Кейтор доведет до места, дальше сориентирую вас лично. Переговорите с капитаном и его людьми, потренируетесь в обращении с броней и оружием, после выспитесь и наберетесь сил. Нападение на город назначено на завтрашний поздний вечер, штурмовые отряды почти подготовлены к переброске, по моему сигналу приступите к проникновению в цитадель".
"Звучит гладко. Не ждать ли только внезапных неприятностей, которые разом разрушат этот восхитительный план?"
"Ждать. И оставаться к ним на всякий случай готовым. Внезапные неприятности, да будет тебе известно, возможны всегда", не дожидаясь моего ответа, Алдрен оборвал связь — ощущение его незримого присутствия мгновенно исчезло. Он разделял мою любовь к демонстративным жестам и предпочел оставить последнее слово в диалоге за собой. Я выдохнул, посмотрел на идущую рядом Элис, занятую рассматриванием окрестностей, и сообщил ей о состоявшейся беседе.
— Печально, — Элис усмехнулась. — Значит выспаться сегодня ночью не выйдет.
— Ничего, — я погладил ее по ладони, — наверстаем как только получится.
Воздвигнутые на крепостных валах бастионы, глядящие на путников пушечными дулами, нависали над головой, поднимаясь на многие десятки метров. Впереди дорога ныряла в широкий туннель, пробитый в земляной толще. Кованые ворота, способные при необходимости перегородить проезд, оказались распахнуты. На подступах расположился сторожевой пост — двухэтажное каменное здание с примыкающими к нему позади складами и расположившейся напротив дозорной вышкой высотой метров в пятнадцать, обложенной кирпичом, с узкими бойницами, из которых выглядывали вооруженные винтовками бойцы. Различить оружие как следует отсюда не получалось, но я не сомневался, ружья оснащены снайперским прицелом.
Солдаты, дежурившие возле поднятого шлагбаума, носили такого же вида футуристические доспехи, как и гвардейцы в крепости Алдрена. Тускло поблескивающий на клонящемся к закату солнце хромированный металл, плавные обтекаемые очертания брони, заставляющие думать об эпохе космических войн. Пистолеты в кожаной кобуре на поясе, короткие мечи в ножнах, удобные чтобы драться в толчее, переброшенные за плечо короткие винтовки, напоминающие карабины. Непрозрачные стеклянные щитки, заменяющие шлемам забрала, были открыты.
Недавние тревоги вспыхнули, нахлынув с новой силой и заставив неровно забиться сердце, рисуя перед глазами картину досмотра, переходящего в стычку. Я напрягся, выравнивая и успокаивая дыхание, собирая доступную магию в кулак, готовый применить ее для сражения или защиты, если потребуется.
Однако солдаты выглядели расслабленно, проверяли документы движущихся в город путешественников без особенного интереса. Перед нами они пропустили двух всадников и нескольких пеших, едва заглянув в подорожные, и задержались лишь на груженной мешками и свертками телеге, приказав вознице, фермерского вида парню, раскрыть некоторые из них.
Когда очередь дошла до нас, я протянул начальнику караула выданную Алдреном бумагу, надеясь, что выгляжу устало и отрешенно. Офицер, гладко выбритый мужчина моих лет, пробежался глазами по документу, сообщающему, что податель сего вправе свободно перемещаться в границах империи, после чего перевел взгляд на меня.
— С какой целью направляетесь в город?
— Повидать кузена, выпить вина и съесть много жареного мяса, — глядя офицеру прямо в глаза, сообщил я.
— Что ж, — офицер кивнул. — Удачно погостевать. Слышали, что недавно повесили банду бунтовщиков, шпионивших на ламбронцев?
— Не слышал. Много работаю, мало разговариваю с соседями.
— Я слышала краем уха, — подала голос Элис. — Но не вникала. Я прачка, мне не до того, успеть бы перестирать до заката все белье, что сгружают в деревне.
— Достойная и честная работа, особенно по нынешним временам. Постарайтесь не попасть в неприятности и избегайте таверн, там сейчас сплошные карманники на каждом углу, — сказал офицер. — Можете проходить.
Вопреки моим опасениям, больше никаких расспросов не последовало. Даже если у стражников имелись описания проникших в Балверд лазутчиков, мы ничем не напоминали их внешне, да и было нас двое, а никак не четверо. Стараясь не выдать облегчения, я двинулся вперед, минуя солдат, сопровождаемый Элис. До последнего так и ждал, что нас снова окликнут, решив проверить более внимательно, или сверху прилетит внезапная пуля, однако все-таки обошлось.
Миновав стражников, мы вступили в тоннель, пробитый в насыпи, подпиравшей бастионы и равелины и достаточно широкий, чтобы в нем разъехались три грузовика. Потолок подпирали арочные каменные своды, освещение исходило от развешанных по стенам электрических фонарей. Именно электрических, не магических, об этом мне шепотом сообщила Элис, как и о том, что в городе имеется электростанция, построенная иномирными инженерами. По ее словам, та обслуживала цитадель Повелителей, особняки приближенных к ним аристократов, учреждения и конторы, банк и биржу, и казармы гарнизона.
Туннель вывел на окаймленную трехэтажными домами площадь. В самой ее середине находились несколько виселиц с болтающимися на них трупами. Глаза повешенных выклевали вороны, кости черепа обнажились сквозь облезшую кожу, серые рубища лохмотьями колыхались на ветру, вокруг трупов клубились мухи. Вероятно те самые бунтовщики, о которых говорил командир сторожевого поста. Меня слегка замутило, но я сдержал рвотный позыв.
Рядом на площади расположились торговые ряды, с выложенными на них строительными и слесарными инструментами, одеждой и обувью, керамической и жестяной посудой, сукном и пряжей, полотенцами и покрывалами, щетками и метлами, разукрашенными деревянными фигурками, изображавшими солдат в боевой броне и барышень в платьях, овощами и зеленью, источающей густой пряный аромат свежей рыбой. Прохожие толклись возле выставленного на продажу товара, примеряли рубашки и куртки, натягивали сапоги и ботфорты, крутили в руках молотки и топоры, зубила и сверла. Покупатели спорили с продавцами, вытаскивали из карманов кошельки, извлекали из них монеты и бумажные купюры, не обращая ни малейшего внимания на повешенных мертвецов. Обстановка стояла оживленная, от людского многоголосья звенело в ушах.
Мы с Элис миновали привратный рынок, постаравшись не привлекать внимания толпы, хотя меня так и распирало от желания более тщательно изучить местный ассортимент, разобраться, на что похожа здешняя жизнь. Тем не менее не стоило задерживаться поблизости от солдат, пусть даже удалось миновать сторожевой пост без препятствий.
Мы нырнули в переулок, протянувшийся между стоявшими стена к стене домами, выглянули на соседней улице, все так же запруженной народом. По мостовой проезжали всадники и кареты, двигались между ними пешие, распахнули свои двери лавки с выставленными на витринах хлебом и пирогами. На мгновение я замер, испытав головокружение от открывшейся картины, впитывая в себя обрывки разговоров и звенящий по брусчатке конский цокот.
Ощущение, будто провалился в историческое кино о мушкетерских временах, сделалось нестерпимым, тем более антураж выглядел крайне похожим. Несколько проехавших мимо конников были облачены в дублеты и колеты, у пояса болтались шпаги с прихотливыми рукоятками, на головах широкополые шляпы, правда без перьев. Среди цветов одежды преобладали темные тона.
— Хочешь сделать пару фоток на память? — спросила Элис.
— А ты из догадливых. Жаль, нет телефона, а то бы охотно щелкнул пару десятков кадров и выложил потом в сеть, если удастся вернуться. Правда, половина улицы наверняка бы увидела, как я кручу в разные стороны плоской черной коробочкой. Я разрушил бы нашу конспирацию, так что может и хорошо, что мы без девайсов.
— Мне нравится твоя осмотрительность, — с иронией хмыкнула девушка.
— А мне твой сарказм.
Поддавшись внезапному порыву, я притянул Элис к себе, найдя ее губы, жадно накрыв их своими. Потащил девушку обратно в переулок, чтобы не привлекать посторонних взглядов. Едва мы свернули за угол и оказались в полном уединении, посреди глухих стен, лишенных оконных проемов, я прижал Элис к кирпичной кладке спиной. Вновь принялся целовать свою спутницу, проникая в рот языком, провел руками по спине и шелковым на ощупь светлым волосам. Элис выдала сдавленный стон, когда мои губы жестко коснулись ее шеи. Пару секунд спустя, тяжело дыша, я отстранился от девушки.
— Нужно идти, — напомнил я. — Мир сам себя не спасет.
— Ты жесток, повелитель. Заставляешь меня томиться.
— Всего лишь практичен, пусть даже иной раз подвержен страстям, — я повел Элис за собой, крепко держа ее руку в своей. — План остается неизменным, и не стоит терять ни одной лишней минуты, особенно на случай, если нас обнаружат. Находим Кейтора и Марину, затем находим солдат, о которых сообщал Алдрен, разрабатываем план нападения и лишь потом отдыхаем.
Элис издала новый вздох, на этот раз недовольный, но последовала за мной.
До крепостных стен средневекового вида, обозначающих границу старого города, идти оказалось не так уж долго, около двадцати минут. За это время успело окончательно стемнеть, сгустившиеся сумерки перетекли в ночь, небо налилось антрацитовой чернотой, над головой высыпали яркие и крупные звезды, в подворотнях поселилась непроглядная темень.
Прохожих делалось меньше, со стуком захлопывались двери магазинов, их работники закрывали витринные ставни. Встречавшиеся по пути фонарщики зажигали фонари, оказавшиеся керосиновыми, не дававшими дыма и чада. Окна вторых и третьих этажей, занятых жилыми квартирами, также загорались, слабым светом свечей и лучин. Хотя в этом городе имелось электрическое освещение, оно явно было не по карману обитателям окраинных кварталов.
Элис объяснила мне, что население Грендейла составляет больше миллиона человек и продолжает расти. Город еще в прежние времена являлся одним из крупнейших на континенте. За последние пятнадцать лет, после того, как он сделался средоточием власти Повелителей Силы, число местных жителей и вовсе увеличилось вдвое за счет потока приезжих.
Увенчанные дозорными башнями пятнадцатиметровые стены, к которым мы приближались, оказались построены три столетия назад, при одном из первых королей Мательдира, отделившем королевство от распадающейся Стервардской империи. С тех пор Грендейл успел значительно разрастись, выплеснуться во все стороны новыми кварталами, и потому Повелители, завладев городом, приказали воздвигнуть на дальних околицах столицы современные фортификационные сооружения, оснащенные артиллерией, те самые, которые мы уже миновали.
Имелась и третья линия стен, еще более древняя, имперской постройки, ограждавшая аристократические кварталы и цитадель Повелителей, перестроенную из прежней королевской. Третья Жестяная улица, на которую нам предстояло попасть, располагалась как раз между второй и третьей линией укреплений, как и склады на набережной, где была назначена встреча с отрядом капитана Грестера. Самая древняя, облюбованная высшим дворянством часть столицы в обиходе называлась Имперским городом, а те районы, в которые нам предстояло попасть — Королевским.
Пока Элис вела свой рассказ, мы как раз приблизились к Правым воротам Королевского города. Здесь также несла дозор стража, останавливая немногих ввиду позднего часа путников. Доспехи, надетые на солдатах, выглядели столь же продвинуто, как и на предыдущем посту. Гарнизон заставы, с которым мы сражались утром, оказался экипирован куда более средневеково, равно как и бойцы, встретившиеся накануне в Балверде.
Насколько я понял из рассказов Алдрена и Кейтора, мои братья располагают ограниченными запасами высокотехнологичных вооружений, и в первую очередь оснастили ими отряды, расквартированные в столице и на передовой. Интереса ради я прикинул, сможет ли мой клинок, подкрепленный магией, равно и сабля и дага Элис при необходимости разрезать подобную броню. По всему получалось, что да, но энергии тогда на лезвие придется наложить значительно больше.
Стражники не стали на сей раз расспрашивать о целях прибытия и вести обстоятельный разговор, только лишь проверили мою подорожную. Как чуть раньше объяснила Элис, такая бумага выдавалась местными магистратами в любом из регионов империи Повелителей, для подданных, признанных имеющими право на перемещение по стране. Жители, не имеющие дома или постоянной работы или излишне пьянствующие, или замеченные раньше в мелких преступлениях, получить ее не могли, и потому наличие такого документа автоматически свидетельствовало, что мы на хорошем счету у властей. Правда, всегда оставалась возможность, что подорожную могут выкрасть, так как никаких фотографии и прочих личных данных на ней, конечно же, не имелось. Впрочем, солдаты не выглядели особенно подозрительными и пропустили нас быстро. За день им приходилось иметь дело с огромным количеством людей, и потому их бдительность притупилась.
Королевский город встретил нас более высокой и плотной застройкой. Дома теперь попадались в четыре и даже пять этажей, из частично деревянных целиком сделались каменными, архитектура напоминала средневековую Прагу из фильмов. Украшенные башенками, здания выходили на улицу прихотливыми фасадами, демонстрируя искусно вырезанные барельефы, изображавшие рыцарей в латах и девушек в ниспадающих одеяниях. В окнах, защищенных решетками, имелось стекло. Вдоль стен тянулись водосточные трубы, спускаясь к ливневым канавам. На мостовой кое-где попадались металлические люки, обозначающие спуск в канализацию.
Я тщательно принюхивался, однако так и не смог различить запаха нечистот, характерного для средневековых городов. Крупнейшие города континента, пояснила мне Элис, уже давно обзавелись развитыми системами водопровода и канализации. В своих странствиях по Иномирью, случившихся много столетий назад, между первым изгнанием с родины и возвращением во главе штурмующей защитные рубежи Повелителей армии, мне довелось посетить много разных планет.
Некоторые из них стояли на достаточно низких стадиях цивилизационного развития, и улицы тамошних поселений буквально утопали в навозе. Ничего подобного нельзя было сказать о Грендейле, хотя конские яблоки на мостовой все же встречались, так что идти следовало, внимательно глядя себе под ноги. Зато тут явно не выливали помои из окон.
— У нас будет стелс-миссия в канализации? — спросил я. — В большинстве компьютерных игр бывает. Попутно еще приходится вырезать огромных мутировавших крыс. Если Темный клинок хранится в неприступной крепости, самое логичное решение проникнуть туда именно таким путем, нежели ломиться прямо в ворота. Заодно мы непременно наткнемся на какое-нибудь древнее подземелье, заложенное предыдущей цивилизацией, одолеем охраняющего его монстра и сопрем какой-нибудь не менее ценный артефакт, просто в копилку отряда.
— Рейдран, ты когда-нибудь бываешь серьезным?
— Постоянно, но ведь стоит найти в жизни место и хорошему юмору.
— Твой юмор подчас сложно назвать особенно хорошим, мой повелитель, — рассеянно сказала Элис, оглядываясь по сторонам. — Мне неизвестны подробности предстоящей миссии, Алдрен сам расскажет тебе телепатически, ну или капитан Грестер поделится. Сейчас главное найти Кейтора, но я никогда раньше не бывала в Грендейле.
"Звучит гладко. Не ждать ли только внезапных неприятностей, которые разом разрушат этот восхитительный план?"
"Ждать. И оставаться к ним на всякий случай готовым. Внезапные неприятности, да будет тебе известно, возможны всегда", не дожидаясь моего ответа, Алдрен оборвал связь — ощущение его незримого присутствия мгновенно исчезло. Он разделял мою любовь к демонстративным жестам и предпочел оставить последнее слово в диалоге за собой. Я выдохнул, посмотрел на идущую рядом Элис, занятую рассматриванием окрестностей, и сообщил ей о состоявшейся беседе.
— Печально, — Элис усмехнулась. — Значит выспаться сегодня ночью не выйдет.
— Ничего, — я погладил ее по ладони, — наверстаем как только получится.
Воздвигнутые на крепостных валах бастионы, глядящие на путников пушечными дулами, нависали над головой, поднимаясь на многие десятки метров. Впереди дорога ныряла в широкий туннель, пробитый в земляной толще. Кованые ворота, способные при необходимости перегородить проезд, оказались распахнуты. На подступах расположился сторожевой пост — двухэтажное каменное здание с примыкающими к нему позади складами и расположившейся напротив дозорной вышкой высотой метров в пятнадцать, обложенной кирпичом, с узкими бойницами, из которых выглядывали вооруженные винтовками бойцы. Различить оружие как следует отсюда не получалось, но я не сомневался, ружья оснащены снайперским прицелом.
Солдаты, дежурившие возле поднятого шлагбаума, носили такого же вида футуристические доспехи, как и гвардейцы в крепости Алдрена. Тускло поблескивающий на клонящемся к закату солнце хромированный металл, плавные обтекаемые очертания брони, заставляющие думать об эпохе космических войн. Пистолеты в кожаной кобуре на поясе, короткие мечи в ножнах, удобные чтобы драться в толчее, переброшенные за плечо короткие винтовки, напоминающие карабины. Непрозрачные стеклянные щитки, заменяющие шлемам забрала, были открыты.
Недавние тревоги вспыхнули, нахлынув с новой силой и заставив неровно забиться сердце, рисуя перед глазами картину досмотра, переходящего в стычку. Я напрягся, выравнивая и успокаивая дыхание, собирая доступную магию в кулак, готовый применить ее для сражения или защиты, если потребуется.
Однако солдаты выглядели расслабленно, проверяли документы движущихся в город путешественников без особенного интереса. Перед нами они пропустили двух всадников и нескольких пеших, едва заглянув в подорожные, и задержались лишь на груженной мешками и свертками телеге, приказав вознице, фермерского вида парню, раскрыть некоторые из них.
Когда очередь дошла до нас, я протянул начальнику караула выданную Алдреном бумагу, надеясь, что выгляжу устало и отрешенно. Офицер, гладко выбритый мужчина моих лет, пробежался глазами по документу, сообщающему, что податель сего вправе свободно перемещаться в границах империи, после чего перевел взгляд на меня.
— С какой целью направляетесь в город?
— Повидать кузена, выпить вина и съесть много жареного мяса, — глядя офицеру прямо в глаза, сообщил я.
— Что ж, — офицер кивнул. — Удачно погостевать. Слышали, что недавно повесили банду бунтовщиков, шпионивших на ламбронцев?
— Не слышал. Много работаю, мало разговариваю с соседями.
— Я слышала краем уха, — подала голос Элис. — Но не вникала. Я прачка, мне не до того, успеть бы перестирать до заката все белье, что сгружают в деревне.
— Достойная и честная работа, особенно по нынешним временам. Постарайтесь не попасть в неприятности и избегайте таверн, там сейчас сплошные карманники на каждом углу, — сказал офицер. — Можете проходить.
Вопреки моим опасениям, больше никаких расспросов не последовало. Даже если у стражников имелись описания проникших в Балверд лазутчиков, мы ничем не напоминали их внешне, да и было нас двое, а никак не четверо. Стараясь не выдать облегчения, я двинулся вперед, минуя солдат, сопровождаемый Элис. До последнего так и ждал, что нас снова окликнут, решив проверить более внимательно, или сверху прилетит внезапная пуля, однако все-таки обошлось.
Миновав стражников, мы вступили в тоннель, пробитый в насыпи, подпиравшей бастионы и равелины и достаточно широкий, чтобы в нем разъехались три грузовика. Потолок подпирали арочные каменные своды, освещение исходило от развешанных по стенам электрических фонарей. Именно электрических, не магических, об этом мне шепотом сообщила Элис, как и о том, что в городе имеется электростанция, построенная иномирными инженерами. По ее словам, та обслуживала цитадель Повелителей, особняки приближенных к ним аристократов, учреждения и конторы, банк и биржу, и казармы гарнизона.
Туннель вывел на окаймленную трехэтажными домами площадь. В самой ее середине находились несколько виселиц с болтающимися на них трупами. Глаза повешенных выклевали вороны, кости черепа обнажились сквозь облезшую кожу, серые рубища лохмотьями колыхались на ветру, вокруг трупов клубились мухи. Вероятно те самые бунтовщики, о которых говорил командир сторожевого поста. Меня слегка замутило, но я сдержал рвотный позыв.
Рядом на площади расположились торговые ряды, с выложенными на них строительными и слесарными инструментами, одеждой и обувью, керамической и жестяной посудой, сукном и пряжей, полотенцами и покрывалами, щетками и метлами, разукрашенными деревянными фигурками, изображавшими солдат в боевой броне и барышень в платьях, овощами и зеленью, источающей густой пряный аромат свежей рыбой. Прохожие толклись возле выставленного на продажу товара, примеряли рубашки и куртки, натягивали сапоги и ботфорты, крутили в руках молотки и топоры, зубила и сверла. Покупатели спорили с продавцами, вытаскивали из карманов кошельки, извлекали из них монеты и бумажные купюры, не обращая ни малейшего внимания на повешенных мертвецов. Обстановка стояла оживленная, от людского многоголосья звенело в ушах.
Мы с Элис миновали привратный рынок, постаравшись не привлекать внимания толпы, хотя меня так и распирало от желания более тщательно изучить местный ассортимент, разобраться, на что похожа здешняя жизнь. Тем не менее не стоило задерживаться поблизости от солдат, пусть даже удалось миновать сторожевой пост без препятствий.
Мы нырнули в переулок, протянувшийся между стоявшими стена к стене домами, выглянули на соседней улице, все так же запруженной народом. По мостовой проезжали всадники и кареты, двигались между ними пешие, распахнули свои двери лавки с выставленными на витринах хлебом и пирогами. На мгновение я замер, испытав головокружение от открывшейся картины, впитывая в себя обрывки разговоров и звенящий по брусчатке конский цокот.
Ощущение, будто провалился в историческое кино о мушкетерских временах, сделалось нестерпимым, тем более антураж выглядел крайне похожим. Несколько проехавших мимо конников были облачены в дублеты и колеты, у пояса болтались шпаги с прихотливыми рукоятками, на головах широкополые шляпы, правда без перьев. Среди цветов одежды преобладали темные тона.
— Хочешь сделать пару фоток на память? — спросила Элис.
— А ты из догадливых. Жаль, нет телефона, а то бы охотно щелкнул пару десятков кадров и выложил потом в сеть, если удастся вернуться. Правда, половина улицы наверняка бы увидела, как я кручу в разные стороны плоской черной коробочкой. Я разрушил бы нашу конспирацию, так что может и хорошо, что мы без девайсов.
— Мне нравится твоя осмотрительность, — с иронией хмыкнула девушка.
— А мне твой сарказм.
Поддавшись внезапному порыву, я притянул Элис к себе, найдя ее губы, жадно накрыв их своими. Потащил девушку обратно в переулок, чтобы не привлекать посторонних взглядов. Едва мы свернули за угол и оказались в полном уединении, посреди глухих стен, лишенных оконных проемов, я прижал Элис к кирпичной кладке спиной. Вновь принялся целовать свою спутницу, проникая в рот языком, провел руками по спине и шелковым на ощупь светлым волосам. Элис выдала сдавленный стон, когда мои губы жестко коснулись ее шеи. Пару секунд спустя, тяжело дыша, я отстранился от девушки.
— Нужно идти, — напомнил я. — Мир сам себя не спасет.
— Ты жесток, повелитель. Заставляешь меня томиться.
— Всего лишь практичен, пусть даже иной раз подвержен страстям, — я повел Элис за собой, крепко держа ее руку в своей. — План остается неизменным, и не стоит терять ни одной лишней минуты, особенно на случай, если нас обнаружат. Находим Кейтора и Марину, затем находим солдат, о которых сообщал Алдрен, разрабатываем план нападения и лишь потом отдыхаем.
Элис издала новый вздох, на этот раз недовольный, но последовала за мной.
До крепостных стен средневекового вида, обозначающих границу старого города, идти оказалось не так уж долго, около двадцати минут. За это время успело окончательно стемнеть, сгустившиеся сумерки перетекли в ночь, небо налилось антрацитовой чернотой, над головой высыпали яркие и крупные звезды, в подворотнях поселилась непроглядная темень.
Прохожих делалось меньше, со стуком захлопывались двери магазинов, их работники закрывали витринные ставни. Встречавшиеся по пути фонарщики зажигали фонари, оказавшиеся керосиновыми, не дававшими дыма и чада. Окна вторых и третьих этажей, занятых жилыми квартирами, также загорались, слабым светом свечей и лучин. Хотя в этом городе имелось электрическое освещение, оно явно было не по карману обитателям окраинных кварталов.
Элис объяснила мне, что население Грендейла составляет больше миллиона человек и продолжает расти. Город еще в прежние времена являлся одним из крупнейших на континенте. За последние пятнадцать лет, после того, как он сделался средоточием власти Повелителей Силы, число местных жителей и вовсе увеличилось вдвое за счет потока приезжих.
Увенчанные дозорными башнями пятнадцатиметровые стены, к которым мы приближались, оказались построены три столетия назад, при одном из первых королей Мательдира, отделившем королевство от распадающейся Стервардской империи. С тех пор Грендейл успел значительно разрастись, выплеснуться во все стороны новыми кварталами, и потому Повелители, завладев городом, приказали воздвигнуть на дальних околицах столицы современные фортификационные сооружения, оснащенные артиллерией, те самые, которые мы уже миновали.
Имелась и третья линия стен, еще более древняя, имперской постройки, ограждавшая аристократические кварталы и цитадель Повелителей, перестроенную из прежней королевской. Третья Жестяная улица, на которую нам предстояло попасть, располагалась как раз между второй и третьей линией укреплений, как и склады на набережной, где была назначена встреча с отрядом капитана Грестера. Самая древняя, облюбованная высшим дворянством часть столицы в обиходе называлась Имперским городом, а те районы, в которые нам предстояло попасть — Королевским.
Пока Элис вела свой рассказ, мы как раз приблизились к Правым воротам Королевского города. Здесь также несла дозор стража, останавливая немногих ввиду позднего часа путников. Доспехи, надетые на солдатах, выглядели столь же продвинуто, как и на предыдущем посту. Гарнизон заставы, с которым мы сражались утром, оказался экипирован куда более средневеково, равно как и бойцы, встретившиеся накануне в Балверде.
Насколько я понял из рассказов Алдрена и Кейтора, мои братья располагают ограниченными запасами высокотехнологичных вооружений, и в первую очередь оснастили ими отряды, расквартированные в столице и на передовой. Интереса ради я прикинул, сможет ли мой клинок, подкрепленный магией, равно и сабля и дага Элис при необходимости разрезать подобную броню. По всему получалось, что да, но энергии тогда на лезвие придется наложить значительно больше.
Стражники не стали на сей раз расспрашивать о целях прибытия и вести обстоятельный разговор, только лишь проверили мою подорожную. Как чуть раньше объяснила Элис, такая бумага выдавалась местными магистратами в любом из регионов империи Повелителей, для подданных, признанных имеющими право на перемещение по стране. Жители, не имеющие дома или постоянной работы или излишне пьянствующие, или замеченные раньше в мелких преступлениях, получить ее не могли, и потому наличие такого документа автоматически свидетельствовало, что мы на хорошем счету у властей. Правда, всегда оставалась возможность, что подорожную могут выкрасть, так как никаких фотографии и прочих личных данных на ней, конечно же, не имелось. Впрочем, солдаты не выглядели особенно подозрительными и пропустили нас быстро. За день им приходилось иметь дело с огромным количеством людей, и потому их бдительность притупилась.
Королевский город встретил нас более высокой и плотной застройкой. Дома теперь попадались в четыре и даже пять этажей, из частично деревянных целиком сделались каменными, архитектура напоминала средневековую Прагу из фильмов. Украшенные башенками, здания выходили на улицу прихотливыми фасадами, демонстрируя искусно вырезанные барельефы, изображавшие рыцарей в латах и девушек в ниспадающих одеяниях. В окнах, защищенных решетками, имелось стекло. Вдоль стен тянулись водосточные трубы, спускаясь к ливневым канавам. На мостовой кое-где попадались металлические люки, обозначающие спуск в канализацию.
Я тщательно принюхивался, однако так и не смог различить запаха нечистот, характерного для средневековых городов. Крупнейшие города континента, пояснила мне Элис, уже давно обзавелись развитыми системами водопровода и канализации. В своих странствиях по Иномирью, случившихся много столетий назад, между первым изгнанием с родины и возвращением во главе штурмующей защитные рубежи Повелителей армии, мне довелось посетить много разных планет.
Некоторые из них стояли на достаточно низких стадиях цивилизационного развития, и улицы тамошних поселений буквально утопали в навозе. Ничего подобного нельзя было сказать о Грендейле, хотя конские яблоки на мостовой все же встречались, так что идти следовало, внимательно глядя себе под ноги. Зато тут явно не выливали помои из окон.
— У нас будет стелс-миссия в канализации? — спросил я. — В большинстве компьютерных игр бывает. Попутно еще приходится вырезать огромных мутировавших крыс. Если Темный клинок хранится в неприступной крепости, самое логичное решение проникнуть туда именно таким путем, нежели ломиться прямо в ворота. Заодно мы непременно наткнемся на какое-нибудь древнее подземелье, заложенное предыдущей цивилизацией, одолеем охраняющего его монстра и сопрем какой-нибудь не менее ценный артефакт, просто в копилку отряда.
— Рейдран, ты когда-нибудь бываешь серьезным?
— Постоянно, но ведь стоит найти в жизни место и хорошему юмору.
— Твой юмор подчас сложно назвать особенно хорошим, мой повелитель, — рассеянно сказала Элис, оглядываясь по сторонам. — Мне неизвестны подробности предстоящей миссии, Алдрен сам расскажет тебе телепатически, ну или капитан Грестер поделится. Сейчас главное найти Кейтора, но я никогда раньше не бывала в Грендейле.
