Машины лениво проплывали мимо нас, разбрызгивая лужи по мостовой. Несколько ворон расселись на карнизах и каменных грифонах здания Гильдии и провожали прохожих насупленными взглядами. Стараясь не промочить сапоги, мы двинулись по Стальной улице по направлению к Алмазной, также расположенной неподалеку от центра города, где и находился искомый портал.
Уже по дороге Катриона спросила меня, вынырнув из своих мыслей:
— А каким было первое твое сражение?
— Неожиданным, — я нахмурился, вспоминая. — Это было лет примерно пять назад, когда пришельцы только обрушились на наш мир. Во время моей кадровой службы, которая состоялась ранее, сражаться мне не доводилось, королевство ни с кем не воевало, не считыя нескольких стычек с пиратами на островах. Потом я ушел на офисную работу, а однажды обычным днем, когда ничто не предвещало, началась война. Пришельцы атаковали наши города, сметали всякое сопротивление на своем пути. Я добрался до ближайшего армейского пункта, на котором собирали резервистов, и получил роту под свое командование, в соответствии со своим званием капитана.
— А потом?
— А потом были смерть и огонь, — я вздохнул. — Мы пытались отбить потерянные позиции, наступая прямо по городским улицам, пока нас атаковали из орнитоптеров, глайдеров и поливали огнем из самоходных плазменных пушек. В скором времени пал королевский дворец и погибла при попытке эвакуации монаршья семья, когда разбился их вертолет. Затем оказались разгромлены все штабы и тыловые базы. Всего через несколько месяцев остаткам армии пришлось уйти в подполье, пока иномирцы устанавливали свои порядки.
— Ты вроде говорил, что они хотели разграбить ваш мир? — негромко спросила Гвен.
— Да, хотя выяснить это оказалось не так-то просто. Пленники и сами знали немногое, но в конечном счете мы узнали, что пришельцев интересуют наши ресурсы. Не только нефть и металлы, но и какие-то особые элементы, которые они добывали в северных горах и отсылали грузовыми караванами через порталы. Какие-то кристаллы и залежи минералов неизвестного происхождения. Нескольким нашим разведчикам удалось сфотографировать шахты, уходящие на несколько километров вглубь, в самые недра земли. Захватчики сгоняли десятки тысяч рабов на рудники.
— Энергетические кристаллы используются во многих магических технологиях, — задумчиво обронил Дэрри. — В силовых посохах, плазменных винтовках, двигателях боевых машин и летательных аппаратов. Другие элементы, о которых ты говорил, могут потребоваться для изготовления ядерного или химического оружия, или любых других средств массового поражения. Если твоим родным миром заинтересовался любой из великих торговых кланов Кордиса, они могут получать невиданные барыши от продажи ваших ресурсов.
— Если так, — мои пальцы сами сжались в кулаки, а от гнева потемнело в глазах, — значит, мои враги где-то здесь.
— Действительно, — Дэрри медленно кивнул, не сводя с меня внимательного взгляда, — но чтобы обнаружить их, может потребоваться время. О таких делах не разговаривают прилюдно и для них обычно выбираются самые отдаленные миры, не имеющие союзников и устойчивых связей с остальной вселенной. О твоей планете ничего не слышали в наших краях. Не удивлюсь, если данные о ней оказались подчищены из архивов намеренно.
— Есть возможность что-нибудь выяснить конкретно?
— Я поспрашиваю знакомых авантюристов и купцов, и к тому же мы уже подключили к делу Патрика. Но понадобится время. Позволь спросить, что ты станешь делать, когда получишь ответ? Допустим, твои враги это один из могущественных домов, которые управляют Кордисом. Твои дальнейшие действия?
— Не знаю, — признался я честно. — Для начала мне нужно собрать информацию и обзавестись союзниками. Один человек ничего не способен сделать против целой армии, тем более что мои люди разгромлены и я даже ничего не знаю об их судьбе. Но мы вроде делаем с вами одно дело и нашли общий язык с Патриком и даже с одним из Айтвернов. Я не жду немедленной помощи, но это все равно лучше, чем быть одному. Мне уже стало понятно, что этот город один сплошной змеиный клубок и все интригуют тут против всех. Но возможно, если я обзаведусь здесь друзьями, это принесет хоть какую-то пользу.
— Я на твоей стороне, — решительно сказала Гвен. — Мне хорошо известно, каково это, лишиться дома. И твои соотечественники ничем не заслужили, чтобы оказаться жертвой вторжения, а ты сам храбро сражался и вроде бы порядочный человек. Если мы сможем разузнать что-то о твоих врагах, то вместе и придумаем, как действовать дальше.
Дэрри и Катриона кивнули в ответ на ее слова и я почувствовал благодарность и невольное облегчение, видя единодушную поддержку своих спутников. Впервые за долгое время, проведенное в скитаниях и безнадежной борьбе, впереди забрезжил лучик какой-то надежды. У меня снова появились друзья, которым я мог доверять, и вместе с которыми мы уже несколько раз рисковали жизнью и сражались плечом к плечу.
Однако затем меня внезапно посетил червячок сомнения, стоило мне только вспомнить про Марту. Эта девушка, по ее собственным словам, уже однажды стала моей союзницей в предпринятом мной поиске. Тем не менее каким-то образом мне получилось ее оттолкнуть, при том что ее связывали со мной воспоминания о прошлой версии меня самого. Мысль о том, что я могу как находить друзей, так и по вине собственных ошибок терять их, в немалой степени беспокоила меня, поскольку заставляла думать, что я не до конца знаю себя. К этому прибавились и слова Патрика о жестоком полководце, которым я когда-то якобы был. Впрочем, мне по-прежнему не было известно ничего конкретного о причинах вражды, разделившей нас с Мартой.
Вскоре мы вышли к изящного вида готическому зданию с высокими окнами и тонкими башенками. Именно в его стенах заключалась червоточина, позволяющая переместиться в Грейсон-сити. Как и в случае с порталом, затерянным в Львиной Пасти и ведущим на Плантагну, здание воздвигли прямо на месте пространственной аномалии. Таких червоточин, как я уже успел выяснить, имелось немало в Кордисе и еще больше за его пределами. Обитатели города между мирами получали с Беовульфа немало высокотехнологических товаров и перепродавали туда собственные, однако официальных отношений с властями расположенных на планете городов не поддерживали. Контакты велись на уровне отдельных кланов, торговцев и корпораций. Нам предстояло тайное проникновение, желательно не привлекая к себе лишнего внимания.
На этот раз нам не пришлось менять одежду, чтобы сойти за местных, потому что будучи космическим портом, в который прибывали корабли из многих миров, Грейсон-сити и так выглядел достаточно эклектично. Поговорив с охранником, дежурившим в вестибюле, мы выяснили, что за прошедшие сутки ни девушка в кожаном плаще и с двумя мечами, ни парень со скрытым маской лицом, ни другие подозрительные личности не пользовались порталом. По крайней мере риск, что на другой стороне нас встретят мои настырные знакомые, уменьшался.
Сама червоточина, как и предыдущая из увиденных мной, казалась лужицей ртути, разлитой по поверхности незримого зеркала. Она переливалась серыми всполохами, иной раз расцвеченными электрическими разрядами, и немного дрожала, как мираж, видимый посреди пустыни. Червоточина зависла в пустоте в нескольких метрах над уровнем пола, и потому, чтобы подняться к ней, пришлось по ступенькам взойти на круглую площадку, окруженную подпирающими потолок колоннами. Из воронки разверстой кротовой норы потоками исходили волны холодного воздуха, бьющего прямо в лицо.
Мы остановились напротив пространственной аномалии, внимательно ее рассматривая. Стоит сделать еще несколько шагов вперед, и разом перенесешься на много сотен, если не тысяч световых лет. Природа туннелей, рассекавших пространство и время, долгое время оставалась загадкой для ученых, и не было известно точно, как и почему они возникают.
За считанные секунды червоточины позволяли преодолеть расстояния, которое не всегда смогли бы осилить даже лучшие из современных космических кораблей, и прямо сейчас мы собирались совершить еще один такой отчаянный скачок. Мне не хотелось думать, что случится, если портал засбоит прямо во время работы и выбросит куда-нибудь прямо в открытый космос, хотя похоже, кротовые норы, расположенные в пределах Кордиса, оставались стабильными уже долгие столетия.
— Случалось раньше путешествовать между мирами? — спросил я стоявшую рядом Катриону.
— Ни разу, — с любопытством ответила она, глядя на неспокойную рябь портала, — но очень много об этом слышала. Бывшие наемники, что обитали в Хемгреве, любили рассказывать о своих путешествиях. Говорят, это одновременно как падать в пропасть и куда-то лететь, и очень сильно при этом кружится голова?
— Да. С непривычки пугает. Держись за меня крепче, — я взял девушку за руку.
Мы переглянулись и все четверо одновременно шагнули в червоточину. На этот раз переход произошел быстро, окружающий мир сгинул практически мгновенно. Наступило краткое мгновение невесомости, как и в прошлые разы, подошвы сапог перестали опираться на твердую землю. Со всех сторон нас окружила темнота, пронизанная лишь редкими вспышками молний. Уши заложило глухой тишиной, сквозь которую не пробивалось никаких звуков. Единственным отчетливым ощущением оставалась лишь ладонь Катрионы, вложенная в моя собственную, и я чувствовал, как крепко наши пальцы обхватили друг друга.
Фигуры остальных спутников исчезли. Вполне можно было допустить, что пространственный туннель, через который мы сейчас с бешеной скоростью проносились, разбросал нас на огромные расстояния друг от друга. Электрические разряды сделались чаще, и через несколько секунд темнота поблекла, освещенная бешеным кружением ослепительных вспышек. Тишина сменилась нарастающим свистом и гулом, мышцы раскололо тянущей болью, как при сильных нагрузках, и вскоре мы вывалились из портала прямо на разбитый асфальт, пахнущий грязью и недавним дождем.
Прямо над головой раскинулось ночное небо, озаренное отблесками бесчисленных голографических реклам. Сверкающие надписи смешивались в какофонию цветовых пятен, от которой немедленно зарябило в глазах. Призрачная фигура черноволосой девушки, держащей на открытой ладони образец неизвестного мне электронного устройства, застыла в километре отсюда исполинским мерцающим силуэтом, пока на заднем плане поднимались титанические здания из стекла, металла и бетона, каждое окно в которых горело огнем. Поток летающих машин завис в воздухе, издавая слабый едва различимый гул. В моем собственном мире летающих автомобилей не было, и я на несколько мгновений замер, пораженно глядя на это зрелище.
Мы оказались посреди промзоны, выпав из червоточины в небольшой переулке, образованном несколькими приземистыми кирпичными зданиями, а прямо впереди раскинулась центральная часть мегаполиса, размерами и размахом значительно превосходившего и город между мирами, и даже привычную мне столицу Релейна. Огромные здания, казалось, вонзались прямо в космическое пространство, пылающие многоцветной иллюминацией. Прямо за нашей спиной, в чем убедился я, оглянувшись, начинались спальные районы, многоэтажностью не слишком уступавшие деловым кварталам. Грейсон-сити насчитывал десятки миллионов населения и расползся вокруг во все стороны, на множество этажей как вверх, так и вниз от поверхности планеты.
Кряхтя и потирая ушибленную спину, я поднялся на ноги и помог встать Катрионе. Рядом со мной осматривались по сторонам Гвенет и Дэрри. Добрались мы быстро и без особенных проблем, разве что посадка оказалась немного жесткой. Переулок выглядел совершенно безлюдным, окрестные складские здания укрывала темнота, и никакой случайный прохожий, кажется, не стал свидетелем нашего появления.
— Очень удачно, что портал открывается в настолько глухом месте. Не представляю, что мы будем делать, если город однажды расширится и эту промзону застроят какими-нибудь высотными башнями или торговыми центрами. Появляться посреди оживленного проспекта будет точно способом привлечь к себе лишнее внимание, — проворчал Дэрри. — Ладно, раз уж мы наконец здесь, пойдемте осмотримся.
У Брейсвера был при себе коммуникатор, похожий на привычные мобильные телефоны и приобретенный во время прошлых посещений Грейсон-сити. Подключившись через него к местной сети, мы установили, что сейчас два часа пополуночи. Город, впрочем, еще далеко не казался спящим и воздушное движение оставалось оживленным. Некоторые мегаполисы не погружаются в тишину никогда, и этот, похоже, относился к их числу.
Доктор Мелвин, согласно предварительной договоренности, должен был передать сообщение на указанный им сетевой почтовый сервер ближе к следующему вечеру по времени Кордиса или же около полудня согласно местному часовому поясу. Времени оставалось в избытке, и все равно не стоило сидеть на одном месте, тем более что за зоной устойчивых пространственных аномалий, в которой находилась червоточина, вполне возможно могли наблюдать.
Промышленная зона, посреди которой мы оказались, представляла собой достаточно глухой район, втиснутый между более оживленными кварталами. В окрестностях располагались склады с запчастями и комплектующими для конвейерного производства, протекавшего на соседних заводах. Почти все они стояли сейчас погруженными в тишину и темноту, лишь в редких сторожках охранников горел свет. На обочине притаился мусор, наподобие брошенных пластиковых пакетов и разбитых бутылок. Изнанка футуристического мегаполиса выглядела столь же неприглядно, как и в любом другом из виденных мной городов.
Мы шли быстрым шагом, стараясь как можно скорее добраться до более оживленных улиц, и вскоре вышли на обочину широкого шоссе, соединяющего несколько разных городских районов. По автомагистрали проносились грохочущие грузовики и фургоны с длинными прицепами и полуприцепами. Воздушный транспорт причудливо сочетался в этом мире с наземным, не до конца его вытеснив. Грузовые составы были, как правило, слишком тяжелыми и громоздкими, чтобы ставить на них двигатели, позволяющие подняться в воздух. Последние чаще использовались для легковых автомашин.
Узкая дорожка тротуара вела вдоль высоких бетонных стен, окаймляющих магистраль, и мы двигались по ней, разделившись на пары. На лице Катрионы застыло потрясение, когда она смотрела на горящие впереди бесчисленные городские огни, исполинские постройки в блеске реклам и парящий в небе над головой транспорт, движущийся во все стороны стройными потоками. Хотя центр Кордиса тоже выглядел достаточно современно, он не шел ни в какое сравнение с открывшейся нам картиной, и я тоже оказался достаточно впечатлен, хотя повидал всякое. Моему родному миру оставалось еще не меньше, чем полувека развития, чтобы достичь подобного уровня, и то, если мы сумеем сбросить ярмо инопланетных захватчиков.
Поднявшись по стальной лестнице и миновав перекинутый над магистралью мостик, мы наконец выбрались на одну из улиц делового центра, с широкими пешеходными зонами, больше похожую на горное ущелье, вившееся между двумя рядами высотных зданий. Вокруг сверкали витрины магазинов, работавших допоздна, и кипела собиравшаяся возле закусочных и торговых центров толпа.
Уже по дороге Катриона спросила меня, вынырнув из своих мыслей:
— А каким было первое твое сражение?
— Неожиданным, — я нахмурился, вспоминая. — Это было лет примерно пять назад, когда пришельцы только обрушились на наш мир. Во время моей кадровой службы, которая состоялась ранее, сражаться мне не доводилось, королевство ни с кем не воевало, не считыя нескольких стычек с пиратами на островах. Потом я ушел на офисную работу, а однажды обычным днем, когда ничто не предвещало, началась война. Пришельцы атаковали наши города, сметали всякое сопротивление на своем пути. Я добрался до ближайшего армейского пункта, на котором собирали резервистов, и получил роту под свое командование, в соответствии со своим званием капитана.
— А потом?
— А потом были смерть и огонь, — я вздохнул. — Мы пытались отбить потерянные позиции, наступая прямо по городским улицам, пока нас атаковали из орнитоптеров, глайдеров и поливали огнем из самоходных плазменных пушек. В скором времени пал королевский дворец и погибла при попытке эвакуации монаршья семья, когда разбился их вертолет. Затем оказались разгромлены все штабы и тыловые базы. Всего через несколько месяцев остаткам армии пришлось уйти в подполье, пока иномирцы устанавливали свои порядки.
— Ты вроде говорил, что они хотели разграбить ваш мир? — негромко спросила Гвен.
— Да, хотя выяснить это оказалось не так-то просто. Пленники и сами знали немногое, но в конечном счете мы узнали, что пришельцев интересуют наши ресурсы. Не только нефть и металлы, но и какие-то особые элементы, которые они добывали в северных горах и отсылали грузовыми караванами через порталы. Какие-то кристаллы и залежи минералов неизвестного происхождения. Нескольким нашим разведчикам удалось сфотографировать шахты, уходящие на несколько километров вглубь, в самые недра земли. Захватчики сгоняли десятки тысяч рабов на рудники.
— Энергетические кристаллы используются во многих магических технологиях, — задумчиво обронил Дэрри. — В силовых посохах, плазменных винтовках, двигателях боевых машин и летательных аппаратов. Другие элементы, о которых ты говорил, могут потребоваться для изготовления ядерного или химического оружия, или любых других средств массового поражения. Если твоим родным миром заинтересовался любой из великих торговых кланов Кордиса, они могут получать невиданные барыши от продажи ваших ресурсов.
— Если так, — мои пальцы сами сжались в кулаки, а от гнева потемнело в глазах, — значит, мои враги где-то здесь.
— Действительно, — Дэрри медленно кивнул, не сводя с меня внимательного взгляда, — но чтобы обнаружить их, может потребоваться время. О таких делах не разговаривают прилюдно и для них обычно выбираются самые отдаленные миры, не имеющие союзников и устойчивых связей с остальной вселенной. О твоей планете ничего не слышали в наших краях. Не удивлюсь, если данные о ней оказались подчищены из архивов намеренно.
— Есть возможность что-нибудь выяснить конкретно?
— Я поспрашиваю знакомых авантюристов и купцов, и к тому же мы уже подключили к делу Патрика. Но понадобится время. Позволь спросить, что ты станешь делать, когда получишь ответ? Допустим, твои враги это один из могущественных домов, которые управляют Кордисом. Твои дальнейшие действия?
— Не знаю, — признался я честно. — Для начала мне нужно собрать информацию и обзавестись союзниками. Один человек ничего не способен сделать против целой армии, тем более что мои люди разгромлены и я даже ничего не знаю об их судьбе. Но мы вроде делаем с вами одно дело и нашли общий язык с Патриком и даже с одним из Айтвернов. Я не жду немедленной помощи, но это все равно лучше, чем быть одному. Мне уже стало понятно, что этот город один сплошной змеиный клубок и все интригуют тут против всех. Но возможно, если я обзаведусь здесь друзьями, это принесет хоть какую-то пользу.
— Я на твоей стороне, — решительно сказала Гвен. — Мне хорошо известно, каково это, лишиться дома. И твои соотечественники ничем не заслужили, чтобы оказаться жертвой вторжения, а ты сам храбро сражался и вроде бы порядочный человек. Если мы сможем разузнать что-то о твоих врагах, то вместе и придумаем, как действовать дальше.
Дэрри и Катриона кивнули в ответ на ее слова и я почувствовал благодарность и невольное облегчение, видя единодушную поддержку своих спутников. Впервые за долгое время, проведенное в скитаниях и безнадежной борьбе, впереди забрезжил лучик какой-то надежды. У меня снова появились друзья, которым я мог доверять, и вместе с которыми мы уже несколько раз рисковали жизнью и сражались плечом к плечу.
Однако затем меня внезапно посетил червячок сомнения, стоило мне только вспомнить про Марту. Эта девушка, по ее собственным словам, уже однажды стала моей союзницей в предпринятом мной поиске. Тем не менее каким-то образом мне получилось ее оттолкнуть, при том что ее связывали со мной воспоминания о прошлой версии меня самого. Мысль о том, что я могу как находить друзей, так и по вине собственных ошибок терять их, в немалой степени беспокоила меня, поскольку заставляла думать, что я не до конца знаю себя. К этому прибавились и слова Патрика о жестоком полководце, которым я когда-то якобы был. Впрочем, мне по-прежнему не было известно ничего конкретного о причинах вражды, разделившей нас с Мартой.
Вскоре мы вышли к изящного вида готическому зданию с высокими окнами и тонкими башенками. Именно в его стенах заключалась червоточина, позволяющая переместиться в Грейсон-сити. Как и в случае с порталом, затерянным в Львиной Пасти и ведущим на Плантагну, здание воздвигли прямо на месте пространственной аномалии. Таких червоточин, как я уже успел выяснить, имелось немало в Кордисе и еще больше за его пределами. Обитатели города между мирами получали с Беовульфа немало высокотехнологических товаров и перепродавали туда собственные, однако официальных отношений с властями расположенных на планете городов не поддерживали. Контакты велись на уровне отдельных кланов, торговцев и корпораций. Нам предстояло тайное проникновение, желательно не привлекая к себе лишнего внимания.
На этот раз нам не пришлось менять одежду, чтобы сойти за местных, потому что будучи космическим портом, в который прибывали корабли из многих миров, Грейсон-сити и так выглядел достаточно эклектично. Поговорив с охранником, дежурившим в вестибюле, мы выяснили, что за прошедшие сутки ни девушка в кожаном плаще и с двумя мечами, ни парень со скрытым маской лицом, ни другие подозрительные личности не пользовались порталом. По крайней мере риск, что на другой стороне нас встретят мои настырные знакомые, уменьшался.
Сама червоточина, как и предыдущая из увиденных мной, казалась лужицей ртути, разлитой по поверхности незримого зеркала. Она переливалась серыми всполохами, иной раз расцвеченными электрическими разрядами, и немного дрожала, как мираж, видимый посреди пустыни. Червоточина зависла в пустоте в нескольких метрах над уровнем пола, и потому, чтобы подняться к ней, пришлось по ступенькам взойти на круглую площадку, окруженную подпирающими потолок колоннами. Из воронки разверстой кротовой норы потоками исходили волны холодного воздуха, бьющего прямо в лицо.
Мы остановились напротив пространственной аномалии, внимательно ее рассматривая. Стоит сделать еще несколько шагов вперед, и разом перенесешься на много сотен, если не тысяч световых лет. Природа туннелей, рассекавших пространство и время, долгое время оставалась загадкой для ученых, и не было известно точно, как и почему они возникают.
За считанные секунды червоточины позволяли преодолеть расстояния, которое не всегда смогли бы осилить даже лучшие из современных космических кораблей, и прямо сейчас мы собирались совершить еще один такой отчаянный скачок. Мне не хотелось думать, что случится, если портал засбоит прямо во время работы и выбросит куда-нибудь прямо в открытый космос, хотя похоже, кротовые норы, расположенные в пределах Кордиса, оставались стабильными уже долгие столетия.
— Случалось раньше путешествовать между мирами? — спросил я стоявшую рядом Катриону.
— Ни разу, — с любопытством ответила она, глядя на неспокойную рябь портала, — но очень много об этом слышала. Бывшие наемники, что обитали в Хемгреве, любили рассказывать о своих путешествиях. Говорят, это одновременно как падать в пропасть и куда-то лететь, и очень сильно при этом кружится голова?
— Да. С непривычки пугает. Держись за меня крепче, — я взял девушку за руку.
Мы переглянулись и все четверо одновременно шагнули в червоточину. На этот раз переход произошел быстро, окружающий мир сгинул практически мгновенно. Наступило краткое мгновение невесомости, как и в прошлые разы, подошвы сапог перестали опираться на твердую землю. Со всех сторон нас окружила темнота, пронизанная лишь редкими вспышками молний. Уши заложило глухой тишиной, сквозь которую не пробивалось никаких звуков. Единственным отчетливым ощущением оставалась лишь ладонь Катрионы, вложенная в моя собственную, и я чувствовал, как крепко наши пальцы обхватили друг друга.
Фигуры остальных спутников исчезли. Вполне можно было допустить, что пространственный туннель, через который мы сейчас с бешеной скоростью проносились, разбросал нас на огромные расстояния друг от друга. Электрические разряды сделались чаще, и через несколько секунд темнота поблекла, освещенная бешеным кружением ослепительных вспышек. Тишина сменилась нарастающим свистом и гулом, мышцы раскололо тянущей болью, как при сильных нагрузках, и вскоре мы вывалились из портала прямо на разбитый асфальт, пахнущий грязью и недавним дождем.
Прямо над головой раскинулось ночное небо, озаренное отблесками бесчисленных голографических реклам. Сверкающие надписи смешивались в какофонию цветовых пятен, от которой немедленно зарябило в глазах. Призрачная фигура черноволосой девушки, держащей на открытой ладони образец неизвестного мне электронного устройства, застыла в километре отсюда исполинским мерцающим силуэтом, пока на заднем плане поднимались титанические здания из стекла, металла и бетона, каждое окно в которых горело огнем. Поток летающих машин завис в воздухе, издавая слабый едва различимый гул. В моем собственном мире летающих автомобилей не было, и я на несколько мгновений замер, пораженно глядя на это зрелище.
Мы оказались посреди промзоны, выпав из червоточины в небольшой переулке, образованном несколькими приземистыми кирпичными зданиями, а прямо впереди раскинулась центральная часть мегаполиса, размерами и размахом значительно превосходившего и город между мирами, и даже привычную мне столицу Релейна. Огромные здания, казалось, вонзались прямо в космическое пространство, пылающие многоцветной иллюминацией. Прямо за нашей спиной, в чем убедился я, оглянувшись, начинались спальные районы, многоэтажностью не слишком уступавшие деловым кварталам. Грейсон-сити насчитывал десятки миллионов населения и расползся вокруг во все стороны, на множество этажей как вверх, так и вниз от поверхности планеты.
Кряхтя и потирая ушибленную спину, я поднялся на ноги и помог встать Катрионе. Рядом со мной осматривались по сторонам Гвенет и Дэрри. Добрались мы быстро и без особенных проблем, разве что посадка оказалась немного жесткой. Переулок выглядел совершенно безлюдным, окрестные складские здания укрывала темнота, и никакой случайный прохожий, кажется, не стал свидетелем нашего появления.
— Очень удачно, что портал открывается в настолько глухом месте. Не представляю, что мы будем делать, если город однажды расширится и эту промзону застроят какими-нибудь высотными башнями или торговыми центрами. Появляться посреди оживленного проспекта будет точно способом привлечь к себе лишнее внимание, — проворчал Дэрри. — Ладно, раз уж мы наконец здесь, пойдемте осмотримся.
Глава 19
У Брейсвера был при себе коммуникатор, похожий на привычные мобильные телефоны и приобретенный во время прошлых посещений Грейсон-сити. Подключившись через него к местной сети, мы установили, что сейчас два часа пополуночи. Город, впрочем, еще далеко не казался спящим и воздушное движение оставалось оживленным. Некоторые мегаполисы не погружаются в тишину никогда, и этот, похоже, относился к их числу.
Доктор Мелвин, согласно предварительной договоренности, должен был передать сообщение на указанный им сетевой почтовый сервер ближе к следующему вечеру по времени Кордиса или же около полудня согласно местному часовому поясу. Времени оставалось в избытке, и все равно не стоило сидеть на одном месте, тем более что за зоной устойчивых пространственных аномалий, в которой находилась червоточина, вполне возможно могли наблюдать.
Промышленная зона, посреди которой мы оказались, представляла собой достаточно глухой район, втиснутый между более оживленными кварталами. В окрестностях располагались склады с запчастями и комплектующими для конвейерного производства, протекавшего на соседних заводах. Почти все они стояли сейчас погруженными в тишину и темноту, лишь в редких сторожках охранников горел свет. На обочине притаился мусор, наподобие брошенных пластиковых пакетов и разбитых бутылок. Изнанка футуристического мегаполиса выглядела столь же неприглядно, как и в любом другом из виденных мной городов.
Мы шли быстрым шагом, стараясь как можно скорее добраться до более оживленных улиц, и вскоре вышли на обочину широкого шоссе, соединяющего несколько разных городских районов. По автомагистрали проносились грохочущие грузовики и фургоны с длинными прицепами и полуприцепами. Воздушный транспорт причудливо сочетался в этом мире с наземным, не до конца его вытеснив. Грузовые составы были, как правило, слишком тяжелыми и громоздкими, чтобы ставить на них двигатели, позволяющие подняться в воздух. Последние чаще использовались для легковых автомашин.
Узкая дорожка тротуара вела вдоль высоких бетонных стен, окаймляющих магистраль, и мы двигались по ней, разделившись на пары. На лице Катрионы застыло потрясение, когда она смотрела на горящие впереди бесчисленные городские огни, исполинские постройки в блеске реклам и парящий в небе над головой транспорт, движущийся во все стороны стройными потоками. Хотя центр Кордиса тоже выглядел достаточно современно, он не шел ни в какое сравнение с открывшейся нам картиной, и я тоже оказался достаточно впечатлен, хотя повидал всякое. Моему родному миру оставалось еще не меньше, чем полувека развития, чтобы достичь подобного уровня, и то, если мы сумеем сбросить ярмо инопланетных захватчиков.
Поднявшись по стальной лестнице и миновав перекинутый над магистралью мостик, мы наконец выбрались на одну из улиц делового центра, с широкими пешеходными зонами, больше похожую на горное ущелье, вившееся между двумя рядами высотных зданий. Вокруг сверкали витрины магазинов, работавших допоздна, и кипела собиравшаяся возле закусочных и торговых центров толпа.
