По всем предметам Юлька отвечала письменно. На экзаменах преподаватели бегло прочитывали ее листки и ставили оценки – четверки и пятерки. Юлька обладала светлым умом, отлично решала сложные задачи. Она могла спокойно поступить на математический факультет, но выбрала экономический.
Ее воспитывала одна мать, отец то ли бросил, то ли никогда не жил с ними. Денег не хватало, поэтому Юлька не ходила на вечеринки. Тем удивительнее было, когда однажды она появилась в институте, модно одетая.
– О, у тебя новый прикид! – услышала Злата удивленный возглас.
Юлька стояла в центре изумленных однокурсниц. Вязаную мешковатую кофту сменила облегающая блузка. Широкий пояс обхватил узкую талию. Длинная, чуть ли не до пола бесформенная юбка исчезла – ее заменила короткая. Открылись ноги ниже колен. Оказалось, что они у Юльки ровные и прямые. Непонятно, почему она их прятала? Многие девчонки позавидовали бы ей! Но самым удивительным смотрелись элегантные туфельки на тонком каблучке. Из-за них лодыжки выглядели, как выточенные умелой рукой скульптора. В новом наряде худенькая фигурка стала изящной и стройной. Юлька смущенно улыбалась, не привычная к восхищенным взглядам.
– А что это у тебя на шее? Цепочка? Колись, ты получила наследство, или нашла богатого покровителя? – спросила Светка Розина. Она всегда старалась узнать все новости первой.
Юлька помотала головой.
– Нет. Моя тетя, шештла отча нашла меня. Швожила в магажин, купила одежду и чепочку.
Юлька подцепила худеньким пальчиком цепь и показала всем.
– Вот.
– О, да она с кулончиком! – продолжала удивляться Светка. – А что изображено на кулончике?
– Ложа.
К Юлькиной картавости все привыкли, поэтому поняли, что она хотела сказать – рожа.
– Чья рожа? – не унималась Светка.
– Не ложа, а ложа.
– Это мы поняли. Рожа-то чья?
Юлька старательно растягивала губы, выставив руки вперед, выразительно жестикулировала пальцами.
– Ну не ложа, а ло-жа!
Никто ничего не мог понять. Вокруг девчонки внимательно прислушивались, на их лицах мелькало недоумение. Наконец, Злата догадалась:
– Это роза?
Юлька согласно закивала, и светлые глаза ее посветлели еще больше, в них мелькнула благодарность.
После этого случая она потянулась к Злате, видимо почувствовала признательность. Решала задачи, помогала с курсовыми работами. Злата не препятствовала: хочет – пусть помогает, никто не заставлял. Но ближе ее к себе не подпускала – как подругу никогда не рассматривала.
Злате было сейчас так стыдно! Какая же она эгоистка! Отпихнула от себя чистого душой человека. Юлька, как ребенок, таких людей нельзя обижать.
Злата погладила резиновую фигурку и беззвучно прошептала:
«Юлечка, прости! Я вернусь, и мы подружимся. Обязательно! Только жди. Пожалуйста».
Глаза уставились в одну точку. Букет цветов в глиняной вазе вдруг расплылся. Старая Альва сказала, что с тех пор, как Злата попала сюда, в мире людей время остановилось. Родные будут думать, что она недавно уехала на прогулку. Никто не будет ждать и искать. Даже Юлька, с ее признательностью, не будет ждать. Может быть, ждала бы Грэсси, но вот она – рядом.
Глаза заволокла полупрозрачная влага. Злата моргнула. По щеке скатилась соленая капля и упала на резиновую фигурку.
Злата проснулась от странного шороха. Кто-то осторожно передвигался по комнате, явно стараясь не наткнуться на предметы. Мелькнула фигурка в ночной рубашке.
«Аннета? Что ей надо?» – удивилась Злата.
Маленькая тихая соседка не спала. Ступая как можно тише, она неслышно подошла к столику, на котором лежали вещи Златы; и стала перебирать их. Злата наблюдала за ней сквозь приоткрытые глаза. Видимо, не найдя того, что искала, Аннета медленно подобралась к кровати Златы и остановилась, вглядываясь в лицо. Злата притворилась, что крепко спит, стараясь дышать как можно глубже. Похоже, Аннета этому поверила, запустила руку к ней под подушку, и Злата крепко схватила ее за запястье.
– Что ты ищешь? Я у тебя ничего не брала.
Глаза Аннеты широко раскрылись от испуга.
– Я хо-те-ла, – начала она заикаться, – Хотела…
– Так что ты хотела? – Злата села на кровати, не выпуская руку Аннеты.
Не пытаясь освободиться, Аннета ответила:
– Хотела найти фигурку собаки.
От изумления Злата соскочила с кровати.
– Что? Фигурку собаки? Зачем она тебе? Откуда ты про нее знаешь?
– Вещий Дисмарх велел забрать ее у тебя.
– Вещий Дисмарх? Кто это такой? И зачем ему фигурка?
Аннета поежилась, словно ей стало холодно, хотя ночь была теплой.
– Это очень могущественный колдун. Я не знаю, зачем она ему нужна.
Злата фыркнула:
– Могущественный колдун? Детские сказки.
– Не говори так, – прошептала Аннета, – он может услышать.
Аннета сильно дрожала, и Злата поверила, что она боится колдуна, если он и правда существует.
– Ты знаешь, что воровать нехорошо?
Аннета заплакала.
– Да я бы ни за что! Но мои родители и сестры умрут от голода, если я не выполню его волю.
Аннета так стиснула руки, что даже в неверном свете луны было видно, как они побелели.
– Ты первый раз хотела украсть? Раньше такое не делала?
– Нет, что ты? – испуганно прошептала Аннета. – Как можно красть? Это же нехорошо.
Аннета кусала губы, а в глазах плескалось отчаяние. Злата испытала что-то похожее на сочувствие.
– Обещай мне, что больше не тронешь мои вещи. Иначе я всем сообщу, что ты воровка.
– Прошу тебя, не надо! Я больше не прикоснусь к ним. Мне так стыдно! Я из-за сестер только согласилась. Если бы у них была еда, я бы не стала этого делать.
– Почему у вас нет еды?
– Засуха, все погибло. Родители отправили меня к колдуну и велели верно служить, и вот я здесь. Я боюсь его.
Аннета снова заплакала. Злата уже не сердилась на нее; возмущение ушло, уступив место жалости. Ей захотелось вдруг помочь маленькой беззащитной девочке.
– Мы что-нибудь придумаем, обещаю.
Аннета взглянула с благодарностью; сжала ладошку в кулак и вытерла слезы.
Проснулась Злата рано. Невидимый ветерок осторожно колыхал занавеску. Сквозь щель робко пробирался косой солнечный луч. Аннета посапывала, уткнувшись лицом в подушку. Злата широко зевнула и потянулась. Хрустнули залежавшиеся за ночь косточки.
Что-то с шуршанием пронеслось по комнате. Злата скосила глаза и увидела маленькую стрекозу, похожую на ту, которая жила у древнийки. Злата стала следить за ней. Стрекоза подлетела к столику и опустилась. Видя, что девочка не двигается с места, промелькнула возле ее глаз и вцепилась лапками в ручку двери. Злата села на кровати. Насекомое нетерпеливо вспорхнуло, отчаянно помахало крылышками у нее над головой и снова вернулось к двери.
– Ты зовешь меня за собой! – догадалась Злата, накинула балахон и открыла дверь.
Стрекоза покружилась вокруг Златы, словно радуясь, и вылетела из комнаты. Злата двинулась следом. Остались позади комната и длинный просторный коридор, который вел к высоким дверям, похожим на ворота. Стрекоза направилась к мраморному саду. Она миновала небольшой водоем с гладкой, словно лакированной поверхностью, в котором медленно плавали золотые рыбки, не успев еще толком проснуться. Не обращая на них внимания, стрекоза полетела дальше. Она завернула за мраморную статую в виде девушки с кувшином в руках, из которого с легким шумом лилась вода. Боясь потерять стрекозу из виду, Злата побежала следом и чуть не столкнулась с высокой женщиной.
Перед ней стояла старая древнийка в том же самом простом платье с большими карманами, раздувшимися от веревок. Прядка волос выбилась из прически, на заскорузлых руках прилипли комочки влажной земли. Старая Альва словно только что оторвалась от своих любимых грядок.
– Ты хотела меня видеть? – спросила она.
– Да. – ответила Злата, переводя дух. – Как вы узнали?
Древнийка вытянула вперед мизинец, и на него опустилась стрекоза:
– Ю?ла сказала.
– Так значит, она подслушивает, а потом доносит вам? – ляпнула Злата и прикрыла рот.
Древнийка нахмурилась и приблизила к глазам мизинец, на котором трепетали легкие, словно весенний ветерок, прозрачные крылышки стрекозы:
– Ю?ла, в следующий раз ты не расскажешь мне, если я понадоблюсь Злате. Что? Ты не согласна? Почему? Какое нам дело до маленькой девочки? Ах, потому что ты тоже маленькая, и потому что она из мира людей? Да, я помню, что Колобок нашел ее и вывел с нижнего уровня, иначе ее сгубила бы пагуба. Вот пусть он и разбирается с ней. Ладно, не звени крыльями и не стучи лапками, ты меня уговорила. – древнийка оторвалась от малышки и резко спросила у Златы. – Зачем я тебе была нужна?
Суровый взгляд привел Злату в смятение. Она подумала, что вряд ли получится поговорить, когда древнийка раздражена. Жаль, что рядом не было Колобка, который мог успокоить Старую Альву одним прикосновением к руке или плечу. Девочка так растерялась, что задала древнийке совсем не тот вопрос, который хотела:
– А я смогу выучить язык стрекоз? Смогу понимать, о чем они говорят?
Старая Альва фыркнула, и на миг ее глаза стали лукавыми. Злата расстроилась еще больше, боясь, что ее примут за дуру.
Древнийка слегка дунула на стрекозку, отчего крылышки у малышки задрожали, и улыбнулась:
– Ю?ла, ты слышала, о чем спросила Оксана? Что ответишь?
Стрекоза взмахнула слюдяными полукружьями и потерла их задними лапками. Старая Альва усмехнулась:
– Я тоже так думаю. – она перевела взгляд на Злату и долго и испытующе разглядывала ее. – Ю?ла сказала, что время принесет ответы на все вопросы. Я тоже считаю, что говорить об этом пока рано. Присмотри, чтобы никто нас не услышал. – обратилась древнийка к стрекозе и подняла руку.
Ю?ла взмыла в воздух.
Сначала растворились прозрачные крылышки, оставив круглую голову и длинное тельце. Они повисели немного в воздухе, а скоро тоже пропали. Древнийка села на мраморную скамейку, пригласив жестом Злату.
– Ты не за этим звала меня. – сказала она, вопросительно подняв бровь. Злата кивнула, а Старая Альва продолжила. – Ты хотела узнать, как Матвеевна очутилась в Альвии.
Старая Альва замолчала. Злата ждала, когда она заговорит снова. Послышался плеск воды: проснулись золотые рыбки. Они ловили открытыми ртами крошки и кусочки травы на поверхности водоема. Некоторые из них лезли в драку с собратьями, пытаясь отнять наиболее лакомые, на их вкус, кусочки.
– Экие разбойники. – Старая Альва покачала головой и прокричала в сторону водоема. – Потерпите немного, скоро вас покормят.
Рыбки перестали драться, словно поняли, что им сказала древнийка. Она пошарила в кармане и вытащила кусок хлеба. Раскрошила его и высыпала крошки в водоем. Толкаясь, рыбки бросились к хлебу. Самая крупная рыбка ухватила большой кусок и отплыла с ним в сторону. Рыбки поменьше отщипывали от хлеба по крошке и съедали на месте.
– Голодными не останутся, – пробормотала Старая Альва и продолжила рассказ. – В этом мире нередко оказываются люди, которые связаны с животными. Матвеевна как-то связана с тобой, но главное не это, а то, что она ударила кота. Он превратился в игрушку, а она попала в наш мир, в котором игрушечные животные – амулеты для людей. Без амулета никто и никогда не вернется в мир людей. Без игрушечного кота Матвеевна так и будет чистить и мыть полы. Если хочешь отправить ее обратно, то достань фигурку из запретного зала библиотеки.
– Я видела фигурки животных в первый же день, как попала в школу. Но их так много! Неужели стольких людей перенесли в Альвию?
Молчание древнийки подтверждало ее догадку.
– Выходит, их всех нужно спасать? – удивилась Злата.
Старая Альва покачала головой:
– Нет.
– Почему? Они тоже хотят домой.
– Без амулетов многие давно забыли о своей настоящей родине. Они попали в Альвию из разных времен, даже из разных эпох. Невозможно каждого отправить в свою эпоху. Все вернутся в одно и то же время. Я не зря предупредила тебя беречь амулет.
– Если не отдать кота Матвеевны, она забудет, где ее настоящий дом?
Древнийка метнула на Злату быстрый взгляд, и Злате стало стыдно.
– Не надейся, что Матвеевна забудет сегодня или завтра. Она может помнить годами. Все зависит от того, насколько она любила свой дом.
Злата почувствовала, как к щекам прилила кровь. «С ней надо держать ухо востро, – подумала она. – Если Колобок читает мысли, то древнийка проникает в них».
Она украдкой посмотрела на Старую Альву, но та с таким вниманием наблюдала за рыбками, словно ради них пришла в мраморный сад.
– Хорошенькое дельце! – Злата надула губы. – Значит, я должна проникнуть в запретный зал и достать кота.
– Да, а потом выучиться эльфийским премудростям и узнать свое предназначение.
– Сколько времени я буду его узнавать?
– Иногда на это уходят десятки лет, но тебе, думаю, хватит семи лет.
– Семь лет?! Это же целая вечность! А если я его не найду?
Старая Альва пожала плечами.
Злата посмотрела на древнийку почти с ненавистью. Зачем та пришла, если ничего полезного не сказала? Заладила одно и то же: стань эльфом, да стань эльфом. Может, это все же какой-то розыгрыш, или сон, и никакой пагубы не существует? Злата вспомнила блуждающую дверь и поежилась. Иногда ночами ей до сих пор чудилась в воздухе зловещая улыбка. Злата рассердилась:
– Какая отвратительная у вас страна! Зачем она вцепилась в меня? Почему не выпустит, раз я не хочу в ней жить? Что вы молчите?
– Не произноси таких слов. Наша Альвия – не просто страна эльфов. Она все слышит, она живая. Обидишь ее, и она никогда не отпустит тебя домой. Попроси у нее прощения за оскорбление.
Мысленно чертыхаясь и ругаясь, по чем свет стоит, Злата сказала елейным голоском:
– Милая Альвия, прости, я не хотела тебя обидеть.
– Ох, дитя мое, совсем ты запуталась. – Старая Альва выглядела озабоченной. – Найди ответы на многие вопросы и разберись в себе. Прежде всего пойми, кто для тебя Илья.
– Какое ваше дело, кто для меня Илья? – взъярилась Злата. – Не лезьте в мою жизнь.
Старая Альва раздула ноздри:
– Я лезу в твою жизнь? Ты сама попросила меня о помощи. Ты меня позвала, а не я.
Несколько секунд они гневно смотрела друг на друга. Лицо Старой Альвы задеревенело, а сама она вытянулась во весь рост:
– Вижу, я больше не нужна.
– Пожалуйста, простите меня! – воскликнула Злата, ругая себя за несдержанность. – Хорошо, я выучусь. Есть еще кое-что, – она замялась. – Мне нужно заработать деньги.
Видимо, все еще обижаясь на Злату, древнийка высокомерно произнесла:
– В Альвии нет эльфа денег.
– Причем здесь это? Мне не нужен эльф денег.
– Никогда не было эльфа денег, – упрямо повторила Старая Альва.
– Я не это имела ввиду.
– И никогда не будет эльфа денег.
– О, зачаток ума, я не собираюсь быть эльфом денег! – вскричала Злата, потеряв терпение. – Я учусь в группе с одной девочкой. Деньги нужны, чтобы выкупить ее семью у одного колдуна.
– Наконец-то сказала, что нужно. В следующий раз не тяни, говори сразу, что хочешь, попусту не болтай. – проворчала древнийка и задумалась. – Чтобы выкупить семью, нужны серебряные элары, но у обычных крестьян таких денег нет. У них водятся только железные фейты, даже медные медиты встречаются не всегда. Золотые алиты держатся только у эльфов, да и то не у всех. Ты должна знать, что в Альвии очень трудно заработать деньги. Во многих местах, особенно в деревнях, идет натуральный обмен. У жителей почти нет денег. Некоторые простаки даже не видели монет. В деревнях почти невозможно получить деньги. Ничего не получится.
Ее воспитывала одна мать, отец то ли бросил, то ли никогда не жил с ними. Денег не хватало, поэтому Юлька не ходила на вечеринки. Тем удивительнее было, когда однажды она появилась в институте, модно одетая.
– О, у тебя новый прикид! – услышала Злата удивленный возглас.
Юлька стояла в центре изумленных однокурсниц. Вязаную мешковатую кофту сменила облегающая блузка. Широкий пояс обхватил узкую талию. Длинная, чуть ли не до пола бесформенная юбка исчезла – ее заменила короткая. Открылись ноги ниже колен. Оказалось, что они у Юльки ровные и прямые. Непонятно, почему она их прятала? Многие девчонки позавидовали бы ей! Но самым удивительным смотрелись элегантные туфельки на тонком каблучке. Из-за них лодыжки выглядели, как выточенные умелой рукой скульптора. В новом наряде худенькая фигурка стала изящной и стройной. Юлька смущенно улыбалась, не привычная к восхищенным взглядам.
– А что это у тебя на шее? Цепочка? Колись, ты получила наследство, или нашла богатого покровителя? – спросила Светка Розина. Она всегда старалась узнать все новости первой.
Юлька помотала головой.
– Нет. Моя тетя, шештла отча нашла меня. Швожила в магажин, купила одежду и чепочку.
Юлька подцепила худеньким пальчиком цепь и показала всем.
– Вот.
– О, да она с кулончиком! – продолжала удивляться Светка. – А что изображено на кулончике?
– Ложа.
К Юлькиной картавости все привыкли, поэтому поняли, что она хотела сказать – рожа.
– Чья рожа? – не унималась Светка.
– Не ложа, а ложа.
– Это мы поняли. Рожа-то чья?
Юлька старательно растягивала губы, выставив руки вперед, выразительно жестикулировала пальцами.
– Ну не ложа, а ло-жа!
Никто ничего не мог понять. Вокруг девчонки внимательно прислушивались, на их лицах мелькало недоумение. Наконец, Злата догадалась:
– Это роза?
Юлька согласно закивала, и светлые глаза ее посветлели еще больше, в них мелькнула благодарность.
После этого случая она потянулась к Злате, видимо почувствовала признательность. Решала задачи, помогала с курсовыми работами. Злата не препятствовала: хочет – пусть помогает, никто не заставлял. Но ближе ее к себе не подпускала – как подругу никогда не рассматривала.
Злате было сейчас так стыдно! Какая же она эгоистка! Отпихнула от себя чистого душой человека. Юлька, как ребенок, таких людей нельзя обижать.
Злата погладила резиновую фигурку и беззвучно прошептала:
«Юлечка, прости! Я вернусь, и мы подружимся. Обязательно! Только жди. Пожалуйста».
Глаза уставились в одну точку. Букет цветов в глиняной вазе вдруг расплылся. Старая Альва сказала, что с тех пор, как Злата попала сюда, в мире людей время остановилось. Родные будут думать, что она недавно уехала на прогулку. Никто не будет ждать и искать. Даже Юлька, с ее признательностью, не будет ждать. Может быть, ждала бы Грэсси, но вот она – рядом.
Глаза заволокла полупрозрачная влага. Злата моргнула. По щеке скатилась соленая капля и упала на резиновую фигурку.
Злата проснулась от странного шороха. Кто-то осторожно передвигался по комнате, явно стараясь не наткнуться на предметы. Мелькнула фигурка в ночной рубашке.
«Аннета? Что ей надо?» – удивилась Злата.
Маленькая тихая соседка не спала. Ступая как можно тише, она неслышно подошла к столику, на котором лежали вещи Златы; и стала перебирать их. Злата наблюдала за ней сквозь приоткрытые глаза. Видимо, не найдя того, что искала, Аннета медленно подобралась к кровати Златы и остановилась, вглядываясь в лицо. Злата притворилась, что крепко спит, стараясь дышать как можно глубже. Похоже, Аннета этому поверила, запустила руку к ней под подушку, и Злата крепко схватила ее за запястье.
– Что ты ищешь? Я у тебя ничего не брала.
Глаза Аннеты широко раскрылись от испуга.
– Я хо-те-ла, – начала она заикаться, – Хотела…
– Так что ты хотела? – Злата села на кровати, не выпуская руку Аннеты.
Не пытаясь освободиться, Аннета ответила:
– Хотела найти фигурку собаки.
От изумления Злата соскочила с кровати.
– Что? Фигурку собаки? Зачем она тебе? Откуда ты про нее знаешь?
– Вещий Дисмарх велел забрать ее у тебя.
– Вещий Дисмарх? Кто это такой? И зачем ему фигурка?
Аннета поежилась, словно ей стало холодно, хотя ночь была теплой.
– Это очень могущественный колдун. Я не знаю, зачем она ему нужна.
Злата фыркнула:
– Могущественный колдун? Детские сказки.
– Не говори так, – прошептала Аннета, – он может услышать.
Аннета сильно дрожала, и Злата поверила, что она боится колдуна, если он и правда существует.
– Ты знаешь, что воровать нехорошо?
Аннета заплакала.
– Да я бы ни за что! Но мои родители и сестры умрут от голода, если я не выполню его волю.
Аннета так стиснула руки, что даже в неверном свете луны было видно, как они побелели.
– Ты первый раз хотела украсть? Раньше такое не делала?
– Нет, что ты? – испуганно прошептала Аннета. – Как можно красть? Это же нехорошо.
Аннета кусала губы, а в глазах плескалось отчаяние. Злата испытала что-то похожее на сочувствие.
– Обещай мне, что больше не тронешь мои вещи. Иначе я всем сообщу, что ты воровка.
– Прошу тебя, не надо! Я больше не прикоснусь к ним. Мне так стыдно! Я из-за сестер только согласилась. Если бы у них была еда, я бы не стала этого делать.
– Почему у вас нет еды?
– Засуха, все погибло. Родители отправили меня к колдуну и велели верно служить, и вот я здесь. Я боюсь его.
Аннета снова заплакала. Злата уже не сердилась на нее; возмущение ушло, уступив место жалости. Ей захотелось вдруг помочь маленькой беззащитной девочке.
– Мы что-нибудь придумаем, обещаю.
Аннета взглянула с благодарностью; сжала ладошку в кулак и вытерла слезы.
Проснулась Злата рано. Невидимый ветерок осторожно колыхал занавеску. Сквозь щель робко пробирался косой солнечный луч. Аннета посапывала, уткнувшись лицом в подушку. Злата широко зевнула и потянулась. Хрустнули залежавшиеся за ночь косточки.
Что-то с шуршанием пронеслось по комнате. Злата скосила глаза и увидела маленькую стрекозу, похожую на ту, которая жила у древнийки. Злата стала следить за ней. Стрекоза подлетела к столику и опустилась. Видя, что девочка не двигается с места, промелькнула возле ее глаз и вцепилась лапками в ручку двери. Злата села на кровати. Насекомое нетерпеливо вспорхнуло, отчаянно помахало крылышками у нее над головой и снова вернулось к двери.
– Ты зовешь меня за собой! – догадалась Злата, накинула балахон и открыла дверь.
Стрекоза покружилась вокруг Златы, словно радуясь, и вылетела из комнаты. Злата двинулась следом. Остались позади комната и длинный просторный коридор, который вел к высоким дверям, похожим на ворота. Стрекоза направилась к мраморному саду. Она миновала небольшой водоем с гладкой, словно лакированной поверхностью, в котором медленно плавали золотые рыбки, не успев еще толком проснуться. Не обращая на них внимания, стрекоза полетела дальше. Она завернула за мраморную статую в виде девушки с кувшином в руках, из которого с легким шумом лилась вода. Боясь потерять стрекозу из виду, Злата побежала следом и чуть не столкнулась с высокой женщиной.
Глава 25. Старая Альва в школе
Перед ней стояла старая древнийка в том же самом простом платье с большими карманами, раздувшимися от веревок. Прядка волос выбилась из прически, на заскорузлых руках прилипли комочки влажной земли. Старая Альва словно только что оторвалась от своих любимых грядок.
– Ты хотела меня видеть? – спросила она.
– Да. – ответила Злата, переводя дух. – Как вы узнали?
Древнийка вытянула вперед мизинец, и на него опустилась стрекоза:
– Ю?ла сказала.
– Так значит, она подслушивает, а потом доносит вам? – ляпнула Злата и прикрыла рот.
Древнийка нахмурилась и приблизила к глазам мизинец, на котором трепетали легкие, словно весенний ветерок, прозрачные крылышки стрекозы:
– Ю?ла, в следующий раз ты не расскажешь мне, если я понадоблюсь Злате. Что? Ты не согласна? Почему? Какое нам дело до маленькой девочки? Ах, потому что ты тоже маленькая, и потому что она из мира людей? Да, я помню, что Колобок нашел ее и вывел с нижнего уровня, иначе ее сгубила бы пагуба. Вот пусть он и разбирается с ней. Ладно, не звени крыльями и не стучи лапками, ты меня уговорила. – древнийка оторвалась от малышки и резко спросила у Златы. – Зачем я тебе была нужна?
Суровый взгляд привел Злату в смятение. Она подумала, что вряд ли получится поговорить, когда древнийка раздражена. Жаль, что рядом не было Колобка, который мог успокоить Старую Альву одним прикосновением к руке или плечу. Девочка так растерялась, что задала древнийке совсем не тот вопрос, который хотела:
– А я смогу выучить язык стрекоз? Смогу понимать, о чем они говорят?
Старая Альва фыркнула, и на миг ее глаза стали лукавыми. Злата расстроилась еще больше, боясь, что ее примут за дуру.
Древнийка слегка дунула на стрекозку, отчего крылышки у малышки задрожали, и улыбнулась:
– Ю?ла, ты слышала, о чем спросила Оксана? Что ответишь?
Стрекоза взмахнула слюдяными полукружьями и потерла их задними лапками. Старая Альва усмехнулась:
– Я тоже так думаю. – она перевела взгляд на Злату и долго и испытующе разглядывала ее. – Ю?ла сказала, что время принесет ответы на все вопросы. Я тоже считаю, что говорить об этом пока рано. Присмотри, чтобы никто нас не услышал. – обратилась древнийка к стрекозе и подняла руку.
Ю?ла взмыла в воздух.
Сначала растворились прозрачные крылышки, оставив круглую голову и длинное тельце. Они повисели немного в воздухе, а скоро тоже пропали. Древнийка села на мраморную скамейку, пригласив жестом Злату.
– Ты не за этим звала меня. – сказала она, вопросительно подняв бровь. Злата кивнула, а Старая Альва продолжила. – Ты хотела узнать, как Матвеевна очутилась в Альвии.
Старая Альва замолчала. Злата ждала, когда она заговорит снова. Послышался плеск воды: проснулись золотые рыбки. Они ловили открытыми ртами крошки и кусочки травы на поверхности водоема. Некоторые из них лезли в драку с собратьями, пытаясь отнять наиболее лакомые, на их вкус, кусочки.
– Экие разбойники. – Старая Альва покачала головой и прокричала в сторону водоема. – Потерпите немного, скоро вас покормят.
Рыбки перестали драться, словно поняли, что им сказала древнийка. Она пошарила в кармане и вытащила кусок хлеба. Раскрошила его и высыпала крошки в водоем. Толкаясь, рыбки бросились к хлебу. Самая крупная рыбка ухватила большой кусок и отплыла с ним в сторону. Рыбки поменьше отщипывали от хлеба по крошке и съедали на месте.
– Голодными не останутся, – пробормотала Старая Альва и продолжила рассказ. – В этом мире нередко оказываются люди, которые связаны с животными. Матвеевна как-то связана с тобой, но главное не это, а то, что она ударила кота. Он превратился в игрушку, а она попала в наш мир, в котором игрушечные животные – амулеты для людей. Без амулета никто и никогда не вернется в мир людей. Без игрушечного кота Матвеевна так и будет чистить и мыть полы. Если хочешь отправить ее обратно, то достань фигурку из запретного зала библиотеки.
– Я видела фигурки животных в первый же день, как попала в школу. Но их так много! Неужели стольких людей перенесли в Альвию?
Молчание древнийки подтверждало ее догадку.
– Выходит, их всех нужно спасать? – удивилась Злата.
Старая Альва покачала головой:
– Нет.
– Почему? Они тоже хотят домой.
– Без амулетов многие давно забыли о своей настоящей родине. Они попали в Альвию из разных времен, даже из разных эпох. Невозможно каждого отправить в свою эпоху. Все вернутся в одно и то же время. Я не зря предупредила тебя беречь амулет.
– Если не отдать кота Матвеевны, она забудет, где ее настоящий дом?
Древнийка метнула на Злату быстрый взгляд, и Злате стало стыдно.
– Не надейся, что Матвеевна забудет сегодня или завтра. Она может помнить годами. Все зависит от того, насколько она любила свой дом.
Злата почувствовала, как к щекам прилила кровь. «С ней надо держать ухо востро, – подумала она. – Если Колобок читает мысли, то древнийка проникает в них».
Она украдкой посмотрела на Старую Альву, но та с таким вниманием наблюдала за рыбками, словно ради них пришла в мраморный сад.
– Хорошенькое дельце! – Злата надула губы. – Значит, я должна проникнуть в запретный зал и достать кота.
– Да, а потом выучиться эльфийским премудростям и узнать свое предназначение.
– Сколько времени я буду его узнавать?
– Иногда на это уходят десятки лет, но тебе, думаю, хватит семи лет.
– Семь лет?! Это же целая вечность! А если я его не найду?
Старая Альва пожала плечами.
Злата посмотрела на древнийку почти с ненавистью. Зачем та пришла, если ничего полезного не сказала? Заладила одно и то же: стань эльфом, да стань эльфом. Может, это все же какой-то розыгрыш, или сон, и никакой пагубы не существует? Злата вспомнила блуждающую дверь и поежилась. Иногда ночами ей до сих пор чудилась в воздухе зловещая улыбка. Злата рассердилась:
– Какая отвратительная у вас страна! Зачем она вцепилась в меня? Почему не выпустит, раз я не хочу в ней жить? Что вы молчите?
– Не произноси таких слов. Наша Альвия – не просто страна эльфов. Она все слышит, она живая. Обидишь ее, и она никогда не отпустит тебя домой. Попроси у нее прощения за оскорбление.
Мысленно чертыхаясь и ругаясь, по чем свет стоит, Злата сказала елейным голоском:
– Милая Альвия, прости, я не хотела тебя обидеть.
– Ох, дитя мое, совсем ты запуталась. – Старая Альва выглядела озабоченной. – Найди ответы на многие вопросы и разберись в себе. Прежде всего пойми, кто для тебя Илья.
– Какое ваше дело, кто для меня Илья? – взъярилась Злата. – Не лезьте в мою жизнь.
Старая Альва раздула ноздри:
– Я лезу в твою жизнь? Ты сама попросила меня о помощи. Ты меня позвала, а не я.
Несколько секунд они гневно смотрела друг на друга. Лицо Старой Альвы задеревенело, а сама она вытянулась во весь рост:
– Вижу, я больше не нужна.
– Пожалуйста, простите меня! – воскликнула Злата, ругая себя за несдержанность. – Хорошо, я выучусь. Есть еще кое-что, – она замялась. – Мне нужно заработать деньги.
Видимо, все еще обижаясь на Злату, древнийка высокомерно произнесла:
– В Альвии нет эльфа денег.
– Причем здесь это? Мне не нужен эльф денег.
– Никогда не было эльфа денег, – упрямо повторила Старая Альва.
– Я не это имела ввиду.
– И никогда не будет эльфа денег.
– О, зачаток ума, я не собираюсь быть эльфом денег! – вскричала Злата, потеряв терпение. – Я учусь в группе с одной девочкой. Деньги нужны, чтобы выкупить ее семью у одного колдуна.
– Наконец-то сказала, что нужно. В следующий раз не тяни, говори сразу, что хочешь, попусту не болтай. – проворчала древнийка и задумалась. – Чтобы выкупить семью, нужны серебряные элары, но у обычных крестьян таких денег нет. У них водятся только железные фейты, даже медные медиты встречаются не всегда. Золотые алиты держатся только у эльфов, да и то не у всех. Ты должна знать, что в Альвии очень трудно заработать деньги. Во многих местах, особенно в деревнях, идет натуральный обмен. У жителей почти нет денег. Некоторые простаки даже не видели монет. В деревнях почти невозможно получить деньги. Ничего не получится.
