Они показывают прямую связь, сквозь стены и преграды. Для того, чтобы добраться до второго значка, нужно потратить немало сил. Кристофер уже трижды упирался в глухую стену, пытаясь выискать правильное направление, пока не вышел на лестницу.
Учитывая, как снизу загромыхало, можно было предположить, что маршрут выбран правильный. Именно где-то там строители и ошивались, пытаясь разобраться с проблемой.
Четырьмя этажами ниже лестница уперлась в узкую расщелину, в которую Баррет при всем желании поместиться бы не смог. Даже ребенок не пролез бы, но красная нить вела именно туда. И за этим проходом слышались переругивания земляных.
— Эй! — позвал капитан, засовывая лицо между камней. На какое-то время строители прекратили возню и прислушались. — Эй! Пропустите меня!
— Опять ты? — напротив зависло лицо усача, проверявшего зал испытаний, на его покрывшемся черной пылью лице сейчас особенно выделялся гневный взор. — Пошел вон, не мешай профессионалам работать!
— У меня там сотрудник. Мне надо пробраться внутрь.
— Да что ты заладил-то? Сотрудник, сотрудник. Нету здесь никого. Да и как бы он сюда попал? Даже мы об этом месте не зна…
Его прервал оглушительный женский крик. Он словно сочился сквозь стены и бил прямо по нервам, прилипал к коже. Все замерли. Кристофер похолодел. Он, конечно, знал рыжую всего несколько часов, но готов был на крови поклясться - то был ее голос. Срывающийся, хрипящий, умоляющий. Ее голос. И он звучал так близко, будто девушка стояла прямо у него за спиной.
— Твоя? — коротко спросил строитель, когда крик замолк. Ему тоже стало не по себе.
Кристофер подтвердил. Усач, вздохнув, расширил проход так, чтобы капитан смог пролезть.
— Только не знаю, чем ты тут можешь помочь, если ты не ходишь сквозь стены. Мы уже все силы потратили. Внутрь никак не пробраться.
Они находились около огромного цилиндрического строения, упирающегося, по всей видимости, в основной холл оружейной. То есть высотой эта фиговина была примерно в четыре этажа. По периметру строители сделали тропинку, по ней сновала дюжина потных пыльных мужчин со значками ИСКИДа, некоторые упирались в стену руками и краснели от натуги, искрили магией, как фейерверки, но не могли сдвинуть даже крошечного камушка с этой громадины.
Элизабет закричала вновь, с такой болью в хрипнувнем голосе, что мурашки побежали по позвоночнику. Что с ней там происходит? Может ли она быть нестабильна? Возможно ли, что это помещение - естественная защита древнего здания и разрушать его нельзя? Кристофер задумался о том, что оружейная была построена так давно, что могла быть рассчитана на абсорберов и иметь такие “капсулы” для защиты от них мирного населения. Несмотря на полные отчаянья крики девушки, капитан совсем не был уверен в том, что ее следует спасать. Вот что от нее следует спасать - вполне вписывалось в его понятия о мироустройстве.
— Что это за штука? — спросил он одного из землекопов, находившегося ближе всего.
— Я не знаю, сэр. Никто не знает. Мы до сих пор ее не чувствуем, как будто ее тут нет совсем.
— Вообще?
— Вообще. Но глазами же видим - стоит. А для магии как-будто нету. И, конечно, сдвинуть ничего не можем. Хотя все это именно там началось...
Кроуфорд все кричала. Она плакала, это было слышно, умоляла. Просила о смерти. Хрипела и скулила, и все это было так отчетливо, будто она находилась не за непонятной каменной преградой, а здесь, прямо перед Кристофером. Похоже, у всех строителей было такое же ощущение. По их лицам было видно, что каждый из них считает именно себя ответственным за муки незнакомой им девицы.
Красная нить продолжала бить сквозь стену, совершенно не двигаясь.
— Умоляю…Пожалуйста, хватит… Не надо… Умоляю… — голос звучал все тише и тише, пока не замолк.
Сердце Кристофера гулко бухало. Приходило осознание того, что, возможно, его сотрудник умер в первый же рабочий день. Сотрудник, который ему доверял. Как и любой из его парней. Маленькая рыжая девушка, отважная и упертая, каким-то чудом добившаяся назначения в ударный отряд, возможно, умерла на работе, даже не выполнив ни одного задания. Даже не получив оружия. Не сделав вообще ничего.
Это еще больше уверило Баррета в том, что женщинам не место на такой работе, насколько бы одаренными эти женщины ни были. Вот эта была действительно особенной, гораздо сильнее любой представительницы своего пола. И та - бесславно почила в куске какого-то камня, и нет гарантии, что ее оттуда когда-нибудь можно будет достать. Возможно, она там навсегда.
— Я начинаю чувствовать эту махину… — спустя несколько минут почти похоронного молчания вдруг сказал один из строителей.
Вокруг зароптали. Мужчины один за одним снова прикладывали ладони к гладкой стенке, на их лицах появлялось выражение надежды.
— Тогда на кой прах вы тут застыли? — завопил усатый. — Не останавливайтесь! Пытайтесь забраться внутрь!
Не было похоже, что они хотят попасть туда, откуда только что так отчаянно кричала умирающая девушка, ведь были шансы, что с ними может произойти то же самое. Кристофер тоже это понимал, как и свою ответственность за жизнь бедной Кроуфорд.
— Вы просто попробуйте открыть проход, — приглушенно заговорил он. — Я один туда зайду… Заберу ее.
Он хотел сказать “заберу ее тело”, но язык не поворачивался озвучить очевидные выводы. Хотелось думать, что она еще жива, пока целители не подтвердят обратное. Совместными усилиями порядком подуставшие искидовцы все же оттащили небольшую плиту, и отошли в сторону, чтобы Баррет смог войти внутрь.
Несмотря на темноту, Кристофер прекрасно видел ее, лежащую на взбугрившихся камнях. Голую, неестественно серую, заляпанную собственной кровью. Он шел, а шаги его отражались от стен и многократно усиливались. Под подошвами хрустели сухие листья, ломались ветки. Каменные птицы, казалось, следили за каждым его шагом. Что это за место? И что это за кусты торчат из-под камней?
Она была все ближе, но каждый новый шаг давался все труднее. Ведь надо подойти, поднять её на руки и вынести наружу. Очевидно, мертвую. Ведь у Элизабет из груди торчала какая-то палка, вряд ли она жива.
И почему она голая? И вещи сложены стопочкой в одном месте: значит, раздевалась по своей воле. Кристофер был в нескольких шагах от тела, когда ему показалось, будто он услышал хриплый вдох. Он замер. Может быть, просто неудачно шаркнул ногой, звук отразился и сыграл с ним злую шутку? Но нет, она вдруг еще раз вздохнула. И еще. Ополоумевший от счастья, Баррет бросился к девушке, хватая ее на руки.
— Целителя! Срочно! — закричал он так громко, как смог, чтобы строители его услышали. — Она жива!
С той стороны послышались восторженные крики. Рыжая разлепила мокрые от слез ресницы и уставилась на капитана пустым, безэмоциональным взглядом.
— Капитан… — прошептала она, едва продирая горло. — Я ведь получила оружие?
И он нервно хохотнул. Какое еще грифам в задницу оружие?
Учитывая, как снизу загромыхало, можно было предположить, что маршрут выбран правильный. Именно где-то там строители и ошивались, пытаясь разобраться с проблемой.
Четырьмя этажами ниже лестница уперлась в узкую расщелину, в которую Баррет при всем желании поместиться бы не смог. Даже ребенок не пролез бы, но красная нить вела именно туда. И за этим проходом слышались переругивания земляных.
— Эй! — позвал капитан, засовывая лицо между камней. На какое-то время строители прекратили возню и прислушались. — Эй! Пропустите меня!
— Опять ты? — напротив зависло лицо усача, проверявшего зал испытаний, на его покрывшемся черной пылью лице сейчас особенно выделялся гневный взор. — Пошел вон, не мешай профессионалам работать!
— У меня там сотрудник. Мне надо пробраться внутрь.
— Да что ты заладил-то? Сотрудник, сотрудник. Нету здесь никого. Да и как бы он сюда попал? Даже мы об этом месте не зна…
Его прервал оглушительный женский крик. Он словно сочился сквозь стены и бил прямо по нервам, прилипал к коже. Все замерли. Кристофер похолодел. Он, конечно, знал рыжую всего несколько часов, но готов был на крови поклясться - то был ее голос. Срывающийся, хрипящий, умоляющий. Ее голос. И он звучал так близко, будто девушка стояла прямо у него за спиной.
— Твоя? — коротко спросил строитель, когда крик замолк. Ему тоже стало не по себе.
Кристофер подтвердил. Усач, вздохнув, расширил проход так, чтобы капитан смог пролезть.
— Только не знаю, чем ты тут можешь помочь, если ты не ходишь сквозь стены. Мы уже все силы потратили. Внутрь никак не пробраться.
Они находились около огромного цилиндрического строения, упирающегося, по всей видимости, в основной холл оружейной. То есть высотой эта фиговина была примерно в четыре этажа. По периметру строители сделали тропинку, по ней сновала дюжина потных пыльных мужчин со значками ИСКИДа, некоторые упирались в стену руками и краснели от натуги, искрили магией, как фейерверки, но не могли сдвинуть даже крошечного камушка с этой громадины.
Элизабет закричала вновь, с такой болью в хрипнувнем голосе, что мурашки побежали по позвоночнику. Что с ней там происходит? Может ли она быть нестабильна? Возможно ли, что это помещение - естественная защита древнего здания и разрушать его нельзя? Кристофер задумался о том, что оружейная была построена так давно, что могла быть рассчитана на абсорберов и иметь такие “капсулы” для защиты от них мирного населения. Несмотря на полные отчаянья крики девушки, капитан совсем не был уверен в том, что ее следует спасать. Вот что от нее следует спасать - вполне вписывалось в его понятия о мироустройстве.
— Что это за штука? — спросил он одного из землекопов, находившегося ближе всего.
— Я не знаю, сэр. Никто не знает. Мы до сих пор ее не чувствуем, как будто ее тут нет совсем.
— Вообще?
— Вообще. Но глазами же видим - стоит. А для магии как-будто нету. И, конечно, сдвинуть ничего не можем. Хотя все это именно там началось...
Кроуфорд все кричала. Она плакала, это было слышно, умоляла. Просила о смерти. Хрипела и скулила, и все это было так отчетливо, будто она находилась не за непонятной каменной преградой, а здесь, прямо перед Кристофером. Похоже, у всех строителей было такое же ощущение. По их лицам было видно, что каждый из них считает именно себя ответственным за муки незнакомой им девицы.
Красная нить продолжала бить сквозь стену, совершенно не двигаясь.
— Умоляю…Пожалуйста, хватит… Не надо… Умоляю… — голос звучал все тише и тише, пока не замолк.
Сердце Кристофера гулко бухало. Приходило осознание того, что, возможно, его сотрудник умер в первый же рабочий день. Сотрудник, который ему доверял. Как и любой из его парней. Маленькая рыжая девушка, отважная и упертая, каким-то чудом добившаяся назначения в ударный отряд, возможно, умерла на работе, даже не выполнив ни одного задания. Даже не получив оружия. Не сделав вообще ничего.
Это еще больше уверило Баррета в том, что женщинам не место на такой работе, насколько бы одаренными эти женщины ни были. Вот эта была действительно особенной, гораздо сильнее любой представительницы своего пола. И та - бесславно почила в куске какого-то камня, и нет гарантии, что ее оттуда когда-нибудь можно будет достать. Возможно, она там навсегда.
— Я начинаю чувствовать эту махину… — спустя несколько минут почти похоронного молчания вдруг сказал один из строителей.
Вокруг зароптали. Мужчины один за одним снова прикладывали ладони к гладкой стенке, на их лицах появлялось выражение надежды.
— Тогда на кой прах вы тут застыли? — завопил усатый. — Не останавливайтесь! Пытайтесь забраться внутрь!
Не было похоже, что они хотят попасть туда, откуда только что так отчаянно кричала умирающая девушка, ведь были шансы, что с ними может произойти то же самое. Кристофер тоже это понимал, как и свою ответственность за жизнь бедной Кроуфорд.
— Вы просто попробуйте открыть проход, — приглушенно заговорил он. — Я один туда зайду… Заберу ее.
Он хотел сказать “заберу ее тело”, но язык не поворачивался озвучить очевидные выводы. Хотелось думать, что она еще жива, пока целители не подтвердят обратное. Совместными усилиями порядком подуставшие искидовцы все же оттащили небольшую плиту, и отошли в сторону, чтобы Баррет смог войти внутрь.
Несмотря на темноту, Кристофер прекрасно видел ее, лежащую на взбугрившихся камнях. Голую, неестественно серую, заляпанную собственной кровью. Он шел, а шаги его отражались от стен и многократно усиливались. Под подошвами хрустели сухие листья, ломались ветки. Каменные птицы, казалось, следили за каждым его шагом. Что это за место? И что это за кусты торчат из-под камней?
Она была все ближе, но каждый новый шаг давался все труднее. Ведь надо подойти, поднять её на руки и вынести наружу. Очевидно, мертвую. Ведь у Элизабет из груди торчала какая-то палка, вряд ли она жива.
И почему она голая? И вещи сложены стопочкой в одном месте: значит, раздевалась по своей воле. Кристофер был в нескольких шагах от тела, когда ему показалось, будто он услышал хриплый вдох. Он замер. Может быть, просто неудачно шаркнул ногой, звук отразился и сыграл с ним злую шутку? Но нет, она вдруг еще раз вздохнула. И еще. Ополоумевший от счастья, Баррет бросился к девушке, хватая ее на руки.
— Целителя! Срочно! — закричал он так громко, как смог, чтобы строители его услышали. — Она жива!
С той стороны послышались восторженные крики. Рыжая разлепила мокрые от слез ресницы и уставилась на капитана пустым, безэмоциональным взглядом.
— Капитан… — прошептала она, едва продирая горло. — Я ведь получила оружие?
И он нервно хохотнул. Какое еще грифам в задницу оружие?
