Теперь Призрак мог его рассмотреть. Ростом не больше метра, с неестественно широкой и приплюснутой сверху головой, морщинистым лицом, широко посаженными глазами и носом, похожим на большую картошку. Кожа серозелёного оттенка, плащ сливался с цветом кожи.
Первый шок прошёл, и бюрер снова начал рычать и дёргаться. Призрак устало смотрел на него. Несмотря на всю опасность, ему вдруг стало жаль это странное существо. Он разжал пальцы — и бюрер с глухим стуком рухнул на пол, подняв новую волну пыли, и отчаянно зачихал.
Когда он наконец прочихался, то поднял на Призрака свои маленькие глаза и медленно поднял руки.
— Только попробуй, и я тебя точно убью, — промелькнула мысль в голове Призрака, и он взял бюрера на прицел.
Тот будто понял: опустил руки и замер.
— Ну, дай мне повод тебя пристрелить, — проговорил Призрак вслух, прищурившись.
И вдруг в его голове прозвучал голос:
— Отпусти меня. Я не могу уйти — там идёт выброс.
— Выброс уже прошёл, — холодно ответил Призрак.
— Ты знаешь, как дойти до центра Зоны? — спросил он, не сводя прицела с бюрера, который, кряхтя, устраивался на полу.
— Отпусти меня, — снова прозвучало в мыслях.
— У тебя пластинку заело? — раздражённо бросил Призрак. Его начинала злить эта бесконечная просьба.
Бюрер потянулся к шее, словно всё ещё чувствовал невидимую хватку, и снова мысленно повторил:
— Отпусти меня.
Только тогда Призрак понял, что до сих пор держит его ментально. Сосредоточившись, он отпустил эту невидимую руку.
Бюрер вздохнул, как старик, и, кряхтя, поднялся.
— Ты знаешь дорогу к центру Зоны? — снова спросил Призрак, палец лежал на спусковом крючке.
— Опасно, — пробормотал карлик, указывая куда-то вверх.
— Здесь везде опасно, — сухо ответил Призрак.
— Опасно, — повторил бюрер, и в подтверждение его словам донёсся протяжный вой стаи слепых псов. После выброса у местных мутантов всегда начинался «гон».
Призрак не знал, что делать. Бюрер просеменил мимо него и, дойдя до последней двери слева, стал тыкать в неё рукой:
— Еда.
Сначала Призрак не понял, но бюрер продолжал настойчиво повторять это слово. Подойдя, он повернул ручку, и дверь бесшумно открылась.
За ней оказалась комната, удивительно похожая на обычную кухню: стол, электрическая плита, чайник, холодильник у стены. Всё было накрыто полиэтиленом, а холодильник тихо гудел, будто здесь до сих пор существовала нормальная жизнь.
Первым делом Призрак открыл холодильник и замер. Он был полностью заставлен продуктами, а в минибаре на дверце стояли пиво, вино, водка и виски. Пока он разглядывал это изобилие, бюрер подошёл к морозилке и указал на неё:
— Еда.
С раздражением Призрак открыл морозилку — внутри лежала замороженная утка. Бюрер подпрыгнул, как ребёнок, и начал повторять:
— Дай, дай, дай!
Забрав свою добычу, бюрер убежал обратно в свою комнату. Призрак поставил чайник, разогрел в микроволновке сэндвичи, налил кофе и, чувствуя странное, почти забытое ощущение уюта, рухнул в кресло. После такого «домашнего» обеда он уснул.
Разбудил его бюрер — дёргал за руку. Призрак инстинктивно схватился за автомат, но бюрер выставил руки вперёд, и вокруг него вспыхнул прозрачный шар, переливающийся всеми цветами радуги.
— Что тебе? — пробормотал Призрак.
Бюрер снова потянул его за руку.
— Ладно, пойдём, — вздохнул Призрак, поднимаясь.
Они вышли к входной двери. Бюрер постучал по ней, посмотрел на Призрака и произнёс:
— Пора.
На улице только начиналось утро. Серое небо с низкими тучами и моросящий дождь вернули его в реальность. Призрак проверил снаряжение, автомат, закурил.
— Веди меня, Сусанин, — усмехнулся он, и они двинулись вперёд.
Он всё ещё не до конца понимал, что с ним происходит, но новая сила нравилась ему. Он легко различал аномалии, играючи поднимал и швырял камни, проверяя пределы телекинеза.
Одна из слепых собак попыталась напасть из кустов, но Призрак почувствовал её раньше, чем она выпрыгнула. Выставив руку, он перехватил её в полёте. Собака зависла в воздухе, пытаясь укусить невидимые руки. Призрак посмотрел на неё, и ему вдруг стало её жаль. Мысленно он приказал ей убираться прочь, и опустил руку. Собака рухнула на землю, взвизгнула и убежала в кусты.
Бюрер семенил впереди, будто ему было всё равно, что творится вокруг. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Призрак уже привык к таким капризам Зоны.
Чем дольше он находился здесь, тем больше забывал прошлую жизнь. Образы родных и друзей мелькали в памяти, как старые фотографии, и от этого в горле вставал ком.
Резкий толчок в бок заставил его потерять равновесие и упасть на пожелтевшую траву. Рядом стоял бюрер и маленькой рукой зажимал ему рот, показывая, что нужно молчать. Призрак смотрел на него со смесью злости и удивления.
В голове прозвучал голос бюрера:
— Смерть. Плохие люди.
Призрак попытался разглядеть, что его так встревожило, но высокая трава скрывала всё. Он привстал, чтобы осмотреться, — и тут рядом с его головой просвистела пуля. Он снова рухнул на землю. Снайпер. Но откуда?
Ещё одна попытка осмотреться едва не стоила ему жизни, но на этот раз он успел заметить строение, проглядывающее между деревьями, — то ли водонапорная башня, то ли смотровая вышка.
Пришлось включить ПДА, хотя он знал, что это выдаст его местоположение. На экране загорелись пять красных маркеров — бандиты. Они были совсем близко. Призрак выключил ПДА и на карачках пополз прочь, прячась в густой траве.
Прополз метров пятнадцать и оглянулся — бюрера нигде не было. Рядом виднелся небольшой овраг, и Призрак скатился в него. Совсем недалеко послышались голоса — злые, крикливые, они что-то орали про бюрера. Жаргон не оставлял сомнений: это были бандиты.
В голове снова прозвучал голос: «Помоги!»
Послышались выстрелы — одиночные и очереди. Бандиты охотились на бюрера. Призрак вскочил и рванул к перелеску. К счастью, все были заняты бюрером, и он смог избежать огня снайпера. Добежав до деревьев, он укрылся за широким стволом. Отсюда хорошо просматривалась смотровая вышка: на ней сидел снайпер и водил винтовкой из стороны в сторону.
Канонада стихла. Голоса в голове больше не звучали. Призрак подумал о бюрере и пожалел его: пусть доля его будет лёгкой.
Недалеко от вышки стояло кирпичное одноэтажное здание, забор вокруг которого давно развалился, и из обломков бетонных плит торчала арматура. Все пятеро бандитов сейчас толпились у вышки, и Призрак, двигаясь с ловкостью пантеры, добрался до здания.
— Эй, на вышке! Ну что там? — доносился голос с другой стороны.
— Да зона их поймёт! Вроде попал, но в траве ничего не видно! — глухо отвечал стрелок.
Призрак почувствовал спиной чей-то пристальный взгляд. Обернувшись, он не увидел ничего, кроме рыжей травы и редких деревьев.
Вдруг его восприятие мира резко изменилось. Голова взорвалась чудовищной болью, и он увидел себя откуда-то сверху — скорчившегося от боли. А когда посмотрел вниз, его охватил шок: кожа его «нового» тела была грязнооранжевого цвета, маленькие ноги болтались в воздухе, а опирался он на огромные, мощные руки.
«Я в теле псевдогиганта!» — пронеслось в сознании.
— Давайте, осмотрите периметр! — послышалось где-то рядом.
Он попытался сделать шаг — и сломал дерево. В этот момент из-за угла здания выбежали бандиты в чёрных куртках с капюшонами, лица наполовину закрыты респираторами.
— Это псевдогигант! — закричали они и открыли огонь.
Пули впивались в тело, но боли не было — только нарастающая ярость. Одним прыжком он преодолел двор и приземлился прямо перед стрелками. От удара земля содрогнулась, и бандиты отлетели на несколько метров.
А затем головная боль исчезла так же внезапно, как появилась. Призрак оглядел себя: руки и ноги снова были человеческими, своими. Из-за дома доносились крики, выстрелы и рычание.
Выглянув из-за угла, он оцепенел. Псевдогигант топтал бандитов и раскидывал их по кустам. Призрак не понимал, что происходит.
Из ступора его вывел знакомый голос в голове. Оглядевшись, он заметил среди деревьев силуэт бюрера — тот настойчиво звал его за собой. Ещё раз взглянув на псевдогиганта, Призрак развернулся и побежал. Не успел он добежать до бюрера, как тот снова исчез из виду. Но голос в голове продолжал вести его.
Вой слепых псов заставил его ускорить шаг. Доверяя голосу, он петлял между аномалиями, которых становилось всё больше. В какой-то момент он понял, что оказался в ловушке: сзади стояли больше десятка слепых псов, а голос в голове ехидно смеялся.
Страха не было — только злость. Призрак поднял «Гадюку» и мысленно произнёс:
— Смерть.
Нажал на курок. Выстрелы гремели, отдаваясь гулким эхом. Слепые псы метались, некоторые попадали в аномалии, другие падали от пуль, но ни одна не отступала — будто что-то преграждало им путь назад.
Сменив магазин, Призрак злорадно усмехнулся и продолжил поливать свинцом. Сколько пуль он выпустил, он не знал. Но собак не становилось меньше. И только когда за их спинами показался силуэт химеры, он убрал палец с курка.
Химера раскидывала слепых псов в стороны, некоторых перекусывала на ходу, уверенно продвигаясь к Призраку. Когда с последней собакой было покончено, химера подошла и села напротив, уставившись на него.
Призрак убрал оружие и тоже сел на землю.
— Привет, мой спаситель, — прозвучал голос в его голове.
— Ну, привет, химера, — вслух ответил Призрак, доставая сигарету.
— Чем обязан? — спросил он с нарочитым безразличием, затягиваясь.
Химера склонила голову набок и вздохнула.
— Для начала поблагодарил бы, — прозвучало в сознании. Химера обвела взглядом останки собак.
— Спасибо, — сухо бросил Призрак.
— Так зачем ты пришла? — спросил он после короткой паузы, выпуская дым.
— Я услышала выстрелы и решила проверить. А когда подошла ближе, почуяла, что это ты, и не смогла пройти мимо.
— Как мило с твоей стороны, — пробормотал он. — Но, думаю, ты просто меня преследуешь, — добавил чуть позже.
— Я слышала, ты идёшь в центр Зоны? — спросила химера, вытягивая передние лапы.
— Ну, — коротко ответил Призрак, выбрасывая окурок в аномалию «карусель». Тот покружился в воздухе и рассыпался на мелкие кусочки.
— Красиво, — со вздохом произнесла химера. — Могу проводить, если хочешь.
— С чего вдруг такая доброта? — спросил Призрак, меняя магазин на полный.
— Просто меня все избегают. А люди так вообще при виде меня сразу стреляют. Ты один не стал этого делать, даже наоборот — спас.
— Ты долго сидеть собираешься? — спросила химера и, не дожидаясь ответа, пошла прочь.
Призрак вздохнул, встал и побрёл за ней, перешагивая через трупы собак.
Шли они долго и почти молча. Призрак ещё не привык разговаривать с животными. Леса сменялись полянами и лугами, а химера периодически уходила на охоту, оставляя его одного бродить по Зоне в гордом одиночестве.
С каждым днём выброс приближался, и вместе с ним во мне крепла чужая, нечеловеческая сила. Она накатывала волнами, будто я выпил то самое волшебное зелье друида из историй про Астерикса — только вместо весёлой бодрости меня наполняла тяжёлая, звенящая энергия, от которой по коже бежали мурашки.
Рядом шла химера. И странно: слепые псы, едва учуяв нас, жалобно выли и разбегались прочь, будто чуяли в нас нечто, перед чем лучше не вставать.
Лесополоса резко оборвалась, уступив место степи, и на горизонте выросла труба ЧАЭС. Рядом, словно призраки прошлого, темнели многоэтажки Припяти. Я замер, оглядывая округу, и не удержался:
— Красота…
Химера села на траву и тихо произнесла в моей голове:
— Дальше я с тобой не пойду.
Я непонимающе уставился на неё.
Она махнула лапой в сторону города:
— Там много людей.
— Понимаю, — проговорил я, стараясь не выдать, как мне жаль расставаться с этим странным, но надёжным спутником. — И на том спасибо. Доброй тебе Зоны.
Впервые за всё время я протянул руку и осторожно провёл ладонью по её голове. Химера прикрыла глаза и выгнулась, словно кошка, подставляясь под ласку.
— Зона для всех одинакова, — проговорила она. — А добрая она или злая — зависит от того, как себя поведёшь.
Развернувшись, она направилась к деревьям.
«Прощай, человек!» — прозвучал голос в моей голове, когда химера обернулась у кромки леса. — «Может, ещё свидимся».
И в один прыжок исчезла в высокой траве.
— Прощай… — запоздало выдохнул я с неожиданной для себя грустью.
Повернувшись к городу, я двинулся вперёд. На подступах, за невысоким холмом, в небо вился дым. Я решил проверить, кто там: сталкеры или бандиты.
Поднявшись на холм, я увидел костёр. Возле него сидели люди: один наигрывал что-то на гитаре, другие сидели на стволах деревьев, кто-то носил ветки. Солнце клонилось к горизонту — путешественники готовились к ночной стоянке.
Заметив меня, все как один вскочили и взяли на прицел.
Чтобы не провоцировать стрельбу, я медленно убрал винтовку за спину, оставив её так, чтобы при необходимости можно было быстро выхватить. Сталкер, шедший ко мне, сделал то же самое.
Остановившись в пяти-шести шагах, он окинул меня оценивающим взглядом:
— Доброй Зоны, сталкер.
— И тебе доброй, — ответил я, одновременно прикидывая, сколько их, куда лучше отходить и где тут естественные укрытия, если начнётся заваруха. — Пустите к костру, или так и будем разговаривать?
— Я — Седой, — проговорил он, протягивая руку.
— Призрак, — сухо представился я, но руку пожал.
Услышав имя, Седой приподнял бровь, помолчал, потом улыбнулся и, отходя в сторону, приглашающе махнул в сторону костра:
— Присаживайся.
Усевшись, Седой снял капюшон, и стало ясно, почему его так зовут. На вид ему было около сорока, взгляд — безразличный, будто он видел столько, что удивить его уже нечем. Волосы короткие, седые, как облака в ясную погоду.
— Это моя команда, — представил он людей у костра.
— Ребята, это Призрак, — громко сказал Седой.
Я привстал и молча кивнул.
— Ты тот самый Призрак? — с воодушевлением воскликнул паренёк, откладывая гитару. — Я — Шило!
— Шило, потому что всегда лезет не туда, куда надо, — буркнул кто-то.
— И всегда не в то место, — добавил Седой, и все расхохотались.
Шило помрачнел, но быстро опомнился:
— Ребята, да это же тот самый сталкер, которого нашёл Стрелок после выброса! Ты мой кумир!
— Да какой я кумир, — отмахнулся я.
— Шило, отвянь, — спокойно скомандовал Седой, и паренёк снова сел, взял гитару и изредка кидал в мою сторону взгляды.
— Не обращай внимания, — сказал Седой. — Он у нас новенький.
Протянув мне открытую банку тушёнки, он добавил:
— Вот, чем богаты.
— Куда путь держишь, сталкер? — спросил мужчина рядом с Шилом.
Я внимательно его оглядел: стандартная плащ-палатка, военные берцы, тёмно-зелёный комбинезон, рядом лежала СВД. Снайпер.
— В центр Зоны, — ответил я, открывая тушёнку.
— Тоже решил найти Клондайк с артефактами? — с хитрым прищуром спросил Седой.
— У меня свои планы насчёт центра Зоны. Артефакты забирайте себе, они мне ни к чему, — честно признался я, отметив про себя, что эти ребята на обычных сталкеров не похожи.
Дальше ели молча. Лишь изредка я ловил на себе косые взгляды. Напряжение росло, становилось почти осязаемым.
Доев тушёнку, я бросил пустую банку в костёр — вверх взметнулся сноп искр — и достал пачку сигарет.
Первый шок прошёл, и бюрер снова начал рычать и дёргаться. Призрак устало смотрел на него. Несмотря на всю опасность, ему вдруг стало жаль это странное существо. Он разжал пальцы — и бюрер с глухим стуком рухнул на пол, подняв новую волну пыли, и отчаянно зачихал.
Когда он наконец прочихался, то поднял на Призрака свои маленькие глаза и медленно поднял руки.
— Только попробуй, и я тебя точно убью, — промелькнула мысль в голове Призрака, и он взял бюрера на прицел.
Тот будто понял: опустил руки и замер.
— Ну, дай мне повод тебя пристрелить, — проговорил Призрак вслух, прищурившись.
И вдруг в его голове прозвучал голос:
— Отпусти меня. Я не могу уйти — там идёт выброс.
— Выброс уже прошёл, — холодно ответил Призрак.
— Ты знаешь, как дойти до центра Зоны? — спросил он, не сводя прицела с бюрера, который, кряхтя, устраивался на полу.
— Отпусти меня, — снова прозвучало в мыслях.
— У тебя пластинку заело? — раздражённо бросил Призрак. Его начинала злить эта бесконечная просьба.
Бюрер потянулся к шее, словно всё ещё чувствовал невидимую хватку, и снова мысленно повторил:
— Отпусти меня.
Только тогда Призрак понял, что до сих пор держит его ментально. Сосредоточившись, он отпустил эту невидимую руку.
Бюрер вздохнул, как старик, и, кряхтя, поднялся.
— Ты знаешь дорогу к центру Зоны? — снова спросил Призрак, палец лежал на спусковом крючке.
— Опасно, — пробормотал карлик, указывая куда-то вверх.
— Здесь везде опасно, — сухо ответил Призрак.
— Опасно, — повторил бюрер, и в подтверждение его словам донёсся протяжный вой стаи слепых псов. После выброса у местных мутантов всегда начинался «гон».
Призрак не знал, что делать. Бюрер просеменил мимо него и, дойдя до последней двери слева, стал тыкать в неё рукой:
— Еда.
Сначала Призрак не понял, но бюрер продолжал настойчиво повторять это слово. Подойдя, он повернул ручку, и дверь бесшумно открылась.
За ней оказалась комната, удивительно похожая на обычную кухню: стол, электрическая плита, чайник, холодильник у стены. Всё было накрыто полиэтиленом, а холодильник тихо гудел, будто здесь до сих пор существовала нормальная жизнь.
Первым делом Призрак открыл холодильник и замер. Он был полностью заставлен продуктами, а в минибаре на дверце стояли пиво, вино, водка и виски. Пока он разглядывал это изобилие, бюрер подошёл к морозилке и указал на неё:
— Еда.
С раздражением Призрак открыл морозилку — внутри лежала замороженная утка. Бюрер подпрыгнул, как ребёнок, и начал повторять:
— Дай, дай, дай!
Забрав свою добычу, бюрер убежал обратно в свою комнату. Призрак поставил чайник, разогрел в микроволновке сэндвичи, налил кофе и, чувствуя странное, почти забытое ощущение уюта, рухнул в кресло. После такого «домашнего» обеда он уснул.
Разбудил его бюрер — дёргал за руку. Призрак инстинктивно схватился за автомат, но бюрер выставил руки вперёд, и вокруг него вспыхнул прозрачный шар, переливающийся всеми цветами радуги.
— Что тебе? — пробормотал Призрак.
Бюрер снова потянул его за руку.
— Ладно, пойдём, — вздохнул Призрак, поднимаясь.
Они вышли к входной двери. Бюрер постучал по ней, посмотрел на Призрака и произнёс:
— Пора.
На улице только начиналось утро. Серое небо с низкими тучами и моросящий дождь вернули его в реальность. Призрак проверил снаряжение, автомат, закурил.
— Веди меня, Сусанин, — усмехнулся он, и они двинулись вперёд.
Он всё ещё не до конца понимал, что с ним происходит, но новая сила нравилась ему. Он легко различал аномалии, играючи поднимал и швырял камни, проверяя пределы телекинеза.
Одна из слепых собак попыталась напасть из кустов, но Призрак почувствовал её раньше, чем она выпрыгнула. Выставив руку, он перехватил её в полёте. Собака зависла в воздухе, пытаясь укусить невидимые руки. Призрак посмотрел на неё, и ему вдруг стало её жаль. Мысленно он приказал ей убираться прочь, и опустил руку. Собака рухнула на землю, взвизгнула и убежала в кусты.
Бюрер семенил впереди, будто ему было всё равно, что творится вокруг. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Призрак уже привык к таким капризам Зоны.
Чем дольше он находился здесь, тем больше забывал прошлую жизнь. Образы родных и друзей мелькали в памяти, как старые фотографии, и от этого в горле вставал ком.
Резкий толчок в бок заставил его потерять равновесие и упасть на пожелтевшую траву. Рядом стоял бюрер и маленькой рукой зажимал ему рот, показывая, что нужно молчать. Призрак смотрел на него со смесью злости и удивления.
В голове прозвучал голос бюрера:
— Смерть. Плохие люди.
Призрак попытался разглядеть, что его так встревожило, но высокая трава скрывала всё. Он привстал, чтобы осмотреться, — и тут рядом с его головой просвистела пуля. Он снова рухнул на землю. Снайпер. Но откуда?
Ещё одна попытка осмотреться едва не стоила ему жизни, но на этот раз он успел заметить строение, проглядывающее между деревьями, — то ли водонапорная башня, то ли смотровая вышка.
Пришлось включить ПДА, хотя он знал, что это выдаст его местоположение. На экране загорелись пять красных маркеров — бандиты. Они были совсем близко. Призрак выключил ПДА и на карачках пополз прочь, прячась в густой траве.
Прополз метров пятнадцать и оглянулся — бюрера нигде не было. Рядом виднелся небольшой овраг, и Призрак скатился в него. Совсем недалеко послышались голоса — злые, крикливые, они что-то орали про бюрера. Жаргон не оставлял сомнений: это были бандиты.
В голове снова прозвучал голос: «Помоги!»
Послышались выстрелы — одиночные и очереди. Бандиты охотились на бюрера. Призрак вскочил и рванул к перелеску. К счастью, все были заняты бюрером, и он смог избежать огня снайпера. Добежав до деревьев, он укрылся за широким стволом. Отсюда хорошо просматривалась смотровая вышка: на ней сидел снайпер и водил винтовкой из стороны в сторону.
Канонада стихла. Голоса в голове больше не звучали. Призрак подумал о бюрере и пожалел его: пусть доля его будет лёгкой.
Недалеко от вышки стояло кирпичное одноэтажное здание, забор вокруг которого давно развалился, и из обломков бетонных плит торчала арматура. Все пятеро бандитов сейчас толпились у вышки, и Призрак, двигаясь с ловкостью пантеры, добрался до здания.
— Эй, на вышке! Ну что там? — доносился голос с другой стороны.
— Да зона их поймёт! Вроде попал, но в траве ничего не видно! — глухо отвечал стрелок.
Призрак почувствовал спиной чей-то пристальный взгляд. Обернувшись, он не увидел ничего, кроме рыжей травы и редких деревьев.
Вдруг его восприятие мира резко изменилось. Голова взорвалась чудовищной болью, и он увидел себя откуда-то сверху — скорчившегося от боли. А когда посмотрел вниз, его охватил шок: кожа его «нового» тела была грязнооранжевого цвета, маленькие ноги болтались в воздухе, а опирался он на огромные, мощные руки.
«Я в теле псевдогиганта!» — пронеслось в сознании.
— Давайте, осмотрите периметр! — послышалось где-то рядом.
Он попытался сделать шаг — и сломал дерево. В этот момент из-за угла здания выбежали бандиты в чёрных куртках с капюшонами, лица наполовину закрыты респираторами.
— Это псевдогигант! — закричали они и открыли огонь.
Пули впивались в тело, но боли не было — только нарастающая ярость. Одним прыжком он преодолел двор и приземлился прямо перед стрелками. От удара земля содрогнулась, и бандиты отлетели на несколько метров.
А затем головная боль исчезла так же внезапно, как появилась. Призрак оглядел себя: руки и ноги снова были человеческими, своими. Из-за дома доносились крики, выстрелы и рычание.
Выглянув из-за угла, он оцепенел. Псевдогигант топтал бандитов и раскидывал их по кустам. Призрак не понимал, что происходит.
Из ступора его вывел знакомый голос в голове. Оглядевшись, он заметил среди деревьев силуэт бюрера — тот настойчиво звал его за собой. Ещё раз взглянув на псевдогиганта, Призрак развернулся и побежал. Не успел он добежать до бюрера, как тот снова исчез из виду. Но голос в голове продолжал вести его.
Вой слепых псов заставил его ускорить шаг. Доверяя голосу, он петлял между аномалиями, которых становилось всё больше. В какой-то момент он понял, что оказался в ловушке: сзади стояли больше десятка слепых псов, а голос в голове ехидно смеялся.
Страха не было — только злость. Призрак поднял «Гадюку» и мысленно произнёс:
— Смерть.
Нажал на курок. Выстрелы гремели, отдаваясь гулким эхом. Слепые псы метались, некоторые попадали в аномалии, другие падали от пуль, но ни одна не отступала — будто что-то преграждало им путь назад.
Сменив магазин, Призрак злорадно усмехнулся и продолжил поливать свинцом. Сколько пуль он выпустил, он не знал. Но собак не становилось меньше. И только когда за их спинами показался силуэт химеры, он убрал палец с курка.
Химера раскидывала слепых псов в стороны, некоторых перекусывала на ходу, уверенно продвигаясь к Призраку. Когда с последней собакой было покончено, химера подошла и села напротив, уставившись на него.
Призрак убрал оружие и тоже сел на землю.
— Привет, мой спаситель, — прозвучал голос в его голове.
— Ну, привет, химера, — вслух ответил Призрак, доставая сигарету.
— Чем обязан? — спросил он с нарочитым безразличием, затягиваясь.
Химера склонила голову набок и вздохнула.
— Для начала поблагодарил бы, — прозвучало в сознании. Химера обвела взглядом останки собак.
— Спасибо, — сухо бросил Призрак.
— Так зачем ты пришла? — спросил он после короткой паузы, выпуская дым.
— Я услышала выстрелы и решила проверить. А когда подошла ближе, почуяла, что это ты, и не смогла пройти мимо.
— Как мило с твоей стороны, — пробормотал он. — Но, думаю, ты просто меня преследуешь, — добавил чуть позже.
— Я слышала, ты идёшь в центр Зоны? — спросила химера, вытягивая передние лапы.
— Ну, — коротко ответил Призрак, выбрасывая окурок в аномалию «карусель». Тот покружился в воздухе и рассыпался на мелкие кусочки.
— Красиво, — со вздохом произнесла химера. — Могу проводить, если хочешь.
— С чего вдруг такая доброта? — спросил Призрак, меняя магазин на полный.
— Просто меня все избегают. А люди так вообще при виде меня сразу стреляют. Ты один не стал этого делать, даже наоборот — спас.
— Ты долго сидеть собираешься? — спросила химера и, не дожидаясь ответа, пошла прочь.
Призрак вздохнул, встал и побрёл за ней, перешагивая через трупы собак.
Шли они долго и почти молча. Призрак ещё не привык разговаривать с животными. Леса сменялись полянами и лугами, а химера периодически уходила на охоту, оставляя его одного бродить по Зоне в гордом одиночестве.
ГЛАВА XI. ПЕРЕРОЖДЕНИЕ
С каждым днём выброс приближался, и вместе с ним во мне крепла чужая, нечеловеческая сила. Она накатывала волнами, будто я выпил то самое волшебное зелье друида из историй про Астерикса — только вместо весёлой бодрости меня наполняла тяжёлая, звенящая энергия, от которой по коже бежали мурашки.
Рядом шла химера. И странно: слепые псы, едва учуяв нас, жалобно выли и разбегались прочь, будто чуяли в нас нечто, перед чем лучше не вставать.
Лесополоса резко оборвалась, уступив место степи, и на горизонте выросла труба ЧАЭС. Рядом, словно призраки прошлого, темнели многоэтажки Припяти. Я замер, оглядывая округу, и не удержался:
— Красота…
Химера села на траву и тихо произнесла в моей голове:
— Дальше я с тобой не пойду.
Я непонимающе уставился на неё.
Она махнула лапой в сторону города:
— Там много людей.
— Понимаю, — проговорил я, стараясь не выдать, как мне жаль расставаться с этим странным, но надёжным спутником. — И на том спасибо. Доброй тебе Зоны.
Впервые за всё время я протянул руку и осторожно провёл ладонью по её голове. Химера прикрыла глаза и выгнулась, словно кошка, подставляясь под ласку.
— Зона для всех одинакова, — проговорила она. — А добрая она или злая — зависит от того, как себя поведёшь.
Развернувшись, она направилась к деревьям.
«Прощай, человек!» — прозвучал голос в моей голове, когда химера обернулась у кромки леса. — «Может, ещё свидимся».
И в один прыжок исчезла в высокой траве.
— Прощай… — запоздало выдохнул я с неожиданной для себя грустью.
Повернувшись к городу, я двинулся вперёд. На подступах, за невысоким холмом, в небо вился дым. Я решил проверить, кто там: сталкеры или бандиты.
Поднявшись на холм, я увидел костёр. Возле него сидели люди: один наигрывал что-то на гитаре, другие сидели на стволах деревьев, кто-то носил ветки. Солнце клонилось к горизонту — путешественники готовились к ночной стоянке.
Заметив меня, все как один вскочили и взяли на прицел.
Чтобы не провоцировать стрельбу, я медленно убрал винтовку за спину, оставив её так, чтобы при необходимости можно было быстро выхватить. Сталкер, шедший ко мне, сделал то же самое.
Остановившись в пяти-шести шагах, он окинул меня оценивающим взглядом:
— Доброй Зоны, сталкер.
— И тебе доброй, — ответил я, одновременно прикидывая, сколько их, куда лучше отходить и где тут естественные укрытия, если начнётся заваруха. — Пустите к костру, или так и будем разговаривать?
— Я — Седой, — проговорил он, протягивая руку.
— Призрак, — сухо представился я, но руку пожал.
Услышав имя, Седой приподнял бровь, помолчал, потом улыбнулся и, отходя в сторону, приглашающе махнул в сторону костра:
— Присаживайся.
Усевшись, Седой снял капюшон, и стало ясно, почему его так зовут. На вид ему было около сорока, взгляд — безразличный, будто он видел столько, что удивить его уже нечем. Волосы короткие, седые, как облака в ясную погоду.
— Это моя команда, — представил он людей у костра.
— Ребята, это Призрак, — громко сказал Седой.
Я привстал и молча кивнул.
— Ты тот самый Призрак? — с воодушевлением воскликнул паренёк, откладывая гитару. — Я — Шило!
— Шило, потому что всегда лезет не туда, куда надо, — буркнул кто-то.
— И всегда не в то место, — добавил Седой, и все расхохотались.
Шило помрачнел, но быстро опомнился:
— Ребята, да это же тот самый сталкер, которого нашёл Стрелок после выброса! Ты мой кумир!
— Да какой я кумир, — отмахнулся я.
— Шило, отвянь, — спокойно скомандовал Седой, и паренёк снова сел, взял гитару и изредка кидал в мою сторону взгляды.
— Не обращай внимания, — сказал Седой. — Он у нас новенький.
Протянув мне открытую банку тушёнки, он добавил:
— Вот, чем богаты.
— Куда путь держишь, сталкер? — спросил мужчина рядом с Шилом.
Я внимательно его оглядел: стандартная плащ-палатка, военные берцы, тёмно-зелёный комбинезон, рядом лежала СВД. Снайпер.
— В центр Зоны, — ответил я, открывая тушёнку.
— Тоже решил найти Клондайк с артефактами? — с хитрым прищуром спросил Седой.
— У меня свои планы насчёт центра Зоны. Артефакты забирайте себе, они мне ни к чему, — честно признался я, отметив про себя, что эти ребята на обычных сталкеров не похожи.
Дальше ели молча. Лишь изредка я ловил на себе косые взгляды. Напряжение росло, становилось почти осязаемым.
Доев тушёнку, я бросил пустую банку в костёр — вверх взметнулся сноп искр — и достал пачку сигарет.
