А лежит он, судя по всему, давненько. И почему же его до этого никто не обнаружил? Получается, она знала, где его искать? Может, она специально разыграла весь этот спектакль, чтобы отвести подозрения от себя? Нервничала она, конечно, натурально, но Ибрагим, регулярно доводивший бывшую жену до седьмого неба, и только после развода узнавший, что она за всё это время так ни разу и не кончила, привык не доверять женским эмоциям.
Прокрутив всё это в голове, Ибрагим почувствовал себя максимально глупо – снова из-за своей дурацкой сердобольности он вляпался в историю. И стоит, как дурак, ждёт эту непонятную женщину, которая навешала ему на уши всякой лапши… Он разочарованно, прежде всего в самом себе, выкинул окурок в урну и сел за руль с твёрдым намерением уехать, но какой-то непонятный зуд внутри удерживал его на месте. Может, банальное чувство долга – ведь он пообещал, что будет здесь пятнадцать минут, так что будет дожидаться её, несмотря ни на что, кем бы она ни была. По крайней мере, он будет прав перед самим собой.
- Вот и молодец, - словно дуновение ветерка, пронёсся мимо его уха женский голос. Скорее, даже эхо какого-то далёкого женского голоса. Ибрагим огляделся по сторонам, хотя знал, что не увидит обладательницу голоса, потому что, судя по тому, как это прозвучало – и не близко, и не далеко, говорившая как будто промелькнула у него в голове. Вокруг продолжалась жизнь, дети на площадке с азартом трескали подмёрзшие корочки на лужах, кто-то спешил домой, кто-то из дома. На Ибрагима никто не обращал внимания. Дамочки всё не было. Он продолжал сидеть десять минут, пятнадцать, понимая, что пора бы уже и уезжать, потому что слово своё он сдержал. В любом случае, она уже и думать про него забыла, так что нет смысла торчать тут, пора отправиться домой и как следует выспаться. Но странный зуд не проходил. Когда Ибрагим был готов уже плюнуть на всё и даже повернул ключ в замке зажигания и раздалось урчание, похожее на пробуждающегося от долгого сна зверя, в его голове снова прошелестел тот женский голос: «иди посмотри».
Ибрагим даже не противился, он как будто только и ждал сигнала к действию. Он снова заглушил мотор и вышел из машины. Разумеется, он не знал её квартиру, но прекрасно видел, в какой подъезд она вошла и почему-то не сомневался, что его поиски будут недолгими.
Получилось всё даже проще, чем он ожидал. Он медленно поднимался вверх по лестнице и уже на третьем этаже увидел настежь распахнутую дверь одной из квартир. Он позвал мисс Ольгу, но ему никто не ответил, более того, тишина внутри показалась ему какой-то слишком тихой, как будто наличие людей внутри было не то, что на нуле, а даже в минусе.
- Минус один, - пробормотал себе под нос Ибрагим, когда вошёл в квартиру и взглядом споткнулся о висящего под потолком мужчину с посиневшим лицом и вывалившимся изо рта языком. Пахло мочой, несмотря на распахнутое настежь окно; мужчина покачивался от сквозняка и верёвка на его шее тихонько поскрипывала о потолочный крюк.
Ибрагим снова позвал мисс Ольгу, но никто не отвечал – видимо, бедняжка совсем в шоке, два трупа за день – перебор даже для человека со стальными нервами, не то, что для такой нежной барышни, какой она показалась Ибрагиму. Пришлось пойти искать её по комнатам, хотя особого удовольствия от нахождения в чужой квартире с трупом он не испытывал. Опомнившись, вызвал полицию, но тут же пожалел, потому что мисс Ольги он не нашел, и не хотелось брать на себя лишние подозрения. Ибрагим пошёл к выходу, чтобы дождаться полицию на улице и заодно нервно выкурить сигарет пятнадцать – такой у него был план. На выходе он заметил зеркало в прихожей, которое не видно, как только заходишь в квартиру, но видно на выходе. На зеркале ровным и каким-то старомодным почерком было написано ярко-алой губной помадой «это тебе мой подарок. спасибо за Карла». Ибрагим сразу понял, что надпись предназначалась мисс Ольге, но почему-то сомневался, что сделал её повесившийся муж. Хотя выглядело логично – дамочка изменила, вот тот и изошёл сарказмом напоследок. Но нет, почерк явно женский.
Пока Ибрагим разглядывал надпись на зеркале, он расслышал в подъезде всхлипывание откуда-то сверху. Пойдя на звук, он увидел сидящую на лестнице мисс Ольгу с зарёванными, безумными глазами, которыми она смотрела в одну точку прямо перед собой. Не зная, как поступать в подобных ситуациях, он сел рядом с ней на лестницу.
- Да уж, ну и денёк у тебя выдался, не позавидуешь.
- Она их убила… - простонала Ольга, и в гулком эхе подъезда это прозвучало особенно жутко, - просто замочила, как котят в ведре…
- Кто она? – спросил Ибрагим, хотя это ему было уже совершенно не интересно, он чувствовал, что начинает клевать носом даже несмотря на все потрясения этого утра. Он зевнул. - Сейчас полиция приедет, это здорово облегчит им работу.
- Не облегчит. Я понятия не имею, кто она такая. – Ольга немного оживилась,- Подождите, вы что, вызвали полицию?
- Ну конечно. А что же ещё мне надо было сделать? Ах, да, ещё в таких случаях, кажется, звонят в скорую. Или они там сами как-то?..
Ибрагим снова зевнул и потянулся за телефоном, чтобы поискать информацию, но мисс Ольга торопливо положила его руки на свои и умоляюще заглянула ему в глаза:
- Пожалуйста, не звоните больше никуда. Давайте уедем, я не выдержу ещё одного допроса, вы что, не видите, что я с ума схожу? Увезите меня.
Ибрагим пожал плечами и убрал телефон в карман. Ему самому не очень-то хотелось во всё это ввязываться, а хотелось тазик пельменей и спать. Он помог Ольге подняться со ступеней, ещё раз сочувственно отметив её полные безумия глаза и какую-то надломленность – она была такая еще утром, но в гораздо меньшей степени.
В машине она умостилась на заднем сиденье и попросила сигарету. Ибрагим тоже закурил, хотя и не поощрял, когда дымили в машине.
- Куда едем? – спросил он, безуспешно пытаясь поймать её взгляд в зеркале заднего вида.
Она долго молчала и Ибрагим хотел уже повторить вопрос, но тут она выдохнула:
- В студенческое общежитие.
Пожалуй, это лучшее место, когда боишься оставаться один.
19.
И как-то так вышло, что, увидев на пороге мисс Ольгу с шальными глазами, на дне которых плескалось настоящее безумие, Амелия вдруг прониклась к ней симпатией, хотя до этого никогда не упускала случая подшутить над француженкой. Она отпоила Ольгу горячим чаем, они сидели рядом с настежь распахнутым, несмотря на прохладу поздней осени, окном, чтобы не надо было никуда выходить, курили сигареты и говорили обо всём на свете. Мисс Ольга рассказала и про Карла, про то, как случились их внезапные и не состоявшиеся в итоге отношения, про все звонки и особенно про сегодняшнюю ночь. Про мужа, который только с веревкой на шее наконец лишился своего вечно высокомерного выражения лица и даже о том, какое она испытывает преступное облегчение сейчас, осознавая постепенно, что он мертв.
А Амелия рассказала про ту ночь с Карлом и Оливией, за которую ей до сих пор очень неловко – она и не стала бы рассказывать, если бы не одно внезапно открывшееся обстоятельство. Когда она по вчерашней просьбе мисс Ольги решила поговорить с соседями Карла, выяснилось, что незадолго до своей пропажи его навещала гостья.
- Всем нам известная гостья, - мрачно затянулась Амелия и выбросила докуренную сигарету в пустую бутылку из-под вина. – К нему приходила Оливия.
Мисс Ольга округлила глаза, но промолчала, ожидая продолжения.
- То есть, понимаешь – я знаю, что поступила плохо, но так сделали мы оба. И после этого она не ко мне приходит, к подруге, - а идет к Карлу! И зачем? Ей всегда было на него плевать. Неужели эта ситуация махом расколдовала её от девственности? И сразу подавай добавки.
- Ты ревнуешь?
- Да кого там, - Амелия отмахнулась. – Просто мне она такую истерику закатила, из общаги сбежала, настолько я ей была омерзительна. А он, значит, белый и пушистый.
- А она точно сбежала из общаги? Может, она жила у него?
Амелия задумчиво проводила взглядом спешащего внизу студента и покачала головой.
- Да нет. Все бы уже знали. Это же общага. Уж если её крошечный ночной визит не остался незамеченным, что говорить про остальное. Исключено.
- Ну хорошо. И что же она приходила? Есть ещё информация?
- Только та, что после её визита Карла больше никто не видел. Как в воду канул. Предполагаю, она уболтала его бежать.
- И они побежали так быстро, что он забыл телефон, а через несколько недель обнаружен мертвым? Что-то не сходится. и, судя по виду, - Ольга с трудом переборола подкатившую к горлу тошноту, - судя по виду, он там всё это время и проплавал.
- Тогда у меня только один вариант – она наговорила ему такого, что он пошёл и сбросился с моста.
- Нет, Карл не такой. Он же…
- Да знаю я, что он не такой. Он слишком кайфовал от жизни, чтобы принять такое решение самостоятельно. Хотя, с другой стороны, ты со своей свадьбой могла его порядочно расстроить.
Амелия сказала это скорее в шутку, но мисс Ольга вдруг скисла и на глазах у неё выступили слёзы:
- А вдруг?.. Сначала я, потом Оливия. Может, у него ещё какие-то истории случились, о которых мы не знаем, все наложилось одно на другое, и он не выдержал?
- Ой, да перестань, - Амелия обняла Ольгу, - и вообще-то, прежде, чем гадать, надо дождаться результатов экспертизы. Но бесполезные догадки нас ни к чему не приведут.
Ольга обреченно кивнула. Амелия легонько встряхнула её и добавила побольше оптимизма в голос:
- Ну все, лично мне надоело кукситься. Сделанного не исправишь. Предлагаю выпить пива и расслабиться.
- Ох, мне бы поспать, - простонала Ольга и тоскливо посмотрела на кровать Оливии, которая стояла за ширмой, что создавало там приятный полумрак. Амелия засмеялась:
- Ну хорошо. Спи. Тогда я просто схожу в кафе и потом принесу что-нибудь на вечер. Не против, если мой новый парень заглянет вечерком? Всё цензурно, мы с ним до самого интересного еще не дошли.
- Нет, это же твоя комната, делай, что хочешь. Я просто хочу спать.
Ольга зевнула и прилегла на кровать. Амелия с улыбкой посмотрела на неё и решила, что, пожалуй, не стоит приводить сегодня никого.
Потом Ольга съехала на свою прежнюю квартиру и Амелия могла приводить кого угодно, однако дружить и общаться они не перестали. Через некоторое время Амелия всё же не удержалась и позвонила Оливии, потому что все же скучала, плюс тот момент с ее визитом к Карлу не давал ей покоя – правда, Оливия была так холодна и при этом так искренне удивилась его смерти, что Амелия не стала ничего спрашивать. А потом Карл сбил её на машине, и вот уже мисс Ольга с грустной улыбкой смотрела на лежащую в больничной койке Амелию. Она хотела подбодрить её, но улыбка получалась слишком вымученной, а когда она узнала, кто сидел за рулём, то и пытаться перестала.
- Чертовщина какая-то, - пробормотала она. Можно сколько угодно не верить своим ушам, но глазам она не поверить не могла – вот же Амелия, лежит, с переломанными костями и ушибами.
- Не очень, если учесть, что ты тоже с ним разговаривала, когда он был уже мёртв.
- По крайней мере, я его не видела. Это могла быть шутка. Это точно был он? Как сильно ты ударилась головой?
Амелия шутливо замахнулась гипсовым кулаком и попыталась рассмеяться.
- Голова у меня почти не пострадала.
Мисс Ольга задумчиво пожевала прядь волос, глядя в окно. Уже стемнело, хотя вечер только наступил, и она видела своё отражение в чёрном пузыре больничного окна – растрёпанная, растерянная и бледная. Звонок из больницы вытащил её из кровати, где она в последнее время перманентно находилась, если не преподавала.
- Мне кажется, тут есть какая-то закономерность. Карл исчез, когда к нему пришла Оливия, и он сбил тебя на машине в тот момент, когда ты преследовала её. Кажется, мы многого не знаем о твоей подруге. Как давно вы знакомы?
- С лета, - Амелия пожала плечами, насколько это было возможно с гипсом, стараясь скрыть то, как у неё перехватило дыхание. – У меня была сессия и я задержалась в общежитии подольше, она приехала на подготовительные курсы и её подселили ко мне. Так и сдружились. Я знаю только, что она – сама невинность, девственница и скромница, любит танцы и рисовать, но родители, кажется, считали её немного туповатой, потому что настояли на том, чтобы она поступила на специальность с самым низким проходным баллом и маленьким конкурсом, да ещё и отправили на бесполезные курсы, чтобы подстраховаться.
- То есть, выглядит так, как будто ей надо было поступить любой ценой?
- Ну да. Подумаешь, таких полно. И вообще, я не знаю, за что тут можно зацепиться, ничего необычного, всё гладко. Обычная девушка, чувствительная и творческая. Ничего такого, что бы дало повод обвинить её… в чём?
- Ох, я не знаю. Нутром чую, что-то неладное с ней. Может, я ей позвоню?
Амелия снова попыталась рассмеяться:
- Да, позвони и спроси, что за чертовщина произошла с Карлом и почему их видели вместе. Ольга, это смешно.
- Ты права. Сама не знаю, почему она крутится у меня в голове.
- Ох, да она у всех в голове крутится, - Амелия отмахнулась гипсовым кулаком и поёрзала на месте, чтобы размяться. Ей не хотелось признаваться даже Ольге, что в её словах был резон, ведь ей самой почудилось в Оливии что-то странное во время их последней встречи. Но она не хотела давать Ольге лишнюю пищу для размышлений, она и так сама не своя с тех пор, как всё это началось, тем более, что Амелии и самой могло всё это почудиться.
Мисс Ольга пробыла у Амелии ещё какое-то время, они болтали о всякой ерунде и грызли большую плитку шоколада, и всё, казалось, было без налёта той подозрительной напряжённости, но, уже уходя домой, Ольга обернулась и спросила:
- Может, я ей всё же позвоню?
Амелия нахмурилась и пожалела, что не может встать и хорошенько встряхнуть Ольгу, чтобы та оклемалась:
- Мне кажется, они ясно дали нам понять, что хотят, чтобы их оставили в покое. Тоже хочешь угодить под колеса? Или повиснуть рядом со своим муженьком?
Ольга кротко кивнула и вышла из палаты. Амелия решила, что погорячилась, но, с другой стороны, должно же что-то привести Ольгу в порядок, как-то встряхнуть её.
Амелия устроилась поудобнее и уставилась в покрытый пожелтевшей штукатуркой потолок. Она потянулась почесать нос, но забылась и чуть не заехала себе по лицу гипсовым кулаком. Ей показалось это забавным, и она тихонько захихикала. Итак, в общей сложности она обзавелась переломом кисти правой руки, пары рёбер, голени, бедра, смещением позвонков и сотрясением мозга – и всё это она заполучила благодаря парню, на чьих похоронах всплакнула пару недель назад. То ли дело в сотрясении мозга, то ли она непрошибаемая оптимистка, но она на самом деле находила эту ситуацию забавной. А может, просто радовалась, что осталась жива. Однако, несмотря на готовность от души посмеяться над ситуацией (если бы не острая боль в грудной клетке, которая не давала это сделать), она понимала, что наилучшим выходом для неё будет уехать домой. Даже не столько потому, что она всё равно не сможет ходить на занятия и нормально за собой ухаживать, но ещё и потому, что чувствовала, что только демонстративное заявление того, что она уехала, даст понять Карлу и Оливии, что она оставила их в покое. Как бы бредово это не звучало и как бы ей не хотелось докопаться, что же всё-таки происходит, жить хочется сильнее.
Прокрутив всё это в голове, Ибрагим почувствовал себя максимально глупо – снова из-за своей дурацкой сердобольности он вляпался в историю. И стоит, как дурак, ждёт эту непонятную женщину, которая навешала ему на уши всякой лапши… Он разочарованно, прежде всего в самом себе, выкинул окурок в урну и сел за руль с твёрдым намерением уехать, но какой-то непонятный зуд внутри удерживал его на месте. Может, банальное чувство долга – ведь он пообещал, что будет здесь пятнадцать минут, так что будет дожидаться её, несмотря ни на что, кем бы она ни была. По крайней мере, он будет прав перед самим собой.
- Вот и молодец, - словно дуновение ветерка, пронёсся мимо его уха женский голос. Скорее, даже эхо какого-то далёкого женского голоса. Ибрагим огляделся по сторонам, хотя знал, что не увидит обладательницу голоса, потому что, судя по тому, как это прозвучало – и не близко, и не далеко, говорившая как будто промелькнула у него в голове. Вокруг продолжалась жизнь, дети на площадке с азартом трескали подмёрзшие корочки на лужах, кто-то спешил домой, кто-то из дома. На Ибрагима никто не обращал внимания. Дамочки всё не было. Он продолжал сидеть десять минут, пятнадцать, понимая, что пора бы уже и уезжать, потому что слово своё он сдержал. В любом случае, она уже и думать про него забыла, так что нет смысла торчать тут, пора отправиться домой и как следует выспаться. Но странный зуд не проходил. Когда Ибрагим был готов уже плюнуть на всё и даже повернул ключ в замке зажигания и раздалось урчание, похожее на пробуждающегося от долгого сна зверя, в его голове снова прошелестел тот женский голос: «иди посмотри».
Ибрагим даже не противился, он как будто только и ждал сигнала к действию. Он снова заглушил мотор и вышел из машины. Разумеется, он не знал её квартиру, но прекрасно видел, в какой подъезд она вошла и почему-то не сомневался, что его поиски будут недолгими.
Получилось всё даже проще, чем он ожидал. Он медленно поднимался вверх по лестнице и уже на третьем этаже увидел настежь распахнутую дверь одной из квартир. Он позвал мисс Ольгу, но ему никто не ответил, более того, тишина внутри показалась ему какой-то слишком тихой, как будто наличие людей внутри было не то, что на нуле, а даже в минусе.
- Минус один, - пробормотал себе под нос Ибрагим, когда вошёл в квартиру и взглядом споткнулся о висящего под потолком мужчину с посиневшим лицом и вывалившимся изо рта языком. Пахло мочой, несмотря на распахнутое настежь окно; мужчина покачивался от сквозняка и верёвка на его шее тихонько поскрипывала о потолочный крюк.
Ибрагим снова позвал мисс Ольгу, но никто не отвечал – видимо, бедняжка совсем в шоке, два трупа за день – перебор даже для человека со стальными нервами, не то, что для такой нежной барышни, какой она показалась Ибрагиму. Пришлось пойти искать её по комнатам, хотя особого удовольствия от нахождения в чужой квартире с трупом он не испытывал. Опомнившись, вызвал полицию, но тут же пожалел, потому что мисс Ольги он не нашел, и не хотелось брать на себя лишние подозрения. Ибрагим пошёл к выходу, чтобы дождаться полицию на улице и заодно нервно выкурить сигарет пятнадцать – такой у него был план. На выходе он заметил зеркало в прихожей, которое не видно, как только заходишь в квартиру, но видно на выходе. На зеркале ровным и каким-то старомодным почерком было написано ярко-алой губной помадой «это тебе мой подарок. спасибо за Карла». Ибрагим сразу понял, что надпись предназначалась мисс Ольге, но почему-то сомневался, что сделал её повесившийся муж. Хотя выглядело логично – дамочка изменила, вот тот и изошёл сарказмом напоследок. Но нет, почерк явно женский.
Пока Ибрагим разглядывал надпись на зеркале, он расслышал в подъезде всхлипывание откуда-то сверху. Пойдя на звук, он увидел сидящую на лестнице мисс Ольгу с зарёванными, безумными глазами, которыми она смотрела в одну точку прямо перед собой. Не зная, как поступать в подобных ситуациях, он сел рядом с ней на лестницу.
- Да уж, ну и денёк у тебя выдался, не позавидуешь.
- Она их убила… - простонала Ольга, и в гулком эхе подъезда это прозвучало особенно жутко, - просто замочила, как котят в ведре…
- Кто она? – спросил Ибрагим, хотя это ему было уже совершенно не интересно, он чувствовал, что начинает клевать носом даже несмотря на все потрясения этого утра. Он зевнул. - Сейчас полиция приедет, это здорово облегчит им работу.
- Не облегчит. Я понятия не имею, кто она такая. – Ольга немного оживилась,- Подождите, вы что, вызвали полицию?
- Ну конечно. А что же ещё мне надо было сделать? Ах, да, ещё в таких случаях, кажется, звонят в скорую. Или они там сами как-то?..
Ибрагим снова зевнул и потянулся за телефоном, чтобы поискать информацию, но мисс Ольга торопливо положила его руки на свои и умоляюще заглянула ему в глаза:
- Пожалуйста, не звоните больше никуда. Давайте уедем, я не выдержу ещё одного допроса, вы что, не видите, что я с ума схожу? Увезите меня.
Ибрагим пожал плечами и убрал телефон в карман. Ему самому не очень-то хотелось во всё это ввязываться, а хотелось тазик пельменей и спать. Он помог Ольге подняться со ступеней, ещё раз сочувственно отметив её полные безумия глаза и какую-то надломленность – она была такая еще утром, но в гораздо меньшей степени.
В машине она умостилась на заднем сиденье и попросила сигарету. Ибрагим тоже закурил, хотя и не поощрял, когда дымили в машине.
- Куда едем? – спросил он, безуспешно пытаясь поймать её взгляд в зеркале заднего вида.
Она долго молчала и Ибрагим хотел уже повторить вопрос, но тут она выдохнула:
- В студенческое общежитие.
Пожалуй, это лучшее место, когда боишься оставаться один.
19.
И как-то так вышло, что, увидев на пороге мисс Ольгу с шальными глазами, на дне которых плескалось настоящее безумие, Амелия вдруг прониклась к ней симпатией, хотя до этого никогда не упускала случая подшутить над француженкой. Она отпоила Ольгу горячим чаем, они сидели рядом с настежь распахнутым, несмотря на прохладу поздней осени, окном, чтобы не надо было никуда выходить, курили сигареты и говорили обо всём на свете. Мисс Ольга рассказала и про Карла, про то, как случились их внезапные и не состоявшиеся в итоге отношения, про все звонки и особенно про сегодняшнюю ночь. Про мужа, который только с веревкой на шее наконец лишился своего вечно высокомерного выражения лица и даже о том, какое она испытывает преступное облегчение сейчас, осознавая постепенно, что он мертв.
А Амелия рассказала про ту ночь с Карлом и Оливией, за которую ей до сих пор очень неловко – она и не стала бы рассказывать, если бы не одно внезапно открывшееся обстоятельство. Когда она по вчерашней просьбе мисс Ольги решила поговорить с соседями Карла, выяснилось, что незадолго до своей пропажи его навещала гостья.
- Всем нам известная гостья, - мрачно затянулась Амелия и выбросила докуренную сигарету в пустую бутылку из-под вина. – К нему приходила Оливия.
Мисс Ольга округлила глаза, но промолчала, ожидая продолжения.
- То есть, понимаешь – я знаю, что поступила плохо, но так сделали мы оба. И после этого она не ко мне приходит, к подруге, - а идет к Карлу! И зачем? Ей всегда было на него плевать. Неужели эта ситуация махом расколдовала её от девственности? И сразу подавай добавки.
- Ты ревнуешь?
- Да кого там, - Амелия отмахнулась. – Просто мне она такую истерику закатила, из общаги сбежала, настолько я ей была омерзительна. А он, значит, белый и пушистый.
- А она точно сбежала из общаги? Может, она жила у него?
Амелия задумчиво проводила взглядом спешащего внизу студента и покачала головой.
- Да нет. Все бы уже знали. Это же общага. Уж если её крошечный ночной визит не остался незамеченным, что говорить про остальное. Исключено.
- Ну хорошо. И что же она приходила? Есть ещё информация?
- Только та, что после её визита Карла больше никто не видел. Как в воду канул. Предполагаю, она уболтала его бежать.
- И они побежали так быстро, что он забыл телефон, а через несколько недель обнаружен мертвым? Что-то не сходится. и, судя по виду, - Ольга с трудом переборола подкатившую к горлу тошноту, - судя по виду, он там всё это время и проплавал.
- Тогда у меня только один вариант – она наговорила ему такого, что он пошёл и сбросился с моста.
- Нет, Карл не такой. Он же…
- Да знаю я, что он не такой. Он слишком кайфовал от жизни, чтобы принять такое решение самостоятельно. Хотя, с другой стороны, ты со своей свадьбой могла его порядочно расстроить.
Амелия сказала это скорее в шутку, но мисс Ольга вдруг скисла и на глазах у неё выступили слёзы:
- А вдруг?.. Сначала я, потом Оливия. Может, у него ещё какие-то истории случились, о которых мы не знаем, все наложилось одно на другое, и он не выдержал?
- Ой, да перестань, - Амелия обняла Ольгу, - и вообще-то, прежде, чем гадать, надо дождаться результатов экспертизы. Но бесполезные догадки нас ни к чему не приведут.
Ольга обреченно кивнула. Амелия легонько встряхнула её и добавила побольше оптимизма в голос:
- Ну все, лично мне надоело кукситься. Сделанного не исправишь. Предлагаю выпить пива и расслабиться.
- Ох, мне бы поспать, - простонала Ольга и тоскливо посмотрела на кровать Оливии, которая стояла за ширмой, что создавало там приятный полумрак. Амелия засмеялась:
- Ну хорошо. Спи. Тогда я просто схожу в кафе и потом принесу что-нибудь на вечер. Не против, если мой новый парень заглянет вечерком? Всё цензурно, мы с ним до самого интересного еще не дошли.
- Нет, это же твоя комната, делай, что хочешь. Я просто хочу спать.
Ольга зевнула и прилегла на кровать. Амелия с улыбкой посмотрела на неё и решила, что, пожалуй, не стоит приводить сегодня никого.
Потом Ольга съехала на свою прежнюю квартиру и Амелия могла приводить кого угодно, однако дружить и общаться они не перестали. Через некоторое время Амелия всё же не удержалась и позвонила Оливии, потому что все же скучала, плюс тот момент с ее визитом к Карлу не давал ей покоя – правда, Оливия была так холодна и при этом так искренне удивилась его смерти, что Амелия не стала ничего спрашивать. А потом Карл сбил её на машине, и вот уже мисс Ольга с грустной улыбкой смотрела на лежащую в больничной койке Амелию. Она хотела подбодрить её, но улыбка получалась слишком вымученной, а когда она узнала, кто сидел за рулём, то и пытаться перестала.
- Чертовщина какая-то, - пробормотала она. Можно сколько угодно не верить своим ушам, но глазам она не поверить не могла – вот же Амелия, лежит, с переломанными костями и ушибами.
- Не очень, если учесть, что ты тоже с ним разговаривала, когда он был уже мёртв.
- По крайней мере, я его не видела. Это могла быть шутка. Это точно был он? Как сильно ты ударилась головой?
Амелия шутливо замахнулась гипсовым кулаком и попыталась рассмеяться.
- Голова у меня почти не пострадала.
Мисс Ольга задумчиво пожевала прядь волос, глядя в окно. Уже стемнело, хотя вечер только наступил, и она видела своё отражение в чёрном пузыре больничного окна – растрёпанная, растерянная и бледная. Звонок из больницы вытащил её из кровати, где она в последнее время перманентно находилась, если не преподавала.
- Мне кажется, тут есть какая-то закономерность. Карл исчез, когда к нему пришла Оливия, и он сбил тебя на машине в тот момент, когда ты преследовала её. Кажется, мы многого не знаем о твоей подруге. Как давно вы знакомы?
- С лета, - Амелия пожала плечами, насколько это было возможно с гипсом, стараясь скрыть то, как у неё перехватило дыхание. – У меня была сессия и я задержалась в общежитии подольше, она приехала на подготовительные курсы и её подселили ко мне. Так и сдружились. Я знаю только, что она – сама невинность, девственница и скромница, любит танцы и рисовать, но родители, кажется, считали её немного туповатой, потому что настояли на том, чтобы она поступила на специальность с самым низким проходным баллом и маленьким конкурсом, да ещё и отправили на бесполезные курсы, чтобы подстраховаться.
- То есть, выглядит так, как будто ей надо было поступить любой ценой?
- Ну да. Подумаешь, таких полно. И вообще, я не знаю, за что тут можно зацепиться, ничего необычного, всё гладко. Обычная девушка, чувствительная и творческая. Ничего такого, что бы дало повод обвинить её… в чём?
- Ох, я не знаю. Нутром чую, что-то неладное с ней. Может, я ей позвоню?
Амелия снова попыталась рассмеяться:
- Да, позвони и спроси, что за чертовщина произошла с Карлом и почему их видели вместе. Ольга, это смешно.
- Ты права. Сама не знаю, почему она крутится у меня в голове.
- Ох, да она у всех в голове крутится, - Амелия отмахнулась гипсовым кулаком и поёрзала на месте, чтобы размяться. Ей не хотелось признаваться даже Ольге, что в её словах был резон, ведь ей самой почудилось в Оливии что-то странное во время их последней встречи. Но она не хотела давать Ольге лишнюю пищу для размышлений, она и так сама не своя с тех пор, как всё это началось, тем более, что Амелии и самой могло всё это почудиться.
Мисс Ольга пробыла у Амелии ещё какое-то время, они болтали о всякой ерунде и грызли большую плитку шоколада, и всё, казалось, было без налёта той подозрительной напряжённости, но, уже уходя домой, Ольга обернулась и спросила:
- Может, я ей всё же позвоню?
Амелия нахмурилась и пожалела, что не может встать и хорошенько встряхнуть Ольгу, чтобы та оклемалась:
- Мне кажется, они ясно дали нам понять, что хотят, чтобы их оставили в покое. Тоже хочешь угодить под колеса? Или повиснуть рядом со своим муженьком?
Ольга кротко кивнула и вышла из палаты. Амелия решила, что погорячилась, но, с другой стороны, должно же что-то привести Ольгу в порядок, как-то встряхнуть её.
Амелия устроилась поудобнее и уставилась в покрытый пожелтевшей штукатуркой потолок. Она потянулась почесать нос, но забылась и чуть не заехала себе по лицу гипсовым кулаком. Ей показалось это забавным, и она тихонько захихикала. Итак, в общей сложности она обзавелась переломом кисти правой руки, пары рёбер, голени, бедра, смещением позвонков и сотрясением мозга – и всё это она заполучила благодаря парню, на чьих похоронах всплакнула пару недель назад. То ли дело в сотрясении мозга, то ли она непрошибаемая оптимистка, но она на самом деле находила эту ситуацию забавной. А может, просто радовалась, что осталась жива. Однако, несмотря на готовность от души посмеяться над ситуацией (если бы не острая боль в грудной клетке, которая не давала это сделать), она понимала, что наилучшим выходом для неё будет уехать домой. Даже не столько потому, что она всё равно не сможет ходить на занятия и нормально за собой ухаживать, но ещё и потому, что чувствовала, что только демонстративное заявление того, что она уехала, даст понять Карлу и Оливии, что она оставила их в покое. Как бы бредово это не звучало и как бы ей не хотелось докопаться, что же всё-таки происходит, жить хочется сильнее.
