– Отпусти меня, ублюдок!
– Да угомонись ты!
Неожиданно раздался стук в дверь.
– Не сейчас! – громко крикнул солдат.
Но стучать продолжили. Настойчиво.
– Да чтоб тебя демоны разодрали! – мужчина оттолкнул Марту на пол и, раздраженно вскочив, направился к двери. Отодвинул щеколду, дернул ручку, – Что такое?
Острый нож с размаху впился в подбородок солдата, достав до самого мозга. Секунда, и тело с грохотом повалилось на пол. На пороге стоял высокий человек в черном, его смуглое лицо было искажено гневом и отвращением. Мужчина прошел внутрь, закрыв за собой дверь.
– Когда я просил комнату, чтобы спокойно пересидеть пару недель, – произнес новый гость, – я немного не это имел в виду. Во что ты опять вляпалась, Марта?
Женщина подтянула разорванное платье и про себя помолилась Создателям.
– Ни во что, Ленарт. Тебя это не касается.
– Да неужели? – один из теней недовольно покачал головой, – Если ты не скажешь мне, что происходит, я не смогу тебе помочь.
– Почему ты не вмешался раньше? – перевела тему разговора хозяйка «тюльпана».
– Стало бы только хуже. Лезть против такой компании – самоубийственная затея.
– Дал бы им меня убить?
– Тебя бы не убили. Камилле Арден нужна была информация. Да и это же твой выбор… Сказала бы сразу – все бы отделались легким испугом. Нечего было упираться.
– Ну спасибо…
– Тебе нужен лекарь, Марта. – жнец налил себе вина, – А рану следует прижечь.
– Сама знаю… – поморщилась женщина, представляя боль от прикосновений раскаленной стали. Выругалась. – Сделай мне одолжение, парень. – хозяйка отпила вина из кружки Ленарта, прижимая к себе больную руку.
– М?
– Отправь весточку белым. Сейчас отсюда сможешь незамеченным выйти только ты. И пусть приведут с собой врача.
– Марта, этот урод тебя головой приложил что ли? Ты в своем уме? – фыркнул мужчина, забирая кружку, – Законники же тебя арестуют.
Да и сам Ленарт после недавних событий связываться с тайной желанием не горел.
– Не арестуют, не переживай.
– Я чего-то не знаю?
– Ты много чего не знаешь, Ленарт. Просто сделай в кои-то веки, как я прошу. Считай, за комнату ты заплатил.
– Это стоит немного дороже, чем комната. – парень кивнул в сторону мертвеца.
– Договоримся. А теперь позови белых. И дружка этого еще тёплого с собой забери.
– Ла-адно. Открой мне.
Хозяйка борделя подошла к одному из стоящих у стены деревянных стеллажей и потянула за золотистый корешок книги. Щелкнул замок. Женщина надавила на полки, и шкаф, словно дверь, распахнутая назад. За ним скрывалась узкая лестница, едва освещенная кристалловыми лампами. Ступени вели вниз, прямиком в подземные ходы Тиралая.
Утром следующего дня в городские ворота Тиралая въехали пятеро всадников. Одетые в военную форму алой армии мужчины выглядели очень уставшими. Они провели в седлах почти всю ночь, догоняя повозку с беглянкой. Но им удалось. Лестор, мрачный, но довольный, вез на своей лошади связанную по рукам девушку. Она с трудом держалась в седле, то и дело клонясь в сторону, но руки солдата не давали ей упасть. Лицо Селины было опухшим, на левой скуле красовался расплывающийся ярко фиолетовый синяк, на разбитой брови запеклись остатки крови. Она хрипло дышала, медленно моргая глазами. Может уже и не понимала, что с ней происходит.
Камилла одобрительно улыбалась, стоя у ворот. Она не спала всю ночь, ожидая гонца с новостями. И как только ей сообщили, что девчонку поймали, сама поспешила встретить подчиненных. Она уже предвкушала похвалу и благодарность от Деона, прокручивая в голове их возможный разговор.
– Хорошая работа, Лестор! – кивнула рыжая своему помощнику, когда тот подъехал ближе, – Девчонка что-нибудь рассказала?
– Пока молчит, госпожа…
– Ну ничего, я её сама разговорю…
– Госпожа… – Лестор вдруг заметно занервничал и начал крутить головой по сторонам.
Послышался топот ног. Из-за домов со всех сторон к воротам потянулись люди в белых одеждах. Их было больше десятка и каждый при мече. Отряд всадников был окружен.
– Именем Алого Ордена, вы все арестованы! – вперед вышел Илай. Сегодня он в кои-то веки был одет по форме тайной канцелярии.
– По праву, данному мне Высшим Советом Алого Ордена, – Камилла не растерялась и вышла офицеру на встречу, – я неприкосновенна! Ты не можешь меня арестовать!
– Он не может, а я могу. – из-за спины Илая показался высоких худой человек с седой бородой и в белых перчатках. Глава тайной канцелярии собственной персоной.
– Тиссен… – прошипела рыжая, – Мои люди как раз привезли вам изменницу и убийцу! Вы должны меня благодарить!
– О, я благодарен. Вы, госпожа Арден, облегчили мне работу. И девчонку привезли, и себе на приговор заработали.
– Да как вы смеете! Мой отец…
– Твой отец, девочка – старый дурак. И тебя, видать, ничему хорошему не научил. Забирайте их!
– Давненько тебя не было видно, племянница. – Гент еле заметно улыбнулся в усы и, отряхнувшись от завитков деревянной стружки, жестом пригласил Роксану в дом, – Чего не заходишь-то?
– Да дел было много. И голову надо было привести в порядок. – пожала плечами гостья, шагая за плотником вверх по деревянным ступеням.
– И как, получилось?
– Ну а куда мне деваться… Кстати, – Тень обернулась через плечо, туда, где сквозь большое окно в мастерскую пробивался солнечный свет, -мальчишка у дома постоянно крутится?
Ребенка лет так тринадцати Роксана приметила пару недель назад. Она довольно часто проходила мимо дома Гента, высматривая в окнах сигнал о новостях из Ордена. Но новостей всё не было, а вот мальчишка был. И крайне оживлялся в её присутствии.
– А, так ты заметила! Как раз хотел тебе сказать. Не постоянно, конечно, но частенько. Иногда просто наблюдает за нами, иногда в лавку заходит. Но ничего не покупает, ни с кем не говорит. Нам стоит беспокоиться?
– Пока что нет. Я знаю чей он.
Догадаться было не сложно. Чего-то такого от Аларда она как раз и ожидала. Лейтенант Амрис предпочитал строить отношения в команде на доверии, но далеко не на слепом. И правильно делал.
– Ведите себя как обычно и от вас отстанут. Но если появится кто-то еще, лучше мне сразу скажите. Мало ли.
– Ладно, я понял… – немного напряженно дернул плечом плотник, толкая дверь в свое жилище. – Главное, чтобы для детей безопасно было. Ну, чего стоишь как не родная. Проходи давай, Пина на кухне!
А на кухне царил хаос. Хозяйка, в зеленом фартуке и завязанной на лбу косынке суетилась у покрытого мукой стола. Она укладывала раскатанное тесто в форму для пирога и что-то напевала себе под нос. Вокруг нее носились дети. Мелия, держа высоко над головой вырезанную отцом деревянную птицу, нарезала круги по комнате, убегая от младшего брата.
– Дай! Да-ай! – кричал Одрик, протягивая руки.
– Да отдай ты ему уже эту игрушку, – отец устало вздохнул, потрепав дочь по голове.
– Но это моя! – начала возмущаться девчушка тонким голоском.
– Не твоя, а ваша. Дай брату тоже поиграть. И хватит носиться, уже мокрые оба. Посидите тихонько хоть десять минут, не мешайте матери!
– Весело тут у вас… – краешком рта улыбнулась Тень, занимая свободное место за столом.
– Да не то слово. – отозвалась Пина, вытирая руки, – Привет, милая. Ты осторожно, не испачкайся. Дети по всему дому уже муку растащили, разбойники! Чаю?
– Давай. – не стала отказываться брюнетка, ощущая на себе любопытный взгляд дочурки Гента, оставшейся с пустыми руками. Девчонка забралась на табуретку у окна и принялась резво болтать ногами. Одрик смущенно покосился на гостью и заполз играть под стол, - Что готовишь?
– Пирог с капустой. Пытаюсь… Дорогой, поставь чайник.
Гент молча принялся греметь посудой.
– Мам, можно покатаю? – Мелия подлезла под руку матери и потянулась к скалке и оставшемуся куску теста.
– Не сегодня.
– Ну ма-ам!
– В следующий раз покатаешь. А сейчас посиди пожалуйста спокойно. Видишь, у нас гости.
Девчонка обиделась, но не на долго. Хитро посмотрев на «тётю», и обойдя стол сбоку, она положила подбородок на столешницу. Покусала нижнюю губу, пару раз вздохнула и протянула тоненькую ручку к тесту. Отщипнула кусочек и быстро засунула в рот, пока Пина не видит. Но она увидела.
– Мелия! Не таскай сырое. Знаешь же, что живот болеть будет. – нахмурилась мать. Погрозила жестом и отвернулась за миской с капустной начинкой.
– Тсс! – Роксана приложила к губам палец, глядя на озорницу. И пользуясь моментом, тоже стащила сырой кусочек. Девчушка тихонько захихикала и скрылась под столом.
– И ты туда же…– покачала головой хозяйка, возвращаясь к пирогу. Начинка заняла свое место, и женщина принялась заплетать верхушку из тонко нарезанных полосок теста.
– Не удержалась… – хмыкнула Тень, отряхиваясь от муки. Все-таки умудрилась извозить рукава рубахи.
– Может, ты голодная? Подожди пока я закончу. Ещё часок и будет готово. Даже быстрее.
– Может, и подожду. У тебя всегда вкусно получается. И почему, я так не умею…
– У тебя… другие таланты…
– Кстати, выглядишь лучше, чем в прошлый раз. – заметил Гент, опуская на чистый край стола кружки. Темные чаинки все еще кружились на золотистой глади, запахло малиной и душистой мятой, – Даже мясо на костях появилось.
– Отличный комплемент, всем так и говори. – иронично отозвалась Тень, прислоняя кружку к губам.
– Тебе не угодишь… опять что-то не нравится. – картинно закатил глаза плотник.
– Ты мне лучше вот что скажи, – пропустила замечание мимо ушей Роксана и перешла к главному, – ответ от Агаты пришел? Вы горшок на окно поставили.
– Да, пришел, наконец-то. Не прошло и года. А то сколько можно «кота» за хвост тянуть.
Вдруг из-под стола вынырнул Одрик со свой деревянной птицей и почти сунул её прямо в материн пирог. Но отец ловко поймал его, и подняв на руки, закружил под веселые детские визги. Так и унес в соседнюю комнату.
– И меня покружи, и меня! – выскользнув из «домика» Мелия побежала за отцом. Из комнаты послышался заразительный звонкий смех.
Роксана улыбнулась и отпила чаю. В этом доме было уютно, словно в коконе из теплого одеяла. В воздухе витали запахи очага, стиранного белья, трав, засушенных над подоконником. Лучи солнца, проникая сквозь кружевные занавески, оставляли на столе цветочный узор. Даже свет казался здесь ярче и светлее. А может светились и сами хозяева. Счастьем и спокойствием. Даже на детей было приятно смотреть, на их радостные лица, никогда не знавшие тревог. Как же было завидно.
Пока Гент занимал детей, а Пина ставила в печь свое творение, Тень пересказывала ей новую версию своей легенды. На части про «приемную дочь» в кухню как раз вернулся хозяин дома. Лицо у него, надо сказать, было очень недовольное. Но ума промолчать все же хватило. Оправдать отсутствие магии и «родителей» по-другому было невозможно.
– А теперь письмо. – мягко потребовала гостья и, получив конверт из рук хозяйки, вскрыла его кухонным ножом.
Послание внутри выглядело странно. Почти пустой листок бумаги. Лишь сверху несколько записей: Тимильского красного вина: 12 бочек, Форского рома: 4 бочки, эля темного: 26 бочек, эля красного: 16 бочек.
– Это что, заказ поставки в таверну? – удивился Гент, с подозрением пялясь в бумагу.
– Так и есть. – а вот Тень не удивилась совсем. – Дай-ка мне огонька: свечу или лампу.
Просьба была исполнена, и на столе появилась маленькая зажженная лампадка. Роксана, развернула лист и принялась медленно водить им над огнем. Постепенно на бумаге стали проступать рыжеватые закорючки, но разобрать их было все еще сложно.
– Зеркало! – уверенно попросила девушка.
А вот в отражении буквы вполне себе сложились в связный текст. Но чем дальше Роксана его читала, тем мрачнее становилось её лицо. Аппетит отбило напрочь. Руки невольно сжались, а внутри не осталось ничего кроме обнажённой и дикой злобы. Волна жгучего яда прокатилась по венам и замерла где-то в желудке.
Эти неблагодарные твари не устроили даже тихих похорон. Замяли вообще все, как будто ничего и не было. Деона не обвинили ни в убийстве, ни в измене. А главное, этот ублюдок все-таки пережил их последнюю встречу. А отряд «Тень»? Весь, целиком… Слов не было, одни лишь эмоции.
– Можно? – Пина осторожно вытянула листок из рук «племянницы». Гент заглянул жене через плечо.
– Вот же! – почти яростно воскликнул он через несколько минут, добавив сверху тяжелую стопку ругательств, – Да как так-то?!
Роксана молчала. Пыталась переварить прочитанное, подавить свой гнев и разочарование. Она, конечно, предполагала, что так может случиться. Но одно дело предполагать, а совсем другое, столкнуться с несущейся на тебя реальностью. Ещё раз почувствовать, как вдребезги разбивается твой годами выстраданный план. А возможные союзники рассыпаются прахом и текут сквозь твои пальцы. Теперь она последняя «Тень». А Сопротивление придется заново сшивать, словно расползшееся лоскутное одеяло. Но сначала надо распустить все нитки. И убрать запятнанные части.
– Что будешь делать? – Пина опустила бумагу, – Как минимум с Агатой? Думаешь, у нее получится убить Деона?
– Не получится. – отрезала сероглазая, – Нельзя браться за убийство, когда не до конца понимаешь, что делаешь. А она не понимает. Лезть в Диамантовую крепость или пытаться туда что-то пронести – верх идиотизма. Единственный шанс – завербовать стражника или врача и сделать из него смертника. Потому что его точно поймают. И жить он будет не долго и не счастливо. И для такого дела нужна ох какая подготовка. Как минимум, чтобы тебя не сдали, во время пыток. Это с наскока не делается. Ну только если чудо произойдет. Я вот в чудеса не верю. А Агата… – Роксана тяжело вздохнула, взвешивая свои следующие слова, – Агате больше нельзя доверять.
– Ты сомневаешься в её лояльности?
– Сомневаюсь в её возможности выполнять приказы. Она сочла, что имеет право принимать такие решения, обойдя мой прямой запрет. А последствия от её выходки аукнутся нам всем. Это недопустимо. Особенно в такой ситуации. Поэтому… – Тень выпрямила спину и придала жесткой уверенности своему лицу, – Вы ждали от меня решения по Сопротивлению, оно будет таким: я объявляю себя главой Сопротивления и запрещаю всем членам любые действия, до моего приказа. Вообще любые. Особенно общение и встречи. Особенно с Агатой. Пусть сидят тише воды, ниже травы! Я перестрою всю систему, а пока надо переждать.
– Слава Создателям… – выдохнула Пина, – прошлый раз я подумала, что ты готова всё бросить.
– Я не могу себе этого позволить. Даже, если бы хотела. А теперь, неси бумагу.
Писать пришлось много. И шифровками. Куча одинаковых писем с адресами важных членов Сопротивления. И все эти улицы и дома приходилось вытаскивать из головы. Пирог пекся и шкворчал в печи, письма один за другим ложились на стол. Закончив последнее, Роксана сделала то, что не делала никогда – подписалась своим настоящим именем. Терять ей было уже нечего. А Орден, если узнает, так пусть боится.
– Отправьте письма, все остальное я решу сама. И вот ещё что, – Роксана повернулась к плотнику, – я хочу, чтобы ты сделал для меня новую маску. Черную.
Законников в «Красном тюльпане» сегодня было, пожалуй, как селедок в бочке. Ни один бордель в Тиралае еще не видел стольких представителей «чистоты и правды» за раз.
– Да угомонись ты!
Неожиданно раздался стук в дверь.
– Не сейчас! – громко крикнул солдат.
Но стучать продолжили. Настойчиво.
– Да чтоб тебя демоны разодрали! – мужчина оттолкнул Марту на пол и, раздраженно вскочив, направился к двери. Отодвинул щеколду, дернул ручку, – Что такое?
Острый нож с размаху впился в подбородок солдата, достав до самого мозга. Секунда, и тело с грохотом повалилось на пол. На пороге стоял высокий человек в черном, его смуглое лицо было искажено гневом и отвращением. Мужчина прошел внутрь, закрыв за собой дверь.
– Когда я просил комнату, чтобы спокойно пересидеть пару недель, – произнес новый гость, – я немного не это имел в виду. Во что ты опять вляпалась, Марта?
Женщина подтянула разорванное платье и про себя помолилась Создателям.
– Ни во что, Ленарт. Тебя это не касается.
– Да неужели? – один из теней недовольно покачал головой, – Если ты не скажешь мне, что происходит, я не смогу тебе помочь.
– Почему ты не вмешался раньше? – перевела тему разговора хозяйка «тюльпана».
– Стало бы только хуже. Лезть против такой компании – самоубийственная затея.
– Дал бы им меня убить?
– Тебя бы не убили. Камилле Арден нужна была информация. Да и это же твой выбор… Сказала бы сразу – все бы отделались легким испугом. Нечего было упираться.
– Ну спасибо…
– Тебе нужен лекарь, Марта. – жнец налил себе вина, – А рану следует прижечь.
– Сама знаю… – поморщилась женщина, представляя боль от прикосновений раскаленной стали. Выругалась. – Сделай мне одолжение, парень. – хозяйка отпила вина из кружки Ленарта, прижимая к себе больную руку.
– М?
– Отправь весточку белым. Сейчас отсюда сможешь незамеченным выйти только ты. И пусть приведут с собой врача.
– Марта, этот урод тебя головой приложил что ли? Ты в своем уме? – фыркнул мужчина, забирая кружку, – Законники же тебя арестуют.
Да и сам Ленарт после недавних событий связываться с тайной желанием не горел.
– Не арестуют, не переживай.
– Я чего-то не знаю?
– Ты много чего не знаешь, Ленарт. Просто сделай в кои-то веки, как я прошу. Считай, за комнату ты заплатил.
– Это стоит немного дороже, чем комната. – парень кивнул в сторону мертвеца.
– Договоримся. А теперь позови белых. И дружка этого еще тёплого с собой забери.
– Ла-адно. Открой мне.
Хозяйка борделя подошла к одному из стоящих у стены деревянных стеллажей и потянула за золотистый корешок книги. Щелкнул замок. Женщина надавила на полки, и шкаф, словно дверь, распахнутая назад. За ним скрывалась узкая лестница, едва освещенная кристалловыми лампами. Ступени вели вниз, прямиком в подземные ходы Тиралая.
***
Утром следующего дня в городские ворота Тиралая въехали пятеро всадников. Одетые в военную форму алой армии мужчины выглядели очень уставшими. Они провели в седлах почти всю ночь, догоняя повозку с беглянкой. Но им удалось. Лестор, мрачный, но довольный, вез на своей лошади связанную по рукам девушку. Она с трудом держалась в седле, то и дело клонясь в сторону, но руки солдата не давали ей упасть. Лицо Селины было опухшим, на левой скуле красовался расплывающийся ярко фиолетовый синяк, на разбитой брови запеклись остатки крови. Она хрипло дышала, медленно моргая глазами. Может уже и не понимала, что с ней происходит.
Камилла одобрительно улыбалась, стоя у ворот. Она не спала всю ночь, ожидая гонца с новостями. И как только ей сообщили, что девчонку поймали, сама поспешила встретить подчиненных. Она уже предвкушала похвалу и благодарность от Деона, прокручивая в голове их возможный разговор.
– Хорошая работа, Лестор! – кивнула рыжая своему помощнику, когда тот подъехал ближе, – Девчонка что-нибудь рассказала?
– Пока молчит, госпожа…
– Ну ничего, я её сама разговорю…
– Госпожа… – Лестор вдруг заметно занервничал и начал крутить головой по сторонам.
Послышался топот ног. Из-за домов со всех сторон к воротам потянулись люди в белых одеждах. Их было больше десятка и каждый при мече. Отряд всадников был окружен.
– Именем Алого Ордена, вы все арестованы! – вперед вышел Илай. Сегодня он в кои-то веки был одет по форме тайной канцелярии.
– По праву, данному мне Высшим Советом Алого Ордена, – Камилла не растерялась и вышла офицеру на встречу, – я неприкосновенна! Ты не можешь меня арестовать!
– Он не может, а я могу. – из-за спины Илая показался высоких худой человек с седой бородой и в белых перчатках. Глава тайной канцелярии собственной персоной.
– Тиссен… – прошипела рыжая, – Мои люди как раз привезли вам изменницу и убийцу! Вы должны меня благодарить!
– О, я благодарен. Вы, госпожа Арден, облегчили мне работу. И девчонку привезли, и себе на приговор заработали.
– Да как вы смеете! Мой отец…
– Твой отец, девочка – старый дурак. И тебя, видать, ничему хорошему не научил. Забирайте их!
Глава 6.
– Давненько тебя не было видно, племянница. – Гент еле заметно улыбнулся в усы и, отряхнувшись от завитков деревянной стружки, жестом пригласил Роксану в дом, – Чего не заходишь-то?
– Да дел было много. И голову надо было привести в порядок. – пожала плечами гостья, шагая за плотником вверх по деревянным ступеням.
– И как, получилось?
– Ну а куда мне деваться… Кстати, – Тень обернулась через плечо, туда, где сквозь большое окно в мастерскую пробивался солнечный свет, -мальчишка у дома постоянно крутится?
Ребенка лет так тринадцати Роксана приметила пару недель назад. Она довольно часто проходила мимо дома Гента, высматривая в окнах сигнал о новостях из Ордена. Но новостей всё не было, а вот мальчишка был. И крайне оживлялся в её присутствии.
– А, так ты заметила! Как раз хотел тебе сказать. Не постоянно, конечно, но частенько. Иногда просто наблюдает за нами, иногда в лавку заходит. Но ничего не покупает, ни с кем не говорит. Нам стоит беспокоиться?
– Пока что нет. Я знаю чей он.
Догадаться было не сложно. Чего-то такого от Аларда она как раз и ожидала. Лейтенант Амрис предпочитал строить отношения в команде на доверии, но далеко не на слепом. И правильно делал.
– Ведите себя как обычно и от вас отстанут. Но если появится кто-то еще, лучше мне сразу скажите. Мало ли.
– Ладно, я понял… – немного напряженно дернул плечом плотник, толкая дверь в свое жилище. – Главное, чтобы для детей безопасно было. Ну, чего стоишь как не родная. Проходи давай, Пина на кухне!
А на кухне царил хаос. Хозяйка, в зеленом фартуке и завязанной на лбу косынке суетилась у покрытого мукой стола. Она укладывала раскатанное тесто в форму для пирога и что-то напевала себе под нос. Вокруг нее носились дети. Мелия, держа высоко над головой вырезанную отцом деревянную птицу, нарезала круги по комнате, убегая от младшего брата.
– Дай! Да-ай! – кричал Одрик, протягивая руки.
– Да отдай ты ему уже эту игрушку, – отец устало вздохнул, потрепав дочь по голове.
– Но это моя! – начала возмущаться девчушка тонким голоском.
– Не твоя, а ваша. Дай брату тоже поиграть. И хватит носиться, уже мокрые оба. Посидите тихонько хоть десять минут, не мешайте матери!
– Весело тут у вас… – краешком рта улыбнулась Тень, занимая свободное место за столом.
– Да не то слово. – отозвалась Пина, вытирая руки, – Привет, милая. Ты осторожно, не испачкайся. Дети по всему дому уже муку растащили, разбойники! Чаю?
– Давай. – не стала отказываться брюнетка, ощущая на себе любопытный взгляд дочурки Гента, оставшейся с пустыми руками. Девчонка забралась на табуретку у окна и принялась резво болтать ногами. Одрик смущенно покосился на гостью и заполз играть под стол, - Что готовишь?
– Пирог с капустой. Пытаюсь… Дорогой, поставь чайник.
Гент молча принялся греметь посудой.
– Мам, можно покатаю? – Мелия подлезла под руку матери и потянулась к скалке и оставшемуся куску теста.
– Не сегодня.
– Ну ма-ам!
– В следующий раз покатаешь. А сейчас посиди пожалуйста спокойно. Видишь, у нас гости.
Девчонка обиделась, но не на долго. Хитро посмотрев на «тётю», и обойдя стол сбоку, она положила подбородок на столешницу. Покусала нижнюю губу, пару раз вздохнула и протянула тоненькую ручку к тесту. Отщипнула кусочек и быстро засунула в рот, пока Пина не видит. Но она увидела.
– Мелия! Не таскай сырое. Знаешь же, что живот болеть будет. – нахмурилась мать. Погрозила жестом и отвернулась за миской с капустной начинкой.
– Тсс! – Роксана приложила к губам палец, глядя на озорницу. И пользуясь моментом, тоже стащила сырой кусочек. Девчушка тихонько захихикала и скрылась под столом.
– И ты туда же…– покачала головой хозяйка, возвращаясь к пирогу. Начинка заняла свое место, и женщина принялась заплетать верхушку из тонко нарезанных полосок теста.
– Не удержалась… – хмыкнула Тень, отряхиваясь от муки. Все-таки умудрилась извозить рукава рубахи.
– Может, ты голодная? Подожди пока я закончу. Ещё часок и будет готово. Даже быстрее.
– Может, и подожду. У тебя всегда вкусно получается. И почему, я так не умею…
– У тебя… другие таланты…
– Кстати, выглядишь лучше, чем в прошлый раз. – заметил Гент, опуская на чистый край стола кружки. Темные чаинки все еще кружились на золотистой глади, запахло малиной и душистой мятой, – Даже мясо на костях появилось.
– Отличный комплемент, всем так и говори. – иронично отозвалась Тень, прислоняя кружку к губам.
– Тебе не угодишь… опять что-то не нравится. – картинно закатил глаза плотник.
– Ты мне лучше вот что скажи, – пропустила замечание мимо ушей Роксана и перешла к главному, – ответ от Агаты пришел? Вы горшок на окно поставили.
– Да, пришел, наконец-то. Не прошло и года. А то сколько можно «кота» за хвост тянуть.
Вдруг из-под стола вынырнул Одрик со свой деревянной птицей и почти сунул её прямо в материн пирог. Но отец ловко поймал его, и подняв на руки, закружил под веселые детские визги. Так и унес в соседнюю комнату.
– И меня покружи, и меня! – выскользнув из «домика» Мелия побежала за отцом. Из комнаты послышался заразительный звонкий смех.
Роксана улыбнулась и отпила чаю. В этом доме было уютно, словно в коконе из теплого одеяла. В воздухе витали запахи очага, стиранного белья, трав, засушенных над подоконником. Лучи солнца, проникая сквозь кружевные занавески, оставляли на столе цветочный узор. Даже свет казался здесь ярче и светлее. А может светились и сами хозяева. Счастьем и спокойствием. Даже на детей было приятно смотреть, на их радостные лица, никогда не знавшие тревог. Как же было завидно.
Пока Гент занимал детей, а Пина ставила в печь свое творение, Тень пересказывала ей новую версию своей легенды. На части про «приемную дочь» в кухню как раз вернулся хозяин дома. Лицо у него, надо сказать, было очень недовольное. Но ума промолчать все же хватило. Оправдать отсутствие магии и «родителей» по-другому было невозможно.
– А теперь письмо. – мягко потребовала гостья и, получив конверт из рук хозяйки, вскрыла его кухонным ножом.
Послание внутри выглядело странно. Почти пустой листок бумаги. Лишь сверху несколько записей: Тимильского красного вина: 12 бочек, Форского рома: 4 бочки, эля темного: 26 бочек, эля красного: 16 бочек.
– Это что, заказ поставки в таверну? – удивился Гент, с подозрением пялясь в бумагу.
– Так и есть. – а вот Тень не удивилась совсем. – Дай-ка мне огонька: свечу или лампу.
Просьба была исполнена, и на столе появилась маленькая зажженная лампадка. Роксана, развернула лист и принялась медленно водить им над огнем. Постепенно на бумаге стали проступать рыжеватые закорючки, но разобрать их было все еще сложно.
– Зеркало! – уверенно попросила девушка.
А вот в отражении буквы вполне себе сложились в связный текст. Но чем дальше Роксана его читала, тем мрачнее становилось её лицо. Аппетит отбило напрочь. Руки невольно сжались, а внутри не осталось ничего кроме обнажённой и дикой злобы. Волна жгучего яда прокатилась по венам и замерла где-то в желудке.
Эти неблагодарные твари не устроили даже тихих похорон. Замяли вообще все, как будто ничего и не было. Деона не обвинили ни в убийстве, ни в измене. А главное, этот ублюдок все-таки пережил их последнюю встречу. А отряд «Тень»? Весь, целиком… Слов не было, одни лишь эмоции.
– Можно? – Пина осторожно вытянула листок из рук «племянницы». Гент заглянул жене через плечо.
– Вот же! – почти яростно воскликнул он через несколько минут, добавив сверху тяжелую стопку ругательств, – Да как так-то?!
Роксана молчала. Пыталась переварить прочитанное, подавить свой гнев и разочарование. Она, конечно, предполагала, что так может случиться. Но одно дело предполагать, а совсем другое, столкнуться с несущейся на тебя реальностью. Ещё раз почувствовать, как вдребезги разбивается твой годами выстраданный план. А возможные союзники рассыпаются прахом и текут сквозь твои пальцы. Теперь она последняя «Тень». А Сопротивление придется заново сшивать, словно расползшееся лоскутное одеяло. Но сначала надо распустить все нитки. И убрать запятнанные части.
– Что будешь делать? – Пина опустила бумагу, – Как минимум с Агатой? Думаешь, у нее получится убить Деона?
– Не получится. – отрезала сероглазая, – Нельзя браться за убийство, когда не до конца понимаешь, что делаешь. А она не понимает. Лезть в Диамантовую крепость или пытаться туда что-то пронести – верх идиотизма. Единственный шанс – завербовать стражника или врача и сделать из него смертника. Потому что его точно поймают. И жить он будет не долго и не счастливо. И для такого дела нужна ох какая подготовка. Как минимум, чтобы тебя не сдали, во время пыток. Это с наскока не делается. Ну только если чудо произойдет. Я вот в чудеса не верю. А Агата… – Роксана тяжело вздохнула, взвешивая свои следующие слова, – Агате больше нельзя доверять.
– Ты сомневаешься в её лояльности?
– Сомневаюсь в её возможности выполнять приказы. Она сочла, что имеет право принимать такие решения, обойдя мой прямой запрет. А последствия от её выходки аукнутся нам всем. Это недопустимо. Особенно в такой ситуации. Поэтому… – Тень выпрямила спину и придала жесткой уверенности своему лицу, – Вы ждали от меня решения по Сопротивлению, оно будет таким: я объявляю себя главой Сопротивления и запрещаю всем членам любые действия, до моего приказа. Вообще любые. Особенно общение и встречи. Особенно с Агатой. Пусть сидят тише воды, ниже травы! Я перестрою всю систему, а пока надо переждать.
– Слава Создателям… – выдохнула Пина, – прошлый раз я подумала, что ты готова всё бросить.
– Я не могу себе этого позволить. Даже, если бы хотела. А теперь, неси бумагу.
Писать пришлось много. И шифровками. Куча одинаковых писем с адресами важных членов Сопротивления. И все эти улицы и дома приходилось вытаскивать из головы. Пирог пекся и шкворчал в печи, письма один за другим ложились на стол. Закончив последнее, Роксана сделала то, что не делала никогда – подписалась своим настоящим именем. Терять ей было уже нечего. А Орден, если узнает, так пусть боится.
– Отправьте письма, все остальное я решу сама. И вот ещё что, – Роксана повернулась к плотнику, – я хочу, чтобы ты сделал для меня новую маску. Черную.
***
Законников в «Красном тюльпане» сегодня было, пожалуй, как селедок в бочке. Ни один бордель в Тиралае еще не видел стольких представителей «чистоты и правды» за раз.
