- Я знаю все твои штучки, ведьма. Веревка заговорена от проклятого колдовства.
- Какими-то колдуньями из числа тех, кого еще не успели проклясть? – ядовито поинтересовалась Фогаль, не открывая глаз.
- Полегче, Миклош, у этой девчонки острые зубки, - рассмеялся смутно-знакомый голос.
- Как у всякой змеюки.
Щурясь от непривычно яркого света, Фогаль посмотрела на стоящих над ней мужчин.
- А-а, господин Джавиль. Нашли себе нового друга? Отлично выглядите.
Спутник загадочного Джавиля – на это раз смуглый тщедушный человечек неопределенного возраста, обладатель душераздирающей жидкой бородки – смотрел на нее враждебно и со страхом. С некоторым удивлением Фогаль поняла, что он боится ее колдовских сил. Ну, не так уж они были велики. Фогаль, по правде говоря, впервые столкнулась с тем, что хоть кто-то считает ее опасной. Или полезной. Странное было ощущение, и не сказать, чтобы приятное. Впрочем, большее неудобство составляло то, что ведьма была связана так, что к боли в ноге прибавились ноющие локти. А еще ей было страшно, потому что Фогаль не представляла, чего ждать от этих людей.
- Послушайте, - мягко сказала она, - чего вам нужно?
Джавиль присел на корточки, так что их лица оказались на одном уровне. У него были страшные глаза, словно бы с красноватым отблеском в глубине зрачка.
- Вторая половина записей Наркиль Донтаг. Вы знаете, где она.
- Вторая по… - Фогаль осеклась. – Постойте-ка… значит, вы знаете, где первая?
- В ваших интересах сотрудничать, госпожа Адмар, - кивнул Джавиль.
Подняв голову, Фогаль взглянула в перекошенное ненавистью лицо второго похитителя и сглотнула. Страх, сжавшись в комок, подступил к самому горлу. Великая Мать! В какую же переделку на этот раз угодила одна глупая ведьма?
- Миклош, отойди, - велел Джавиль и улыбнулся. – Сожалею, госпожа Адмар. Миклош несколько нервный человек.
Фогаль от этой улыбки бросило в дрожь. Она и не знала, что хуже: «несколько нервный», жаждущий ее крови Миклош, или этот спокойный, элегантный, но в высшей степени опасный мужчина.
- Я знаю, где записи Седой Келы, - сказала она. – И вам они недоступны.
Метнувшись через всю комнату, Миклош схватил ее за ворот куртки. Джавиль не стал его на этот раз останавливать. Несмотря на всю свою тщедушность, Миклош оказался силен. Наверное, ненависть и безумие придавали ему силу. Как и все буйнопомешанные, он был гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд. Воротник затрещал. Мужчина разжал наконец пальцы. Упав на пол, Фогаль застонала от боли. Собравшись с силами, она процедила ядовито:
- И все равно вам не получить бумаги. В Стагери нельзя попасть без Рирдана.
Миклош занес руку для удара. Фогаль зажмурилась, но самого удара не последовало. Она решилась, не без опаски, открыть глаза. Миклош уже отошел к окну, а Джавиль опустился рядом с ней на пол.
- Думаю, такая умная ведьма сумеет обойти это, верно?
- Вы меня не слушаете? Весь Стагери – не говоря уже о замке – защищен древним колдовством. Ну а на Стаг его накладывали Змеи.
- В тебе течет их кровь. Ты что-нибудь придумаешь, - Джавиль поднялся. – Отдохни немного. Я подгоню машину, и мы выезжаем. Миклош, без глупостей.
Отдохни?! Это прозвучало настоящим издевательством. Глядя в спину Джавилю, Фогаль мстительно завернула ветер так, что сквозняк пробрался похитителю под одежду. В следующую секунду Миклош оказался рядом и приставил к ее горлу причудливый кинжал с черным волнистым лезвием. «Какие красивые камни на рукояти, - отстранено подумала Фогаль. – Сапфиры?»
- Даже не пытайся колдовать, тварь! – процедил Миклош.
- Хорошо, - выдавила Фогаль, чувствуя, как тонкая струйка крови стекает за шиворот. – Не буду.
Безумец отошел, с лязгом загоняя кинжал в украшенные такими же синим камнями ножны. Фогаль украдкой выдохнула.
Приключения затягивались. Поначалу бегство от преследователей было даже забавным. Эпизод с призраками интриговал по-настоящему, прежде Фогаль ни с чем подобным не встречалась. Предательство Алиум больно ранило, но ее можно было понять: как ведьма, интересы Круга она ставила выше личных привязанностей. Но психопат с кинжалом и его не менее странный и страшный компаньон – вот это было уже лишним. К тому же, в этом затянувшемся приключении никто не собирался спасать ее. При этой мысли стало как-то особенно страшно и одиноко.
Всю свою жизнь Фогаль полагала, что не особенно нуждается в помощи. Когда они играли в детстве, маленькая Килли чаще становилась рыцарем или драконом, чем принцессой. При игре в разбойников она лихо грабила экипажи и оставляла с носом Килиана, чьей любимой ролью был Господин Главный Королевский Дознаватель* или же какой-нибудь великий сыщик. Хотя хромота сделала ее в самых опасных приключениях только вдохновительницей, Фогаль никогда не боялась ни трудностей, ни опасностей. Отвечая взаимностью, они покамест с деликатностью держались в стороне, а теперь, похоже, решили отыграться за все.
Интересно, - подумала Фогаль, - а стал бы спасать ее Ричард Рирдан? Ему пошли бы, пожалуй, сверкающие доспехи.
Кела так и не вернулась. Через полчаса Ричард начал ощущать болезненную тревогу. Куда во имя Господне могла подеваться ведьма, ушедшая за печеньем? Вернее, постыдно сбежавшая. Не стоило, конечно, дразнить ее, но Ричард не смог удержаться. Наркиль Адмар нравилась ему, и дело было не только в том, что у нее отличные ножки, и уж точно не в том, как пошли ей огненно-рыжие волосы. Отсутствием снобизма она выгодно отличалась ото всех знакомых Ричарду аристократок и была несомненно умна. Вместе с тем что-то – вероятно ее хромота – вызывало желание защищать ее ото всех напастей. С огромным неудовольствием Ричард сообразил наконец, что до сих пор не сбежал вовсе не из-за колдовского браслета (о котором почти забыл), не из-за заинтересовавших его интриг, а только из-за ведьмы.
- Так глупо, - поморщился Ричард. С таким трудом избавиться от Великолепной Аликс, женщины сочной и привлекательной, только чтобы влипнуть в историю с хромой девчонкой.
Поднявшись с постели, Ричард отправился на поиски запропавшей Келы.
В гостиной пахло усыпляющим газом. Ричард на секунду испугался. Методы преследователей нравились ему все меньше и меньше. Одно дело – честно стрелять в человека. Ричард по крайней мере понимал стремление некоторых людей к насилию, хотя ничуть не одобрял. Совсем другое дело, когда кто-то исподтишка прибегает к ядам и хлороформу. Впрочем, насколько знал Ричард, последнее было в порядке вещей у имперской знати. Люди его круга поступали честнее: поток брани и нож под ребра. Если же им требовалось кого-то похитить, тут обходились хорошим ударом и мешком на голову. Вспомнив ярко-рыжую встрепанную голову Келы, Ричард нашел свои плюсы и хлороформе и в какой-то степени галантном поведении похитителей.
Плечо ныло и горело огнем, пустяковая в общем-то рана постоянно давала знать о себе. Морщась, Ричард натянул куртку и вышел из пансиона, надеясь отыскать хоть какие-то следы. Подъездная дорожка была изрыта бороздами от шин, но чтобы сказать что-то конкретное было слишком темно. Впрочем, посетителей в пансионе не было, а значит следы оставили именно похитители, и отправились они на север. Застегивая на ходу куртку, Ричард направился к машине.
При его приближении задняя дверца распахнулась, и на землю грациозно ступил принц, нет, теперь уже император Александр. Выскочивший с переднего сиденья слуга засветил переносной фонарь. Глядя на Александра, Ричард испытал досаду. Он должен был раскусить юнца, но не сумел. Сам же молодой император, сбросив маску, рассматривал своего беглого товарища с холодным вивисекторским интересом. С этим надменным выражением лица он казался старше и сильнее. По губам проскальзывала то и дело пугающая ледяная усмешка.
- Добрый вечер, Рирдан.
- Добрый вечер, ваше величество.
- Признаться честно, - улыбка стала откровенной паскудной, - я всегда считал тебя никчемным клоуном, совершенно бесполезным и безобидным. Каково же было мое удивление, когда оказалось, что именно ты, Рирдан, начальник Тайной Полиции. Никогда бы не подумал.
Ричард поймал себя на мысли, что побаивается этого худенького, почти болезненного юношу. И уж точно – ненавидит, за этот тон, за безумие сквозящее в глазах. Такое холодное безумие, способное оправдать любые поступки. Такие же глаза были у Эмили Стоуэр.
- Никогда бы не подумал, что вы станете отцеубийцей, - сказал Ричард, не отрывая взгляд от лица Александра. И это лицо дрогнуло, выдавая себя.
- Где твоя спутница? Где эта девчонка с севера? – спокойно, мгновенно восстановив самообладание, спросил Александр.
- Ах, ваше величество, - криво ухмыльнулся Ричард, - у меня оставалась последняя надежда, что она с вами.
- Ее судьба сокрыта, - недовольно пожаловалось последнее действующее лицо, выбираясь из машины.
- Госпожа Стоуэр, - Ричард слегка поклонился. Вот ведь, не к ночи помянута.
Ведьма на него даже не взглянула. Подойдя к императору, она облокотилась элегантно и непринужденно на дверцу. Вот взгляд ее лениво скользнул по рукам Ричарда, по зачарованному браслету, и губы сложились в ядовитую улыбку – точную копию императорской.
- Полагаю, малютка Кела держала путь в Стаг, а иначе зачем ей этот тип?
- Малютка ценит хорошую компанию, - вежливо ответил Ричард.
Ведьма ухмыльнулась и язвительно ответила:
- Не льстите себе, Рирдан. Герцоги Адмары выше таких, как вы. Она выполняла задание со своеобычной добросовестностью. Что ж, она решила соблазнить вас, хотя на мой взгляд убить было проще. Увы, без вас или же вашего завещания в Стаг не войти.
Ричард окинул ведьму долгим оценивающим взглядом. На редкость привлекательная и вместе с тем отталкивающая женщина. Именно так он представлял себе в детстве королеву Мирабель из любимой книжки Инессы.
- Первое, - сухо сказал он. – Со мной вам Стаг тоже не войти. Не имею обыкновения облегчать существование людям вроде вас. Второе. Насколько я помню «Большую книгу родословий Империи и сопредельных стран», Адмары выше всех нас взятых скопом, а также всей палаты лордов, помноженной надвое. Древнее, уж точно. Особенно если учесть, как спорна непрерывность рода валентинидов. И третье. Мы так и продолжим беседовать на улице? У меня плечо ноет.
- В машину, Рирдан, - приказал император. – Думаю, маленькая госпожа Адмар вскоре окажется возле Стага. Это одно из тех мест, куда сходятся все пути.
- Несомненно, - кивнул Ричард на все разом.
У Джавиля и его нервного друга была большая грязная машина виттанийского производства. Лежать на заднем сиденье было почти удобно, если бы не ныли стянутые ремнем руки и подогнутая нога. Они ехали на север исключительно потому, что Фогаль вынуждена была сказать правду. Среди аргументов помимо здравого смысла фигурировал волнистый кинжал Миклоша, в остроте которого ведьма убедилась. Царапина саднила. Кроме этого ей хотелось есть, и голод в конце концов пересилил страх.
- Послушайте, - тихо сказала Фогаль, - а нельзя ли поесть? Если я умру с голоду, кто вас в замок проведет?
Джавиль оторвал руку от руля и бросил в нее яблоком. Удар пришелся прямо в плечо. Фогаль зашипела резче, чем собиралась.
- Вы бы развязали мне руки!
- Чтобы ты нас заколдовала, ведьма?! – рявкнул Миклош.
- Поверьте, - сладким тоном ответила Фогаль, - если я захочу вас заколдовать, то сделаю это и без рук.
- Развяжи ее, Миклош, - бросил небрежно Джавиль. – Полагаю, ведьма достаточно умна, чтобы не затевать драку с двумя взрослыми мужчинами.
Миклош, извернувшись, расстегнул пряжку ремня, стягивающего руки Фогаль, и с угрожающим видом принялся изучать свой кинжал. Фогаль растерла ноющие запястья, потом подняла яблоко и с наслаждением надкусила его. По подбородку потек сладкий сок.
В салоне воцарилось напряженное молчание, но ведьма быстро перестала им тяготиться. Устроившись поудобнее, она расправлялась с яблоком и размышляла над сложившейся ситуацией.
Записи Седой Келы были словно медом намазаны. Они вдруг понадобились всем и сразу. И это при том, что само их существование, в общем-то, оставалось под большим вопросом. Еще замок Стаг, защищенный древним колдовством, в который не войти без законного хозяина. Но больше всего Фогаль удивлял страх, который она ощущала в Джавиле и Миклоше. Удивлял – и пугал. Тысячелетняя история Империи показывала, сколько бед может натворить страх, тем более – хорошо вооруженный.
- Получить дампар меж ребер, скажу я тебе, удовольствие ниже среднего, - сказала Элиза Адмар.
- Дампар?
Ведьма нарисовала на снегу, весьма схематично, кинжал с волнистым лезвием, после чего протянула Фогаль кружку обжигающе-горячего фрианкара. Приняв ее, та опустилась возле костра. Удивляться она перестала. Хочет давно умершая ведьма поговорить – ее право.
- Вы могли бы предупредить меня об опасности, - заметила Фогаль.
- Кто я по-твоему? – фыркнула Элиза Адмар. – Фея-крестная? Ангел-хранитель?
- Ладно. Тогда зачем вы сейчас меня позвали? Я получила подробные и четкие инструкции: отыскать где-то в замке Стаг какие-то записи Седой Келы и отвезти их кому-то в Виттанию.
- Не кому-то, - покачала головой Элиза Адмар. – Сашелю Линарду Киссоле.
Фогаль поперхнулась фрианкаром.
- Что? Десятому канцлеру Империи?
Элиза Адмар кивнула.
- Вдовцу Седой Келы? Это который шесть букв по горизонтали?
Элиза Адмар снова кивнула.
- Он же умер давно.
Элиза Адмар пожала плечами.
- Когда мы с ним виделись, ему уже было несколько тысяч лет. Не вижу причины, по которой он должен умереть.
- Некоторые делают это от старости.
- О нет, только не Линард. Он не умеет. Я не знаю, где он сейчас, но наверняка владеет в Витании каким-нибудь кабаком.
- Кабаком?
- О да. Очень любит имбирный лос и кшишцу.
Фогаль покачала головой. И очнулась в немалой досаде. А ведь Элиза Адмар могла бы и подсказать, как выпутаться из этих неприятностей.
- И что мы будем делать с ведьмой, Джавиль? Находиться с ведьмой рядом очень опасно, ты ведь знаешь. Она может…
- Спокойно, Миклош. Она нам нужна.
Фогаль зажмурилась. Ее похитители говорили со странным акцентом. Это было похоже на виттанийский выговор, но жестче, грубее.
- А когда она перестанет быть нам полезной, - спокойно продолжил Джавиль, - мы воспользуемся дампаром, напоим его.
- Давно пора, - кивнул Миклош, - давно пора. Еще немного, и слезы будут полны.
Фогаль сжалась в комок. Она понимала не все, о чем говорят похитители. Но то, что она понимала, вселяло в нее ужас. Получив записи Седой Келы, эти мужчины прирежут ее своим волнистым кинжалом. И – прощай Сашель Линард Киссола, где бы ты не был.
- Ричард, - беззвучно прошептала Фогаль. – Спаси меня, Ричард. Больше некому.
Чтобы как-то отвлечься и занять время, Ричард рассказывал анекдоты. Неприличные, в основном про устриц. Император, погруженный в чтение свежей газеты, казалось ничего не слышал, а вот ведьма, краснея и бледнея от непристойностей, выдержала не больше пяти минут.
- Александр, могу я заткнуть его?
- Можешь, Эмили, дорогая, - рассеяно кивнул молодой император и махнул рукой.
Это «дорогая» очень не понравилось Ричарду. Впрочем, времени на раздумья у него не осталось. В рот ему сунули косицу, сплетенную из пряно пахнущей травы. Рот наполнился слюной, Ричард захлебнулся ею и провалился в тяжелый сон.
- Какими-то колдуньями из числа тех, кого еще не успели проклясть? – ядовито поинтересовалась Фогаль, не открывая глаз.
- Полегче, Миклош, у этой девчонки острые зубки, - рассмеялся смутно-знакомый голос.
- Как у всякой змеюки.
Щурясь от непривычно яркого света, Фогаль посмотрела на стоящих над ней мужчин.
- А-а, господин Джавиль. Нашли себе нового друга? Отлично выглядите.
Спутник загадочного Джавиля – на это раз смуглый тщедушный человечек неопределенного возраста, обладатель душераздирающей жидкой бородки – смотрел на нее враждебно и со страхом. С некоторым удивлением Фогаль поняла, что он боится ее колдовских сил. Ну, не так уж они были велики. Фогаль, по правде говоря, впервые столкнулась с тем, что хоть кто-то считает ее опасной. Или полезной. Странное было ощущение, и не сказать, чтобы приятное. Впрочем, большее неудобство составляло то, что ведьма была связана так, что к боли в ноге прибавились ноющие локти. А еще ей было страшно, потому что Фогаль не представляла, чего ждать от этих людей.
- Послушайте, - мягко сказала она, - чего вам нужно?
Джавиль присел на корточки, так что их лица оказались на одном уровне. У него были страшные глаза, словно бы с красноватым отблеском в глубине зрачка.
- Вторая половина записей Наркиль Донтаг. Вы знаете, где она.
- Вторая по… - Фогаль осеклась. – Постойте-ка… значит, вы знаете, где первая?
- В ваших интересах сотрудничать, госпожа Адмар, - кивнул Джавиль.
Подняв голову, Фогаль взглянула в перекошенное ненавистью лицо второго похитителя и сглотнула. Страх, сжавшись в комок, подступил к самому горлу. Великая Мать! В какую же переделку на этот раз угодила одна глупая ведьма?
- Миклош, отойди, - велел Джавиль и улыбнулся. – Сожалею, госпожа Адмар. Миклош несколько нервный человек.
Фогаль от этой улыбки бросило в дрожь. Она и не знала, что хуже: «несколько нервный», жаждущий ее крови Миклош, или этот спокойный, элегантный, но в высшей степени опасный мужчина.
- Я знаю, где записи Седой Келы, - сказала она. – И вам они недоступны.
Метнувшись через всю комнату, Миклош схватил ее за ворот куртки. Джавиль не стал его на этот раз останавливать. Несмотря на всю свою тщедушность, Миклош оказался силен. Наверное, ненависть и безумие придавали ему силу. Как и все буйнопомешанные, он был гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд. Воротник затрещал. Мужчина разжал наконец пальцы. Упав на пол, Фогаль застонала от боли. Собравшись с силами, она процедила ядовито:
- И все равно вам не получить бумаги. В Стагери нельзя попасть без Рирдана.
Миклош занес руку для удара. Фогаль зажмурилась, но самого удара не последовало. Она решилась, не без опаски, открыть глаза. Миклош уже отошел к окну, а Джавиль опустился рядом с ней на пол.
- Думаю, такая умная ведьма сумеет обойти это, верно?
- Вы меня не слушаете? Весь Стагери – не говоря уже о замке – защищен древним колдовством. Ну а на Стаг его накладывали Змеи.
- В тебе течет их кровь. Ты что-нибудь придумаешь, - Джавиль поднялся. – Отдохни немного. Я подгоню машину, и мы выезжаем. Миклош, без глупостей.
Отдохни?! Это прозвучало настоящим издевательством. Глядя в спину Джавилю, Фогаль мстительно завернула ветер так, что сквозняк пробрался похитителю под одежду. В следующую секунду Миклош оказался рядом и приставил к ее горлу причудливый кинжал с черным волнистым лезвием. «Какие красивые камни на рукояти, - отстранено подумала Фогаль. – Сапфиры?»
- Даже не пытайся колдовать, тварь! – процедил Миклош.
- Хорошо, - выдавила Фогаль, чувствуя, как тонкая струйка крови стекает за шиворот. – Не буду.
Безумец отошел, с лязгом загоняя кинжал в украшенные такими же синим камнями ножны. Фогаль украдкой выдохнула.
Приключения затягивались. Поначалу бегство от преследователей было даже забавным. Эпизод с призраками интриговал по-настоящему, прежде Фогаль ни с чем подобным не встречалась. Предательство Алиум больно ранило, но ее можно было понять: как ведьма, интересы Круга она ставила выше личных привязанностей. Но психопат с кинжалом и его не менее странный и страшный компаньон – вот это было уже лишним. К тому же, в этом затянувшемся приключении никто не собирался спасать ее. При этой мысли стало как-то особенно страшно и одиноко.
Всю свою жизнь Фогаль полагала, что не особенно нуждается в помощи. Когда они играли в детстве, маленькая Килли чаще становилась рыцарем или драконом, чем принцессой. При игре в разбойников она лихо грабила экипажи и оставляла с носом Килиана, чьей любимой ролью был Господин Главный Королевский Дознаватель* или же какой-нибудь великий сыщик. Хотя хромота сделала ее в самых опасных приключениях только вдохновительницей, Фогаль никогда не боялась ни трудностей, ни опасностей. Отвечая взаимностью, они покамест с деликатностью держались в стороне, а теперь, похоже, решили отыграться за все.
Интересно, - подумала Фогаль, - а стал бы спасать ее Ричард Рирдан? Ему пошли бы, пожалуй, сверкающие доспехи.
Кела так и не вернулась. Через полчаса Ричард начал ощущать болезненную тревогу. Куда во имя Господне могла подеваться ведьма, ушедшая за печеньем? Вернее, постыдно сбежавшая. Не стоило, конечно, дразнить ее, но Ричард не смог удержаться. Наркиль Адмар нравилась ему, и дело было не только в том, что у нее отличные ножки, и уж точно не в том, как пошли ей огненно-рыжие волосы. Отсутствием снобизма она выгодно отличалась ото всех знакомых Ричарду аристократок и была несомненно умна. Вместе с тем что-то – вероятно ее хромота – вызывало желание защищать ее ото всех напастей. С огромным неудовольствием Ричард сообразил наконец, что до сих пор не сбежал вовсе не из-за колдовского браслета (о котором почти забыл), не из-за заинтересовавших его интриг, а только из-за ведьмы.
- Так глупо, - поморщился Ричард. С таким трудом избавиться от Великолепной Аликс, женщины сочной и привлекательной, только чтобы влипнуть в историю с хромой девчонкой.
Поднявшись с постели, Ричард отправился на поиски запропавшей Келы.
В гостиной пахло усыпляющим газом. Ричард на секунду испугался. Методы преследователей нравились ему все меньше и меньше. Одно дело – честно стрелять в человека. Ричард по крайней мере понимал стремление некоторых людей к насилию, хотя ничуть не одобрял. Совсем другое дело, когда кто-то исподтишка прибегает к ядам и хлороформу. Впрочем, насколько знал Ричард, последнее было в порядке вещей у имперской знати. Люди его круга поступали честнее: поток брани и нож под ребра. Если же им требовалось кого-то похитить, тут обходились хорошим ударом и мешком на голову. Вспомнив ярко-рыжую встрепанную голову Келы, Ричард нашел свои плюсы и хлороформе и в какой-то степени галантном поведении похитителей.
Плечо ныло и горело огнем, пустяковая в общем-то рана постоянно давала знать о себе. Морщась, Ричард натянул куртку и вышел из пансиона, надеясь отыскать хоть какие-то следы. Подъездная дорожка была изрыта бороздами от шин, но чтобы сказать что-то конкретное было слишком темно. Впрочем, посетителей в пансионе не было, а значит следы оставили именно похитители, и отправились они на север. Застегивая на ходу куртку, Ричард направился к машине.
При его приближении задняя дверца распахнулась, и на землю грациозно ступил принц, нет, теперь уже император Александр. Выскочивший с переднего сиденья слуга засветил переносной фонарь. Глядя на Александра, Ричард испытал досаду. Он должен был раскусить юнца, но не сумел. Сам же молодой император, сбросив маску, рассматривал своего беглого товарища с холодным вивисекторским интересом. С этим надменным выражением лица он казался старше и сильнее. По губам проскальзывала то и дело пугающая ледяная усмешка.
- Добрый вечер, Рирдан.
- Добрый вечер, ваше величество.
- Признаться честно, - улыбка стала откровенной паскудной, - я всегда считал тебя никчемным клоуном, совершенно бесполезным и безобидным. Каково же было мое удивление, когда оказалось, что именно ты, Рирдан, начальник Тайной Полиции. Никогда бы не подумал.
Ричард поймал себя на мысли, что побаивается этого худенького, почти болезненного юношу. И уж точно – ненавидит, за этот тон, за безумие сквозящее в глазах. Такое холодное безумие, способное оправдать любые поступки. Такие же глаза были у Эмили Стоуэр.
- Никогда бы не подумал, что вы станете отцеубийцей, - сказал Ричард, не отрывая взгляд от лица Александра. И это лицо дрогнуло, выдавая себя.
- Где твоя спутница? Где эта девчонка с севера? – спокойно, мгновенно восстановив самообладание, спросил Александр.
- Ах, ваше величество, - криво ухмыльнулся Ричард, - у меня оставалась последняя надежда, что она с вами.
- Ее судьба сокрыта, - недовольно пожаловалось последнее действующее лицо, выбираясь из машины.
- Госпожа Стоуэр, - Ричард слегка поклонился. Вот ведь, не к ночи помянута.
Ведьма на него даже не взглянула. Подойдя к императору, она облокотилась элегантно и непринужденно на дверцу. Вот взгляд ее лениво скользнул по рукам Ричарда, по зачарованному браслету, и губы сложились в ядовитую улыбку – точную копию императорской.
- Полагаю, малютка Кела держала путь в Стаг, а иначе зачем ей этот тип?
- Малютка ценит хорошую компанию, - вежливо ответил Ричард.
Ведьма ухмыльнулась и язвительно ответила:
- Не льстите себе, Рирдан. Герцоги Адмары выше таких, как вы. Она выполняла задание со своеобычной добросовестностью. Что ж, она решила соблазнить вас, хотя на мой взгляд убить было проще. Увы, без вас или же вашего завещания в Стаг не войти.
Ричард окинул ведьму долгим оценивающим взглядом. На редкость привлекательная и вместе с тем отталкивающая женщина. Именно так он представлял себе в детстве королеву Мирабель из любимой книжки Инессы.
- Первое, - сухо сказал он. – Со мной вам Стаг тоже не войти. Не имею обыкновения облегчать существование людям вроде вас. Второе. Насколько я помню «Большую книгу родословий Империи и сопредельных стран», Адмары выше всех нас взятых скопом, а также всей палаты лордов, помноженной надвое. Древнее, уж точно. Особенно если учесть, как спорна непрерывность рода валентинидов. И третье. Мы так и продолжим беседовать на улице? У меня плечо ноет.
- В машину, Рирдан, - приказал император. – Думаю, маленькая госпожа Адмар вскоре окажется возле Стага. Это одно из тех мест, куда сходятся все пути.
- Несомненно, - кивнул Ричард на все разом.
У Джавиля и его нервного друга была большая грязная машина виттанийского производства. Лежать на заднем сиденье было почти удобно, если бы не ныли стянутые ремнем руки и подогнутая нога. Они ехали на север исключительно потому, что Фогаль вынуждена была сказать правду. Среди аргументов помимо здравого смысла фигурировал волнистый кинжал Миклоша, в остроте которого ведьма убедилась. Царапина саднила. Кроме этого ей хотелось есть, и голод в конце концов пересилил страх.
- Послушайте, - тихо сказала Фогаль, - а нельзя ли поесть? Если я умру с голоду, кто вас в замок проведет?
Джавиль оторвал руку от руля и бросил в нее яблоком. Удар пришелся прямо в плечо. Фогаль зашипела резче, чем собиралась.
- Вы бы развязали мне руки!
- Чтобы ты нас заколдовала, ведьма?! – рявкнул Миклош.
- Поверьте, - сладким тоном ответила Фогаль, - если я захочу вас заколдовать, то сделаю это и без рук.
- Развяжи ее, Миклош, - бросил небрежно Джавиль. – Полагаю, ведьма достаточно умна, чтобы не затевать драку с двумя взрослыми мужчинами.
Миклош, извернувшись, расстегнул пряжку ремня, стягивающего руки Фогаль, и с угрожающим видом принялся изучать свой кинжал. Фогаль растерла ноющие запястья, потом подняла яблоко и с наслаждением надкусила его. По подбородку потек сладкий сок.
В салоне воцарилось напряженное молчание, но ведьма быстро перестала им тяготиться. Устроившись поудобнее, она расправлялась с яблоком и размышляла над сложившейся ситуацией.
Записи Седой Келы были словно медом намазаны. Они вдруг понадобились всем и сразу. И это при том, что само их существование, в общем-то, оставалось под большим вопросом. Еще замок Стаг, защищенный древним колдовством, в который не войти без законного хозяина. Но больше всего Фогаль удивлял страх, который она ощущала в Джавиле и Миклоше. Удивлял – и пугал. Тысячелетняя история Империи показывала, сколько бед может натворить страх, тем более – хорошо вооруженный.
- Получить дампар меж ребер, скажу я тебе, удовольствие ниже среднего, - сказала Элиза Адмар.
- Дампар?
Ведьма нарисовала на снегу, весьма схематично, кинжал с волнистым лезвием, после чего протянула Фогаль кружку обжигающе-горячего фрианкара. Приняв ее, та опустилась возле костра. Удивляться она перестала. Хочет давно умершая ведьма поговорить – ее право.
- Вы могли бы предупредить меня об опасности, - заметила Фогаль.
- Кто я по-твоему? – фыркнула Элиза Адмар. – Фея-крестная? Ангел-хранитель?
- Ладно. Тогда зачем вы сейчас меня позвали? Я получила подробные и четкие инструкции: отыскать где-то в замке Стаг какие-то записи Седой Келы и отвезти их кому-то в Виттанию.
- Не кому-то, - покачала головой Элиза Адмар. – Сашелю Линарду Киссоле.
Фогаль поперхнулась фрианкаром.
- Что? Десятому канцлеру Империи?
Элиза Адмар кивнула.
- Вдовцу Седой Келы? Это который шесть букв по горизонтали?
Элиза Адмар снова кивнула.
- Он же умер давно.
Элиза Адмар пожала плечами.
- Когда мы с ним виделись, ему уже было несколько тысяч лет. Не вижу причины, по которой он должен умереть.
- Некоторые делают это от старости.
- О нет, только не Линард. Он не умеет. Я не знаю, где он сейчас, но наверняка владеет в Витании каким-нибудь кабаком.
- Кабаком?
- О да. Очень любит имбирный лос и кшишцу.
Фогаль покачала головой. И очнулась в немалой досаде. А ведь Элиза Адмар могла бы и подсказать, как выпутаться из этих неприятностей.
- И что мы будем делать с ведьмой, Джавиль? Находиться с ведьмой рядом очень опасно, ты ведь знаешь. Она может…
- Спокойно, Миклош. Она нам нужна.
Фогаль зажмурилась. Ее похитители говорили со странным акцентом. Это было похоже на виттанийский выговор, но жестче, грубее.
- А когда она перестанет быть нам полезной, - спокойно продолжил Джавиль, - мы воспользуемся дампаром, напоим его.
- Давно пора, - кивнул Миклош, - давно пора. Еще немного, и слезы будут полны.
Фогаль сжалась в комок. Она понимала не все, о чем говорят похитители. Но то, что она понимала, вселяло в нее ужас. Получив записи Седой Келы, эти мужчины прирежут ее своим волнистым кинжалом. И – прощай Сашель Линард Киссола, где бы ты не был.
- Ричард, - беззвучно прошептала Фогаль. – Спаси меня, Ричард. Больше некому.
Чтобы как-то отвлечься и занять время, Ричард рассказывал анекдоты. Неприличные, в основном про устриц. Император, погруженный в чтение свежей газеты, казалось ничего не слышал, а вот ведьма, краснея и бледнея от непристойностей, выдержала не больше пяти минут.
- Александр, могу я заткнуть его?
- Можешь, Эмили, дорогая, - рассеяно кивнул молодой император и махнул рукой.
Это «дорогая» очень не понравилось Ричарду. Впрочем, времени на раздумья у него не осталось. В рот ему сунули косицу, сплетенную из пряно пахнущей травы. Рот наполнился слюной, Ричард захлебнулся ею и провалился в тяжелый сон.
