- Терпи, - прозвучал приказ Тьмы. – Ещё немного, потерпи. – Тень опустилась рядом со мной на кровать.
Тьма гладила меня по голове. Ласкового что-то шептала, а я, не вслушиваясь, дышала. Просто дышала как могла. Как мало человеку, оказывается, надо.
Приняв полностью свой облик, Тьма прижала меня к себе, продолжая невесомо касаться волос. А я всё дышала и не могла надышаться.
- Что это было? – прохрипела я.
Да уж, голос я сорвала знатно.
- Свет, - поморщилась Тьма. – Тебя снова пытались убить светом. И на этот раз им почти удалось.
- Но как?!
- Подложили тебе камень сияния, - она раскрыла ладонь, демонстрируя гладкий камешек, напоминающий обычную морскую гальку.
Вот для чего, значит, был этот отвлекающий манёвр с героем-любовником, вином и прочей романтикой. Чтобы незаметно подсунуть мне этот мерзкий артефакт. Этот камень, напитанный силой Света, не просто бьёт, как это было у моря, а именно отравляет, пронизывает каждую клеточку тёмного мага. И самое поганое, что восстановиться самостоятельно практически невозможно. Даже разорвав контакт и прекратив воздействие – шансов на спасение уже нет. Тьма, по сути, сделала мне магический диализ, заменив отравленную магию на свою чистенькую.
- А хранитель где? Я звала его, да и вечером он не пришёл, - спросила у Тьмы, немного переварив информацию о своём очередном чудеснейшем выживании.
- Вот и мне интересно, - задумалась женщина. – Я не чувствую его. Жив, но что-то скрывает его от меня.
Ещё и котика моего украли, ироды! Готова поставить на кон свои крылья, что котейку не просто похитили, а заперли в какой-нибудь световой тюрьме. И камень, и исчезновение котика – это дело рук одних и тех же злодеев. Ведь единственная настоящая функция хранителя – борьба со светом. Он его чувствует, ликвидирует последствия и способен сопротивляться воздействию. Этакий магический полисорб для тёмного мага.
- Шею я тебе подлечила, не за чем подданным знать лишнее, пока не найдёшь предателя. А вот хранителя я сама разыщу, - недобро улыбнулась она. – Не волнуйся, утром котик будет у тебя. А сейчас - спи.
И я послушно закрыла глаза. Как она это делает? Внушения, подчинение? Додумать не успела, провалившись в безмятежный сон.
Утро я встретила живая, целая, но злая, как тысяча чертей. Сколько можно меня убивать-то? Даже Несси и та жалась по углам, а остальные служанки и вовсе позорно сбежали и ведь слова им не сказала!
Камеристка, почувствовав мой настрой, и наряд подобрала мне соответствующий. Прозрачный свитер с высоким горлом, кожаные штаны с корсетом. И всё чёрное, с клёпочками, ну и в довершение этой мечты из сказки про цветные комнаты – ошейник с шипами.
С косметикой тут было, как ни странно, всё более чем достойно, и поэтому яркие смоки, появившиеся на моих глазах, даже не удивили. Выглядела я просто сногсшибательно, но самое главное в данный момент внешний вид, полностью отражал внутреннее состояние. И если вчера я расплакалась из-за казни, то сегодня я даже глазом не моргну. Хотели получить чудовище? Получат сполна.
Ральф, примчавшийся на зов, застыл в дверях ошеломлённым изваянием и во все глаза меня рассматривал. Он откровенно, без притворства и манерности пожирал меня глазами. Ни лести, ни фальши – чистое животное восхищение.
Приятно, конечно, вот чисто по-женски приятно. Не то чтобы я собиралась поощрять его или кого-то ещё из свиты, но почему бы не насладить произведённым эффектом? Всю прошлую жизнь была серой мышкой, и такого уровня поклонников у меня отродясь не водилось.
Окинув Ральфа с головы до ног и заставив того гулко сглотнуть, отметила, что Ральф всё-таки хорош. В каждом движении, в каждой чёрточке лица угадывался настоящий хищник. Но это скорее завораживало, чем пугало.
- Доброе утро, Ральф. Придворные готовы? – прерывая затянувшиеся гляделки, пока мы не перешли черту.
- Да, Госпожа, - хрипло ответил оборотень, судорожно дёргая кадыком.
Перестаралась. Ох, учиться мне ещё и учиться.
- Хранителя не видел? – стараясь не показать своего смущения, перевела тему.
- Нет, Госпожа, - наконец оторвав от меня взгляд и опустив голову, доложил Ральф.
Что с котейкой-то? Как вообще могли скрыть не просто пушистика, а хранителя Тёмных Земель от Первозданной Тьмы? Кому вообще такое под силу?
Настроение перескочило с отметки злости на настоящую ярость. Чеканя шаг, под стук небольших каблуков высоких сапог я направилась на плац, где должны были собрать всех обитателей Оплота. Сегодня истекал срок, отведённый добровольного изгнания, а у оставшихся два пути: вассальная клятва или смерть.
Стоило только выйти из стен замка, как ко мне метнулся Барт, протягивая толстую пачку бумаг, рассортированных по папкам. И пока я бегло изучала списки, нас нагнали Урумшай и Крастор, заняв привычные уже места позади меня.
- Бедный Крис, - донёсся до меня довольный шёпот ворга.
Крис? Что ещё за зверь? Кстати, о зверях, с другой стороны двора, к нам уже бежали даконы, разгоняя толпу зевак одним своим видом. Все в сборе, только котика не хватало.
- Итак, время вышло. После этого собрания в Оплоте останутся лишь те, кто принёс вассальную клятву, - голосом тьмы начала я объявление, обводя притихших существ тяжёлым взглядом. – Отказ от клятвы — смерть. Вассалы и гости, постоянно не проживающие в замке, смогут передвигаться по территории, только в сопровождении.
Да уж, эффект я произвела отнюдь не внешностью, хотя большинство выглядели спокойно, что удивительно, даже вассалы не возмущались. Только представители тёмной знати, что-то пытались роптать, правда, шёпотом и очень аккуратно.
- Слуги и подсобный персонал, стройся! – заорала я, передавая Барту все бумаги, кроме списка рабочих.
И окинув огромную толпу существ, пришедших в движение, тяжело вздохнула. Только бы крови на всех хватило.
Первыми были стражи. Очень радовало, что у оборотней, как и у воргов, клятву мог принести только альфа, а остальные автоматом под неё подпадали. При количестве больше тысячи душ одних только стражей, я бы просто от кровопотери скончалась. Но обошлось всего-то пятью клятвами и пятью каплями моей крови. Правда, пришлось переносить ещё четверых альф, которые под грозным взглядом Артура быстренько выстроились в шеренгу и безропотно принесли клятвы. Хорошо иметь пусть и не в союзниках, а скорее в должниках, сильнейшего из волчьих альф.
А вот с остальными придётся повозиться. У прочих рас каждый сам за себя.
Повара, уборщики, кузнецы, лекари, модистки, горничные, кого только в этой разношёрстной толпе не было. Почти все охотно резали себе ладони и под бубнёж Урумшая, подсказывающего слова клятвы, становились моими непосредственными подчинёнными. Несговорчивых же стража аккуратно оттесняла в отдельную кучку.
Несси караулила рядом и на каждой сотне всовывала мне в руки стакан с пойлом, напоминающим гранатовый сок. Под конец, когда на плацу оставалась только тёмная знать и строптивая прислуга, у меня уже зубы ломило от терпкого напитка, но надо отдать ему должное, стояла я на своих двоих уверенно и сильного упадка сил не чувствовала.
- Лорды, леди, - небрежно вскинув бровь и плотоядно улыбнувшись скиснувшим аристократам, позвала я их на место перед собой.
Первым выходить никто не спешил. Ожидаемо, конечно, но спокойствия сей протест не добавлял.
- Аарон! – рявкнула я так, что дёрнулся не только вышеозначенный лорд, но и остальная пригорюнившаяся знать. – Вы же глава совета, разве не вам первым выражать свою позицию?
Аарон затравленно оглядел своих коллег, хмурых оборотней, частично принявших форму зверей, даконов, из огромных ноздрей которых уже валил настоящий дым, оплавляя землю под рептилиями, и сделал-таки шаг в мою сторону.
- Простите, Повелительница, но тёмная знать не может приносить вассальные клятвы, - сгорбившись, прошептал он.
С какого такого перепуга? Мне теперь каждую секунду ждать удара в спину?
- Хорошо, тогда метка, - холодно предложила я, и с удивлением уставилась на руку, протянутую мне малейших колебаний.
Это я его так за два дня сломала? Куда только делась вся надменность, с которой он меня пытался отчитывать в тронном зале? Где-то в глубине души даже стыдно стало, что, впрочем, не помешало поставить метку.
Не знаю, буду я ими пользоваться или нет, но сам факт такой возможности несколько успокаивал, да и товарищи эти изворотливые хотя бы напрямую не смогут навредить. Но вопрос с клятвой стоит всё-таки прояснить.
Тем временем в стане аристократов забурлили нешуточные страсти и начались ожесточённые стычки. Понятно, и метку не хотят и на кристаллы пойти тоже - выход без выхода.
- Тихо! – опять повысила я голос. – Кто готов жить, но с меткой – ко мне. Остальных схватить!
Вперёд вышло несколько семейств. Остальные остались на местах. Ну что ж, сами себе злобные буратины.
Едва поставила последние метки, как стражи уже окружили гордых, но обречённых лордов. И тут Крастор неожиданно схватил меня за локоть:
- Ника, да что с тобой? Что случилось ночью? – обеспокоенно разглядывая меня, спросил варвар.
Остальные мужчины внимательно прислушивались, но молчали, то ли боялись попасть под горячую руку, то ли уступая первенство вождю. Нехотя укрыв нас непроницаемым куполом, да Тьма не только вылечила меня, но и закачала новую порцию полезных знаний, решила прояснить новую политику партии:
- Камень сияния, - ровно произнесла я, следя за вмиг изменившимися выражениями лиц, видимо, наслышаны о действии этой чудо гальки. – И хранителя похитили, и скрыли не только от меня, но и от Первозданной Тьмы.
И вот на этой-то новости, мужики окончательно спали с лица.
- Ника, ты не должна сама это делать. Назад пути не будет. Доверь это нам, - сочувственно покачал головой Крастор.
Не будет, да. Но это я и так знала. Вот только не уверена, что Вероника смогла бы выжить в этом мире, а у Ники ещё есть шанс.
- Я знаю. Спасибо за заботу, Крастор, но выбора мне не оставили, - мягко, но настойчиво освобождаясь из захвата, произнесла я.
Это мой выбор, моё решение и моя ответственность. Никогда не видела особой разницы между палачом, занёсшим топор, и королём, вынесшим вердикт. Правители, собственноручно приводящие приговор в действие, поступали более благородно, не перекладывая груз ответственности на других и не стараясь обелить себя.
Под стражей оказались более сотни существ. Сотня!
- Последний шанс получить метку или принести клятву. Считаю до пяти, - механически предложила осуждённым.
Никто не вышел. Лорды даже пытались шутить, подбадривая себя и стараясь сбить меня с настроя. Они опоздали, я знала, чем закончится это представление заранее. С момента, когда Тьма научила меня массовой казни, я уже не сомневалась для чего мне это знание.
- … Ноль, - со слезами на глазах, одними губами произнесла я и призвала тьму.
Вместе с сотней существ, из которых вытягивали энергию чёрные щупальца, умирала и частичка меня. Весёлая, беззаботная девочка, помогающая маме на кухне. Уставшая, но полная оптимизма студентка, хватающаяся за любые подработки и ночами нагоняющая учебную программу. Они умирали вместе с осуждёнными, с тем отличием, что от них оставались только слёзы, прозрачными каплями, стекающими по щекам.
Звон упавшего на камни последнего кристалла разорвал гнетущую тишину, заполнившую весь двор.
- Имущество казнённых изымается в пользу Тёмных Земель, - набатом пролетел мой голос над притихшими обитателями Оплота. - С сегодняшнего дня отменяется сословная и расовая дискриминации. Наказание – смерть. Запрещено владеть любыми разумными существами. Наказание – смерть.
И повинуясь моей воле и воле Тьмы, метки на руках бывших личных слуг, начали исчезать, оставляя только мои. Тьма всё продумала наперёд. Это её спланированная акция. Я всего лишь оружие, проводник её воли. Не сказать, что осознание сильно ударило по мне, наверное, в глубине души я понимала необходимость таких мер, и не только принимала, но и одобряла их, вместе с неизбежной жестокостью.
Оставался последний на сегодня болезненный урок.
- Аарон, где рабы? – сдержанно спросила у бывшего главы совета, и только Тьма знала, чего стоило мне это показательное спокойствие.
Лорд дёрнулся, но я уже освоила управление меткой.
- В подвалах, - сквозь зубы выдавил дер Швайкс, тщетно пытаясь сохранить достоинство.
Да, наказание — это больно, но не больнее, чем умирать, от проникающего в каждую клетку тела света.
- Всех выживших лордов, чьи метки найдутся на телах рабов, заковать в цепи, вместе с родственниками, - отчеканила я всё в той же звенящей тишине.
Уходила под аккомпанемент из сопения даконов и перестук каблуков. В этой зловещей, настороженной тишине только что родилась либо настоящая правительница для Тёмных Земель, либо чудовище. И кто именно сейчас удалялся в гордом одиночестве под прицелом сотен глаз, я сама пока не знала.
Как это ни печально, но никто не бросился меня догонять. Только даконы неотступно следовали по пятам, им, похоже, было глубоко плевать на чьи-то смерти.
А вот я терзалась от разрывающих меня в клочья противоречий. С одной стороны, я головой понимала, что поступила правильно, а вот с другой — сердце болело, отнюдь не метафорически, от страха, что такая ситуация может повториться. И если подданные теперь, несомненно, поутихнут, то вот светлые могут нагрянуть в любой момент.
Если честно, то когда я впервые услышала это пресловутое определение «светлые», то в воображении всплыли эфемерные эльфы, сказочные феи, мудрые маги, в общем, все те, кого исконно наш фольклор и киноиндустрия отправляет на сторону добра. А тут всё шиворот-навыворот: эльфы – одна из самых воинствующих рас, феи – те ещё злобные твари, а маги с радостью шандарахнут со всей мощи каким-нибудь ядрёным заклинанием, чтоб накрыло от души и без остатка. Тьма предостерегала меня от поспешных выводов, но не так легко разом изменить восприятие.
Так и брела, понуро склонив голову. Нарываться на очередную порцию неприятностей, выходя за замковую стену, было глупо, поэтому я медленно шла вдоль неё, стараясь даже не поднимать глаз. Очень не хотелось увидеть в чужих взглядах страх или отвращение. Никакое самовнушение не поможет, если мной начнут пугать детей.
Не так весело вершить тысячи судеб. Уверенность в собственной стойкости начала методично разбиваться о реальность.
Весело носить секси костюмчики? Весело махать крыльями и ставить на колени мохнатых мужиков? А весело убивать и принимать ответственность за родственников казнённых? Весело думать о том, чем накормить всю эту толпу нахлебников и куда им податься, если выгнать их отсюда? И самое страшное, что гложет с самого утра, а весело будет, когда эти территории завоюют светлые, убьют воинов, сожгут дома и поля, весело? Что я смогу противопоставить толпе обученных, слаженно действующих, профессиональных вояк? Крыльями помахать и ресничками похлопать?
- Тьма, если слышишь, - прислонившись лбом к каменной грубой кладке стены, прошептала я. - Ответь, пожалуйста
- Я здесь, дорогая, - мгновенно отозвался спокойный голос.
Тьма гладила меня по голове. Ласкового что-то шептала, а я, не вслушиваясь, дышала. Просто дышала как могла. Как мало человеку, оказывается, надо.
Приняв полностью свой облик, Тьма прижала меня к себе, продолжая невесомо касаться волос. А я всё дышала и не могла надышаться.
- Что это было? – прохрипела я.
Да уж, голос я сорвала знатно.
- Свет, - поморщилась Тьма. – Тебя снова пытались убить светом. И на этот раз им почти удалось.
- Но как?!
- Подложили тебе камень сияния, - она раскрыла ладонь, демонстрируя гладкий камешек, напоминающий обычную морскую гальку.
Вот для чего, значит, был этот отвлекающий манёвр с героем-любовником, вином и прочей романтикой. Чтобы незаметно подсунуть мне этот мерзкий артефакт. Этот камень, напитанный силой Света, не просто бьёт, как это было у моря, а именно отравляет, пронизывает каждую клеточку тёмного мага. И самое поганое, что восстановиться самостоятельно практически невозможно. Даже разорвав контакт и прекратив воздействие – шансов на спасение уже нет. Тьма, по сути, сделала мне магический диализ, заменив отравленную магию на свою чистенькую.
- А хранитель где? Я звала его, да и вечером он не пришёл, - спросила у Тьмы, немного переварив информацию о своём очередном чудеснейшем выживании.
- Вот и мне интересно, - задумалась женщина. – Я не чувствую его. Жив, но что-то скрывает его от меня.
Ещё и котика моего украли, ироды! Готова поставить на кон свои крылья, что котейку не просто похитили, а заперли в какой-нибудь световой тюрьме. И камень, и исчезновение котика – это дело рук одних и тех же злодеев. Ведь единственная настоящая функция хранителя – борьба со светом. Он его чувствует, ликвидирует последствия и способен сопротивляться воздействию. Этакий магический полисорб для тёмного мага.
- Шею я тебе подлечила, не за чем подданным знать лишнее, пока не найдёшь предателя. А вот хранителя я сама разыщу, - недобро улыбнулась она. – Не волнуйся, утром котик будет у тебя. А сейчас - спи.
И я послушно закрыла глаза. Как она это делает? Внушения, подчинение? Додумать не успела, провалившись в безмятежный сон.
Глава 10
Утро я встретила живая, целая, но злая, как тысяча чертей. Сколько можно меня убивать-то? Даже Несси и та жалась по углам, а остальные служанки и вовсе позорно сбежали и ведь слова им не сказала!
Камеристка, почувствовав мой настрой, и наряд подобрала мне соответствующий. Прозрачный свитер с высоким горлом, кожаные штаны с корсетом. И всё чёрное, с клёпочками, ну и в довершение этой мечты из сказки про цветные комнаты – ошейник с шипами.
С косметикой тут было, как ни странно, всё более чем достойно, и поэтому яркие смоки, появившиеся на моих глазах, даже не удивили. Выглядела я просто сногсшибательно, но самое главное в данный момент внешний вид, полностью отражал внутреннее состояние. И если вчера я расплакалась из-за казни, то сегодня я даже глазом не моргну. Хотели получить чудовище? Получат сполна.
Ральф, примчавшийся на зов, застыл в дверях ошеломлённым изваянием и во все глаза меня рассматривал. Он откровенно, без притворства и манерности пожирал меня глазами. Ни лести, ни фальши – чистое животное восхищение.
Приятно, конечно, вот чисто по-женски приятно. Не то чтобы я собиралась поощрять его или кого-то ещё из свиты, но почему бы не насладить произведённым эффектом? Всю прошлую жизнь была серой мышкой, и такого уровня поклонников у меня отродясь не водилось.
Окинув Ральфа с головы до ног и заставив того гулко сглотнуть, отметила, что Ральф всё-таки хорош. В каждом движении, в каждой чёрточке лица угадывался настоящий хищник. Но это скорее завораживало, чем пугало.
- Доброе утро, Ральф. Придворные готовы? – прерывая затянувшиеся гляделки, пока мы не перешли черту.
- Да, Госпожа, - хрипло ответил оборотень, судорожно дёргая кадыком.
Перестаралась. Ох, учиться мне ещё и учиться.
- Хранителя не видел? – стараясь не показать своего смущения, перевела тему.
- Нет, Госпожа, - наконец оторвав от меня взгляд и опустив голову, доложил Ральф.
Что с котейкой-то? Как вообще могли скрыть не просто пушистика, а хранителя Тёмных Земель от Первозданной Тьмы? Кому вообще такое под силу?
Настроение перескочило с отметки злости на настоящую ярость. Чеканя шаг, под стук небольших каблуков высоких сапог я направилась на плац, где должны были собрать всех обитателей Оплота. Сегодня истекал срок, отведённый добровольного изгнания, а у оставшихся два пути: вассальная клятва или смерть.
Стоило только выйти из стен замка, как ко мне метнулся Барт, протягивая толстую пачку бумаг, рассортированных по папкам. И пока я бегло изучала списки, нас нагнали Урумшай и Крастор, заняв привычные уже места позади меня.
- Бедный Крис, - донёсся до меня довольный шёпот ворга.
Крис? Что ещё за зверь? Кстати, о зверях, с другой стороны двора, к нам уже бежали даконы, разгоняя толпу зевак одним своим видом. Все в сборе, только котика не хватало.
- Итак, время вышло. После этого собрания в Оплоте останутся лишь те, кто принёс вассальную клятву, - голосом тьмы начала я объявление, обводя притихших существ тяжёлым взглядом. – Отказ от клятвы — смерть. Вассалы и гости, постоянно не проживающие в замке, смогут передвигаться по территории, только в сопровождении.
Да уж, эффект я произвела отнюдь не внешностью, хотя большинство выглядели спокойно, что удивительно, даже вассалы не возмущались. Только представители тёмной знати, что-то пытались роптать, правда, шёпотом и очень аккуратно.
- Слуги и подсобный персонал, стройся! – заорала я, передавая Барту все бумаги, кроме списка рабочих.
И окинув огромную толпу существ, пришедших в движение, тяжело вздохнула. Только бы крови на всех хватило.
Первыми были стражи. Очень радовало, что у оборотней, как и у воргов, клятву мог принести только альфа, а остальные автоматом под неё подпадали. При количестве больше тысячи душ одних только стражей, я бы просто от кровопотери скончалась. Но обошлось всего-то пятью клятвами и пятью каплями моей крови. Правда, пришлось переносить ещё четверых альф, которые под грозным взглядом Артура быстренько выстроились в шеренгу и безропотно принесли клятвы. Хорошо иметь пусть и не в союзниках, а скорее в должниках, сильнейшего из волчьих альф.
А вот с остальными придётся повозиться. У прочих рас каждый сам за себя.
Повара, уборщики, кузнецы, лекари, модистки, горничные, кого только в этой разношёрстной толпе не было. Почти все охотно резали себе ладони и под бубнёж Урумшая, подсказывающего слова клятвы, становились моими непосредственными подчинёнными. Несговорчивых же стража аккуратно оттесняла в отдельную кучку.
Несси караулила рядом и на каждой сотне всовывала мне в руки стакан с пойлом, напоминающим гранатовый сок. Под конец, когда на плацу оставалась только тёмная знать и строптивая прислуга, у меня уже зубы ломило от терпкого напитка, но надо отдать ему должное, стояла я на своих двоих уверенно и сильного упадка сил не чувствовала.
- Лорды, леди, - небрежно вскинув бровь и плотоядно улыбнувшись скиснувшим аристократам, позвала я их на место перед собой.
Первым выходить никто не спешил. Ожидаемо, конечно, но спокойствия сей протест не добавлял.
- Аарон! – рявкнула я так, что дёрнулся не только вышеозначенный лорд, но и остальная пригорюнившаяся знать. – Вы же глава совета, разве не вам первым выражать свою позицию?
Аарон затравленно оглядел своих коллег, хмурых оборотней, частично принявших форму зверей, даконов, из огромных ноздрей которых уже валил настоящий дым, оплавляя землю под рептилиями, и сделал-таки шаг в мою сторону.
- Простите, Повелительница, но тёмная знать не может приносить вассальные клятвы, - сгорбившись, прошептал он.
С какого такого перепуга? Мне теперь каждую секунду ждать удара в спину?
- Хорошо, тогда метка, - холодно предложила я, и с удивлением уставилась на руку, протянутую мне малейших колебаний.
Это я его так за два дня сломала? Куда только делась вся надменность, с которой он меня пытался отчитывать в тронном зале? Где-то в глубине души даже стыдно стало, что, впрочем, не помешало поставить метку.
Не знаю, буду я ими пользоваться или нет, но сам факт такой возможности несколько успокаивал, да и товарищи эти изворотливые хотя бы напрямую не смогут навредить. Но вопрос с клятвой стоит всё-таки прояснить.
Тем временем в стане аристократов забурлили нешуточные страсти и начались ожесточённые стычки. Понятно, и метку не хотят и на кристаллы пойти тоже - выход без выхода.
- Тихо! – опять повысила я голос. – Кто готов жить, но с меткой – ко мне. Остальных схватить!
Вперёд вышло несколько семейств. Остальные остались на местах. Ну что ж, сами себе злобные буратины.
Едва поставила последние метки, как стражи уже окружили гордых, но обречённых лордов. И тут Крастор неожиданно схватил меня за локоть:
- Ника, да что с тобой? Что случилось ночью? – обеспокоенно разглядывая меня, спросил варвар.
Остальные мужчины внимательно прислушивались, но молчали, то ли боялись попасть под горячую руку, то ли уступая первенство вождю. Нехотя укрыв нас непроницаемым куполом, да Тьма не только вылечила меня, но и закачала новую порцию полезных знаний, решила прояснить новую политику партии:
- Камень сияния, - ровно произнесла я, следя за вмиг изменившимися выражениями лиц, видимо, наслышаны о действии этой чудо гальки. – И хранителя похитили, и скрыли не только от меня, но и от Первозданной Тьмы.
И вот на этой-то новости, мужики окончательно спали с лица.
- Ника, ты не должна сама это делать. Назад пути не будет. Доверь это нам, - сочувственно покачал головой Крастор.
Не будет, да. Но это я и так знала. Вот только не уверена, что Вероника смогла бы выжить в этом мире, а у Ники ещё есть шанс.
- Я знаю. Спасибо за заботу, Крастор, но выбора мне не оставили, - мягко, но настойчиво освобождаясь из захвата, произнесла я.
Это мой выбор, моё решение и моя ответственность. Никогда не видела особой разницы между палачом, занёсшим топор, и королём, вынесшим вердикт. Правители, собственноручно приводящие приговор в действие, поступали более благородно, не перекладывая груз ответственности на других и не стараясь обелить себя.
Под стражей оказались более сотни существ. Сотня!
- Последний шанс получить метку или принести клятву. Считаю до пяти, - механически предложила осуждённым.
Никто не вышел. Лорды даже пытались шутить, подбадривая себя и стараясь сбить меня с настроя. Они опоздали, я знала, чем закончится это представление заранее. С момента, когда Тьма научила меня массовой казни, я уже не сомневалась для чего мне это знание.
- … Ноль, - со слезами на глазах, одними губами произнесла я и призвала тьму.
Вместе с сотней существ, из которых вытягивали энергию чёрные щупальца, умирала и частичка меня. Весёлая, беззаботная девочка, помогающая маме на кухне. Уставшая, но полная оптимизма студентка, хватающаяся за любые подработки и ночами нагоняющая учебную программу. Они умирали вместе с осуждёнными, с тем отличием, что от них оставались только слёзы, прозрачными каплями, стекающими по щекам.
Звон упавшего на камни последнего кристалла разорвал гнетущую тишину, заполнившую весь двор.
- Имущество казнённых изымается в пользу Тёмных Земель, - набатом пролетел мой голос над притихшими обитателями Оплота. - С сегодняшнего дня отменяется сословная и расовая дискриминации. Наказание – смерть. Запрещено владеть любыми разумными существами. Наказание – смерть.
И повинуясь моей воле и воле Тьмы, метки на руках бывших личных слуг, начали исчезать, оставляя только мои. Тьма всё продумала наперёд. Это её спланированная акция. Я всего лишь оружие, проводник её воли. Не сказать, что осознание сильно ударило по мне, наверное, в глубине души я понимала необходимость таких мер, и не только принимала, но и одобряла их, вместе с неизбежной жестокостью.
Оставался последний на сегодня болезненный урок.
- Аарон, где рабы? – сдержанно спросила у бывшего главы совета, и только Тьма знала, чего стоило мне это показательное спокойствие.
Лорд дёрнулся, но я уже освоила управление меткой.
- В подвалах, - сквозь зубы выдавил дер Швайкс, тщетно пытаясь сохранить достоинство.
Да, наказание — это больно, но не больнее, чем умирать, от проникающего в каждую клетку тела света.
- Всех выживших лордов, чьи метки найдутся на телах рабов, заковать в цепи, вместе с родственниками, - отчеканила я всё в той же звенящей тишине.
Уходила под аккомпанемент из сопения даконов и перестук каблуков. В этой зловещей, настороженной тишине только что родилась либо настоящая правительница для Тёмных Земель, либо чудовище. И кто именно сейчас удалялся в гордом одиночестве под прицелом сотен глаз, я сама пока не знала.
Как это ни печально, но никто не бросился меня догонять. Только даконы неотступно следовали по пятам, им, похоже, было глубоко плевать на чьи-то смерти.
А вот я терзалась от разрывающих меня в клочья противоречий. С одной стороны, я головой понимала, что поступила правильно, а вот с другой — сердце болело, отнюдь не метафорически, от страха, что такая ситуация может повториться. И если подданные теперь, несомненно, поутихнут, то вот светлые могут нагрянуть в любой момент.
Если честно, то когда я впервые услышала это пресловутое определение «светлые», то в воображении всплыли эфемерные эльфы, сказочные феи, мудрые маги, в общем, все те, кого исконно наш фольклор и киноиндустрия отправляет на сторону добра. А тут всё шиворот-навыворот: эльфы – одна из самых воинствующих рас, феи – те ещё злобные твари, а маги с радостью шандарахнут со всей мощи каким-нибудь ядрёным заклинанием, чтоб накрыло от души и без остатка. Тьма предостерегала меня от поспешных выводов, но не так легко разом изменить восприятие.
Так и брела, понуро склонив голову. Нарываться на очередную порцию неприятностей, выходя за замковую стену, было глупо, поэтому я медленно шла вдоль неё, стараясь даже не поднимать глаз. Очень не хотелось увидеть в чужих взглядах страх или отвращение. Никакое самовнушение не поможет, если мной начнут пугать детей.
Не так весело вершить тысячи судеб. Уверенность в собственной стойкости начала методично разбиваться о реальность.
Весело носить секси костюмчики? Весело махать крыльями и ставить на колени мохнатых мужиков? А весело убивать и принимать ответственность за родственников казнённых? Весело думать о том, чем накормить всю эту толпу нахлебников и куда им податься, если выгнать их отсюда? И самое страшное, что гложет с самого утра, а весело будет, когда эти территории завоюют светлые, убьют воинов, сожгут дома и поля, весело? Что я смогу противопоставить толпе обученных, слаженно действующих, профессиональных вояк? Крыльями помахать и ресничками похлопать?
- Тьма, если слышишь, - прислонившись лбом к каменной грубой кладке стены, прошептала я. - Ответь, пожалуйста
- Я здесь, дорогая, - мгновенно отозвался спокойный голос.
