— Почему он не моряг? — спросила я глуше, чем следовало. Понизив голос до предела.
— Они больше, сильнее и нрав у них другой, — мальчик потянулся к челке и потрепал ее.— Не знаю, как и объяснить, госпожа из Лолейхола.
От его последнего обращения я громко засмеялась, но мой смех потонул в веселье лесных жителей. Все смешалось этой ночью. Но не собиралось прекращаться, хотя работа лесных жителей уже началась.
— Госпожа из Лолейхола должна быть старушка лет ста, а мне всего двадцатая весна, юный друг.
— И ничего я не юный, я Арий, мне уже двенадцать, — надулся он в ответ. — Все мои друзья кличут тебя так.
— Можешь называть меня Энита.
— Энита из рода Мастеров, — проговорил тихо мальчик, не поднимая глаз. Я закачалась на мостиках, схватилась вовремя за веревки. Юный лесной жителей поднял на меня свои сизые глаза. Продолжил глухо. — Бегущая от тьмы и Ищущая ответ в Этом Лесу. Она ждет тебя в доме Элийских Пустошей. Под покровом ночи, когда стражи тьмы спят.
После этих слов мальчик охнул и стал заваливаться на меня, я подхватила его под плечи.
— Мальчик с даром прорицания, что ты здесь делаешь? — тихо спросила я. Арий сглотнул, все еще не приходя до конца в себя. Он не умел распоряжаться силой и отдал почти всю энергию видению.
— Я… я служу королеве. я...— над нами пролетело сразу несколько ночных сов, и мальчик замолчал. По его лицу стекали капельки пота, на лбу выступила жилка. Я почти чувствовала его головную боль, которая часто преследует после видений. Арий поморщился, пряча лицо и пытаясь избавиться от черных точек в глазах.
— Сейчас будет легче, — прошептала я.
— Мне нужно идти к корзинам, — вполголоса проговорил мальчик, опираясь на меня. — Кор..Королева не любит ленивых...
— Значит идем, только дыши носом, Арий.
Мальчишка затрясся, над губой проступили капельки пота, глаза стали мутными и неясными. Я остановилась так, чтобы закрыть обзор собой перед танцующими.
— Вне зависимости от дара, ты можешь себя лечить. Ты это знаешь? — я говорила почти беззвучно. Он слабо повел плечами. — Ты должен сосредоточиться. Вспомнить что-то светлое, что делает тебя счастливее. Ну же, давай.
Арий приоткрыл мутные глаза, закачал головой из стороны в сторону. А я крепко взяла его за плечи.
— В тебе есть свет, не отвергай его.
Наконец эти слова привели в чувства мальчика, он крепко зажмурился, а когда открыл глаза, в них появилось разумная толика.
— За нами наблюдают, Энита. Они все доложат ей. Если…— прошептал он.
— Мне душно и нехорошо, — громко проговорила я, хватаясь за веревки. Арий молча наблюдал за мной, набирался сил.
Позади меня раздался какой-то шум. Тут же рядом с нами оказалась девочка, больше похожая на белочку. Она держала емкость с водой.
— Госпоже плохо? — у нее были испуганные глаза.
— Всего лишь усталость, малышка. Мне надо пройтись, — я обратилась к мальчику, — Ты проводишь меня?
Девочка следила за нами долго. Арий отмалчивался. Идти по мостикам не доставляло никакого удовольствия. Поэтому в конце пути, я чувствовала себя также дурно, как и Арий. Мы прошли рощу, под которой паслись сказочные, почти мифические существа. Перед нами раскинулся серебряный мостик, который растягивался над озерцом. Переливаясь и напоминая мосты в мое королевство. Повсюду висели маленькие светильники. От одного светильника к другому летали Хрустальные Стражи, их работа только начиналась. Результат ее можно было увидеть лишь утром. Я наклонилась вниз, прислушиваясь. В маленьком озерце под ногами безостановочно квакали лягушки. Мальчик оставил меня, жестом попросив молчать.
Сначала я просто стояла в стороне, потом подошла к корзинам, где лежали хрустальные нити с прозрачными каплями.
Я взяла несколько и по примеру остальных повесила на ближайшее дерево. Увидев, что я делаю, Арий заметил.
— Я сам.
Но вскоре он сам направил меня к тем деревьям, где я была полезна. Развесив оставшиеся нити, я решила узнать, куда идти дальше. Но лесные жители завершили свое дело куда быстрее меня, полетели дальше. Арий отправился вместе с ними.
Я осталась одна посреди завораживающего леса, полного светлячков, ночных жителей, лесных звуков и ярких светильников.
Я прошлась по мостикам, в дальнем углу сада нашла корзинку с хрустальными нитями. Горошинки воды почти не переливались в ночи, слабо поблескивали. Взяв корзину, я пошла обратно на свет. Моя мама умела вязать из золотых нитей. "В руках Мастерицы они превращаются настоящие сокровища", - так любила говорить мама.
У нее получались удивительно-красивые скатерти, рубашки, платья. Вспомнив о последнем платье, которое было сделано для особого повода, я расстроилась.
Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, которые непременно вернутся, когда я окажусь в Лолейхоле, я стала перебирать нити из капелек воды. Никогда ничего не плела. Я всегда предпочитала занимать себя по-другому. Например, уходить в горы с бабушкой, где мы сажали апельсины.
Но сейчас взяв одну в руки, я тут же вспомнила мамины эскизы на столе. Я не собиралась претендовать на звание Мастерицы, желала лишь отвлечься от тяжелых мыслей, от необходимости возвращаться в домик, от страха и безысходности, что поселились внутри меня. Я пыталась убедить себя, что пророчество мне поможет. Но что-то изменилось. Возможно, после письма. Теперь я не верила самой себе.
Я создавала диадему почти до утра, отвлеклась лишь тогда, когда голос надо мной произнес:
— Неплохо.
Я подняла голову. Надо мной навис Бастиан, он показал пальцем на узор.
— Вот здесь лучше переделать.
— Вам нужны эти хрустальные нити?
— У нас их полно. А ты делаешь красивые вещи.
Он присел возле меня, наклонив голову, наблюдал за тем, как мои руки создают узоры. На меня он не смотрел, на то, как я работаю — да.
— Уже завтра с рассветом они растают, — с сожалением произнес он.
— Мне безразлично. Сегодня благодаря этим хрустальным нитям я забываю о времени.
— Так бывает всегда, когда занимаешься любимым делом, — едва заметная улыбка тронула лицо лесного жителя, сразу преображая его. Не хватает только солнца, которое бы попадало на его волосы, окрашивая в медные цвета. Бастиан поднял голову и увидел, что я смотрю на него.
— Я забываю о времени, когда приступаю к работе, — сказал он серьезно, глядя мне в глаза. Хрустальный Страж снова потянулся ко мне и показал, где я упустила еще одну деталь. Он рассказывал обстоятельно, как и что делать. Хрустальные нити были невесомы, но они создавали что-то невозможно-прекрасно. Когда я завершила, мы оба замерли в восхищение от увиденного.
— Отнеси это королеве. Она сможет сохранить твою работу, — наконец произнес Бастиан. Я покачала головой.
Неожиданно за плечом Хрустального Стража блеснул огонек и погас. Я слишком поспешно отложила свою диадему в корзину, поднялась, отряхивая платье от веточек и листьев.
— До утра еще несколько часов, — проговорил Бастиан. Увидев, что я не собираюсь оставаться, добавил: — Даже девам из Злотых Гор время от времени необходим сон?
Теперь в его голосе появилось сожаление. Хрустальный Страж нисколько не скрывал его и явно забыл, что сердился.
— Пожалуй, что так.
— Мне жаль, что я позволил себе так с тобой говорить. Сегодня ночью, — до меня донесся его шепот. Я устало кивнула.
— Я понимаю причину.
— Думаю, не до конца.
— Я пойду спать, — пробормотав пожелания доброй ночи, я пошла быстрым шагом за золотистым огоньком. Он мелькал буквально передо мной, а я все никак не могла его догнать.
Проходя мимо домика, где спал Лок, я не стала звать его. Я прошла до границы Лесных жителей, остановилась перед Рощей, где в этот час паслись олени. Я стерла руки в кровь, спускаясь по веревке вниз. И под конец приземлилась, упав. Арий вышел из-за деревьев, приложил палец к губам, попросив молчать.
Я отправилась за ним в рощу, откуда выбегали оленята. Они кружились вокруг нас. В особенности, вокруг мальчика.
— Здесь нас не смогут услышать, — признался Арий. Он зашел за одно из коренастых деревьев, оттуда притащил корзинку с едой. Обычной едой. В ней лежал хлеб, душистые, неказистые яблоки и ягоды. А еще я заметила любимые сушеные фрукты из солнечной Тансини. Желтенькие, полусладкие. На них я могла бы прожить неделями в этом месте.
— Я не ем мясо, — почти извиняюще проговорил Арий. Я улыбнулась ему, взяв фрукты.
— Я тоже.
К нам подбежали оленята, и Арий смеясь начал их кормить яблоками. Они хотели хлеб, тянулись мягкими носами к его лицу, облизывали лоб и пощипывали волосы. Они его принимали. И будут принимать до тех пор, пока он сам не захочет их остановить.
— Весенние Хрустальные Стражи — это те, кто недавно перешел к лесному королевству? — спросила я, расслабленно сидя около дерева. Мальчик поднял свои светлые глаза, посмотрел серьезно и кивнул. Но ответил на совершенно другой вопрос, который я сразу не посмела ответить.
— Это плата, — тихо прошептал он, все еще боясь говорить вслух. Оленята устали просить еду и улеглись прямо у его ног, сладко заснули. — Королева открыла проход в Этот Лес моей сестре. Она спасла ее. А я в оплату остался здесь.
— И сколько продлится...хммм… твое пребывание в Предлесье?
— Зависит все от Шеранны. Как скоро она выберется из Этого Леса.
Я уронила ягоды, запачкав нежное платье некрасивыми яркими пятнами. Я попыталась смахнуть их, но сделала только хуже.
— Ты можешь помыть в ручье свое платье, — забеспокоился мальчик.
Я оставила свое платье и потерла лицо руками, прикрыв глаза на мгновение. Все еще не могла поверить, что именно я услышала.
— Твоя сестра знает, что ты здесь?
Арий отрицательно цокнул, мотнул головой.
— У нас сложные отношения. Уверен, что она даже не догадывается, что именно я сделал, — он засмеялся, подкидывая яблоки в воздухе. — Она бы не простила меня. Шера такая независимая. Всегда была такая. Ненавидела, когда кто-то ей помогал. Всегда чувствовала, что должна отдать услугу взамен.
Он прекратил жонглировать, спрятал яблоки и повернулся ко мне. Положил руки под голову, уставился на меня.
— Маленький хитрец, — засмеялась я. — Тебе известно, что мы знакомы. Я знаю твою сестру как Лоуренс. Такое имя она носила в Реликте.
— Шеррана — ее прошлое имя. Точнее имя из прошлого. Она не всегда была такой… Холодной. Она… Ее немножко сломал мой выбор. Я спас ее, — признался Арий. — Я отдал дар взамен, но никогда об этом не жалел. Только жалела она. Искала способы вернуть его.
— Ради того, чтобы вернуть тебе дар, она пустила тварь в пещеру Реликты.
Арий почесал нос, потом развеселился.
— Очень на нее похоже. Только она не знала, что я уже снова обрел Дар. А Тот, кто мне его вернул, попросил пока не говорить никому.
— Для тебя и правда не имеет значение, что она сделала? — со смешком спросила я.
— Энита, она моя сестра. Кем бы не стала, она навсегда останется моей сестрой. А все остальное неважно.
Впервые я увидела сходство между братом и сестрой. Арий отодвинулся от меня, принялся смотреть на воду. Утро настигло рощу рано. В один миг все застыло, а потом все вокруг окуталось в серебристые хрустальные нити. Так происходило по всей Риталии. Жители королевства вставали и видели лишь серебристые красивые плетения, украшения деревьев, кустов, травы. Они думали — это дар природы. На деле же это была еженощная кропотливая работа Хрустальных Стражей.
— Я не должен тебе этого говорить. Я видел видение, маленькую косулю загнали в капкан. А этот капкан был расставлен моей сестрой, — грустно сказал он. — Ей никогда не заслужить твоего прощения. Никогда…
— Мы не знаем точного значения своих снов, Арий, — крайне ободряющим тоном проговорила я. Один Нои знает, как много сил мне понадобилось, чтобы сказать эти простые слова.
— Мы знаем, что истинных не избежать, — возразил он разумно. Я закатила глаза.
— Поверь мне. Всегда есть выход.
— Но постулаты, Энита!
— Да, они неизменны, — согласилась я, со вкусом зевнула и посмотрела на красивое лесное утро. —Я расскажу тебе тайну.
Мальчик придвинулся. А я тихо-тихо проговорила:
— Например, в них говорится, что Дар — дан единожды, и избранный не может им распоряжаться, обменивать или отказываться.
Я подмигнула ошарашенному мальчишке.
— Я понял, понял, — он радостно захохотал так, как умели смеяться только дети. — Если бы только Лоуренс была такой, как ты. Тогда бы все было хорошо. Точно было бы.
— О, нет, мой хороший друг, тут ты ошибаешься, — покачала я головой, цокнув языком, пропела: — Если бы она была мной, тогда бы она бегала по Лесам, разыскивая пророчицу. А не пряталась бы в Этом Лесу.
Арий склонил голову покорно, соглашаясь.
— Ты права, да. Я слышал в домике твои слова. Ваш обряд уже скоро. Ты все равно вернешься. Если ты станешь привязана к Лолейхолу, вдруг ты и правда спасешься? Вдруг это и есть тот самый выход, о котором ты говорила?
— Боюсь, я еще не настолько отчаялась, — усмехнулась я, растрепав его волосы.— И все-то этот мальчик знает, и о лейне, и об обряде.
— Я же все-таки провидец, — гордо проговорил Арий.
Я расхохоталась, подбежала к озеру, взяв в ладони воду, облила его. Оленята понеслись вслед за мной. Речушка была светлее неба, прозрачная и чистая. Арий подошел ко мне.
— Протяни руку к реке.
Я сделала, как он велел. Вокруг запястья заплясали рыбки-седушки в ярких красках одетые. Я повела рукой в сторону, рыбки устремились за мной.
— Здесь каждый может почувствовать себя жителем Лолейхола. Смотри.
Он быстро снял рубашку и зашел по пояс в воду. Сразу же вокруг него образовался настоящий калейдоскоп из рыбок. У него были тонкие ключицы, волосы он собирал в хвост. На руке был светящийся символ — яркая-яркая птица. Это бы не чайка пророчиц. Еще одна тайна. Мальчик с пророческим даром, который он обменял, как и я. Но Дар вернулся. Несмотря ни на что.
— Тебе надо отсюда выбираться, мой юный друг. Тебе нужно учиться. Очень много учиться. У тебя большое будущее.
— Но я не могу, — ласково произнес он. — Я здесь, пока Лоуренс не выберется из Этого Леса. Только тогда королева отпустит меня.
Я выругалась про себя. С королевой шутки не играют. Она всегда выполняла обещанное, но и требовала того же от других. При таких условиях мальчишка может застрять тут на долгие года. А учитывая, как быстро она обучила его мастерству Хрустального Стража, Элин на это и рассчитывала.
— Кто-то из Школы в курсе, что ты здесь?
Мальчик округлил глаза.
— Энита, я рассказал только тебе. Остальным не могу, — мальчик зажмурился, припоминая что-то: —Она взяла клятву: "Я умолчу о своей тайне и не поведаю ее ни одному одаренному".
Я расхохоталась, чем поразила его до глубины души. Арий умел правильно слышать клятвы. Умел ими распоряжаться.
— Как же чудесно ты смеешься, — удивленно произнес мальчик, смотря на меня восхищенными глазами. За мной не наблюдали с таким восторгом много-много времени. И это было приятно, шорий побери. Потому что искренне.
Как только мое настроение изменилось, поменялось все вокруг. Прилетели стрекозы, которых я не встречала уже слишком давно. Да и где бы я могла их увидеть, живя в самом холодном королевстве в мире. Рыбы из озерца — какие-то прекрасные, с гребешками и хохолками, разноцветные затанцевали свой торжественный танец. Язык рыб, не иначе! Я рассмеялась еще больше.
— Они больше, сильнее и нрав у них другой, — мальчик потянулся к челке и потрепал ее.— Не знаю, как и объяснить, госпожа из Лолейхола.
От его последнего обращения я громко засмеялась, но мой смех потонул в веселье лесных жителей. Все смешалось этой ночью. Но не собиралось прекращаться, хотя работа лесных жителей уже началась.
— Госпожа из Лолейхола должна быть старушка лет ста, а мне всего двадцатая весна, юный друг.
— И ничего я не юный, я Арий, мне уже двенадцать, — надулся он в ответ. — Все мои друзья кличут тебя так.
— Можешь называть меня Энита.
— Энита из рода Мастеров, — проговорил тихо мальчик, не поднимая глаз. Я закачалась на мостиках, схватилась вовремя за веревки. Юный лесной жителей поднял на меня свои сизые глаза. Продолжил глухо. — Бегущая от тьмы и Ищущая ответ в Этом Лесу. Она ждет тебя в доме Элийских Пустошей. Под покровом ночи, когда стражи тьмы спят.
После этих слов мальчик охнул и стал заваливаться на меня, я подхватила его под плечи.
— Мальчик с даром прорицания, что ты здесь делаешь? — тихо спросила я. Арий сглотнул, все еще не приходя до конца в себя. Он не умел распоряжаться силой и отдал почти всю энергию видению.
— Я… я служу королеве. я...— над нами пролетело сразу несколько ночных сов, и мальчик замолчал. По его лицу стекали капельки пота, на лбу выступила жилка. Я почти чувствовала его головную боль, которая часто преследует после видений. Арий поморщился, пряча лицо и пытаясь избавиться от черных точек в глазах.
— Сейчас будет легче, — прошептала я.
— Мне нужно идти к корзинам, — вполголоса проговорил мальчик, опираясь на меня. — Кор..Королева не любит ленивых...
— Значит идем, только дыши носом, Арий.
Мальчишка затрясся, над губой проступили капельки пота, глаза стали мутными и неясными. Я остановилась так, чтобы закрыть обзор собой перед танцующими.
— Вне зависимости от дара, ты можешь себя лечить. Ты это знаешь? — я говорила почти беззвучно. Он слабо повел плечами. — Ты должен сосредоточиться. Вспомнить что-то светлое, что делает тебя счастливее. Ну же, давай.
Арий приоткрыл мутные глаза, закачал головой из стороны в сторону. А я крепко взяла его за плечи.
— В тебе есть свет, не отвергай его.
Наконец эти слова привели в чувства мальчика, он крепко зажмурился, а когда открыл глаза, в них появилось разумная толика.
— За нами наблюдают, Энита. Они все доложат ей. Если…— прошептал он.
— Мне душно и нехорошо, — громко проговорила я, хватаясь за веревки. Арий молча наблюдал за мной, набирался сил.
Позади меня раздался какой-то шум. Тут же рядом с нами оказалась девочка, больше похожая на белочку. Она держала емкость с водой.
— Госпоже плохо? — у нее были испуганные глаза.
— Всего лишь усталость, малышка. Мне надо пройтись, — я обратилась к мальчику, — Ты проводишь меня?
Девочка следила за нами долго. Арий отмалчивался. Идти по мостикам не доставляло никакого удовольствия. Поэтому в конце пути, я чувствовала себя также дурно, как и Арий. Мы прошли рощу, под которой паслись сказочные, почти мифические существа. Перед нами раскинулся серебряный мостик, который растягивался над озерцом. Переливаясь и напоминая мосты в мое королевство. Повсюду висели маленькие светильники. От одного светильника к другому летали Хрустальные Стражи, их работа только начиналась. Результат ее можно было увидеть лишь утром. Я наклонилась вниз, прислушиваясь. В маленьком озерце под ногами безостановочно квакали лягушки. Мальчик оставил меня, жестом попросив молчать.
Сначала я просто стояла в стороне, потом подошла к корзинам, где лежали хрустальные нити с прозрачными каплями.
Я взяла несколько и по примеру остальных повесила на ближайшее дерево. Увидев, что я делаю, Арий заметил.
— Я сам.
Но вскоре он сам направил меня к тем деревьям, где я была полезна. Развесив оставшиеся нити, я решила узнать, куда идти дальше. Но лесные жители завершили свое дело куда быстрее меня, полетели дальше. Арий отправился вместе с ними.
Я осталась одна посреди завораживающего леса, полного светлячков, ночных жителей, лесных звуков и ярких светильников.
Глава 4 Юный Страж
Я прошлась по мостикам, в дальнем углу сада нашла корзинку с хрустальными нитями. Горошинки воды почти не переливались в ночи, слабо поблескивали. Взяв корзину, я пошла обратно на свет. Моя мама умела вязать из золотых нитей. "В руках Мастерицы они превращаются настоящие сокровища", - так любила говорить мама.
У нее получались удивительно-красивые скатерти, рубашки, платья. Вспомнив о последнем платье, которое было сделано для особого повода, я расстроилась.
Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, которые непременно вернутся, когда я окажусь в Лолейхоле, я стала перебирать нити из капелек воды. Никогда ничего не плела. Я всегда предпочитала занимать себя по-другому. Например, уходить в горы с бабушкой, где мы сажали апельсины.
Но сейчас взяв одну в руки, я тут же вспомнила мамины эскизы на столе. Я не собиралась претендовать на звание Мастерицы, желала лишь отвлечься от тяжелых мыслей, от необходимости возвращаться в домик, от страха и безысходности, что поселились внутри меня. Я пыталась убедить себя, что пророчество мне поможет. Но что-то изменилось. Возможно, после письма. Теперь я не верила самой себе.
Я создавала диадему почти до утра, отвлеклась лишь тогда, когда голос надо мной произнес:
— Неплохо.
Я подняла голову. Надо мной навис Бастиан, он показал пальцем на узор.
— Вот здесь лучше переделать.
— Вам нужны эти хрустальные нити?
— У нас их полно. А ты делаешь красивые вещи.
Он присел возле меня, наклонив голову, наблюдал за тем, как мои руки создают узоры. На меня он не смотрел, на то, как я работаю — да.
— Уже завтра с рассветом они растают, — с сожалением произнес он.
— Мне безразлично. Сегодня благодаря этим хрустальным нитям я забываю о времени.
— Так бывает всегда, когда занимаешься любимым делом, — едва заметная улыбка тронула лицо лесного жителя, сразу преображая его. Не хватает только солнца, которое бы попадало на его волосы, окрашивая в медные цвета. Бастиан поднял голову и увидел, что я смотрю на него.
— Я забываю о времени, когда приступаю к работе, — сказал он серьезно, глядя мне в глаза. Хрустальный Страж снова потянулся ко мне и показал, где я упустила еще одну деталь. Он рассказывал обстоятельно, как и что делать. Хрустальные нити были невесомы, но они создавали что-то невозможно-прекрасно. Когда я завершила, мы оба замерли в восхищение от увиденного.
— Отнеси это королеве. Она сможет сохранить твою работу, — наконец произнес Бастиан. Я покачала головой.
Неожиданно за плечом Хрустального Стража блеснул огонек и погас. Я слишком поспешно отложила свою диадему в корзину, поднялась, отряхивая платье от веточек и листьев.
— До утра еще несколько часов, — проговорил Бастиан. Увидев, что я не собираюсь оставаться, добавил: — Даже девам из Злотых Гор время от времени необходим сон?
Теперь в его голосе появилось сожаление. Хрустальный Страж нисколько не скрывал его и явно забыл, что сердился.
— Пожалуй, что так.
— Мне жаль, что я позволил себе так с тобой говорить. Сегодня ночью, — до меня донесся его шепот. Я устало кивнула.
— Я понимаю причину.
— Думаю, не до конца.
— Я пойду спать, — пробормотав пожелания доброй ночи, я пошла быстрым шагом за золотистым огоньком. Он мелькал буквально передо мной, а я все никак не могла его догнать.
Проходя мимо домика, где спал Лок, я не стала звать его. Я прошла до границы Лесных жителей, остановилась перед Рощей, где в этот час паслись олени. Я стерла руки в кровь, спускаясь по веревке вниз. И под конец приземлилась, упав. Арий вышел из-за деревьев, приложил палец к губам, попросив молчать.
Я отправилась за ним в рощу, откуда выбегали оленята. Они кружились вокруг нас. В особенности, вокруг мальчика.
— Здесь нас не смогут услышать, — признался Арий. Он зашел за одно из коренастых деревьев, оттуда притащил корзинку с едой. Обычной едой. В ней лежал хлеб, душистые, неказистые яблоки и ягоды. А еще я заметила любимые сушеные фрукты из солнечной Тансини. Желтенькие, полусладкие. На них я могла бы прожить неделями в этом месте.
— Я не ем мясо, — почти извиняюще проговорил Арий. Я улыбнулась ему, взяв фрукты.
— Я тоже.
К нам подбежали оленята, и Арий смеясь начал их кормить яблоками. Они хотели хлеб, тянулись мягкими носами к его лицу, облизывали лоб и пощипывали волосы. Они его принимали. И будут принимать до тех пор, пока он сам не захочет их остановить.
— Весенние Хрустальные Стражи — это те, кто недавно перешел к лесному королевству? — спросила я, расслабленно сидя около дерева. Мальчик поднял свои светлые глаза, посмотрел серьезно и кивнул. Но ответил на совершенно другой вопрос, который я сразу не посмела ответить.
— Это плата, — тихо прошептал он, все еще боясь говорить вслух. Оленята устали просить еду и улеглись прямо у его ног, сладко заснули. — Королева открыла проход в Этот Лес моей сестре. Она спасла ее. А я в оплату остался здесь.
— И сколько продлится...хммм… твое пребывание в Предлесье?
— Зависит все от Шеранны. Как скоро она выберется из Этого Леса.
Я уронила ягоды, запачкав нежное платье некрасивыми яркими пятнами. Я попыталась смахнуть их, но сделала только хуже.
— Ты можешь помыть в ручье свое платье, — забеспокоился мальчик.
Я оставила свое платье и потерла лицо руками, прикрыв глаза на мгновение. Все еще не могла поверить, что именно я услышала.
— Твоя сестра знает, что ты здесь?
Арий отрицательно цокнул, мотнул головой.
— У нас сложные отношения. Уверен, что она даже не догадывается, что именно я сделал, — он засмеялся, подкидывая яблоки в воздухе. — Она бы не простила меня. Шера такая независимая. Всегда была такая. Ненавидела, когда кто-то ей помогал. Всегда чувствовала, что должна отдать услугу взамен.
Он прекратил жонглировать, спрятал яблоки и повернулся ко мне. Положил руки под голову, уставился на меня.
— Маленький хитрец, — засмеялась я. — Тебе известно, что мы знакомы. Я знаю твою сестру как Лоуренс. Такое имя она носила в Реликте.
— Шеррана — ее прошлое имя. Точнее имя из прошлого. Она не всегда была такой… Холодной. Она… Ее немножко сломал мой выбор. Я спас ее, — признался Арий. — Я отдал дар взамен, но никогда об этом не жалел. Только жалела она. Искала способы вернуть его.
— Ради того, чтобы вернуть тебе дар, она пустила тварь в пещеру Реликты.
Арий почесал нос, потом развеселился.
— Очень на нее похоже. Только она не знала, что я уже снова обрел Дар. А Тот, кто мне его вернул, попросил пока не говорить никому.
— Для тебя и правда не имеет значение, что она сделала? — со смешком спросила я.
— Энита, она моя сестра. Кем бы не стала, она навсегда останется моей сестрой. А все остальное неважно.
Впервые я увидела сходство между братом и сестрой. Арий отодвинулся от меня, принялся смотреть на воду. Утро настигло рощу рано. В один миг все застыло, а потом все вокруг окуталось в серебристые хрустальные нити. Так происходило по всей Риталии. Жители королевства вставали и видели лишь серебристые красивые плетения, украшения деревьев, кустов, травы. Они думали — это дар природы. На деле же это была еженощная кропотливая работа Хрустальных Стражей.
— Я не должен тебе этого говорить. Я видел видение, маленькую косулю загнали в капкан. А этот капкан был расставлен моей сестрой, — грустно сказал он. — Ей никогда не заслужить твоего прощения. Никогда…
— Мы не знаем точного значения своих снов, Арий, — крайне ободряющим тоном проговорила я. Один Нои знает, как много сил мне понадобилось, чтобы сказать эти простые слова.
— Мы знаем, что истинных не избежать, — возразил он разумно. Я закатила глаза.
— Поверь мне. Всегда есть выход.
— Но постулаты, Энита!
— Да, они неизменны, — согласилась я, со вкусом зевнула и посмотрела на красивое лесное утро. —Я расскажу тебе тайну.
Мальчик придвинулся. А я тихо-тихо проговорила:
— Например, в них говорится, что Дар — дан единожды, и избранный не может им распоряжаться, обменивать или отказываться.
Я подмигнула ошарашенному мальчишке.
— Я понял, понял, — он радостно захохотал так, как умели смеяться только дети. — Если бы только Лоуренс была такой, как ты. Тогда бы все было хорошо. Точно было бы.
— О, нет, мой хороший друг, тут ты ошибаешься, — покачала я головой, цокнув языком, пропела: — Если бы она была мной, тогда бы она бегала по Лесам, разыскивая пророчицу. А не пряталась бы в Этом Лесу.
Арий склонил голову покорно, соглашаясь.
— Ты права, да. Я слышал в домике твои слова. Ваш обряд уже скоро. Ты все равно вернешься. Если ты станешь привязана к Лолейхолу, вдруг ты и правда спасешься? Вдруг это и есть тот самый выход, о котором ты говорила?
— Боюсь, я еще не настолько отчаялась, — усмехнулась я, растрепав его волосы.— И все-то этот мальчик знает, и о лейне, и об обряде.
— Я же все-таки провидец, — гордо проговорил Арий.
Я расхохоталась, подбежала к озеру, взяв в ладони воду, облила его. Оленята понеслись вслед за мной. Речушка была светлее неба, прозрачная и чистая. Арий подошел ко мне.
— Протяни руку к реке.
Я сделала, как он велел. Вокруг запястья заплясали рыбки-седушки в ярких красках одетые. Я повела рукой в сторону, рыбки устремились за мной.
— Здесь каждый может почувствовать себя жителем Лолейхола. Смотри.
Он быстро снял рубашку и зашел по пояс в воду. Сразу же вокруг него образовался настоящий калейдоскоп из рыбок. У него были тонкие ключицы, волосы он собирал в хвост. На руке был светящийся символ — яркая-яркая птица. Это бы не чайка пророчиц. Еще одна тайна. Мальчик с пророческим даром, который он обменял, как и я. Но Дар вернулся. Несмотря ни на что.
— Тебе надо отсюда выбираться, мой юный друг. Тебе нужно учиться. Очень много учиться. У тебя большое будущее.
— Но я не могу, — ласково произнес он. — Я здесь, пока Лоуренс не выберется из Этого Леса. Только тогда королева отпустит меня.
Я выругалась про себя. С королевой шутки не играют. Она всегда выполняла обещанное, но и требовала того же от других. При таких условиях мальчишка может застрять тут на долгие года. А учитывая, как быстро она обучила его мастерству Хрустального Стража, Элин на это и рассчитывала.
— Кто-то из Школы в курсе, что ты здесь?
Мальчик округлил глаза.
— Энита, я рассказал только тебе. Остальным не могу, — мальчик зажмурился, припоминая что-то: —Она взяла клятву: "Я умолчу о своей тайне и не поведаю ее ни одному одаренному".
Я расхохоталась, чем поразила его до глубины души. Арий умел правильно слышать клятвы. Умел ими распоряжаться.
— Как же чудесно ты смеешься, — удивленно произнес мальчик, смотря на меня восхищенными глазами. За мной не наблюдали с таким восторгом много-много времени. И это было приятно, шорий побери. Потому что искренне.
Как только мое настроение изменилось, поменялось все вокруг. Прилетели стрекозы, которых я не встречала уже слишком давно. Да и где бы я могла их увидеть, живя в самом холодном королевстве в мире. Рыбы из озерца — какие-то прекрасные, с гребешками и хохолками, разноцветные затанцевали свой торжественный танец. Язык рыб, не иначе! Я рассмеялась еще больше.
