Пытаясь прийти в себя, Призрак успел заметить, как ему прямо в голову летит большая ветка. Она двигалась не по дуге, а ровно, как стрела, будто её кто-то направил.
Последнее, что успел увидеть сталкер, — как ветка со всего маха угодила ему прямо в лоб. Сознание покинуло тело.
Когда Призрак пришёл в себя, первая мысль обожгла почти с облегчением: «Я в раю». Настолько всё вокруг было чистым и белым, что резало глаза. На потолке ровно и безмятежно горели люминесцентные лампы дневного света, будто здесь вообще не существовало сумрака Зоны. Кровать, на которой он лежал, тоже была белой и такой чистой, что казалась нереальной. У стены напротив стоял шкаф со стеклянными дверцами, а за ними на полках теснились баночки и колбочки, словно в забытой лаборатории.
У правой стены за столом сидел мужчина в белом халате — стало быть, доктор. Волосы у него были пепельнобелые, почти седые. Он сидел к Призраку спиной и чтото писал. Сталкер не мог разглядеть лица, но чувствовал: этот человек знает о нём больше, чем следовало бы.
Доктор будто ощутил взгляд: положил ручку, закрыл журнал. Медленно выпрямился и встал. Немного помедлив, повернулся. Лицо скрывала марлевая маска, какую носят обычные врачи, но глаза были видны — зелёные, глубоко посаженные, с тяжёлым прищуром. На лице темнели множественные шрамы, но они не уродовали, а словно вписывались в этот портрет, как следы долгих разговоров с Зоной.
— Ну что, сталкер, очухался? — голос у доктора был спокойный, с хрипотцой, будто он привык говорить тихо, чтобы не спугнуть тишину.
— Я — Болотный Доктор. Извини моих помощников за шишку на голове. В противном случае ты бы не позволил себя спасти.
Призрак вспомнил болото, чьюто фигуру между деревьев, резкую боль — и всё провалилось в темноту. Он попытался поднять правую руку, чтобы проверить голову, но рука была привязана.
— Хорошо, вы — Болотный Доктор, живёте на болоте, в Зоне… И кого вы тут лечите?
— Всех, кому нужна помощь.
— Кстати, а кто меня так по голове саданул?
— Бюррер. Он ко мне пришёл, когда мародёры гранатой его саданули. Думал, не выживет. Теперь всегда рядом, помогает.
Призрак нахмурился:
— А почему они на вас не нападают? Они же только и знают, что людей убивать.
— Ты в этом уверен? — доктор чуть наклонил голову, и в этом движении было столько усталости, что Призрак невольно задумался. — Может, они просто защищают себя, защищают свою территорию? Вам, сталкерам, это в голову не приходило?
— Как вы с ними вообще общаетесь? Знаете их язык?
— Нет. Я просто чувствую их мысли.
Он сделал паузу, а потом добавил, многозначительно глядя на Призрака:
— Да и теперь не только я.
Холодок пробежал по спине сталкера.
— Я слышал, ты выброс пережил, Призрак?
— Откуда вы знаете, как меня зовут?
— Это не столь важно, — спокойно ответил доктор. Лучше скажи, как ты одолел контролёра? Даже самые отважные и сильные сталкеры стараются с ним не сталкиваться.
Призрак на мгновение зажмурился, будто пытаясь удержать картинку.
— Понимаете, док… В тот момент я видел дом, видел друзей. А потом на меня накатила такая непреодолимая злость, что захотелось его прикончить. Я буквально видел, как хватаю его за шею и душу. А потом он и правда умер, и на меня нахлынула тишина. Такая глубокая, будто весь мир выключили.
Доктор кивнул, словно услышал именно то, что ожидал.
— Что со мной, док? — в голосе Призрака впервые прозвучала не злость, а настоящая тревога.
— Видишь ли, мой друг… Ты пережил выброс, и ты не умер. Значит, в твоём теле произошли изменения. Мутации — называй как хочешь. Что ещё необычного ты в себе заметил?
Призрак помолчал, подбирая слова, будто боялся их произнести:
— Я уже несколько дней не включаю ПДА… Но вижу аномалии. Чувствую, где радиация.
Доктор не удивился. Он смотрел так, будто видел не только тело Призрака, а всю его историю.
— Док… Я что, теперь тоже мутант?
— В какомто смысле — да.
Он резко хлопнул ладонью по столу, и звук прозвучал в комнате неожиданно громко.
— После катастрофы территорию охраняли силовики. Охраняли, охраняли — и тут второй мощный взрыв. Вспышка была такой силы, что облака просто растворились, а почти все солдаты, что держали периметр, погибли. Но ходят слухи: немногие, кто пережил ту вспышку, превратились в первых мутантов. Понимаешь, откуда всё началось?
Призрак медленно кивнул. Слова ложились на сознание, как тяжёлые камни.
— Понятно… Только что теперь делать мне?
— Это уже тебе решать, Призрак.
Доктор чуть наклонился вперёд.
— И будь осторожен. Я слышал, что учёные после твоего визита собрали какуюто экспедицию к центру Зоны.
— Зачем?
— Вот этого я не знаю. Просто предупредил.
— Спасибо, док, — тихо сказал Призрак.
Отблагодарив Болотного Доктора, он собрался уходить. Чтобы Призрак не заблудился на болотах, доктор отправил с ним своего «помощника» — того самого бюррера, который когдато едва не погиб от гранаты.
Проводив сталкера до окраины болот, бюррер развернулся и побрёл обратно, оставив Призрака наедине с собой и с Зоной — такой же молчаливой, как и его собственные мысли. Земля под ногами наконец стала сухой и твёрдой, и это простое ощущение надёжной опоры радовало почти до слёз.
Впереди высился небольшой холм, на гребне которого росло несколько сосен — будто часовые, охранявшие покой этого места. Призрак направился туда. Поднявшись, он сел под деревом, достал ПДА и включил его, чтобы проверить почту. Сообщений было много, и он пролистывал их почти без интереса, пока взгляд не зацепился за пометку «ВАЖНО!».
В сообщении говорилось об исчезновении научной экспедиции из Киева. Пропали в районе под названием «Лесопилка». Сверившись с картой, Призрак отметил, что до упомянутого места ему нужно пройти всего пару километров.
Он перевёл ПДА в режим ожидания и закурил. Дым поднимался тонкой струйкой и тут же растворялся в тяжёлом воздухе Зоны.
«А может, это и есть те, про кого говорил Болотный Доктор?» — думал Призрак, и вопросы сыпались один за другим, как камни с обрыва.
«Но зачем меня искать научникам? Что им от меня нужно? Что их заинтересовало?»
Или… Сталкер снова призадумался, и новая мысль обожгла его изнутри, горькая и злая:
«Или им стало известно, что я пережил выброс под открытым небом, и теперь для них я — словно диковинная зверюшка, экспонат для опытов».
От этой мысли злость начала распирать его изнутри, как перегретый пар в котле. Призрак сделал глоток из фляжки, и понемногу ярость начала оседать, уступая место холодной, привычной собранности.
ПДА тихо пискнул. На экране горело новое сообщение — от Сидоровича. Бармен предлагал подзаработать: прочесать район «Лесопилка» и найти какой-то новый аппарат научников. Плата была весьма солидной.
Деньги в Зоне значили многое — они означали патроны, еду, лекарства, шанс выжить ещё на один день. Немного поразмыслив, Призрак решил согласиться.
— Хорошо, я возьмусь за это дело, — набрал он в ответ, — но курьером работать не намерен.
Сидорович ответил почти сразу:
— Главное — найди этот аппарат и сообщи мне. А как у тебя его забрать — это я решу сам.
Призрак взглянул на серые тучи, будто хотел прочесть в них будущее, и отправился к «Лесопилке».
«Интересно, что за аппарат нужен Сидоровичу? И эти научники… Одни пропали, другие, похоже, решили найти меня. С каждым днём в Зоне становится всё интереснее и интереснее».
Ещё один день подходил к концу. До выброса оставалось несколько часов.
Преодолев ещё один холм, густо заросший высокой травой, Призрак наконец смог разглядеть впереди строения. Он подошёл к первому зданию, когда уже стемнело. Вокруг строения и внутри него было множество аномалий всех мастей, а в воздухе висел жгучий пух, цеплявшийся к одежде, как злые иглы.
— И где мне искать этот аппарат? — пробормотал Призрак себе под нос. — И как он вообще выглядит?
Обогащая свой мозг новыми вопросами, он старался как можно быстрее обойти аномалии и найти безопасное место. Он не боялся ночной Зоны — его гнало вперёд приближение нового выброса.
Обойдя здание, Призрак вышел на двор лесопилки. Только здесь он начал ощущать что-то странное — невидимое, но ощутимое, как электрический разряд на коже. Пока он не мог понять, что именно его тревожит.
И только подойдя к сторожке, он увидел, что его беспокоило. В оконном проёме висел яркий сгусток энергии — фантом. Он переливался, как живой огонь, и от него веяло не жаром, а каким-то странным, почти человеческим вниманием.
Призрак на мгновение позволил себе улыбнуться уголком рта — редкая эмоция в этих краях. Но улыбка тут же погасла.
Не успел он отойти на пару метров, как вдруг услышал голос:
— Не уходи!
Призрак резко обернулся, но вокруг никого не было. «Схожу с ума», — мелькнуло в голове. Но тут голос прозвучал снова, всё так же настойчиво:
— Не уходи!
Сталкер начал осматриваться внимательнее, и только теперь заметил, что шар в сторожке не движется хаотично, а висит возле самого оконного проёма, будто специально поджидая его. И тогда до него дошло: с ним говорит фантом.
— Ты… ты со мной говоришь? — спросил Призрак, сам не зная, хочет ли услышать ответ.
— А ты разве здесь ещё кого-нибудь видишь? — ответил шар. Голос звучал не из воздуха, а будто прямо в голове, лёгкий, насмешливый, но без злобы. — Да ты не тушуйся, всё нормально.
— Так ты выйди на улицу, поговорим, — сказал сталкер, не скрывая оружия.
— В этом и вся проблема, — с неподдельной грустью проговорил яркий шарик. — Мы, фантомы, не можем покинуть контур того места, где появились.
— Но если я войду, ты же сможешь сделать всё что угодно, только ради того, чтобы убить меня! — со злостью проговорил Призрак, краем глаза замечая, как небо обретает багровый оттенок, предвещающий близость выброса.
— Я убивал тех, кто ни с того ни с сего начинал пытаться меня убить. Я защищался. Хотя дело твоё. Но могу сказать тебе, сталкер: поблизости нет места, где можно было бы укрыться от выброса.
Делать нечего, подумал Призрак. Остаться на улице — значит погибнуть от выброса. Войти — есть шанс уцелеть, а если фантом нападёт, у него будет возможность защититься.
Только он переступил порог, как прогремел гром, и нарастающий гул Зоны заполнил всё вокруг, словно сама земля готовилась к удару.
— За мной! — крикнул фантом. — Здесь есть подвал!
Держа «проводника» на прицеле, Призрак пошёл следом.
В подвале было светло — необъяснимо, но лампочки горели, будто здесь до сих пор работала какая-то древняя, упрямая система. Коридор тянулся метров на десять, и по обе стороны из него вели двери: справа — три, слева — четыре.
Фантом влетел во вторую комнату слева, прямо сквозь дверь. Подойдя к первой двери справа, Призрак уже хотел её открыть, но фантом, снова вылетевший сквозь преграду, остановил его:
— Не открывай! Там бюрреры. Я их туда заманил, когда появился здесь. Они мне очень мешали.
Немного помолчав, фантом добавил с едва уловимой иронией:
— Психи.
И снова влетел в ту же комнату, крикнув на ходу:
— Сюда!
Открыв дверь, куда исчез фантом, Призрак увидел богатый схрон. Вдоль стен стояли многоярусные металлические стеллажи, на полках которых лежало оружие, боеприпасы, различные артефакты. А на полу лежали не просто трупы — скорее трухлявые скелеты, будто время здесь текло быстрее, пожирая всё подряд.
При виде этого богатства и смерти, застывшей в каждом углу, тело Призрака наполнилось яростью, готовой вырваться наружу.
— Это так ты мне предложил безопасное место? — прорычал он, зло глядя на замершего на месте фантома.
— Они хотели украсть мои драгоценности, — просто ответил шар, и в этом голосе не было оправданий — только усталое признание факта.
Глаза Призрака вспыхнули яркожёлтым светом, словно в них разгорелось чужое пламя. Он протянул руки в сторону фантома, не отрывая взгляда, и мысленно представил, как разрывает эту светящуюся сущность на части.
Схватив невидимого противника, он резко развёл руки в разные стороны.
— Ччто ты делаешь? — закричал фантом.
— Нееет!
Это был последний вопль, который услышал Призрак. Фантом вспыхнул, как яркая звезда, и с лёгким хлопком погас.
А потом и сам сталкер почувствовал, как тьма накрывает его с головой, и сознание покинуло тело.
Сознание вернулось не мягко, а ударило дикой болью — будто кто-то сжимал череп стальными обручами, а по телу прошёлся бульдозер. Призрак открыл глаза и понял, что всё ещё в подвале. В дальнем углу темнел металлический шкаф, и какая-то упрямая мысль не давала покоя: там есть что-то важное.
Пересиливая головокружение, он принял сидячее положение. Мир качнулся и едва не уплыл из-под век. Во рту пересохло, язык казался чужим. Опустившись на четвереньки, Призрак пополз к шкафу, удивляясь про себя: «Как дети вообще так быстро лазают?»
Дверца поддалась с лёгким скрипом. На полках лежали пищевые пакеты, но главное — там была вода. Он пил жадно, не думая о том, сколько времени прошло, не замечая ничего, кроме этой живительной влаги. Когда жажда отступила, в голове прояснилось.
И тут снова потянуло к той самой первой двери — той, про которую говорил фантом. Что-то внутри настойчиво звало туда, и Призрак не смог этому сопротивляться. Собравшись с силами, он тяжело поднялся и вышел в коридор.
Тусклый свет едва пробивался сквозь пыль, оседавшую в воздухе, словно пепел после большого пожара. Подойдя к двери, Призрак не услышал ничего особенного, но кожей чувствовал: за ней кто-то есть. В памяти всплыли слова фантома: «Там бюрреры».
«Кто такие бюрреры?» — снова пронеслось в голове. Он много раз слышал это слово, но никогда не видел их своими глазами.
Сделав глубокий вдох, Призрак распахнул дверь. Она поддалась легко, почти беззвучно. В комнате царил полумрак, и повсюду громоздились деревянные ящики с надписями на английском.
Вдруг один из ящиков неподалёку затрясся, а затем взмыл в воздух и завис на уровне груди. Призрак застыл, глядя на левитацию, как на невозможное чудо. А в следующее мгновение ящик рванулся к нему.
В последнюю секунду он выставил руку вперёд — и в этот момент ощутил, как что-то внутри него шевельнулось. Тёплая волна, похожая на поток воды, наполнила тело, потекла в руку и упруго сомкнулась вокруг ящика. Тот замер, повинуясь его воле. Призрак чётко чувствовал его вес и сопротивление, а потом со всей силы оттолкнул прочь.
Ящик улетел, как шар для боулинга, и через секунду раздался грохот ломающихся досок. Тут же послышалось сопение, а затем и рычание. Призрак напряжённо вглядывался в темноту, но не мог разглядеть источник звуков.
Внезапно все ящики в комнате взмыли в воздух. И снова это странное чувство: он словно видел невидимого противника. Вытянув руку, Призрак представил, что хватает его за горло, и слегка сжал пальцы.
Ощущение было странным, будто он держал в вытянутой руке кота — нечто живое, тяжёлое, сопротивляющееся. Ящики разом рухнули на пол, подняв фонтан пыли. Из темноты доносилось тяжёлое сопение: кто-то отчаянно пытался вырваться из невидимой хватки.
Призрак потянул эту невидимую верёвку на себя — и на свет, болтаясь в воздухе, выплыл карлик. Его шея была сжата невидимой петлёй, а глаза расширились от ужаса. Он пытался разжать несуществующие пальцы, но тщетно.
Последнее, что успел увидеть сталкер, — как ветка со всего маха угодила ему прямо в лоб. Сознание покинуло тело.
ГЛАВА VIII. БОЛОТНЫЙ ДОКТОР
Когда Призрак пришёл в себя, первая мысль обожгла почти с облегчением: «Я в раю». Настолько всё вокруг было чистым и белым, что резало глаза. На потолке ровно и безмятежно горели люминесцентные лампы дневного света, будто здесь вообще не существовало сумрака Зоны. Кровать, на которой он лежал, тоже была белой и такой чистой, что казалась нереальной. У стены напротив стоял шкаф со стеклянными дверцами, а за ними на полках теснились баночки и колбочки, словно в забытой лаборатории.
У правой стены за столом сидел мужчина в белом халате — стало быть, доктор. Волосы у него были пепельнобелые, почти седые. Он сидел к Призраку спиной и чтото писал. Сталкер не мог разглядеть лица, но чувствовал: этот человек знает о нём больше, чем следовало бы.
Доктор будто ощутил взгляд: положил ручку, закрыл журнал. Медленно выпрямился и встал. Немного помедлив, повернулся. Лицо скрывала марлевая маска, какую носят обычные врачи, но глаза были видны — зелёные, глубоко посаженные, с тяжёлым прищуром. На лице темнели множественные шрамы, но они не уродовали, а словно вписывались в этот портрет, как следы долгих разговоров с Зоной.
— Ну что, сталкер, очухался? — голос у доктора был спокойный, с хрипотцой, будто он привык говорить тихо, чтобы не спугнуть тишину.
— Я — Болотный Доктор. Извини моих помощников за шишку на голове. В противном случае ты бы не позволил себя спасти.
Призрак вспомнил болото, чьюто фигуру между деревьев, резкую боль — и всё провалилось в темноту. Он попытался поднять правую руку, чтобы проверить голову, но рука была привязана.
— Хорошо, вы — Болотный Доктор, живёте на болоте, в Зоне… И кого вы тут лечите?
— Всех, кому нужна помощь.
— Кстати, а кто меня так по голове саданул?
— Бюррер. Он ко мне пришёл, когда мародёры гранатой его саданули. Думал, не выживет. Теперь всегда рядом, помогает.
Призрак нахмурился:
— А почему они на вас не нападают? Они же только и знают, что людей убивать.
— Ты в этом уверен? — доктор чуть наклонил голову, и в этом движении было столько усталости, что Призрак невольно задумался. — Может, они просто защищают себя, защищают свою территорию? Вам, сталкерам, это в голову не приходило?
— Как вы с ними вообще общаетесь? Знаете их язык?
— Нет. Я просто чувствую их мысли.
Он сделал паузу, а потом добавил, многозначительно глядя на Призрака:
— Да и теперь не только я.
Холодок пробежал по спине сталкера.
— Я слышал, ты выброс пережил, Призрак?
— Откуда вы знаете, как меня зовут?
— Это не столь важно, — спокойно ответил доктор. Лучше скажи, как ты одолел контролёра? Даже самые отважные и сильные сталкеры стараются с ним не сталкиваться.
Призрак на мгновение зажмурился, будто пытаясь удержать картинку.
— Понимаете, док… В тот момент я видел дом, видел друзей. А потом на меня накатила такая непреодолимая злость, что захотелось его прикончить. Я буквально видел, как хватаю его за шею и душу. А потом он и правда умер, и на меня нахлынула тишина. Такая глубокая, будто весь мир выключили.
Доктор кивнул, словно услышал именно то, что ожидал.
— Что со мной, док? — в голосе Призрака впервые прозвучала не злость, а настоящая тревога.
— Видишь ли, мой друг… Ты пережил выброс, и ты не умер. Значит, в твоём теле произошли изменения. Мутации — называй как хочешь. Что ещё необычного ты в себе заметил?
Призрак помолчал, подбирая слова, будто боялся их произнести:
— Я уже несколько дней не включаю ПДА… Но вижу аномалии. Чувствую, где радиация.
Доктор не удивился. Он смотрел так, будто видел не только тело Призрака, а всю его историю.
— Док… Я что, теперь тоже мутант?
— В какомто смысле — да.
Он резко хлопнул ладонью по столу, и звук прозвучал в комнате неожиданно громко.
— После катастрофы территорию охраняли силовики. Охраняли, охраняли — и тут второй мощный взрыв. Вспышка была такой силы, что облака просто растворились, а почти все солдаты, что держали периметр, погибли. Но ходят слухи: немногие, кто пережил ту вспышку, превратились в первых мутантов. Понимаешь, откуда всё началось?
Призрак медленно кивнул. Слова ложились на сознание, как тяжёлые камни.
— Понятно… Только что теперь делать мне?
— Это уже тебе решать, Призрак.
Доктор чуть наклонился вперёд.
— И будь осторожен. Я слышал, что учёные после твоего визита собрали какуюто экспедицию к центру Зоны.
— Зачем?
— Вот этого я не знаю. Просто предупредил.
— Спасибо, док, — тихо сказал Призрак.
Отблагодарив Болотного Доктора, он собрался уходить. Чтобы Призрак не заблудился на болотах, доктор отправил с ним своего «помощника» — того самого бюррера, который когдато едва не погиб от гранаты.
ГЛАВА IX. ЦЕНТР ЗОНЫ
Проводив сталкера до окраины болот, бюррер развернулся и побрёл обратно, оставив Призрака наедине с собой и с Зоной — такой же молчаливой, как и его собственные мысли. Земля под ногами наконец стала сухой и твёрдой, и это простое ощущение надёжной опоры радовало почти до слёз.
Впереди высился небольшой холм, на гребне которого росло несколько сосен — будто часовые, охранявшие покой этого места. Призрак направился туда. Поднявшись, он сел под деревом, достал ПДА и включил его, чтобы проверить почту. Сообщений было много, и он пролистывал их почти без интереса, пока взгляд не зацепился за пометку «ВАЖНО!».
В сообщении говорилось об исчезновении научной экспедиции из Киева. Пропали в районе под названием «Лесопилка». Сверившись с картой, Призрак отметил, что до упомянутого места ему нужно пройти всего пару километров.
Он перевёл ПДА в режим ожидания и закурил. Дым поднимался тонкой струйкой и тут же растворялся в тяжёлом воздухе Зоны.
«А может, это и есть те, про кого говорил Болотный Доктор?» — думал Призрак, и вопросы сыпались один за другим, как камни с обрыва.
«Но зачем меня искать научникам? Что им от меня нужно? Что их заинтересовало?»
Или… Сталкер снова призадумался, и новая мысль обожгла его изнутри, горькая и злая:
«Или им стало известно, что я пережил выброс под открытым небом, и теперь для них я — словно диковинная зверюшка, экспонат для опытов».
От этой мысли злость начала распирать его изнутри, как перегретый пар в котле. Призрак сделал глоток из фляжки, и понемногу ярость начала оседать, уступая место холодной, привычной собранности.
ПДА тихо пискнул. На экране горело новое сообщение — от Сидоровича. Бармен предлагал подзаработать: прочесать район «Лесопилка» и найти какой-то новый аппарат научников. Плата была весьма солидной.
Деньги в Зоне значили многое — они означали патроны, еду, лекарства, шанс выжить ещё на один день. Немного поразмыслив, Призрак решил согласиться.
— Хорошо, я возьмусь за это дело, — набрал он в ответ, — но курьером работать не намерен.
Сидорович ответил почти сразу:
— Главное — найди этот аппарат и сообщи мне. А как у тебя его забрать — это я решу сам.
Призрак взглянул на серые тучи, будто хотел прочесть в них будущее, и отправился к «Лесопилке».
«Интересно, что за аппарат нужен Сидоровичу? И эти научники… Одни пропали, другие, похоже, решили найти меня. С каждым днём в Зоне становится всё интереснее и интереснее».
Ещё один день подходил к концу. До выброса оставалось несколько часов.
Преодолев ещё один холм, густо заросший высокой травой, Призрак наконец смог разглядеть впереди строения. Он подошёл к первому зданию, когда уже стемнело. Вокруг строения и внутри него было множество аномалий всех мастей, а в воздухе висел жгучий пух, цеплявшийся к одежде, как злые иглы.
— И где мне искать этот аппарат? — пробормотал Призрак себе под нос. — И как он вообще выглядит?
Обогащая свой мозг новыми вопросами, он старался как можно быстрее обойти аномалии и найти безопасное место. Он не боялся ночной Зоны — его гнало вперёд приближение нового выброса.
Обойдя здание, Призрак вышел на двор лесопилки. Только здесь он начал ощущать что-то странное — невидимое, но ощутимое, как электрический разряд на коже. Пока он не мог понять, что именно его тревожит.
И только подойдя к сторожке, он увидел, что его беспокоило. В оконном проёме висел яркий сгусток энергии — фантом. Он переливался, как живой огонь, и от него веяло не жаром, а каким-то странным, почти человеческим вниманием.
Призрак на мгновение позволил себе улыбнуться уголком рта — редкая эмоция в этих краях. Но улыбка тут же погасла.
Не успел он отойти на пару метров, как вдруг услышал голос:
— Не уходи!
Призрак резко обернулся, но вокруг никого не было. «Схожу с ума», — мелькнуло в голове. Но тут голос прозвучал снова, всё так же настойчиво:
— Не уходи!
Сталкер начал осматриваться внимательнее, и только теперь заметил, что шар в сторожке не движется хаотично, а висит возле самого оконного проёма, будто специально поджидая его. И тогда до него дошло: с ним говорит фантом.
— Ты… ты со мной говоришь? — спросил Призрак, сам не зная, хочет ли услышать ответ.
— А ты разве здесь ещё кого-нибудь видишь? — ответил шар. Голос звучал не из воздуха, а будто прямо в голове, лёгкий, насмешливый, но без злобы. — Да ты не тушуйся, всё нормально.
— Так ты выйди на улицу, поговорим, — сказал сталкер, не скрывая оружия.
— В этом и вся проблема, — с неподдельной грустью проговорил яркий шарик. — Мы, фантомы, не можем покинуть контур того места, где появились.
— Но если я войду, ты же сможешь сделать всё что угодно, только ради того, чтобы убить меня! — со злостью проговорил Призрак, краем глаза замечая, как небо обретает багровый оттенок, предвещающий близость выброса.
— Я убивал тех, кто ни с того ни с сего начинал пытаться меня убить. Я защищался. Хотя дело твоё. Но могу сказать тебе, сталкер: поблизости нет места, где можно было бы укрыться от выброса.
Делать нечего, подумал Призрак. Остаться на улице — значит погибнуть от выброса. Войти — есть шанс уцелеть, а если фантом нападёт, у него будет возможность защититься.
Только он переступил порог, как прогремел гром, и нарастающий гул Зоны заполнил всё вокруг, словно сама земля готовилась к удару.
— За мной! — крикнул фантом. — Здесь есть подвал!
Держа «проводника» на прицеле, Призрак пошёл следом.
В подвале было светло — необъяснимо, но лампочки горели, будто здесь до сих пор работала какая-то древняя, упрямая система. Коридор тянулся метров на десять, и по обе стороны из него вели двери: справа — три, слева — четыре.
Фантом влетел во вторую комнату слева, прямо сквозь дверь. Подойдя к первой двери справа, Призрак уже хотел её открыть, но фантом, снова вылетевший сквозь преграду, остановил его:
— Не открывай! Там бюрреры. Я их туда заманил, когда появился здесь. Они мне очень мешали.
Немного помолчав, фантом добавил с едва уловимой иронией:
— Психи.
И снова влетел в ту же комнату, крикнув на ходу:
— Сюда!
Открыв дверь, куда исчез фантом, Призрак увидел богатый схрон. Вдоль стен стояли многоярусные металлические стеллажи, на полках которых лежало оружие, боеприпасы, различные артефакты. А на полу лежали не просто трупы — скорее трухлявые скелеты, будто время здесь текло быстрее, пожирая всё подряд.
При виде этого богатства и смерти, застывшей в каждом углу, тело Призрака наполнилось яростью, готовой вырваться наружу.
— Это так ты мне предложил безопасное место? — прорычал он, зло глядя на замершего на месте фантома.
— Они хотели украсть мои драгоценности, — просто ответил шар, и в этом голосе не было оправданий — только усталое признание факта.
Глаза Призрака вспыхнули яркожёлтым светом, словно в них разгорелось чужое пламя. Он протянул руки в сторону фантома, не отрывая взгляда, и мысленно представил, как разрывает эту светящуюся сущность на части.
Схватив невидимого противника, он резко развёл руки в разные стороны.
— Ччто ты делаешь? — закричал фантом.
— Нееет!
Это был последний вопль, который услышал Призрак. Фантом вспыхнул, как яркая звезда, и с лёгким хлопком погас.
А потом и сам сталкер почувствовал, как тьма накрывает его с головой, и сознание покинуло тело.
ГЛАВА X. ПОЗНАНИЕ СЕБЯ
Сознание вернулось не мягко, а ударило дикой болью — будто кто-то сжимал череп стальными обручами, а по телу прошёлся бульдозер. Призрак открыл глаза и понял, что всё ещё в подвале. В дальнем углу темнел металлический шкаф, и какая-то упрямая мысль не давала покоя: там есть что-то важное.
Пересиливая головокружение, он принял сидячее положение. Мир качнулся и едва не уплыл из-под век. Во рту пересохло, язык казался чужим. Опустившись на четвереньки, Призрак пополз к шкафу, удивляясь про себя: «Как дети вообще так быстро лазают?»
Дверца поддалась с лёгким скрипом. На полках лежали пищевые пакеты, но главное — там была вода. Он пил жадно, не думая о том, сколько времени прошло, не замечая ничего, кроме этой живительной влаги. Когда жажда отступила, в голове прояснилось.
И тут снова потянуло к той самой первой двери — той, про которую говорил фантом. Что-то внутри настойчиво звало туда, и Призрак не смог этому сопротивляться. Собравшись с силами, он тяжело поднялся и вышел в коридор.
Тусклый свет едва пробивался сквозь пыль, оседавшую в воздухе, словно пепел после большого пожара. Подойдя к двери, Призрак не услышал ничего особенного, но кожей чувствовал: за ней кто-то есть. В памяти всплыли слова фантома: «Там бюрреры».
«Кто такие бюрреры?» — снова пронеслось в голове. Он много раз слышал это слово, но никогда не видел их своими глазами.
Сделав глубокий вдох, Призрак распахнул дверь. Она поддалась легко, почти беззвучно. В комнате царил полумрак, и повсюду громоздились деревянные ящики с надписями на английском.
Вдруг один из ящиков неподалёку затрясся, а затем взмыл в воздух и завис на уровне груди. Призрак застыл, глядя на левитацию, как на невозможное чудо. А в следующее мгновение ящик рванулся к нему.
В последнюю секунду он выставил руку вперёд — и в этот момент ощутил, как что-то внутри него шевельнулось. Тёплая волна, похожая на поток воды, наполнила тело, потекла в руку и упруго сомкнулась вокруг ящика. Тот замер, повинуясь его воле. Призрак чётко чувствовал его вес и сопротивление, а потом со всей силы оттолкнул прочь.
Ящик улетел, как шар для боулинга, и через секунду раздался грохот ломающихся досок. Тут же послышалось сопение, а затем и рычание. Призрак напряжённо вглядывался в темноту, но не мог разглядеть источник звуков.
Внезапно все ящики в комнате взмыли в воздух. И снова это странное чувство: он словно видел невидимого противника. Вытянув руку, Призрак представил, что хватает его за горло, и слегка сжал пальцы.
Ощущение было странным, будто он держал в вытянутой руке кота — нечто живое, тяжёлое, сопротивляющееся. Ящики разом рухнули на пол, подняв фонтан пыли. Из темноты доносилось тяжёлое сопение: кто-то отчаянно пытался вырваться из невидимой хватки.
Призрак потянул эту невидимую верёвку на себя — и на свет, болтаясь в воздухе, выплыл карлик. Его шея была сжата невидимой петлёй, а глаза расширились от ужаса. Он пытался разжать несуществующие пальцы, но тщетно.
