— Из-за тебя погибли Слава и Стас.
— Этих людей предупреждали об осторожности, и в погибельный туман они бросились сами. Если кого-то, помимо них самих, и стоит винить в случившемся, так это Кейтора, не приложившего достаточно усилий, чтобы их удержать, — Кейтор слушал Алдрена с непроницаемым лицом. — Проходи дело, как было задумано, не пострадал бы никто.
— Разумные слова уверенного в себе человека.
— Разумеется, — Алдрен посмотрел на меня с легким удивлением. — Сейчас я не узнаю тебя, Рейдран... Прежде, много столетий назад, ты бы сам одобрил такой план и назвал бы его практичным. Ты бы сказал, что я действую максимально правильным образом, дабы привести нас к победе. Что изменилось с тех пор? Не сделался ли ты, живя жизнью обычного человека, излишне мягким? Может статься, ты не готов к могуществу, которое сам же желал обрести?
Вместо ответа я привел в действие заранее подготовленные чары, используя всю энергию, накопленную во время сражения с Ридвином и приведенными им солдатами. Заклинание было направлено против Алдрена — а проводником для него оказался переданный им артефакт. Магическая сила наполнила кольцо, перемещаясь через канал связи, проложенный за пределами привычного трехмерного пространства моим бывшим учеником.
Буквально через один удар сердца черные нити завихрились в воздухе, оплетая фигуру Алдрена и пеленая ее сетями. Стягивая по рукам и ногам, не давая шевельнуться, удавкой оплетаясь на шее, выдавливая из горла полузадушенный хрип. Это происходило не здесь, а в замке Дертейл, где адепт пребывал — однако голографическая проекция четко отражала происходящее сейчас с его телом.
Алдрен попытался сопротивляться, задействовав собственные энергетические резервы. Черные нити задрожали, растянулись, несколько истончившись, и затем принялись лопаться, опадая к земле гаснущими антрацитовыми всполохами. Темный адепт повел сперва одним плечом, потом другим, высвобождая руки. Следом разорвалась и сеть, сковавшая его ноги.
Практически немедленно Алдрен ответил собственным заклятием, также направляя его через пространственное окно, прямо в комнату, в которой я и мои спутники находились. Паутина электрических разрядов с треском пробежала меж нами, в лицо дохнуло озоном. Мои товарищи вскочили из-за стола, отступая к стене и прижимаясь к ней спинами. Элис выхватила клинки, налившиеся пламенем, но не двинулась с места.
— Не бойся, — бросил Алдрен. — Непонимание лишь между мной и Рейдраном.
Искры сплелись молниями, пытаясь окружить меня сверкающей сферой. Впрочем, на самом деле они только лишь выглядели похожими на молнии. Я сразу опознал, что несмотря на схожую визуализацию, заклинание имеет совершенно другую природу. Чары исторжения магии, призванные на ближайшее время лишить меня возможности творить заклинания и сделать безобидным. Алдрен все еще не собирался меня убивать, лишь стремился обезвредить. Вероятно для того, чтобы доказать свое превосходство и принудить к покорности.
Мне были хорошо видны связующие контуры заклинания, и я поспешил ударить по ним чистой неоформленной силой. Горящая магическим светом сеть затрещала, расходясь в стороны и принявшись гаснуть. Спустя несколько секунд от нее ничего не осталось. Кейтор тем временем выставил вокруг себя, Элис и Марины, отступивших в дальний угол, переливающийся серебром и золотом щит. Он явно никак не намеревался вмешиваться в сражение.
— Может договоритесь как нормальные люди? — жалобно спросила Марина. — Без драки? Этот парень, безусловно, моральный урод, но как-то резковато ты с ним, Влад. Давайте что ли успокоимся.
— Поддерживаю, — пробормотала Элис.
Я не ответил. Шагнул вперед, выставляя перед собой ладонь, объятую вьющейся промеж пальцев тьмой, маслянистой пленкой покрывшую руку. Чернота извивалась, закручиваясь вихрями. Рвалась навстречу врагу угольными щупальцами. Перетекала через пространственный канал из комнаты, в которой я находился, в покои Алдрена в его цитадели.
Темнота окружила адепта, готовая исторгнуть из него жизнь, заставить сердце остановиться. Алдрен порывистым движением выхватил шпагу из ножен — тяжелый и длинный кавалерийский клинок, предназначенный как для уколов, так и для рубки. Искры пробежали вдоль остро заточенного клинка. Адепт сделал несколько быстрых ударов крест-накрест, разрубая рвущуюся к нему тьму.
Лезвие шпаги разрезало смоляные ленты, прорываясь сквозь их сплетение. Сталь блеснула, пронзая темноту, стремительно гаснущую с каждым новым движением клинка. Телекинетическая волна толкнула меня в грудь, отбросила к окну, я врезался спиной в подоконник.
Алдрен уже сплетал новое заклинание, призванное обездвижить и лишить сознания. Оно проступило вокруг меня оранжевыми сполохами и багряными перекрестьями энергетических линий. В этот момент Элис рванулась вперед, обрушила пламенеющие сабли и кинжал на выставленный Кейтором защитный барьер, пробивая его изнутри. Сделала два быстрых шага в мою сторону, держа оружие наготове.
У меня пронеслась мысль, что девушка решила выступить на стороне Алдрена. Вместо этого она обрушила оба клинка, объятых огнем, прямо в пустоту передо мной, одновременно направляя заложенную в оружие магическую силу.
Пламя взревело, обрушившись на выставленные темным адептом чары и разрушая их. В то же мгновение я оглушительно громко щелкнул пальцами и клинок шпаги преломился в руках у Алдрена, у самого основания. Обломок оружия рухнул к его ногам и пропал из виду, выпав за пределы действия голографической проекции.
Я быстро пересек комнату, остановившись напротив противника, готовый снова перелить силу через кольцо, на этот раз создавая заклятие, предназначенное не обездвижить, а убить. Алдрен не разрывал канал связи. Напротив, он зачерпывал энергию из окружавших его потоков, творя собственные боевые чары, и я уже чувствовал, что они окажутся не менее губительными, чем мои. Вероятно, следующий обмен ударами окажется для кого-то смертельным. Элис тяжело дышала, опустив саблю и дагу, Марина и Кейтор стояли, защищенные барьером.
— Еще один удар, — сказал я, — и один из нас умрет. Или оба. Мне не нравится подобный исход.
— Безусловно, — откликнулся Алдрен. — Но разве не ты начал поединок?
— Следовало продемонстрировать, к каким последствиям приведет попытка меня обмануть. Я не твой слуга, Алдрен, чьей судьбой ты решил распорядиться по своему усмотрению. Не пешка на шахматной доске, не ладья и даже не ферзь. В прошлом я твой учитель и сюзерен, ныне равноправный союзник. Повторишь нечто подобное, и окажешься уничтожен.
— Или ты, — негромко проговорил он.
— Может быть. Но до того времени не станем испытывать судьбу. Проявим взаимное уважение, подобающее соратникам, сражающимся против врага. Мы продолжим сотрудничество, но на новых условиях. Едва этот разговор закончится, я немедленно избавлюсь от твоего кольца. Раз этот артефакт предназначен для слежки, я больше не намерен им пользоваться. Через несколько часов, как и планировалось, мы отправимся на встречу с капитаном Грестером. Отныне нашим связным будет он. Не сомневаюсь, у тебя есть возможность поддерживать с ним контакт.
— Конечно. Точно такой же передатчик имеется и у него. Он встретит вас на набережной, возле третьего пирса — не разминетесь.
— Вот и прекрасно. На этом наш замечательный разговор считаю нужным закончить. Веди себя осмотрительно, Алдрен, и больше не пытайся навлечь мой гнев.
Я потянул за ручку, распахнув окно. Свежий ночной ветер ворвался в комнату, обдувая лицо сквозняком. Развернувшись к своему бывшему ученику вполоборота, я стянул с пальца кольцо и, размахнувшись, зашвырнул его куда-то подальше, в освещенную лишь редкими фонарями темноту. Голографическая проекция заколебалась, пошла рябью и спустя несколько секунд Алдрен бесследно исчез. Вместе с этим пропало ощущение чужого незримого присутствия.
Канал энергетической связи, образованный при помощи артефакта между мной и темным адептом, закрылся. Я выдохнул, чувствуя как отступает напряжение, владевшее мной на протяжении последнего часа. Следом Элис погасила огонь, скользивший вдоль лезвия ее клинков, а Кейтор убрал энергетический барьер.
— Поразительно, — отрешенно проговорила Марина, подходя к столу и садясь в кресло. — Была уверена, что вы с этим парнем убьете друг друга и мы останемся здесь, посреди средневековья и без малейшего представления, куда идти и как действовать дальше. Не сомневаюсь, меня бы ждала головокружительная карьера швеи или посудомойки.
— Я умею открывать порталы, — сказал Кейтор, — и вернул бы тебя домой.
— Очень мило с твоей стороны.
— Однако, — продолжил Кейтор, — борьба против Повелителей Силы, начатая нами, и впрямь могла обернуться поражением, если бы Алдрен или ты, Рейдран, погибли. Враг бы обрел преимущество, если бы наша миссия потерпела неудачу, а союзные королевства лишились предводителя, которым является Алдрен. Тебе могут не нравиться его методы, однако именно он является вдохновителем коалиции, противостоящей тирании Повелителей. Прекрасно понимаю, что у вас с Алдреном накопились разногласия... но все-таки разрешать их стоило не в поединке.
— Неожиданная рассудительность в твоих устах.
— Все-таки я был дипломатом, хоть по мне и не скажешь, — темный рыцарь устало потер лоб и выпил из металлической фляги, усаживаясь рядом с Мариной. — У меня даже были мысли вмешаться и остановить вас, но... Признаться, сам я не настолько искусный чародей. Не хотелось погибать, попав под горячую руку.
— Ты согласен и дальше иметь дело с Алдреном, зная, что он обманывал нас?
— Хороший или плохой, он все-таки человек, спасший мне жизнь. Мне не нравится, что он не поставил нас в известность о своих планах... Но в сущности я не особенно удивлен. Вполне в духе чародея, который еще столетия назад оплетал сетями интриг королей. К тому же, Рейдран, какой смысл задавать такие вопросы? Ты ведь уже все равно решил, что сохранишь с ним союз. Вряд ли от моих слов многое зависит. Вряд ли мои слова хоть что-то изменят. Тем более, я согласен с твоим решением и считаю бессмысленной вашу ссору.
— Просто хотел узнать твое мнение. Как-никак сражаемся плечом к плечу.
— Оно таково — стоит принять, что не все союзники безупречны, и двигаться дальше. Алдрен подверг нас опасности, но без его помощи победу не одержать. И, возвращаясь к тому, о чем говорили раньше... Мне жаль, что Слава и Стас погибли. Я не успел их остановить и опешил. Не думал, что обычная тренировка обернется магическим боем.
— Зачем было притворяться, будто нарочно не сумел их удержать?
— Гарольд подошел ко мне с упреком, и тогда во мне взыграла гордость. Я сделал вид, что особенно не старался их спасти. Иногда мне проще показаться законченной мразью, нежели признать неудачу. Пока я жил на Земле, несколько лет не сражался по-настоящему, тем более с применением магии. Когда мир вокруг начал рушиться, это случилось слишком внезапно. Вызвало оторопь.
— Ну вот, — протянула Марина. — А я уже думала, ты козел.
— Я козел. Но, возможно, чуть меньше, чем кажется. Когда Алдрен сказал, что я виноват в их гибели... Не хочу, чтобы вы и дальше думали тоже самое.
Я забрался на подоконник, принявшись болтать ногами. Элис встала рядом, коснулась руки ладонью, переплела свои пальцы с моими. Лицо девушки выглядело усталым и отрешенным. Снизу из трактирной залы слышались песни и смех, и судя по топоту, начались танцы. Хотелось остаться в гостиничном номере до утра, выпроводить Марину и Кейтора, растянуться на кровати, обнять Элис, заняться с ней сексом и после как следует выспаться.
К сожалению, я не мог позволить подобной роскоши. Через несколько часов предстоит встретиться с солдатами, присланными Алдреном, и начать готовиться к предстоящему бою. К тому же слишком долго задерживаться в трактире просто нельзя. Риск, что нас обнаружат, не слишком велик, но все-таки имеется, и потому стоит немедленно уходить.
— Ладно, — сказал я, спускаясь на пол. — Мы в Грендейле, но время отдыхать еще не пришло. Самое важное впереди.
Из трактира мы ушли тихо, стараясь не привлекать излишнего внимания. Ключи от комнат оставили на столике в гостиничном номере. На первом этаже все еще толпился народ. Возле стойки было не протолкнуться, а на середине главного зала в самом деле начались танцы.
Никто не обращал внимания на нашу компанию, пробирающуюся от лестницы к выходу, и никто, я надеюсь, не заметил, что внешность двоих моих спутников изменилась. Ночь окатила свежестью и, по мере того, как мы отдалились от "Серебряного единорога", тишиной. Дорогу выбирал Кейтор, лучше ориентировавшийся в здешних местах.
О случившемся старались не говорить. Обменивались малозначительными репликами, смотрели по сторонам. Мои мысли то и дело возвращались к разговору с Алдреном и к последовавшему затем короткому поединку. Я не верил, что с бывшим учеником удалось достичь соглашения и что он больше не попытается подставить нас снова или как-то еще использовать в своих интересах — но продолжать конфликт сейчас казалось бессмысленным. Не то место и не то время. Сперва следовало вернуть Темный клинок.
Окрестные здания поднимались вверх двухскатными крышами, смыкались кирпичными стенами, глядели на нас темными окнами. Шаги гулко звучали по мостовой, в небе над головой скрылись почти все звезды. Город казался безмолвным — и вместе с тем таил смутную угрозу в своих переулках. Я был как никогда близок к цитадели, принадлежащей моим братьям, пусть даже сейчас их не было в столице. Вспомнился суд — ярость и гнев, владевшие мной тогда, и желание отомстить.
Воздух сделался холоднее — потянуло промозглым ветром, дующим с реки. Поднялся легкий туман, скрадывающий очертания отдаленных домов, пронизанный исходящим от фонарей светом. Жилые кварталы вскоре сменились складами, по мере приближения к грузовому порту. Вокруг возвышались угрюмые серые здания, построенные из чуть растрескавшегося кирпича и часто взиравшие заколоченными окнами. Где-то за оградой заходились голодным воем сидящие на привязи сторожевые псы.
— Я опять вспоминаю компьютерные игры, — сообщила Марина. — По идее, примерно в этом локации на нас должны напасть разбойники или какие-нибудь демоны, обитающие в порту. А еще не удивлюсь, если здесь разносят чуму.
— Я как раз на работе писал такие скрипты, — сообщил Кейтор. — Взяв за основу именно эту часть города. Раньше здесь было беспокойнее, сейчас просто городская стража навела немного порядка. А так однажды меня тут и правда хотели ограбить, когда покидал портовой кабак. Набросились в переулке — не поняли, на кого напали, и сами в итоге не унесли костей.
— Ты что, серьезно переносил впечатления из родного мира, когда занимался геймдевом?
— А ты думала, — темный рыцарь усмехнулся. — Мое прошлое принесло мне бесценный опыт. Достаточно было просто вспоминать реальную жизнь, чтобы считаться самым креативным сотрудником в студии. Мне не нравится, в каком состоянии находится мой родной мир, — добавил он чуть тише, — и я рад, что для кого-то места вроде тех, в которых мне довелось расти, существуют только на игровом мониторе. Пока вы видели лучшую часть Тэллрина — поверьте, существуют и худшие. На границах сражающихся королевств опустошены целые провинции, на многие мили окрест.
— Этих людей предупреждали об осторожности, и в погибельный туман они бросились сами. Если кого-то, помимо них самих, и стоит винить в случившемся, так это Кейтора, не приложившего достаточно усилий, чтобы их удержать, — Кейтор слушал Алдрена с непроницаемым лицом. — Проходи дело, как было задумано, не пострадал бы никто.
— Разумные слова уверенного в себе человека.
— Разумеется, — Алдрен посмотрел на меня с легким удивлением. — Сейчас я не узнаю тебя, Рейдран... Прежде, много столетий назад, ты бы сам одобрил такой план и назвал бы его практичным. Ты бы сказал, что я действую максимально правильным образом, дабы привести нас к победе. Что изменилось с тех пор? Не сделался ли ты, живя жизнью обычного человека, излишне мягким? Может статься, ты не готов к могуществу, которое сам же желал обрести?
Вместо ответа я привел в действие заранее подготовленные чары, используя всю энергию, накопленную во время сражения с Ридвином и приведенными им солдатами. Заклинание было направлено против Алдрена — а проводником для него оказался переданный им артефакт. Магическая сила наполнила кольцо, перемещаясь через канал связи, проложенный за пределами привычного трехмерного пространства моим бывшим учеником.
Буквально через один удар сердца черные нити завихрились в воздухе, оплетая фигуру Алдрена и пеленая ее сетями. Стягивая по рукам и ногам, не давая шевельнуться, удавкой оплетаясь на шее, выдавливая из горла полузадушенный хрип. Это происходило не здесь, а в замке Дертейл, где адепт пребывал — однако голографическая проекция четко отражала происходящее сейчас с его телом.
Алдрен попытался сопротивляться, задействовав собственные энергетические резервы. Черные нити задрожали, растянулись, несколько истончившись, и затем принялись лопаться, опадая к земле гаснущими антрацитовыми всполохами. Темный адепт повел сперва одним плечом, потом другим, высвобождая руки. Следом разорвалась и сеть, сковавшая его ноги.
Практически немедленно Алдрен ответил собственным заклятием, также направляя его через пространственное окно, прямо в комнату, в которой я и мои спутники находились. Паутина электрических разрядов с треском пробежала меж нами, в лицо дохнуло озоном. Мои товарищи вскочили из-за стола, отступая к стене и прижимаясь к ней спинами. Элис выхватила клинки, налившиеся пламенем, но не двинулась с места.
— Не бойся, — бросил Алдрен. — Непонимание лишь между мной и Рейдраном.
Искры сплелись молниями, пытаясь окружить меня сверкающей сферой. Впрочем, на самом деле они только лишь выглядели похожими на молнии. Я сразу опознал, что несмотря на схожую визуализацию, заклинание имеет совершенно другую природу. Чары исторжения магии, призванные на ближайшее время лишить меня возможности творить заклинания и сделать безобидным. Алдрен все еще не собирался меня убивать, лишь стремился обезвредить. Вероятно для того, чтобы доказать свое превосходство и принудить к покорности.
Мне были хорошо видны связующие контуры заклинания, и я поспешил ударить по ним чистой неоформленной силой. Горящая магическим светом сеть затрещала, расходясь в стороны и принявшись гаснуть. Спустя несколько секунд от нее ничего не осталось. Кейтор тем временем выставил вокруг себя, Элис и Марины, отступивших в дальний угол, переливающийся серебром и золотом щит. Он явно никак не намеревался вмешиваться в сражение.
— Может договоритесь как нормальные люди? — жалобно спросила Марина. — Без драки? Этот парень, безусловно, моральный урод, но как-то резковато ты с ним, Влад. Давайте что ли успокоимся.
— Поддерживаю, — пробормотала Элис.
Я не ответил. Шагнул вперед, выставляя перед собой ладонь, объятую вьющейся промеж пальцев тьмой, маслянистой пленкой покрывшую руку. Чернота извивалась, закручиваясь вихрями. Рвалась навстречу врагу угольными щупальцами. Перетекала через пространственный канал из комнаты, в которой я находился, в покои Алдрена в его цитадели.
Темнота окружила адепта, готовая исторгнуть из него жизнь, заставить сердце остановиться. Алдрен порывистым движением выхватил шпагу из ножен — тяжелый и длинный кавалерийский клинок, предназначенный как для уколов, так и для рубки. Искры пробежали вдоль остро заточенного клинка. Адепт сделал несколько быстрых ударов крест-накрест, разрубая рвущуюся к нему тьму.
Лезвие шпаги разрезало смоляные ленты, прорываясь сквозь их сплетение. Сталь блеснула, пронзая темноту, стремительно гаснущую с каждым новым движением клинка. Телекинетическая волна толкнула меня в грудь, отбросила к окну, я врезался спиной в подоконник.
Алдрен уже сплетал новое заклинание, призванное обездвижить и лишить сознания. Оно проступило вокруг меня оранжевыми сполохами и багряными перекрестьями энергетических линий. В этот момент Элис рванулась вперед, обрушила пламенеющие сабли и кинжал на выставленный Кейтором защитный барьер, пробивая его изнутри. Сделала два быстрых шага в мою сторону, держа оружие наготове.
У меня пронеслась мысль, что девушка решила выступить на стороне Алдрена. Вместо этого она обрушила оба клинка, объятых огнем, прямо в пустоту передо мной, одновременно направляя заложенную в оружие магическую силу.
Пламя взревело, обрушившись на выставленные темным адептом чары и разрушая их. В то же мгновение я оглушительно громко щелкнул пальцами и клинок шпаги преломился в руках у Алдрена, у самого основания. Обломок оружия рухнул к его ногам и пропал из виду, выпав за пределы действия голографической проекции.
Я быстро пересек комнату, остановившись напротив противника, готовый снова перелить силу через кольцо, на этот раз создавая заклятие, предназначенное не обездвижить, а убить. Алдрен не разрывал канал связи. Напротив, он зачерпывал энергию из окружавших его потоков, творя собственные боевые чары, и я уже чувствовал, что они окажутся не менее губительными, чем мои. Вероятно, следующий обмен ударами окажется для кого-то смертельным. Элис тяжело дышала, опустив саблю и дагу, Марина и Кейтор стояли, защищенные барьером.
— Еще один удар, — сказал я, — и один из нас умрет. Или оба. Мне не нравится подобный исход.
— Безусловно, — откликнулся Алдрен. — Но разве не ты начал поединок?
— Следовало продемонстрировать, к каким последствиям приведет попытка меня обмануть. Я не твой слуга, Алдрен, чьей судьбой ты решил распорядиться по своему усмотрению. Не пешка на шахматной доске, не ладья и даже не ферзь. В прошлом я твой учитель и сюзерен, ныне равноправный союзник. Повторишь нечто подобное, и окажешься уничтожен.
— Или ты, — негромко проговорил он.
— Может быть. Но до того времени не станем испытывать судьбу. Проявим взаимное уважение, подобающее соратникам, сражающимся против врага. Мы продолжим сотрудничество, но на новых условиях. Едва этот разговор закончится, я немедленно избавлюсь от твоего кольца. Раз этот артефакт предназначен для слежки, я больше не намерен им пользоваться. Через несколько часов, как и планировалось, мы отправимся на встречу с капитаном Грестером. Отныне нашим связным будет он. Не сомневаюсь, у тебя есть возможность поддерживать с ним контакт.
— Конечно. Точно такой же передатчик имеется и у него. Он встретит вас на набережной, возле третьего пирса — не разминетесь.
— Вот и прекрасно. На этом наш замечательный разговор считаю нужным закончить. Веди себя осмотрительно, Алдрен, и больше не пытайся навлечь мой гнев.
Я потянул за ручку, распахнув окно. Свежий ночной ветер ворвался в комнату, обдувая лицо сквозняком. Развернувшись к своему бывшему ученику вполоборота, я стянул с пальца кольцо и, размахнувшись, зашвырнул его куда-то подальше, в освещенную лишь редкими фонарями темноту. Голографическая проекция заколебалась, пошла рябью и спустя несколько секунд Алдрен бесследно исчез. Вместе с этим пропало ощущение чужого незримого присутствия.
Канал энергетической связи, образованный при помощи артефакта между мной и темным адептом, закрылся. Я выдохнул, чувствуя как отступает напряжение, владевшее мной на протяжении последнего часа. Следом Элис погасила огонь, скользивший вдоль лезвия ее клинков, а Кейтор убрал энергетический барьер.
— Поразительно, — отрешенно проговорила Марина, подходя к столу и садясь в кресло. — Была уверена, что вы с этим парнем убьете друг друга и мы останемся здесь, посреди средневековья и без малейшего представления, куда идти и как действовать дальше. Не сомневаюсь, меня бы ждала головокружительная карьера швеи или посудомойки.
— Я умею открывать порталы, — сказал Кейтор, — и вернул бы тебя домой.
— Очень мило с твоей стороны.
— Однако, — продолжил Кейтор, — борьба против Повелителей Силы, начатая нами, и впрямь могла обернуться поражением, если бы Алдрен или ты, Рейдран, погибли. Враг бы обрел преимущество, если бы наша миссия потерпела неудачу, а союзные королевства лишились предводителя, которым является Алдрен. Тебе могут не нравиться его методы, однако именно он является вдохновителем коалиции, противостоящей тирании Повелителей. Прекрасно понимаю, что у вас с Алдреном накопились разногласия... но все-таки разрешать их стоило не в поединке.
— Неожиданная рассудительность в твоих устах.
— Все-таки я был дипломатом, хоть по мне и не скажешь, — темный рыцарь устало потер лоб и выпил из металлической фляги, усаживаясь рядом с Мариной. — У меня даже были мысли вмешаться и остановить вас, но... Признаться, сам я не настолько искусный чародей. Не хотелось погибать, попав под горячую руку.
— Ты согласен и дальше иметь дело с Алдреном, зная, что он обманывал нас?
— Хороший или плохой, он все-таки человек, спасший мне жизнь. Мне не нравится, что он не поставил нас в известность о своих планах... Но в сущности я не особенно удивлен. Вполне в духе чародея, который еще столетия назад оплетал сетями интриг королей. К тому же, Рейдран, какой смысл задавать такие вопросы? Ты ведь уже все равно решил, что сохранишь с ним союз. Вряд ли от моих слов многое зависит. Вряд ли мои слова хоть что-то изменят. Тем более, я согласен с твоим решением и считаю бессмысленной вашу ссору.
— Просто хотел узнать твое мнение. Как-никак сражаемся плечом к плечу.
— Оно таково — стоит принять, что не все союзники безупречны, и двигаться дальше. Алдрен подверг нас опасности, но без его помощи победу не одержать. И, возвращаясь к тому, о чем говорили раньше... Мне жаль, что Слава и Стас погибли. Я не успел их остановить и опешил. Не думал, что обычная тренировка обернется магическим боем.
— Зачем было притворяться, будто нарочно не сумел их удержать?
— Гарольд подошел ко мне с упреком, и тогда во мне взыграла гордость. Я сделал вид, что особенно не старался их спасти. Иногда мне проще показаться законченной мразью, нежели признать неудачу. Пока я жил на Земле, несколько лет не сражался по-настоящему, тем более с применением магии. Когда мир вокруг начал рушиться, это случилось слишком внезапно. Вызвало оторопь.
— Ну вот, — протянула Марина. — А я уже думала, ты козел.
— Я козел. Но, возможно, чуть меньше, чем кажется. Когда Алдрен сказал, что я виноват в их гибели... Не хочу, чтобы вы и дальше думали тоже самое.
Я забрался на подоконник, принявшись болтать ногами. Элис встала рядом, коснулась руки ладонью, переплела свои пальцы с моими. Лицо девушки выглядело усталым и отрешенным. Снизу из трактирной залы слышались песни и смех, и судя по топоту, начались танцы. Хотелось остаться в гостиничном номере до утра, выпроводить Марину и Кейтора, растянуться на кровати, обнять Элис, заняться с ней сексом и после как следует выспаться.
К сожалению, я не мог позволить подобной роскоши. Через несколько часов предстоит встретиться с солдатами, присланными Алдреном, и начать готовиться к предстоящему бою. К тому же слишком долго задерживаться в трактире просто нельзя. Риск, что нас обнаружат, не слишком велик, но все-таки имеется, и потому стоит немедленно уходить.
— Ладно, — сказал я, спускаясь на пол. — Мы в Грендейле, но время отдыхать еще не пришло. Самое важное впереди.
Глава 17
Из трактира мы ушли тихо, стараясь не привлекать излишнего внимания. Ключи от комнат оставили на столике в гостиничном номере. На первом этаже все еще толпился народ. Возле стойки было не протолкнуться, а на середине главного зала в самом деле начались танцы.
Никто не обращал внимания на нашу компанию, пробирающуюся от лестницы к выходу, и никто, я надеюсь, не заметил, что внешность двоих моих спутников изменилась. Ночь окатила свежестью и, по мере того, как мы отдалились от "Серебряного единорога", тишиной. Дорогу выбирал Кейтор, лучше ориентировавшийся в здешних местах.
О случившемся старались не говорить. Обменивались малозначительными репликами, смотрели по сторонам. Мои мысли то и дело возвращались к разговору с Алдреном и к последовавшему затем короткому поединку. Я не верил, что с бывшим учеником удалось достичь соглашения и что он больше не попытается подставить нас снова или как-то еще использовать в своих интересах — но продолжать конфликт сейчас казалось бессмысленным. Не то место и не то время. Сперва следовало вернуть Темный клинок.
Окрестные здания поднимались вверх двухскатными крышами, смыкались кирпичными стенами, глядели на нас темными окнами. Шаги гулко звучали по мостовой, в небе над головой скрылись почти все звезды. Город казался безмолвным — и вместе с тем таил смутную угрозу в своих переулках. Я был как никогда близок к цитадели, принадлежащей моим братьям, пусть даже сейчас их не было в столице. Вспомнился суд — ярость и гнев, владевшие мной тогда, и желание отомстить.
Воздух сделался холоднее — потянуло промозглым ветром, дующим с реки. Поднялся легкий туман, скрадывающий очертания отдаленных домов, пронизанный исходящим от фонарей светом. Жилые кварталы вскоре сменились складами, по мере приближения к грузовому порту. Вокруг возвышались угрюмые серые здания, построенные из чуть растрескавшегося кирпича и часто взиравшие заколоченными окнами. Где-то за оградой заходились голодным воем сидящие на привязи сторожевые псы.
— Я опять вспоминаю компьютерные игры, — сообщила Марина. — По идее, примерно в этом локации на нас должны напасть разбойники или какие-нибудь демоны, обитающие в порту. А еще не удивлюсь, если здесь разносят чуму.
— Я как раз на работе писал такие скрипты, — сообщил Кейтор. — Взяв за основу именно эту часть города. Раньше здесь было беспокойнее, сейчас просто городская стража навела немного порядка. А так однажды меня тут и правда хотели ограбить, когда покидал портовой кабак. Набросились в переулке — не поняли, на кого напали, и сами в итоге не унесли костей.
— Ты что, серьезно переносил впечатления из родного мира, когда занимался геймдевом?
— А ты думала, — темный рыцарь усмехнулся. — Мое прошлое принесло мне бесценный опыт. Достаточно было просто вспоминать реальную жизнь, чтобы считаться самым креативным сотрудником в студии. Мне не нравится, в каком состоянии находится мой родной мир, — добавил он чуть тише, — и я рад, что для кого-то места вроде тех, в которых мне довелось расти, существуют только на игровом мониторе. Пока вы видели лучшую часть Тэллрина — поверьте, существуют и худшие. На границах сражающихся королевств опустошены целые провинции, на многие мили окрест.
