Лиззи ошибалась, мама всегда обнимала ее и утешала, говорила, что не случилось ничего страшного, все можно исправить. Даже когда девочка поняла, что видит духов, мама испугалась, но продолжала оберегать ее. Почему всё изменилось?
Судя по глухому звуку, мама прислонилась к двери, и заговорила негромко, чтобы слышала только Лиззи, а не полдома.
– Я знаю, что случилось. Ты сердишься на миссис Сандерс. Не сердись. Она просто волнуется за вас. Вы с Остином скоро поженитесь, сейчас вы постоянно на виду у прессы. Если пойдут слухи о твоем проклятии, это плохо скажется на вас обоих. – Мама немного замялась, не зная, как продолжить. – Ты не помнишь, но, когда журналисты узнали о твоей способности, многие стали спрашивать тебя, есть ли рядом призраки. Одна женщина пыталась обманом заманить тебя на кладбище, чтобы ты пообщалась с призраком ее мужа!.. Было так страшно! Я боялась, что могу однажды тебя не увидеть. Конечно, те времена прошли, многие забыли о твоей… особенности. Но миссис Сандерс тоже нужно время.
Лиззи фыркнула и упала обратно на кровать, раскинув руки и ноги. Да не время ей было нужно, а послушная невестка, во всём потакающая и хлопочущая вокруг Остина!
– Если твой ребенок унаследует проклятие, ты поймешь, что нам пришлось пережить!
В коридор кто-то зашел, и мама отошла от двери.
– Поговорим утром. Надеюсь, ночь поможет тебе принять случившееся, – сказала она перед тем, как уйти. Шаги стихли, и тишина в комнате стала звенящей.
Лиззи перевернулась на живот. Как бы мама ни уговаривала, становиться в чьих-то руках марионеткой она не собиралась. Это не сделает никого счастливее! Для начала нужно попробовать поговорить с Остином, может, он сможет повлиять на свою мать? Ну а если нет… Помолвка – еще не свадьба, и разбитое сердце никому из них не грозит. А что касается проблемы отца – она отыщет способ, чтобы его проект нашел отклики в сердцах горожан!
Ей надо было удержаться в газете, привлечь Макенну на свою сторону. Очередная статья про нападение на рамолку, почти полностью готовая, лежала на письменном столе. Лиззи собиралась подать ее завтра с утра, до того, как появится вечно опаздывающий Адам. И тогда посмотрим, чей материал Макенна возьмет в печать! Особенно если она добавит в новость изюминку. Например, то, что можно услышать только от свидетелей происшедшего.
Скорее бы Габриэль вернулся домой!
Не вытерпев, Лиззи соскользнула с кровати и подошла к окну. В пристройке для слуг еще горели огни, а к дому, скрипя колесами, подъехал экипаж. Завидев на дорожке к дому долговязую фигуру брата и мощную – его друга Керна, Лиззи спряталась за штору. Для гостей было поздновато, но маги продолжали расследование, не глядя на время.
Интересно, что они накопали? Габриэль вряд ли поделится с ней результатами, как всегда, скажет, что дело слишком опасно и лучше ей не вмешиваться. Она без пяти минут замужняя дама, которой не пристало заниматься скандалами и убийствами. Можно подумать, что после слов священника у нее в голове перемкнет, и она вместо статей в газете начнет благочинно вышивать кошельки! Смешно.
Выглянув в коридор и убедившись, что за дверью ее никто не поджидает, Лиззи на цыпочках спустилась на первый этаж. Слуги по пути ей не встретились, как и домочадцы, хотя мимо комнаты родителей Лиззи кралась не дыша: дверь была приоткрыта, и слышался негромкий спор. Отец пытался ее защитить, поняла по обрывкам разговора Лиззи, и ощутила щемящее тепло: он всегда был на ее стороне. Правда, узнай папа, что любимая дочурка собралась подслушивать собственного брата, вряд ли продолжил говорить о ее взрослости и разумности!
Как назло, тетушка Вирджиния куда-то запропастилась. Сейчас помощь призраков пришлась бы кстати: они могли подслушать разговор магов без опаски. Но Вирджиния не откликнулась, а дедушка Альфред считал слишком низким подслушивать чужие беседы.
Лиззи пристроилась у лесенки, спрятавшись за резными перилами. Пожалела, что не надела теплые тапочки – босые пятки мерзли, но не возвращаться же в комнату! Тем более место было выбрано удачно: этот угол со стороны гостиной не просматривался.
Мужчины расположились на диванчиках в гостиной. Керн отчаянно зевал и ворчал. Габриэль, разложив на столике многочисленные бумаги, терпеливо сносил подначки друга.
– Напомни, почему я потащился к тебе домой, а не сладко сплю в своей постели? – спросил Керн, вытягивая первый попавшийся лист.
С места Лиззи не видела, что там написано, зато разглядела прикрепленную фотокарточку гадальца. Вцепилась руками в перила и подалась вперед, пытаясь разглядеть как можно больше.
– Потому что тоже хочешь распутать это дело, а шеф просит закруглиться быстрее, – спокойно ответил Габриэль и, перегнувшись через стол, забрал у него лист. – Не думаю, что это Марино.
– Ты понял это по одному вашему разговору?
– По его ногам: он хромает. Растяжение или ушиб, и, судя по отеку, травме больше суток. С такой ногой не то что не побегаешь, ходить с трудом будешь. Да ты и сам видел, как он двигался по дому! А дядька Берри утверждал, что наш подозреваемый шел от обрыва быстрым шагом.
– Ты прав, – вздохнула тетушка. – Но одним не справиться. Нам нужен кто-то достаточно влиятельный, кто поверит в затею Чарльза.
– Кто-то, к чьим словам прислушаются, – добавил прадед и внимательно посмотрел на Вирджинию.
– Что? Что ты на меня так смотришь? Связей с императорским дворцом у меня нет! – замахала руками та.
– А помнится, ты рассказывала, как встречалась с его высочеством кронпринцем.
– Это была лишь коротенькая интрижка. В любом случае сменилось три поколения, и нынешний король даже не видел своего деда.
– Жаль, – Альфред подергал себя за призрачную бороду. – Но не беда. Найдем кого-нибудь еще. – Милая, а у тебя нет никого на примете? – спросил он внучку.
Лиззи посмотрела на газету на столике и улыбнулась.
– Если только пустить слух, что мистер Аркано поедет на поезде, – больше в шутку, чем серьезно рассматривая эту идею, сказала она. Имя мистера Аркано было напечатано крупными буквами. Когда-то он был придуман в шутку, и никто, даже Макенна не верила, что бойкий и неуловимый журналист полюбится горожанам. Их привлекала маска, под которой он скрывался, и его колкие статьи на злободневные темы.
– Ну, чем не вариант? – переглянулись призраки.
– А может, кто из газеты поможет или из знакомых, ты поспрашивай.
– Обязательно.
Сдаваться, не попробовав, Лиззи не собиралась.
***
Настойчивый стук в дверь грозил перерасти в ее печальную кончину. Тайлер, хромая и поминая недобрым словом больную щиколотку, вышел в коридор. Лекарство лишь ненадолго облегчило его состояние. Целый день на ногах дался тяжело: к вечеру ступня отекла и не влезала в ботинок. Заходивший целитель выписал ему обезболивающее и посоветовал не двигаться хотя бы несколько дней, но лежать было некогда. Если бы не предупреждение Уоллиса, что зайдет к нему взять показания, Тайлер давно бы сорвался в город. Посетителей, жаждущих получить предсказание, пришлось разогнать по домам, и табличка «Закрыто» могла надолго остаться на дверях. Гадать не требовалось, чтобы понять: Роуз вляпалась в проблемы, и спускать нападение на нее Тайлер не собирался.
– Мистер Марино, откройте, или мне придется выломать дверь! – раздался с улицы громогласный голос, и гадалец резко дернул за ручку.
– Простите, офицер, быстрее мчаться не в состоянии, – признался он, показывая забинтованную босую ногу. Посторонился, пропуская следователей внутрь: он видел в парке обоих, но запомнил только Уоллиса. Второго мага, здоровяка выше его на голову, звали Керн, но, порывшись в памяти, Тайлер ничего о нем не вспомнил. – Проходите в гостиную. Воду? Кофе? Виски? – предложил он, доковыляв до столика.
За окном раздались свист и смех. Гадалец с надеждой посмотрел на пробегавших мимо детей, но Тома среди них не было. Значит, пока никаких новостей.
– Ничего не нужно. Сядьте, мистер Марино, – указал ему на кресло Уоллис, будто был у себя дома, и гадалец кивнул. Он тоже выступал за конструктивный диалог.
– У вас много магических атрибутов, – заметил Уоллис, пока Керн с любопытством осматривался в салоне. Тайлер собрался было предупредить, чтобы не трогали вещи, но в последний момент решил не вмешиваться. Будет урок на будущее. – Чем занимается ваша кузина? Тоже предсказывает судьбу?
– Да. Мы работаем вместе, – откликнулся гадалец, краем глаза наблюдая за Керном. Тот наклонился и понюхал ароматические палочки, совсем не аристократически сморщив нос. И чего морщился? Отличный запах, тонизирующий. Немного кедра, сандала и цитрусовых – сегодня Тайлеру надо было взбодриться, а принимать лекарственные стимуляторы он не рискнул.
– Мисс Марино – маг? – зацепился за его слова Уоллис и постучал пальцами по подлокотнику. – Странно, я не почувствовал в ней силы.
– Она гадалка. Знаете, все рамолы умеют немного гадать, – уклончиво ответил Тайлер. Судя по быстрому переглядыванию магов, в голове у них пронеслось одно – шарлатанка.
– А что насчет вас? Вы тоже обычный… рамол?
– Рамол, но не без дара. – Гадалец демонстративно зажег и погасил свечи, не вставая с места.
– А мне что-нибудь предсказать можете? – спросил его Керн, показывая череп со свечкой своему напарнику. Уоллис едва заметно закатил глаза, и Керн вернул череп на полку.
– Могу. Вы скоро обожжетесь, – скрыв раздражение за улыбкой, произнес Тайлер. Посетитель с сомнением покосился на него, приподнял стоящий там же хрустальный шар – и выронил его от боли и неожиданности. Нагревшийся артефакт покатился по полу.
– Я тут ни при чем. На шаре защита от чужих прикосновений, – сказал Тайлер, пока его не обвинили в нападении на офицера, но, кажется, никто и не собирался его обвинять. Керн под суровым взглядом Уоллиса подошел к ним и встал за его спиной.
– Простите любопытство моего друга, – к удивлению гадальца, извинился капитан.
– Всё в порядке. – Долгие расшаркивания были ни к чему, и Тайлер предпочел перевести тему: – Как продвигается расследование? Появились зацепки?
– Пока мы рассматриваем версии. Покушение – лишь одна из них.
– Роуз не спрыгнула бы сама, – уверенно сказал гадалец.
– Верю. Поэтому я здесь, – согласился Уоллис. – Но подозреваемых, к несчастью, предостаточно. Может, вы припомните, был ли кто-то из ее поклонников слишком навязчив?
– Букеты и серенады не в счет? – уточнил Тайлер.
Еще неделю назад он мог с твердой уверенностью заявить, что Роуз ни с кем не встречалась. Но вчера она выглядела по-настоящему влюбленной. Мужчина сжал кулаки, вспомнив, каким счастьем светилось лицо Роуз, когда она уходила на свидание. Вот только безутешный избранник не появился ни у него, ни в больнице: Тайлер попросил мальчишек проследить, но в палату не заходили посторонние.
– За последние полгода мисс Марино замечали с разными мужчинами, – вернулся к делу Уоллис, чуть подавшись вперед и сложив пальцы домиком. – Любитель конного спорта Дориан Стокман, барон Эдельвейс, господин Рифман – учитель истории в школе для девочек. Мне называть дальше?
– Было бы неплохо, – кивнул Тайлер, мысленно вычеркивая имена. Уоллис проделал хорошую работу, но кое в чем ошибался. Перечисленные им мужчины по большей части были их клиентами, жаждущими узнать, повезет ли им в будущем: кто победит на скачках, стоит ли вкладываться в меха и готова ли строгая директриса пансиона к пылкому признанию. Других отношений с Роуз они не имели.
– Вы не удивлены популярности кузины.
– Вы видели Роуз. Действительно считаете, что мне есть чему удивляться? – искренне возмутился Тайлер.
Уоллис неожиданно смутился.
– Пожалуй, нет, – кашлянув, улыбнулся он, но быстро взял себя в руки. Задал несколько стандартных вопросов: куда уходила Роуз, когда Тайлер видел ее последний раз.
– Мисс Марино с кем-то встречалась, и вы не знаете с кем? – услышав о возлюбленном Роуз, переспросил офицер.
– А вы всегда знаете, где пропадает ваша сестра? – парировал Тайлер и тут же пожалел, что упомянул о журналистке. Капитан подобрался, и гадальца окатило таким холодом, что впору было выглянуть на улицу, не выпал ли снег. – Недавно она приходила сюда погадать. – Тайлер жестом фокусника вытащил таро. – В последнее время гадания популярны среди девушек.
– Мистер Марино, если Лиззи придет снова, отправьте ее домой, – попросил Уоллис. – Наша семья не одобряет подобные увлечения.
– Вы лишаете меня заработка, офицер, – Тайлер искривил губы, собираясь добавить еще пару колкостей, но решил не подливать масла в огонь. – Хорошо, я понял. Поверьте, я и сам не рад журналисту в своем доме. Но раз уж мы заговорили о вашей сестре, вы не думаете, что она может появиться тут из-за материала для газеты?
Уоллис расслабленно откинулся на спинку кресла.
– Лиззи пишет только рекламные объявления и некрологи и изредка помогает мистеру Аркано. Не думаю, что он задействует ее в столь опасном деле. Не волнуйтесь, она вас не побеспокоит.
– Ну, если вы так уверены. – Как он и предполагал, юная мисс Уоллис имела свои тайны. Это можно было использовать. Но пока не стоило просвещать капитана, кто такой мистер Аркано – проблемы семьи Уоллис касались только их. Тайлер усмехнулся, прикусив костяшку большого пальца, и тут же отдернул руку. – Уже поздно. Давайте вернемся к вашим вопросам.
Задерживаться маги не стали, да и вопросов оставалось немного. Иногда они повторялись, хотя формулировка всегда была разной, иногда что-то спрашивал напарник Уоллиса – спрашивал резко, перебивая, не давая подумать, и гадалец догадался, что маги проверяют правдивость его ответов.
– Что ж, из города вы в ближайшее время не уедете? – спросил капитан напоследок.
– Нет. Поэтому отзовите своих подчиненных. Пусть лучше занимаются делом, чем слоняются у салона. Я правда не собираюсь никуда уезжать. – Тайлер выразительно посмотрел за окно: мужчина, сидящий на лавочке на противоположной стороне улицы, закрылся газетой.
– Третье око у вас, что ли, работает? – хмыкнул Керн, узнав знакомого осведомителя.
– Он просто читает одну страницу уже два часа, – не стал наводить туману гадалец, и брошенный напарниками взгляд не обещал незадачливому филеру ничего хорошего.
***
Лиззи не спустилась к ужину, сославшись на головную боль, и заперлась в комнате. Смотреть в глаза отцу она боялась – казалось, он спросит, как дела, и она тотчас выложит всё как на духу! И к разговору с матерью не была готова. Наверняка Амелия уже рассказала о визите миссис Сандерс, да еще и выставила Лиззи виноватой.
– Милая, открой дверь, нам надо поговорить, – раздался настойчивый стук в комнату, и девушка, застонав, накрыла голову подушкой. Она собиралась притвориться, что уже спит. Не будет же мама стоять под дверью вечность?
– Я знаю, ты еще не спишь! – настойчивее повторила мама. – Не веди себя как ребенок!
Но она хотела быть ребенком! Лиззи обхватила подушку, прижимая к животу. Тогда мама была бы на ее стороне. В детстве, если Лиззи ошибалась, мама всегда обнимала ее и утешала, говорила, что не случилось ничего страшного, все можно исправить. Даже когда девочка поняла, что видит духов, мама испугалась, но продолжала оберегать ее. Почему всё изменилось?
Судя по глухому звуку, мама прислонилась к двери, и заговорила негромко, чтобы слышала только Лиззи, а не полдома.
– Я знаю, что случилось. Ты сердишься на миссис Сандерс. Не сердись. Она просто волнуется за вас. Вы с Остином скоро поженитесь, сейчас вы постоянно на виду у прессы. Если пойдут слухи о твоем проклятии, это плохо скажется на вас обоих. – Мама немного замялась, не зная, как продолжить. – Ты не помнишь, но, когда журналисты узнали о твоей способности, многие стали спрашивать тебя, есть ли рядом призраки. Одна женщина пыталась обманом заманить тебя на кладбище, чтобы ты пообщалась с призраком ее мужа!.. Было так страшно! Я боялась, что могу однажды тебя не увидеть. Конечно, те времена прошли, многие забыли о твоей… особенности. Но миссис Сандерс тоже нужно время.
Лиззи фыркнула и упала обратно на кровать, раскинув руки и ноги. Да не время ей было нужно, а послушная невестка, во всём потакающая и хлопочущая вокруг Остина!
– Если твой ребенок унаследует проклятие, ты поймешь, что нам пришлось пережить!
В коридор кто-то зашел, и мама отошла от двери.
– Поговорим утром. Надеюсь, ночь поможет тебе принять случившееся, – сказала она перед тем, как уйти. Шаги стихли, и тишина в комнате стала звенящей.
Лиззи перевернулась на живот. Как бы мама ни уговаривала, становиться в чьих-то руках марионеткой она не собиралась. Это не сделает никого счастливее! Для начала нужно попробовать поговорить с Остином, может, он сможет повлиять на свою мать? Ну а если нет… Помолвка – еще не свадьба, и разбитое сердце никому из них не грозит. А что касается проблемы отца – она отыщет способ, чтобы его проект нашел отклики в сердцах горожан!
Ей надо было удержаться в газете, привлечь Макенну на свою сторону. Очередная статья про нападение на рамолку, почти полностью готовая, лежала на письменном столе. Лиззи собиралась подать ее завтра с утра, до того, как появится вечно опаздывающий Адам. И тогда посмотрим, чей материал Макенна возьмет в печать! Особенно если она добавит в новость изюминку. Например, то, что можно услышать только от свидетелей происшедшего.
Скорее бы Габриэль вернулся домой!
Не вытерпев, Лиззи соскользнула с кровати и подошла к окну. В пристройке для слуг еще горели огни, а к дому, скрипя колесами, подъехал экипаж. Завидев на дорожке к дому долговязую фигуру брата и мощную – его друга Керна, Лиззи спряталась за штору. Для гостей было поздновато, но маги продолжали расследование, не глядя на время.
Интересно, что они накопали? Габриэль вряд ли поделится с ней результатами, как всегда, скажет, что дело слишком опасно и лучше ей не вмешиваться. Она без пяти минут замужняя дама, которой не пристало заниматься скандалами и убийствами. Можно подумать, что после слов священника у нее в голове перемкнет, и она вместо статей в газете начнет благочинно вышивать кошельки! Смешно.
Выглянув в коридор и убедившись, что за дверью ее никто не поджидает, Лиззи на цыпочках спустилась на первый этаж. Слуги по пути ей не встретились, как и домочадцы, хотя мимо комнаты родителей Лиззи кралась не дыша: дверь была приоткрыта, и слышался негромкий спор. Отец пытался ее защитить, поняла по обрывкам разговора Лиззи, и ощутила щемящее тепло: он всегда был на ее стороне. Правда, узнай папа, что любимая дочурка собралась подслушивать собственного брата, вряд ли продолжил говорить о ее взрослости и разумности!
Как назло, тетушка Вирджиния куда-то запропастилась. Сейчас помощь призраков пришлась бы кстати: они могли подслушать разговор магов без опаски. Но Вирджиния не откликнулась, а дедушка Альфред считал слишком низким подслушивать чужие беседы.
Лиззи пристроилась у лесенки, спрятавшись за резными перилами. Пожалела, что не надела теплые тапочки – босые пятки мерзли, но не возвращаться же в комнату! Тем более место было выбрано удачно: этот угол со стороны гостиной не просматривался.
Мужчины расположились на диванчиках в гостиной. Керн отчаянно зевал и ворчал. Габриэль, разложив на столике многочисленные бумаги, терпеливо сносил подначки друга.
– Напомни, почему я потащился к тебе домой, а не сладко сплю в своей постели? – спросил Керн, вытягивая первый попавшийся лист.
С места Лиззи не видела, что там написано, зато разглядела прикрепленную фотокарточку гадальца. Вцепилась руками в перила и подалась вперед, пытаясь разглядеть как можно больше.
– Потому что тоже хочешь распутать это дело, а шеф просит закруглиться быстрее, – спокойно ответил Габриэль и, перегнувшись через стол, забрал у него лист. – Не думаю, что это Марино.
– Ты понял это по одному вашему разговору?
– По его ногам: он хромает. Растяжение или ушиб, и, судя по отеку, травме больше суток. С такой ногой не то что не побегаешь, ходить с трудом будешь. Да ты и сам видел, как он двигался по дому! А дядька Берри утверждал, что наш подозреваемый шел от обрыва быстрым шагом.
