Спросим дорогу до трактира "Серебряный единорог" у местных прохожих, пока все не попрятались по домам. Хотя бы узнаем примерное направление. Кейтор говорил, Третья Жестяная улица за Башмачной, та направо от третьего перекрестка по Железной, а мы идем согласно указателю по Скобяной, но лучше бы разобраться получше. Иначе вдруг мы долго будем плутать.
— Не парься, я тогда обращусь к Алдрену и выясню дорогу. Но да, сперва лучше заручиться помощью местных. А то вдруг он снова до крайности занят, например сидит на толчке.
Улицы стремительно пустели, так что с расспросами действительно стоило поторапливаться. Встретившийся нам фонарщик, выглядевший неприветливо и заспанно, сперва не хотел вступать в диалог, но перекочевавшая в его кошелек серебряная монета успешно решила дело. На монете, кстати, изображался хорошо узнаваемый профиль Тренвина, окруженный вьющимися языками пламени. Брат ничуть не постарел за столько прошедших столетий. Фонарщик объяснил, что стоит еще четыре квартала пройти по Скобяной, после чего свернуть в переулки и через десять кварталов выбраться на Башмачную, ну а дальнейшую дорогу мы и сами представляли неплохо.
Распрощавшись со своим нежданным проводником, мы еще некоторое время шли по уводящей от Правых ворот прямой и широкой Скобяной улице, пока, отсчитав указанное количество кварталов, не свернули наконец в переулки, петлявшие между доходных домов выстроившихся вокруг лабиринтом. Темнота тут стояла такая, что хоть глаза выкалывай, освещения почти не попадалось, идти приходилось осторожно, вымеряя каждый шаг — вдруг еще свалишься в какую-нибудь выбоину в мостовой или незакрытый по небрежности канализационный люк.
Очень захотелось зажечь в воздухе перед собой шарик осветительного заклятия, но я все же сдержался. Не стоит пользоваться магией без крайней на то необходимости, тем более что в радиусе пары километров наверняка целая прорва чародеев, способных учуять движение энергетических потоков.
Тревога, не отпускавшая с самого утра и лишь ненадолго затихшая, возвратилась снова. Слишком легко, слишком гладко продвигалась пока что наша миссия, следовало ждать неприятностей. Непонятное чутье долдонило в уши о приближающейся опасности, и потому я выровнял дыхание и потянулся к силовым резервам, готовясь встретить, если понадобится, угрозу лицом к лицу. Возможно, в дело просто вступила моя обострившаяся паранойя, свойственная мне и в обыденной жизни.
Прежде я постоянно ожидал каких-нибудь проблем, чаще всего не случавшихся, подходил к любому начинанию с большой осторожностью, вызывая у знакомых раздражение своей привычкой постоянно перестраховываться и изрекаемыми то и дело мрачными прогнозами. Однако в этот раз инстинкты неожиданно не подвели — потому что за три квартала до того, как мы бы вышли на ярко освещенную Железную улицу, нам повстречалась засада.
Враги вышли из ближайшего переулка, встречного тому, которым мы шли. Они появились с таким видом, будто уже некоторое время ожидали нашего появления. Десятеро солдат в научно-фантастического вида броне, с опущенными непроницаемыми забралами шлемов, вооруженные взятыми на изготовку автоматическими винтовками. Из оружия также мечи и палаши в ножнах на поясе. Черные ружейные дула глядели прямо на нас, бронированные сапоги глухо ступали по брусчатке, отсветы единственного поблизости керосинового фонаря, стоявшего неподалеку, бликами переливались на броне.
— Вот и попались, — послышался издевательский голос.
Я рывком развернулся и увидел еще одну группу солдат, приближающуюся к нам со спины. Они вынырнули из-за угла длинного четырехэтажного дома, мимо которого мы прошли около минуты назад. Отрядом предводительствовал худощавый мужчина в плотной черной одежде, напоминающей униформу. Черные волосы коротко пострижены, взгляд пристальный и холодный. На перевязи у пояса сабля с посеребренной рукоятью, в кобуре на правом бедре пистолет.
— Рад, что столь долгие поиски увенчались успехом, — проговорил мужчина. — Господа, никакие фокусы меня не обманут. Избавьтесь от маскировки, которая скрывает ваше подлинное обличье. Медленно затем, никуда не торопясь, извлеките оружие, которое при вас, я уверен, имеется и бросьте его на землю. Позвольте надеть на себя браслеты, и если не станете дергаться, не придется испытывать совершенно ненужную боль.
— Какие браслеты? — спросил я.
— Блокирующие магические способности, — хором ответили мужчина и Элис.
— Алдрен совсем никудышно, похоже, готовит своих агентов, — сказал мужчина с некоторым осуждением. — Даже не объясняет толком, с чем им придется столкнуться.
Я лихорадочно соображал, стараясь оценить обстановку. Враги находились в численном преимуществе и на крайне удобной позиции для ближнего боя. Для стрельбы — похуже, две группы стоят друг напротив друга, мы как раз между ними. Если они начнут стрелять, велик риск зацепить товарищей из второго отряда. Правда, этот парень в черном явно маг, а значит он вполне может поставить барьер от пуль, прикрывая одну из групп от дружественного огня. И тогда нас спокойно изрешетят пулями, буквально за несколько секунд. Следовало подготовиться к бою, собрать в кулак всю магию, которую удастся призвать.
— Не испытывайте мое терпение, — проговорил человек в черном.
— Не испытываем, — быстро сказала Элис, подхватив мой тон. — Просто опешили.
— Может представишься для начала? — спросил я, попутно потянувшись к своим магическим резервам.
— Адепт восьмого ранга субмагистр стихийной магии Ридвин, на службе у Повелителей Силы. Состою в отделе наблюдения и дознания, под началом магистра Хенвайна, на должности старшего инспектора. Занимаюсь сообща с коллегами поиском, обнаружением и нейтрализацией вражеских разведчиков, проникающих в нашу столицу. Не сопротивляйтесь, господа, умоляю. Никаких драматических жестов. Героических выходок не нужно тем больше. Вы окружены и в сокрушительном меньшинстве.
Он держался с видом человека, готового одержать победу.
— Хорошо, — сказал я. — Печально, но кажется, мы и правда попались. Позволь лишь узнать, адепт восьмого ранга субмагистр стихийной магии Ридвин, каким образом ты вычислил нас.
— К чему такие подробности будущему мертвецу?
— Потешу любопытство, прежде чем подороже продать жизнь, сражаясь с тобой.
— Хватит пороть ерунду. Жизнь продать не получится, мы возьмем вас живыми, и умрешь ты лишь в пыточных, стеная от терзающей тебя боли и видя, как палачи и их прислужники насилуют твою очаровательную спутницу. И выдашь перед смертью все подробности о планах своего господина. Ты ведь посланник Алдрена Брангорна, если не ошибаюсь, ибо кому еще хватило бы мастерства открыть портал в самое сердце контролируемых нами земель.
— И на чем же мы прокололись?
— Охотно расскажу. Сегодня днем мне было поручено явиться в Одиннадцатый форт, расположенный на Терстенском тракте и подвергшийся нападению. Штабные аналитики сочли, что мы имеем дело с теми же лазутчиками, что обнаружили себя накануне в Балверде. Прибыв в форт через портал, я обнаружил солдат, приходящих в себя после действия наложенного на них усыпляющего заклинания. Они доложили, что столкнулись с четырьмя наемниками, владеющими магией. Описание этих неприятельских бойцов ничуть не соотносилось с полученным нами от магистра Хенвайна, который вчера дистанционно подключился к рассудку дежурившего в Балверде чародея и успел рассмотреть нападавших. И, кстати, это описание также не соотносится и с твоей внешностью.
— Вероятно потому, что мы вовсе не те люди. Отпустил бы ты нас по-хорошему.
— И не подумаю. Имей в виду, меня так просто не проведешь. Я сразу предположил, что имею дело со шпионами, использующими иллюзионное заклятие. Потребовалось потратить добрых два часа на медитацию, так как отзвуки сотворенных заклинаний уже почти рассеялись в пространстве, однако в конечном счете мне удалось уловить ментальное эхо орудовавшего в Одиннадцатом форту чародея. Ты наложил на себя и своих товарищей маскировочное заклинание, но именно оно и выдало тебя. Если прочие чары рассеялись, эти тянулись за тобой, и позволили тебя отыскать.
Я выругался про себя — вот они, недостатки моего слабого знакомства с миром, в котором они оказались. Хотя память моего прошлого воплощения подарила мне магию, точнее умение ее контролировать, прошли тысячи лет с той поры, как Темный владыка Рейдран ступал по землям Тэллрина. Я крайне слабо представлял себе, насколько сильно и в какую сторону изменился мир с того времени, а полученные от товарищей сведения были все-таки недостаточно исчерпывающими. Я совершенно не подумал, что на службе у братьев найдутся маги, обладающими подобными навыками. Прежде такое искусство считалось крайне редким и требующим огромного мастерства.
— Удивлены? — спросил Ридвин. — Недооценили меня?
— Пожалуй. В некоторой степени.
— Будет уроком на будущее, хотя какое у вас теперь будущее, господа. Проследовать за вами по тракту я не сумел, магический след совсем истончился, и потому вернулся через портал в столицу, рассудив, что шпионы направляются именно сюда. Терстенский тракт выводит к Алмазным воротам, от них в свою очередь ближе до Правых ворот старого города, значит в первую очередь стоит сосредоточить поиски в этом квадранте. Днем, в толпе прохожих, ощутить настолько смутно мной опознанное ментальное эхо оказалось бы крайне непросто, но ночью, когда улицы совсем опустели... Полчаса назад мы заприметили вас, сразу после того, как вы миновали Правые ворота, и немедленно установили наблюдение. Весьма удачно, что вы решили покинуть Скобяную улицу. Не случится жертв среди припозднившихся прохожих, если все же попробуете сопротивляться и придется стрелять по ногам.
Я молча сбросил маскировочные чары, позволив врагу увидеть нас с Элис в нашем подлинном виде — одетыми как наемники, а вовсе не как фермер и его облаченная в платье супруга, вооруженными мечом и саблей, с ладонями, лежащими на рукоятях клинков.
— Вот теперь полностью совпадает с переданным магистром Хенвайном описанием лазутчиков из Балверда, — удовлетворенно сказал субмагистр Ридвин. — Представляю, как вытянется его лицо, когда он узнает, что миссия по вашей поимке увенчалась успехом. Он-то полагает, я вернулся из форта в Цитадель и попросту прохлаждаюсь в компании девиц легкого поведения, нескольких кувшинов доброго сухого красного вина и изобильной закуски. Даже не подозревает о достигнутом мной успехе.
— Иными словами, ты еще не сообщал своему начальству, что готовишься нас задержать?
— Зачем же? Чтобы магистр Хенвайн присвоил себе мои достижения, удобным ему образом составив отчет? Нет, слава достанется мне, когда я лично доставлю вас в цитадель и брошу, скованных, перед тронами Повелителей Силы, — чародей самодовольно улыбнулся. — Кстати, не нужно считать меня дураком. Ты нарочно решил меня заболтать, чтобы самому подготовить удар. Но пока мы разговаривали, мои собственные чары дошли до готовности. Теперь, господа, поверьте, вам никуда не сбежать.
Стоило Ридвину договорить, магия обрушилась на нас потоком — бурлящим и яростным, сбивающим с ног и опрокидывающим на землю. Враждебная сила каменной плитой рухнула на плечи, заставляя разжаться сжимающие оружие пальцы, подгибая колени. Так, во всяком случае, сработало бы заклинание — если бы враг сумел в полной мере его наложить. Ридвин думал, что я собираюсь применить атакующие чары, и поспешил ударить первым, но на самом деле именно этого я и ожидал, и подготовился к обороне. Едва сотканное моим противником заклятие начало формироваться в пространстве, сдавливая стальными тисками виски, как я немедленно ударил по его связующим контурам. Незримые иглы вонзились в переплетения и узлы заклятия, дробя их и разрывая, рассеивая собранную Ридвином силу. Я вобрал в себя ее остатки, пополняя ими собственные запасы. Голова разом просветлела, зрение сделалось ярким и четким.
Первым делом я оградил Элис защитной сферой, вспыхнувшей серебряным светом. Мобильный щит, который последует за девушкой, стоит ей сделать лишь шаг. Поможет, когда солдаты откроют огонь. В следующую секунду я рванулся вперед — двигаясь в два или три раза быстрее, чем способен обычный человек, придавая себе ускорение при помощи магии.
В висках бешено заколотила кровь, стены домов пронеслись мимо пулей, Ридвин неожиданно оказался совсем рядом. Сам он не сдвинулся с места — просто я преодолел разделявшее нас расстояние всего за мгновение. Взмахнул мечом, целясь чародею в горло, но тот уже успел отреагировать. Воздух вспыхнул мельтешением ледяных искр на пути моего палаша, уплотняясь и замедляя движение клинка, натолкнувшегося на преграду. Сам Ридвин уже уклонялся в сторону, левой рукой выхватывал пистолет, правой саблю.
Солдаты открыли огонь. Выстрелы насквозь прошивали воздух, но я уже придумал, как защититься. Призванная мной тьма проступала черными всполохами, поглощала выпущенные пули, пожирая их полностью, вычеркивая из реальности. Стреляли и в лицо, и в спину, я надеялся, что магический щит убережет Элис. Времени, чтобы оборачиваться и проверять, не было — Ридвин бросился в атаку. Точнее, сперва магистр магии нажал на спусковой крючок вытащенного им пистолета.
От грохота стрельбы зазвенело в ушах. Шесть пуль подряд, выпущенных в упор — достаточно, чтобы оставить от меня изрешеченный насквозь труп. В других обстоятельствах оно бы так и случилось, но сейчас в моем распоряжении была магия, почерпнутая прямиком из вражеского заклинания. Тьма проступила в воздухе черной вуалью, принимая в себя выпущенные из оружейного ствола кусочки свинца. Гильзы посыпались по брусчатке.
Невидимый заслон, преградивший дорогу моему клинку, дрогнул, поддаваясь. Палаш рванулся, ища горло противника, но Ридвин заблокировал его саблей, принимая выпад на рукоять. Оружие заскрежетало, сталкиваясь. Поверх перекрещенных клинков я посмотрел чародею в лицо, перехватил напряженный взгляд и мгновенно ударил магией. Простейший телекинетический толчок, очень слабый, Ридвин всего лишь отшатнулся, но этого хватило, чтобы острие его сабли дернулось и опустилось.
Я двинул вперед палаш, вонзая клинок врагу в грудь и доводя до сердца. Кровь полилась из раны, стекая вдоль лезвия и увлажняя черную униформу. Вместе с кровью полила и жизненная сила, исторгаемая умирающим, которую я поспешил вобрать. Ридвин рухнул к моим ногам, когда я высвободил палаш, а солдаты, столпившиеся за его спиной, открыли стрельбу снова.
Пули рвали пустоту, расчерчивая пространство косыми траекториями, но ни одна не могла мне повредить. Во мне оживало мистическое знание Повелителей Силы, почерпнутое ими из иномирной науки Строителей. Овеществленная материя тьмы лилась вокруг в воздухе чернильными щупальцами, уберегая от выстрелов. Куда эффективнее и подвижнее обычного энергетического барьера — не сплошной щит, закрывающий куполом. Не подойдет, к несчастью, для отражения фехтовальных выпадов — подобное заклинание тратило слишком много энергии, и опустошать себя полностью я не желал. Однако оно идеально работало, чтобы защитить от винтовок и пистолетов.
Я кинулся навстречу солдатам, врываясь прямо во вражеский строй. Влил оставшуюся энергию в скорость, ловкость и нажим клинка, увеличивая их многократно.
— Не парься, я тогда обращусь к Алдрену и выясню дорогу. Но да, сперва лучше заручиться помощью местных. А то вдруг он снова до крайности занят, например сидит на толчке.
Улицы стремительно пустели, так что с расспросами действительно стоило поторапливаться. Встретившийся нам фонарщик, выглядевший неприветливо и заспанно, сперва не хотел вступать в диалог, но перекочевавшая в его кошелек серебряная монета успешно решила дело. На монете, кстати, изображался хорошо узнаваемый профиль Тренвина, окруженный вьющимися языками пламени. Брат ничуть не постарел за столько прошедших столетий. Фонарщик объяснил, что стоит еще четыре квартала пройти по Скобяной, после чего свернуть в переулки и через десять кварталов выбраться на Башмачную, ну а дальнейшую дорогу мы и сами представляли неплохо.
Распрощавшись со своим нежданным проводником, мы еще некоторое время шли по уводящей от Правых ворот прямой и широкой Скобяной улице, пока, отсчитав указанное количество кварталов, не свернули наконец в переулки, петлявшие между доходных домов выстроившихся вокруг лабиринтом. Темнота тут стояла такая, что хоть глаза выкалывай, освещения почти не попадалось, идти приходилось осторожно, вымеряя каждый шаг — вдруг еще свалишься в какую-нибудь выбоину в мостовой или незакрытый по небрежности канализационный люк.
Очень захотелось зажечь в воздухе перед собой шарик осветительного заклятия, но я все же сдержался. Не стоит пользоваться магией без крайней на то необходимости, тем более что в радиусе пары километров наверняка целая прорва чародеев, способных учуять движение энергетических потоков.
Тревога, не отпускавшая с самого утра и лишь ненадолго затихшая, возвратилась снова. Слишком легко, слишком гладко продвигалась пока что наша миссия, следовало ждать неприятностей. Непонятное чутье долдонило в уши о приближающейся опасности, и потому я выровнял дыхание и потянулся к силовым резервам, готовясь встретить, если понадобится, угрозу лицом к лицу. Возможно, в дело просто вступила моя обострившаяся паранойя, свойственная мне и в обыденной жизни.
Прежде я постоянно ожидал каких-нибудь проблем, чаще всего не случавшихся, подходил к любому начинанию с большой осторожностью, вызывая у знакомых раздражение своей привычкой постоянно перестраховываться и изрекаемыми то и дело мрачными прогнозами. Однако в этот раз инстинкты неожиданно не подвели — потому что за три квартала до того, как мы бы вышли на ярко освещенную Железную улицу, нам повстречалась засада.
Враги вышли из ближайшего переулка, встречного тому, которым мы шли. Они появились с таким видом, будто уже некоторое время ожидали нашего появления. Десятеро солдат в научно-фантастического вида броне, с опущенными непроницаемыми забралами шлемов, вооруженные взятыми на изготовку автоматическими винтовками. Из оружия также мечи и палаши в ножнах на поясе. Черные ружейные дула глядели прямо на нас, бронированные сапоги глухо ступали по брусчатке, отсветы единственного поблизости керосинового фонаря, стоявшего неподалеку, бликами переливались на броне.
— Вот и попались, — послышался издевательский голос.
Глава 15
Я рывком развернулся и увидел еще одну группу солдат, приближающуюся к нам со спины. Они вынырнули из-за угла длинного четырехэтажного дома, мимо которого мы прошли около минуты назад. Отрядом предводительствовал худощавый мужчина в плотной черной одежде, напоминающей униформу. Черные волосы коротко пострижены, взгляд пристальный и холодный. На перевязи у пояса сабля с посеребренной рукоятью, в кобуре на правом бедре пистолет.
— Рад, что столь долгие поиски увенчались успехом, — проговорил мужчина. — Господа, никакие фокусы меня не обманут. Избавьтесь от маскировки, которая скрывает ваше подлинное обличье. Медленно затем, никуда не торопясь, извлеките оружие, которое при вас, я уверен, имеется и бросьте его на землю. Позвольте надеть на себя браслеты, и если не станете дергаться, не придется испытывать совершенно ненужную боль.
— Какие браслеты? — спросил я.
— Блокирующие магические способности, — хором ответили мужчина и Элис.
— Алдрен совсем никудышно, похоже, готовит своих агентов, — сказал мужчина с некоторым осуждением. — Даже не объясняет толком, с чем им придется столкнуться.
Я лихорадочно соображал, стараясь оценить обстановку. Враги находились в численном преимуществе и на крайне удобной позиции для ближнего боя. Для стрельбы — похуже, две группы стоят друг напротив друга, мы как раз между ними. Если они начнут стрелять, велик риск зацепить товарищей из второго отряда. Правда, этот парень в черном явно маг, а значит он вполне может поставить барьер от пуль, прикрывая одну из групп от дружественного огня. И тогда нас спокойно изрешетят пулями, буквально за несколько секунд. Следовало подготовиться к бою, собрать в кулак всю магию, которую удастся призвать.
— Не испытывайте мое терпение, — проговорил человек в черном.
— Не испытываем, — быстро сказала Элис, подхватив мой тон. — Просто опешили.
— Может представишься для начала? — спросил я, попутно потянувшись к своим магическим резервам.
— Адепт восьмого ранга субмагистр стихийной магии Ридвин, на службе у Повелителей Силы. Состою в отделе наблюдения и дознания, под началом магистра Хенвайна, на должности старшего инспектора. Занимаюсь сообща с коллегами поиском, обнаружением и нейтрализацией вражеских разведчиков, проникающих в нашу столицу. Не сопротивляйтесь, господа, умоляю. Никаких драматических жестов. Героических выходок не нужно тем больше. Вы окружены и в сокрушительном меньшинстве.
Он держался с видом человека, готового одержать победу.
— Хорошо, — сказал я. — Печально, но кажется, мы и правда попались. Позволь лишь узнать, адепт восьмого ранга субмагистр стихийной магии Ридвин, каким образом ты вычислил нас.
— К чему такие подробности будущему мертвецу?
— Потешу любопытство, прежде чем подороже продать жизнь, сражаясь с тобой.
— Хватит пороть ерунду. Жизнь продать не получится, мы возьмем вас живыми, и умрешь ты лишь в пыточных, стеная от терзающей тебя боли и видя, как палачи и их прислужники насилуют твою очаровательную спутницу. И выдашь перед смертью все подробности о планах своего господина. Ты ведь посланник Алдрена Брангорна, если не ошибаюсь, ибо кому еще хватило бы мастерства открыть портал в самое сердце контролируемых нами земель.
— И на чем же мы прокололись?
— Охотно расскажу. Сегодня днем мне было поручено явиться в Одиннадцатый форт, расположенный на Терстенском тракте и подвергшийся нападению. Штабные аналитики сочли, что мы имеем дело с теми же лазутчиками, что обнаружили себя накануне в Балверде. Прибыв в форт через портал, я обнаружил солдат, приходящих в себя после действия наложенного на них усыпляющего заклинания. Они доложили, что столкнулись с четырьмя наемниками, владеющими магией. Описание этих неприятельских бойцов ничуть не соотносилось с полученным нами от магистра Хенвайна, который вчера дистанционно подключился к рассудку дежурившего в Балверде чародея и успел рассмотреть нападавших. И, кстати, это описание также не соотносится и с твоей внешностью.
— Вероятно потому, что мы вовсе не те люди. Отпустил бы ты нас по-хорошему.
— И не подумаю. Имей в виду, меня так просто не проведешь. Я сразу предположил, что имею дело со шпионами, использующими иллюзионное заклятие. Потребовалось потратить добрых два часа на медитацию, так как отзвуки сотворенных заклинаний уже почти рассеялись в пространстве, однако в конечном счете мне удалось уловить ментальное эхо орудовавшего в Одиннадцатом форту чародея. Ты наложил на себя и своих товарищей маскировочное заклинание, но именно оно и выдало тебя. Если прочие чары рассеялись, эти тянулись за тобой, и позволили тебя отыскать.
Я выругался про себя — вот они, недостатки моего слабого знакомства с миром, в котором они оказались. Хотя память моего прошлого воплощения подарила мне магию, точнее умение ее контролировать, прошли тысячи лет с той поры, как Темный владыка Рейдран ступал по землям Тэллрина. Я крайне слабо представлял себе, насколько сильно и в какую сторону изменился мир с того времени, а полученные от товарищей сведения были все-таки недостаточно исчерпывающими. Я совершенно не подумал, что на службе у братьев найдутся маги, обладающими подобными навыками. Прежде такое искусство считалось крайне редким и требующим огромного мастерства.
— Удивлены? — спросил Ридвин. — Недооценили меня?
— Пожалуй. В некоторой степени.
— Будет уроком на будущее, хотя какое у вас теперь будущее, господа. Проследовать за вами по тракту я не сумел, магический след совсем истончился, и потому вернулся через портал в столицу, рассудив, что шпионы направляются именно сюда. Терстенский тракт выводит к Алмазным воротам, от них в свою очередь ближе до Правых ворот старого города, значит в первую очередь стоит сосредоточить поиски в этом квадранте. Днем, в толпе прохожих, ощутить настолько смутно мной опознанное ментальное эхо оказалось бы крайне непросто, но ночью, когда улицы совсем опустели... Полчаса назад мы заприметили вас, сразу после того, как вы миновали Правые ворота, и немедленно установили наблюдение. Весьма удачно, что вы решили покинуть Скобяную улицу. Не случится жертв среди припозднившихся прохожих, если все же попробуете сопротивляться и придется стрелять по ногам.
Я молча сбросил маскировочные чары, позволив врагу увидеть нас с Элис в нашем подлинном виде — одетыми как наемники, а вовсе не как фермер и его облаченная в платье супруга, вооруженными мечом и саблей, с ладонями, лежащими на рукоятях клинков.
— Вот теперь полностью совпадает с переданным магистром Хенвайном описанием лазутчиков из Балверда, — удовлетворенно сказал субмагистр Ридвин. — Представляю, как вытянется его лицо, когда он узнает, что миссия по вашей поимке увенчалась успехом. Он-то полагает, я вернулся из форта в Цитадель и попросту прохлаждаюсь в компании девиц легкого поведения, нескольких кувшинов доброго сухого красного вина и изобильной закуски. Даже не подозревает о достигнутом мной успехе.
— Иными словами, ты еще не сообщал своему начальству, что готовишься нас задержать?
— Зачем же? Чтобы магистр Хенвайн присвоил себе мои достижения, удобным ему образом составив отчет? Нет, слава достанется мне, когда я лично доставлю вас в цитадель и брошу, скованных, перед тронами Повелителей Силы, — чародей самодовольно улыбнулся. — Кстати, не нужно считать меня дураком. Ты нарочно решил меня заболтать, чтобы самому подготовить удар. Но пока мы разговаривали, мои собственные чары дошли до готовности. Теперь, господа, поверьте, вам никуда не сбежать.
Стоило Ридвину договорить, магия обрушилась на нас потоком — бурлящим и яростным, сбивающим с ног и опрокидывающим на землю. Враждебная сила каменной плитой рухнула на плечи, заставляя разжаться сжимающие оружие пальцы, подгибая колени. Так, во всяком случае, сработало бы заклинание — если бы враг сумел в полной мере его наложить. Ридвин думал, что я собираюсь применить атакующие чары, и поспешил ударить первым, но на самом деле именно этого я и ожидал, и подготовился к обороне. Едва сотканное моим противником заклятие начало формироваться в пространстве, сдавливая стальными тисками виски, как я немедленно ударил по его связующим контурам. Незримые иглы вонзились в переплетения и узлы заклятия, дробя их и разрывая, рассеивая собранную Ридвином силу. Я вобрал в себя ее остатки, пополняя ими собственные запасы. Голова разом просветлела, зрение сделалось ярким и четким.
Первым делом я оградил Элис защитной сферой, вспыхнувшей серебряным светом. Мобильный щит, который последует за девушкой, стоит ей сделать лишь шаг. Поможет, когда солдаты откроют огонь. В следующую секунду я рванулся вперед — двигаясь в два или три раза быстрее, чем способен обычный человек, придавая себе ускорение при помощи магии.
В висках бешено заколотила кровь, стены домов пронеслись мимо пулей, Ридвин неожиданно оказался совсем рядом. Сам он не сдвинулся с места — просто я преодолел разделявшее нас расстояние всего за мгновение. Взмахнул мечом, целясь чародею в горло, но тот уже успел отреагировать. Воздух вспыхнул мельтешением ледяных искр на пути моего палаша, уплотняясь и замедляя движение клинка, натолкнувшегося на преграду. Сам Ридвин уже уклонялся в сторону, левой рукой выхватывал пистолет, правой саблю.
Солдаты открыли огонь. Выстрелы насквозь прошивали воздух, но я уже придумал, как защититься. Призванная мной тьма проступала черными всполохами, поглощала выпущенные пули, пожирая их полностью, вычеркивая из реальности. Стреляли и в лицо, и в спину, я надеялся, что магический щит убережет Элис. Времени, чтобы оборачиваться и проверять, не было — Ридвин бросился в атаку. Точнее, сперва магистр магии нажал на спусковой крючок вытащенного им пистолета.
От грохота стрельбы зазвенело в ушах. Шесть пуль подряд, выпущенных в упор — достаточно, чтобы оставить от меня изрешеченный насквозь труп. В других обстоятельствах оно бы так и случилось, но сейчас в моем распоряжении была магия, почерпнутая прямиком из вражеского заклинания. Тьма проступила в воздухе черной вуалью, принимая в себя выпущенные из оружейного ствола кусочки свинца. Гильзы посыпались по брусчатке.
Невидимый заслон, преградивший дорогу моему клинку, дрогнул, поддаваясь. Палаш рванулся, ища горло противника, но Ридвин заблокировал его саблей, принимая выпад на рукоять. Оружие заскрежетало, сталкиваясь. Поверх перекрещенных клинков я посмотрел чародею в лицо, перехватил напряженный взгляд и мгновенно ударил магией. Простейший телекинетический толчок, очень слабый, Ридвин всего лишь отшатнулся, но этого хватило, чтобы острие его сабли дернулось и опустилось.
Я двинул вперед палаш, вонзая клинок врагу в грудь и доводя до сердца. Кровь полилась из раны, стекая вдоль лезвия и увлажняя черную униформу. Вместе с кровью полила и жизненная сила, исторгаемая умирающим, которую я поспешил вобрать. Ридвин рухнул к моим ногам, когда я высвободил палаш, а солдаты, столпившиеся за его спиной, открыли стрельбу снова.
Пули рвали пустоту, расчерчивая пространство косыми траекториями, но ни одна не могла мне повредить. Во мне оживало мистическое знание Повелителей Силы, почерпнутое ими из иномирной науки Строителей. Овеществленная материя тьмы лилась вокруг в воздухе чернильными щупальцами, уберегая от выстрелов. Куда эффективнее и подвижнее обычного энергетического барьера — не сплошной щит, закрывающий куполом. Не подойдет, к несчастью, для отражения фехтовальных выпадов — подобное заклинание тратило слишком много энергии, и опустошать себя полностью я не желал. Однако оно идеально работало, чтобы защитить от винтовок и пистолетов.
Я кинулся навстречу солдатам, врываясь прямо во вражеский строй. Влил оставшуюся энергию в скорость, ловкость и нажим клинка, увеличивая их многократно.
