- Не смей так думать о нем... слышишь? Разве ты еще не понял, что мы гораздо прозрачнее друг для друга, чем смертные? Неужели ты думаешь, что я не почуяла бы гниль в душе, которая так близка ко мне?
Губы Хью дрогнули; он понимал, что она, скорее всего, права, однако совсем не был убежден ее словами. Устранить соперника было мощнейшим мужским инстинктом во все времена; а Роберт Гейл принадлежал к опаснейшей породе придворных интриганов, еще когда был жив... Даже если сама Амина непоколебимо верила в порядочность нового возлюбленного - и даже если сам Роберт Гейл верил в свою порядочность!..
Амина горько усмехнулась. Она отступила от Хью, скрестив руки на груди.
- Какой же ты дурак... Роберт больше всех заинтересован в том, чтобы ты вернулся живым.
«Это еще почему?..» - изумился Хью.
Но тут же он понял. С подобной логикой ему еще не доводилось сталкиваться - но это убедило его сильнее всех возможных доводов. Пока он был обычным смертным, он не являлся полноценным соперником для Фокса; ну а если бы Хью обрел его способности и смог играть по его правилам... Конечно, никто не мог бы теперь предсказать посмертную участь Хью; однако вероятность такого «перерождения» была весьма велика!
Молодой человек кивнул.
- Я готов. Сейчас приду.
Он быстро вернулся в спальню, оделся и взял чемоданы. Но когда снова вышел в коридор, хозяйки там уже не оказалось. В каком-то смысле это было большим облегчением...
Хью сбежал по лестнице; и внизу его ожидал Фокс, тоже готовый в путь. Он зорко осмотрел напарника и слегка улыбнулся.
- Идемте, мистер Бертрам.
Хью плотно сжал губы. Он посчитал ниже своего достоинства задавать тому вопросы, куда его доставят и насколько хорошо Фокс знаком с местом назначения; потом Хью мимолетно пожалел о своем фотографическом аппарате... он оставил его дома, а мог бы пригодиться! Затем помощник Амины Маклир цепко схватил его под локоть, и они одним скачком переместились на многие тысячи миль от Нью-Йорка и от Бойсе.
Чувства вернулись к юноше не сразу. Хью закашлялся - в рот попал мокрый снег, падавший с неба; ноги у него подкосились, и он съехал на землю, чуть не зацепившись хлястиком пальто за чугунную ограду позади. Фокс помог ему подняться, и в этот миг Хью нисколько не возражал.
- Где... мы?
- Это Саут-Темпл-стрит, восточная часть города.
- Здесь, кажется, есть еще Темпл-сквер? И Мэйн-стрит, естественно? Никакой фантазии, - усмехнулся Хью, отряхивая пальто. Кепи он, к счастью, не потерял.
Фокс понимающе улыбнулся. На взгляд европейца, в таких скороспелых американских городах названия улиц и общественных учреждений все были на один образец, отличаясь гордым примитивизмом. Еще каких-нибудь пятьдесят лет назад «Города Соленого Озера» не существовало, и тут был настоящий Дикий Запад...
- Это район Эвеньюз, богатые кварталы, - здешний Вест-Энд, только наоборот, - произнес Фокс. - Неподалеку на Мэйн-стрит находится особняк мистера Маклира, в нем теперь живет Пол Спрингфилд.
Хью присмотрелся: улица была застроена в викторианском стиле. В дальнем конце чинно прогуливалась нарядная няня с детской коляской.
- Еще совсем рано, поэтому здесь так тихо... Видите, вон там к востоку - горы Уосатч? Говорят, летом это живописнейший вид. Но вам нужно в западную часть города, и даже далее.
Они медленно двинулись по улице в этом направлении, чтобы не привлекать к себе внимания.
- Завод, принадлежащий «Маклир армз», расположен за городской чертой, к югу от Большого Соленого озера, - по соседству со сталелитейным заводом Фрипорта, что очень удобно, - продолжил рассказывать Фокс. - На западе Солт-Лейк-Сити сосредоточены рабочие кварталы, но теперь там на берегу озера вырос отдельный городок, люди живут семьями. Раньше общежитие для рабочих «Маклир армз» находилось в самом городе, между ним и заводом существовало железнодорожное сообщение - отдельная ветка...
- Я, кажется, догадываюсь, почему это старое общежитие больше не используется, - тихо сказал Хью.
- Да. Оно то самое, обычный смертный его даже не увидит, - подтвердил его догадку Фокс.
Они приостановились. Хью огляделся и почувствовал, как к нему возвращается уверенность в своих силах. В конце концов, чем он отличается от обыкновенного приезжего?..
- Дальше я справлюсь сам, мистер Гейл. Не надо меня провожать.
- Уверены?
Фокс окинул его взглядом, который пронизал юношу до самого затылка.
- Если у вас остались вопросы, Хью, задавайте их сейчас. Не идите на поводу у ложной гордости. Я за вас в ответе!
«Кажется, он и вправду заинтересован, чтобы я не пострадал...»
Хью улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой.
- Ну что вы. Все в порядке. Так и передайте вашей госпоже!
Он повернулся и пошел дальше по Саут-Темпл-стрит, помахивая своими чемоданами. Когда через десяток шагов Хью обернулся, его проводник уже исчез, словно растаял под снегом.
Хью впервые подумал, что никто из его семьи, включая и беременную сестру, понятия не имеет, куда он запропастился... Потом молодой человек нахмурился и заставил себя мыслить продуктивно. Первым делом он спросит, где тут хорошая гостиница. А потом составит план дальнейших действий.
Спустя полчаса Хью уже снял номер в недорогом, но приличном отеле. Все накладные расходы ему обещали также оплатить - что ж, тем лучше.
Удостоверение журналиста он сохранил, хотя вид у него был потрепанный. Скорее всего, этого окажется достаточно. Во всяком случае, для мисс Дженкинс, с которой он собирался начать охоту!
Секретарша мистера Спрингфилда заканчивала работу в шесть вечера. Точного ее адреса Хью, разумеется, не знал - скорее всего, девица добиралась домой из центра на трамвае. Но он подстережет ее с самого утра, по дороге на службу. Узнать ее среди клерков и технических помощников, торопящихся в контору «Маклир армз», надо полагать, будет нетрудно...
На этом Хью успокоился. Он заказал себе обед в номер, потом сел у окна и задумался. Мысли его вернулись к истории города; а потом к жизненным историям воспитанниц Амины, с которыми он надеялся вскоре свести знакомство.
Почему, в самом деле, среди них есть индеанки майя - южноамериканские, имеющие весьма слабое отношение к этой стране; но нет ни одной, скажем, из племени шошонов или ютов, совсем недавно населявших территорию Солт-Лейк-Сити и давших название целому штату?.. А ведь Америка тысячи лет была их землей, пока местных индейцев не загнали в резервации!.. Почему такое предпочтение?
Вероятно, здесь опять сработал не принцип справедливости - а эволюционный принцип усложнения, подумал Хью в волнении. Местные племена охотников и собирателей были кем-то сочтены слишком неразвитыми, в сравнении с детьми древних империй и европейских королевств... Или им просто не нашлось места в организации Амен-Оту!
А что, если таких сообществ на самом деле много, - куда больше, чем думает царица мертвых? Она верит, что ей изначально подчинены все или большинство неумерщвленных; точно так же древние египтяне некогда считали, что их маленькое государство самое богатое и могучее на земле. Но Америка поистине страна пионеров и неограниченных возможностей - не исключено, что и в этом отношении!..
Почувствовав, что воображение заводит его слишком далеко, Хью вскочил и прошелся по комнате. Он устал сидеть взаперти, тело требовало действия; и молодой человек решил прогуляться до здания «Маклир армз», чтобы заодно определить самый короткий маршрут. Только бы ни на кого не напороться...
Но ему повезло. И контору «Маклир армз» в центре он отыскал быстро: это было красивое, приметное и респектабельное здание из красного кирпича, крытое черепицей, с английским газоном. Ни за что не подумаешь, что здесь работают профессионалы по массовому уничтожению людей...
Хью еще немного покружил по городу, запоминая расположение улиц, потом зашел в кафе неподалеку и заказал себе стакан содовой, заодно полюбытствовав насчет цен. Вернулся к зданию «Маклир армз» он как раз к шести. И там уже занял удобный наблюдательный пост за ближайшим газетным киоском.
Ждать ему пришлось недолго. Вскоре дубовые резные двери учреждения открылись, и оттуда высыпали служащие в черных зимних пальто, шляпах и котелках. Острый глаз Хью быстро различил среди них одинокую невысокую женскую фигурку в крапчатом сером пальто и вязаном капоре. Она шла как раз мимо Хью, к трамвайной остановке...
На Хью снизошло вдохновение. Он выступил навстречу мисс Дженкинс, приподнимая кепи.
Она ахнула и остановилась. Но у Хью было наготове удостоверение.
Он произнес короткую речь, суть которой сводилась к тому, что он прислан редакцией «Нью-Йорк Таймс» с целью собрать материал о перспективах развития этого «замечательного города» и деятельности его «выдающихся представителей», включая, конечно же, мистера Пола Спрингфилда. Но он отлично понимает, что к такому большому человеку нужен подход, и прежде хотел бы поговорить с «доверенным лицом» владельца «Маклир армз»... Ведь перед ним его секретарь, не правда ли?
Элис Дженкинс хмыкнула, но не стала отрицать, что она «доверенное лицо».
- Постойте-ка, сударь.
Она придирчиво изучила его журналистское удостоверение при свете фонаря, несколько раз сличила Хью с наклеенной карточкой. И только потом удовлетворенно кивнула.
- Вы хотите поговорить со мной приватно?
Хью поклонился.
- Да, мисс. Если бы, к примеру, завтра вечером у вас нашлась для меня минутка...
Секретарша Пола Спрингфилда пожала плечами.
- Какой смысл ждать до завтра? Я свободна сейчас.
Хью лучезарно улыбнулся.
- Великолепно. Тогда не позволите ли вы мне пригласить вас на чашечку кофе?
Она кивнула.
- Не возражаю.
Элис Дженкинс была маленькой пухлявой женщиной с выбивающимися из-под капора светлыми накладными кудряшками; и относилась к разряду тех, кого в совсем недавнем прошлом назвали бы старыми девами без всяких перспектив... Ей можно было дать все сорок пять! Однако Хью всегда привлекали среди женщин энергичные и умные особы, знающие, чего они хотят, независимо от их статуса, - а мисс Дженкинс, похоже, была именно такой.
Они под руку дошли до кафе, которое облюбовал Хью. Там он заказал себе кофе, а спутнице кофе с пирожным; после чего продолжил говорить. Мисс Дженкинс продолжала слушать и помалкивать, держась настороже.
Хью отпустил ей комплимент, сказав, что для него большое удовольствие беседовать со столь независимой и эмансипированной особой.
Тут американка неожиданно зашлась смехом.
- Ох уж эта эмансипация! Знаете, молодой человек, почему женщин теперь все чаще берут на должности машинисток, стенографисток и телефонных операторов? Потому что мы быстрее работаем за куда меньшую плату, чем мужчины. Какая экономия!
Хью посмеялся вместе с ней и сочувственно покачал головой.
- Неужели мистер Спрингфилд вас обижает?
- Ну нет. - Пухлые щечки мисс Дженкинс вспыхнули. - Мистер Спрингфилд настоящий джентльмен... во всяком случае, со мной. Я говорю об общей тенденции.
Однако лед тронулся. Хью и секретарша разговорились; с ней оказалось по-настоящему интересно беседовать. Заказали еще по чашечке кофе. Под конец Хью вызвался проводить мисс Дженкинс до трамвая.
Когда они вышли на улицу, совсем стемнело и подморозило, снег похрустывал под ногами. Хью предупредительно поддерживал спутницу под локоток. И мисс Дженкинс, обернувшись к нему с сияющей улыбкой, сказала:
- Думаю, я поговорю с мистером Спрингфилдом завтра. Вы знаете номер приемной? Позвоните завтра во второй половине дня, мистер Бертрам, я постараюсь вас записать, хотя у нашего начальника очень мало свободного времени.
Хью поблагодарил от всей души. И он подумал, что все идет как-то слишком гладко... Однако мисс Дженкинс непохожа на предательницу; и непохоже, чтобы ей вообще было что-то известно. Хью научился это отличать!
Распрощавшись с секретаршей, Хью поймал извозчика и быстро покатил назад в гостиницу. Он старался не думать, какие сюрпризы принесет ему завтрашний день; но поклялся себе удвоить бдительность.
На другое утро Хью проснулся рано... потом снова заснул и проспал часов до десяти. Смысла вскакивать спозаранку не было: он намеревался весь день провести в номере, хотя это и было скучно. Но не следовало рисковать лишний раз - он рисковал не только собой...
Он поразмыслил над вчерашним разговором с мисс Дженкинс и попытался набросать характеристику ее начальника, чтобы знать, в каком русле вести с ним беседу. Но все равно придется импровизировать - если только его вообще допустят «к телу».
После полудня Хью все-таки отправился прогуляться: ничего подозрительного он не заметил. И день был ясный, солнечный.
Он вернулся около двух, набросал примерный план интервью - как бы то ни было, это занятие вселяло в него уверенность; и наконец, собравшись с духом, позвонил в приемную «Маклир армз».
Его не соединяли так долго, словно он звонил в другой город, а не в соседний район... Наконец в трубке зажурчал голосок мисс Дженкинс. Он создавал такое же обманчиво мирное впечатление, как и внешний вид конторы.
- Приемная «Маклир армз». С кем имею честь говорить? Ах, мистер Бертрам, разумеется. Подождите минутку, я переговорю с мистером Спрингфилдом.
У Хью предательски вспотели ладони.
«Она его, что ли, еще не спрашивала?.. Ну конечно, он же не сидит на месте целый день, да и обещание «поговорить с начальником завтра же» вряд ли следовало понимать буквально... Как всегда бывает...»
После паузы в трубке снова раздался голосок секретарши - он звучал строже и прохладнее.
- Мистер Спрингфилд говорит, сэр, что может уделить вам сегодня пять минут, не больше. После этого он решит, стоит тратить на вас время или нет. Прошу прощения, но меня просили передать вам эти слова буквально. Приезжайте в контору к пяти тридцати, и будьте любезны не опаздывать.
Хью скрипнул зубами.
- Все ясно. Тысяча благодарностей, мисс Дженкинс.
Он с грохотом положил трубку. Потом вытянул из жилетного кармашка часы. Четыре сорок две!..
«Вот проклятущий сноб!..»
Отрепетировать свою речь Хью уже не успевал. Он успел только привести себя в порядок - сменить рубашку, причесаться, побрызгаться одеколоном; и, одевшись и запихнув блокнот в карман пальто, выскочил на улицу. Поймал пролетку в квартале от гостиницы. Как хорошо, что он не стал мелочиться, а поселился в престижном районе Эвеньюз, через три улицы!
Хью оказался на месте в пять пятнадцать. Саут-Темпл-стрит, на которой стояло здание «Маклир армз», - обычно весьма оживленная, - в этот час была почти пуста. Хью, прогуливаясь по заснеженному тротуару, ощутил себя превосходной мишенью; а слепые окна краснокирпичной конторы казались ему бойницами...
В пять двадцать он решил, что пора войти. Швейцару в дверях пришлось предъявить удостоверение.
- Мне назначено на пять тридцать, - вежливо сказал Хью.
Важный швейцар кивнул и показал булавой.
- На второй этаж.
Хью сдернул головной убор и медленно поднялся по лестнице, слушая свое сердцебиение. Мрамор, позолота, хрустальная люстра - все здесь кричало о богатстве; но никакой «индивидуальности» хозяина в обстановке не прослеживалось.
Мисс Дженкинс сидела за столом в приемной и что-то бойко отстукивала на машинке; без капора и пальто она выглядела миловиднее и моложе. Вскинув на Хью глаза, секретарша на несколько мгновений прекратила печатать и улыбнулась.
Губы Хью дрогнули; он понимал, что она, скорее всего, права, однако совсем не был убежден ее словами. Устранить соперника было мощнейшим мужским инстинктом во все времена; а Роберт Гейл принадлежал к опаснейшей породе придворных интриганов, еще когда был жив... Даже если сама Амина непоколебимо верила в порядочность нового возлюбленного - и даже если сам Роберт Гейл верил в свою порядочность!..
Амина горько усмехнулась. Она отступила от Хью, скрестив руки на груди.
- Какой же ты дурак... Роберт больше всех заинтересован в том, чтобы ты вернулся живым.
«Это еще почему?..» - изумился Хью.
Но тут же он понял. С подобной логикой ему еще не доводилось сталкиваться - но это убедило его сильнее всех возможных доводов. Пока он был обычным смертным, он не являлся полноценным соперником для Фокса; ну а если бы Хью обрел его способности и смог играть по его правилам... Конечно, никто не мог бы теперь предсказать посмертную участь Хью; однако вероятность такого «перерождения» была весьма велика!
Молодой человек кивнул.
- Я готов. Сейчас приду.
Он быстро вернулся в спальню, оделся и взял чемоданы. Но когда снова вышел в коридор, хозяйки там уже не оказалось. В каком-то смысле это было большим облегчением...
Хью сбежал по лестнице; и внизу его ожидал Фокс, тоже готовый в путь. Он зорко осмотрел напарника и слегка улыбнулся.
- Идемте, мистер Бертрам.
Хью плотно сжал губы. Он посчитал ниже своего достоинства задавать тому вопросы, куда его доставят и насколько хорошо Фокс знаком с местом назначения; потом Хью мимолетно пожалел о своем фотографическом аппарате... он оставил его дома, а мог бы пригодиться! Затем помощник Амины Маклир цепко схватил его под локоть, и они одним скачком переместились на многие тысячи миль от Нью-Йорка и от Бойсе.
Чувства вернулись к юноше не сразу. Хью закашлялся - в рот попал мокрый снег, падавший с неба; ноги у него подкосились, и он съехал на землю, чуть не зацепившись хлястиком пальто за чугунную ограду позади. Фокс помог ему подняться, и в этот миг Хью нисколько не возражал.
- Где... мы?
- Это Саут-Темпл-стрит, восточная часть города.
- Здесь, кажется, есть еще Темпл-сквер? И Мэйн-стрит, естественно? Никакой фантазии, - усмехнулся Хью, отряхивая пальто. Кепи он, к счастью, не потерял.
Фокс понимающе улыбнулся. На взгляд европейца, в таких скороспелых американских городах названия улиц и общественных учреждений все были на один образец, отличаясь гордым примитивизмом. Еще каких-нибудь пятьдесят лет назад «Города Соленого Озера» не существовало, и тут был настоящий Дикий Запад...
- Это район Эвеньюз, богатые кварталы, - здешний Вест-Энд, только наоборот, - произнес Фокс. - Неподалеку на Мэйн-стрит находится особняк мистера Маклира, в нем теперь живет Пол Спрингфилд.
Хью присмотрелся: улица была застроена в викторианском стиле. В дальнем конце чинно прогуливалась нарядная няня с детской коляской.
- Еще совсем рано, поэтому здесь так тихо... Видите, вон там к востоку - горы Уосатч? Говорят, летом это живописнейший вид. Но вам нужно в западную часть города, и даже далее.
Они медленно двинулись по улице в этом направлении, чтобы не привлекать к себе внимания.
- Завод, принадлежащий «Маклир армз», расположен за городской чертой, к югу от Большого Соленого озера, - по соседству со сталелитейным заводом Фрипорта, что очень удобно, - продолжил рассказывать Фокс. - На западе Солт-Лейк-Сити сосредоточены рабочие кварталы, но теперь там на берегу озера вырос отдельный городок, люди живут семьями. Раньше общежитие для рабочих «Маклир армз» находилось в самом городе, между ним и заводом существовало железнодорожное сообщение - отдельная ветка...
- Я, кажется, догадываюсь, почему это старое общежитие больше не используется, - тихо сказал Хью.
- Да. Оно то самое, обычный смертный его даже не увидит, - подтвердил его догадку Фокс.
Они приостановились. Хью огляделся и почувствовал, как к нему возвращается уверенность в своих силах. В конце концов, чем он отличается от обыкновенного приезжего?..
- Дальше я справлюсь сам, мистер Гейл. Не надо меня провожать.
- Уверены?
Фокс окинул его взглядом, который пронизал юношу до самого затылка.
- Если у вас остались вопросы, Хью, задавайте их сейчас. Не идите на поводу у ложной гордости. Я за вас в ответе!
«Кажется, он и вправду заинтересован, чтобы я не пострадал...»
Хью улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой.
- Ну что вы. Все в порядке. Так и передайте вашей госпоже!
Он повернулся и пошел дальше по Саут-Темпл-стрит, помахивая своими чемоданами. Когда через десяток шагов Хью обернулся, его проводник уже исчез, словно растаял под снегом.
Хью впервые подумал, что никто из его семьи, включая и беременную сестру, понятия не имеет, куда он запропастился... Потом молодой человек нахмурился и заставил себя мыслить продуктивно. Первым делом он спросит, где тут хорошая гостиница. А потом составит план дальнейших действий.
Спустя полчаса Хью уже снял номер в недорогом, но приличном отеле. Все накладные расходы ему обещали также оплатить - что ж, тем лучше.
Удостоверение журналиста он сохранил, хотя вид у него был потрепанный. Скорее всего, этого окажется достаточно. Во всяком случае, для мисс Дженкинс, с которой он собирался начать охоту!
Секретарша мистера Спрингфилда заканчивала работу в шесть вечера. Точного ее адреса Хью, разумеется, не знал - скорее всего, девица добиралась домой из центра на трамвае. Но он подстережет ее с самого утра, по дороге на службу. Узнать ее среди клерков и технических помощников, торопящихся в контору «Маклир армз», надо полагать, будет нетрудно...
На этом Хью успокоился. Он заказал себе обед в номер, потом сел у окна и задумался. Мысли его вернулись к истории города; а потом к жизненным историям воспитанниц Амины, с которыми он надеялся вскоре свести знакомство.
Почему, в самом деле, среди них есть индеанки майя - южноамериканские, имеющие весьма слабое отношение к этой стране; но нет ни одной, скажем, из племени шошонов или ютов, совсем недавно населявших территорию Солт-Лейк-Сити и давших название целому штату?.. А ведь Америка тысячи лет была их землей, пока местных индейцев не загнали в резервации!.. Почему такое предпочтение?
Вероятно, здесь опять сработал не принцип справедливости - а эволюционный принцип усложнения, подумал Хью в волнении. Местные племена охотников и собирателей были кем-то сочтены слишком неразвитыми, в сравнении с детьми древних империй и европейских королевств... Или им просто не нашлось места в организации Амен-Оту!
А что, если таких сообществ на самом деле много, - куда больше, чем думает царица мертвых? Она верит, что ей изначально подчинены все или большинство неумерщвленных; точно так же древние египтяне некогда считали, что их маленькое государство самое богатое и могучее на земле. Но Америка поистине страна пионеров и неограниченных возможностей - не исключено, что и в этом отношении!..
Почувствовав, что воображение заводит его слишком далеко, Хью вскочил и прошелся по комнате. Он устал сидеть взаперти, тело требовало действия; и молодой человек решил прогуляться до здания «Маклир армз», чтобы заодно определить самый короткий маршрут. Только бы ни на кого не напороться...
Но ему повезло. И контору «Маклир армз» в центре он отыскал быстро: это было красивое, приметное и респектабельное здание из красного кирпича, крытое черепицей, с английским газоном. Ни за что не подумаешь, что здесь работают профессионалы по массовому уничтожению людей...
Хью еще немного покружил по городу, запоминая расположение улиц, потом зашел в кафе неподалеку и заказал себе стакан содовой, заодно полюбытствовав насчет цен. Вернулся к зданию «Маклир армз» он как раз к шести. И там уже занял удобный наблюдательный пост за ближайшим газетным киоском.
Ждать ему пришлось недолго. Вскоре дубовые резные двери учреждения открылись, и оттуда высыпали служащие в черных зимних пальто, шляпах и котелках. Острый глаз Хью быстро различил среди них одинокую невысокую женскую фигурку в крапчатом сером пальто и вязаном капоре. Она шла как раз мимо Хью, к трамвайной остановке...
На Хью снизошло вдохновение. Он выступил навстречу мисс Дженкинс, приподнимая кепи.
Она ахнула и остановилась. Но у Хью было наготове удостоверение.
Он произнес короткую речь, суть которой сводилась к тому, что он прислан редакцией «Нью-Йорк Таймс» с целью собрать материал о перспективах развития этого «замечательного города» и деятельности его «выдающихся представителей», включая, конечно же, мистера Пола Спрингфилда. Но он отлично понимает, что к такому большому человеку нужен подход, и прежде хотел бы поговорить с «доверенным лицом» владельца «Маклир армз»... Ведь перед ним его секретарь, не правда ли?
Элис Дженкинс хмыкнула, но не стала отрицать, что она «доверенное лицо».
- Постойте-ка, сударь.
Она придирчиво изучила его журналистское удостоверение при свете фонаря, несколько раз сличила Хью с наклеенной карточкой. И только потом удовлетворенно кивнула.
- Вы хотите поговорить со мной приватно?
Хью поклонился.
- Да, мисс. Если бы, к примеру, завтра вечером у вас нашлась для меня минутка...
Секретарша Пола Спрингфилда пожала плечами.
- Какой смысл ждать до завтра? Я свободна сейчас.
Хью лучезарно улыбнулся.
- Великолепно. Тогда не позволите ли вы мне пригласить вас на чашечку кофе?
Она кивнула.
- Не возражаю.
Элис Дженкинс была маленькой пухлявой женщиной с выбивающимися из-под капора светлыми накладными кудряшками; и относилась к разряду тех, кого в совсем недавнем прошлом назвали бы старыми девами без всяких перспектив... Ей можно было дать все сорок пять! Однако Хью всегда привлекали среди женщин энергичные и умные особы, знающие, чего они хотят, независимо от их статуса, - а мисс Дженкинс, похоже, была именно такой.
Они под руку дошли до кафе, которое облюбовал Хью. Там он заказал себе кофе, а спутнице кофе с пирожным; после чего продолжил говорить. Мисс Дженкинс продолжала слушать и помалкивать, держась настороже.
Хью отпустил ей комплимент, сказав, что для него большое удовольствие беседовать со столь независимой и эмансипированной особой.
Тут американка неожиданно зашлась смехом.
- Ох уж эта эмансипация! Знаете, молодой человек, почему женщин теперь все чаще берут на должности машинисток, стенографисток и телефонных операторов? Потому что мы быстрее работаем за куда меньшую плату, чем мужчины. Какая экономия!
Хью посмеялся вместе с ней и сочувственно покачал головой.
- Неужели мистер Спрингфилд вас обижает?
- Ну нет. - Пухлые щечки мисс Дженкинс вспыхнули. - Мистер Спрингфилд настоящий джентльмен... во всяком случае, со мной. Я говорю об общей тенденции.
Однако лед тронулся. Хью и секретарша разговорились; с ней оказалось по-настоящему интересно беседовать. Заказали еще по чашечке кофе. Под конец Хью вызвался проводить мисс Дженкинс до трамвая.
Когда они вышли на улицу, совсем стемнело и подморозило, снег похрустывал под ногами. Хью предупредительно поддерживал спутницу под локоток. И мисс Дженкинс, обернувшись к нему с сияющей улыбкой, сказала:
- Думаю, я поговорю с мистером Спрингфилдом завтра. Вы знаете номер приемной? Позвоните завтра во второй половине дня, мистер Бертрам, я постараюсь вас записать, хотя у нашего начальника очень мало свободного времени.
Хью поблагодарил от всей души. И он подумал, что все идет как-то слишком гладко... Однако мисс Дженкинс непохожа на предательницу; и непохоже, чтобы ей вообще было что-то известно. Хью научился это отличать!
Распрощавшись с секретаршей, Хью поймал извозчика и быстро покатил назад в гостиницу. Он старался не думать, какие сюрпризы принесет ему завтрашний день; но поклялся себе удвоить бдительность.
Глава 13
На другое утро Хью проснулся рано... потом снова заснул и проспал часов до десяти. Смысла вскакивать спозаранку не было: он намеревался весь день провести в номере, хотя это и было скучно. Но не следовало рисковать лишний раз - он рисковал не только собой...
Он поразмыслил над вчерашним разговором с мисс Дженкинс и попытался набросать характеристику ее начальника, чтобы знать, в каком русле вести с ним беседу. Но все равно придется импровизировать - если только его вообще допустят «к телу».
После полудня Хью все-таки отправился прогуляться: ничего подозрительного он не заметил. И день был ясный, солнечный.
Он вернулся около двух, набросал примерный план интервью - как бы то ни было, это занятие вселяло в него уверенность; и наконец, собравшись с духом, позвонил в приемную «Маклир армз».
Его не соединяли так долго, словно он звонил в другой город, а не в соседний район... Наконец в трубке зажурчал голосок мисс Дженкинс. Он создавал такое же обманчиво мирное впечатление, как и внешний вид конторы.
- Приемная «Маклир армз». С кем имею честь говорить? Ах, мистер Бертрам, разумеется. Подождите минутку, я переговорю с мистером Спрингфилдом.
У Хью предательски вспотели ладони.
«Она его, что ли, еще не спрашивала?.. Ну конечно, он же не сидит на месте целый день, да и обещание «поговорить с начальником завтра же» вряд ли следовало понимать буквально... Как всегда бывает...»
После паузы в трубке снова раздался голосок секретарши - он звучал строже и прохладнее.
- Мистер Спрингфилд говорит, сэр, что может уделить вам сегодня пять минут, не больше. После этого он решит, стоит тратить на вас время или нет. Прошу прощения, но меня просили передать вам эти слова буквально. Приезжайте в контору к пяти тридцати, и будьте любезны не опаздывать.
Хью скрипнул зубами.
- Все ясно. Тысяча благодарностей, мисс Дженкинс.
Он с грохотом положил трубку. Потом вытянул из жилетного кармашка часы. Четыре сорок две!..
«Вот проклятущий сноб!..»
Отрепетировать свою речь Хью уже не успевал. Он успел только привести себя в порядок - сменить рубашку, причесаться, побрызгаться одеколоном; и, одевшись и запихнув блокнот в карман пальто, выскочил на улицу. Поймал пролетку в квартале от гостиницы. Как хорошо, что он не стал мелочиться, а поселился в престижном районе Эвеньюз, через три улицы!
Хью оказался на месте в пять пятнадцать. Саут-Темпл-стрит, на которой стояло здание «Маклир армз», - обычно весьма оживленная, - в этот час была почти пуста. Хью, прогуливаясь по заснеженному тротуару, ощутил себя превосходной мишенью; а слепые окна краснокирпичной конторы казались ему бойницами...
В пять двадцать он решил, что пора войти. Швейцару в дверях пришлось предъявить удостоверение.
- Мне назначено на пять тридцать, - вежливо сказал Хью.
Важный швейцар кивнул и показал булавой.
- На второй этаж.
Хью сдернул головной убор и медленно поднялся по лестнице, слушая свое сердцебиение. Мрамор, позолота, хрустальная люстра - все здесь кричало о богатстве; но никакой «индивидуальности» хозяина в обстановке не прослеживалось.
Мисс Дженкинс сидела за столом в приемной и что-то бойко отстукивала на машинке; без капора и пальто она выглядела миловиднее и моложе. Вскинув на Хью глаза, секретарша на несколько мгновений прекратила печатать и улыбнулась.
