- Хорошо, как скажешь, - охотно согласилась Милица. Ее переполнял восторг полнокровного приобщения к чуду, подлинного вхождения в сказочный мир. В порыве чувств она сама поцеловала Хэми, пылко зарывшись тонкими пальцами в его густые черные волосы. И он сразу же ответил, да так, что все остальное отступило куда-то на несколько потрясающе долгих мгновений…
- Мы танцевали в обширном зале под красивую, мелодичную музыку, - вдохновенно хвасталась свиданием Милица, расхаживая взад-вперед перед Машей. Та, лениво откинувшись на спинку офисного кресла, весело наблюдала за ней. – А потом…
А потом в руках чудесным образом оказался березовый гребень…
- Ну так что? – Маша одобряюще улыбнулась, когда пауза затянулась. – Целовались?
- А то! – Милица встрепенулась. - Целовались, да еще как. А дальше… прошли в гостиную… она такая атмосферная. Мягкая мебель, теплые тона, старинные картины… Представь – на маленьком столике стояла чеканная серебряная ваза с фруктами. Вкуснейший был виноград, кстати.
- Потрясающе, - восхитилась подруга. – Нет, я серьезно – с ума сойти как романтично. Твой парень умеет красиво ухаживать. А главное, может себе это позволить. Ой, Мил, какой у тебя загадочный вид… все, молчу-молчу! Не лезу со своим дурным цинизмом в хрустальный дворец. Забудем на время, что Глеб… или Хэми – змей-оборотень…
- Не хочу об этом забывать, - с жаром возразила Милица. – Он тот, кто он есть. И другого мне не нужно.
- Ты влюбилась. Втрескалась.
- По уши! Потеряла голову.
- Это неизбежно. Но послушай… Он точно оборотень? Сама видела?
- Нет. Просто знаю.
Маша хмыкнула, взяла со стола книгу, которую сейчас читала – японский хонкаку-детектив, повертела в руках.
- Знаешь, что я думаю? Если задействовать законы того мира, в который ты меня постепенно погружаешь, то все просто.
- Что просто? – изумилась такому повороту Милица. Даже приостановила свое хаотичное движение.
- Ну как же… Сама говоришь – он наполовину кореец, змей-имуги, а у них, у азиатов, очень развиты понятия семьи, клана. Думаешь, оборотни сильно отличаются в этом смысле?
- Не знаю. Куда ты клонишь?
- Хэми ведь сам признался, что имуги одержимы желанием превратиться в дракона. Может, его и прислали к тебе с этой целью… ну, сородичи?
- Сородичи? Тот парень в красном… и женщина-змея?
- Типа того. Сговорились с Огневушкой. Тебе как наследнице подкинули злобный камешек. И Хэми тут как тут. Знакомится с тобой и начинает медленно тянуть колдовскую силу, которую взращивает внутри тебя Полоз… Бр-р, даже звучит мерзко…
- Маш, ты о чем?
- Ну подожди сразу спорить. Это же не значит, что ты ему не нравишься. Или что он целенаправленно вредит. Помню, ты как-то призналась, что тебе легче, когда рядом Хэми. Рука меньше болит.
- Так и есть. Немного, но легче.
- Вот. Может, перетягивает на себя эту, как ты выражаешься, энергию? Всем же только лучше.
Милица попыталась это представить. Сейчас, когда она всецело отдалась свежему окрыляющему чувству и поверила Хэми, думать о таком было больно. А гребень Белославы? Что может он значить при таком раскладе? Хотя... Хэми же сказал что-то вроде «даже мне не отдавай, если буду просить». Значит, сам в себе не уверен?
- Он меня использует?
Вопрос прозвучал с горечью, и Маша поспешила возразить:
- Я вовсе не утверждаю. А если и так, то наверняка не по своей воле. Ты ведь и сама раньше что-то такое подозревала, согласись. А теперь мы можем предположить, что Хэми заставили. Может, даже жестоко заставили. Если тот имуги в красном такой волевой и сильный маг…
- Но зачем? Смысл? Вытянет из меня силы Полоза – и что дальше?
- И превратится в дракона. Вопрос, почему к тебе подослали именно Хэми, остается открытым. Возможно, эту твою змейку Ольгу тоже обманули. А еще… Хм.
- Ну что? Маш, не тяни.
- Какая-то ревнивица порывалась с тобой расправиться, - деловитым тоном заправского детектива продолжила подруга. - Сестра таинственного корейца в красном ханбоке. А что, если Хэми должен взять ее в жены, когда станет драконом? На пустом месте ведь не ревнуют, правда?
Милица оперлась руками о стол. Она готова была предполагать что угодно и терзать себя, но не до такой же степени. «Глупости все это!» - хотелось крикнуть, но на глазах просто выступили слезы.
Маша вскочила с места, подошла к расстроенной девушке, обняла ее со спины.
- Прости, Мила, - проговорила виновато. – Пожалуйста! Я вовсе не хотела… Не слушай ты меня. Начиталась я японских детективов, теперь уверена, что отлично разбираюсь в самых разных азиатах, даже змеиных. Просто меня иногда заносит.
Милица резким движением вытерла слезы.
- И даже часто. Но в этой твоей версии есть смысл, мисс Холмс.
- Да ну… Слушай, если Хэми так тебе нравится, и у вас все прекрасно, я очень, очень за тебя рада! Ты же мне как сестренка. Не грусти. Все утрясется, все углы со временем сгладятся.
- Ну вот, теперь ты же меня и утешаешь. Ты такая забавная, Машка, - и Милица, оттаяв, обняла подругу в ответ.
Маша вновь заулыбалась.
- Слушай, а наш договор на Новый год в силе?
- Ага. Встречаем у меня компанией, потом идем гулять на площадь.
- Вот и отлично. Просто хотела спросить… а ты Хэми позовешь?
- Маш, он не придет.
И снова в словах Милицы послышалась горечь.
- А… ну да. Полночь, карета превращается в тыкву… вот я балда. А еще детектив-любитель называется! Сама расплачусь сейчас. Прости, как-то все сегодня невпопад.
Милица, отвлекшись от своих тревог, внимательно пригляделась к Маше.
- Что – все? Мне сейчас показалось, или ты чем-то расстроена?
- Да нет, не особо… Хотя… Что-то странное творится с Костей. Мы тут с ним поболтали, и у него как будто небольшие провалы в памяти. Дезориентация. Такого раньше не было. Он ничего не объясняет и вообще делает вид, что все в порядке, но я-то вижу… Ладно, разберемся. Все у нас будет нормально, подруга! Не переживай.
В этот раз Хэми проводил Милицу до самого дома. Вечер был чарующим, хрустким и морозным. И казалось, чудеса сами собой ткутся из снежных искр, из золота ярких окошек, из невесомых нитей лунного света…
«Он ко мне в гости попросится, нет?» - гадала девушка, понимая, что готова согласиться. Но Хэми ничего такого не предложил, и она почувствовала легкое разочарование.
Расставаться не хотелось, они стояли у подъезда, молча глядя друг на друга. И пусть мысленно общаться не могли, но Милице казалось, что она снова ощущает его на каком-то ином уровне. Осторожно прикасается к загадочным глубинам этого не совсем понятного, но прекрасного существа – волшебного змея из другого мира. Как такое могло произойти с ней?
- Хэми… а с кем ты будешь встречать Новый год?
- Ни с кем, - он улыбнулся обычной своей улыбкой – сдержанной, чуточку печальной. – Один.
- Ох. Да… - разволновалась Милица. – Я знала, но все-таки как-то не верится до конца. Мы не сможем быть вместе на праздник!
- Да, прости.
Хэми обнял девушку, крепко прижал к груди. Его взгляд устремился ввысь, к капелькам звезд, к сияющему небесному диску…
- Как прекрасна сегодня луна, - вырвалось у него жарким шепотом.
И Милица отозвалась сразу же, без раздумий и колебаний:
- Так прекрасна, что хочется умереть.
И тут только до нее дошло, что она сказала. Ведь в переводе с образного языка романтичных азиатов слова Хэми означали: «Я люблю тебя». И она ему ответила: «Я тоже тебя люблю».
Хэми слегка отстранил Милицу, взволнованно вгляделся в ее лицо, и она, не дожидаясь вопроса, решительно подтвердила:
- Да, я люблю тебя.
Поцелуй окончательно растопил ее сердце. Нельзя так целовать ту, против которой что-то замышляешь. Нет сомнений – они теперь не только влюбленные, но и союзники. И все же очень хочется хоть немного простоты, чуточку света, пролитого в сумрак. Хотя бы что-то прояснить, пока полночь вновь не забрала у нее Хэми, не утянула за собой в темную тайну.
- Скажи, а где-нибудь… не здесь… у тебя нет другой женщины?
Замерла в ожидании ответа. А если он снова попытается как-то уклониться? Но Хэми, хотя и удивился вопросу, спокойно ответил:
- Нет. Только ты. Везде. Я люблю тебя…
Они замолчали, и тишина наполнилась отзвуками чувств, которые и не выразить-то толком словами. А потом Хэми спросил:
- Для тебя так важно, чтобы я встретил Новый год с тобой?
Милица молча кивнула. Зачем спрашивать, все же ясно…
- Я… - похоже, ее прекрасный змей принимал мучительное решение, оно давалось с трудом. – Один лишь раз… постараюсь… обмануть полночь. Один раз! Для этого надо завтра уехать, но я сразу же вернусь. Не стану обещать… и все же… я сам очень хочу, чтобы новогодняя ночь стала для нас действительно волшебной.
- Но как же… - Милица хотела что-то спросить и тут же передумала, Просто нежно поцеловала его в щеку. – Если это тебе не навредит… Спасибо!
Она и думать забыла о женщинах-змеях и коварных заговорщиках. Предвкушение новогоднего чуда вытеснило все сомнения, все неприятные мысли. Хэми любит ее…
Владимирская область, провинциальный городок, небольшой уютный клуб на его окраине. Приглушенный теплый свет выхватывает из полумрака худощавую фигуру белокурого паренька. Он невысокий, легкий и стремительный. Он царит на сцене, звонкой песней заводит зал и берет такие высокие чистые ноты, что фанаты вопят от восторга. Гитары и ударные – мощный фон для его прекрасного голоса.
Хэми сумел оценить эту красоту, хотя и несколько отстранено. С пареньком он общался по интернету, когда писал книгу о Златовласке, дочери Белославы, а вчера договорился о встрече. Можно было подъехать к назначенному времени, но захотелось послушать, посмотреть. Ощутима ли другая, незнакомая магия? Да. Определенно. Без вопросов.
Может, зря это все? Но что же делать…
- Змеи должны скользить и изворачиваться, - прошептал Хэми одними губами.
Через два часа они сидели вдвоем за угловым столиком клубного ресторана.
- Ну что? Ты его привез? – Хэми сам удивился, насколько прохладно это прозвучало. Странно… ведь против юнца он ничего не имел. Может, взыграла банальная зависть – ведь артист свободен, весел и не проклят? Или еще проще и мрачнее – внутри пробуждается охотник на птичек?
Певец по имени Дима Ларк, местная знаменитость, легким привычным движением откинул со лба роскошную светлую прядь.
- Вот так сразу? А побеседовать о высоком?
- Сколько ты хочешь?
Дима усмехнулся.
- Услышит нас посторонний - решит, что ты ко мне за дозой.
- В моем случае разницы нет. Если подсяду – погибну. Но этого не будет. Так сколько?
Певец помолчал немного.
- Глеб, ты ведь знаешь, кто я, - это был не вопрос.
Хэми пожал плечами.
- Не только знаю, но даже чувствую. Сейчас нечасто встретишь среди людей затронутого Запредельем.
- А разве сам ты не оттуда?
- Ну нет. К сожалению, не имею ничего общего с первозданными волшебными краями.
Дима прищурился.
- Но ты совсем не прост, да? Если не Запределье, то должно же быть что-то еще? И мне очень любопытно, что такой парень вообще может предложить. Понимаешь, да? Магия… чужая магия. Это же так интересно!
Хэми не ответил. Просто смотрел на хорошенького оживленного мальчика, пытаясь взглядом заставить его не задавать лишних вопросов.
Но тот не унимался.
- Ты чувствуешь, я тоже… Это у нас в крови. Я оборотень, как говорят люди… а ты… Хм. И почему мне сейчас почудилось, что ты глядишь на меня как змея на птицу?
- Послушай, Дима… Ларк? Хм. Жаворонок, да? Я не собираюсь на тебя охотиться. Не хочу попытаться заглотить или что-то в этом роде. Я безмерно благодарен за сведения о твоем тезке и коллеге гусляре Мите, которые ты выудил для меня в местных архивах. Если нужно что-то еще кроме благодарности…
Дима сделал нервный отрицательный жест.
- Какая чушь! Мне только в радость покопаться в старине. Помочь настоящему писателю поработать над книгой, это же здорово! Но сейчас ты хочешь купить у меня чудо…
Хэми устало вздохнул.
- Тебя волнует цена? Но я не могу пообещать тебе ничего интереснее денег, прости.
- Может, книгу про меня напишешь? – Дима звонко хохотнул. – Прославлюсь.
Хэми окинул неугомонного собеседника взглядом свысока.
- Мог бы. Ты персонаж, кажется, забавный. Но есть проблемы со временем.
- Дедлайны, заказы от издательств?
- Знаешь, мальчик, смерть иногда устанавливает сроки. Не уверен, что доживу до момента завершения новой книги.
- У-у, как все сурово. Значит, смертельно опасное проклятье?
- Этого я не говорил.
- А зачем тогда тебе мед из поющих цветов? Не угадал? Ладно. Давай-ка, обозначь цель. Хотя бы примерно.
- Истинная цена вопроса? Не стать треплом в глазах любимой девушки.
Дима потеребил волосы, словно они не давали ему покоя.
- Серьезно, что ли?
- Серьезней некуда.
- Сразу не мог сказать?
И он деловито вытянул из стильной спортивной сумки маленький пузырек. Сквозь тонкое стекло сказочно поблескивала густая солнечно-янтарная жидкость.
- Бери просто так. Если речь о любви…
- Но я…
- Ну, не выделывайся. Подарок! Девчонку свою чмокнешь за меня. В общем, не знаю, зачем оно тебе. Но выпьешь волшебный мед, и заклятье, или что там, нейтрализуется ровно на двенадцать часов.
- Хватит и восьми, - невольно проговорился Хэми и вздрогнул, ощутив острую боль в висках.
- Прекрасно. Но только одно заклятье! Если на тебе их целый ворох, то придется выбирать.
- Я что, произвожу такое впечатление?
- Если честно, то да. Ты как будто лишнее слово боишься сказать или посильнее дернуться. В общем, подумай как следует. Мед из поющих цветов… волшебство, легкое как мечта. И если у тебя что-то по-настоящему серьезное…
- Может не сработать?
- Скорее всего, сработает. Но как бы потом не стало хуже. Говорю же – подумай. Ладно, это уже не моя головная боль. Держи.
Хэми бережно сжал длинными пальцами крошечную склянку. Посмотрел сквозь нее на свет.
- Волшебство, налитое в сосуд... Спасибо, - его голос невольно дрогнул. – Ты хороший парень, Дима Жаворонок. Может быть, я смогу отплатить тебе добром за добро.
- Не парься. Давай лучше выпьем за любовь – за твою и за мою. За наших девчонок! И с наступающим, кстати. Пусть Новый год будет счастливым для нас всех.
Большая комната, освещенная переливами елочных огней, наполнилась щебетом молодых голосов, смехом и звоном бокалов. Провожали уходящий год. Маша и Костя, одноклассница Маши и Милицы и ее парень, еще парочка общих знакомых. И Хэми. Весь мир сейчас сосредоточился в одном лишь Хэми. Старый год щедро передавал в юные руки наступающего надежду, счастье, восторг. Но Милица волновалась – как все пройдет? Уже почти двенадцать ночи… И наконец-то ее любимый змей никуда не спешит, не убегает! Обволакивает ласковым взглядом, уверенный в себе, полный отблеска внутренней силы.
В телевизоре – часы Спасской башни. Двенадцать ударов сердца. Со сверкающими бокалами в руках ребята окружили маленький столик с закусками. Милица – рядом с Хэми. Еще немного… три… два…
- С Новым годом!
- Ура!!!
- С новым счастьем!
Он здесь. Никуда не исчез. И это лучший новогодний подарок из всех возможных! Не пойдет она на площадь с компанией, праздничная ночь теперь – только для них двоих… их общее чудо.
- С Новым годом, родная, - тихо произнес Хэми и нежно поцеловал Милицу. Другие пары тоже целовались, обнимались, шутили друг с другом, так что никто не обратил на них внимания.
Глава 20
- Мы танцевали в обширном зале под красивую, мелодичную музыку, - вдохновенно хвасталась свиданием Милица, расхаживая взад-вперед перед Машей. Та, лениво откинувшись на спинку офисного кресла, весело наблюдала за ней. – А потом…
А потом в руках чудесным образом оказался березовый гребень…
- Ну так что? – Маша одобряюще улыбнулась, когда пауза затянулась. – Целовались?
- А то! – Милица встрепенулась. - Целовались, да еще как. А дальше… прошли в гостиную… она такая атмосферная. Мягкая мебель, теплые тона, старинные картины… Представь – на маленьком столике стояла чеканная серебряная ваза с фруктами. Вкуснейший был виноград, кстати.
- Потрясающе, - восхитилась подруга. – Нет, я серьезно – с ума сойти как романтично. Твой парень умеет красиво ухаживать. А главное, может себе это позволить. Ой, Мил, какой у тебя загадочный вид… все, молчу-молчу! Не лезу со своим дурным цинизмом в хрустальный дворец. Забудем на время, что Глеб… или Хэми – змей-оборотень…
- Не хочу об этом забывать, - с жаром возразила Милица. – Он тот, кто он есть. И другого мне не нужно.
- Ты влюбилась. Втрескалась.
- По уши! Потеряла голову.
- Это неизбежно. Но послушай… Он точно оборотень? Сама видела?
- Нет. Просто знаю.
Маша хмыкнула, взяла со стола книгу, которую сейчас читала – японский хонкаку-детектив, повертела в руках.
- Знаешь, что я думаю? Если задействовать законы того мира, в который ты меня постепенно погружаешь, то все просто.
- Что просто? – изумилась такому повороту Милица. Даже приостановила свое хаотичное движение.
- Ну как же… Сама говоришь – он наполовину кореец, змей-имуги, а у них, у азиатов, очень развиты понятия семьи, клана. Думаешь, оборотни сильно отличаются в этом смысле?
- Не знаю. Куда ты клонишь?
- Хэми ведь сам признался, что имуги одержимы желанием превратиться в дракона. Может, его и прислали к тебе с этой целью… ну, сородичи?
- Сородичи? Тот парень в красном… и женщина-змея?
- Типа того. Сговорились с Огневушкой. Тебе как наследнице подкинули злобный камешек. И Хэми тут как тут. Знакомится с тобой и начинает медленно тянуть колдовскую силу, которую взращивает внутри тебя Полоз… Бр-р, даже звучит мерзко…
- Маш, ты о чем?
- Ну подожди сразу спорить. Это же не значит, что ты ему не нравишься. Или что он целенаправленно вредит. Помню, ты как-то призналась, что тебе легче, когда рядом Хэми. Рука меньше болит.
- Так и есть. Немного, но легче.
- Вот. Может, перетягивает на себя эту, как ты выражаешься, энергию? Всем же только лучше.
Милица попыталась это представить. Сейчас, когда она всецело отдалась свежему окрыляющему чувству и поверила Хэми, думать о таком было больно. А гребень Белославы? Что может он значить при таком раскладе? Хотя... Хэми же сказал что-то вроде «даже мне не отдавай, если буду просить». Значит, сам в себе не уверен?
- Он меня использует?
Вопрос прозвучал с горечью, и Маша поспешила возразить:
- Я вовсе не утверждаю. А если и так, то наверняка не по своей воле. Ты ведь и сама раньше что-то такое подозревала, согласись. А теперь мы можем предположить, что Хэми заставили. Может, даже жестоко заставили. Если тот имуги в красном такой волевой и сильный маг…
- Но зачем? Смысл? Вытянет из меня силы Полоза – и что дальше?
- И превратится в дракона. Вопрос, почему к тебе подослали именно Хэми, остается открытым. Возможно, эту твою змейку Ольгу тоже обманули. А еще… Хм.
- Ну что? Маш, не тяни.
- Какая-то ревнивица порывалась с тобой расправиться, - деловитым тоном заправского детектива продолжила подруга. - Сестра таинственного корейца в красном ханбоке. А что, если Хэми должен взять ее в жены, когда станет драконом? На пустом месте ведь не ревнуют, правда?
Милица оперлась руками о стол. Она готова была предполагать что угодно и терзать себя, но не до такой же степени. «Глупости все это!» - хотелось крикнуть, но на глазах просто выступили слезы.
Маша вскочила с места, подошла к расстроенной девушке, обняла ее со спины.
- Прости, Мила, - проговорила виновато. – Пожалуйста! Я вовсе не хотела… Не слушай ты меня. Начиталась я японских детективов, теперь уверена, что отлично разбираюсь в самых разных азиатах, даже змеиных. Просто меня иногда заносит.
Милица резким движением вытерла слезы.
- И даже часто. Но в этой твоей версии есть смысл, мисс Холмс.
- Да ну… Слушай, если Хэми так тебе нравится, и у вас все прекрасно, я очень, очень за тебя рада! Ты же мне как сестренка. Не грусти. Все утрясется, все углы со временем сгладятся.
- Ну вот, теперь ты же меня и утешаешь. Ты такая забавная, Машка, - и Милица, оттаяв, обняла подругу в ответ.
Маша вновь заулыбалась.
- Слушай, а наш договор на Новый год в силе?
- Ага. Встречаем у меня компанией, потом идем гулять на площадь.
- Вот и отлично. Просто хотела спросить… а ты Хэми позовешь?
- Маш, он не придет.
И снова в словах Милицы послышалась горечь.
- А… ну да. Полночь, карета превращается в тыкву… вот я балда. А еще детектив-любитель называется! Сама расплачусь сейчас. Прости, как-то все сегодня невпопад.
Милица, отвлекшись от своих тревог, внимательно пригляделась к Маше.
- Что – все? Мне сейчас показалось, или ты чем-то расстроена?
- Да нет, не особо… Хотя… Что-то странное творится с Костей. Мы тут с ним поболтали, и у него как будто небольшие провалы в памяти. Дезориентация. Такого раньше не было. Он ничего не объясняет и вообще делает вид, что все в порядке, но я-то вижу… Ладно, разберемся. Все у нас будет нормально, подруга! Не переживай.
***
В этот раз Хэми проводил Милицу до самого дома. Вечер был чарующим, хрустким и морозным. И казалось, чудеса сами собой ткутся из снежных искр, из золота ярких окошек, из невесомых нитей лунного света…
«Он ко мне в гости попросится, нет?» - гадала девушка, понимая, что готова согласиться. Но Хэми ничего такого не предложил, и она почувствовала легкое разочарование.
Расставаться не хотелось, они стояли у подъезда, молча глядя друг на друга. И пусть мысленно общаться не могли, но Милице казалось, что она снова ощущает его на каком-то ином уровне. Осторожно прикасается к загадочным глубинам этого не совсем понятного, но прекрасного существа – волшебного змея из другого мира. Как такое могло произойти с ней?
- Хэми… а с кем ты будешь встречать Новый год?
- Ни с кем, - он улыбнулся обычной своей улыбкой – сдержанной, чуточку печальной. – Один.
- Ох. Да… - разволновалась Милица. – Я знала, но все-таки как-то не верится до конца. Мы не сможем быть вместе на праздник!
- Да, прости.
Хэми обнял девушку, крепко прижал к груди. Его взгляд устремился ввысь, к капелькам звезд, к сияющему небесному диску…
- Как прекрасна сегодня луна, - вырвалось у него жарким шепотом.
И Милица отозвалась сразу же, без раздумий и колебаний:
- Так прекрасна, что хочется умереть.
И тут только до нее дошло, что она сказала. Ведь в переводе с образного языка романтичных азиатов слова Хэми означали: «Я люблю тебя». И она ему ответила: «Я тоже тебя люблю».
Хэми слегка отстранил Милицу, взволнованно вгляделся в ее лицо, и она, не дожидаясь вопроса, решительно подтвердила:
- Да, я люблю тебя.
Поцелуй окончательно растопил ее сердце. Нельзя так целовать ту, против которой что-то замышляешь. Нет сомнений – они теперь не только влюбленные, но и союзники. И все же очень хочется хоть немного простоты, чуточку света, пролитого в сумрак. Хотя бы что-то прояснить, пока полночь вновь не забрала у нее Хэми, не утянула за собой в темную тайну.
- Скажи, а где-нибудь… не здесь… у тебя нет другой женщины?
Замерла в ожидании ответа. А если он снова попытается как-то уклониться? Но Хэми, хотя и удивился вопросу, спокойно ответил:
- Нет. Только ты. Везде. Я люблю тебя…
Они замолчали, и тишина наполнилась отзвуками чувств, которые и не выразить-то толком словами. А потом Хэми спросил:
- Для тебя так важно, чтобы я встретил Новый год с тобой?
Милица молча кивнула. Зачем спрашивать, все же ясно…
- Я… - похоже, ее прекрасный змей принимал мучительное решение, оно давалось с трудом. – Один лишь раз… постараюсь… обмануть полночь. Один раз! Для этого надо завтра уехать, но я сразу же вернусь. Не стану обещать… и все же… я сам очень хочу, чтобы новогодняя ночь стала для нас действительно волшебной.
- Но как же… - Милица хотела что-то спросить и тут же передумала, Просто нежно поцеловала его в щеку. – Если это тебе не навредит… Спасибо!
Она и думать забыла о женщинах-змеях и коварных заговорщиках. Предвкушение новогоднего чуда вытеснило все сомнения, все неприятные мысли. Хэми любит ее…
Глава 21
Владимирская область, провинциальный городок, небольшой уютный клуб на его окраине. Приглушенный теплый свет выхватывает из полумрака худощавую фигуру белокурого паренька. Он невысокий, легкий и стремительный. Он царит на сцене, звонкой песней заводит зал и берет такие высокие чистые ноты, что фанаты вопят от восторга. Гитары и ударные – мощный фон для его прекрасного голоса.
Хэми сумел оценить эту красоту, хотя и несколько отстранено. С пареньком он общался по интернету, когда писал книгу о Златовласке, дочери Белославы, а вчера договорился о встрече. Можно было подъехать к назначенному времени, но захотелось послушать, посмотреть. Ощутима ли другая, незнакомая магия? Да. Определенно. Без вопросов.
Может, зря это все? Но что же делать…
- Змеи должны скользить и изворачиваться, - прошептал Хэми одними губами.
Через два часа они сидели вдвоем за угловым столиком клубного ресторана.
- Ну что? Ты его привез? – Хэми сам удивился, насколько прохладно это прозвучало. Странно… ведь против юнца он ничего не имел. Может, взыграла банальная зависть – ведь артист свободен, весел и не проклят? Или еще проще и мрачнее – внутри пробуждается охотник на птичек?
Певец по имени Дима Ларк, местная знаменитость, легким привычным движением откинул со лба роскошную светлую прядь.
- Вот так сразу? А побеседовать о высоком?
- Сколько ты хочешь?
Дима усмехнулся.
- Услышит нас посторонний - решит, что ты ко мне за дозой.
- В моем случае разницы нет. Если подсяду – погибну. Но этого не будет. Так сколько?
Певец помолчал немного.
- Глеб, ты ведь знаешь, кто я, - это был не вопрос.
Хэми пожал плечами.
- Не только знаю, но даже чувствую. Сейчас нечасто встретишь среди людей затронутого Запредельем.
- А разве сам ты не оттуда?
- Ну нет. К сожалению, не имею ничего общего с первозданными волшебными краями.
Дима прищурился.
- Но ты совсем не прост, да? Если не Запределье, то должно же быть что-то еще? И мне очень любопытно, что такой парень вообще может предложить. Понимаешь, да? Магия… чужая магия. Это же так интересно!
Хэми не ответил. Просто смотрел на хорошенького оживленного мальчика, пытаясь взглядом заставить его не задавать лишних вопросов.
Но тот не унимался.
- Ты чувствуешь, я тоже… Это у нас в крови. Я оборотень, как говорят люди… а ты… Хм. И почему мне сейчас почудилось, что ты глядишь на меня как змея на птицу?
- Послушай, Дима… Ларк? Хм. Жаворонок, да? Я не собираюсь на тебя охотиться. Не хочу попытаться заглотить или что-то в этом роде. Я безмерно благодарен за сведения о твоем тезке и коллеге гусляре Мите, которые ты выудил для меня в местных архивах. Если нужно что-то еще кроме благодарности…
Дима сделал нервный отрицательный жест.
- Какая чушь! Мне только в радость покопаться в старине. Помочь настоящему писателю поработать над книгой, это же здорово! Но сейчас ты хочешь купить у меня чудо…
Хэми устало вздохнул.
- Тебя волнует цена? Но я не могу пообещать тебе ничего интереснее денег, прости.
- Может, книгу про меня напишешь? – Дима звонко хохотнул. – Прославлюсь.
Хэми окинул неугомонного собеседника взглядом свысока.
- Мог бы. Ты персонаж, кажется, забавный. Но есть проблемы со временем.
- Дедлайны, заказы от издательств?
- Знаешь, мальчик, смерть иногда устанавливает сроки. Не уверен, что доживу до момента завершения новой книги.
- У-у, как все сурово. Значит, смертельно опасное проклятье?
- Этого я не говорил.
- А зачем тогда тебе мед из поющих цветов? Не угадал? Ладно. Давай-ка, обозначь цель. Хотя бы примерно.
- Истинная цена вопроса? Не стать треплом в глазах любимой девушки.
Дима потеребил волосы, словно они не давали ему покоя.
- Серьезно, что ли?
- Серьезней некуда.
- Сразу не мог сказать?
И он деловито вытянул из стильной спортивной сумки маленький пузырек. Сквозь тонкое стекло сказочно поблескивала густая солнечно-янтарная жидкость.
- Бери просто так. Если речь о любви…
- Но я…
- Ну, не выделывайся. Подарок! Девчонку свою чмокнешь за меня. В общем, не знаю, зачем оно тебе. Но выпьешь волшебный мед, и заклятье, или что там, нейтрализуется ровно на двенадцать часов.
- Хватит и восьми, - невольно проговорился Хэми и вздрогнул, ощутив острую боль в висках.
- Прекрасно. Но только одно заклятье! Если на тебе их целый ворох, то придется выбирать.
- Я что, произвожу такое впечатление?
- Если честно, то да. Ты как будто лишнее слово боишься сказать или посильнее дернуться. В общем, подумай как следует. Мед из поющих цветов… волшебство, легкое как мечта. И если у тебя что-то по-настоящему серьезное…
- Может не сработать?
- Скорее всего, сработает. Но как бы потом не стало хуже. Говорю же – подумай. Ладно, это уже не моя головная боль. Держи.
Хэми бережно сжал длинными пальцами крошечную склянку. Посмотрел сквозь нее на свет.
- Волшебство, налитое в сосуд... Спасибо, - его голос невольно дрогнул. – Ты хороший парень, Дима Жаворонок. Может быть, я смогу отплатить тебе добром за добро.
- Не парься. Давай лучше выпьем за любовь – за твою и за мою. За наших девчонок! И с наступающим, кстати. Пусть Новый год будет счастливым для нас всех.
***
Большая комната, освещенная переливами елочных огней, наполнилась щебетом молодых голосов, смехом и звоном бокалов. Провожали уходящий год. Маша и Костя, одноклассница Маши и Милицы и ее парень, еще парочка общих знакомых. И Хэми. Весь мир сейчас сосредоточился в одном лишь Хэми. Старый год щедро передавал в юные руки наступающего надежду, счастье, восторг. Но Милица волновалась – как все пройдет? Уже почти двенадцать ночи… И наконец-то ее любимый змей никуда не спешит, не убегает! Обволакивает ласковым взглядом, уверенный в себе, полный отблеска внутренней силы.
В телевизоре – часы Спасской башни. Двенадцать ударов сердца. Со сверкающими бокалами в руках ребята окружили маленький столик с закусками. Милица – рядом с Хэми. Еще немного… три… два…
- С Новым годом!
- Ура!!!
- С новым счастьем!
Он здесь. Никуда не исчез. И это лучший новогодний подарок из всех возможных! Не пойдет она на площадь с компанией, праздничная ночь теперь – только для них двоих… их общее чудо.
- С Новым годом, родная, - тихо произнес Хэми и нежно поцеловал Милицу. Другие пары тоже целовались, обнимались, шутили друг с другом, так что никто не обратил на них внимания.
