— Скорее душа, получившая бессмертие через перевод её в интернет-формат, — сообщала Гидра, развернувшись к Хаски. — К тому же… Хаски, у тебя полностью электронный дом. Я бы на твоём месте на эту игру перестала меня задирать, иначе тебя начнёт бить током от пола, холодильник будет плеваться в тебя банками с пивом, а из крана будет лить кипяток, как только ты расслабишься и решишь, что всё в порядке.
Хаски довольно быстро закончил с душем. Вернувшись в спальню, нашёл Кая в кровати, в одеяле как коконе. Они так и не решили, кто и где спит, и Кая следовало бы выгнать в гостиную. Но день ещё не закончился, и сам Хаски спать не собирался. Привалившись к дверному косяку, он пожаловался, нарочито по-детски:
— Меня в ванной коротнуло.
— Не коротнуло, — обиженно заспорила Гидра, сливающаяся со стеной и сейчас являющаяся лишь изображением на светлом фоне.
— Ну что ж я врать буду?
— А если будешь, то и правда коротнет, — предупредила Гидра.
— У тебя нигде вилку из розетки не выд…
— Помолчите, — оборвал Кай. Он не поднимался, продолжал лежать, уткнувшись лицом в угол.
— Что-то не так? — понял Хаски, посерьёзнев. Гидра на стену рядом с собой вывела карту человеческого тела и как прогноз погоды стала рассказывать:
— Может, это от того, что кто-то ножи не дезинфицирует прежде чем ими в Кая лезть, а может ему в том центре вкололи что-то… Я не знаю, но у Кая сейчас температура под сорок.
— Заражение так быстро бы не проявилось, — попытался выгородить себя Хаски.
— Ага. Тем более, я заставила его принять антибиотики, пока ты в ванной был.
— Я просто немного полежу и пройдёт. Я же тут вроде как бессмертный, — сказал свернувшийся в клубок Кай. — Могу я сделать это один? Я не могу разнимать вас и потихоньку подыхать. Ругайтесь в другом месте.
Хаски даже не пошутил о том, что Кай в его комнате и на правах наглого гостя занимает его же кровать. Просто кивнул:
— Хорошо. Если что нужно будет — ты зови.
С четверть часа он смотрел в планшет на кухне, прежде чем на экране микроволновки появилось изображение Гидры.
— Он заснул, — негромко произнесло оно. Хаски кивнул, больше не поддевал, потому что без Кая препираться было скучно.
— Хочешь интересное видео покажу? — предложил Хаски, переворачивая к ней экран планшета. Гидра поморщилась:
— Мне не нравятся твои видео. На них вечно кому-то больно. Ты от этого кайф ловишь, что ли?
— А если больно на видео Каю? — продолжал уже серьёзнее Хаски, развернул планшет к себе, но по его экрану пошла рябь. И уже по напряжённому выражению лица собеседницы Хаски понял, что она смотрит. Когда дело касалось Кая, она не могла отвернуться или предложить рассказать на словах, что на том видео. Но до конца она, как и Хаски, не выдержала.
— Это в той лаборатории? — спросила серьёзно Гидра.
— Нет. В лабораторию его только утром доставили. К тому же там были каталки и скальпели. Я хочу сказать, что… Я знаю человека, который сдал Кая на опыты.
— И при чём тут видео? — не поняла Гидра.
— При том, что у того человека была возможность снять подобное. Только он не снимал. Наверное. Во всяком случае, я не нашёл.
— И? Предлагаешь рассказать Каю? А как ты покажешь ему видео? Может, он не помнит, что было с ним в этой реальности раньше?
— Гидра, ты знаешь Кая. Что было, то было, сейчас его враг только Акросс. Но этот человек сдал Кая до того, как он стал нашим капитаном. Я предлагаю его самого препарировать. Если ты в деле, то пойдём. Если нет, то я скажу Каю, что ты не при делах.
Знала ли команда, насколько реален Кай и происходящее? Или воспринимали это как Хаски до того, как смог залезть в голову капитана — им же придуманную фантазию?
Гидра удивила его. Сжав губы в упрямую линию, она ответила:
— Ты убьёшь только того, кто предал Кая. Тогда я помогу тебе. Остальных ты оставляешь в живых.
— Лады, — хмыкнул Хаски. — Только того долбоящера я вскрою.
— Без проблем, — даже не задумавшись, приняла Гидра. — И ни слова Каю.
Хаски представлялось, что в таком большом небоскрёбе должно работать немало народу. Что-то вроде проходных на его заводе, где даже в обычное время сновали люди, что уж говорить о начале и конце рабочего дня. Но в приёмной у стеклянных дверей с металлоискателем находились только двое охранников, и чутьё подсказало ему, что это такая усиленная охрана. Он поднял руки ещё в коридоре к посту, прошёл искатель и тот заверещал, как машина, которую пытались угнать. В охране профессионалы, они сразу поднялись, не настроенные спрашивать про ключи или пуговицы на джинсах, и Хаски, сам опасаясь за то, чтобы не огрести от них раньше времени, задрал рукав, показывая протез руки. Охранники не успокоились, его взял на прицел один, пока второй приближался, чтобы начать обыск.
— Вы записаны? — спросил первый так дружелюбно, будто не держал Хаски на мушке, а подкладывал сахар в его кофе.
— Да.
— У нас в списках пусто до полудня.
— Второй список, — кивнул Хаски. Он знал про второй, «серый» список, в котором были записаны люди, чьё посещение не афишировалось, вроде наёмников или «чистильщиков». И был уверен, что стараниями Гидры он там есть, но это — лишь отвлечь внимание. Как только охрана согласуется с начальником, тот скажет, что никого не ждёт. Но это должно было занять несколько секунд, дать Гидре время взломать систему.
К сожалению, профессионалам хватило этих секунд, чтобы найти у Хаски нож в железной руке и два пистолета-шокера по бокам. Строить из себя крутого чистильщика не было смысла, и Хаски снова терпел, когда ему заламывали руку и прижимали лицом к стеклу.
— Разрешения на оружие ни у кого нет, — объяснил первый с пистолетом так же вежливо. — Во втором расписании посещение значится. Давайте начнём с документов.
Штрих-код на шее Хаски считали, но по-настоящему опасно стало, когда второй заметил заклёпку наушника у него в ухе.
Хаски почти поверил, что здесь же и умрёт, ввязавшись в драку, но к его счастью до того, как наушник выдёрнули, из динамика послышался обратный отсчёт, и оставшиеся пять секунд Хаски про себя проговаривал уже сам, на третьей закрыл глаза.
На счёт один — яркая вспышка, за которой сразу погас свет. Хаски было даже немного стыдно от того, что Гидра сейчас полезнее него. В темноте профессионалы стали беспомощными, и Хаски вырубил сначала первого, что подошёл слишком близко, потом переправил пистолет второго вверх, на случай, если тот выстрелит, и приложил шокером к рёбрам, пустив разряд в упор. Когда свет включился, Хаски уже забрал своё оружие и прошёл по пропуску одного из охранников в само здание, одновременно возвращая в ухо наушник.
— Ими стреляют, — произнёс голос Гидры. — Ты мог убить его разрядом в упор. И если что: «Он меня выбесил» — не аргумент.
— Он не похож на человека со слабым сердцем, — хмыкнул Хаски. Он убрал оружие и прошёл дальше по коридору, остановился напротив окна с голограммой приятной девушки и выбором меню: подтвердить свой доступ и после этого узнать, в какую часть здания он имел право проходить. Улыбнулся голограмме как настоящей. Пропуск должна была выдать охрана, если бы Хаски прошёл её как гость.
— Сделай с ней что-нибудь, — произнёс Хаски. — Или ты решила отомстить за охранника? Так меня повяжут тут уже за то, что я вырубил охрану. И сюда придётся идти Каю.
— Он умеет договариваться.
— А мы нет. Так что давай, пропуск по всему зданию.
— Только до кабинета, — ответила Гидра, и в то же время на карте загорелось синим — лифт до шестнадцатого этажа и дорога в кабинет.
— Он предупреждён? Что кто-то желает его видеть? — спросил Хаски, направляясь к лифту. Одновременно с этим он поднял с воротника маску, на которой были не просто нарисованы, рельефно выделены зубы на плоской собачьей морде, изображённые в оскале.
— Тут везде камеры. А он тебе не назначал, — как делая ему одолжение, ответила Гидра.
— Тогда я по лестнице. Я помню этикет, но как насчёт сегодня даме открыть мне дверь?
Вместо того, чтобы пискнуть снятием блокировки, дверь на лестницу вышибло в сторону Хаски, за ней — трое в бронежилетах и с щитами.
— Никого лишнего не убивать, — напомнила Гидра. Хаски пробил экран ресепшена, нырнув за пустую стойку.
— Легко тебе говорить, голос, что сидит в моём наушнике…
К шестнадцатому этажу он добрался с зарядом в два квадрата из пяти на одном шокере и последнем квадрате на другом, недовольно цыкнул.
— У меня скоро кончится электричество, и тогда придётся подрезать людям связки. А с бронированными это сложнее.
— Не ной, — потребовала Гидра. — Он сбежал из кабинета.
— Само собой. Дай угадаю, в туалет?
— По коридору и налево.
— Почему не поехал на лифте? По лестнице?
— М, наверное потому, что я их блокирую, — почти игриво отозвалась Гидра, и Хаски снова поджад губы от того, насколько она контролировала ситуацию.
— Какое полезное умение, — направляясь к туалету и меняя шокеры на нож, протянул Хаски. — А вот вырезать у Кая пулю ты бы не смогла. Рук у тебя нет.
— Не отвлекайся, — произнесла Гидра. — У него тоже оружие.
— Подумаешь, — Хаски открыл дверь с ноги, выбрав женский туалет, и Гидра молчала. На этом этаже не было людей, не видно охраны. Может потому, что Гидра блокировала и их, а может и не осталось никого. Все пять кабинок были закрыты. — Ну?
— В туалете нет камер, — как само собой разумеющееся, напомнила Гидра. Пожав плечами, Хаски так же начал вышибать двери одну за другой, и вторая же вместо керамики унитаза сбила притаившегося там толстяка.
Хаски хорошо помнил, как страшен загнанный человек. Он отскочил на всякий случай, ещё не видя опасности, и зеркало за его спиной разбилось от выстрела — у противника было настоящее оружие.
— Чудно, — прокомментировал Хаски, левой достав из-за пояса шокер, в котором было больше всего заряда. Следующий выстрел попал уже в потолок — Хаски успел коленом вышибить пистолет у стоящего напротив человека, ударил рукояткой в зубы и, удерживая его руку за запястье металлической, сломал. Тот заорал, но крик этот быстро перешёл в скулёж. Хаски пинком отшвырнул пистолет под раковину, в неё закинул свой шокер, снова левую руку вооружив ножом.
— Знаешь, за что это тебе? — спросил Хаски, надавливая на уже сломанную кость, вызвав новый крик.
Чёрт его разберёт, знал он или нет. Не только за то, что сдал Кая учёным.
На видео, которые Хаски находил, если вводил «Проект K.A.I.» были пытки. Когда каждая жизнь на счету, даже громкому политику не простят убийства невинного человека. Но Кай был бессмертным, его могли пытать и убивать, потому что раны на нём зарастали, и это уже не было убийством. Придраться даже полиции не к чему, не потому, что Кай и сам был для них подопытной крысой, а потому, что Кай соглашался на пытки и убийство себя. В том числе и этим человеком, который сейчас не мог и двух слов связать. Когда ты живёшь вечно и пользуешься всеми благами цивилизации, смерть ещё страшнее.
Один из близнецов восхищённо свистнул:
— Надо будет взять на вооружение. Хаски не обрадуется, если я его так же вскрою.
Акросс убрал звук. Без булькающего крика смотреть было уже терпимее. Странно, но чужая боль без звука воспринималась им как ненастоящая.
— Какой Каю смысл убивать этого человека? — серьёзно спросил Гранит, глядя в экран и не моргая. — Зачем спускать на него своего пса? Тем более одного.
— Что-то им помогает. Системы вышли из строя. Скорее всего, у Кая есть хакер, — как можно спокойнее произнёс Акросс. — Раз Хаски занят, а Дроид у нас, то это Гидра.
Кровь на кафельном полу скапливалась лужами, но человек на экране ещё был жив. Акросс ненавидел это чувство, он видел на месте жертвы самого Кая в тех бесчисленных реальностях, когда Акросс его побеждал. Сейчас можно хотя бы звук убрать. Раньше говорил себе, что Кай не чувствует боли. Но Акросс ещё по крикам понял, что это не так. Что-то в нём делилось надвое, и одна часть, ближе к нему прошлому, слабому, говорила, что нужно прекратить всё это, что Акросс ради своих целей ломает мальчишку. А другая, что раз Кай чувствует боль, то это даже лучше, теперь нужно делать как можно больнее, чтобы он запомнил.
Акросс собирался отдать Кая докторам после того, как поймает. Но, когда те закончат первый эксперимент — прийти и добить. Он не оставит Кая у них надолго.
— Как думаешь, какова вероятность, что пёс действует без приказа хозяина? — вдруг задумчиво произнёс Гранит. Акросс воспользовался этим, чтобы оторваться от экрана. В самом туалете видеозаписи не велось, но дверь, напротив которой стояла камера — открыта.
— Хаски не может без приказа. Когда только попал в игру — мог, а теперь они все Каю в рот заглядывают.
— И как думаешь, Кай сказал ему убивать этого жирдяя как можно дольше и мучительнее? Ты с собой его не путаешь? — как внимательный учитель, очень прозрачно намекнул ему Гранит. Близнецы засмеялись теперь вместе, над Акроссом, и он встал спиной к экрану, чтобы смерить их взглядом командира, который мог бы и подняться, если они продолжат.
— Хаски не будет ссориться с Каем, — напомнил Акросс. — Потому что, когда Кай узнаёт, его ничего хорошего не ждёт.
В жару и бреду Каю снился пыльный пол под кроватью. Голоса как через толщу воды, мужской и женский, вроде бы ругались.
А потом наступило что-то похожее на сонный паралич, когда Кай понимал, что сейчас его найдут тут, в пыли, и тогда станет больно. Вместо того, чтобы стать тише воды, он пробовал закричать и открыл глаза в стерильной спальне. У пижамы намок от пота ворот, хотя одеяло осталось только на ногах. Тело — как новое: послушно поднялось с кровати, вышло через коридор на кухню.
На фоне ворчал выпуск новостей, в приснившихся ему голосах Кай узнал припирающихся Гидру и Хаски, про себя посетовал, что им никогда не надоест ругаться.
— Можно подумать, что раньше от меня толку не было, — продолжала Гидра. Хаски в чашку проворчал только: «Ну как сказать», кивнул появившемуся на кухне капитану. Кай пожелал ему доброго утра, включил кофеварку, тут больше похожую на маленькую микроволновку с чёрным аквариумом с кофе под фильтром.
— Ну ладно, — нехотя согласился Хаски. Он нервничал, наблюдая за экраном новостей, пытаясь как-то сделать знак, чтобы Гидра переключила. — От тебя есть польза. В тот единственный раз, когда ты «взрываешься» даже больше, чем от нас с Дроидом за всю игру. Переключи, не люблю новости.
Гидра спохватилась, на экране канал сменился на что-то из серии: «Вымирающие животные», где собирали деньги на кошачий заповедник, и Кай, сидя на столе спиной к Хаски, отпил кофе, смотря на кошек. По его спине, позе и неспешности Хаски, как пёс, пытался угадать настроение хозяина, но вряд ли по тому, что Кай успел увидеть и услышать в новостях, он мог всё понять.
«Мы должны сохранить наших животных. Кошек начали стерилизовать раньше, чем людей. Их было так много, что в Китае за год съедалось…»
— Хаски, — окликнул Кай, и уже по этому, пока спокойному тону, по тому, что капитан не оборачивался, Хаски понял, что попал. И успел нырнуть под стол до того, как в него полетела чашка с остатками горячего кофе. Та разбилась о подоконник, осколки осквернили белый кафельный пол.
— Кай! — позвал голос Гидры. — Он не один виноват, он… Кай!
Уже ориентируясь на этот оклик, Хаски проскользнул под столом, выбрался с той стороны, где только что сидел капитан, чтобы увидеть, как заглядывал под стол в его поисках Кай.
Глава 6
Хаски довольно быстро закончил с душем. Вернувшись в спальню, нашёл Кая в кровати, в одеяле как коконе. Они так и не решили, кто и где спит, и Кая следовало бы выгнать в гостиную. Но день ещё не закончился, и сам Хаски спать не собирался. Привалившись к дверному косяку, он пожаловался, нарочито по-детски:
— Меня в ванной коротнуло.
— Не коротнуло, — обиженно заспорила Гидра, сливающаяся со стеной и сейчас являющаяся лишь изображением на светлом фоне.
— Ну что ж я врать буду?
— А если будешь, то и правда коротнет, — предупредила Гидра.
— У тебя нигде вилку из розетки не выд…
— Помолчите, — оборвал Кай. Он не поднимался, продолжал лежать, уткнувшись лицом в угол.
— Что-то не так? — понял Хаски, посерьёзнев. Гидра на стену рядом с собой вывела карту человеческого тела и как прогноз погоды стала рассказывать:
— Может, это от того, что кто-то ножи не дезинфицирует прежде чем ими в Кая лезть, а может ему в том центре вкололи что-то… Я не знаю, но у Кая сейчас температура под сорок.
— Заражение так быстро бы не проявилось, — попытался выгородить себя Хаски.
— Ага. Тем более, я заставила его принять антибиотики, пока ты в ванной был.
— Я просто немного полежу и пройдёт. Я же тут вроде как бессмертный, — сказал свернувшийся в клубок Кай. — Могу я сделать это один? Я не могу разнимать вас и потихоньку подыхать. Ругайтесь в другом месте.
Хаски даже не пошутил о том, что Кай в его комнате и на правах наглого гостя занимает его же кровать. Просто кивнул:
— Хорошо. Если что нужно будет — ты зови.
***
С четверть часа он смотрел в планшет на кухне, прежде чем на экране микроволновки появилось изображение Гидры.
— Он заснул, — негромко произнесло оно. Хаски кивнул, больше не поддевал, потому что без Кая препираться было скучно.
— Хочешь интересное видео покажу? — предложил Хаски, переворачивая к ней экран планшета. Гидра поморщилась:
— Мне не нравятся твои видео. На них вечно кому-то больно. Ты от этого кайф ловишь, что ли?
— А если больно на видео Каю? — продолжал уже серьёзнее Хаски, развернул планшет к себе, но по его экрану пошла рябь. И уже по напряжённому выражению лица собеседницы Хаски понял, что она смотрит. Когда дело касалось Кая, она не могла отвернуться или предложить рассказать на словах, что на том видео. Но до конца она, как и Хаски, не выдержала.
— Это в той лаборатории? — спросила серьёзно Гидра.
— Нет. В лабораторию его только утром доставили. К тому же там были каталки и скальпели. Я хочу сказать, что… Я знаю человека, который сдал Кая на опыты.
— И при чём тут видео? — не поняла Гидра.
— При том, что у того человека была возможность снять подобное. Только он не снимал. Наверное. Во всяком случае, я не нашёл.
— И? Предлагаешь рассказать Каю? А как ты покажешь ему видео? Может, он не помнит, что было с ним в этой реальности раньше?
— Гидра, ты знаешь Кая. Что было, то было, сейчас его враг только Акросс. Но этот человек сдал Кая до того, как он стал нашим капитаном. Я предлагаю его самого препарировать. Если ты в деле, то пойдём. Если нет, то я скажу Каю, что ты не при делах.
Знала ли команда, насколько реален Кай и происходящее? Или воспринимали это как Хаски до того, как смог залезть в голову капитана — им же придуманную фантазию?
Гидра удивила его. Сжав губы в упрямую линию, она ответила:
— Ты убьёшь только того, кто предал Кая. Тогда я помогу тебе. Остальных ты оставляешь в живых.
— Лады, — хмыкнул Хаски. — Только того долбоящера я вскрою.
— Без проблем, — даже не задумавшись, приняла Гидра. — И ни слова Каю.
***
Хаски представлялось, что в таком большом небоскрёбе должно работать немало народу. Что-то вроде проходных на его заводе, где даже в обычное время сновали люди, что уж говорить о начале и конце рабочего дня. Но в приёмной у стеклянных дверей с металлоискателем находились только двое охранников, и чутьё подсказало ему, что это такая усиленная охрана. Он поднял руки ещё в коридоре к посту, прошёл искатель и тот заверещал, как машина, которую пытались угнать. В охране профессионалы, они сразу поднялись, не настроенные спрашивать про ключи или пуговицы на джинсах, и Хаски, сам опасаясь за то, чтобы не огрести от них раньше времени, задрал рукав, показывая протез руки. Охранники не успокоились, его взял на прицел один, пока второй приближался, чтобы начать обыск.
— Вы записаны? — спросил первый так дружелюбно, будто не держал Хаски на мушке, а подкладывал сахар в его кофе.
— Да.
— У нас в списках пусто до полудня.
— Второй список, — кивнул Хаски. Он знал про второй, «серый» список, в котором были записаны люди, чьё посещение не афишировалось, вроде наёмников или «чистильщиков». И был уверен, что стараниями Гидры он там есть, но это — лишь отвлечь внимание. Как только охрана согласуется с начальником, тот скажет, что никого не ждёт. Но это должно было занять несколько секунд, дать Гидре время взломать систему.
К сожалению, профессионалам хватило этих секунд, чтобы найти у Хаски нож в железной руке и два пистолета-шокера по бокам. Строить из себя крутого чистильщика не было смысла, и Хаски снова терпел, когда ему заламывали руку и прижимали лицом к стеклу.
— Разрешения на оружие ни у кого нет, — объяснил первый с пистолетом так же вежливо. — Во втором расписании посещение значится. Давайте начнём с документов.
Штрих-код на шее Хаски считали, но по-настоящему опасно стало, когда второй заметил заклёпку наушника у него в ухе.
Хаски почти поверил, что здесь же и умрёт, ввязавшись в драку, но к его счастью до того, как наушник выдёрнули, из динамика послышался обратный отсчёт, и оставшиеся пять секунд Хаски про себя проговаривал уже сам, на третьей закрыл глаза.
На счёт один — яркая вспышка, за которой сразу погас свет. Хаски было даже немного стыдно от того, что Гидра сейчас полезнее него. В темноте профессионалы стали беспомощными, и Хаски вырубил сначала первого, что подошёл слишком близко, потом переправил пистолет второго вверх, на случай, если тот выстрелит, и приложил шокером к рёбрам, пустив разряд в упор. Когда свет включился, Хаски уже забрал своё оружие и прошёл по пропуску одного из охранников в само здание, одновременно возвращая в ухо наушник.
— Ими стреляют, — произнёс голос Гидры. — Ты мог убить его разрядом в упор. И если что: «Он меня выбесил» — не аргумент.
— Он не похож на человека со слабым сердцем, — хмыкнул Хаски. Он убрал оружие и прошёл дальше по коридору, остановился напротив окна с голограммой приятной девушки и выбором меню: подтвердить свой доступ и после этого узнать, в какую часть здания он имел право проходить. Улыбнулся голограмме как настоящей. Пропуск должна была выдать охрана, если бы Хаски прошёл её как гость.
— Сделай с ней что-нибудь, — произнёс Хаски. — Или ты решила отомстить за охранника? Так меня повяжут тут уже за то, что я вырубил охрану. И сюда придётся идти Каю.
— Он умеет договариваться.
— А мы нет. Так что давай, пропуск по всему зданию.
— Только до кабинета, — ответила Гидра, и в то же время на карте загорелось синим — лифт до шестнадцатого этажа и дорога в кабинет.
— Он предупреждён? Что кто-то желает его видеть? — спросил Хаски, направляясь к лифту. Одновременно с этим он поднял с воротника маску, на которой были не просто нарисованы, рельефно выделены зубы на плоской собачьей морде, изображённые в оскале.
— Тут везде камеры. А он тебе не назначал, — как делая ему одолжение, ответила Гидра.
— Тогда я по лестнице. Я помню этикет, но как насчёт сегодня даме открыть мне дверь?
Вместо того, чтобы пискнуть снятием блокировки, дверь на лестницу вышибло в сторону Хаски, за ней — трое в бронежилетах и с щитами.
— Никого лишнего не убивать, — напомнила Гидра. Хаски пробил экран ресепшена, нырнув за пустую стойку.
— Легко тебе говорить, голос, что сидит в моём наушнике…
***
К шестнадцатому этажу он добрался с зарядом в два квадрата из пяти на одном шокере и последнем квадрате на другом, недовольно цыкнул.
— У меня скоро кончится электричество, и тогда придётся подрезать людям связки. А с бронированными это сложнее.
— Не ной, — потребовала Гидра. — Он сбежал из кабинета.
— Само собой. Дай угадаю, в туалет?
— По коридору и налево.
— Почему не поехал на лифте? По лестнице?
— М, наверное потому, что я их блокирую, — почти игриво отозвалась Гидра, и Хаски снова поджад губы от того, насколько она контролировала ситуацию.
— Какое полезное умение, — направляясь к туалету и меняя шокеры на нож, протянул Хаски. — А вот вырезать у Кая пулю ты бы не смогла. Рук у тебя нет.
— Не отвлекайся, — произнесла Гидра. — У него тоже оружие.
— Подумаешь, — Хаски открыл дверь с ноги, выбрав женский туалет, и Гидра молчала. На этом этаже не было людей, не видно охраны. Может потому, что Гидра блокировала и их, а может и не осталось никого. Все пять кабинок были закрыты. — Ну?
— В туалете нет камер, — как само собой разумеющееся, напомнила Гидра. Пожав плечами, Хаски так же начал вышибать двери одну за другой, и вторая же вместо керамики унитаза сбила притаившегося там толстяка.
Хаски хорошо помнил, как страшен загнанный человек. Он отскочил на всякий случай, ещё не видя опасности, и зеркало за его спиной разбилось от выстрела — у противника было настоящее оружие.
— Чудно, — прокомментировал Хаски, левой достав из-за пояса шокер, в котором было больше всего заряда. Следующий выстрел попал уже в потолок — Хаски успел коленом вышибить пистолет у стоящего напротив человека, ударил рукояткой в зубы и, удерживая его руку за запястье металлической, сломал. Тот заорал, но крик этот быстро перешёл в скулёж. Хаски пинком отшвырнул пистолет под раковину, в неё закинул свой шокер, снова левую руку вооружив ножом.
— Знаешь, за что это тебе? — спросил Хаски, надавливая на уже сломанную кость, вызвав новый крик.
Чёрт его разберёт, знал он или нет. Не только за то, что сдал Кая учёным.
На видео, которые Хаски находил, если вводил «Проект K.A.I.» были пытки. Когда каждая жизнь на счету, даже громкому политику не простят убийства невинного человека. Но Кай был бессмертным, его могли пытать и убивать, потому что раны на нём зарастали, и это уже не было убийством. Придраться даже полиции не к чему, не потому, что Кай и сам был для них подопытной крысой, а потому, что Кай соглашался на пытки и убийство себя. В том числе и этим человеком, который сейчас не мог и двух слов связать. Когда ты живёшь вечно и пользуешься всеми благами цивилизации, смерть ещё страшнее.
***
Один из близнецов восхищённо свистнул:
— Надо будет взять на вооружение. Хаски не обрадуется, если я его так же вскрою.
Акросс убрал звук. Без булькающего крика смотреть было уже терпимее. Странно, но чужая боль без звука воспринималась им как ненастоящая.
— Какой Каю смысл убивать этого человека? — серьёзно спросил Гранит, глядя в экран и не моргая. — Зачем спускать на него своего пса? Тем более одного.
— Что-то им помогает. Системы вышли из строя. Скорее всего, у Кая есть хакер, — как можно спокойнее произнёс Акросс. — Раз Хаски занят, а Дроид у нас, то это Гидра.
Кровь на кафельном полу скапливалась лужами, но человек на экране ещё был жив. Акросс ненавидел это чувство, он видел на месте жертвы самого Кая в тех бесчисленных реальностях, когда Акросс его побеждал. Сейчас можно хотя бы звук убрать. Раньше говорил себе, что Кай не чувствует боли. Но Акросс ещё по крикам понял, что это не так. Что-то в нём делилось надвое, и одна часть, ближе к нему прошлому, слабому, говорила, что нужно прекратить всё это, что Акросс ради своих целей ломает мальчишку. А другая, что раз Кай чувствует боль, то это даже лучше, теперь нужно делать как можно больнее, чтобы он запомнил.
Акросс собирался отдать Кая докторам после того, как поймает. Но, когда те закончат первый эксперимент — прийти и добить. Он не оставит Кая у них надолго.
— Как думаешь, какова вероятность, что пёс действует без приказа хозяина? — вдруг задумчиво произнёс Гранит. Акросс воспользовался этим, чтобы оторваться от экрана. В самом туалете видеозаписи не велось, но дверь, напротив которой стояла камера — открыта.
— Хаски не может без приказа. Когда только попал в игру — мог, а теперь они все Каю в рот заглядывают.
— И как думаешь, Кай сказал ему убивать этого жирдяя как можно дольше и мучительнее? Ты с собой его не путаешь? — как внимательный учитель, очень прозрачно намекнул ему Гранит. Близнецы засмеялись теперь вместе, над Акроссом, и он встал спиной к экрану, чтобы смерить их взглядом командира, который мог бы и подняться, если они продолжат.
— Хаски не будет ссориться с Каем, — напомнил Акросс. — Потому что, когда Кай узнаёт, его ничего хорошего не ждёт.
***
В жару и бреду Каю снился пыльный пол под кроватью. Голоса как через толщу воды, мужской и женский, вроде бы ругались.
А потом наступило что-то похожее на сонный паралич, когда Кай понимал, что сейчас его найдут тут, в пыли, и тогда станет больно. Вместо того, чтобы стать тише воды, он пробовал закричать и открыл глаза в стерильной спальне. У пижамы намок от пота ворот, хотя одеяло осталось только на ногах. Тело — как новое: послушно поднялось с кровати, вышло через коридор на кухню.
На фоне ворчал выпуск новостей, в приснившихся ему голосах Кай узнал припирающихся Гидру и Хаски, про себя посетовал, что им никогда не надоест ругаться.
— Можно подумать, что раньше от меня толку не было, — продолжала Гидра. Хаски в чашку проворчал только: «Ну как сказать», кивнул появившемуся на кухне капитану. Кай пожелал ему доброго утра, включил кофеварку, тут больше похожую на маленькую микроволновку с чёрным аквариумом с кофе под фильтром.
— Ну ладно, — нехотя согласился Хаски. Он нервничал, наблюдая за экраном новостей, пытаясь как-то сделать знак, чтобы Гидра переключила. — От тебя есть польза. В тот единственный раз, когда ты «взрываешься» даже больше, чем от нас с Дроидом за всю игру. Переключи, не люблю новости.
Гидра спохватилась, на экране канал сменился на что-то из серии: «Вымирающие животные», где собирали деньги на кошачий заповедник, и Кай, сидя на столе спиной к Хаски, отпил кофе, смотря на кошек. По его спине, позе и неспешности Хаски, как пёс, пытался угадать настроение хозяина, но вряд ли по тому, что Кай успел увидеть и услышать в новостях, он мог всё понять.
«Мы должны сохранить наших животных. Кошек начали стерилизовать раньше, чем людей. Их было так много, что в Китае за год съедалось…»
— Хаски, — окликнул Кай, и уже по этому, пока спокойному тону, по тому, что капитан не оборачивался, Хаски понял, что попал. И успел нырнуть под стол до того, как в него полетела чашка с остатками горячего кофе. Та разбилась о подоконник, осколки осквернили белый кафельный пол.
— Кай! — позвал голос Гидры. — Он не один виноват, он… Кай!
Уже ориентируясь на этот оклик, Хаски проскользнул под столом, выбрался с той стороны, где только что сидел капитан, чтобы увидеть, как заглядывал под стол в его поисках Кай.
