- Лично я уйду в отставку, – отозвалась она, взяв себя в руки и понимая, что Тейт просто так не отделается.
- Как и я, – тут же подхватил он.
Ли повела головой, словно отбрасывая сомнения.
- Слушай, Тейт, если ты пришел потрепаться, то не вовремя. – Ли надела шляпу, накинула на плечо сумку и взяла футляр – отчасти похожий на тот, в каком носят телескоп. Она прошла мимо мужчины, полагая, что ее работа на сегодня окончена и хорошо бы добраться до академии, отчитаться ректору, поскорее забраться в душ и в постель.
- Городской фармакологический склад, – чуть повысив голос, бросил ей в спину Тейт, привлекая внимание. – Ограблен.
Ли замерла. Обернулась целиком.
- Подчистую? – Сузила глаза.
- Без понятия. Я только видел, как там орудовали. И я думаю…
- Что здесь нас просто отвлекли?
Тейт кивнул.
- Что ж, – Ли качнула головой вбок, – отличный способ перевести внимание военных, использовав здание суда, которое в любом случае представляет собой административную и стратегическую ценность. – Она дернула головой, цокнув, и продолжила куда менее связно и сдержанно. – Сраный козел!
Как ни странно, Тейт мгновенно понял, что речь не о нем, и даже хохотнул.
- Пустил шептуна, чтобы наверняка завлечь местных олухов объектом, за который непременно кто-нибудь из городских властей будет переживать! А сам проник на склад? Где была охрана? Кто-нибудь что-нибудь видел?
Тейт посмотрел на Ли с необычным выражением, потом пожал плечами с таким видом, чтобы ей стало ясно: он. Он что-то видел.
- Но большинство видели пожар неподалеку, – добавил он спустя паузу, будто намеренно дозируя скверные новости.
- ЧТО?! – Она вовремя сцепила зубы, чтобы процедить возмущение, а не проорать. – Ты устроил поджог?
- Ли…
- Если есть хоть малейший шанс, что на складе был Брош, он узнает твой огонь! Ты выдашь нас!
Тейт, однако, не был с этим согласен. Он глядел на Ли, стараясь сдерживать улыбку – так несуразно выглядела миловидная девчонка в шляпе, пальто и с сумкой с розами, которая ярилась от возможности пустить под откос военную задачу! – и говорить связно.
- Нет. На первый раз Брош засомневается. Ты ведь сама сказала, я мертв.
Ли встала к мужчине вплотную и сердито прошептала:
- Как официально и он, Тейт.
Девушка отвернула лицо в сторону, выдыхая. Вскинула глаза, разглядывая в растерянности потолок, будто там могли отыскаться какие-то ответы на единственный вопрос, которым она была одержима последние месяцы. Потом, наконец, снова взглянула Тейту в глаза:
- Завтра утром это будет во всех газетах. И молись, Тейт, чтобы ни на одном снимке не мелькнула твоя физиономия.
Она отвернулась, на этот раз бесповоротно направляясь к выходу.
- Мне некому молиться, Ли. Как и тебе.
Наплевав на всякую осторожность, Ли громко и намеренно хлопнула дверью, уповая, что нежданный гость доберется до укрытия тем же способом, каким добрался сюда, без ее вмешательства.
Она стремительно преодолевала путь до академии и не могла унять внутренний голос. Даже рискнув их обнаружить, Тейт все-таки, как ни крути, поступил правильно: если бы пожар поблизости не привлек в ту сторону зевак и местных патрульных, дело с ограблением фармакологического склада постарались бы скрыть и замять. А такие дела никогда не затеваются просто так.
Надо поговорить с ректором, может, он что знает.
Сэр Джонатан Локвуд сидел в кабинете и читал сборник рассказов современного автора. Свежий юмористический взгляд на социальные проблемы страны, управляемой силовиками, немного разбавлял уныние, одолевавшее ректора каждую осень. Тем более – в эту, с ее невесть откуда свалившейся проблемой. Китель мужчина расстегнул, выставив напоказ темно-синюю рубашку из дорого материала. Светлые волосы были немного взлохмачены, как бывает, если их слишком часто прочесывать назад.
Услышав в коридоре шум, Джонатан глубоко вздохнул и отложил книгу. Легка на помине.
Дверь едва не выбили.
- Что вы себе позволяете, Ли?! – вскрикнул от неожиданности Локвуд и тут же осекся. – Уолт? – Возмущение сменилось удивлением. Неясно, от чего больше: от того, кто оказался посетителем, или от того, какого черта Уолт вообще забыл в академии в два часа ночи?
- Это уже перешло все границы, Джон! – вспылил Уолт с порога и размашистым шагом принялся исследовать кабинет. – Ну, где она?
- Кто? – строго спросил ректор, давая понять, что Уолту придется серьезно объясниться.
- Твоя шлюха. Где?! – врач рывком открыл дверцы закрытого шкафа с документацией, потом обиталище выходной и верхней одежды, парадной формы ректора.
- Уймись, Грег! – Джонатан вышел из-за стола и жестко отодрал визитера от казенного имущества.
- Уняться?! – Уолт обернулся и оттолкнул руку Локвуда с плеча. – Я уймусь, когда ты прекратишь это!
Ректору не нужно было объяснять, что именно.
- Моя личная жизнь тебя не касается.
- Еще как…
- Мне хватит, – с нажимом перебил Джонатан, резко повышая голос, – и Милы, которая закатывает мне сцены каждый вечер. Если нечего делать ночами, займись работой.
- О да, – с презрением оскалился Уолт. – Мне нечего делать ночами. Ни жены, ни любовницы…
- Я в этом не виноват!
- Допустим, – Уолт повел головой, как делают люди, когда нехотя признают внятность довода оппонента. – Но, во-первых, Мила действительно не заслужила такого отношения!
Джонатан поглядел вправо-влево, словно удостоверяясь, что кабинет остался цел, и вернулся к креслу. Прежде чем сесть, он застыл на мгновение стоя, проворчал:
- Невероятно! Сколько людей сегодня переживают за мой брак больше, чем я сам, – и плюхнулся на зад.
- Мила…
- … моя жена, – твердо пресек ректор. – Тебе не кажется, что ты беспокоишься о бывшей сокурснице гораздо сильнее, чем велят приличия?
Уолт скрипнул зубами:
- Это ты будешь говорить мне о приличиях?
- Не смей читать мне мораль, Грег, – предостерег Джонатан.
- Тогда как насчет Устава академии? – поинтересовался врач. Джонатан не выказал особого интереса, и Уолт постарался хоть немного взял себя в руки. – Слушай, Джон. Это не первая твоя связь на стороне, мы оба знаем. Но этот случай особенный, – произнес Уолт, и в его голосе слышались просящие интонации человека, которому небезразлична судьба если не друга, то хотя бы старого приятеля.
«Ты даже не представляешь, насколько».
- Не мне тебе говорить, что через три недели здесь будут ребята из столицы с проверкой за первый учебный квартал. И что мы будем делать, когда откроется, что она на кафедре госстов только по твоей милости? – Врач подчеркнул последнее слово двусмысленностью.
Уолт говорил разумные вещи, и игнорировать его было сложно. Джонатан сам сотню раз задавал себе этот вопрос. А знают ли проверяющие из столицы о приказе насчет Ли, если он держится в секрете? Не будет ли у него проблем?
- Не думай, об этом, Грег. Тебя это не коснется, – постарался успокоить коллегу и товарища Локвуд.
- Не коснется? – усмехнулся Уолт. Он не верил своим ушам. – Джон, именно я буду отвечать за вашу ложь. Потому что я тот, кто обязан сообщить, что среди госстов есть студент без стигмы. Я, Джон! Я глава отдела реставрации, я должен вести регулярный осмотр студентов, первым узнавать все об их стигмах и строчить отчеты в научно-исследовательский институт обо всех отклонениях, аномалиях и проблемах. Крайним в том, что Лейн занимает казенное место госста, выйду я.
Ректор откинулся на спинку стула, запустил руку во внутренний карман расстегнутого кителя, достал портсигар.
- Нет, я. Я же ректор. – Он закурил.
Уолт покачал головой:
- Ты, Джонатан, отмажешься в силу положения. Тебя пожурят, выпишут выговор или штраф. А когда кабинет министров попросит козла, мне, скорее всего, придется искать новую работу. И я не понимаю, почему ты так рискуешь ради какой-то малолетки. Тебе что, других было мало?
Джонатан, не отвечая, предложил сигарету Уолту. Тот отказался.
- Кажется, на многое рассчитывать не приходится. Тогда не обессудь, Джон. Я не буду ничего скрывать, и, раз Лейн отказывается признаться на осмотре, что не имеет стигмы, я выдавлю ее отсюда своими силами.
Уолт направился к двери, все еще взвинченный, но невероятно решительный.
- Я провожу, – подал голос Джонатан. Он встал, выпроводил Уолта в приемную, а там широким жестом открыл следующую дверь. Удерживая ее вытянутой рукой, Локвуд проводил Уолта взглядом, которым надеялся убедить: ему жаль, что он не может объяснить всего.
Уолт кивнул, стараясь не смотреть на Локвуда в ответ – им все равно не понять друг друга! Развернулся в коридор – и застыл. Всего в нескольких шагах от мужчин, замерших у двери ректорского кабинета, стояла Лиара Лейн. Она тоже замешкалась посреди шага. «Что здесь делает Уолт?!» – раздраженно подумала девушка. Потом тряхнула головой и смело направилась к мужчинам.
Локвуд чувствовал, как стоявшего в шаге от него Уолта перекосило от напряжения. Он ведь едва не разнес его кабинет! Было бы здорово, если бы сейчас он хотя бы не начал орать…
Уолт задрожал. Вот она, эта дрянь! Притащилась-таки! Где раньше была? В кабаке, что ли? Приталенное пальто, шляпа, дамская сумочка, какая-то махина в руках – как будто телескоп… Решила с любовничком полюбоваться звездами?
У Уолта сжались кулаки и недобро сверкнули глаза. Вырядилась, дрянь! Он смотрел на Ли, прожигая взглядом темных, круглых от негодования глаз, в белках которых кровью налились сосуды. Ли прошла, придавая себе уверенности изо всех сил, почти вплотную от разгневанного доктора. Чтобы проскользнуть в кабинет ректора, ей пришлось протискиваться между Джонатаном и Уолтом, практически шаркаясь о них одеждой. Собаки!
Едва она оказалась в приемной, Локвуд закрыл дверь и увидел, как опустились вздернутые плечи девушки. Ли перевела дух и углубилась в кабинет, на ходу скидывая шляпу, сумку и футляр с оружием. Она аккуратно присела на край мягкого дивана для посетителей и воззрилась на ректора.
- Что здесь делает сэр Уолт? – спросила, заметно подбираясь: неужели ректор позвал его поболтать? Джонатан обрисовал ситуацию. Лейн, недолго пораскинув мозгами, пришла к мысли, что «ну и черт бы с ним», кивнула и спросила:
- Я могу воспользоваться вашим телефоном?
- Моим? – несколько растерялся мужчина. – Личным?
- Если бы я могла использовать в работе обычное военное сообщение по армейским линиям, в ваших услугах связиста вообще бы не было надобности.
Локвуд неуверенно кивнул. Ли поблагодарила, быстро набрала нужный номер и, ожидая, принялась дергать провод. Джонатан посмотрел на это с необъяснимым выражением. Повертел в руках портсигар. Поймав взгляд девушки, он чуть качнул сигаретами и головой указал на окно: можно? Ли кивнула: нет проблем.
Ректор опять закурил, на этот раз выдыхая дым в окно. Будто понимая конфиденциальность разговора, он оставил щелку в окне совсем крохотной, ровно чтобы избавляться от струйки дыма и не улучшать слышимость снаружи. Пепельницу взял со стола, старался не мусорить на собственном карнизе. Наконец, Ли оживилась. На другом конце провода Локвуд услышал заспанный недовольный голос, ворчавший что-то о безобразиях и ублюдках.
- Рей, это я! – перебила девушка.
- О, Ли, твою мать… Что…
В трубке раздалось тихое бормотание, и Ли поняла, что это сквозь сон лопочет какая-то женщина. Она расплылась в улыбке:
- Ре-е-ей, с каких пор ты приводишь женщин к себе?
- Ли, ты позвонила среди ночи, чтобы спрашивать за Агату?
- Нет, конечно…
Ли кратко пересказала главную новость – насчет склада – и добавила:
- Пришли Дженверса или Кингса. Кого-то, кто сможет держать под контролем Тейта.
Локвуд прислушался. Кажется, собеседник Лиары заявил, что контролировать Тейта Хардвина – мероприятие, вообще не претендующее на успех.
- Рей, я серьезно. Они не понимают, насколько это важно. Они либо не могут его удержать, либо даже не пытаются. Сегодня он совершенно спокойно прошел насквозь целый район, и никто не попытался его задержать. Если так пойдет, Тейт сдаст нас с потрохами еще до того, как понадобится. – После паузы, наполненной аргументами Рея, Ли оскалилась: – По крайней мере, Дженверса и Кингса он не тронет. Это ведь очень меня расстроит.
Собеседник Ли сказал еще что-то, и она снова усмехнулась.
- Хорошо, буду ждать. Спасибо и… ну, прости за поздний звонок. Всем привет. Давай.
Положив трубку, Ли оглянулась на ректора. Тот стоял, будто бы непринужденно выкуривая сигарету, но его поза выдавала, что Локвуд внимательно прислушивался к разговору. Что ж, он имеет право знать, какие игры его заставляют прикрывать. Будто в подтверждение ее догадок, Джонатан потушил сигарету и твердым шагом вернулся к столу. Поставил пепельницу и встал, сохраняя дистанцию между ними.
- Вы не боитесь, что я могу узнать лишнее? Что я что-нибудь случайно разболтаю или нарочно кому-нибудь сдам ваши планы? – спросил он. Ли подумала, что, возможно, он намекает на Уолта, а возможно, попросту фантазирует. Больной.
Ли усмехнулась, вздрогнув плечами:
- Ха! Сэр Джонатан, а вы весельчак. Во-первых, власти знают, что вы единственный непосвященный в нашу кампанию, кто тем не менее осведомлен почти о всех делах. А во-вторых, однажды человек, который был с нами в связке, уже разболтал лишнее и сдал наши планы врагам. Знаете, что за участь его настигла?
Локвуд вдруг растерял любопытство, сглотнул и чуть потянул горловину рубашки. Стараясь придать себе уверенный вид, Джонатан выдавил усмешку, не в силах отвести взгляда от глаз Ли:
- На него спустил цепных псов короля?
Ли наклонила голову набок, поиграв бровью: именно.
- А теперь подумайте, где этот человек и где вы. И сколько вы сможете противопоставить мне и другим госстам из действующей армии?
Джонатан, здоровый мужик, вдруг почувствовал, как от взгляда женских глаз напротив у него похолодело промеж лопаток и тонкая струйка липкого пота пробежала вдоль позвоночника. Он вспомнил распоряжение, которое прислал ему генерал-лейтенант Майерс относительно Лиары Лейн. Из всех возможных деталей ему сообщили только одну: «Снайпер. Направлена на юго-восточный эстабульский фронт в феврале тысяча восемьсот девяносто-девятого приказом тридцать-девяносто шесть в составе Штурмового батальона».
Любой человек, носивший форму военного в годы эстабульского конфликта, знал и особость этого батальона, и номер этого приказа. Потому что даже в истории Арквелла он был беспрецедентным.
- Спасибо за помощь, сэр Джонатан. – Голос Ли вывел мужчину из раздумий. – Я пойду.
Откланявшись, Ли собрала вещи, вышла в коридор. И, пройдя ближайший поворот, остановилась. Дыхание выдавало чужое присутствие.
- Хотите что-то сказать? – спросила она у темноты совсем не тем учтивым тоном, которым беседовала с ректором.
- Что Джонатан вам не поможет, Лейн, – ответил Уолт, отдираясь от стены. – Кстати, вы довольно быстро. Неужели вечер не задался? – Он окинул девушку быстрым оценивающим взглядом с головы до ног: волосы в порядке, только шляпа уже в руках, лицо не красное и не довольное. В целом никаких особых следов…
Ли попыталась, не реагируя, пройти мимо мужчины к выходу, но в последний момент он поймал ее за запястье и дернул на себя.
- Я не дам тебе погубить Джона, Милу и меня самого, Лейн. Нравится или нет, когда приедут проверяющие, я не стану выгораживать ложь.
- Как и я, – тут же подхватил он.
Ли повела головой, словно отбрасывая сомнения.
- Слушай, Тейт, если ты пришел потрепаться, то не вовремя. – Ли надела шляпу, накинула на плечо сумку и взяла футляр – отчасти похожий на тот, в каком носят телескоп. Она прошла мимо мужчины, полагая, что ее работа на сегодня окончена и хорошо бы добраться до академии, отчитаться ректору, поскорее забраться в душ и в постель.
- Городской фармакологический склад, – чуть повысив голос, бросил ей в спину Тейт, привлекая внимание. – Ограблен.
Ли замерла. Обернулась целиком.
- Подчистую? – Сузила глаза.
- Без понятия. Я только видел, как там орудовали. И я думаю…
- Что здесь нас просто отвлекли?
Тейт кивнул.
- Что ж, – Ли качнула головой вбок, – отличный способ перевести внимание военных, использовав здание суда, которое в любом случае представляет собой административную и стратегическую ценность. – Она дернула головой, цокнув, и продолжила куда менее связно и сдержанно. – Сраный козел!
Как ни странно, Тейт мгновенно понял, что речь не о нем, и даже хохотнул.
- Пустил шептуна, чтобы наверняка завлечь местных олухов объектом, за который непременно кто-нибудь из городских властей будет переживать! А сам проник на склад? Где была охрана? Кто-нибудь что-нибудь видел?
Тейт посмотрел на Ли с необычным выражением, потом пожал плечами с таким видом, чтобы ей стало ясно: он. Он что-то видел.
- Но большинство видели пожар неподалеку, – добавил он спустя паузу, будто намеренно дозируя скверные новости.
- ЧТО?! – Она вовремя сцепила зубы, чтобы процедить возмущение, а не проорать. – Ты устроил поджог?
- Ли…
- Если есть хоть малейший шанс, что на складе был Брош, он узнает твой огонь! Ты выдашь нас!
Тейт, однако, не был с этим согласен. Он глядел на Ли, стараясь сдерживать улыбку – так несуразно выглядела миловидная девчонка в шляпе, пальто и с сумкой с розами, которая ярилась от возможности пустить под откос военную задачу! – и говорить связно.
- Нет. На первый раз Брош засомневается. Ты ведь сама сказала, я мертв.
Ли встала к мужчине вплотную и сердито прошептала:
- Как официально и он, Тейт.
Девушка отвернула лицо в сторону, выдыхая. Вскинула глаза, разглядывая в растерянности потолок, будто там могли отыскаться какие-то ответы на единственный вопрос, которым она была одержима последние месяцы. Потом, наконец, снова взглянула Тейту в глаза:
- Завтра утром это будет во всех газетах. И молись, Тейт, чтобы ни на одном снимке не мелькнула твоя физиономия.
Она отвернулась, на этот раз бесповоротно направляясь к выходу.
- Мне некому молиться, Ли. Как и тебе.
Наплевав на всякую осторожность, Ли громко и намеренно хлопнула дверью, уповая, что нежданный гость доберется до укрытия тем же способом, каким добрался сюда, без ее вмешательства.
Она стремительно преодолевала путь до академии и не могла унять внутренний голос. Даже рискнув их обнаружить, Тейт все-таки, как ни крути, поступил правильно: если бы пожар поблизости не привлек в ту сторону зевак и местных патрульных, дело с ограблением фармакологического склада постарались бы скрыть и замять. А такие дела никогда не затеваются просто так.
Надо поговорить с ректором, может, он что знает.
Сэр Джонатан Локвуд сидел в кабинете и читал сборник рассказов современного автора. Свежий юмористический взгляд на социальные проблемы страны, управляемой силовиками, немного разбавлял уныние, одолевавшее ректора каждую осень. Тем более – в эту, с ее невесть откуда свалившейся проблемой. Китель мужчина расстегнул, выставив напоказ темно-синюю рубашку из дорого материала. Светлые волосы были немного взлохмачены, как бывает, если их слишком часто прочесывать назад.
Услышав в коридоре шум, Джонатан глубоко вздохнул и отложил книгу. Легка на помине.
Дверь едва не выбили.
- Что вы себе позволяете, Ли?! – вскрикнул от неожиданности Локвуд и тут же осекся. – Уолт? – Возмущение сменилось удивлением. Неясно, от чего больше: от того, кто оказался посетителем, или от того, какого черта Уолт вообще забыл в академии в два часа ночи?
- Это уже перешло все границы, Джон! – вспылил Уолт с порога и размашистым шагом принялся исследовать кабинет. – Ну, где она?
- Кто? – строго спросил ректор, давая понять, что Уолту придется серьезно объясниться.
- Твоя шлюха. Где?! – врач рывком открыл дверцы закрытого шкафа с документацией, потом обиталище выходной и верхней одежды, парадной формы ректора.
- Уймись, Грег! – Джонатан вышел из-за стола и жестко отодрал визитера от казенного имущества.
- Уняться?! – Уолт обернулся и оттолкнул руку Локвуда с плеча. – Я уймусь, когда ты прекратишь это!
Ректору не нужно было объяснять, что именно.
- Моя личная жизнь тебя не касается.
- Еще как…
- Мне хватит, – с нажимом перебил Джонатан, резко повышая голос, – и Милы, которая закатывает мне сцены каждый вечер. Если нечего делать ночами, займись работой.
- О да, – с презрением оскалился Уолт. – Мне нечего делать ночами. Ни жены, ни любовницы…
- Я в этом не виноват!
- Допустим, – Уолт повел головой, как делают люди, когда нехотя признают внятность довода оппонента. – Но, во-первых, Мила действительно не заслужила такого отношения!
Джонатан поглядел вправо-влево, словно удостоверяясь, что кабинет остался цел, и вернулся к креслу. Прежде чем сесть, он застыл на мгновение стоя, проворчал:
- Невероятно! Сколько людей сегодня переживают за мой брак больше, чем я сам, – и плюхнулся на зад.
- Мила…
- … моя жена, – твердо пресек ректор. – Тебе не кажется, что ты беспокоишься о бывшей сокурснице гораздо сильнее, чем велят приличия?
Уолт скрипнул зубами:
- Это ты будешь говорить мне о приличиях?
- Не смей читать мне мораль, Грег, – предостерег Джонатан.
- Тогда как насчет Устава академии? – поинтересовался врач. Джонатан не выказал особого интереса, и Уолт постарался хоть немного взял себя в руки. – Слушай, Джон. Это не первая твоя связь на стороне, мы оба знаем. Но этот случай особенный, – произнес Уолт, и в его голосе слышались просящие интонации человека, которому небезразлична судьба если не друга, то хотя бы старого приятеля.
«Ты даже не представляешь, насколько».
- Не мне тебе говорить, что через три недели здесь будут ребята из столицы с проверкой за первый учебный квартал. И что мы будем делать, когда откроется, что она на кафедре госстов только по твоей милости? – Врач подчеркнул последнее слово двусмысленностью.
Уолт говорил разумные вещи, и игнорировать его было сложно. Джонатан сам сотню раз задавал себе этот вопрос. А знают ли проверяющие из столицы о приказе насчет Ли, если он держится в секрете? Не будет ли у него проблем?
- Не думай, об этом, Грег. Тебя это не коснется, – постарался успокоить коллегу и товарища Локвуд.
- Не коснется? – усмехнулся Уолт. Он не верил своим ушам. – Джон, именно я буду отвечать за вашу ложь. Потому что я тот, кто обязан сообщить, что среди госстов есть студент без стигмы. Я, Джон! Я глава отдела реставрации, я должен вести регулярный осмотр студентов, первым узнавать все об их стигмах и строчить отчеты в научно-исследовательский институт обо всех отклонениях, аномалиях и проблемах. Крайним в том, что Лейн занимает казенное место госста, выйду я.
Ректор откинулся на спинку стула, запустил руку во внутренний карман расстегнутого кителя, достал портсигар.
- Нет, я. Я же ректор. – Он закурил.
Уолт покачал головой:
- Ты, Джонатан, отмажешься в силу положения. Тебя пожурят, выпишут выговор или штраф. А когда кабинет министров попросит козла, мне, скорее всего, придется искать новую работу. И я не понимаю, почему ты так рискуешь ради какой-то малолетки. Тебе что, других было мало?
Джонатан, не отвечая, предложил сигарету Уолту. Тот отказался.
- Кажется, на многое рассчитывать не приходится. Тогда не обессудь, Джон. Я не буду ничего скрывать, и, раз Лейн отказывается признаться на осмотре, что не имеет стигмы, я выдавлю ее отсюда своими силами.
Уолт направился к двери, все еще взвинченный, но невероятно решительный.
- Я провожу, – подал голос Джонатан. Он встал, выпроводил Уолта в приемную, а там широким жестом открыл следующую дверь. Удерживая ее вытянутой рукой, Локвуд проводил Уолта взглядом, которым надеялся убедить: ему жаль, что он не может объяснить всего.
Уолт кивнул, стараясь не смотреть на Локвуда в ответ – им все равно не понять друг друга! Развернулся в коридор – и застыл. Всего в нескольких шагах от мужчин, замерших у двери ректорского кабинета, стояла Лиара Лейн. Она тоже замешкалась посреди шага. «Что здесь делает Уолт?!» – раздраженно подумала девушка. Потом тряхнула головой и смело направилась к мужчинам.
Локвуд чувствовал, как стоявшего в шаге от него Уолта перекосило от напряжения. Он ведь едва не разнес его кабинет! Было бы здорово, если бы сейчас он хотя бы не начал орать…
Уолт задрожал. Вот она, эта дрянь! Притащилась-таки! Где раньше была? В кабаке, что ли? Приталенное пальто, шляпа, дамская сумочка, какая-то махина в руках – как будто телескоп… Решила с любовничком полюбоваться звездами?
У Уолта сжались кулаки и недобро сверкнули глаза. Вырядилась, дрянь! Он смотрел на Ли, прожигая взглядом темных, круглых от негодования глаз, в белках которых кровью налились сосуды. Ли прошла, придавая себе уверенности изо всех сил, почти вплотную от разгневанного доктора. Чтобы проскользнуть в кабинет ректора, ей пришлось протискиваться между Джонатаном и Уолтом, практически шаркаясь о них одеждой. Собаки!
Едва она оказалась в приемной, Локвуд закрыл дверь и увидел, как опустились вздернутые плечи девушки. Ли перевела дух и углубилась в кабинет, на ходу скидывая шляпу, сумку и футляр с оружием. Она аккуратно присела на край мягкого дивана для посетителей и воззрилась на ректора.
- Что здесь делает сэр Уолт? – спросила, заметно подбираясь: неужели ректор позвал его поболтать? Джонатан обрисовал ситуацию. Лейн, недолго пораскинув мозгами, пришла к мысли, что «ну и черт бы с ним», кивнула и спросила:
- Я могу воспользоваться вашим телефоном?
- Моим? – несколько растерялся мужчина. – Личным?
- Если бы я могла использовать в работе обычное военное сообщение по армейским линиям, в ваших услугах связиста вообще бы не было надобности.
Локвуд неуверенно кивнул. Ли поблагодарила, быстро набрала нужный номер и, ожидая, принялась дергать провод. Джонатан посмотрел на это с необъяснимым выражением. Повертел в руках портсигар. Поймав взгляд девушки, он чуть качнул сигаретами и головой указал на окно: можно? Ли кивнула: нет проблем.
Ректор опять закурил, на этот раз выдыхая дым в окно. Будто понимая конфиденциальность разговора, он оставил щелку в окне совсем крохотной, ровно чтобы избавляться от струйки дыма и не улучшать слышимость снаружи. Пепельницу взял со стола, старался не мусорить на собственном карнизе. Наконец, Ли оживилась. На другом конце провода Локвуд услышал заспанный недовольный голос, ворчавший что-то о безобразиях и ублюдках.
- Рей, это я! – перебила девушка.
- О, Ли, твою мать… Что…
В трубке раздалось тихое бормотание, и Ли поняла, что это сквозь сон лопочет какая-то женщина. Она расплылась в улыбке:
- Ре-е-ей, с каких пор ты приводишь женщин к себе?
- Ли, ты позвонила среди ночи, чтобы спрашивать за Агату?
- Нет, конечно…
Ли кратко пересказала главную новость – насчет склада – и добавила:
- Пришли Дженверса или Кингса. Кого-то, кто сможет держать под контролем Тейта.
Локвуд прислушался. Кажется, собеседник Лиары заявил, что контролировать Тейта Хардвина – мероприятие, вообще не претендующее на успех.
- Рей, я серьезно. Они не понимают, насколько это важно. Они либо не могут его удержать, либо даже не пытаются. Сегодня он совершенно спокойно прошел насквозь целый район, и никто не попытался его задержать. Если так пойдет, Тейт сдаст нас с потрохами еще до того, как понадобится. – После паузы, наполненной аргументами Рея, Ли оскалилась: – По крайней мере, Дженверса и Кингса он не тронет. Это ведь очень меня расстроит.
Собеседник Ли сказал еще что-то, и она снова усмехнулась.
- Хорошо, буду ждать. Спасибо и… ну, прости за поздний звонок. Всем привет. Давай.
Положив трубку, Ли оглянулась на ректора. Тот стоял, будто бы непринужденно выкуривая сигарету, но его поза выдавала, что Локвуд внимательно прислушивался к разговору. Что ж, он имеет право знать, какие игры его заставляют прикрывать. Будто в подтверждение ее догадок, Джонатан потушил сигарету и твердым шагом вернулся к столу. Поставил пепельницу и встал, сохраняя дистанцию между ними.
- Вы не боитесь, что я могу узнать лишнее? Что я что-нибудь случайно разболтаю или нарочно кому-нибудь сдам ваши планы? – спросил он. Ли подумала, что, возможно, он намекает на Уолта, а возможно, попросту фантазирует. Больной.
Ли усмехнулась, вздрогнув плечами:
- Ха! Сэр Джонатан, а вы весельчак. Во-первых, власти знают, что вы единственный непосвященный в нашу кампанию, кто тем не менее осведомлен почти о всех делах. А во-вторых, однажды человек, который был с нами в связке, уже разболтал лишнее и сдал наши планы врагам. Знаете, что за участь его настигла?
Локвуд вдруг растерял любопытство, сглотнул и чуть потянул горловину рубашки. Стараясь придать себе уверенный вид, Джонатан выдавил усмешку, не в силах отвести взгляда от глаз Ли:
- На него спустил цепных псов короля?
Ли наклонила голову набок, поиграв бровью: именно.
- А теперь подумайте, где этот человек и где вы. И сколько вы сможете противопоставить мне и другим госстам из действующей армии?
Джонатан, здоровый мужик, вдруг почувствовал, как от взгляда женских глаз напротив у него похолодело промеж лопаток и тонкая струйка липкого пота пробежала вдоль позвоночника. Он вспомнил распоряжение, которое прислал ему генерал-лейтенант Майерс относительно Лиары Лейн. Из всех возможных деталей ему сообщили только одну: «Снайпер. Направлена на юго-восточный эстабульский фронт в феврале тысяча восемьсот девяносто-девятого приказом тридцать-девяносто шесть в составе Штурмового батальона».
Любой человек, носивший форму военного в годы эстабульского конфликта, знал и особость этого батальона, и номер этого приказа. Потому что даже в истории Арквелла он был беспрецедентным.
- Спасибо за помощь, сэр Джонатан. – Голос Ли вывел мужчину из раздумий. – Я пойду.
Откланявшись, Ли собрала вещи, вышла в коридор. И, пройдя ближайший поворот, остановилась. Дыхание выдавало чужое присутствие.
- Хотите что-то сказать? – спросила она у темноты совсем не тем учтивым тоном, которым беседовала с ректором.
- Что Джонатан вам не поможет, Лейн, – ответил Уолт, отдираясь от стены. – Кстати, вы довольно быстро. Неужели вечер не задался? – Он окинул девушку быстрым оценивающим взглядом с головы до ног: волосы в порядке, только шляпа уже в руках, лицо не красное и не довольное. В целом никаких особых следов…
Ли попыталась, не реагируя, пройти мимо мужчины к выходу, но в последний момент он поймал ее за запястье и дернул на себя.
- Я не дам тебе погубить Джона, Милу и меня самого, Лейн. Нравится или нет, когда приедут проверяющие, я не стану выгораживать ложь.
