Она лишь увидела, что у той в руках блеснул нож. Затем она почувствовала, что тело отца обмякло и накрыло её всей своей тяжестью. Он больше не шевелился. Сара потеряла сознание.
Когда она пришла в себя, в квартире уже сновали какие-то люди, над ней склонился врач, а сама Сара лежала на диване, заботливо укрытая одеялом. Она сразу же всё вспомнила, и по её лицу потекли слёзы. Их было так много, но они всё не заканчивались.
- Успокойся… - повторял врач, зачем-то подтыкая одеяло. - Сейчас придёт машина, и мы отправимся в больницу.
При упоминании о больнице Сара заплакала ещё сильнее.
- Всё будет хорошо, - говорил врач. - У такой красивой девочки всё обязательно будет хорошо.
Он гладил её по голове, невольно любуясь её чистым лбом и огромными глазами, которые испуганно блестели из-под изящно очерченных бровей. «Да, нелегко будет жить с такой красотой, - подумал он. - Каждый так и норовит… Даже собственный отец! Бедняжка…»
- Где мама? - спросила Сара слабым голосом.
- Тебе не надо ни о чём беспокоиться, - последовал ответ.
Уже потом Саре рассказали, что её мать, убив отца и увидев распростёртое безжизненное тело дочери, решила, что та умерла, и сама вызвала полицию. Её, конечно, сразу же арестовали. Всё произошло довольно быстро, так что, когда Сару привели в чувство, мать уже увезли. Её приговорили к большому сроку тюремного заключения, даже с учётом сложившихся обстоятельств. Всё-таки убийство есть убийство. И, спустя два года после оглашения приговора, она скончалась в тюремной больнице от туберкулёза.
Сару как несовершеннолетнюю поместили в приют, и с матерью до её смерти она смогла увидеться лишь однажды. По достижении совершеннолетия она вернулась в родной городок, но жить спокойно там не смогла, главным образом, из-за глухой неприязни к себе и нездорового любопытства окружающих к её семейной истории.
Юная Сара осталась совершенно одна, без поддержки и без средств к существованию. На её долю доставались лишь косые взгляды или недвусмысленные предложения, сдобренные сальными шуточками. Несколько раз ей пришлось их принять, чтобы не умереть с голоду. Но окончательно становиться на этот скользкий путь ей мешали гордость и пуританское воспитание.
Она постоянно вспоминала о чудесной встрече с представительницей модельного агентства и мечтала о том, как могла бы сложиться её жизнь, если бы тогда мать не запретила ей принять её предложение. «Вот где моя внешность могла бы сослужить добрую службу, - подумала Сара. - А здесь, в городке, она мне только во вред».
Девушка попыталась устроиться официанткой в местное кафе. Хозяин был не против. Он, ухмыляясь, уже в открытую ощупывал её ладную фигуру своими маслеными глазками. Но тут появилась его жена и, быстро оценив ситуацию, проговорила ему на ухо громким шёпотом, так чтобы её услышала Сара: «Нам здесь не нужны проститутки. Это приличное заведение». Саре ничего не оставалось, как убраться восвояси.
После этого случая она решила больше нигде не унижаться, побросала в дорожную сумку свои нехитрые пожитки, положила в карман небольшую сумму денег, которую ей удалось скопить, и купила билет на автобус до города N.
Здесь, в придорожной закусочной, она случайно и познакомилась с Мадлен - улыбчивой светловолосой девушкой, тогда ещё студенткой.
- Слушай, а поехали со мной! - однажды сказала та, выслушав печальную историю Сары. - Многого предложить не могу, но у меня есть друзья, они помогут тебе устроиться официанткой. С твоей внешностью ты сможешь неплохо зарабатывать. Жить можем вместе. Я как раз собираюсь снять квартиру, но одной мне дороговато. А вдвоём мы потянем. Ну так как?
Сара с благодарностью согласилась. С тех пор они стали практически неразлучны.
С помощью новой подруги Сара устроилась работать официанткой. Очень скоро ей повезло: на неё обратил внимание молодой фотограф, уже довольно известный в своих кругах и подающий большие надежды. Увидев официантку, подошедшую принять у него заказ, он был буквально сражён мраморной белизной её кожи, тонкими чертами лица и точёной фигурой. Казалось, фотограф потерял дар речи, и неизвестно, чего больше было в его взгляде - профессионального или чисто мужского интереса.
- Что вы здесь делаете? - не смог удержаться он от вопроса.
Сара, которая старалась как можно лучше выполнять свои обязанности и не подвести рекомендовавших её людей, застыла в изумлении.
- Простите? - вежливо переспросила она.
- Ах, ну да… - несколько смущённо пробормотал мужчина. - Я не могу понять, как может работать официанткой девушка с такой потрясающей внешностью.
Он смотрел на неё из-под очков с нескрываемым восхищением. Сара, считавшая удачей уже одно то, что она смогла выбраться из своего городка и найти хоть какую-то работу в мегаполисе, не смела и помыслить о большем. Слова этого молодого посетителя заставили её сердце учащённо биться.
- Это хорошая работа, сэр… - начала было она.
- Послушайте, - перебил её нетерпеливый посетитель, поблескивая очками. - Я - фотограф. Ваш типаж - это то, что я уже давно и безуспешно ищу. А тут такая удача. Одним словом, вот моя визитная карточка. Там всё написано. Жду вас завтра у себя в офисе в десять утра. Сделаем пробные снимки.
Он проговорил это тоном, не терпящим возражения.
- Но я не могу… У меня работа, - растерялась Сара.
- Крошка, разве это работа? Нас с тобой ждёт потрясающий успех, уж поверь профессионалу! - по-отечески покровительственно изрёк фотограф.
Затем он сделал заказ, а на прощанье подмигнул ей:
- Смотри, не вздумай исчезнуть. Я тебя из-под земли достану!
Так началось стремительное восхождение Сары на поприще модельного бизнеса. Жак - так звали фотографа - сделал ей отличный портфолио. Кроме того, он задумал организовать выставку фотографий с одним-единственным персонажем - «великолепной Сарой». Несколько месяцев каторжного труда - и результат превзошёл все ожидания. Выставка «Великолепная Сара» имела огромный успех.
Конечно, яркая внешность девушки сыграла не последнюю роль. Люди подолгу задерживались возле фотографий, сражённые неожиданным сочетанием целомудренного взгляда её прекрасных глаз и смелой притягательности её великолепных зрелых форм. Но неглупая Сара, безусловно, понимала, что во многом своим успехом она обязана мастерству и неординарному таланту Жака. Ведь именно он безошибочным чутьём фотографа угадал, что в случае с этой девушкой надо сделать акцент на её взгляде, мягком, ускользающем и в то же время бросающем вызов. При этом манящая красота тела как бы остаётся в тени и подаётся зрителю ненавязчиво, являясь продолжением красоты духовной.
После такого грандиозного успеха Сару стали наперебой приглашать разные журналы, а несколько модельных агентств предложили ей заключить выгодные контракты. У неё голова пошла кругом. Она многому научилась за время работы с Жаком, но понимала, что это только её первые шаги. Жизнь Сары понеслась в бешеном ритме. Интенсивная учёба, работа, съёмки, показы, презентации - всё сплелось в тугой узел, так что порой не хватало времени на самое необходимое.
Однажды на одной из презентаций Саре показалось, что вся эта безумная гонка - лишь жалкая суета. Она встретила Его. Он стоял вполоборота, разговаривал с кем-то и улыбался. Наверное, это была обычная дежурная улыбка, которой одаривают друг друга на подобных мероприятиях. Но она вдруг замерла, как вкопанная, и подумала, что ничего, подобного этой улыбке, прежде не видела. Она любовалась игрой света в его смоляных волосах, вслушивалась в звучание его голоса, всматривалась в каждое движение. Скорее всего, это продолжалось довольно долго, потому что её интерес не остался незамеченным, и их представили друг другу. И как только Сара посмотрела в его глаза, глубокие, бездонные, тёмно-синие, она сразу же поняла, что попала в плен. Добровольный или принудительный, она не могла бы сказать.
С тех пор Сара стала его тенью, любовницей, служанкой, матерью, собеседницей - всем, кем Ему было угодно. Жизнь её круто изменилась и была подчинена служению своему Господину. Она забросила учёбу, стала реже сниматься и появляться в обществе. В профессиональных кругах её стали понемногу отодвигать на второй план, так как существующая в модельном бизнесе жесточайшая конкуренция диктует свои законы. Сара стала часто отказываться от выгодных предложений, бросаясь к Нему по первому зову. Иногда она являлась на утренние съёмки, мягко говоря, не в форме.
- Ты что, не выспалась? - нервно вопрошал Жак, бегая по комнате из угла в угол. - Только посмотри на себя в зеркало! Что это за мешки под глазами, что за бледная кожа и усталый вид?
Его очки сердито поблескивали, когда он, пробегая мимо, бросал взгляд в сторону Сары, безвольно обмякшей в кресле.
- Ты что, не понимаешь, что внешность - это твой капитал? - продолжал он распекать девушку. - А её надо поддерживать, холить и лелеять, соблюдать жёсткий режим дня, правильно питаться… Что ты вынуждаешь меня твердить прописные истины! Сама всё отлично знаешь. Ну что с тобой, Сара?
Он присел перед ней на корточки, заглядывая в глаза.
- Дождёшься, что скоро о тебе вообще забудут. Вон сколько юных красоток, готовых на всё! И некоторые из них вполне перспективны. Может, ты влюбилась?
Последний его вопрос прозвучал почти плаксиво. Жак был слишком эмоционален и отличался быстрой сменой настроения.
- Нет, скажи, ты влюбилась? - он отчаянно теребил её за рукав. - Вижу, что да. Очень глупо! Не время сейчас думать о любви! Сейчас надо думать о том, как спасти твою карьеру. Подняться на вершину - это только полдела. Удержаться на ней - вот задача из задач. Для этого нужны ум, железная воля, характер. Ты хоть слышишь меня, Сара?
Жак был её другом и последним из окружения, кто пытался её спасти. Наконец, сдался и он. Что же, не понимает девочка своего счастья. Нет в ней стержня, необходимого для достижения серьёзных целей. Значит, не судьба.
В скором времени о Саре практически забыли. Её лишь изредка приглашали для участия в ток-шоу или каких-то малозначительных съёмках. Жила она в основном на те средства, которые ей удалось заработать в короткий период своего триумфа. Но девушка ничуть не грустила и, казалось, даже не осознавала своей потери. Она была преисполнена горячим стремлением служить Ему, своему Господину, и это стало главным смыслом её жизни.
* * *
Марк проснулся от солнечных лучей. С вечера он забыл закрыть жалюзи, поэтому теперь яркий солнечный свет бил в глаза и приятно щекотал ноздри. Он непроизвольно улыбнулся и потянулся, как всегда, пребывая в состоянии абсолютного счастья в первые секунды пробуждения, когда ещё воспоминания прошедшего дня и предстоящие заботы не приобрели конкретные очертания. Очень скоро он вспомнил и своё вчерашнее знакомство с Сарой, и её странное поведение, и ещё что-то, от чего защемило сердце. Ах, да. Разговор с Мадлен и то, как он нелепо закончился. Внезапно приехала Сара, её дочь, а Мадлен почему-то расстроилась. Может, они были в ссоре? Конечно, мать и дочь могли повздорить накануне, и пока её обида на дочь не прошла. Наверное, так.
Внезапно в дверь постучали.
- Минуточку! - прокричал Марк.
Он поспешно натянул джинсы и открыл дверь, полагая, что это горничная или посыльный.
- Сара?
Несколько обескураженный Марк отступил, только сейчас вспомнив, что на нём нет рубашки.
«Довольно мил и не по годам застенчив», - подумала Сара, а вслух произнесла как ни в чём не бывало:
- Привет, Марк! Отличное утро, не правда ли?
- Доброе утро, Сара, - пробормотал всё ещё смущённый Марк, - ты проходи, я сейчас…
Он метнулся в комнату за рубашкой.
«А он ничего… - равнодушно отметила про себя Сара. - Только слишком порядочный и романтичный. С таким скука смертная, но, если уж он влюбится, то пойдёт за тобой на край света. Что нам и требуется. Дело за малым - влюбить его в себя. Думаю, с этим не будет проблем».
Появился Марк, застёгнутый на все пуговицы.
- Без этого, - Сара кокетливо указала пальчиком на его рубашку, - было гораздо лучше.
Она принялась старательно играть свою роль. Марк смущённо опустил глаза. «Боже, как ты предсказуем! - пронеслось у неё в голове. - Тебе бы хоть каплю Его властности!». У неё даже заныли зубы от очевидной лёгкости победы. Между тем она, покачивая бёдрами, лишь символически прикрытыми лёгким пеньюаром, прошла в комнату. Марк покорно следовал за ней. Сара вдруг резко остановилась и развернулась на сто восемьдесят градусов, оказавшись лицом к лицу с Марком. А тот, непроизвольно налетев на девушку, всем телом ощутил призыв молодой соблазнительницы. Слегка разошедшиеся полы пеньюара открывали взору упругие бёдра, в полураскрытом вырезе мелькнула её высокая грудь. Точно выверенные действия Сары неискушённому Марку показались случайностью.
- Доброе утро, - хрипло проговорил он.
- Мы ведь уже поздоровались! Ты забыл? - засмеялась она, отступив на полшага.
- Разве? Не помню…
Глаза Марка потемнели, ноздри подрагивали. У него так давно не было женщины. Вот она, живая, упругая плоть, стоит только протянуть руку. Не в силах преодолеть искушение Марк осторожно дотронулся до пышных тёмных волос Сары. Девушка ловко перехватила его руку и приложила к своей шее, заставляя спускаться всё ниже, к подрагивающим от нетерпения полушариям. Естество Марка моментально взбунтовалось. Он не отрывал взгляда от горящих глаз девушки, а руки его принялись беззастенчиво блуждать по её телу, отбросив, как ненужную деталь, лёгкий пеньюар. Кровь пульсировала в висках, разум затуманился, сердце стучало тяжело и глухо, словно отбойный молоток.
Внезапно Марк отдёрнул руку, почувствовав сильное жжение. Он постепенно приходил в себя и рассматривал свою руку, с удивлением обнаружив следы ожога.
- В чём дело? - досадливо поморщилась Сара, ничуть не стесняясь своей наготы.
- Что это?
Марк показал ей странный ожог на руке.
- Ты меня спрашиваешь? - насмешливо прищурилась девушка. - Я же только пришла. Откуда мне знать, где ты обжёгся?
Взгляд Марка скользнул по её роскошному телу. Сара кокетливо наматывала на палец прядь тёмных волос. Она, совершенно нагая, сделала шаг ему навстречу. На её груди блеснула золотая подвеска. Больше на девушке ничего не было. Марк инстинктивно протянул руку к подвеске, но тут же её отдёрнул.
- Странно, - проговорил он, - не мог же я обжечься этой штуковиной…
- Это не «штуковина»! - выкрикнула Сара.
Её глаза полыхнули, но она тут же взяла себя в руки.
- Ну, конечно, не мог, - сказала она уже спокойно. - Ты обжёгся раньше, но не сразу это заметил.
Она старательно заглядывала ему в глаза, пытаясь замять секундную вспышку гнева.
- Это очень странно… - повторил Марк.
Он смотрел на девушку, совершенно обнажённую и такую прекрасную, но её красота его больше не возбуждала.
- А ты зачем приходила? - внезапно спросил Марк.
Он словно не замечал её наготы. Ресницы Сары дрогнули. Она почувствовала себя глубоко уязвлённой. И поняла, что проиграла. Пока.
- А… я хотела пригласить тебя на чашку кофе в баре напротив, - как ни в чём не бывало проговорила она, подбирая с пола свой пеньюар.- Пошли?
Когда она пришла в себя, в квартире уже сновали какие-то люди, над ней склонился врач, а сама Сара лежала на диване, заботливо укрытая одеялом. Она сразу же всё вспомнила, и по её лицу потекли слёзы. Их было так много, но они всё не заканчивались.
- Успокойся… - повторял врач, зачем-то подтыкая одеяло. - Сейчас придёт машина, и мы отправимся в больницу.
При упоминании о больнице Сара заплакала ещё сильнее.
- Всё будет хорошо, - говорил врач. - У такой красивой девочки всё обязательно будет хорошо.
Он гладил её по голове, невольно любуясь её чистым лбом и огромными глазами, которые испуганно блестели из-под изящно очерченных бровей. «Да, нелегко будет жить с такой красотой, - подумал он. - Каждый так и норовит… Даже собственный отец! Бедняжка…»
- Где мама? - спросила Сара слабым голосом.
- Тебе не надо ни о чём беспокоиться, - последовал ответ.
Уже потом Саре рассказали, что её мать, убив отца и увидев распростёртое безжизненное тело дочери, решила, что та умерла, и сама вызвала полицию. Её, конечно, сразу же арестовали. Всё произошло довольно быстро, так что, когда Сару привели в чувство, мать уже увезли. Её приговорили к большому сроку тюремного заключения, даже с учётом сложившихся обстоятельств. Всё-таки убийство есть убийство. И, спустя два года после оглашения приговора, она скончалась в тюремной больнице от туберкулёза.
Сару как несовершеннолетнюю поместили в приют, и с матерью до её смерти она смогла увидеться лишь однажды. По достижении совершеннолетия она вернулась в родной городок, но жить спокойно там не смогла, главным образом, из-за глухой неприязни к себе и нездорового любопытства окружающих к её семейной истории.
Юная Сара осталась совершенно одна, без поддержки и без средств к существованию. На её долю доставались лишь косые взгляды или недвусмысленные предложения, сдобренные сальными шуточками. Несколько раз ей пришлось их принять, чтобы не умереть с голоду. Но окончательно становиться на этот скользкий путь ей мешали гордость и пуританское воспитание.
Она постоянно вспоминала о чудесной встрече с представительницей модельного агентства и мечтала о том, как могла бы сложиться её жизнь, если бы тогда мать не запретила ей принять её предложение. «Вот где моя внешность могла бы сослужить добрую службу, - подумала Сара. - А здесь, в городке, она мне только во вред».
Девушка попыталась устроиться официанткой в местное кафе. Хозяин был не против. Он, ухмыляясь, уже в открытую ощупывал её ладную фигуру своими маслеными глазками. Но тут появилась его жена и, быстро оценив ситуацию, проговорила ему на ухо громким шёпотом, так чтобы её услышала Сара: «Нам здесь не нужны проститутки. Это приличное заведение». Саре ничего не оставалось, как убраться восвояси.
После этого случая она решила больше нигде не унижаться, побросала в дорожную сумку свои нехитрые пожитки, положила в карман небольшую сумму денег, которую ей удалось скопить, и купила билет на автобус до города N.
Глава 31
Здесь, в придорожной закусочной, она случайно и познакомилась с Мадлен - улыбчивой светловолосой девушкой, тогда ещё студенткой.
- Слушай, а поехали со мной! - однажды сказала та, выслушав печальную историю Сары. - Многого предложить не могу, но у меня есть друзья, они помогут тебе устроиться официанткой. С твоей внешностью ты сможешь неплохо зарабатывать. Жить можем вместе. Я как раз собираюсь снять квартиру, но одной мне дороговато. А вдвоём мы потянем. Ну так как?
Сара с благодарностью согласилась. С тех пор они стали практически неразлучны.
С помощью новой подруги Сара устроилась работать официанткой. Очень скоро ей повезло: на неё обратил внимание молодой фотограф, уже довольно известный в своих кругах и подающий большие надежды. Увидев официантку, подошедшую принять у него заказ, он был буквально сражён мраморной белизной её кожи, тонкими чертами лица и точёной фигурой. Казалось, фотограф потерял дар речи, и неизвестно, чего больше было в его взгляде - профессионального или чисто мужского интереса.
- Что вы здесь делаете? - не смог удержаться он от вопроса.
Сара, которая старалась как можно лучше выполнять свои обязанности и не подвести рекомендовавших её людей, застыла в изумлении.
- Простите? - вежливо переспросила она.
- Ах, ну да… - несколько смущённо пробормотал мужчина. - Я не могу понять, как может работать официанткой девушка с такой потрясающей внешностью.
Он смотрел на неё из-под очков с нескрываемым восхищением. Сара, считавшая удачей уже одно то, что она смогла выбраться из своего городка и найти хоть какую-то работу в мегаполисе, не смела и помыслить о большем. Слова этого молодого посетителя заставили её сердце учащённо биться.
- Это хорошая работа, сэр… - начала было она.
- Послушайте, - перебил её нетерпеливый посетитель, поблескивая очками. - Я - фотограф. Ваш типаж - это то, что я уже давно и безуспешно ищу. А тут такая удача. Одним словом, вот моя визитная карточка. Там всё написано. Жду вас завтра у себя в офисе в десять утра. Сделаем пробные снимки.
Он проговорил это тоном, не терпящим возражения.
- Но я не могу… У меня работа, - растерялась Сара.
- Крошка, разве это работа? Нас с тобой ждёт потрясающий успех, уж поверь профессионалу! - по-отечески покровительственно изрёк фотограф.
Затем он сделал заказ, а на прощанье подмигнул ей:
- Смотри, не вздумай исчезнуть. Я тебя из-под земли достану!
Так началось стремительное восхождение Сары на поприще модельного бизнеса. Жак - так звали фотографа - сделал ей отличный портфолио. Кроме того, он задумал организовать выставку фотографий с одним-единственным персонажем - «великолепной Сарой». Несколько месяцев каторжного труда - и результат превзошёл все ожидания. Выставка «Великолепная Сара» имела огромный успех.
Конечно, яркая внешность девушки сыграла не последнюю роль. Люди подолгу задерживались возле фотографий, сражённые неожиданным сочетанием целомудренного взгляда её прекрасных глаз и смелой притягательности её великолепных зрелых форм. Но неглупая Сара, безусловно, понимала, что во многом своим успехом она обязана мастерству и неординарному таланту Жака. Ведь именно он безошибочным чутьём фотографа угадал, что в случае с этой девушкой надо сделать акцент на её взгляде, мягком, ускользающем и в то же время бросающем вызов. При этом манящая красота тела как бы остаётся в тени и подаётся зрителю ненавязчиво, являясь продолжением красоты духовной.
После такого грандиозного успеха Сару стали наперебой приглашать разные журналы, а несколько модельных агентств предложили ей заключить выгодные контракты. У неё голова пошла кругом. Она многому научилась за время работы с Жаком, но понимала, что это только её первые шаги. Жизнь Сары понеслась в бешеном ритме. Интенсивная учёба, работа, съёмки, показы, презентации - всё сплелось в тугой узел, так что порой не хватало времени на самое необходимое.
Однажды на одной из презентаций Саре показалось, что вся эта безумная гонка - лишь жалкая суета. Она встретила Его. Он стоял вполоборота, разговаривал с кем-то и улыбался. Наверное, это была обычная дежурная улыбка, которой одаривают друг друга на подобных мероприятиях. Но она вдруг замерла, как вкопанная, и подумала, что ничего, подобного этой улыбке, прежде не видела. Она любовалась игрой света в его смоляных волосах, вслушивалась в звучание его голоса, всматривалась в каждое движение. Скорее всего, это продолжалось довольно долго, потому что её интерес не остался незамеченным, и их представили друг другу. И как только Сара посмотрела в его глаза, глубокие, бездонные, тёмно-синие, она сразу же поняла, что попала в плен. Добровольный или принудительный, она не могла бы сказать.
С тех пор Сара стала его тенью, любовницей, служанкой, матерью, собеседницей - всем, кем Ему было угодно. Жизнь её круто изменилась и была подчинена служению своему Господину. Она забросила учёбу, стала реже сниматься и появляться в обществе. В профессиональных кругах её стали понемногу отодвигать на второй план, так как существующая в модельном бизнесе жесточайшая конкуренция диктует свои законы. Сара стала часто отказываться от выгодных предложений, бросаясь к Нему по первому зову. Иногда она являлась на утренние съёмки, мягко говоря, не в форме.
- Ты что, не выспалась? - нервно вопрошал Жак, бегая по комнате из угла в угол. - Только посмотри на себя в зеркало! Что это за мешки под глазами, что за бледная кожа и усталый вид?
Его очки сердито поблескивали, когда он, пробегая мимо, бросал взгляд в сторону Сары, безвольно обмякшей в кресле.
- Ты что, не понимаешь, что внешность - это твой капитал? - продолжал он распекать девушку. - А её надо поддерживать, холить и лелеять, соблюдать жёсткий режим дня, правильно питаться… Что ты вынуждаешь меня твердить прописные истины! Сама всё отлично знаешь. Ну что с тобой, Сара?
Он присел перед ней на корточки, заглядывая в глаза.
- Дождёшься, что скоро о тебе вообще забудут. Вон сколько юных красоток, готовых на всё! И некоторые из них вполне перспективны. Может, ты влюбилась?
Последний его вопрос прозвучал почти плаксиво. Жак был слишком эмоционален и отличался быстрой сменой настроения.
- Нет, скажи, ты влюбилась? - он отчаянно теребил её за рукав. - Вижу, что да. Очень глупо! Не время сейчас думать о любви! Сейчас надо думать о том, как спасти твою карьеру. Подняться на вершину - это только полдела. Удержаться на ней - вот задача из задач. Для этого нужны ум, железная воля, характер. Ты хоть слышишь меня, Сара?
Жак был её другом и последним из окружения, кто пытался её спасти. Наконец, сдался и он. Что же, не понимает девочка своего счастья. Нет в ней стержня, необходимого для достижения серьёзных целей. Значит, не судьба.
В скором времени о Саре практически забыли. Её лишь изредка приглашали для участия в ток-шоу или каких-то малозначительных съёмках. Жила она в основном на те средства, которые ей удалось заработать в короткий период своего триумфа. Но девушка ничуть не грустила и, казалось, даже не осознавала своей потери. Она была преисполнена горячим стремлением служить Ему, своему Господину, и это стало главным смыслом её жизни.
Глава 32
* * *
Марк проснулся от солнечных лучей. С вечера он забыл закрыть жалюзи, поэтому теперь яркий солнечный свет бил в глаза и приятно щекотал ноздри. Он непроизвольно улыбнулся и потянулся, как всегда, пребывая в состоянии абсолютного счастья в первые секунды пробуждения, когда ещё воспоминания прошедшего дня и предстоящие заботы не приобрели конкретные очертания. Очень скоро он вспомнил и своё вчерашнее знакомство с Сарой, и её странное поведение, и ещё что-то, от чего защемило сердце. Ах, да. Разговор с Мадлен и то, как он нелепо закончился. Внезапно приехала Сара, её дочь, а Мадлен почему-то расстроилась. Может, они были в ссоре? Конечно, мать и дочь могли повздорить накануне, и пока её обида на дочь не прошла. Наверное, так.
Внезапно в дверь постучали.
- Минуточку! - прокричал Марк.
Он поспешно натянул джинсы и открыл дверь, полагая, что это горничная или посыльный.
- Сара?
Несколько обескураженный Марк отступил, только сейчас вспомнив, что на нём нет рубашки.
«Довольно мил и не по годам застенчив», - подумала Сара, а вслух произнесла как ни в чём не бывало:
- Привет, Марк! Отличное утро, не правда ли?
- Доброе утро, Сара, - пробормотал всё ещё смущённый Марк, - ты проходи, я сейчас…
Он метнулся в комнату за рубашкой.
«А он ничего… - равнодушно отметила про себя Сара. - Только слишком порядочный и романтичный. С таким скука смертная, но, если уж он влюбится, то пойдёт за тобой на край света. Что нам и требуется. Дело за малым - влюбить его в себя. Думаю, с этим не будет проблем».
Появился Марк, застёгнутый на все пуговицы.
- Без этого, - Сара кокетливо указала пальчиком на его рубашку, - было гораздо лучше.
Она принялась старательно играть свою роль. Марк смущённо опустил глаза. «Боже, как ты предсказуем! - пронеслось у неё в голове. - Тебе бы хоть каплю Его властности!». У неё даже заныли зубы от очевидной лёгкости победы. Между тем она, покачивая бёдрами, лишь символически прикрытыми лёгким пеньюаром, прошла в комнату. Марк покорно следовал за ней. Сара вдруг резко остановилась и развернулась на сто восемьдесят градусов, оказавшись лицом к лицу с Марком. А тот, непроизвольно налетев на девушку, всем телом ощутил призыв молодой соблазнительницы. Слегка разошедшиеся полы пеньюара открывали взору упругие бёдра, в полураскрытом вырезе мелькнула её высокая грудь. Точно выверенные действия Сары неискушённому Марку показались случайностью.
- Доброе утро, - хрипло проговорил он.
- Мы ведь уже поздоровались! Ты забыл? - засмеялась она, отступив на полшага.
- Разве? Не помню…
Глаза Марка потемнели, ноздри подрагивали. У него так давно не было женщины. Вот она, живая, упругая плоть, стоит только протянуть руку. Не в силах преодолеть искушение Марк осторожно дотронулся до пышных тёмных волос Сары. Девушка ловко перехватила его руку и приложила к своей шее, заставляя спускаться всё ниже, к подрагивающим от нетерпения полушариям. Естество Марка моментально взбунтовалось. Он не отрывал взгляда от горящих глаз девушки, а руки его принялись беззастенчиво блуждать по её телу, отбросив, как ненужную деталь, лёгкий пеньюар. Кровь пульсировала в висках, разум затуманился, сердце стучало тяжело и глухо, словно отбойный молоток.
Внезапно Марк отдёрнул руку, почувствовав сильное жжение. Он постепенно приходил в себя и рассматривал свою руку, с удивлением обнаружив следы ожога.
- В чём дело? - досадливо поморщилась Сара, ничуть не стесняясь своей наготы.
- Что это?
Марк показал ей странный ожог на руке.
- Ты меня спрашиваешь? - насмешливо прищурилась девушка. - Я же только пришла. Откуда мне знать, где ты обжёгся?
Взгляд Марка скользнул по её роскошному телу. Сара кокетливо наматывала на палец прядь тёмных волос. Она, совершенно нагая, сделала шаг ему навстречу. На её груди блеснула золотая подвеска. Больше на девушке ничего не было. Марк инстинктивно протянул руку к подвеске, но тут же её отдёрнул.
- Странно, - проговорил он, - не мог же я обжечься этой штуковиной…
- Это не «штуковина»! - выкрикнула Сара.
Её глаза полыхнули, но она тут же взяла себя в руки.
- Ну, конечно, не мог, - сказала она уже спокойно. - Ты обжёгся раньше, но не сразу это заметил.
Она старательно заглядывала ему в глаза, пытаясь замять секундную вспышку гнева.
- Это очень странно… - повторил Марк.
Он смотрел на девушку, совершенно обнажённую и такую прекрасную, но её красота его больше не возбуждала.
- А ты зачем приходила? - внезапно спросил Марк.
Он словно не замечал её наготы. Ресницы Сары дрогнули. Она почувствовала себя глубоко уязвлённой. И поняла, что проиграла. Пока.
- А… я хотела пригласить тебя на чашку кофе в баре напротив, - как ни в чём не бывало проговорила она, подбирая с пола свой пеньюар.- Пошли?
