— Ого, вот уж не думал, что и за океаном смогу выпить настоящего английского чаю, — удивленно сказал он, вполоборота поворачиваясь к официанту.
— В нашей стране чай действительно не очень популярен, — ответил тот. — Но хозяин ресторана, мистер Макалистер, родом с Британских островов. Он очень уважает этот напиток и считает, что если кто-то из наших клиентов вдруг захочет его выпить, то он должен насладиться вкусом настоящего чая, а не какой-нибудь бурдой из пакетика.
— Очень приятно. Передайте мистеру Макалистеру от меня благодарность.
— Рад, что вам понравилось. Непременно передам, — ответил официант, и, подождав несколько секунд, вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.
— Итак, давайте продолжим, — сказал Макс через полминуты, отрезая кусок от своего буррито. — Не сохранилось ли у вас образцов тканей или хотя бы личных вещей погибшего?
— Вроде бы нет, — задумавшись на пару мгновений, произнес Дэн. — Насколько я знаю, его похоронили в той же одежде, в которой и нашли. А образцы тканей никто даже и не подумал сохранить.
— Мне кажется, что кое-что все-таки осталось, — впервые за время разговора подал голос детектив Марко Мендоза. — Я заезжал на днях к коронеру по рабочим вопросам и случайно заметил у него на полке советские часы. Если я верно помню, точно такие же были в тот день на погибшем. Они, кажется, были подарком мистеру Снауту от коронера, и тот, видать, решил их сохранить.
— А вот это уже хорошо, — отозвался Макс. — Мне необходимо будет исследовать эти часы — возможно, это сможет пролить хоть немного ясности на существо, с которым мы имеем дело.
— Можете съездить к коронеру прямо сегодня, — сказал Дэн. — Он начинает работу в городском морге в будние дни с десяти утра, так что найти его будет несложно
— Хорошо. Пожалуй, этим мы займемся в первую очередь. После того, как я разберусь с часами, имеет смысл съездить на то место, где вы нашли труп. Конечно же, за два с лишним месяца, которые прошли с момента его смерти, следов там уже никаких не осталось, но вдруг мне повезет и я смогу уловить там какой-нибудь остаточный магический фон, — задумчиво сказал Макс, черкая что-то в своем блокноте.
— Может быть, эксгумируем тело? — предположил Марко. — Оформить бумаги на эксгумацию будет непросто, но, я думаю, что мы сможем это сделать самое большее за неделю.
— Не имеет смысла, — ответил Макс. — Никакого. После погребения тело буквально за пару дней становится непригодным практически для любого магического исследования. Земля высасывает всю энергетику, — пояснил он в ответ на вопросительные взгляды полицейских. — Копаться же в начавшем уже гнить трупе мне не слишком интересно. Если бы на нем были какие-либо специфические раны или повреждения, позволяющие определить напавшее на него существо — коронер бы их не пропустил. А если в материалах дела об этом ничего не сказано — то и я там вряд ли что-то найду. Ладно, с первой жертвой, в принципе, пока понятно. Что там со второй?
— Элис Пратт, двадцать лет. Не замужем, детей нет, — отозвался Дэн. — Работала продавцом в магазинчике своего отца. В тот злополучный вечер пошла на прогулку к озеру. Их дом находится в нескольких кварталах от берега, поэтому она любила там бывать почти каждый день. Ушла она около семи часов вечера, а в девять ее спохватились родители. Прогулка у нее занимала обычно около часа, и она никогда не задерживалась. Поэтому они забеспокоились и пошли ее искать. Нашли в камышах, футах в трехстах от старого пирса, с которого горожане любят ловить рыбу. Полицию вызвали сразу же, с ближайшего таксофона, но сделать мы уже ничего не могли.
— Кто осматривал место происшествия? — спросил Макс.
— Я, — ответил Марко. — Я и Дженасса Фарли, одна из самых молодых наших офицеров. Бедная девочка — увидеть такое в первые же дни службы, — вздохнул он, немного поерзав на стуле. Спрашивайте, сэр. Постараюсь рассказать все, что знаю
— Хорошо. Я рад, что все подробности можно будет узнать из первых уст, — довольным голосом произнес Макс. — В таких условиях наиболее ценны показания непосредственных очевидцев. Итак, для начала о следах. Не заметили ли вы каких-нибудь следов возле того места, где нашли тело?
— Сложный вопрос, — задумчиво сказал полицейский, отпивая глоток кофе из своего стакана. — Родители погибшей позвали на помощь целую ватагу родственников, и те, естественно, затоптали все, что только можно было затоптать, пока прочесывали окрестности.
— И что, совсем ничего не удалось обнаружить?
— Единственным, что привлекло мое внимание, были необычные следы босых ног. Человек с такими ногами должен носить обувь не меньше, чем четырнадцатого размера. Вот, взгляните-ка, — произнес Марко, доставая из лежащей на столе папки пару фотографий и передавая их Максу.
— О, а вот и первые материальные свидетельства существования нашего чудовища, — сказал Макс, чуть взглянув на фотографии. — Обратите внимание на необычно вдавленные следы от пальцев. Или этот неряха не стриг ногтей на ногах уже как минимум несколько лет, или это не совсем человек. Еще следует отметить неестественный угол поворота стопы. Человек так не ходит.
— Действительно… А я как-то не обратил на это внимания, — сказал слегка удивленным голосом Марко, внимательно разглядывая возвращенные ему Максом фотографии.
— Вы знаете, кто может иметь такие ноги? — присоединился к разговору Дэн, который уже разделался со своими пончиками и теперь просто сидел и слушал, что говорит его подчиненный.
— Знаю, — ответил Макс. — Но это знание нам ничем не поможет, — вздохнул он, приложился к своей чашке и продолжил: — Человеческую стопу — ну, или похожую на человеческую, могут иметь десятки различных видов существ. Во-первых, самое банальное, — гули. Гули и производные от них. Стопы у них, правда, обычно вывернуты в другую сторону — но именно что обычно. Эти существа никогда не были образцом здорового телосложения, и неправильный угол поворота стопы у них, в принципе, встречается. Сюда же можно отнести и большинство видов карги. Хотя, наверное, я бы даже сказал, что все виды — кроме озерной, морской и болотной: у этих на ногах есть перепонки. Также этот след может принадлежать чуть ли не любому из видов высших вампиров, а еще топляку, неккухе, молодому вендиго и еще множеству других чудовищ.
— Ого! Сколько, оказывается, всякой пакости на земле живет, — удивленным голосом воскликнул Марко. — А мы тут из чудовищ только гуля видели один раз да еще озерную каргу. Ах да, ну и гарпии еще залетают, но мы их даже за дичь не считаем — мясо жутко падалью смердит, а перья обработать нужно уметь, если хочешь что-то из них смастерить.
— Ну, теперь знаете, к кому обратиться, если вдруг еще что вылезет, — усмехнулся Макс. — Насколько далеко от воды лежало тело? — спросил он, принявшись что-то чертить в блокноте.
— Футов десять-пятнадцать, — слегка задумавшись, ответил Марко. — Озеро тогда было неспокойным, точно замерить не получилось.
— Место, на котором лежал труп, подтапливается водой?
— Да, постоянно. В тот день вода до него не доставала, но когда на озере шторм, волны заливают то место полностью.
— Очень жаль, — сказал Макс. — Мы могли бы кое-что узнать, осмотрев место, где нашли тело. Но, к сожалению, не в этот раз. Вода смывает все следы — и физические, и магические. Там мы ничего не найдем, — вздохнул он, отправляя в рот очередной кусок буррито.
Через несколько минут в комнате раздался громкий писк. Извинившись, Дэн встал из-за стола и вытащил из кармана своей куртки довольно массивную черную рацию с длинной антенной. Он нажал пару кнопок, и оттуда донесся хриплый мужской голос, перемежаемый радиопомехами.
— Кондор-четыре вызывает Орлана. Орлан, ответьте. Как слышно?
— Орлан на связи. Слушаю вас, Кондор-четыре, — ответил Дэн, зажав кнопку на рации.
— Код сто восемьдесят семь-девятнадцать-три. Повторяю: код сто восемьдесят семь-девятнадцать-три.
— Десять-четыре, код принят. Десять-двадцать, назовите ваше местоположение.
— Сто пятнадцать, Грант-драйв. Заброшенная промзона. Ориентир — старая водонапорная башня. Дженасса вас встретит прямо под ней.
— Десять-четыре. Скоро будем на месте. Отбой.
— Проблемы? — спросил Макс, накалывая на вилку последний кусок буррито.
— Нашли труп пропавшего ребенка. Его тоже убило чудовище, — слегка изменившись в голосе, ответил Дэн.
— Тогда не будем терять времени, — произнес Макс, вставая из-за стола и накидывая плащ на плечи.
На территории старой заброшенной промзоны было пусто — только холодный осенний ветер носил между строениями старые газеты, пакеты из-под какой-то еды и прочий мусор. Возле длинного разрушающегося здания с высокими окнами из стеклоблоков, большая часть которых была уже давно разбита, вплотную стояла странного вида металлическая конструкция — вся сплошь проржавевшая и очень хлипкая на вид. Очередной, особенно сильный порыв ветра заставил конструкцию громко заскрипеть, а небольшая площадка с перилами, расположенная на самом ее верху, немного накренилась.
Из-за одной из опор конструкции опасливо высунул свою острую мордочку опоссум. Он дернул носом, втягивая воздух, и негромко пискнул. Сидевшая на одной из труб конструкции ворона громко и протяжно каркнула. Опоссум пискнул еще раз и засеменил через двор по направлению к старой водонапорной башне, под которой стояла молодая девушка в полицейской форме и напряженно озиралась по сторонам, держа руку на кобуре с пистолетом, висевшей у нее на боку.
Увидев краем глаза какое-то движение, она дернулась, отпрянула на несколько футов назад и начала судорожно пытаться расстегнуть кобуру с пистолетом, но через мгновение разглядела спокойно бегущего по своим делам зверька. Она шумно выдохнула, утерла рукавом куртки со лба выступившую испарину и застегнула обратно лямку, которая держала оружие в кобуре.
Где-то вдалеке послышалось завывание полицейской сирены. Еще минута, и на территорию въехали две машины — полицейский Ford «Crown Victoria» в черно-белой раскраске с круглой сиреной наверху и черный Pontiac Bonneville.
Увидев подъезжающие машины, опоссум ускорил свой бег и юркнул куда-то в заросли сухой травы, обильно покрывавшие землю вокруг водонапорной башни. Ворона, до того спокойно наблюдавшая за всем происходящим, каркнула снова, расправила крылья и снялась со своего насеста. Она заложила круг над двором, огласив округу своим пронзительным голосом еще несколько раз, и полетела куда-то в сторону леса, верхушки деревьев которого виднелись сразу за забором в глубине территории промзоны.
Обе машины остановились около водонапорной башни, и сирена на полицейском автомобиле затихла. Стоявшая под башней девушка с заметной радостью на лице направилась в сторону новоприбывших. Из полицейской машины выбрался Дэн, оценив обстановку внимательным взглядом и держа руку на рукояти висящего у него на поясе пистолета. Подойдя к полицейскому, девушка остановилась, вытянулась по струнке и поприветствовала его немного дрожащим голосом:
— Здравствуйте, мистер Вилсон!
— Здравствуйте, офицер Фарли. Не волнуйтесь, подкрепление уже прибыло, — проговорил он ободряюще, увидев, в каком состоянии та находится.
Тем временем из второй машины, остановившейся чуть поодаль, выбрались Макс и Марко.
— Привет, Марко! — Фарли поздоровалась со вторым полицейским, подошедшим к ним. — Здравствуйте, сэр, — произнесла она немного неуверенно, заметив стоящего рядом с Марко мужчину без полицейской формы.
— Макс Вербери, — отрекомендовался тот, заметив ее замешательство. — Охотник на чудовищ. Меня пригласил ваш мэр, мистер Нортон, и я буду помогать вам с решением этой проблемы.
— Рада знакомству, сэр. Я — Дженасса Фарли, офицер полиции Спринг-Харбора, — ответила она уже чуть более спокойно.
— Итак, если все уже успели обменяться любезностями, то Дженасса отведет нас на место, — сказал Дэн, переводя взгляд на нее. — Машина сможет там проехать?
— Не до самого места, — ответила та. Мы поставили наш крузер за углом вон того здания, — она махнула рукой в сторону полуразрушенного заводского цеха. — Дальше там не проехать, дорога сильно разбита.
— Ладно. Тогда давайте остальные машины оставим там же, а дальше пойдем пешком, — ответил Дэн, возвращаясь в машину. — Мисс Фарли, садитесь ко мне, — бросил он девушке, захлопывая за собой дверь.
Все присутствующие погрузились обратно в машины и двинулись в указанном направлении, провожаемые внимательным взглядом черных глаз-бусинок, принадлежавших снова выглянувшему из зарослей травы опоссуму.
За углом здания, примерно в трехстах футах, на небольшой площадке стоял еще один полицейский крузер. За ним начиналась довольно узкая грунтовая дорога, которая действительно была в весьма печальном состоянии. Судя по всему, когда-то давно она была асфальтированной и однажды на ней захотели обновить покрытие, но дальше снятия старого асфальта дело не зашло.
Сейчас эта дорога была покрыта глубокими рытвинами и буграми — проехать по ней, не беспокоясь за подвеску машины, можно было только на высоком внедорожнике.
Так как любой из трех седанов, бывших у них в распоряжении, сразу же сел бы там на брюхо, они запарковали свои машины возле стоявшего на площадке полицейского крузера и направились по грунтовке вглубь территории, прихватив пару сумок из багажника автомобиля Дэна.
Поплутав около пяти минут по заброшенной территории бывшего завода, Макс с полицейскими подошли к внушительных размеров зданию, бывшему ранее чем-то вроде склада, о чем свидетельствовали расположенные на всем его протяжении доки для загрузки грузовиков.
Почти все доки были закрыты глухими роллетными воротами, и лишь в одном из них ворота были выломаны какими-то вандалами — их покореженные части валялись вокруг на земле, а открытый проем зиял чернотой. Дженасса направилась к ним, ухватилась за висящую на стене ржавую трубу и ловко запрыгнула на высоту около пяти футов. Оттуда она подала руку Марко, помогая тому забраться. Дэн отказался от ее помощи и залез сам, подтянувшись на той же трубе.
На улице остался только Макс. Дэн протянул руку, предлагая ему помощь, но тот остановил его жестом, тряхнул несколько раз руками, будто стряхивая с них воду, пощелкал пальцами и произнес негромким голосом: «Нгрихэ нё аёр». Спустя пару секунд его туфли засветились белым, слегка голубоватым светом, и он начал медленно подниматься в воздух, расставив руки в разные стороны и балансируя ими. Наклонившись чуть вперед, Макс влетел в док, после чего еще раз щелкнул пальцами и плавно опустился на пол между расступившихся полицейских.
— Вау! Круто, я тоже так хочу! — обалдевшим голосом сказала Дженасса, широко распахнув глаза от удивления.
— Если хотите, то можем встретиться с вами как-нибудь вечером, и я протестирую вас на предмет возможного наличия спящего дара, — ответил Макс.
— Вы серьезно? — все так же удивленно спросила она.
— Абсолютно. По факту наличие дара у вас маловероятно — у большинства его обладателей первые проявления случаются уже в детстве — лет с пяти, а то и с четырех. Но случаются и исключения. Я и сам открыл в себе дар уже после тридцати. Так что все возможно, — подмигнул он ей.
— В нашей стране чай действительно не очень популярен, — ответил тот. — Но хозяин ресторана, мистер Макалистер, родом с Британских островов. Он очень уважает этот напиток и считает, что если кто-то из наших клиентов вдруг захочет его выпить, то он должен насладиться вкусом настоящего чая, а не какой-нибудь бурдой из пакетика.
— Очень приятно. Передайте мистеру Макалистеру от меня благодарность.
— Рад, что вам понравилось. Непременно передам, — ответил официант, и, подождав несколько секунд, вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.
— Итак, давайте продолжим, — сказал Макс через полминуты, отрезая кусок от своего буррито. — Не сохранилось ли у вас образцов тканей или хотя бы личных вещей погибшего?
— Вроде бы нет, — задумавшись на пару мгновений, произнес Дэн. — Насколько я знаю, его похоронили в той же одежде, в которой и нашли. А образцы тканей никто даже и не подумал сохранить.
— Мне кажется, что кое-что все-таки осталось, — впервые за время разговора подал голос детектив Марко Мендоза. — Я заезжал на днях к коронеру по рабочим вопросам и случайно заметил у него на полке советские часы. Если я верно помню, точно такие же были в тот день на погибшем. Они, кажется, были подарком мистеру Снауту от коронера, и тот, видать, решил их сохранить.
— А вот это уже хорошо, — отозвался Макс. — Мне необходимо будет исследовать эти часы — возможно, это сможет пролить хоть немного ясности на существо, с которым мы имеем дело.
— Можете съездить к коронеру прямо сегодня, — сказал Дэн. — Он начинает работу в городском морге в будние дни с десяти утра, так что найти его будет несложно
— Хорошо. Пожалуй, этим мы займемся в первую очередь. После того, как я разберусь с часами, имеет смысл съездить на то место, где вы нашли труп. Конечно же, за два с лишним месяца, которые прошли с момента его смерти, следов там уже никаких не осталось, но вдруг мне повезет и я смогу уловить там какой-нибудь остаточный магический фон, — задумчиво сказал Макс, черкая что-то в своем блокноте.
— Может быть, эксгумируем тело? — предположил Марко. — Оформить бумаги на эксгумацию будет непросто, но, я думаю, что мы сможем это сделать самое большее за неделю.
— Не имеет смысла, — ответил Макс. — Никакого. После погребения тело буквально за пару дней становится непригодным практически для любого магического исследования. Земля высасывает всю энергетику, — пояснил он в ответ на вопросительные взгляды полицейских. — Копаться же в начавшем уже гнить трупе мне не слишком интересно. Если бы на нем были какие-либо специфические раны или повреждения, позволяющие определить напавшее на него существо — коронер бы их не пропустил. А если в материалах дела об этом ничего не сказано — то и я там вряд ли что-то найду. Ладно, с первой жертвой, в принципе, пока понятно. Что там со второй?
— Элис Пратт, двадцать лет. Не замужем, детей нет, — отозвался Дэн. — Работала продавцом в магазинчике своего отца. В тот злополучный вечер пошла на прогулку к озеру. Их дом находится в нескольких кварталах от берега, поэтому она любила там бывать почти каждый день. Ушла она около семи часов вечера, а в девять ее спохватились родители. Прогулка у нее занимала обычно около часа, и она никогда не задерживалась. Поэтому они забеспокоились и пошли ее искать. Нашли в камышах, футах в трехстах от старого пирса, с которого горожане любят ловить рыбу. Полицию вызвали сразу же, с ближайшего таксофона, но сделать мы уже ничего не могли.
— Кто осматривал место происшествия? — спросил Макс.
— Я, — ответил Марко. — Я и Дженасса Фарли, одна из самых молодых наших офицеров. Бедная девочка — увидеть такое в первые же дни службы, — вздохнул он, немного поерзав на стуле. Спрашивайте, сэр. Постараюсь рассказать все, что знаю
— Хорошо. Я рад, что все подробности можно будет узнать из первых уст, — довольным голосом произнес Макс. — В таких условиях наиболее ценны показания непосредственных очевидцев. Итак, для начала о следах. Не заметили ли вы каких-нибудь следов возле того места, где нашли тело?
— Сложный вопрос, — задумчиво сказал полицейский, отпивая глоток кофе из своего стакана. — Родители погибшей позвали на помощь целую ватагу родственников, и те, естественно, затоптали все, что только можно было затоптать, пока прочесывали окрестности.
— И что, совсем ничего не удалось обнаружить?
— Единственным, что привлекло мое внимание, были необычные следы босых ног. Человек с такими ногами должен носить обувь не меньше, чем четырнадцатого размера. Вот, взгляните-ка, — произнес Марко, доставая из лежащей на столе папки пару фотографий и передавая их Максу.
— О, а вот и первые материальные свидетельства существования нашего чудовища, — сказал Макс, чуть взглянув на фотографии. — Обратите внимание на необычно вдавленные следы от пальцев. Или этот неряха не стриг ногтей на ногах уже как минимум несколько лет, или это не совсем человек. Еще следует отметить неестественный угол поворота стопы. Человек так не ходит.
— Действительно… А я как-то не обратил на это внимания, — сказал слегка удивленным голосом Марко, внимательно разглядывая возвращенные ему Максом фотографии.
— Вы знаете, кто может иметь такие ноги? — присоединился к разговору Дэн, который уже разделался со своими пончиками и теперь просто сидел и слушал, что говорит его подчиненный.
— Знаю, — ответил Макс. — Но это знание нам ничем не поможет, — вздохнул он, приложился к своей чашке и продолжил: — Человеческую стопу — ну, или похожую на человеческую, могут иметь десятки различных видов существ. Во-первых, самое банальное, — гули. Гули и производные от них. Стопы у них, правда, обычно вывернуты в другую сторону — но именно что обычно. Эти существа никогда не были образцом здорового телосложения, и неправильный угол поворота стопы у них, в принципе, встречается. Сюда же можно отнести и большинство видов карги. Хотя, наверное, я бы даже сказал, что все виды — кроме озерной, морской и болотной: у этих на ногах есть перепонки. Также этот след может принадлежать чуть ли не любому из видов высших вампиров, а еще топляку, неккухе, молодому вендиго и еще множеству других чудовищ.
— Ого! Сколько, оказывается, всякой пакости на земле живет, — удивленным голосом воскликнул Марко. — А мы тут из чудовищ только гуля видели один раз да еще озерную каргу. Ах да, ну и гарпии еще залетают, но мы их даже за дичь не считаем — мясо жутко падалью смердит, а перья обработать нужно уметь, если хочешь что-то из них смастерить.
— Ну, теперь знаете, к кому обратиться, если вдруг еще что вылезет, — усмехнулся Макс. — Насколько далеко от воды лежало тело? — спросил он, принявшись что-то чертить в блокноте.
— Футов десять-пятнадцать, — слегка задумавшись, ответил Марко. — Озеро тогда было неспокойным, точно замерить не получилось.
— Место, на котором лежал труп, подтапливается водой?
— Да, постоянно. В тот день вода до него не доставала, но когда на озере шторм, волны заливают то место полностью.
— Очень жаль, — сказал Макс. — Мы могли бы кое-что узнать, осмотрев место, где нашли тело. Но, к сожалению, не в этот раз. Вода смывает все следы — и физические, и магические. Там мы ничего не найдем, — вздохнул он, отправляя в рот очередной кусок буррито.
Через несколько минут в комнате раздался громкий писк. Извинившись, Дэн встал из-за стола и вытащил из кармана своей куртки довольно массивную черную рацию с длинной антенной. Он нажал пару кнопок, и оттуда донесся хриплый мужской голос, перемежаемый радиопомехами.
— Кондор-четыре вызывает Орлана. Орлан, ответьте. Как слышно?
— Орлан на связи. Слушаю вас, Кондор-четыре, — ответил Дэн, зажав кнопку на рации.
— Код сто восемьдесят семь-девятнадцать-три. Повторяю: код сто восемьдесят семь-девятнадцать-три.
— Десять-четыре, код принят. Десять-двадцать, назовите ваше местоположение.
— Сто пятнадцать, Грант-драйв. Заброшенная промзона. Ориентир — старая водонапорная башня. Дженасса вас встретит прямо под ней.
— Десять-четыре. Скоро будем на месте. Отбой.
— Проблемы? — спросил Макс, накалывая на вилку последний кусок буррито.
— Нашли труп пропавшего ребенка. Его тоже убило чудовище, — слегка изменившись в голосе, ответил Дэн.
— Тогда не будем терять времени, — произнес Макс, вставая из-за стола и накидывая плащ на плечи.
Глава 6. Новая жертва
На территории старой заброшенной промзоны было пусто — только холодный осенний ветер носил между строениями старые газеты, пакеты из-под какой-то еды и прочий мусор. Возле длинного разрушающегося здания с высокими окнами из стеклоблоков, большая часть которых была уже давно разбита, вплотную стояла странного вида металлическая конструкция — вся сплошь проржавевшая и очень хлипкая на вид. Очередной, особенно сильный порыв ветра заставил конструкцию громко заскрипеть, а небольшая площадка с перилами, расположенная на самом ее верху, немного накренилась.
Из-за одной из опор конструкции опасливо высунул свою острую мордочку опоссум. Он дернул носом, втягивая воздух, и негромко пискнул. Сидевшая на одной из труб конструкции ворона громко и протяжно каркнула. Опоссум пискнул еще раз и засеменил через двор по направлению к старой водонапорной башне, под которой стояла молодая девушка в полицейской форме и напряженно озиралась по сторонам, держа руку на кобуре с пистолетом, висевшей у нее на боку.
Увидев краем глаза какое-то движение, она дернулась, отпрянула на несколько футов назад и начала судорожно пытаться расстегнуть кобуру с пистолетом, но через мгновение разглядела спокойно бегущего по своим делам зверька. Она шумно выдохнула, утерла рукавом куртки со лба выступившую испарину и застегнула обратно лямку, которая держала оружие в кобуре.
Где-то вдалеке послышалось завывание полицейской сирены. Еще минута, и на территорию въехали две машины — полицейский Ford «Crown Victoria» в черно-белой раскраске с круглой сиреной наверху и черный Pontiac Bonneville.
Увидев подъезжающие машины, опоссум ускорил свой бег и юркнул куда-то в заросли сухой травы, обильно покрывавшие землю вокруг водонапорной башни. Ворона, до того спокойно наблюдавшая за всем происходящим, каркнула снова, расправила крылья и снялась со своего насеста. Она заложила круг над двором, огласив округу своим пронзительным голосом еще несколько раз, и полетела куда-то в сторону леса, верхушки деревьев которого виднелись сразу за забором в глубине территории промзоны.
Обе машины остановились около водонапорной башни, и сирена на полицейском автомобиле затихла. Стоявшая под башней девушка с заметной радостью на лице направилась в сторону новоприбывших. Из полицейской машины выбрался Дэн, оценив обстановку внимательным взглядом и держа руку на рукояти висящего у него на поясе пистолета. Подойдя к полицейскому, девушка остановилась, вытянулась по струнке и поприветствовала его немного дрожащим голосом:
— Здравствуйте, мистер Вилсон!
— Здравствуйте, офицер Фарли. Не волнуйтесь, подкрепление уже прибыло, — проговорил он ободряюще, увидев, в каком состоянии та находится.
Тем временем из второй машины, остановившейся чуть поодаль, выбрались Макс и Марко.
— Привет, Марко! — Фарли поздоровалась со вторым полицейским, подошедшим к ним. — Здравствуйте, сэр, — произнесла она немного неуверенно, заметив стоящего рядом с Марко мужчину без полицейской формы.
— Макс Вербери, — отрекомендовался тот, заметив ее замешательство. — Охотник на чудовищ. Меня пригласил ваш мэр, мистер Нортон, и я буду помогать вам с решением этой проблемы.
— Рада знакомству, сэр. Я — Дженасса Фарли, офицер полиции Спринг-Харбора, — ответила она уже чуть более спокойно.
— Итак, если все уже успели обменяться любезностями, то Дженасса отведет нас на место, — сказал Дэн, переводя взгляд на нее. — Машина сможет там проехать?
— Не до самого места, — ответила та. Мы поставили наш крузер за углом вон того здания, — она махнула рукой в сторону полуразрушенного заводского цеха. — Дальше там не проехать, дорога сильно разбита.
— Ладно. Тогда давайте остальные машины оставим там же, а дальше пойдем пешком, — ответил Дэн, возвращаясь в машину. — Мисс Фарли, садитесь ко мне, — бросил он девушке, захлопывая за собой дверь.
Все присутствующие погрузились обратно в машины и двинулись в указанном направлении, провожаемые внимательным взглядом черных глаз-бусинок, принадлежавших снова выглянувшему из зарослей травы опоссуму.
За углом здания, примерно в трехстах футах, на небольшой площадке стоял еще один полицейский крузер. За ним начиналась довольно узкая грунтовая дорога, которая действительно была в весьма печальном состоянии. Судя по всему, когда-то давно она была асфальтированной и однажды на ней захотели обновить покрытие, но дальше снятия старого асфальта дело не зашло.
Сейчас эта дорога была покрыта глубокими рытвинами и буграми — проехать по ней, не беспокоясь за подвеску машины, можно было только на высоком внедорожнике.
Так как любой из трех седанов, бывших у них в распоряжении, сразу же сел бы там на брюхо, они запарковали свои машины возле стоявшего на площадке полицейского крузера и направились по грунтовке вглубь территории, прихватив пару сумок из багажника автомобиля Дэна.
Поплутав около пяти минут по заброшенной территории бывшего завода, Макс с полицейскими подошли к внушительных размеров зданию, бывшему ранее чем-то вроде склада, о чем свидетельствовали расположенные на всем его протяжении доки для загрузки грузовиков.
Почти все доки были закрыты глухими роллетными воротами, и лишь в одном из них ворота были выломаны какими-то вандалами — их покореженные части валялись вокруг на земле, а открытый проем зиял чернотой. Дженасса направилась к ним, ухватилась за висящую на стене ржавую трубу и ловко запрыгнула на высоту около пяти футов. Оттуда она подала руку Марко, помогая тому забраться. Дэн отказался от ее помощи и залез сам, подтянувшись на той же трубе.
На улице остался только Макс. Дэн протянул руку, предлагая ему помощь, но тот остановил его жестом, тряхнул несколько раз руками, будто стряхивая с них воду, пощелкал пальцами и произнес негромким голосом: «Нгрихэ нё аёр». Спустя пару секунд его туфли засветились белым, слегка голубоватым светом, и он начал медленно подниматься в воздух, расставив руки в разные стороны и балансируя ими. Наклонившись чуть вперед, Макс влетел в док, после чего еще раз щелкнул пальцами и плавно опустился на пол между расступившихся полицейских.
— Вау! Круто, я тоже так хочу! — обалдевшим голосом сказала Дженасса, широко распахнув глаза от удивления.
— Если хотите, то можем встретиться с вами как-нибудь вечером, и я протестирую вас на предмет возможного наличия спящего дара, — ответил Макс.
— Вы серьезно? — все так же удивленно спросила она.
— Абсолютно. По факту наличие дара у вас маловероятно — у большинства его обладателей первые проявления случаются уже в детстве — лет с пяти, а то и с четырех. Но случаются и исключения. Я и сам открыл в себе дар уже после тридцати. Так что все возможно, — подмигнул он ей.
