Венец безбрачия

Обхватив ногами талию мужчины и цепляясь ладонями за его плечи, я раз за разом приподнималась навстречу каждому новому движению, стремясь оказаться ещё ближе. Пока, наконец, напряжение не достигло пика и не взорвалось фейерверком ощущений, от цветных пятен перед глазами до наслаждения столь яркого, что в его пламени сгорели не только последние обрывочные мысли и прочие ощущения, но, кажется, само «я» со всеми его заботами, привычками и стремлениями.
       А потом мужчина с хриплым стоном стиснул меня ещё крепче, почти до боли, тоже достигнув вершины. От этого ощущения меня неожиданно накрыло новой волной удовольствия; не болезненно-яркого, а тёплого и тягучего, как патока. И отчаянно захотелось удержать все эти ощущения подольше, растворившись в них без остатка и забыв, что бывает иначе.
       ...Связь с реальностью в конечном итоге восстановилась, дыхание — тоже, но желания шевелиться и что-то менять в окружающем пространстве пока не возникло. Я с иронией думала, что наши с Менгерелем встречи в постели происходят по нарастающей: началось всё с совместной ночёвки на какой-то трубе в другом мире, и с тех пор с каждым разом всё меньше одежды и всё выше степень близости. Любопытно, что нас ждёт в следующий раз. Или «потолок» уже достигнут?
       - Как ты? - нарушил тишину Гер.
       - К чему ты это спросил? - лениво полюбопытствовала я, не спеша отвечать.
       - Я мог не рассчитать силу и случайно слишком сильно сжать. Например, - тихо хмыкнул он.
       - Нет, всё... хорошо, - заверила его я. А потом, подумав, тихо добавила. - Очень хорошо. А ваши демоницы — на редкость бестолковые особы. Хотя, наверное, всё дело в отношении...
       - В каком смысле? - озадаченно уточнил мужчина. Даже его ладонь, поглаживавшая мою поясницу, на мгновение замерла неподвижно.
       - Извини, случайно вырвалось, - смущённо пробормотала я, но потом всё-таки решила сознаться и не городить таинственность на ровном месте. - Я просто анализирую приобретённый в вашем мире жизненный опыт.
       - Проводишь сравнительный анализ? - тихо засмеялся в ответ демон, сообразив, что я имею в виду. - Мне тоже кажется, что отношение играет большую роль.
       - Ты поэтому не интересуешься демоницами?
       - В том числе, - он неопределённо дёрнул плечом.
       - Хорошо, что ты так спокойно реагируешь, - проговорила я через несколько секунд тишины.
       - На что? - вновь озадачился он.
       - На всё, - туманно отозвалась я, но потом всё же пояснила. - Ты настолько откровенно избегал моего общества в последние дни, что я бы не удивилась трагической сцене с посыпанием головы пеплом, рефреном «как мы могли» и парадоксальными извинениями.
       Мужчина в ответ опять засмеялся и крепче прижал меня к себе.
       - Хотел бы я на такое посмотреть, - проговорил он, отсмеявшись.
       - Нет, но ведь избегал же? - упрямо возразила я.
       - Избегал, - не стал спорить он. - Сложно отказаться от возможности получить то, чего на данный момент хочется больше всего, но я честно пытался. Как показала практика, напрасно.
       - И что теперь? - поинтересовалась я, даже затаив дыхание от любопытства. - Перестанешь?
       - До Часа Выбора осталось двенадцать суток, - задумчиво отозвался мужчина.
       - Будем навёрстывать упущенное? - захихикала я.
       - Боюсь, времени маловато. А так — да, по мере возможности, - хмыкнул тот в ответ и после короткой паузы добавил. - Странное ощущение.
       - О чём ты?
       - Об ограниченности во времени. Такое редко случается.
       - Даже не знаю, я сильнее тебе сочувствую или завидую, - весело фыркнула я в ответ. - С одной стороны, приятно, когда не надо торопиться. Но, с другой, иногда авралы здорово бодрят и поднимают тонус. Главное, знать меру. Кстати, про меру; помни, что у меня тут дочка, и мне не хотелось бы обделять её вниманием.
       - В таком случае, предлагаю не тратить время попусту, - многозначительно проговорил демон, перекатываясь на спину и увлекая меня за собой.
       Я была благодарна Геру за его невозмутимое спокойствие, за принятое решение и за выбранную линию поведения. Мы оба понимали, что никакого совместного будущего у нас нет и быть не может, и решение прожить эти отведённые дни настоящим, не задумываясь на тему «что будет потом», было наилучшим. Нужно было попытаться воспринимать всё как курортный роман: несколько дней, которые двое проводят вместе к взаимному удовольствию, чтобы потом навсегда расстаться.
       И плевать, что, скорее всего, потом будет больно. Разумные люди от расставания и несчастной любви не умирают, а я же разумный человек, верно?
       А о том, минутное увлечение это или в самом деле любовь, я тем более старательно не думала. Всё это будет потом, а сейчас подобные мысли можно заглушить желаниями тела. Или хотя бы попытаться.
       

       ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

       Когда мы нашли в себе силы всё-таки оторваться друг от друга и одеться, за окном уже стемнело. Неожиданно для меня, - и, похоже, для себя тоже, - Менгерель вызвался проводить меня до комнаты дочери. Скорее всего, это был просто повод, чтобы не расставаться: за время нашего раздельного существования я привыкла, что во дворце вполне тихо и мирно. Да и из объяснений Гера относительно подоплёки происходящих ужасов следовало, что опасно находиться как раз таки рядом с ним, потому что повышается риск попасть под шальной удар.
       Но эти соображения я благоразумно придержала при себе, чтобы мужчина не передумал: мне тоже хотелось хоть немного наверстать упущенное. Пусть даже перед смертью не надышишься, но попытаться стоит!
       - Гер, а всё-таки, что это было? Ну, там, в коридоре, эти странные чёрные... объекты. Что они такое и как именно они на тебя нападали? Это была какая-то магия? - полюбопытствовала я, когда мы рука в руке двинулись к покоям.
       - Да, судя по всему, - спокойно отозвался мужчина. - Только не наша, а совсем чужая, поэтому без предварительных исследований я не стал бы делать выводы. А эти, как ты их назвала, объекты, мне кажется, вполне себе живые существа, просто не похожие на нас.
       - Тогда я совсем ничего не понимаю. Аэрьи, он же выглядит как демон, так? - решила я разбираться по пунктам.
       - В целом, да, - подтвердил демон.
       - То есть, всех, начиная с тебя, он создавал в той или иной мере по собственному образу и подобию. Дальше; остальные боги, насколько я поняла, пытаются от него избавиться только для того, чтобы занять его место. Проще говоря, ради власти. А ваши морды им просто глубоко противны. Так?
       - Вероятно, - хмыкнул Гер.
       - А что может понадобиться чёрному конусу из другого мира в вашем, если здесь иные обитатели и даже законы мироздания другие? Ладно, предположим, он мог бы всё перевернуть, неугодных уничтожить; но он же явно действует в компании с местными заговорщиками! Разве нет?
       - Вариантов масса, - пожал плечами мой собеседник. - Во-первых, выглядеть он может как угодно; совершенно не обязательно, что эти существа созданы «по образу и подобию». Во-вторых, вполне возможно, что за этим нападением стоял не бог, а простые уроженцы того мира.
       - Это как? - нахмурилась я.
       - Примерно так, как ты сюда переместилась, - улыбнулся он, а я смущённо кашлянула. М-да, об этом я как-то не подумала. - В-третьих, это вполне может быть не их инициативой. Я не думаю, что Сартанар — единственный, кто навещал другие миры для собственного развлечения, и кто-то мог использовать эти создания как обычную наёмную силу. Конечно, сложно представить, как удалось с ними договориться, но я бы не сказал, что это невозможно. В-четвёртых, тамошнее божество может действовать и по собственной инициативе, в надежде под шумок урвать кусок пожирнее; но это, конечно, маловероятно. Мне продолжать, или ты позволишь решать все эти вопросы тем, кто понимает в них несколько больше, чем мы с тобой, вместе взятые? - иронично уточнил он.
       - Да бог с ними, пусть решают, я же в их дела не лезу! Мне просто интересно. Ну и вообще, информация — главное оружие. Предупреждён — значит, вооружён, и всё такое. Нет, не надо на это отвечать, я отдаю себе отчёт, что даже с основательной подготовкой и выкрученной на максимум паранойей я ничего не смогу противопоставить богам, но... Когда я более-менее ориентируюсь в происходящем вокруг, мне спокойней.
       - А в том мире, где мы оказались после смерти Санса, как бы тебе помогли знания об окружающем мире? - насмешливо уточнил он, явно дразнясь.
       - Ты, конечно, можешь мне не верить, но там всё было гораздо понятнее, чем тут. Была цель — добраться из точки «А» в точку «Б», были вполне понятные опасности и конкретные способы борьбы с ними. Ну, и тот мир в целом мне гораздо ближе, чем ваш: куда больше похож на мой собственный. Как минимум, отсутствием магии, - невозмутимо отмахнулась я. - Кроме того, вокруг были понятные и простые люди; не самые лучшие, но без сверхспособностей. А здесь неизвестно, чего от кого ждать.
       - От меня тоже? - иронично хмыкнул демон.
       - Ну, с тобой, кажется, всё более-менее понятно, но я всё равно морально готова к любым сюрпризам, - улыбнулась я в ответ. - Кроме того, тебя я, даже несмотря на избыточное количество конечностей и явно повышенное содержание кальция в организме, всё равно воспринимаю человеком. Да и вообще, хвост — это, оказывается, очень полезная часть тела. И многофункциональная, - добавила задумчиво, кончиками пальцев поглаживая упомянутую конечность, своевольно обнимавшую меня сейчас пониже талии.
       Что мужчина использует предмет разговора как дополнительную руку, я заметила сразу, но до недавнего времени не задумывалась, что использует он её в таком качестве в любой ситуации. Включая интимные отношения.
       Менгерель намёк понял, и в ответ на мой комментарий искренне рассмеялся. После чего требовательно притянул меня к себе для поцелуя, а потом и вовсе — притиснул к ближайшей стене, недвусмысленно вклинившись бедром между моих бёдер и крепко прижавшись. Благоразумие попыталось неуверенно высказаться на тему возможности появления свидетелей всего этого безобразия, но было отправлено в дальний пеший путь. Сомневаюсь, что демонов можно удивить или заинтересовать подобным. А что касается моей скромности и воспитания... похоже, они окончательно пали смертью храбрых. Ну, или, в лучшем случае, мигрировали обратно домой, не дожидаясь загулявшей хозяйки. В общем, на поцелуй и объятья я ответила с искренним пылом и удовольствием. Даже не знаю, хорошо это или плохо, что мы находились в коридоре, и дальше поцелуя дело вряд ли могло зайти.
       Через достаточно продолжительное время демон всё же отстранился, и мы вновь зашагали по коридорам. На этот раз, правда, в молчании.
       И всю дорогу я не могла отделаться от ощущения, что Гер ведёт себя... странно. Да, я в очередной раз напомнила себе, что не с моим жизненным опытом оценивать поступки бессмертного существа, но ощущение — на то и ощущение, чтобы не поддаваться логике. С одной стороны, я могла объяснить себе абсолютно всё: и недавнюю отстранённость, и нынешние порывы впервые влюблённого подростка. Пытался перебороть себя, а теперь со свойственным демонам энтузиазмом и горячностью кинулся в противоположную сторону.
       Но червячок сомнения грыз. То ли потому, что не очень-то походил Гер на горячего демона. То ли потому, что за столько лет жизни плотские утехи должны были приесться или, по крайней мере, перестать вызывать такой энтузиазм. Да, это можно было списать на глубокое чувство, впервые испытанное мужчиной, - помнится, Санс расписывал демонскую любовь очень красочно, - но всё равно чудился какой-то диссонанс, что-то фальшивое, неправильное. Может, давало о себе знать горькое предчувствие расставания?
       Я раздражённо тряхнула головой, пытаясь отогнать эту мысль. Не помогло, но зато мы вскоре дошли до нужной комнаты, и здесь стало совсем не до посторонних размышлений.
       - Мам, ну где ты ходишь?! Смотри! - почти на пороге встретил меня возмущённо-радостный вопль дочери. Они с Миром опять сидели на полу, обложенные листами бумаги и, кажется, карандашами. Пока мама тормозила и пыталась понять, на что именно нужно смотреть, Славка не выдержала пытки ожиданием, подорвалась с места и, аккуратно перешагивая через разбросанные по полу предметы, подскочила ко мне, ухватила за руку. - Смотри, чему меня Мир научил!
       И мне в руки был всунут рисунок, нарисованный цветными карандашами. Вполне себе нормальный девичий сюжет — едущая на розовом единороге принцесса в пышном платье. О том, что это именно принцесса, недвусмысленно сообщала чуть съехавшая набок корона. Единственным отличием от классического сюжета была только масть принцессы: она была жгучей брюнеткой. И ещё отчётливо были прорисованы уши; немного лопоухие, но круглые.
       Но к этому мы и дома привыкли, не любит Славка эльфов. И, мне кажется, при первой же возможности покрасится в «семейный» цвет.
       - Красиво, - похвалила я. Для своего возраста дочь рисовала весьма и весьма неплохо. А учитывая, что мои художественные способности в настоящий момент находились на том же уровне, и нарисовать лучше я бы не смогла при всём желании, похвала была совершенно искренней, а не педагогически предопределённой.
       - Да нет же, - рассмеялась Славка. - Что он, уснул? - возмущённо фыркнула она и щёлкнула по листку пальцем.
       Вот тут мне отчаянно захотелось протереть глаза и, желательно, присесть, потому что единорог шевельнулся. Сначала тряхнул мордой и замер, заставив меня задуматься о галлюцинациях. Потом копнул копытом землю, а потом вообще, как мультяшный, зашагал на месте. А принцесса потянулась, убрала локон за лопоухое ушко и взмахнула поводьями.
       Нет, одно дело — перемещение между мирами, демоны и эльфы. Но когда оживает карандашный рисунок — это уже клиника!
       Дочь, бесконечно довольная произведённым эффектом, звонко рассмеялась, отчего единорог сбился с шага, испуганно прянув в сторону, а потом рванул в галоп. Точно так же — на месте. А принцесса с очень недовольным видом вцепилась в его гриву. И мне даже показалось, что она что-то кричит. Кажется, нецензурно.
       - Всё в порядке, - наконец, пришёл мне на помощь стоявший рядом Менгерель, приобнимая за талию и мягко подталкивая к дивану. Он, кажется, в отличие от детей прекрасно понял, насколько меня на самом деле шокировало увиденное. - Особая бумага и особые краски, это повсеместно любимое развлечение. Чтобы рисунок ожил, необходимо вложить в него любую магию. И тех крох, что есть у Указующей, вполне достаточно.
       - Ты меня успокоил, - вздохнула я, но на диван всё-таки присела. - Слав, а ты меня в следующий раз, перед показом очередного чуда, предупреждай. Я понимаю, что Сонька в случае чего окажется мне равнозначной заменой, даже почти неотличимой, но такими темпами никаких замен не напасёшься!
       - Извини, - вздохнула она, плюхаясь рядом, обнимая меня и искательно заглядывая в глаза. - Я больше не буду!
       - Да ладно, проехали, - я махнула рукой. И только теперь заметила, что Люнала вместе с сыном успела тактично исчезнуть из комнаты.
       - Мам, а давай ты тоже что-нибудь нарисуешь!
       - Не хочется переводить волшебные карандаши; у меня-то точно ничего не оживёт! - я пожала плечами. - Обычные есть?
       - Есть! А дядя Гер? - и чадо требовательно уставилось на демона, на свою голову не успевшего сбежать.
       - Дядя Гер весьма посредственный художник, - неуверенно хмыкнул он. - Давай лучше твоя мама нарисует, а я помогу оживить?
       - Давай! - обрадовалась Славка. - Но ты тоже будешь рисовать. Ну, пожалуйста!