- Не может быть, - мягко ответил он, лаская животное. - Не суди по её телосложению, она у нас дамочка упитанная. Правда, моя принцесса?
Он поцеловал медведицу в нос.
- И всё же малышей двое, - улыбнулась Лотта, ни на чём не настаивая.
- Даже я на таком сроке не могу определить, сколько плодов в чреве животного, - Эйдан поднялся на ноги, - но я уверен, что весной она выведет из берлоги одного крепкого самца. Очень жаль, что за всё это время она не произвела на свет ни одной самки, но такая уж она... Особенная.
Лотта улыбнулась Эйдану и подмигнула медведице. Она не сомневалась, что весной эта мамаша явит миру двух прекрасных медвежат - мальчика и девочку.
- Я люблю и ненавижу весну, - продолжал Эйдан. - Часть медвежат подвергнется отбраковке.
- Почему бы не оставить в живых всех малышей? - спросила Лотта.
- Мне тоже жалко умертвлять некондиционных медвежат, - с тоской признался Эйдан, - но у нас очень высокие стандарты.
- И кем же они придуманы?
- Мной! - с гордостью поднял палец вверх медвежий учитель, а затем усмехнулся.
Тея смотрела на то, как Маран пытается откупорить бутылку вина, и весело смеялась.
- Давай скорее! - подначивала она его. - Мне не терпится попробовать эту заморскую амброзию.
Бутылку Тея купила на рынке у заезжего торговца, который наилучшим образом отрекомендовал ей этот напиток. Любительница хорошей выпивки, дружеских посиделок и колких шуток, Тея была настроена непременно его распить с тем, кто разделял её «увлечения».
- Дай, я сама попробую, - подскочила она к Марану и попыталась отнять у него бутылку.
- Горлышко запечатано сургучом, - он легко увернулся от Теи и поднял руку с вином вверх. - Сейчас всё будет, рыжая!
Грета, глядя на них, прикрыла рукой глаза. Джодо улыбался, про себя потешаясь над ними. Грета подошла к нему и заглянула в глаза.
- Ты не видишь, что происходит, Джодо? - пытаясь придать голосу беззаботности, спросила она и выразительно глянула на Тею и Марана, склонивших головы над столом. Раздался радостный возглас Марана и задорная, подтрунивающая похвала Теи.
- Они справились! - ответил Джодо, не в силах сдержать улыбку.
- Не могу поверить, что ты такой глупец, - вздохнула Грета и собралась покинуть комнату.
- Куда ты? - негромко спросил Джодо.
- Неважно себя чувствую, - буркнула Грета и скрылась за дверью, ведущую в их с Мараном спальню.
Джодо пожал плечами, встал со стула и пошёл пробовать вино.
Первая отсутствие Греты заметила Тея и спросила с долей тревоги:
- Куда она подевалась?
- Ей нездоровится, - ответил Джодо и налил Тее ещё немного вина.
Маран задумчиво посмотрел на плотно закрытую дверь спальни, подумал, что неплохо бы проявить внимание к супруге.
- Я посмотрю, что с ней, - с заботой сказала Тея, решительно поставила бокал на стол и направилась к подруге.
Маран остановил её, мягко поймав за руку:
- Не беспокой её, она хочет побыть одна.
Тея на секунду задумалась, но вернулась к столу.
Грета лежала в постели, свернувшись калачиком, и прижимала к себе подушку. Она ждала, что вот-вот откроется дверь, и в комнату с озабоченным видом войдёт муж. Она уже отрепетировала тот взгляд, с которым встретит его. Он бы виновато улыбнулся, сел на кровать, взял бы её руку в свою, поднёс к губам и пообещал бы, что больше ноги этой подлой Теи не будет в их доме.
Ничего подобного не случилось, дверь не открылась, а из-за неё доносились весёлые мужские голоса и звонкий женский смех.
Сначала они разговаривали тихо и почти не смеялись, не желая тревожить "занемогшую" Грету, но сейчас, когда вино было почти допито, никто уже про неё и не вспоминал.
Юкас стоял, прислонившись к каменной стене одного из домов. Из-за угла его было почти не видно, он же легко обозревал почти всю улицу перед казарменными воротами. Он уже несколько часов.
Когда Мойра сказала ему, где Лотта и с кем она водит дружбу, Юкас хлопнул себя по лбу - мог бы и сам догадаться! Ушла доказывать ему, что она чего-то да стоит. Чудесный план, который так и не завершила Тея. Втереться в доверие и действовать в тылу у врагов. Он всегда знал, что девчонка на многое способна, но чтобы её допустили к боевым медведям - такой удачи и предположить не мог.
Терпению Юкаса можно было позавидовать, он был готов провести тут целую вечность ради встречи с Лоттой. Не может же она безвылазно сидеть за этими воротами! Или может? Он ненадолго отлучился и вернулся на свой пост снова. Ему начало казаться, что время тянется бесконечно долго, но сдаваться Юкас не хотел.
Лотта со своим медведем вышла из ворот тогда, когда яркий дневной свет уже начал капитулировать перед вечерней мглой. Увидев её, Юкас был чрезвычайно обрадован, чему даже немного удивился, но не стал сразу привлекать к себе её внимание, наблюдая, выйдет ли за ней кто-то ещё. Никто больше не вышел, ворота гарнизона закрылись, и она пошла по пустеющим улицам города к выходу.
"Она наверняка отправилась гулять с медведем, - подумал Юкас, - лучшей возможности для беседы и придумать нельзя. Лишь бы к ней никто не присоединился по дороге!"
Лотта беззаботно шагала по мостовой. У горожан она и её медведь-недоросль уже ее вызывали такого интереса, как раньше. Все, кому это было интересно, обсудили, что у медвежьего воспитателя появилась помощница, которую навязала ему Джодо. Но теперь, когда прошло время, уже никто не смеялся над девчонкой и её косматым недоразумением. Почти сразу начали расползаться слухи о том, что ученица может превзойти своего учителя. Звери - основная сила армии, а значит, заботу о них абы кому не доверят.
Кивнув стражникам на воротах, Лотта отправилась на луг. Отойдя подальше, она села на траву, согнула ноги в коленях, обхватила их руками, положила на колени подбородок и стала смотреть на заходящее солнце. Медведь её гулял неподалёку, но почуяв приближение человека, рванул к хозяйке. Узнав Юкаса, медведь обрадовался и чуть не сбил его с ног, желая быть обласканным. Юкас охотно потрепал животное, потёрся своим лбом об его, и только потом подсел к Лотте, которая, не проявляя особого интереса, следила за встречей двух старых друзей.
- Как ты? - без приветствия спросил он, устроившись рядом и делая вид, что наслаждается закатом.
- Лучше всех.
- Мне пришлось обойти все бордели в округе, - с тяжёлым вздохом сказал он.
Лотта медленно посмотрела на него и даже открыла рот от негодования, когда поняла, на что он намекает.
- Юкас! - она вскочила и замахнулась было, чтобы ударить его.
- Почему ты злишься? - он встал и готов был увернуться от удара. - Я сделал вывод, что ты отправилась туда, проанализировав нашу последнюю беседу.
- Ты же не серьёзно? - нахмурилась Лотта.
Юкас немного помедлил с ответом, потом засмеялся и ласково сказал:
- Конечно, не серьёзно. То есть, я там был, конечно, но искал не тебя, а совсем другое.
Он замолчал, увидев её знакомое личико, по которому успел соскучиться, раскинул руки, приглашая её обняться. Она замешкалась, но нерешительно приблизилась и обняла его, спросила:
- Джута рядом?
- Не очень далеко, - ответил Юкас и мотнул головой в сторону леса. - Но сейчас не стоит к ней идти, уже темнеет, а нам с тобой о многом нужно поговорить.
- Я скучаю по ней.
Юкас не убирал свою руку с плеча Лотты, говорил ласково, и она, прильнув к его боку, подняла голову, ожидая начала разговора.
- Мы почти закончили копать тоннель, - серьёзно начал он, - расскажи мне очень подробно про медвежьи стойбища. Сколько всего у них медведей, где содержатся беременные самки?
Лотта скинула с себя его руку и часто задышала. Юкас заметил это, улыбнулся уголком своего рта. Затем снял маску и улыбнулся вновь. Лотте нестерпимо захотелось погладить его по обгорелой щеке, и она протянула руку к его лицу. Он наклонился, подставляя ей его и, когда она коснулась его пальцами, накрыл её ладошку своей, прижав к своей бугристой коже.
- Мы обязательно будем вместе, - прошептал ей с чувством, - как только победим их. Мы будем свободны и счастливы, жажда мести больше не будет отравлять моё существование.
Юкас не отпускал её и крепче прижимался щекой к руке Лотты.
- Твоё существование отравляет любовь к выпивке, безразличие к тем, кто желает тебе добра и к самому себе.
Она всё же убрала ладонь от его лица, но ждала, что он ответит.
- Всё это потому, что я чувствовал себя никчёмным, не способным совершить возмездие за то, что не стало моей семьи. Все эти годы я жил мыслями о мести и не мог думать ни о чём другом!
Лотта слушала, готовая поверить.
- Теперь, когда успех так близко, я хочу извиниться перед тобой! Всё это время, с момента, когда ты ушла, я думал о том, как обидел тебя.
Юкас встал на колени и протянул руки к Лотте. Она вложила в них свои. Юкас поднёс её руки к своему рту и прижался тем, что осталось от его губ.
- Ты расскажешь мне про их медведей? - тихо спросил он.
Она колебалась. Он это видел.
- Я не хочу терять тебя, Лотта! - пылко крикнул он, обнял её за ноги и прижался лицом к её животу.
Он почувствовал, как часто она задышала, обняла его голову, и улыбнулся, поняв, что сейчас девочка выложит ему всё. Так оно и случилось. Лотта, всем сердцем любящая медведей и не желающая им зла, сделала выбор в пользу человека.
Получив нужную ему информацию, Юкас прощался с Лоттой, обещая:
- Мы очень скоро будем вместе, моя прекрасная Лотта! После того, как свергнем их проклятое иго.
Окрыленная его словами, Лотта прощаться не хотела.
- Когда ты приедешь ко мне снова? - с надеждой спросила она.
- Очень скоро, - он нежно погладил её по голове, - буду считать минуты до нашей встречи!
- И я, - грустно улыбнулась она.
Она смотрела ему вслед, пока тот удалялся, оборачиваясь несколько раз и махая ей рукой. Только когда он скрылся за деревьями, Лотта позвала медведя и повернула назад к городу.
- Я подлая тварь, детка, - сказал Юкас Джуте, когда добрался до того места, где её оставил.
Он был уже не таким весёлым, и настроение его заметно ухудшилось.
- Но если бы я не слукавил, она бы ничего мне не сказала. А ведь то, что она сообщила, в корне меняет дело. Нам предстоит ещё много работы.
Грета так и не объяснилась с мужем. Она терзалась ревностью, металась из крайности в крайность - то избегала встреч с Теей, то, напротив, стремясь держать её ближе к себе, почти всё время проводила с ней. Тея не понимала, что происходит с подругой, но, не желая обижать Грету, подстраивалась под её настроение.
Одним вечером Грета ждала мужа к ужину. Стол был накрыт, Ирай давно был дома и сидел над географическими картами, что-то рассчитывая и помечая. Маран задерживался.
- Где отец? - резко спросила Грета у сына, заставляя его отвлечься.
- Он был с солдатами на тренировочной площадке почти весь день вместе с Джодо, - ответил Ирай.
- Где он сейчас?
- Откуда я знаю, мама? - отмахнулся Ирай. - Может, у Джодо и Теи?
Грета вспыхнула и, наскоро одевшись, выбежала из дома. Она направлялась к жилищу старого друга. Джодо был один и заканчивал накрывать стол для трапезы. Судя по количеству приборов, ужин был рассчитан на двоих.
- Где Тея? - подавляя желание разметать тут всё, поинтересовалась Грета.
- Вышла к соседке за солью.
- Какой замечательный предлог! - усмехнулась Грета. - Ничего умнее не могла придумать?
- Соль и правда закончилась, - доброжелательно сказал Джодо и показал Грете солонку с остатками белых кристаллов. - Её нет уже довольно давно, пора бы этим болтушкам наговориться.
Разозлённая Грета покинула их дом, оставив входную дверь распахнутой. Джодо выглянул на улицу, задумчиво проводил взглядом Грету, огляделся по сторонам, закрыл дверь и вернулся в кухню, ожидая возвращение любимой.
Добежав до ворот гарнизона, Грета стала бить в них ногами, требуя, чтобы её немедленно впустили. Когда ворота открылись, она проскользнула внутрь, ничего не объясняя постовым. Жену вождя тут хорошо знали, и никто не препятствовал её передвижению по территории казарм, однако один из солдат счёл своим долгом крикнуть:
- Ирая тут нет!
Чуть помолчав, добавил:
- И главного тоже!
"Ещё и выгораживают его!" - подумала Грета и ускорила шаг.
Забежав в зал для собраний, в центре которого находился большой стол, окружённый стульями с высокими спинками, она убедилась, что там пусто. Затем она обошла тренировочную площадку, заглянула в помещения, где хранился инвентарь для обучения солдат. Там тоже никого не было. Решительно вошла она в жилые казармы для солдат. Постовой, нёсший вахту на входе, выпрямился, увидев её и приветственно кивнул, не проронив ни слова.
Она вошла в большую длинную комнату, заставленную кроватями. На кроватях сидели и лежали сильные мужчины, по большей части ещё совсем юноши, которые обучались и жили тут же. Они занимались своими делами: общались между собой, играли во что-то азартное, расчёсывали и заплетали волосы, читали, взбивали подушки.
Многие из них были раздеты по пояс, кто-то был в одном белье. Грета пробежалась взглядом по молодым сильным телам. В другой ситуации, возможно, она задержалась бы тут немного дольше, но сейчас ей было не до любования прекрасными солдатами. Она надеялась, что найдёт мужа тут, но испытала разочарование - его тут не было.
Она обошла весь гарнизон и уже собиралась идти домой, когда до её слуха донёсся страстный стон, который быстро оборвался.
"Не ходи туда!" - сказала она себе, поняв, что звук доносится из кладовой с продуктами.
"Какой позор! Ты - великий завоеватель, гордый, властный, непоколебимый, эталон настоящего мужчины, изменяешь жене с женщиной лучшего друга на мешке с капустой!"
Из глаз Греты потекли слёзы, она развернулась, чтобы уйти, но снова услышала страстные вздохи.
"Если я зайду туда, уже не получится сделать вид, что я ничего не знаю".
Она уговаривала себя уйти, но всё же приближалась к кладовой, а когда открыла дверь и вошла внутрь, увидела то, что и ожидала - двух людей, которые наслаждались друг другом. В помещении было темно, но она их узнала. Слёзы её моментально высохли, а душа наполнилась такой злостью, которую Грета, кажется, вообще никогда не испытывала. Она даже подумала о том, что лучше бы уличила в измене мужа, чем ту, на которой так страстно хочет жениться её сын.
По дороге домой, которую Грета проделала чуть ли не бегом, она подбирала слова, какими расскажет о том, что увидела. Промолчать об этом не приходило ей в голову. Она неплохо относилась к Адель, а Ригана любила почти так же сильно, как Ирая, но такого надругательства над чувствами сына она терпеть не желала.
Дома она обнаружила мужа, который, не дождавшись супруги, ужинал в гордом одиночестве. Грета села рядом с Мараном и бездумно отправила в рот кусок сыра. Маран скосил глаза, наблюдая за женой, и сказал:
- Не так уж сильно я задержался, чтобы так переживать.
- С чего ты взял, что я переживала?
- Ирай мне сказал, что ты была озабочена моим отсутствием.
Грета встала со стула и направилась в комнату сына. Не постучавшись, она открыла дверь и вошла внутрь.
Ирай стоял у зеркала, раздетый по пояс и умывался, склонившись над тазом с водой. Его длинные его волосы были собраны в хвост и перехвачены по всей его длине несколькими тонкими кожаными ремешками. Волосы лежали на спине, между лопаток. Юное тело было натренированным и сильным. В мерцающем свете свечей он казался особенно красивым.
Он поцеловал медведицу в нос.
- И всё же малышей двое, - улыбнулась Лотта, ни на чём не настаивая.
- Даже я на таком сроке не могу определить, сколько плодов в чреве животного, - Эйдан поднялся на ноги, - но я уверен, что весной она выведет из берлоги одного крепкого самца. Очень жаль, что за всё это время она не произвела на свет ни одной самки, но такая уж она... Особенная.
Лотта улыбнулась Эйдану и подмигнула медведице. Она не сомневалась, что весной эта мамаша явит миру двух прекрасных медвежат - мальчика и девочку.
- Я люблю и ненавижу весну, - продолжал Эйдан. - Часть медвежат подвергнется отбраковке.
- Почему бы не оставить в живых всех малышей? - спросила Лотта.
- Мне тоже жалко умертвлять некондиционных медвежат, - с тоской признался Эйдан, - но у нас очень высокие стандарты.
- И кем же они придуманы?
- Мной! - с гордостью поднял палец вверх медвежий учитель, а затем усмехнулся.
Глава 19.
Тея смотрела на то, как Маран пытается откупорить бутылку вина, и весело смеялась.
- Давай скорее! - подначивала она его. - Мне не терпится попробовать эту заморскую амброзию.
Бутылку Тея купила на рынке у заезжего торговца, который наилучшим образом отрекомендовал ей этот напиток. Любительница хорошей выпивки, дружеских посиделок и колких шуток, Тея была настроена непременно его распить с тем, кто разделял её «увлечения».
- Дай, я сама попробую, - подскочила она к Марану и попыталась отнять у него бутылку.
- Горлышко запечатано сургучом, - он легко увернулся от Теи и поднял руку с вином вверх. - Сейчас всё будет, рыжая!
Грета, глядя на них, прикрыла рукой глаза. Джодо улыбался, про себя потешаясь над ними. Грета подошла к нему и заглянула в глаза.
- Ты не видишь, что происходит, Джодо? - пытаясь придать голосу беззаботности, спросила она и выразительно глянула на Тею и Марана, склонивших головы над столом. Раздался радостный возглас Марана и задорная, подтрунивающая похвала Теи.
- Они справились! - ответил Джодо, не в силах сдержать улыбку.
- Не могу поверить, что ты такой глупец, - вздохнула Грета и собралась покинуть комнату.
- Куда ты? - негромко спросил Джодо.
- Неважно себя чувствую, - буркнула Грета и скрылась за дверью, ведущую в их с Мараном спальню.
Джодо пожал плечами, встал со стула и пошёл пробовать вино.
Первая отсутствие Греты заметила Тея и спросила с долей тревоги:
- Куда она подевалась?
- Ей нездоровится, - ответил Джодо и налил Тее ещё немного вина.
Маран задумчиво посмотрел на плотно закрытую дверь спальни, подумал, что неплохо бы проявить внимание к супруге.
- Я посмотрю, что с ней, - с заботой сказала Тея, решительно поставила бокал на стол и направилась к подруге.
Маран остановил её, мягко поймав за руку:
- Не беспокой её, она хочет побыть одна.
Тея на секунду задумалась, но вернулась к столу.
Грета лежала в постели, свернувшись калачиком, и прижимала к себе подушку. Она ждала, что вот-вот откроется дверь, и в комнату с озабоченным видом войдёт муж. Она уже отрепетировала тот взгляд, с которым встретит его. Он бы виновато улыбнулся, сел на кровать, взял бы её руку в свою, поднёс к губам и пообещал бы, что больше ноги этой подлой Теи не будет в их доме.
Ничего подобного не случилось, дверь не открылась, а из-за неё доносились весёлые мужские голоса и звонкий женский смех.
Сначала они разговаривали тихо и почти не смеялись, не желая тревожить "занемогшую" Грету, но сейчас, когда вино было почти допито, никто уже про неё и не вспоминал.
***
Юкас стоял, прислонившись к каменной стене одного из домов. Из-за угла его было почти не видно, он же легко обозревал почти всю улицу перед казарменными воротами. Он уже несколько часов.
Когда Мойра сказала ему, где Лотта и с кем она водит дружбу, Юкас хлопнул себя по лбу - мог бы и сам догадаться! Ушла доказывать ему, что она чего-то да стоит. Чудесный план, который так и не завершила Тея. Втереться в доверие и действовать в тылу у врагов. Он всегда знал, что девчонка на многое способна, но чтобы её допустили к боевым медведям - такой удачи и предположить не мог.
Терпению Юкаса можно было позавидовать, он был готов провести тут целую вечность ради встречи с Лоттой. Не может же она безвылазно сидеть за этими воротами! Или может? Он ненадолго отлучился и вернулся на свой пост снова. Ему начало казаться, что время тянется бесконечно долго, но сдаваться Юкас не хотел.
Лотта со своим медведем вышла из ворот тогда, когда яркий дневной свет уже начал капитулировать перед вечерней мглой. Увидев её, Юкас был чрезвычайно обрадован, чему даже немного удивился, но не стал сразу привлекать к себе её внимание, наблюдая, выйдет ли за ней кто-то ещё. Никто больше не вышел, ворота гарнизона закрылись, и она пошла по пустеющим улицам города к выходу.
"Она наверняка отправилась гулять с медведем, - подумал Юкас, - лучшей возможности для беседы и придумать нельзя. Лишь бы к ней никто не присоединился по дороге!"
Лотта беззаботно шагала по мостовой. У горожан она и её медведь-недоросль уже ее вызывали такого интереса, как раньше. Все, кому это было интересно, обсудили, что у медвежьего воспитателя появилась помощница, которую навязала ему Джодо. Но теперь, когда прошло время, уже никто не смеялся над девчонкой и её косматым недоразумением. Почти сразу начали расползаться слухи о том, что ученица может превзойти своего учителя. Звери - основная сила армии, а значит, заботу о них абы кому не доверят.
Кивнув стражникам на воротах, Лотта отправилась на луг. Отойдя подальше, она села на траву, согнула ноги в коленях, обхватила их руками, положила на колени подбородок и стала смотреть на заходящее солнце. Медведь её гулял неподалёку, но почуяв приближение человека, рванул к хозяйке. Узнав Юкаса, медведь обрадовался и чуть не сбил его с ног, желая быть обласканным. Юкас охотно потрепал животное, потёрся своим лбом об его, и только потом подсел к Лотте, которая, не проявляя особого интереса, следила за встречей двух старых друзей.
- Как ты? - без приветствия спросил он, устроившись рядом и делая вид, что наслаждается закатом.
- Лучше всех.
- Мне пришлось обойти все бордели в округе, - с тяжёлым вздохом сказал он.
Лотта медленно посмотрела на него и даже открыла рот от негодования, когда поняла, на что он намекает.
- Юкас! - она вскочила и замахнулась было, чтобы ударить его.
- Почему ты злишься? - он встал и готов был увернуться от удара. - Я сделал вывод, что ты отправилась туда, проанализировав нашу последнюю беседу.
- Ты же не серьёзно? - нахмурилась Лотта.
Юкас немного помедлил с ответом, потом засмеялся и ласково сказал:
- Конечно, не серьёзно. То есть, я там был, конечно, но искал не тебя, а совсем другое.
Он замолчал, увидев её знакомое личико, по которому успел соскучиться, раскинул руки, приглашая её обняться. Она замешкалась, но нерешительно приблизилась и обняла его, спросила:
- Джута рядом?
- Не очень далеко, - ответил Юкас и мотнул головой в сторону леса. - Но сейчас не стоит к ней идти, уже темнеет, а нам с тобой о многом нужно поговорить.
- Я скучаю по ней.
Юкас не убирал свою руку с плеча Лотты, говорил ласково, и она, прильнув к его боку, подняла голову, ожидая начала разговора.
- Мы почти закончили копать тоннель, - серьёзно начал он, - расскажи мне очень подробно про медвежьи стойбища. Сколько всего у них медведей, где содержатся беременные самки?
Лотта скинула с себя его руку и часто задышала. Юкас заметил это, улыбнулся уголком своего рта. Затем снял маску и улыбнулся вновь. Лотте нестерпимо захотелось погладить его по обгорелой щеке, и она протянула руку к его лицу. Он наклонился, подставляя ей его и, когда она коснулась его пальцами, накрыл её ладошку своей, прижав к своей бугристой коже.
- Мы обязательно будем вместе, - прошептал ей с чувством, - как только победим их. Мы будем свободны и счастливы, жажда мести больше не будет отравлять моё существование.
Юкас не отпускал её и крепче прижимался щекой к руке Лотты.
- Твоё существование отравляет любовь к выпивке, безразличие к тем, кто желает тебе добра и к самому себе.
Она всё же убрала ладонь от его лица, но ждала, что он ответит.
- Всё это потому, что я чувствовал себя никчёмным, не способным совершить возмездие за то, что не стало моей семьи. Все эти годы я жил мыслями о мести и не мог думать ни о чём другом!
Лотта слушала, готовая поверить.
- Теперь, когда успех так близко, я хочу извиниться перед тобой! Всё это время, с момента, когда ты ушла, я думал о том, как обидел тебя.
Юкас встал на колени и протянул руки к Лотте. Она вложила в них свои. Юкас поднёс её руки к своему рту и прижался тем, что осталось от его губ.
- Ты расскажешь мне про их медведей? - тихо спросил он.
Она колебалась. Он это видел.
- Я не хочу терять тебя, Лотта! - пылко крикнул он, обнял её за ноги и прижался лицом к её животу.
Он почувствовал, как часто она задышала, обняла его голову, и улыбнулся, поняв, что сейчас девочка выложит ему всё. Так оно и случилось. Лотта, всем сердцем любящая медведей и не желающая им зла, сделала выбор в пользу человека.
Получив нужную ему информацию, Юкас прощался с Лоттой, обещая:
- Мы очень скоро будем вместе, моя прекрасная Лотта! После того, как свергнем их проклятое иго.
Окрыленная его словами, Лотта прощаться не хотела.
- Когда ты приедешь ко мне снова? - с надеждой спросила она.
- Очень скоро, - он нежно погладил её по голове, - буду считать минуты до нашей встречи!
- И я, - грустно улыбнулась она.
Она смотрела ему вслед, пока тот удалялся, оборачиваясь несколько раз и махая ей рукой. Только когда он скрылся за деревьями, Лотта позвала медведя и повернула назад к городу.
***
- Я подлая тварь, детка, - сказал Юкас Джуте, когда добрался до того места, где её оставил.
Он был уже не таким весёлым, и настроение его заметно ухудшилось.
- Но если бы я не слукавил, она бы ничего мне не сказала. А ведь то, что она сообщила, в корне меняет дело. Нам предстоит ещё много работы.
***
Грета так и не объяснилась с мужем. Она терзалась ревностью, металась из крайности в крайность - то избегала встреч с Теей, то, напротив, стремясь держать её ближе к себе, почти всё время проводила с ней. Тея не понимала, что происходит с подругой, но, не желая обижать Грету, подстраивалась под её настроение.
Одним вечером Грета ждала мужа к ужину. Стол был накрыт, Ирай давно был дома и сидел над географическими картами, что-то рассчитывая и помечая. Маран задерживался.
- Где отец? - резко спросила Грета у сына, заставляя его отвлечься.
- Он был с солдатами на тренировочной площадке почти весь день вместе с Джодо, - ответил Ирай.
- Где он сейчас?
- Откуда я знаю, мама? - отмахнулся Ирай. - Может, у Джодо и Теи?
Грета вспыхнула и, наскоро одевшись, выбежала из дома. Она направлялась к жилищу старого друга. Джодо был один и заканчивал накрывать стол для трапезы. Судя по количеству приборов, ужин был рассчитан на двоих.
- Где Тея? - подавляя желание разметать тут всё, поинтересовалась Грета.
- Вышла к соседке за солью.
- Какой замечательный предлог! - усмехнулась Грета. - Ничего умнее не могла придумать?
- Соль и правда закончилась, - доброжелательно сказал Джодо и показал Грете солонку с остатками белых кристаллов. - Её нет уже довольно давно, пора бы этим болтушкам наговориться.
Разозлённая Грета покинула их дом, оставив входную дверь распахнутой. Джодо выглянул на улицу, задумчиво проводил взглядом Грету, огляделся по сторонам, закрыл дверь и вернулся в кухню, ожидая возвращение любимой.
Добежав до ворот гарнизона, Грета стала бить в них ногами, требуя, чтобы её немедленно впустили. Когда ворота открылись, она проскользнула внутрь, ничего не объясняя постовым. Жену вождя тут хорошо знали, и никто не препятствовал её передвижению по территории казарм, однако один из солдат счёл своим долгом крикнуть:
- Ирая тут нет!
Чуть помолчав, добавил:
- И главного тоже!
"Ещё и выгораживают его!" - подумала Грета и ускорила шаг.
Забежав в зал для собраний, в центре которого находился большой стол, окружённый стульями с высокими спинками, она убедилась, что там пусто. Затем она обошла тренировочную площадку, заглянула в помещения, где хранился инвентарь для обучения солдат. Там тоже никого не было. Решительно вошла она в жилые казармы для солдат. Постовой, нёсший вахту на входе, выпрямился, увидев её и приветственно кивнул, не проронив ни слова.
Она вошла в большую длинную комнату, заставленную кроватями. На кроватях сидели и лежали сильные мужчины, по большей части ещё совсем юноши, которые обучались и жили тут же. Они занимались своими делами: общались между собой, играли во что-то азартное, расчёсывали и заплетали волосы, читали, взбивали подушки.
Многие из них были раздеты по пояс, кто-то был в одном белье. Грета пробежалась взглядом по молодым сильным телам. В другой ситуации, возможно, она задержалась бы тут немного дольше, но сейчас ей было не до любования прекрасными солдатами. Она надеялась, что найдёт мужа тут, но испытала разочарование - его тут не было.
Она обошла весь гарнизон и уже собиралась идти домой, когда до её слуха донёсся страстный стон, который быстро оборвался.
"Не ходи туда!" - сказала она себе, поняв, что звук доносится из кладовой с продуктами.
"Какой позор! Ты - великий завоеватель, гордый, властный, непоколебимый, эталон настоящего мужчины, изменяешь жене с женщиной лучшего друга на мешке с капустой!"
Из глаз Греты потекли слёзы, она развернулась, чтобы уйти, но снова услышала страстные вздохи.
"Если я зайду туда, уже не получится сделать вид, что я ничего не знаю".
Она уговаривала себя уйти, но всё же приближалась к кладовой, а когда открыла дверь и вошла внутрь, увидела то, что и ожидала - двух людей, которые наслаждались друг другом. В помещении было темно, но она их узнала. Слёзы её моментально высохли, а душа наполнилась такой злостью, которую Грета, кажется, вообще никогда не испытывала. Она даже подумала о том, что лучше бы уличила в измене мужа, чем ту, на которой так страстно хочет жениться её сын.
По дороге домой, которую Грета проделала чуть ли не бегом, она подбирала слова, какими расскажет о том, что увидела. Промолчать об этом не приходило ей в голову. Она неплохо относилась к Адель, а Ригана любила почти так же сильно, как Ирая, но такого надругательства над чувствами сына она терпеть не желала.
Дома она обнаружила мужа, который, не дождавшись супруги, ужинал в гордом одиночестве. Грета села рядом с Мараном и бездумно отправила в рот кусок сыра. Маран скосил глаза, наблюдая за женой, и сказал:
- Не так уж сильно я задержался, чтобы так переживать.
- С чего ты взял, что я переживала?
- Ирай мне сказал, что ты была озабочена моим отсутствием.
Грета встала со стула и направилась в комнату сына. Не постучавшись, она открыла дверь и вошла внутрь.
Ирай стоял у зеркала, раздетый по пояс и умывался, склонившись над тазом с водой. Его длинные его волосы были собраны в хвост и перехвачены по всей его длине несколькими тонкими кожаными ремешками. Волосы лежали на спине, между лопаток. Юное тело было натренированным и сильным. В мерцающем свете свечей он казался особенно красивым.
