Мне захотелось раскинуть руки и полететь, настолько меня переполнила эйфория от восхищения красотой момента. Но я вздохнула и спустилась по ступенькам. Сегодня я откровенно накосячила, и пока не имела ни малейшего представления, что делать дальше. И главное, я не могла никому довериться, не могла ни у кого попросить совета. От этих мыслей солнце словно погасло, и на город опустилась гнетущая мгла.
- Северова, - раздалось сбоку, из-за декоративного выступа здания витиеватой формы, напоминающей вьющуюся по вертикальной стене ипомею. Я так глубоко погрузилась в свои думы, что даже не сразу сообразила, что зовут меня. – Эй, - послышался тихий легкий свист, - Северова!
Я так резко затормозила, что даже споткнулась. Мужская рука, внезапно высунувшаяся из-за выступа, поддержала меня на секунду, а затем втащила меня за выступ к ее владельцу, которым оказался все тот же Уотерс.
- Долго мыло варите! – хмыкнул он.
- Слушай, ну что тебе от меня, надо, а? – возмутилась я. Усталость, чувство вины, сомнения и так доконали меня, так что его шуточки были уже основательным перебором. – Иди себе с богом!
Он снова хмыкнул:
- Вы все, которым приходится мимикрировать под временной период, всегда так смешно говорите. Постоянно добавляете в нормальную речь старинные выражения. – И тут же посерьезнел. – Я, между прочим, тебя тут уже битых два часа жду и очень проголодался. Идем, - и невзирая на то, что я старательно упиралась пятками, потащил меня куда-то вдоль по узкому проходу между зданиями.
- Куда? – в конце концов пропыхтела я, как только до меня дошло, что вырваться не удастся.
- Есть, - ответил он, не оборачиваясь. – Сейчас найдем какое-нибудь место, где можно перекусить.
- Я не хочу.
- Хочешь.
- Слушай, а ты не обнаглел ли? – возмутилась я и снова начала упираться пятками в землю. – Может, ты не будешь за меня решать?
Он резко затормозил и повернулся ко мне, а я от неожиданности чуть не упала.
- По-моему, кто-то сегодня хотел получить какие-то ответы и для этого даже притащился к нам на факультет. Я ошибся? Моя помощь уже не нужна? Хорошо, иди! – и отпустил мою руку.
Мы тяжело дышали и буравили друг друга глазами, как гладиаторы на ринге.
Он прав. Мне нужна помощь. Мне не к кому обратиться, а он уже частично в курсе. И если он ждал меня два часа, то, видно, сильно заинтересовался непонятным явлением, а значит, ни за что никому не проговорится, захочет сам исследовать.
- Хорошо. Давай поедим, - вздохнув, согласилась я. – Только не нужно меня заставлять. Я и на обычные просьбы могу адекватно реагировать.
- Да ну? – начал он со своей обычной издевкой, но, заметив мой гневный взгляд, добавил уже с обычной человеческой улыбкой: – Окей. Убедила.
Как только мы сделали заказы и расположились на террасе, висящей среди ветвей деревьев, Уотерс сделал приглашающий жест:
- Рассказывай.
- Спасибо за разрешение, - фыркнула я.
- Теперь я понимаю, почему у тебя нет друзей, - как бы между прочим заметил он, отправляя в рот кусочек пирога с начинкой из мидий.
Его замечание оказалось неожиданно болезненным.
Сжав зубы, я попыталась успокоиться, чтобы снова не послать его куда подальше. Он мне нужен. Действительно, нужен. Если кто мне и может помочь, так только он. Нужно потерпеть и его хамский тон, и его насмешки.
- Ну что же ты? – поторопил он, совершенно не замечая моего состояния. – Начни с самого начала. Как тело оказалось в лаборатории? Как вообще тебе удалось его переместить по потоку?
- Это уже финал истории. А началось все с того, что я захотела получить оригинальный линкольнский зеленый.
- Судя по тому, как ты это говоришь, это охренеть какой крутой цвет, - заметил Уотерс. – Он очень важен для копирования?
- Для воспроизведения, - поправила я. – Это очень красивый цвет, и безбожно дорогой, по меркам тринадцатого века. Его никто не может правильно воспроизвести – он очень сложный в получении. Дело в том, что…
- Стоп-стоп-стоп. Давай ближе к теме. Ты решила его получить. И?..
…Все начиналось на удивление обыденно. Я сделала запрос на посещение города Линкольн в Англии тринадцатого века, описала научную задачу, по которой мне необходимо было собрать материал, получила соответствующую одежду, аксессуары и деньги, которые мне пригодятся в пункте назначения. Так как я отправлялась по этому маршруту уже не в первый раз, то весь процесс подготовки и оформления проходил привычно, быстро и формально, как бывает, когда никаких неожиданностей не предвидится.
Но о двух вещах я умолчала. Первая - в моей сумке лежал плащ, не включенный в опись. Плащ был аутентичным, я сама его воссоздала по образцу женской накидки тринадцатого века, но он был мой личный, и его не нужно было сдавать после возвращения. И вторая – я собиралась сделать то, что посчитали бы нарушением, собиралась попробовать перенести в свое время образец ткани с оригинальным оттенком.
Каждое действие само по себе не было таким уж страшным преступлением. Я вполне могла бы получить разрешение на использование своих личных вещей в прошлом, если они были бы признаны подходящими. И, теоретически, ничего страшного не должно было произойти, если бы я попробовала провезти какую-то вещь в будущее. На первых порах некоторые любопытствующие пытались что-то захватить с собой, но в итоге прибывали в свое время с пустыми руками, иногда со вспышкой энергии, которая могла на время вывести приборы (причем неважно, на каком источнике работающие) из строя. Эти неприятности вызвали запрет на привоз старинных вещей. Запрет был чисто формальным, я никогда не слышала, чтобы кого-то за это наказали, просто людям надоело пытаться делать заведомую глупость. Но я решила рискнуть, в случае неудачи объяснив тем, что нечаянно испачкала плащ в оригинальную краску.
Большой сложностью было попасть в красильный цех, потому что у меня не было никаких причин там находиться. Работали там только мужчины. Мне пришлось сочинить целую легенду о том, как какой-то богатый купец захотел наладить покупку линкольнских тканей, а для этого собирался посетить производство, чтобы убедиться в качестве окраски, но в последний момент серьезно заболел и вынужден был отправить вместо себя дочь, так как дело не терпело отлагательств, и он хотел завершить сделку поскорее, до того, как отправится к праотцам. Я была богато одета, производила впечатление знатной дамы, а таким женщинам в то время все же разрешалось чуть поболее, чем женщинам низшего сословия.
В которой раз я мысленно посетовала на то, что несмотря на установившееся в наше время равноправие, женщинам по-прежнему жилось гораздо сложнее во многих аспектах, в том числе при работе в сфере времени. И хотя в нашем просвещенном двадцать третьем веке никому бы не пришло в голову ограничивать посещение прошлого женщинами, в итоге мужчин-временщиков все равно было больше, потому что нам всегда было сложнее придумать легенду, по которой наше женское присутствие в том или ином месте прошлого было бы объяснимо.
В итоге я все же попала в красильный цех, где попросила показать, как ткань окрашивают в линкольнский зеленый. Во время демонстрации я словно невзначай засунула край своей накидки, которую держала в руках, в чан с синей краской, а позднее, переместившись к чану с желтой краской, проделала то же и там. При этом я внимательно слушала мастера красильщика, вовсю строя ему глазки, чтобы отвлечь его внимание на себя, а не на край моей накидки, мокнущей в чане. Он краснел, заикался, смущался и прятал глаза.
Удивительно, но мой в общем-то небогатый опыт флирта, который не срабатывал в родное мне время, на средневековых джентльменов действовал безотказно, так что мне даже нравилось этим заниматься – приятно было чувствовать свою силу и власть над мужчинами.
В итоге, я получила то, что хотела. Мастер провел меня к владельцу красильной мануфактуры, дабы мы могли «ударить по рукам» и подписать договор. Я выложила сумму, считающуюся авансом, и вот тут я совершила ошибку. Хозяин решил проявить галантность и помочь мне надеть мой плащ. От его наметанного глаза не укрылось, что край моей накидки имеет оттенок линкольнского зеленого. В наше время я успешно могла бы навешать лапши на уши про «случайно испачкалась», но средневековый хозяин прекрасно понимал, сколько мне пришлось простоять над обоими чанами, и вероятность того, что именно этот край попадал в чан с краской на нужный промежуток времени, стремилась к нулю. Он завопил, позвал охрану, начал кричать что-то про кражу секретов. Дальше я уже не слушала, так как стремительно убегала оттуда, только пятки сверкали…
- Думаю, ты легко оторвалась? – усмехнулся Уотерс.
Я перевела на него взгляд, пытаясь сообразить, кто этот мужчина, и чего он от меня хочет. Пока я рассказывала, перед моим взором стояла эпоха средневековья, я словно снова туда погрузилась, так что вопрос моего сотрапезника выбил меня из колеи.
- Нет, - ответила я, наконец осознав, что сижу на террасе, а передо мной остывает заказанное мною суфле.
- Нет? – удивился Уотерс. – Ты так слаба?
Современные люди намного превосходят в физическом плане людей прошлых веков, так что обычная женщина двадцать третьего века легко может оставить позади тренированного воина века тринадцатого.
- Они гнались за мной на конях, - сухо ответила я.
- Ясно, - кратко ответил Уотерс и поправился, - в смысле «понятно». Продолжай.
…Я думала, что легко оторвусь, и на первых порах, действительно, оставила между собой и красильным цехом приличное расстояние. Но через некоторое время услышала стук копыт и, обернувшись, увидела двоих всадников, несущихся за мной во весь опор. Была ли это на самом деле охрана, или кто-то, скажем, сыновья владельца, взял на себя миссию по поимке шпиона, крадущего секреты, я не знала. Мне в любом случае не стоило попадаться им в руки, и я припустила вдоль по улице с еще большей прытью.
К сожалению, неприступные стены средневековых улиц не давали пространства для маневра. Я могла нестись только вперед, не имея возможности свернуть или спрятаться. Конечно, я могла в любой момент «нажать тревожную кнопку» - послать в наше время сигнал, который означал, что я в опасности, и меня срочно требуется выдернуть из прошлого, но этого мне как раз не хотелось. Мне пришлось бы потом писать объяснительную, и к тому же впоследствии за мной был бы установлен более жесткий контроль, а я хотела избежать этого всеми силами. К счастью, время моей командировки в прошлое уже подходило к концу, и я вот-вот должна была вернуться в свой век, так что надеялась дождаться этого момента и благополучно отчалить отсюда в плановом порядке.
Впрочем, на всякий случай я решила учесть все варианты, а потому на ходу начала стягивать с себя окрашеную накидку и засовывать ее в сумку.
Ну, еще немного, еще чуть-чуть… Стук копыт приближался. Изредка мне попадались люди на улице, но они только пугливо жались к стенам, не желая ни во что вмешиваться, а я даже не думала просить о помощи, не желая подвергать их жизнь опасности. Меня-то могут выдернуть в будущее в любой момент, а им придется остаться и расхлебывать последствия.
На пути мне попалась таверна (я вспомнила ее), которая имела второй выход на другую улицу. Недолго думая, я нырнула внутрь. На мгновение ослепла, попав со света чуть ли не в полнейшую темноту, но с противоположной стороны кто-то вошел, распахнув дверь настежь, и я ринулась в очертившийся яркий прямоугольник.
Теперь меня преследовал лишь один всадник, который догадался объехать здание таверны. Ненамного, но все же лучше.
Усталость уже наваливалась свинцовым грузом, ноги подкашивались, а конь практически дышал мне в затылок. Я свернула за угол и уперлась взглядом в стену. Тупик. Я затормозила и обернулась. Не хватало еще, чтобы преследователь полоснул меня чем-нибудь по спине. И тут прямо передо мной возникла мужская фигура, загородив меня своими внушительными плечами от всадника. Меня настолько ошарашило это внезапное появление, что я уж было решила, что кого-то послали из будущего мне на выручку, и лишь потом до меня дошло, что незнакомец спрыгнул откуда-то сверху, видимо, с площадки каменной лестницы.
Он, не глядя, толкнул меня за свою спину и выдернул меч, наставив его в сторону всадника. Тот так же быстро, но чуть менее грациозно сделал зеркальное движение. Они нацелились друг в друга, но не двигались, предоставляя противнику шанс первому сделать выпад.
- Отдай ее мне. Она совершила преступление, - наконец, не выдержав, угрожающе прорычал мой преследователь.
- Попробуй, возьми, - поигрывая оружием, весело отозвался мой защитник.
- Да тебе-то что до нее? – удивился всадник.
- Понравилась, - легкомысленно отозвался парень, чья широкая спина мало того, что закрывала мне обзор, так еще и мешала его обойти.
Я приподнялась на цыпочки, чтобы проговорить ему в ухо и нечаянно коснулась грудью его спины:
- Можешь задержать его ненадолго? Я успею сбежать.
- Не успеешь. Ты выдохлась, - бросил он, даже не обернувшись ко мне. – Отойди подальше, не мешай, - и снова бесцеремонно оттолкнул меня назад.
Вот нахал! Спасибо, конечно, за желание помочь, только что-то я сомневаюсь, что он по доброте душевной это сделал. Скорей всего, решив, что я из знатных, захотел взять за меня выкуп. Одет он был так, что подобная мысль казалась логичной.
Я внимательно наблюдала за движениями противников, которые кружили друг перед другом, и пыталась вычислить момент, когда смогу проскочить в проход, если он появится. К сожалению, улица была слишком узкая.
Послышался цокот копыт, и в проулок въехал второй преследователь. Для еще одного коня здесь уже точно не было места, а потому подъехавший всадник, мгновенно оценив обстановку, сразу спешился, выхватывая клинок. Первый последовал его примеру. Мой защитник выхватил левой рукой кинжал и заметно напрягся. В следующий раз не будет помогать неизвестным барышням, убегающим от всадников. Если, конечно, у него появится этот следующий раз.
Хоть он мне и не понравился, смерти его я не желала, а потому подобралась поближе, надеясь чем-нибудь помочь.
Они оба сделали в его сторону выпад, но он легко, даже можно сказать, играючи отразил их нападение. Они поняли, что имеют дело с профессионалом, и чуть отступили.
- Оставь ее и уходи. Ты нам не нужен, - снова сказал первый преследователь.
- Не-а, - лениво отозвался парень.
- Ну, так умри! – зарычал снова первый, видимо, он был за главного, и они оба снова бросились на моего защитника. Сражался тот мастерски, уходя от их ударов или блокируя их, но их было двое, а места не хватало и на одного. У него был единственный вариант: убить их обоих, но мне этот вариант тоже не нравился. Не хотелось быть причиной чьей-нибудь смерти. Жили себе люди, жили, а тут я со своим дурацким желанием получить оригинальный линкольнский зеленый…
- Эй, стойте! – воскликнула я.
Преследователи на мгновение замерли, уставившись на меня, а парень так и не повернулся, следя за их движениями, но спина его снова напряглась.
Мне нужно потянуть время. Несколько минут, и я исчезну для них.
Я сложила руки в жесте молитвы, а потом, резко хлопнув, развела их. На обеих ладонях загорелся огонь. Детское развлечение, в любом магазине у нас продаются пакетики с химическим раствором для демонстрации фокусов. Я на всякий случай всегда с собой брала – вот, пригодилось.
- Северова, - раздалось сбоку, из-за декоративного выступа здания витиеватой формы, напоминающей вьющуюся по вертикальной стене ипомею. Я так глубоко погрузилась в свои думы, что даже не сразу сообразила, что зовут меня. – Эй, - послышался тихий легкий свист, - Северова!
Я так резко затормозила, что даже споткнулась. Мужская рука, внезапно высунувшаяся из-за выступа, поддержала меня на секунду, а затем втащила меня за выступ к ее владельцу, которым оказался все тот же Уотерс.
- Долго мыло варите! – хмыкнул он.
- Слушай, ну что тебе от меня, надо, а? – возмутилась я. Усталость, чувство вины, сомнения и так доконали меня, так что его шуточки были уже основательным перебором. – Иди себе с богом!
Он снова хмыкнул:
- Вы все, которым приходится мимикрировать под временной период, всегда так смешно говорите. Постоянно добавляете в нормальную речь старинные выражения. – И тут же посерьезнел. – Я, между прочим, тебя тут уже битых два часа жду и очень проголодался. Идем, - и невзирая на то, что я старательно упиралась пятками, потащил меня куда-то вдоль по узкому проходу между зданиями.
- Куда? – в конце концов пропыхтела я, как только до меня дошло, что вырваться не удастся.
- Есть, - ответил он, не оборачиваясь. – Сейчас найдем какое-нибудь место, где можно перекусить.
- Я не хочу.
- Хочешь.
- Слушай, а ты не обнаглел ли? – возмутилась я и снова начала упираться пятками в землю. – Может, ты не будешь за меня решать?
Он резко затормозил и повернулся ко мне, а я от неожиданности чуть не упала.
- По-моему, кто-то сегодня хотел получить какие-то ответы и для этого даже притащился к нам на факультет. Я ошибся? Моя помощь уже не нужна? Хорошо, иди! – и отпустил мою руку.
Мы тяжело дышали и буравили друг друга глазами, как гладиаторы на ринге.
Он прав. Мне нужна помощь. Мне не к кому обратиться, а он уже частично в курсе. И если он ждал меня два часа, то, видно, сильно заинтересовался непонятным явлением, а значит, ни за что никому не проговорится, захочет сам исследовать.
- Хорошо. Давай поедим, - вздохнув, согласилась я. – Только не нужно меня заставлять. Я и на обычные просьбы могу адекватно реагировать.
- Да ну? – начал он со своей обычной издевкой, но, заметив мой гневный взгляд, добавил уже с обычной человеческой улыбкой: – Окей. Убедила.
Как только мы сделали заказы и расположились на террасе, висящей среди ветвей деревьев, Уотерс сделал приглашающий жест:
- Рассказывай.
- Спасибо за разрешение, - фыркнула я.
- Теперь я понимаю, почему у тебя нет друзей, - как бы между прочим заметил он, отправляя в рот кусочек пирога с начинкой из мидий.
Его замечание оказалось неожиданно болезненным.
Сжав зубы, я попыталась успокоиться, чтобы снова не послать его куда подальше. Он мне нужен. Действительно, нужен. Если кто мне и может помочь, так только он. Нужно потерпеть и его хамский тон, и его насмешки.
- Ну что же ты? – поторопил он, совершенно не замечая моего состояния. – Начни с самого начала. Как тело оказалось в лаборатории? Как вообще тебе удалось его переместить по потоку?
- Это уже финал истории. А началось все с того, что я захотела получить оригинальный линкольнский зеленый.
- Судя по тому, как ты это говоришь, это охренеть какой крутой цвет, - заметил Уотерс. – Он очень важен для копирования?
- Для воспроизведения, - поправила я. – Это очень красивый цвет, и безбожно дорогой, по меркам тринадцатого века. Его никто не может правильно воспроизвести – он очень сложный в получении. Дело в том, что…
- Стоп-стоп-стоп. Давай ближе к теме. Ты решила его получить. И?..
Глава 2
…Все начиналось на удивление обыденно. Я сделала запрос на посещение города Линкольн в Англии тринадцатого века, описала научную задачу, по которой мне необходимо было собрать материал, получила соответствующую одежду, аксессуары и деньги, которые мне пригодятся в пункте назначения. Так как я отправлялась по этому маршруту уже не в первый раз, то весь процесс подготовки и оформления проходил привычно, быстро и формально, как бывает, когда никаких неожиданностей не предвидится.
Но о двух вещах я умолчала. Первая - в моей сумке лежал плащ, не включенный в опись. Плащ был аутентичным, я сама его воссоздала по образцу женской накидки тринадцатого века, но он был мой личный, и его не нужно было сдавать после возвращения. И вторая – я собиралась сделать то, что посчитали бы нарушением, собиралась попробовать перенести в свое время образец ткани с оригинальным оттенком.
Каждое действие само по себе не было таким уж страшным преступлением. Я вполне могла бы получить разрешение на использование своих личных вещей в прошлом, если они были бы признаны подходящими. И, теоретически, ничего страшного не должно было произойти, если бы я попробовала провезти какую-то вещь в будущее. На первых порах некоторые любопытствующие пытались что-то захватить с собой, но в итоге прибывали в свое время с пустыми руками, иногда со вспышкой энергии, которая могла на время вывести приборы (причем неважно, на каком источнике работающие) из строя. Эти неприятности вызвали запрет на привоз старинных вещей. Запрет был чисто формальным, я никогда не слышала, чтобы кого-то за это наказали, просто людям надоело пытаться делать заведомую глупость. Но я решила рискнуть, в случае неудачи объяснив тем, что нечаянно испачкала плащ в оригинальную краску.
Большой сложностью было попасть в красильный цех, потому что у меня не было никаких причин там находиться. Работали там только мужчины. Мне пришлось сочинить целую легенду о том, как какой-то богатый купец захотел наладить покупку линкольнских тканей, а для этого собирался посетить производство, чтобы убедиться в качестве окраски, но в последний момент серьезно заболел и вынужден был отправить вместо себя дочь, так как дело не терпело отлагательств, и он хотел завершить сделку поскорее, до того, как отправится к праотцам. Я была богато одета, производила впечатление знатной дамы, а таким женщинам в то время все же разрешалось чуть поболее, чем женщинам низшего сословия.
В которой раз я мысленно посетовала на то, что несмотря на установившееся в наше время равноправие, женщинам по-прежнему жилось гораздо сложнее во многих аспектах, в том числе при работе в сфере времени. И хотя в нашем просвещенном двадцать третьем веке никому бы не пришло в голову ограничивать посещение прошлого женщинами, в итоге мужчин-временщиков все равно было больше, потому что нам всегда было сложнее придумать легенду, по которой наше женское присутствие в том или ином месте прошлого было бы объяснимо.
В итоге я все же попала в красильный цех, где попросила показать, как ткань окрашивают в линкольнский зеленый. Во время демонстрации я словно невзначай засунула край своей накидки, которую держала в руках, в чан с синей краской, а позднее, переместившись к чану с желтой краской, проделала то же и там. При этом я внимательно слушала мастера красильщика, вовсю строя ему глазки, чтобы отвлечь его внимание на себя, а не на край моей накидки, мокнущей в чане. Он краснел, заикался, смущался и прятал глаза.
Удивительно, но мой в общем-то небогатый опыт флирта, который не срабатывал в родное мне время, на средневековых джентльменов действовал безотказно, так что мне даже нравилось этим заниматься – приятно было чувствовать свою силу и власть над мужчинами.
В итоге, я получила то, что хотела. Мастер провел меня к владельцу красильной мануфактуры, дабы мы могли «ударить по рукам» и подписать договор. Я выложила сумму, считающуюся авансом, и вот тут я совершила ошибку. Хозяин решил проявить галантность и помочь мне надеть мой плащ. От его наметанного глаза не укрылось, что край моей накидки имеет оттенок линкольнского зеленого. В наше время я успешно могла бы навешать лапши на уши про «случайно испачкалась», но средневековый хозяин прекрасно понимал, сколько мне пришлось простоять над обоими чанами, и вероятность того, что именно этот край попадал в чан с краской на нужный промежуток времени, стремилась к нулю. Он завопил, позвал охрану, начал кричать что-то про кражу секретов. Дальше я уже не слушала, так как стремительно убегала оттуда, только пятки сверкали…
- Думаю, ты легко оторвалась? – усмехнулся Уотерс.
Я перевела на него взгляд, пытаясь сообразить, кто этот мужчина, и чего он от меня хочет. Пока я рассказывала, перед моим взором стояла эпоха средневековья, я словно снова туда погрузилась, так что вопрос моего сотрапезника выбил меня из колеи.
- Нет, - ответила я, наконец осознав, что сижу на террасе, а передо мной остывает заказанное мною суфле.
- Нет? – удивился Уотерс. – Ты так слаба?
Современные люди намного превосходят в физическом плане людей прошлых веков, так что обычная женщина двадцать третьего века легко может оставить позади тренированного воина века тринадцатого.
- Они гнались за мной на конях, - сухо ответила я.
- Ясно, - кратко ответил Уотерс и поправился, - в смысле «понятно». Продолжай.
…Я думала, что легко оторвусь, и на первых порах, действительно, оставила между собой и красильным цехом приличное расстояние. Но через некоторое время услышала стук копыт и, обернувшись, увидела двоих всадников, несущихся за мной во весь опор. Была ли это на самом деле охрана, или кто-то, скажем, сыновья владельца, взял на себя миссию по поимке шпиона, крадущего секреты, я не знала. Мне в любом случае не стоило попадаться им в руки, и я припустила вдоль по улице с еще большей прытью.
К сожалению, неприступные стены средневековых улиц не давали пространства для маневра. Я могла нестись только вперед, не имея возможности свернуть или спрятаться. Конечно, я могла в любой момент «нажать тревожную кнопку» - послать в наше время сигнал, который означал, что я в опасности, и меня срочно требуется выдернуть из прошлого, но этого мне как раз не хотелось. Мне пришлось бы потом писать объяснительную, и к тому же впоследствии за мной был бы установлен более жесткий контроль, а я хотела избежать этого всеми силами. К счастью, время моей командировки в прошлое уже подходило к концу, и я вот-вот должна была вернуться в свой век, так что надеялась дождаться этого момента и благополучно отчалить отсюда в плановом порядке.
Впрочем, на всякий случай я решила учесть все варианты, а потому на ходу начала стягивать с себя окрашеную накидку и засовывать ее в сумку.
Ну, еще немного, еще чуть-чуть… Стук копыт приближался. Изредка мне попадались люди на улице, но они только пугливо жались к стенам, не желая ни во что вмешиваться, а я даже не думала просить о помощи, не желая подвергать их жизнь опасности. Меня-то могут выдернуть в будущее в любой момент, а им придется остаться и расхлебывать последствия.
На пути мне попалась таверна (я вспомнила ее), которая имела второй выход на другую улицу. Недолго думая, я нырнула внутрь. На мгновение ослепла, попав со света чуть ли не в полнейшую темноту, но с противоположной стороны кто-то вошел, распахнув дверь настежь, и я ринулась в очертившийся яркий прямоугольник.
Теперь меня преследовал лишь один всадник, который догадался объехать здание таверны. Ненамного, но все же лучше.
Усталость уже наваливалась свинцовым грузом, ноги подкашивались, а конь практически дышал мне в затылок. Я свернула за угол и уперлась взглядом в стену. Тупик. Я затормозила и обернулась. Не хватало еще, чтобы преследователь полоснул меня чем-нибудь по спине. И тут прямо передо мной возникла мужская фигура, загородив меня своими внушительными плечами от всадника. Меня настолько ошарашило это внезапное появление, что я уж было решила, что кого-то послали из будущего мне на выручку, и лишь потом до меня дошло, что незнакомец спрыгнул откуда-то сверху, видимо, с площадки каменной лестницы.
Он, не глядя, толкнул меня за свою спину и выдернул меч, наставив его в сторону всадника. Тот так же быстро, но чуть менее грациозно сделал зеркальное движение. Они нацелились друг в друга, но не двигались, предоставляя противнику шанс первому сделать выпад.
- Отдай ее мне. Она совершила преступление, - наконец, не выдержав, угрожающе прорычал мой преследователь.
- Попробуй, возьми, - поигрывая оружием, весело отозвался мой защитник.
- Да тебе-то что до нее? – удивился всадник.
- Понравилась, - легкомысленно отозвался парень, чья широкая спина мало того, что закрывала мне обзор, так еще и мешала его обойти.
Я приподнялась на цыпочки, чтобы проговорить ему в ухо и нечаянно коснулась грудью его спины:
- Можешь задержать его ненадолго? Я успею сбежать.
- Не успеешь. Ты выдохлась, - бросил он, даже не обернувшись ко мне. – Отойди подальше, не мешай, - и снова бесцеремонно оттолкнул меня назад.
Вот нахал! Спасибо, конечно, за желание помочь, только что-то я сомневаюсь, что он по доброте душевной это сделал. Скорей всего, решив, что я из знатных, захотел взять за меня выкуп. Одет он был так, что подобная мысль казалась логичной.
Я внимательно наблюдала за движениями противников, которые кружили друг перед другом, и пыталась вычислить момент, когда смогу проскочить в проход, если он появится. К сожалению, улица была слишком узкая.
Послышался цокот копыт, и в проулок въехал второй преследователь. Для еще одного коня здесь уже точно не было места, а потому подъехавший всадник, мгновенно оценив обстановку, сразу спешился, выхватывая клинок. Первый последовал его примеру. Мой защитник выхватил левой рукой кинжал и заметно напрягся. В следующий раз не будет помогать неизвестным барышням, убегающим от всадников. Если, конечно, у него появится этот следующий раз.
Хоть он мне и не понравился, смерти его я не желала, а потому подобралась поближе, надеясь чем-нибудь помочь.
Они оба сделали в его сторону выпад, но он легко, даже можно сказать, играючи отразил их нападение. Они поняли, что имеют дело с профессионалом, и чуть отступили.
- Оставь ее и уходи. Ты нам не нужен, - снова сказал первый преследователь.
- Не-а, - лениво отозвался парень.
- Ну, так умри! – зарычал снова первый, видимо, он был за главного, и они оба снова бросились на моего защитника. Сражался тот мастерски, уходя от их ударов или блокируя их, но их было двое, а места не хватало и на одного. У него был единственный вариант: убить их обоих, но мне этот вариант тоже не нравился. Не хотелось быть причиной чьей-нибудь смерти. Жили себе люди, жили, а тут я со своим дурацким желанием получить оригинальный линкольнский зеленый…
- Эй, стойте! – воскликнула я.
Преследователи на мгновение замерли, уставившись на меня, а парень так и не повернулся, следя за их движениями, но спина его снова напряглась.
Мне нужно потянуть время. Несколько минут, и я исчезну для них.
Я сложила руки в жесте молитвы, а потом, резко хлопнув, развела их. На обеих ладонях загорелся огонь. Детское развлечение, в любом магазине у нас продаются пакетики с химическим раствором для демонстрации фокусов. Я на всякий случай всегда с собой брала – вот, пригодилось.
