Опустившись в кресло, Ричард закинул ноги на стол и попытался расслабиться. Это было демонически сложно сделать под взглядом серо-зеленых, воистину колдовских глаз. Иногда казалось, что Великолепная Аликс – ведьма.
- Как там малыш Александр? – напевным голосом поинтересовалась певица.
- Полагаю, недурно, - Ричард на секунду закрыл глаза, борясь с наплывом головной боли. – Приехала, чтобы узнать о самочувствии его высочества?
- Нет-нет. Я пришла передать тебе кое-что о клубе «Перстень», куда ты наведался третьего дня, игнорируя мое выступление.
- Весь во внимании, - кивнул Ричард.
- Птичка на хвосте принесла, что там заправляла всем женщина по имени Эмили Стоуэр. Видящая. У нее есть еще семь подпольных клубов и казино. Полагаю, вы не взяли ее?
- Ну, если она Видящая, то конечно же сбежала до облавы, - хмыкнул Ричард.
- Эмили Стоуэр также часто посещала дом номер девять по улице Марии-Денизы. Там еще нашли двадцать восемь трупов. Слышал о таком?
Аликс рассмеялась. Ричард в который раз вспомнил, почему его связь со знаменитой певицей ограничилась тремя неделями и этим нелепым мистийским мундштуком.
- Фактически, говорят, Эмили Стоуэр владеет тем домом. Интересно?
- До безумия, - кивнул Ричард. – Извини, Аликс, мне нужно успеть на еще одну встречу.
- А ты знаешь, что она уплатила за проезд некоей Тэмсин Паркс из Долины в Александрию и поселила ее в своем доме? Они должны были встретиться в клубе. Как ты думаешь, они успели поговорить?
Ричард поднялся, накинул пальто и задержался только для того, чтобы поцеловать холеную, истекающую ароматом дорогих духов ручку певицы.
- Мне действительно нужно еще успеть на пару встреч, Аликс. Я провожу тебя до выхода.
Красавица удалилась без малейшей охоты. Уплыла, как торговая каравелла: такая же красная и с тяжелой кормой. У дверей ее поджидал роскошный, как и все, что окружало семью Доули, автомобиль. Красный. На прошлой неделе все было синим, до того – изумрудным, а еще раньше – золотым.
Аликс умчалась, отчаянно давя на клаксон; Ричард проводил ее взглядом и пошел неспеша к своему дому, благо дождь наконец прекратился. Стемнело. Ричард с некоторым вожделением подумал о постели, а потом вспомнил, что его еще ждет беседа с принцем, а после этого – обстоятельный доклад перед императором. А докладывать было нечего.
Ричард остановился возле уличного лотка, поколебался между жареными орешками, кренделями и мороженым, и остановил свой выбор на последнем, мятном.
Говорить с императором было не о чем. Все зацепки – рисунки мелом в дождливый день, и не более того. Тэмсин Паркс исчезла. У Артура Клинкета влиятельные родственники. Эмили Стоуэр? А существует ли она где-нибудь помимо воображения Великолепной Аликс? Вот-вот, Константину докладывать нечего.
Ричард поднялся в свою квартиру и с облегчением обнаружил, что Александр уже ушел. На столике возле излюбленного принцем кресла стоял полупустой стакан джина, придавливая листок, исписанный каллиграфическим почерком. «Ждал тебя, чтобы сыграть в трикс или ханф. Уехал к Аликс. Хреновый ты шут, Рик».
То ли принц был настолько наивен, и действительно не подозревал, чем занимается Ричард Рирдан, а то ли был самым искусным притворщиком на свете. Ричард скомкал записку и бросил ее в камин. Он ненавидел, когда его называли Риком, особенно юнцы почти вдвое его моложе. Выплеснув остатки джина, он снова наполнил стакан и сделал глоток.
Ричард так и не потрудился включить свет, и кабинет был погружен в темноту. Сейчас ему показалось, что в этой темноте что-то шевелится. Копошатся мелкие насекомые, или могильные черви. Гадость какая! Ричард сощурился. Конечно. Зеркало над камином, а в нем отражается неясно сам Ричард усталый, невыспавшийся, страдающий от головной боли и не знающий, что доложить императору. Темнота шевельнулась. Ричард сделал глоток джина и отсалютовал своему смутному отражению.
В этот момент он почувствовал укол в щиколотку, и перед глазами все поплыло. Похоже, джин сегодня был лишним.
Фогаль в последний раз мысленно пробежала по списку. Сумка собрана, деньги есть. Перстнем она потренируется пользоваться дороге. Путеводители куплены, примерный маршрут начерчен. Купить билет на поезд – не проблема, хотя Фогаль и предпочла бы машину. Сама она, увы, не водила из-за хромоты. Но подлинный предмет ее беспокойства лежал на столе. О, это было настоящее произведение искусства: тонкий узкий браслет из шуншу, единственной травы, растущей в Льдинных горах повсеместно и круглый год, эластичной, как кожа, и прочной, как сталь. Учитывая эти свойства, она выглядела в глазах суеверных жителей Империи травой Насмешника. Фогаль была уверена, что сумеет облапошить кого угодно. Если не удастся… что ж, она позвонит Бенедикту. И он либо поможет, либо сам удавит. Фогаль была во всеоружии.
Закинув сумку на плечо, она взяла трость, аккуратно закрыла за собой дверь и заглянула к домовладельцу.
- Шон, вы не объясните мне еще раз, как добраться до Ямы. А то у Бенедикта это плохо вышло.
----------
* Туррета - маленькая башенка, башенная надстройка
* Тапестри – вышитый ковер-картина
* Клинкеты – графы, знать, появившаяся в начале XVII века. Основатель рода и первый граф – Ричард Клинкет был регентом при императоре Александре, основателе Александрийской Империи, а также приходился зятем графу и графине Кэр. Из-за своих тесных родственных и деловых связей с Адмарами и Синьяками, Клинкеты также уехали на север
* Коль – писчий материал, напоминающий папирус. Делался из болотной травы кольте. Был в широком употреблении в V-XI вв.
* Стагери – герцогство в северо-восточной части Империи. Крупнейший город – Эдмарс. Стаг – герцогский замок
* Краттон – маленькое баронство в горах на северо-востоке Империи, также баронский замок
Это была всем ямам Яма: огромное круглое отверстие в спекшейся в стекло земле. Жерло уходило в невообразимую глубину, дно скрывалось за клубящимся паром. Если подумать, тут зловещий черный юмор мироздания разгулялся по полной. Легендарное Круглое озеро, воспетое Мартиннесом Ольхой в «Легендах Озерного края», а затем Фламианом Адмаром в его поздней поэме «Змея», превратилось сначала в достопримечательность, затем – ненадолго – в серный курорт, и наконец просто в Яму, пускай и с большой буквы. В бездонную Яму в самые недра земли.
На краю Ямы стояла небольшая сторожка, предназначенная для трех-четырех охранников, давно уже пустующая. Замок был взломан, и посреди комнаты стоял табурет, накрытый мягкой подушечкой. Фогаль положила сумку на пол и села на табурет, вертя в пальцах браслет. Она постукивала каблучком по полу, мурлыкала популярный мотивчик, рассматривала перстень, который больше не решалась надеть. Словом, всяким образом пыталась убить время. Время казалось бессмертным.
Внизу что-то громыхнуло. Фогаль представилось, как по жерлу Ямы поднимается расплавленная стекловидная масса. Живая, природная, магическая шлихта. Фогаль подхромала к окошку, выходящему на Яму, но оно было слишком маленьким и грязным. Тогда Фогаль вышла из сторожки и рискнула подойти к самому краю, но не увидела ничего, кроме клубящегося тумана нездорового зеленоватого цвета. Не найдя ничего интересного, разочарованная, она вернулась в сторожку. Часы вдалеке пробили семь утра.
- Я сказал «семь», и я как всегда пунктуален, - усмехнулся Бенедикт из темноты. – Слава мне. Знаешь, тут есть свет.
Вор щелкнул выключателем. Сторожку затопило неровное, желтушное мерцание дешевой электрической лампы. В углах из-за него сгустились тени, а ползущий от Ямы туман приобрел золотистый оттенок.
- Определенно, слава мне, - сказал Бенедикт, и Фогаль забыла обо всем сразу, глядя на лежащего на полу мужчину. – Он твой. Делай с ним, что хочешь, но слишком не шали.
Ричард Рирдан был без сознания.
- Я бы дал тебе пистолет, чтобы держала его в узде, но думаю, этот парень живо тебя разоружит.
- Я положусь на чары и психологию, - пообещала Фогаль. – Думаю, даже с начальниками тайной полиции это сработает.
- Чудесно. Тогда я вас оставлю, - Бенедикт обнял Фогаль и чмокнул в щеку, прежде, чем она сумела увернуться. – Если тебе понадобится утащить сокровища короны, или там нетленные мощи пророка Илии, попроси кого-нибудь другого.
- Спасибо, - улыбнулась Фогаль. – Спасибо огромное.
Бенедикт подмигнул и исчез с ловкостью знаменитого иллюзиониста Феликса Корбелы. Фогаль закрыла дверь и опустилась на табурет. Она даже не представляла, что же делать дальше. План заканчивался ровно на том месте, когда вор приносил похищенного Рирдана. Дальше значилось «импровизировать». Впрочем, пока пленник был без сознания, еще оставалось время подумать.
Разглядывать начальника Тайной полиции оказалось неожиданно приятно. У него был выразительный, даже красивый профиль, спутанные светлые – цвета корочки на белом хлебе – волосы и пушистые ресницы. Просто спящий ангел.
Нагнувшись, Фогаль нащупала пульс. Бьется. Она облегченно выдохнула. Рирдан выглядел каким-то слишком уж спящим, почти мертвым. Убедившись, что перед ней не свежий покойник, Фогаль опустилась на колени (боль пронзила ногу с особенной силой) и застегнула браслет на запястье Рирдана. Теперь его не снять, пока ведьма этого не пожелает. Причем, ровным счетом никакого колдовства. Просто стагларовые шпильки – не такая уж распространенная вещь. За свою жизнь Фогаль видела всего три, и все три, завернутые в мистийский шелк, лежали сейчас на дне сумки. Затем Фогаль поднялась, дохромала до стула, села и приготовилась ждать, борясь с желанием пнуть такого привлекательного, но гадкого господина Рирдана.
Головная боль превратилась в затяжную мигрень. Ричард медленно открыл глаза. Комната плыла, качалась, закручивалась спиралями. Незнакомая комната. Крошечная грязная хижина. В ответ на пульсацию в голове отозвалась рана в ноге. Она мнилась Ричарду огромной и гнилой язвой. Он сел, хватаясь за голову, и обнаружил какую-то помеху на левой руке. С трудом сфокусировав взгляд, Ричард обнаружил, что это браслет из коричневато-серебристой травы. Трава была сплетена в косицы и украшена перламутровыми и буковыми бусинами. Строгое, но неуместное, а главное незнакомое украшение. Ричард попытался снять его и обнаружил, что трава прочнее всех этих перехваленных синтетических нитей, которые стали рекламировать в последнее время.
- Кхм-кхм!
Ричард поднял голову. Посреди комнаты на колченогом табурете сидела та, кого он увидеть не ожидал никак: Тэмсин Паркс собственной персоной. Сидела, опираясь на трость, украденную из кабинета начальника Тайной полиции. Ведьма, одним словом.
- А-а, госпожа Паркс!
- Вовсе нет, - женщина ядовито улыбнулась. – Диана Доул, коренная мистийка.
- Да мы с вами земляки, госпожа Доул! – саркастично ухмыльнулся Ричард. – И, погляжу, мы поменялись ролями.
- Даже не представляете, господин Рирдан, насколько поменялись, - женщина крутанула трость в руке. – Обратили внимание на безделушку на запястье? Я привезла ее из Ниддинга. Не снять, не порвать. А если вы вздумаете бежать, напасть на меня, донести в полицию или совершить еще какую-нибудь глупость, то останетесь без руки. А то и без головы.
Ричард еще раз подергал браслет, убедился что его в самом деле не снять, и приуныл. Он вообще легко впадал в уныние, когда у него болела голова. Ведьма могла и блефовать, но могла и правду говорить. Ричарду очень не хотелось проверять это на своей шкуре. Он не был храбрецом или патриотом. Собственную жизнь он всегда ставил выше интересов государства. Поэтому он и был не нищим юным идеалистом, а начальником Тайной полиции.
- Хорошо, госпожа Паркс, или кто вы там, чего вам нужно?
Ведьма поднялась и, прихрамывая, тяжело опираясь на трость, подошла к нему. Не особенно высокая, стройная, миниатюрная. Опрятная. Красивая. Притягательная. Продолжать можно было до бесконечности. Ричард вздохнул.
- Выкладывайте.
- Стаг. Он принадлежит вам?
- Стаг?! – Ричард опешил. Он ожидал чего угодно. Провести ведьму во дворец, освободить ее сообщников, перевезти ее в Витанию. Заплатить выкуп, наконец. Но Стаг?! Бесполезная, разрушающаяся на глазах груда камня, преподнесенная шуту императором с сомнительным чувством юмора. – Стаг. Да, он принадлежит мне.
- Мне нужно попасть туда.
Ричард поднял брови. Какая малость.
- Вам нужно мое разрешение? Да на здоровье, госпожа ведьма. Можете хоть жить там остаться, хоть на сувениры все растащить.
Ведьма, морщась, склонилась к нему. От нее горьковато пахло морской солью и розмарином. Аромат «Поцелуй Лорелеи», очень модный в этом сезоне и безумно дорогой, полторы тысячи валентов за флакон. Ведьма жила на широкую ногу. И серьги, кстати, у нее были серебряные с сапфирами, работы известного ниддингского ювелира Фериала Моро. Три месяца назад за чуть более массивные и вычурные серьги того же мастера его неумеренное высочество выложил примерно двадцать тысяч валентов. В пересчете на союзные луны это… около восьмидесяти тысяч. Перед Рирданом стояла либо принцесса, либо любовница принца. И пристально смотрела в глаза.
- Я бы с радостью, господин Рирдан, но не могу.
- Вы, госпожа, влезли в мой кабинет, - хмыкнул Ричард.
- На Стаг наложена магическая защита, не знали?
Этого Ричард не знал, о чем сообщать не стал. Ведьма поняла его и без слов и улыбнулась.
- В Стаге лежит кое-что мне нужное. Проведите меня туда, и мы разойдемся мирно.
- А если нет? – спросил Ричард.
Ведьма достала из сумки бумажный стаканчик, поставила его на пол и наполнила водой из фляги. Затем, закусив губу, опустилась на колени и коснулась воды кончиком пальца. Она не произносила заклинаний, не совершала пассов, не устраивала пышных шарлатанских ритуалов, но вода вдруг закипела и испарилась, а стаканчик обратился в пепел. Ричард сглотнул. Наглядная демонстрация. Не поспоришь. Ощущать себя припертым к стенке было неприятно.
С другой стороны, это была занятная возможность пошпионить в стане врага. Узнать, что ему нужно. А уж в конце концов, сбежать от молодой женщины для умного зрелого мужчины не должно было стать такой уж сложной задачей.
- Хорошо, я отвезу вас, госпожа ведьма. Но, полагаю, нам нужны деньги и автомобиль.
Ведьма, изо всех сил стараясь не стонать, поднялась с колен и почти рухнула на табурет. Губы ее кривились, а голос стал глуше.
- Я машину не вожу, господин Рирдан, как и вы. Во всяком случае, у вас ее нет. Кроме того, я не позволила бы вам сесть за руль и привлечь ко мне излишнее внимание дорожной полиции. На всякий случай, если вы что-то подобное планируете: моя смерть только добавит вам проблем, поверьте. Мы едем поездом. Экспресс на Порт-Суд отходит в полдень.
- О, чудесно! – с сарказмом ответил Ричард. – Его величество будет в восторге, когда услышит, что его шут умчался без предупреждения на восток.
- Какой такой шут? – губы ведьмы еще сильнее искривились. – В Порт-Суд поедет Валентин Рид, служащий.
Ричард с тоской посмотрел на поддельный паспорт, которым проклятая ведьма помахала у него перед носом. Он протянул руку, но женщина тотчас же отступила. Головная боль и нелепость ситуации сильно ослабили его реакцию.
- Хорошо, - вздохнул он. – Но хоть вещи я собрать могу, или так ехать?
- Как там малыш Александр? – напевным голосом поинтересовалась певица.
- Полагаю, недурно, - Ричард на секунду закрыл глаза, борясь с наплывом головной боли. – Приехала, чтобы узнать о самочувствии его высочества?
- Нет-нет. Я пришла передать тебе кое-что о клубе «Перстень», куда ты наведался третьего дня, игнорируя мое выступление.
- Весь во внимании, - кивнул Ричард.
- Птичка на хвосте принесла, что там заправляла всем женщина по имени Эмили Стоуэр. Видящая. У нее есть еще семь подпольных клубов и казино. Полагаю, вы не взяли ее?
- Ну, если она Видящая, то конечно же сбежала до облавы, - хмыкнул Ричард.
- Эмили Стоуэр также часто посещала дом номер девять по улице Марии-Денизы. Там еще нашли двадцать восемь трупов. Слышал о таком?
Аликс рассмеялась. Ричард в который раз вспомнил, почему его связь со знаменитой певицей ограничилась тремя неделями и этим нелепым мистийским мундштуком.
- Фактически, говорят, Эмили Стоуэр владеет тем домом. Интересно?
- До безумия, - кивнул Ричард. – Извини, Аликс, мне нужно успеть на еще одну встречу.
- А ты знаешь, что она уплатила за проезд некоей Тэмсин Паркс из Долины в Александрию и поселила ее в своем доме? Они должны были встретиться в клубе. Как ты думаешь, они успели поговорить?
Ричард поднялся, накинул пальто и задержался только для того, чтобы поцеловать холеную, истекающую ароматом дорогих духов ручку певицы.
- Мне действительно нужно еще успеть на пару встреч, Аликс. Я провожу тебя до выхода.
Красавица удалилась без малейшей охоты. Уплыла, как торговая каравелла: такая же красная и с тяжелой кормой. У дверей ее поджидал роскошный, как и все, что окружало семью Доули, автомобиль. Красный. На прошлой неделе все было синим, до того – изумрудным, а еще раньше – золотым.
Аликс умчалась, отчаянно давя на клаксон; Ричард проводил ее взглядом и пошел неспеша к своему дому, благо дождь наконец прекратился. Стемнело. Ричард с некоторым вожделением подумал о постели, а потом вспомнил, что его еще ждет беседа с принцем, а после этого – обстоятельный доклад перед императором. А докладывать было нечего.
Ричард остановился возле уличного лотка, поколебался между жареными орешками, кренделями и мороженым, и остановил свой выбор на последнем, мятном.
Говорить с императором было не о чем. Все зацепки – рисунки мелом в дождливый день, и не более того. Тэмсин Паркс исчезла. У Артура Клинкета влиятельные родственники. Эмили Стоуэр? А существует ли она где-нибудь помимо воображения Великолепной Аликс? Вот-вот, Константину докладывать нечего.
Ричард поднялся в свою квартиру и с облегчением обнаружил, что Александр уже ушел. На столике возле излюбленного принцем кресла стоял полупустой стакан джина, придавливая листок, исписанный каллиграфическим почерком. «Ждал тебя, чтобы сыграть в трикс или ханф. Уехал к Аликс. Хреновый ты шут, Рик».
То ли принц был настолько наивен, и действительно не подозревал, чем занимается Ричард Рирдан, а то ли был самым искусным притворщиком на свете. Ричард скомкал записку и бросил ее в камин. Он ненавидел, когда его называли Риком, особенно юнцы почти вдвое его моложе. Выплеснув остатки джина, он снова наполнил стакан и сделал глоток.
Ричард так и не потрудился включить свет, и кабинет был погружен в темноту. Сейчас ему показалось, что в этой темноте что-то шевелится. Копошатся мелкие насекомые, или могильные черви. Гадость какая! Ричард сощурился. Конечно. Зеркало над камином, а в нем отражается неясно сам Ричард усталый, невыспавшийся, страдающий от головной боли и не знающий, что доложить императору. Темнота шевельнулась. Ричард сделал глоток джина и отсалютовал своему смутному отражению.
В этот момент он почувствовал укол в щиколотку, и перед глазами все поплыло. Похоже, джин сегодня был лишним.
Фогаль в последний раз мысленно пробежала по списку. Сумка собрана, деньги есть. Перстнем она потренируется пользоваться дороге. Путеводители куплены, примерный маршрут начерчен. Купить билет на поезд – не проблема, хотя Фогаль и предпочла бы машину. Сама она, увы, не водила из-за хромоты. Но подлинный предмет ее беспокойства лежал на столе. О, это было настоящее произведение искусства: тонкий узкий браслет из шуншу, единственной травы, растущей в Льдинных горах повсеместно и круглый год, эластичной, как кожа, и прочной, как сталь. Учитывая эти свойства, она выглядела в глазах суеверных жителей Империи травой Насмешника. Фогаль была уверена, что сумеет облапошить кого угодно. Если не удастся… что ж, она позвонит Бенедикту. И он либо поможет, либо сам удавит. Фогаль была во всеоружии.
Закинув сумку на плечо, она взяла трость, аккуратно закрыла за собой дверь и заглянула к домовладельцу.
- Шон, вы не объясните мне еще раз, как добраться до Ямы. А то у Бенедикта это плохо вышло.
----------
* Туррета - маленькая башенка, башенная надстройка
* Тапестри – вышитый ковер-картина
* Клинкеты – графы, знать, появившаяся в начале XVII века. Основатель рода и первый граф – Ричард Клинкет был регентом при императоре Александре, основателе Александрийской Империи, а также приходился зятем графу и графине Кэр. Из-за своих тесных родственных и деловых связей с Адмарами и Синьяками, Клинкеты также уехали на север
* Коль – писчий материал, напоминающий папирус. Делался из болотной травы кольте. Был в широком употреблении в V-XI вв.
* Стагери – герцогство в северо-восточной части Империи. Крупнейший город – Эдмарс. Стаг – герцогский замок
* Краттон – маленькое баронство в горах на северо-востоке Империи, также баронский замок
Глава пятая
Это была всем ямам Яма: огромное круглое отверстие в спекшейся в стекло земле. Жерло уходило в невообразимую глубину, дно скрывалось за клубящимся паром. Если подумать, тут зловещий черный юмор мироздания разгулялся по полной. Легендарное Круглое озеро, воспетое Мартиннесом Ольхой в «Легендах Озерного края», а затем Фламианом Адмаром в его поздней поэме «Змея», превратилось сначала в достопримечательность, затем – ненадолго – в серный курорт, и наконец просто в Яму, пускай и с большой буквы. В бездонную Яму в самые недра земли.
На краю Ямы стояла небольшая сторожка, предназначенная для трех-четырех охранников, давно уже пустующая. Замок был взломан, и посреди комнаты стоял табурет, накрытый мягкой подушечкой. Фогаль положила сумку на пол и села на табурет, вертя в пальцах браслет. Она постукивала каблучком по полу, мурлыкала популярный мотивчик, рассматривала перстень, который больше не решалась надеть. Словом, всяким образом пыталась убить время. Время казалось бессмертным.
Внизу что-то громыхнуло. Фогаль представилось, как по жерлу Ямы поднимается расплавленная стекловидная масса. Живая, природная, магическая шлихта. Фогаль подхромала к окошку, выходящему на Яму, но оно было слишком маленьким и грязным. Тогда Фогаль вышла из сторожки и рискнула подойти к самому краю, но не увидела ничего, кроме клубящегося тумана нездорового зеленоватого цвета. Не найдя ничего интересного, разочарованная, она вернулась в сторожку. Часы вдалеке пробили семь утра.
- Я сказал «семь», и я как всегда пунктуален, - усмехнулся Бенедикт из темноты. – Слава мне. Знаешь, тут есть свет.
Вор щелкнул выключателем. Сторожку затопило неровное, желтушное мерцание дешевой электрической лампы. В углах из-за него сгустились тени, а ползущий от Ямы туман приобрел золотистый оттенок.
- Определенно, слава мне, - сказал Бенедикт, и Фогаль забыла обо всем сразу, глядя на лежащего на полу мужчину. – Он твой. Делай с ним, что хочешь, но слишком не шали.
Ричард Рирдан был без сознания.
- Я бы дал тебе пистолет, чтобы держала его в узде, но думаю, этот парень живо тебя разоружит.
- Я положусь на чары и психологию, - пообещала Фогаль. – Думаю, даже с начальниками тайной полиции это сработает.
- Чудесно. Тогда я вас оставлю, - Бенедикт обнял Фогаль и чмокнул в щеку, прежде, чем она сумела увернуться. – Если тебе понадобится утащить сокровища короны, или там нетленные мощи пророка Илии, попроси кого-нибудь другого.
- Спасибо, - улыбнулась Фогаль. – Спасибо огромное.
Бенедикт подмигнул и исчез с ловкостью знаменитого иллюзиониста Феликса Корбелы. Фогаль закрыла дверь и опустилась на табурет. Она даже не представляла, что же делать дальше. План заканчивался ровно на том месте, когда вор приносил похищенного Рирдана. Дальше значилось «импровизировать». Впрочем, пока пленник был без сознания, еще оставалось время подумать.
Разглядывать начальника Тайной полиции оказалось неожиданно приятно. У него был выразительный, даже красивый профиль, спутанные светлые – цвета корочки на белом хлебе – волосы и пушистые ресницы. Просто спящий ангел.
Нагнувшись, Фогаль нащупала пульс. Бьется. Она облегченно выдохнула. Рирдан выглядел каким-то слишком уж спящим, почти мертвым. Убедившись, что перед ней не свежий покойник, Фогаль опустилась на колени (боль пронзила ногу с особенной силой) и застегнула браслет на запястье Рирдана. Теперь его не снять, пока ведьма этого не пожелает. Причем, ровным счетом никакого колдовства. Просто стагларовые шпильки – не такая уж распространенная вещь. За свою жизнь Фогаль видела всего три, и все три, завернутые в мистийский шелк, лежали сейчас на дне сумки. Затем Фогаль поднялась, дохромала до стула, села и приготовилась ждать, борясь с желанием пнуть такого привлекательного, но гадкого господина Рирдана.
Головная боль превратилась в затяжную мигрень. Ричард медленно открыл глаза. Комната плыла, качалась, закручивалась спиралями. Незнакомая комната. Крошечная грязная хижина. В ответ на пульсацию в голове отозвалась рана в ноге. Она мнилась Ричарду огромной и гнилой язвой. Он сел, хватаясь за голову, и обнаружил какую-то помеху на левой руке. С трудом сфокусировав взгляд, Ричард обнаружил, что это браслет из коричневато-серебристой травы. Трава была сплетена в косицы и украшена перламутровыми и буковыми бусинами. Строгое, но неуместное, а главное незнакомое украшение. Ричард попытался снять его и обнаружил, что трава прочнее всех этих перехваленных синтетических нитей, которые стали рекламировать в последнее время.
- Кхм-кхм!
Ричард поднял голову. Посреди комнаты на колченогом табурете сидела та, кого он увидеть не ожидал никак: Тэмсин Паркс собственной персоной. Сидела, опираясь на трость, украденную из кабинета начальника Тайной полиции. Ведьма, одним словом.
- А-а, госпожа Паркс!
- Вовсе нет, - женщина ядовито улыбнулась. – Диана Доул, коренная мистийка.
- Да мы с вами земляки, госпожа Доул! – саркастично ухмыльнулся Ричард. – И, погляжу, мы поменялись ролями.
- Даже не представляете, господин Рирдан, насколько поменялись, - женщина крутанула трость в руке. – Обратили внимание на безделушку на запястье? Я привезла ее из Ниддинга. Не снять, не порвать. А если вы вздумаете бежать, напасть на меня, донести в полицию или совершить еще какую-нибудь глупость, то останетесь без руки. А то и без головы.
Ричард еще раз подергал браслет, убедился что его в самом деле не снять, и приуныл. Он вообще легко впадал в уныние, когда у него болела голова. Ведьма могла и блефовать, но могла и правду говорить. Ричарду очень не хотелось проверять это на своей шкуре. Он не был храбрецом или патриотом. Собственную жизнь он всегда ставил выше интересов государства. Поэтому он и был не нищим юным идеалистом, а начальником Тайной полиции.
- Хорошо, госпожа Паркс, или кто вы там, чего вам нужно?
Ведьма поднялась и, прихрамывая, тяжело опираясь на трость, подошла к нему. Не особенно высокая, стройная, миниатюрная. Опрятная. Красивая. Притягательная. Продолжать можно было до бесконечности. Ричард вздохнул.
- Выкладывайте.
- Стаг. Он принадлежит вам?
- Стаг?! – Ричард опешил. Он ожидал чего угодно. Провести ведьму во дворец, освободить ее сообщников, перевезти ее в Витанию. Заплатить выкуп, наконец. Но Стаг?! Бесполезная, разрушающаяся на глазах груда камня, преподнесенная шуту императором с сомнительным чувством юмора. – Стаг. Да, он принадлежит мне.
- Мне нужно попасть туда.
Ричард поднял брови. Какая малость.
- Вам нужно мое разрешение? Да на здоровье, госпожа ведьма. Можете хоть жить там остаться, хоть на сувениры все растащить.
Ведьма, морщась, склонилась к нему. От нее горьковато пахло морской солью и розмарином. Аромат «Поцелуй Лорелеи», очень модный в этом сезоне и безумно дорогой, полторы тысячи валентов за флакон. Ведьма жила на широкую ногу. И серьги, кстати, у нее были серебряные с сапфирами, работы известного ниддингского ювелира Фериала Моро. Три месяца назад за чуть более массивные и вычурные серьги того же мастера его неумеренное высочество выложил примерно двадцать тысяч валентов. В пересчете на союзные луны это… около восьмидесяти тысяч. Перед Рирданом стояла либо принцесса, либо любовница принца. И пристально смотрела в глаза.
- Я бы с радостью, господин Рирдан, но не могу.
- Вы, госпожа, влезли в мой кабинет, - хмыкнул Ричард.
- На Стаг наложена магическая защита, не знали?
Этого Ричард не знал, о чем сообщать не стал. Ведьма поняла его и без слов и улыбнулась.
- В Стаге лежит кое-что мне нужное. Проведите меня туда, и мы разойдемся мирно.
- А если нет? – спросил Ричард.
Ведьма достала из сумки бумажный стаканчик, поставила его на пол и наполнила водой из фляги. Затем, закусив губу, опустилась на колени и коснулась воды кончиком пальца. Она не произносила заклинаний, не совершала пассов, не устраивала пышных шарлатанских ритуалов, но вода вдруг закипела и испарилась, а стаканчик обратился в пепел. Ричард сглотнул. Наглядная демонстрация. Не поспоришь. Ощущать себя припертым к стенке было неприятно.
С другой стороны, это была занятная возможность пошпионить в стане врага. Узнать, что ему нужно. А уж в конце концов, сбежать от молодой женщины для умного зрелого мужчины не должно было стать такой уж сложной задачей.
- Хорошо, я отвезу вас, госпожа ведьма. Но, полагаю, нам нужны деньги и автомобиль.
Ведьма, изо всех сил стараясь не стонать, поднялась с колен и почти рухнула на табурет. Губы ее кривились, а голос стал глуше.
- Я машину не вожу, господин Рирдан, как и вы. Во всяком случае, у вас ее нет. Кроме того, я не позволила бы вам сесть за руль и привлечь ко мне излишнее внимание дорожной полиции. На всякий случай, если вы что-то подобное планируете: моя смерть только добавит вам проблем, поверьте. Мы едем поездом. Экспресс на Порт-Суд отходит в полдень.
- О, чудесно! – с сарказмом ответил Ричард. – Его величество будет в восторге, когда услышит, что его шут умчался без предупреждения на восток.
- Какой такой шут? – губы ведьмы еще сильнее искривились. – В Порт-Суд поедет Валентин Рид, служащий.
Ричард с тоской посмотрел на поддельный паспорт, которым проклятая ведьма помахала у него перед носом. Он протянул руку, но женщина тотчас же отступила. Головная боль и нелепость ситуации сильно ослабили его реакцию.
- Хорошо, - вздохнул он. – Но хоть вещи я собрать могу, или так ехать?
