***
— Вот это, — Кай показал на свои скованные руки, потом глазами на стены вокруг, — нечестная игра. Это было…
— Я ведь не убиваю тебя, — напомнил стоящий у двери Акросс. — Просто решил немного изменить тактику.
— И убить весь процесс игры, — раздражённо оборвал Кай. Он сидел у дальней стены. — Знаешь, раньше я ничего против тебя не имел, но в этот раз ты…
— Конечно, ты зол, — перебил Акросс. — Но в этот раз играем немного по-другому. Мне надоело гоняться за тобой, как в каком-то глупом мультике.
— Я и не убегал.
— Сейчас-то точно не убежишь. А теперь внимательно слушай! — Акросс повысил голос, заметив, что Кай снова попытался его перебить. И в следующее мгновение, наклонившись, яростным шёпотом продолжил:
— Они все придут сюда. Придут за тобой, Кай. Потому что это ты, и я бы многое отдал, чтобы увидеть их лица, когда они поймут, что должны играть без тебя. Но более того, — Акросс подошёл вплотную, навис, его тень легла на лицо Кая, — когда они явятся сюда — я убью их всех. У тебя на глазах. Так же мучительно, как убивал тебя всё это время.
— Ты врёшь, — уже спокойнее отозвался Кай. — Ты не сможешь этого сделать.
— Зачем мне оправдываться, если ты сам всё увидишь, — пожал плечами Акросс. Он освободил Кая от своей тени, ушёл без спешки, но всё же не рисковал поворачиваться спиной. Когда дверь за ним закрылась, наручники расстегнулись и упали на пол снова закрытыми.
А в коридоре Акросса уже ждал руководитель проекта: жёлтый, будто старый лист бумаги, нервный лохматый парень лет под тридцать — наверняка они были ровесниками. Только вместе с этим начальником стояло ещё двое серьёзных, охранников с автоматами, похожих на киборгов своими безразличными лицами.
— Я всё думал, что странно это, — неуверенно начал парень. Акросс плохо запоминал их имена, всех этих проходных персонажей. Это было сложно, когда окружение полностью менялось каждые две недели, — что ты всё это знаешь, что вы знакомы. Я так и понял, что вы связаны… Ты ведь тоже из них? Из «игроков»?
— Я и не скрывал, — согласился Акросс. — Только, — кивнул на людей с автоматами, — я вроде и не отказывался от сотрудничества. Кай вряд ли будет вам помогать, а я буду оставаться в здании добровольно и не покину его. Буду охранять Кая и ждать, когда придут остальные его люди. И в то же время, если вы попытаетесь запереть меня — я перекрою любое сотрудничество. Со мной мало того, что возиться придётся дольше, так ещё и те, кто придут за мной, будут не работать с вами, а попытаются убить, как врагов.
***
— Я, блин, нахрен ему глотку выгрызу, — закончил свой рассказ Хаски. Гидра всё ещё фильтровала услышанное от мата, чтобы понять полную картину, Дроид произнёс: «Так», потом ещё раз, но более протяжно, и тоже подвис.
Не вытерпев, Хаски ударил кулаком по столу:
— Я вам, — снова ругнулся, — задумаюсь! На кой хрен ему Кай? Вот как пить дать — дверь откроем, а там посылочка нам, а в ней его пальцы или ухо. Или язык. Любая часть тела, так и будет нам кусками высылать.
— Акросс не такой, — растерянно напомнила Гидра, хотя и сама уже не особенно была в этом уверена, но Хаски уже сорвался. Подвисший было Дроид успел среагировать — встал между ними, и Хаски перестал наступать, отошёл на полшага назад, продолжил, уже глядя в уверенное лицо Дроида:
— А какой он? Какой? Зачем ему Кай, если ты всё знаешь, а?.. Вот и расскажи мне! Это даже не в процессе игры — я бы не удивился. Но он ещё до игры его у нас… — снова матом.
— Ты пытаешься цепляться к нам, когда вину чувствуешь за собой, — напомнил Дроид, но голос выдал его нервозность и страх перед таким разозлённым и отчаянным Хаски.
— Ну нет. Она оправдывает Акросса. Говорит, что Акросс не такой. Она, в конце концов, втрескалась в него. И будет продолжать говорить, что он не такой, даже когда нам правда Кай по кускам приходить начнёт. Гидра, ему больно, между прочим! Меня можно резать, Дроида можно, тебя в конце концов! А Каю больно!
Гидра вздрогнула, но кивнула, выбралась из-за заслонившего её Дроида:
— Ты прав. Не важно, такой Акросс или нет. Я не ожидала, что он Кая заберёт ещё до начала… И тоже не понимаю — зачем. Не поговорить же только, правда… Но прекращай кричать — только страху нагнетаешь. Этим проблему не решить.
— Хорошо. Как решить? — скрестив руки на груди, сделал странный кивок при этом Хаски, будто лицом в таз с водой окунулся.
И в гнетущей тишине, последовавшей за этим, свой вариант предложил Дроид:
— Ждать… Что ж ещё. Просто бегать по городу и орать: «Акросс, верни капитана» — плохая идея. Не?
***
Даже ночью свет не выключали полностью — оставался бледно-голубой, на половину комнаты, из-за которого она будто в хлорированную воду была погружена. Освещена была нижняя часть клетки, хотя Кай предпочёл бы наоборот. Спать при свете казалось странно и неприятно. Не покидало чувство, что за ним следили, поэтому не могли оставить совсем в темноте.
Кровати не было, да и не к чему — стены, пол и потолок будто матрасами обиты, можно в любом месте устраиваться. Кай выбрал то, что по центру комнаты, и лежал какое-то время, развалившись, как в большой кровати, но не выдержал, свернулся в позу эмбриона.
— Он меня обманул.
Её появление было логичным — Королева не оставила бы его надолго с осознанием, что она снова переметнулась к Акроссу и отдала преимущество ему. Кай развернулся, но не поднялся. Королева стояла, прислонившись к мягкой двери. Нечто вроде призрака, и — если Кая снимали — её никто не увидел бы на записи.
— Сказал, что должен с тобой поговорить. Что ничего плохого не сделает.
Кай молча кивнул, оставаясь таким же не читаемым. Он не сердился, да и заставлять её оправдываться не собирался, просто не знал, что говорить. В конце концов, и сам виноват — в прошлый раз пожаловался на более выгодное положение Акросса в игре и получил бессмертие, без которого выбыл бы в самом начале.
— Я даже не могу его обвинить, что он меня обманул… Кай, я честно не знаю, зачем ему это. Он не мог так сказать, такое задумать, да и так поступить…
— Может, расскажешь наконец? — подал голос Кай, всё ещё не вставая, даже головы не подняв. Но Королева поджала губы и ближе прислонилась к двери:
— Не могу… Ты меня простишь, если я не расскажу. А вот он — нет, не простит.
— Тогда не оправдывай его. Он взбесился из-за того, что проиграл, запер меня…
— Мне показалось, что он был… не то чтобы счастлив, но доволен твоей победой. Знаешь, как те тренеры, что втаптывают в грязь самооценку спортсмена, пока он не сделает рекорда.
— Рад проигрышу? Почему?
— Не могу рассказать.
— Если ты пришла просто извиниться, то уже это сделала. Как бы то ни было, а дальше будем играть уже из этих условий. Не знаю, что он там задумал, а раз ты рассказывать не хочешь — узнаю сам.
— Злишься? — так и не дождавшись, когда Кай поднимется, Королева сама опустилась на колени, подобравшись ближе.
— Нет, — честно ответил Кай.
— А на Акросса?
— Да, — что-то изменилось в его лице, он сделал попытку снова отвернуться, но вовремя сам себя одёрнул и остался в том же положении. — Я не понимаю… Я тоже его не узнаю.
— Странно слышать это от меня, но мне хотелось бы, чтобы вы подружились. Я думаю, что у вас много общего и вы могли бы помочь друг другу.
— Мы просто играем, — напомнил Кай. — Прости, но хватит уже… С Хаски было довольно трудно подружиться, с Дроидом до сих пор общаться проблематично — он начинает скучать, как только чувствует, что отходит на второй план. Я не хочу возиться ещё и с Акроссом и его тараканами, тем более, когда он такое вытворяет.
— Да, я понимаю, — кивнула Королева, упёрлась пальцами в мягкое у головы Кая. — У тебя есть какие-нибудь пожелания? Что-то, что я смогу сделать?
Королева не могла влиять на игру, если она уже происходит, то есть не могла щелчком пальцев перебросить Кая к его команде или отмотать события назад. Влиять она могла только на то, что случится позже.
— Да, — вздохнул Кай, принимая это как компенсацию. — Пожалуйста, сделай так, чтобы Акросс поскользнулся в ближайшее время и как следует отбил задницу.
***
— Оно по всем столбам развешано, — Хаски швырнул несколько листовок на стол. — И в газетах есть, я проверял. Он над нами издевается.
На листах красным был написан номер телефона и лишь одно слово: «Акросс».
— Да, похоже на то, — подтвердила только проснувшаяся Гидра. В небольшой двухкомнатной квартире, где в этом мире жил Хаски, ей уступили кровать. В другой ситуации Хаски бы ещё поспорил, но сейчас он и вовсе спать не ложился — бегал по городу. Не советуясь с остальными, он набрал номер телефона. По Хаски было видно, что он едва дождался, чтобы просто их предупредить, и этим уже как бы сделал остальным одолжение. Смотреть на листовки и решать, что делать дальше, он уже не собирался. Он знал, что именно делать.
Второе одолжение — он поставил телефон на громкую связь.
— Я слушаю, — произнёс голос Акросса.
— Я тебе твоё «слушаю», — тут же сорвался Хаски, и взволнованный Дроид закрыл ему рот, но это превратилось в небольшую потасовку между ними, в которой Хаски извиняло только то, что Дроид не чувствовал боли.
— Вы не представляете, сколько звонков пришлось выдержать, прежде чем до вас дошло, — вздохнул Акросс. — Я сменю номер после этого и пришлю вам новый. Как вы заметили, у меня ваш капитан.
— В задницу тебе твоё «слушаю» засуну, — закончил наконец Хаски. — И тебе горло выгрызу. И его у тебя выгрызу, зубами.
— Это я и хотел обсудить. Я ведь совсем не против, чтобы вы пришли за Каем. Нам нужно было поговорить, и мы поговорили.
Больше всего Хаски бесило облегчение на лице Гидры, но он не успел как-то его испортить — сам Акросс доказал, что он-то как раз тот самый выродок, каким его считали, продолжив:
— Я отдам вам Кая, только прийти за ним нужно будет самим. Всем вместе или по одному — это как хотите.
— Мы похожи на идиотов? — удивлённо переспросил Дроид.
— Конечно, нет. Но у меня ваш капитан. И если через двадцать четыре часа никто из вас не попытается его забрать — я запущу близнецов к нему в камеру. Попрошу их только не убивать его, и у вас будет шанс снова забрать его. Ну или убедиться в том, что я серьёзен.
Акросс произнёс это таким спокойным и дружелюбным голосом, что у Хаски свело зубы.
— И да, адрес я скажу только через сутки. Вы же хорошая команда и очень хотите своего капитана обратно целым, поэтому найдёте нас. Я всегда рядом, так уж получилось. Всегда можно «выгрызть мне горло», Хаски.
— Рот закрой, — среагировал тут же Хаски. — Тебе со мной играть ещё очень-очень-очень долго, и я твою смерть больше не буду оставлять на совести…
Когда Хаски прервали гудки, он сорвался и разбил телефон об пол.
— Что?! — обернулся он к Гидре, пока Дроид извлекал из разбитого аппарата сим-карту, на которую должен был прийти новый номер Акросса. — Какой он? По кусочкам не присылал, но на куски его порвёт, и даже не своими руками! Как всегда, впрочем!
— Он что-то задумал, — спокойно отозвалась Гидра. — Разве вы не понимаете?
— Конечно, задумал, — согласился Дроид. Хаски нервно обернулся к нему, потом снова к Гидре, и сам осел, успокоился. — У него Кай, он нас ждёт. Сидит на месте, и ему не нужно нас отлавливать. Наверняка там вооружённая охрана, потому что от него одного Кай давно бы сбежал, так?
Хаски рвался ответить что-то злое, но проглотил это, кивнул.
— У меня логика ломается. Помогайте. Ему нужен был именно Кай, но он зовёт нас. Это Акросс — садист и маньяк…
— Он не такой, — перебила Гидра, и между ней и Хаски снова на секунду вспыхнуло противостояние.
— Тогда что он там с Каем делает? Чай пьёт? — огрызнулся Хаски. — Я бы понял, будь это ты. В конце концов на свою сторону перетащить.
— У них же изначально какие-то счёты, — напомнила Гидра. — Вопрос в другом. Нам нужно найти, где он держит Кая, и…
— Нужно ли? — совершенно спокойно перебил Дроид. — Если он ждёт нас там, значит всё по его плану.
— Что предлагаешь? — уже не так грозно и с намёком на энтузиазм, обратился Хаски.
— Акросс должен сторожить Кая. Остальные шляются где попало. Предлагаю найти его команду. Начиная с близнецов. Если мы близнецов пристрелим — то кого он будет запускать к Каю? Гранита? Согласись, Гранит это не так страшно, он не садист. Он может ещё и послать Акросса с таким приказом — он умеет головой думать.
— Мне нравится, — кивнул Хаски.
— Конечно, тебе лишь бы кого убивать, — вздохнула Гидра. — Я останусь на телефоне, вы не против?
— Замётано. Отвлекай Акросса разговором, с тобой-то ему приятнее общаться, чем с Каем, — разрешил Хаски, уже одеваясь.
— Мы их ещё и не нашли, — поправил Дроид. — Куда ты собрался?.. Погоди, ты по улицам будешь ходить и…
— Дроид, не забывай, что распорядительница игр — хорошая подруга Кая. Я надеюсь, она подсунет нам близнецов, если не хочет, чтобы его мучили.
— Что-то по прошлому опыту не заметно, — под нос себе проворчала Гидра.
— Ага, я её тоже не особо люблю. Зато Кай к ней хорошо относится, и если она не отдаст нам близнецов, то я расскажу ему, что ей нравится, когда его пытают и калечат.
***
— Они звонили? — спросил вернувшийся в комнату Гранит. Акросс только кивнул, сел за стол у экранов наблюдения, болезненно поморщился — копчик тут же напомнил о себе болью. Утром поскользнулся на ровном месте, странно. — Ты назвал им адрес? Стоит готовиться к встрече?
— Нет. Сказал, что только через сутки назову адрес.
— Ещё не всё с Каем обговорил, что ли? — не понял Гранит.
— Нет, нам с ним говорить уже не о чем. Но, — Акросс повернулся к близнецам, — всё слышали? В половине второго я открою вам его камеру.
— Кажется, на часах было двадцать семь минут, когда ты говорил, — тут же с энтузиазмом заспорил один из них. — А если они сюда придут, то нам всё равно можно к нему наведаться?
— Нет, у вас будут другие игрушки, — отказал Акросс. — Двадцать семь, так двадцать семь. Вряд ли дойдёт до счёта на минуты.
— Ты же не собирался его трогать, — напомнил Гранит. Близнецы — у стены, Акросс — у светящихся экранов, в остальном в комнате царил полумрак. И Гранит по центру, как барьер между неадекватным садизмом и здравым смыслом. — Ты сам сказал, что сжульничал только для того, чтобы отловить его команду и на этот раз отыграться на них, а его оставить в покое.
— Я просто хочу подогнать их. Я сказал, что у них сутки. Как это будет выглядеть, если после этого я не исполню своей угрозы?
— То есть то, что ты вмешался в ход игры, ограничил их капитана, будет выглядеть нормально? — напомнил Гранит. Нахмурившись, Акросс полностью развернулся к нему, негромко окликнул:
— Эй. Пока ещё я тут капитан. Уже поздно жаловаться.
— Я не понимаю, — вздохнул Гранит. — Сам себя подставил, рассказав об игре и бессмертии.
— А где бы ещё я держал Кая? У себя в подвале? — снова отвернулся Акросс.
— Тебе ведь на самом деле всё равно — найдут они его за сутки или нет?
Даже близнецы заинтересованно прислушивались. Акросс обернулся лишь на секунду, чтобы бросить безразличный взгляд.
— Нет. Не всё равно, — произнёс он, уже когда Гранит собирался уходить. — Я думаю, ему нет дела до собственных страданий. Возможно, он считает, что заслужил. Я эту тактику уже два года пробовал. Но если ему безразличны и страдания тех, кто ему доверился — тогда я не знаю, чем ещё его пугать. И получается, он ещё больший псих, чем…
