- Мы не можем ждать так долго, - сказал он.
- Но... что же нам делать, сахиб? У нас нет особого выбора - или терпеливо ждать, пока будет разрешён свободный выход в море, или достать соответствующий пропуск у наместника. Однако... последнее, как вы понимаете, то же самое, что явка с повинной.
- Есть ещё один выход, - возразил Сарнияр.
- Какой, ваше высочество?
- Договориться с тем, кто этот пропуск получит.
Ферхад озадаченно почесал затылок.
- Будет сложно, сахиб...
- Сложно не значит невозможно.
- В порту полно стражи. Все готовящиеся к отплытию суда проходят тщательный досмотр и...
- Это только поначалу будет так, - перебил Сарнияр. - Со временем надзор обязательно ослабнет. Тебе придётся поселиться в порту, Ферхад - дежурить там и днём и ночью в ожидании подходящего момента для отплытия.
- Как прикажете, сахиб, - без особого энтузиазма согласился Ферхад.
Сарнияр повернулся к мавру.
- А ты, Бехрам, теперь будешь бессменно руководить охраной. После того, как принцесса попыталась сбежать, я никому, кроме тебя, не могу её доверить.
Бехрам самодовольно ухмыльнулся.
- Можете на меня положиться, я вас не подведу. От меня ей не убежать, клянусь Аллахом! Давно вам следовало поручить мне охрану принцессы, глядишь, не пришлось бы поить её лишний раз всякой отравой. Вы как будто не отдаёте себе отчёта, чем это грозит, притом, что печальный пример её братьев у вас перед глазами.
Сарнияр тяжело вздохнул.
- Не сыпь мне соль на рану, Бехрам. По-твоему, стал бы я рисковать здоровьем наших будущих детей, вбей она в свою упрямую голову, что от меня ей никуда не уйти?
- Ей-ей, - согласно хмыкнул мавр, - теперь у вас достаточно времени, чтобы вдолбить в неё эту аксиому.
- А по-моему, - вмешался Ферхад, - вам следует как можно скорее обвенчаться с ней, и всё тут. В этом случае отпала бы надобность не только что-либо вбивать ей в голову, но и путешествия в Голконду, сопряжённого с такими трудностями.
В гостиной повисла тишина. Был слышен только шелест ветра за окном, гонявшего по двору пожухлые листья.
- Сколько городов и селений, - раздумчиво заговорил Сарнияр, - мы проехали, направляясь сюда, но нигде не нашлось шейха, который согласился бы заключить никах, пока продолжается траур. Тем более с дочерью Великого Могола. Все служители культа понимают, что это прямая дорога на виселицу.
- Конечно, - не стал спорить Ферхад, - так думают те, кто проживает в империи постоянно, но те, кто здесь проездом, могут считать иначе.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Что в портовом городе будет проще найти нужного вам человека. Такого, кто сегодня здесь, а завтра уже в другом месте. Неважно, кем будет записан ваш брачный договор - подданным Великого Могола или другого земного владыки. Перед создателем все одинаково равны.
Царевич вцепился телохранителю в плечо, не замечая, что причиняет ему боль.
- Если ты найдёшь мне такого шейха, Ферхад, я озолочу вас обоих! А теперь ступайте отсюда. Оставьте меня одного. Мне нужно собраться с мыслями.
* * *
Франческо терпеливо подстерегал Катерину у подножья лестницы. Наконец сверху донеслись её лёгкие шаги, и она показалась с небольшим узлом под мышкой. Лицо её исказила сердитая гримаса, когда она заметила внизу молодого хозяина. Она попробовала проскочить мимо, но он загородил ей путь, положив ладонь на поручень.
- Мне кажется, ты стала избегать меня, Катерина, - явно сердясь, произнёс он.
Она ничего не ответила, рассердив его ещё больше. Обхватив девушку за талию, Франческо затащил её в тёмный чулан, где его дядя хранил всякую рухлядь. Глаза её блеснули в темноте, как у кошки. Заметив это, он сказал с больно задевшей её издёвкой в голосе:
- Не думай, что я привёл тебя сюда с желанием изнасиловать. Знаю, что ты только и мечтаешь об этом, чтобы потом заставить меня жениться, как честного человека.
- У меня даже мыслей таких не было, сударь, - обиженно возразила Катерина.
- Я всего лишь хочу потолковать с тобой по душам.
- И вы не могли выбрать для этого другое место?
Она громко чихнула, подняв клубок чёрно-бурой пыли.
- Апчхи! Здесь ещё грязнее, чем в вашей спальне.
- Да? - усмехнулся Франческо. - И с кого за это спрашивать? Не ты ли обязана поддерживать в доме порядок?
- У меня и без того хватает работы по дому, - проворчала Катерина, - а с приездом магараджи ещё прибавилось. Так что, извините, мне недосуг вести с вами задушевные разговоры.
- Что - магараджа совсем не даёт тебе продохнуть? - смягчился Франческо.
- Он требует, чтобы я как можно больше времени проводила с его суженой. Ей, видите ли, недостаёт женского общества. Одни же мужики кругом. Бедняжка устала видеть изо дня в день бородатые морды своих тюремщиков.
- Значит, в компаньонки выбиваешься, Катерина? Надеешься, что она пригласит тебя в свой штат?
- Поживём - увидим, - уклончиво ответила девушка.
- А... когда вы остаётесь одни... - осторожно спросил Франческо, - она не жалуется тебе на магараджу?
Катерина отрицательно помотала головой.
- Мы не так часто остаёмся одни, сударь. Только когда я занимаюсь её туалетом. Но если вы думаете, что она использует эти минуты для того, чтобы пожаловаться на него, то ошибаетесь. Если она и была зла на своего жениха за то, что он увёз её из дому до срока, то теперь эта злость прошла. Поверьте, она желает выйти за него замуж не меньше, чем он хочет жениться на ней. Всё её прежнее недовольство было вызвано тем, что он пренебрёг традициями, которые она уважает.
- Нет, я не верю в это! - воскликнул Франческо, ударив кулаком о кулак.
Катерина испытала болезненный укол ревности, но подавила в себе это чувство и лукаво улыбнулась.
- Не верите или не хотите верить, сударь? Я помню, какими глазами вы смотрели на эту девушку в питейном зале. То был взгляд не художника, восхищенного её совершенствами.
- Ты поэтому утверждаешь, будто она довольна своим положением? Ты лжёшь в отместку за то, что я упорно не замечаю твоих совершенств?
- Нет, сударь, не обманывайте себя подобными мыслями. Если бы всё обстояло, как вы надеетесь, она попросила бы меня передать вам или кому-то ещё записку с просьбой о помощи. Разве нет? Подумайте сами.
- Возможно, она просила тебя об этом, а ты ей отказала.
- Ах, сударь, если бы я отважилась в чём-то отказать дочери Великого Могола, она бы отказалась от моих услуг. Однако этого не произошло, и я как прислуживала ей до сих пор, так и продолжаю прислуживать. А теперь сделайте одолжение, выпустите меня из чулана. Тут такой спёртый воздух, что нечем дышать. А, кроме того, мне пора на рынок.
- Зачем? - удивился Франческо. - Все закупки были сделаны ранним утром.
- Это не для кухни, сударь. Магараджа велел купить принцессе для поднятия настроения новые сари и ещё кучу всего в придачу: колечки, браслеты, украшения для волос и прочие безделушки.
- Нашёл, кого просить! - презрительно фыркнул Франческо. - Можно подумать, что ты разбираешься в таких тонкостях!
- А зачем мне в них разбираться? - почти враждебно выпалила Катерина. - Я пойду в самую богатую лавку, какая найдётся на рынке. Слава богу, магараджа не поскупился - отвалил кучу денег! Для своей невесты ему ничего не жалко. И будьте уверены, когда я вернусь с покупками, всю её хандру как рукой снимет!
- Не суди по себе, Катерина!
- Я сужу не по себе. Все женщины таковы: при виде красивых вещиц забывают про все свои горести. Откройте дверь. Мне ещё нужно передать заказ магараджи на кухню.
- Что он заказал на обед? - полюбопытствовал Франческо.
- Седло барашка, - начала перечислять Катерина, загибая пальцы, - зажаренных на углях цесарок, рыбу, фаршированную раковыми шейками по-средиземноморски, потом ещё паштет из гусиной печёнки и нашу национальную поленту - кукурузный пирог с сыром.
- У его светлости отменный аппетит, - усмехнулся Франческо.
Поняв, что ничего больше не добьётся от Катерины после того, как дал ей почувствовать, что она не волнует его как женщина, он выпустил её на свободу. Заглянув на кухню, она передала заказ магараджи повару, а затем зашла в питейный зал в поисках Ринальдо - работника, помогавшего ей носить покупки с рынка.
Хотя в зале не было европейцев, заходивших сюда пропустить чарку, в камине горел огонь; на решётке как обычно жарились креветки к мальвазии. Подойдя к камину, девушка воровато оглянулась, вынула из-за корсажа свёрнутую трубкой записку и бросила её в огонь. Пламя быстро поглотило свиток, исписанный рукой принцессы. Когда он обратился в пепел, Катерина с чувством облегчения повернулась к двери и вздрогнула от неожиданности, увидев на порожке Розалию - свою двоюродную сестру, ходившую за коровами на скотном дворе мессера Джованни.
- Что ты здесь делаешь, неряха? - грубо окрикнула её Катерина.
- Зашла попить воды, - ответила Розалия, опустив дымчато-серые глаза, затенённые длинными густыми ресницами.
Катерина оглядела кузину с чувством собственного превосходства и тайной зависти одновременно. Под толстым слоем грязи скрывалось довольно хорошенькое личико с мягкими чертами.
- «Воды попить зашла»! - передразнила её Катерина. - Ты разве не знаешь, что скотникам сюда ходить не положено? Твоё счастье, что в зале сейчас никого нет. Живо выметайся, пока хозяин тебя не застал. Проваливай к своим бурёнкам, грязнуля!
- Прости, сестрица, - примирительно пролепетала Розалия, исчезая за дверью.
- Погоди, - остановила её Катерина. - Ты не видела Ринальдо?
Розалия снова показалась в дверях, довольная, что может быть чем-то полезна своей сварливой родственнице.
- Минуту назад он был во дворе, сестрица, разговаривал со старшим конюхом.
- Хорошо, - пробурчала Катерина. - Больше не зови меня сестрицей, особенно на людях. Не велика честь - состоять в родстве с неотёсанной деревенщиной.
С этими словами она прошмыгнула мимо, брезгливо морща нос.
С минуту Розалия простояла недвижно, с отвращением разглядывая своё чумазое лицо в висевшем напротив зеркале, затем, стряхнув оцепенение, решительно направилась в свою комнатушку, расположенную в цокольном этаже.
Прошла четверть часа, которой вполне хватило на то, чтобы привести себя в порядок. За это время Розалия успела не только отмыть с себя всю грязь, но также переодеться во всё чистое и тщательно причесать свои прекрасные тёмно-русые волосы.
Зайдя на кухню, чтобы наконец-то утолить давно мучившую её жажду, она привела в изумление всех, кто там находился, особенно Франческо, который в первую минуту даже не узнал её.
- О, мадонна! - воскликнул он, окинув девушку восхищённым взглядом. - Розалия, ты ли это? Какое фантастическое преображение! Вы только посмотрите, дядя!
- Да-а, - протянул толстяк, ощупывая её маслеными глазками.
- Не кажется ли вам, что мы совершаем преступление, держа такую красотку на скотном дворе? - спросил Франческо.
- Да, пожалуй, - согласился мессер Джованни.
- Розалии там не место, дядя. Надо бы перевести её в дом, тем более что Катерина уже не справляется одна со всеми обязанностями.
- В самом деле, племянник?
- Она мне недавно жаловалась, что на неё навалили слишком много работы. Наш постоялец попросил её прислуживать его невесте. Конечно же, ей нужна помощница. Пусть она выполняет свою обычную работу по дому, а нашей постоялицей займётся Розалия.
Мессер Джованни озабоченно почесал толстое брюшко.
- Да, но... у неё нет для этого необходимого опыта, племянник.
- Ах, дядя! Ну, какой тут нужен опыт - одеть, раздеть, поднести, отнести? Любая девушка легко с этим справится. Главное, спину прямо держать, а у Розалии, обратите внимание, прекрасная осанка.
- Ага, - добродушно засмеялся хозяин, - словно кол проглотила. Ну, ладушки, пусть попробует, попытка не пытка.
Провожая Розалию до лестницы, Франческо снабдил её множеством полезных инструкций, как вести себя с важными господами, закончив не то вопросом, не то утверждением:
- Надеюсь, ты должным образом оценишь то, что я сделал для тебя, Розалия.
- Уж и не знаю, как отблагодарить вас за это, сударь, - ответила девушка, прижав огрубевшие от тяжёлой работы руки к груди.
- Я подскажу тебе. Ты должна свести меня с принцессой...
- С принцессой? - оторопела Розалия, чувствуя, как по спине побежали мурашки. - Эта дама, которой я буду прислуживать... Иисусе! Пресвятая богородица! И я должна свести её с вами?
- В этом нет ничего зазорного, поверь мне. От тебя требуется только рассказать ей о моём увлечении живописью и о том, что я хочу написать её портрет.
* * *
Вернувшись с рынка, Катерина велела своему помощнику отнести покупки наверх, а сама задержалась внизу, проверяя, всё ли в порядке. В гостинице стояла обычная для второй половины дня тишина; хозяин с племянником отдыхали в своих спальнях после сытного обеда, а вся их челядь разбрелась кто куда.
- Прекрасно, - сказала вслух Катерина, - в доме всё спокойно, пойду, помогу нашей принцессе разобрать подарки.
Не успела она дойти до лестницы, как сверху спустился Ринальдо: на смазливом лице его читалась растерянность, озадачившая Катерину.
- Что с тобой, Ринальдино? - ласково спросила она.
Теперь, когда у неё не осталось надежды завлечь в любовные сети молодого хозяина, Катерина решила вскружить голову самому видному работнику гостиницы и их совместный поход на рынок с успехом использовала, чтобы испытать на нём свои женские чары.
- Но... что же нам делать, сахиб? У нас нет особого выбора - или терпеливо ждать, пока будет разрешён свободный выход в море, или достать соответствующий пропуск у наместника. Однако... последнее, как вы понимаете, то же самое, что явка с повинной.
- Есть ещё один выход, - возразил Сарнияр.
- Какой, ваше высочество?
- Договориться с тем, кто этот пропуск получит.
Ферхад озадаченно почесал затылок.
- Будет сложно, сахиб...
- Сложно не значит невозможно.
- В порту полно стражи. Все готовящиеся к отплытию суда проходят тщательный досмотр и...
- Это только поначалу будет так, - перебил Сарнияр. - Со временем надзор обязательно ослабнет. Тебе придётся поселиться в порту, Ферхад - дежурить там и днём и ночью в ожидании подходящего момента для отплытия.
- Как прикажете, сахиб, - без особого энтузиазма согласился Ферхад.
Сарнияр повернулся к мавру.
- А ты, Бехрам, теперь будешь бессменно руководить охраной. После того, как принцесса попыталась сбежать, я никому, кроме тебя, не могу её доверить.
Бехрам самодовольно ухмыльнулся.
- Можете на меня положиться, я вас не подведу. От меня ей не убежать, клянусь Аллахом! Давно вам следовало поручить мне охрану принцессы, глядишь, не пришлось бы поить её лишний раз всякой отравой. Вы как будто не отдаёте себе отчёта, чем это грозит, притом, что печальный пример её братьев у вас перед глазами.
Сарнияр тяжело вздохнул.
- Не сыпь мне соль на рану, Бехрам. По-твоему, стал бы я рисковать здоровьем наших будущих детей, вбей она в свою упрямую голову, что от меня ей никуда не уйти?
- Ей-ей, - согласно хмыкнул мавр, - теперь у вас достаточно времени, чтобы вдолбить в неё эту аксиому.
- А по-моему, - вмешался Ферхад, - вам следует как можно скорее обвенчаться с ней, и всё тут. В этом случае отпала бы надобность не только что-либо вбивать ей в голову, но и путешествия в Голконду, сопряжённого с такими трудностями.
В гостиной повисла тишина. Был слышен только шелест ветра за окном, гонявшего по двору пожухлые листья.
- Сколько городов и селений, - раздумчиво заговорил Сарнияр, - мы проехали, направляясь сюда, но нигде не нашлось шейха, который согласился бы заключить никах, пока продолжается траур. Тем более с дочерью Великого Могола. Все служители культа понимают, что это прямая дорога на виселицу.
- Конечно, - не стал спорить Ферхад, - так думают те, кто проживает в империи постоянно, но те, кто здесь проездом, могут считать иначе.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Что в портовом городе будет проще найти нужного вам человека. Такого, кто сегодня здесь, а завтра уже в другом месте. Неважно, кем будет записан ваш брачный договор - подданным Великого Могола или другого земного владыки. Перед создателем все одинаково равны.
Царевич вцепился телохранителю в плечо, не замечая, что причиняет ему боль.
- Если ты найдёшь мне такого шейха, Ферхад, я озолочу вас обоих! А теперь ступайте отсюда. Оставьте меня одного. Мне нужно собраться с мыслями.
* * *
Франческо терпеливо подстерегал Катерину у подножья лестницы. Наконец сверху донеслись её лёгкие шаги, и она показалась с небольшим узлом под мышкой. Лицо её исказила сердитая гримаса, когда она заметила внизу молодого хозяина. Она попробовала проскочить мимо, но он загородил ей путь, положив ладонь на поручень.
- Мне кажется, ты стала избегать меня, Катерина, - явно сердясь, произнёс он.
Она ничего не ответила, рассердив его ещё больше. Обхватив девушку за талию, Франческо затащил её в тёмный чулан, где его дядя хранил всякую рухлядь. Глаза её блеснули в темноте, как у кошки. Заметив это, он сказал с больно задевшей её издёвкой в голосе:
- Не думай, что я привёл тебя сюда с желанием изнасиловать. Знаю, что ты только и мечтаешь об этом, чтобы потом заставить меня жениться, как честного человека.
- У меня даже мыслей таких не было, сударь, - обиженно возразила Катерина.
- Я всего лишь хочу потолковать с тобой по душам.
- И вы не могли выбрать для этого другое место?
Она громко чихнула, подняв клубок чёрно-бурой пыли.
- Апчхи! Здесь ещё грязнее, чем в вашей спальне.
- Да? - усмехнулся Франческо. - И с кого за это спрашивать? Не ты ли обязана поддерживать в доме порядок?
- У меня и без того хватает работы по дому, - проворчала Катерина, - а с приездом магараджи ещё прибавилось. Так что, извините, мне недосуг вести с вами задушевные разговоры.
- Что - магараджа совсем не даёт тебе продохнуть? - смягчился Франческо.
- Он требует, чтобы я как можно больше времени проводила с его суженой. Ей, видите ли, недостаёт женского общества. Одни же мужики кругом. Бедняжка устала видеть изо дня в день бородатые морды своих тюремщиков.
- Значит, в компаньонки выбиваешься, Катерина? Надеешься, что она пригласит тебя в свой штат?
- Поживём - увидим, - уклончиво ответила девушка.
- А... когда вы остаётесь одни... - осторожно спросил Франческо, - она не жалуется тебе на магараджу?
Катерина отрицательно помотала головой.
- Мы не так часто остаёмся одни, сударь. Только когда я занимаюсь её туалетом. Но если вы думаете, что она использует эти минуты для того, чтобы пожаловаться на него, то ошибаетесь. Если она и была зла на своего жениха за то, что он увёз её из дому до срока, то теперь эта злость прошла. Поверьте, она желает выйти за него замуж не меньше, чем он хочет жениться на ней. Всё её прежнее недовольство было вызвано тем, что он пренебрёг традициями, которые она уважает.
- Нет, я не верю в это! - воскликнул Франческо, ударив кулаком о кулак.
Катерина испытала болезненный укол ревности, но подавила в себе это чувство и лукаво улыбнулась.
- Не верите или не хотите верить, сударь? Я помню, какими глазами вы смотрели на эту девушку в питейном зале. То был взгляд не художника, восхищенного её совершенствами.
- Ты поэтому утверждаешь, будто она довольна своим положением? Ты лжёшь в отместку за то, что я упорно не замечаю твоих совершенств?
- Нет, сударь, не обманывайте себя подобными мыслями. Если бы всё обстояло, как вы надеетесь, она попросила бы меня передать вам или кому-то ещё записку с просьбой о помощи. Разве нет? Подумайте сами.
- Возможно, она просила тебя об этом, а ты ей отказала.
- Ах, сударь, если бы я отважилась в чём-то отказать дочери Великого Могола, она бы отказалась от моих услуг. Однако этого не произошло, и я как прислуживала ей до сих пор, так и продолжаю прислуживать. А теперь сделайте одолжение, выпустите меня из чулана. Тут такой спёртый воздух, что нечем дышать. А, кроме того, мне пора на рынок.
- Зачем? - удивился Франческо. - Все закупки были сделаны ранним утром.
- Это не для кухни, сударь. Магараджа велел купить принцессе для поднятия настроения новые сари и ещё кучу всего в придачу: колечки, браслеты, украшения для волос и прочие безделушки.
- Нашёл, кого просить! - презрительно фыркнул Франческо. - Можно подумать, что ты разбираешься в таких тонкостях!
- А зачем мне в них разбираться? - почти враждебно выпалила Катерина. - Я пойду в самую богатую лавку, какая найдётся на рынке. Слава богу, магараджа не поскупился - отвалил кучу денег! Для своей невесты ему ничего не жалко. И будьте уверены, когда я вернусь с покупками, всю её хандру как рукой снимет!
- Не суди по себе, Катерина!
- Я сужу не по себе. Все женщины таковы: при виде красивых вещиц забывают про все свои горести. Откройте дверь. Мне ещё нужно передать заказ магараджи на кухню.
- Что он заказал на обед? - полюбопытствовал Франческо.
- Седло барашка, - начала перечислять Катерина, загибая пальцы, - зажаренных на углях цесарок, рыбу, фаршированную раковыми шейками по-средиземноморски, потом ещё паштет из гусиной печёнки и нашу национальную поленту - кукурузный пирог с сыром.
- У его светлости отменный аппетит, - усмехнулся Франческо.
Поняв, что ничего больше не добьётся от Катерины после того, как дал ей почувствовать, что она не волнует его как женщина, он выпустил её на свободу. Заглянув на кухню, она передала заказ магараджи повару, а затем зашла в питейный зал в поисках Ринальдо - работника, помогавшего ей носить покупки с рынка.
Хотя в зале не было европейцев, заходивших сюда пропустить чарку, в камине горел огонь; на решётке как обычно жарились креветки к мальвазии. Подойдя к камину, девушка воровато оглянулась, вынула из-за корсажа свёрнутую трубкой записку и бросила её в огонь. Пламя быстро поглотило свиток, исписанный рукой принцессы. Когда он обратился в пепел, Катерина с чувством облегчения повернулась к двери и вздрогнула от неожиданности, увидев на порожке Розалию - свою двоюродную сестру, ходившую за коровами на скотном дворе мессера Джованни.
- Что ты здесь делаешь, неряха? - грубо окрикнула её Катерина.
- Зашла попить воды, - ответила Розалия, опустив дымчато-серые глаза, затенённые длинными густыми ресницами.
Катерина оглядела кузину с чувством собственного превосходства и тайной зависти одновременно. Под толстым слоем грязи скрывалось довольно хорошенькое личико с мягкими чертами.
- «Воды попить зашла»! - передразнила её Катерина. - Ты разве не знаешь, что скотникам сюда ходить не положено? Твоё счастье, что в зале сейчас никого нет. Живо выметайся, пока хозяин тебя не застал. Проваливай к своим бурёнкам, грязнуля!
- Прости, сестрица, - примирительно пролепетала Розалия, исчезая за дверью.
- Погоди, - остановила её Катерина. - Ты не видела Ринальдо?
Розалия снова показалась в дверях, довольная, что может быть чем-то полезна своей сварливой родственнице.
- Минуту назад он был во дворе, сестрица, разговаривал со старшим конюхом.
- Хорошо, - пробурчала Катерина. - Больше не зови меня сестрицей, особенно на людях. Не велика честь - состоять в родстве с неотёсанной деревенщиной.
С этими словами она прошмыгнула мимо, брезгливо морща нос.
Прода от 03.09.2022, 05:26
С минуту Розалия простояла недвижно, с отвращением разглядывая своё чумазое лицо в висевшем напротив зеркале, затем, стряхнув оцепенение, решительно направилась в свою комнатушку, расположенную в цокольном этаже.
Прошла четверть часа, которой вполне хватило на то, чтобы привести себя в порядок. За это время Розалия успела не только отмыть с себя всю грязь, но также переодеться во всё чистое и тщательно причесать свои прекрасные тёмно-русые волосы.
Зайдя на кухню, чтобы наконец-то утолить давно мучившую её жажду, она привела в изумление всех, кто там находился, особенно Франческо, который в первую минуту даже не узнал её.
- О, мадонна! - воскликнул он, окинув девушку восхищённым взглядом. - Розалия, ты ли это? Какое фантастическое преображение! Вы только посмотрите, дядя!
- Да-а, - протянул толстяк, ощупывая её маслеными глазками.
- Не кажется ли вам, что мы совершаем преступление, держа такую красотку на скотном дворе? - спросил Франческо.
- Да, пожалуй, - согласился мессер Джованни.
- Розалии там не место, дядя. Надо бы перевести её в дом, тем более что Катерина уже не справляется одна со всеми обязанностями.
- В самом деле, племянник?
- Она мне недавно жаловалась, что на неё навалили слишком много работы. Наш постоялец попросил её прислуживать его невесте. Конечно же, ей нужна помощница. Пусть она выполняет свою обычную работу по дому, а нашей постоялицей займётся Розалия.
Мессер Джованни озабоченно почесал толстое брюшко.
- Да, но... у неё нет для этого необходимого опыта, племянник.
- Ах, дядя! Ну, какой тут нужен опыт - одеть, раздеть, поднести, отнести? Любая девушка легко с этим справится. Главное, спину прямо держать, а у Розалии, обратите внимание, прекрасная осанка.
- Ага, - добродушно засмеялся хозяин, - словно кол проглотила. Ну, ладушки, пусть попробует, попытка не пытка.
Провожая Розалию до лестницы, Франческо снабдил её множеством полезных инструкций, как вести себя с важными господами, закончив не то вопросом, не то утверждением:
- Надеюсь, ты должным образом оценишь то, что я сделал для тебя, Розалия.
- Уж и не знаю, как отблагодарить вас за это, сударь, - ответила девушка, прижав огрубевшие от тяжёлой работы руки к груди.
- Я подскажу тебе. Ты должна свести меня с принцессой...
- С принцессой? - оторопела Розалия, чувствуя, как по спине побежали мурашки. - Эта дама, которой я буду прислуживать... Иисусе! Пресвятая богородица! И я должна свести её с вами?
- В этом нет ничего зазорного, поверь мне. От тебя требуется только рассказать ей о моём увлечении живописью и о том, что я хочу написать её портрет.
* * *
Вернувшись с рынка, Катерина велела своему помощнику отнести покупки наверх, а сама задержалась внизу, проверяя, всё ли в порядке. В гостинице стояла обычная для второй половины дня тишина; хозяин с племянником отдыхали в своих спальнях после сытного обеда, а вся их челядь разбрелась кто куда.
- Прекрасно, - сказала вслух Катерина, - в доме всё спокойно, пойду, помогу нашей принцессе разобрать подарки.
Не успела она дойти до лестницы, как сверху спустился Ринальдо: на смазливом лице его читалась растерянность, озадачившая Катерину.
- Что с тобой, Ринальдино? - ласково спросила она.
Теперь, когда у неё не осталось надежды завлечь в любовные сети молодого хозяина, Катерина решила вскружить голову самому видному работнику гостиницы и их совместный поход на рынок с успехом использовала, чтобы испытать на нём свои женские чары.
