– Нашли что-то интересное? – Заинтересовался Клауд.
Он подошел ровно в тот момент, когда девушка вытащила из голенища сапога нож и провела им по внутренней стороне ладони.
Алые капли скользнули к плитке и через секунду растворились, будто их и не было.
– Оборотный камень пустоты, – тихо выдохнула Агата, крайне довольная собой.
Она встала и едва не столкнулась с вампиром.
Некромантка инстинктивно отшатнулась, заметив, как ноздри Клауда на мгновение хищно расширились. Она не ожидала, что ее действия хоть как-то повлияют на господина Шер. В конце концов, вся прозекторская пропиталась тяжелым ароматом крови.
02.06
Взгляд Клауда упал на порезанную ладонь Агаты, а затем обжег ее шею там, где была широкая полоска пластин.
Что-то темное мелькнуло в глазах господина Шер. Вампир поддался вперед, и волосы черным шелком легли на бледное лицо, оставив видимыми только губы. В их уголках пролегла едва заметная тень улыбки.
– Агата, надеюсь, укус Эндрю больше не доставляет вам неудобств? – Негромко спросил он.
Из-за плеча вампира некромантка прекрасно видела склонившегося над телами Себастьяна. Только благодаря близкому присутствию напарника она сумела вернуть себе видимость спокойствия.
– Все в порядке, спасибо. От раны почти ничего не осталось. У меня есть одна хорошая заживляющая мазь. Из аптечки, которую выдают всем членам ордена перед миссией.
– Значит, вам и сейчас ни к чему моя помощь. – Проговорил господин Шер. Его голос понизился. – Но впредь предупреждайте, если снова решите нарочно себя порезать. Свежая кровь невинной девушки значительно привлекательней моей вынужденной диеты.
Щеки Агаты ярко вспыхнули, когда она осознала, невинность какого рода имеет в виду Клауд. Некромантка понятия не имела, что вампиры вообще способны распознать подобное по одному запаху нескольких капель крови.
В любом случае слова господина Шер прозвучали как возмутительно, так и обескураживающе, и некромантка просто не нашлась с ответом.
Внезапно тяжелая ладонь легла ей на плечо, привлекая к себе.
– А что, у тебя есть какие-то проблемы с самоконтролем, Клауд? – Обманчиво дружелюбно поинтересовался Себастьян. В зале для вскрытий было прохладно, и Агата четко ощутила спиной жар его тела.
Если вампир позволил себе сказать лишнего, то Себастьян, словно в ответ на это, держался с ней развязней, чем следовало. Его рука железной хваткой удерживала Агату на месте, не оставляя и малейшей возможности отстраниться.
Девушка ощутила себя неуловимо хрупкой, оказавшись между двумя противоположными силами: холодно сощурившимся Клаудом и безмятежно улыбающимся Себастьяном.
– Все в порядке, Себастьян, – выдавила она, подумав, что напарник мог бы оставить ей и побольше воздуха в легких. – Я учту замечание господина Шер.
– А сам он, вероятно, в следующий раз будет осторожнее в своих формулировках?.. – Агата ощутила, как ладонь на ее плече слегка сжалась, а затем Себастьян как ни в чем не бывало выпустил ее из объятий. – Верно, Клауд?
Вампир смерил его ледяным взглядом, но затем заметным усилием заставил себя принять благожелательный вид.
– Я ничем не хотел обидеть госпожу Вайзовски. А если это произошло, то...
– Давайте просто забудем об этом, – поспешно сказала Агата, чувствуя, что абсолютно не готова продолжать эту затянувшуюся сцену, в которую непостижимым для самой себя образом попала.
– Как пожелаете, – кивнул Клауд. Он откинул назад мешающиеся ему волосы, словно приводя в порядок мысли. – Кажется, вы совсем недавно упомянули оборотный камень пустоты...
Агата не без труда вспомнила, что действительно немногим раньше произнесла это вслух. Девушка покосилась на Себастьяна, понимая, что он может быть не в восторге, если она станет делиться его же знаниями с кем-то вроде господина Шер.
Но вопреки ее опасениям, напарник заговорил сам.
– Агата, так ты нашла здесь оборотный камень пустоты? Где он? – Себастьян не без снисходительности повернулся к Клауду. – Мне пояснить, что это такое, и как такой камень использовался еще во время зуккарийской империи?
– Не стоит. Я застал то время. – С прохладой ответил вампир. – И к собственному сожалению достаточно близко познакомиться с зуккарийскими варварами и... их хитростями. Если ваша с Агатой осведомленность еще не вызывает у меня особых вопросов – орден святой Франциски умеет удивлять – то появление камня пустоты здесь, в новом здании, строительство которого шло на деньги фонда...
Господин Шер покачал головой.
– Семья Корц определенно знает куда больше, чем следовало. Мой сын, конечно, уже упоминал неких жриц, которые разбирались в древней магии и обычаях империи, но я посчитал, что Эндрю слишком впечатлителен и несведущ, чтобы здраво судить об этом. Однако теперь я начинаю думать, что с ними далеко не все так просто.
Агата сдержанно кивнула, мысленно проклиная себя за свою неосторожность. Но это было очень утомительно – следить за каждый словом что с Клаудом, что с Себастьяном.
С вампиром дело было уже не в недоверии как таковом. При всех особенностях господина Шер, после приема некромантка была уверена, что старый вампир не имеет отношения к Паучьей лилии. Тем не менее она хотела бы, чтобы эта секта как можно дольше оставалась для Клауда всего лишь кучкой фанатиков из заскучавшей аристократии. Подобно отцу Измаилу, приехавшего в Рэймон ради отмщения за убитых священников, Клауд мог всерьез загореться слепой местью, едва речь зайдет о зуккарийских личах.
А девушка не желала верной смерти господину Шер.
Как и в тот раз в ущелье, стоило Себастьяну разрушить обманчиво похожий на окружение материал, он, спустя несколько мгновений, начал восстанавливаться. Темные ступени под ним появились, только чтобы снова исчезнуть.
– Оборотный камень пустоты на рынке теперь большая редкость из-за низкого спроса. В Мольхар им интересуются разве что исследователи. Мало кто из нынешних смертных комфортно бы чувствовал себя в присутствии такого странного создания, как этот камень, чтобы использовать его в практических целях. – Со вздохом сказал Клауд.
Никто из присутствующих так и не высказал пожелания спуститься в подземный ход. И без траты времени на тщательную проверку всем было ясно, что он может вести только к лабиринту туннелей под Рэймоном.
Вампир заложил руки за спину и прошелся по прозекторской.
– С недавних пор мы с вами знаем и о факте существования Паучьей лилии, и о том, кому поклоняются ее последователи. – Пространственно заговорил он. – Так же мы можем с большой долей уверенности предположить, что наш некромант – тот самый Мышь, который имеет непосредственное отношение к этой секте. Несложно догадаться, чьи именно обряды пытается изобразить ублюдок в своем живописном творчества, которое поначалу легко было принять за работу серийного убийцы с даром мага смерти и непростительно богатой фантазией.
Клауд ненадолго остановился, чтобы бросить рассеянный взгляд на мертвецов.
– Считается, ритуалы Зуккар в своем первоначальном виде просто не дожили до сегодняшнего дня. И любая попытка повторить их – всего лишь импровизация, если угодно. А в нашем случае, так абсолютно декоративная композиция из мертвых тел, лишенная главного содержания ритуала – направленной магической силы на достижение результата. Я все думаю, чего же добивается этот Мышь? Согласитесь, есть серьезное противоречие в том, что пока господин Корц активно собирает вокруг себя цвет Мольхар, и пытается заманить новых людей в свое тайное религиозное общество, его подручный устраивает подобные пугающие демонстрации.
– Эндрю, если верить его словам, понятия не имел о связи убийств и Паучьей лилии. – Заметила Агата. – Вряд ли об этом и правда широко известно среди их сообщества.
– Но зачем Мыши вообще публичность? – С нажимом продолжил вампир. – При его смекалке можно удовлетворять свои темные желания, не будоража общественность.
– Бессмысленно искать логику в действиях сумасшедших, все глубже погружающихся в свои иллюзии, – пожал плечами Себастьян.
– Таких ли сумасшедших? – Лаконично спросил Клауд.
Агата вышла из кабинета заведующего больницей, который, с легкой руки полиции и вопреки всем известным протоколам, превратился в место для допроса.
Это было куда лучше, чем поехать в участок и застрять там на долгие часы. Некромантка не знала, какие именно связи и рычаги давления были у Клауда в полиции, но лишь благодаря им удалось избежать всей бюрократической волокиты, неизбежной для любого на месте некромантов и вампира. Особенно с учетом того, что для Агаты и Себастьяна это был уже второй раз, когда они в Рэймоне оказывались на месте убийства рядом с еще теплыми трупами.
Себастьян и вампир ждали в небольшом пустующем холле, где заботливая медсестра из приемного отделения принесла им горячий кофе.
– Представители закона к вам исключительно благосклонны, – сказала Агата вампиру, нарушая тяжелую тишину, повисшую между ним и ее напарником. – Если бы так допрашивали всех подозреваемых, Мольхар не имел бы причин содержать суды и тюрьмы. А если у вас есть значимые друзья и в прессе, то с трудом верится, что для сохранения репутации вам и правда нужна помощь ордена.
– Вы преувеличивайте, – ответил Клауд. Он грациозно откинулся на кожаном диване, с аристократической утонченности держа небольшую чашку. – Во-первых, мы никакие не подозреваемые. А свидетели. Во-вторых, пока убийства продолжаются, от моих связей и обаяния нет большого толку. Обыкновенные люди консервативнее, чем вы думаете. Несколько хвалебных статей ничего мне не дадут.
– Ты многое поставил на этот курортный городок, – усмехнулся Себастьян.
– Меня беспокоит далеко не прибыль от моих предприятий в Рэймоне. Даже если туристы навсегда покинут город, мое общее благосостояние не сильно покачнется. – Неожиданно откровенно заявил господин Шер, слегка пожимая плечами. – Поверьте, я достаточно для этого богат. А еще в любой момент я могу исчезнуть из Рэймона и инкогнито обосноваться где угодно, не жертвуя комфортом. Но, увы, настолько открыто я могу жить только здесь. И при обязательном условии, что смертные мирятся с моим соседством и не желают дотла спалить мой замок. Так что соберитесь. Узнайте, кто такой Мышь и найдите доказательства против тех, кто за ним стоит.
Вампир аккуратно поставил чашку.
– А после я сделаю все возможное, чтобы их смерть не имела для нас последствий.
– Вы не собирайтесь передавать семью Корц полиции? – Негромко спросила Агата.
Клауд тихо рассмеялся.
– Только что вы сами видели небольшую демонстрацию, какую власть в Мольхар дают положение и деньги. А мы имеем дело ни с чем иным, как с зуккарийской заразой. Рану следует хорошенько прижечь, прежде чем она воспалится. Здесь не может быть компромиссов.
Уголок губ Себастьяна растянулся в подобии улыбки, но, к облегчению Агаты, он никак не прокомментировал слова вампира.
– Надеюсь, орден разделяет мою точку зрения? – Обратился к девушке господин Шер.
Она кивнула, как того и ожидал вампир, в действительности не имея ни малейшего понятия об истинных планах ордена.
Хотела бы Агата и сама их знать.
Они втроем спустились в приемным зал. Клауд собирался пока остаться в больнице, чтобы не отклоняться от легенды о донорской крови. Он уже связался с помощниками, которые займутся перевозкой.
– Где бы вы не обосновались, рекомендую перебраться в мой замок. Я пересмотрел свой подход к безопасности. Ситуация с Мышью больше не повторится. – Вампир повернулся к некромантке, и, игнорируя Себастьяна, мягко улыбнулся. – Берегите себя, Агата.
Напарник девушки ужалил вампира недовольным взглядом, и девушка поспешила попрощаться.
Небо уже светлело. Уходящая темнота обнажила пелену облаков. Агата и Себастьян шли по пустующей улице. Сегодня напарники планировали вылазку к поместью Корц. Им было что обсудить, но оба они молчали.
После визита в морг у Агаты было крайне гадко на душе. Она пыталась отстраниться от эмоций и сосредоточиться на сути, но стало только хуже. Девушка сразу вспомнила то странное ощущение, когда только зашла в помещение для вскрытий.
Чувство близкого узнавания.
Глубоко втянув прохладный воздух, девушка постаралась избавиться от лишнего напряжения и, наконец, позволила себе зайти немного дальше.
Конечно. Это дежавю было связано с ее последним сном. Клинок, пронзивший грудь и густой аромат цветов, – все точно так же, как в морге. Но вместо паучьих лилий на мертвецах лежали не такие редкие бутоны. Да и были ли в ее сне тела?
В нем восприятие Агаты ограничивалось ощущениями Алэйра, а в конце ее сна он так и не открыл глаза. Возрождение в форме высшей нежити требовало жертвоприношений, но даже предполагаемый исход ритуала, который прошел адепт, и тот оставался догадкой.
Слишком мало, чтобы собрать картину воедино.
Когда Агата и Себастьяном ступили на парковую аллею, под ногами отчетливо скрипел гравий.
Агата украдкой взглянула на напарника. Он наверняка знал все о подобных ритуалах. Более того, Себастьян пришел в ярость, когда увидел жуткую композицию из мертвецов. Но почему?
Девушке надоело задавать себе вопросы, на которые не находила ответов, когда рядом всегда был тот, кто мог их дать.
Несмотря на отсутствие людей поблизости, девушка взяла Себастьяна под руку, и шепот сорвались с ее губ прежде, чем она успела хорошо подумать о последствиях.
– Так ты объяснишь мне, какой демон укусил тебя этой ночью?
Себастьян остановился так неожиданно, что Агата едва не наткнулась на него. Его свободная рука легла поверх ее пальцев, сжимающих рукав плаща, и некромантка вздрогнула.
– ... Разве мои действия не говорили сами за себя? – Себастьян с усмешкой наклонил голову и неуловимо прищурился. – Подумай. Ночь. Мужчина заходит в спальню к женщине и...
Агата в смятении вырвала руку, густо покраснев. Она моментально пожалела, что подняла эту тему.
– Как обычно шутишь, да?.. Ты и до этого уже раз спал со мной в одной кровати, демоны тебя раздери, – пробормотала она, с трудом сдерживая дрожь. – Ты бы не стал...
– Я бы не стал?.. Но ты же не будешь отрицать, что в этот раз все было как-то иначе, верно? – Вкрадчиво произнес Себастьян.
Агата прикусила губу.
– Не играй так со мной, – проговорила девушка. – Это не делает тебе чести.
Как то, что она видела про Алэйра, соотносилось с самим Себастьяном? Мог ли быть он сам Алэйром? Или же сны – часть некой мозаики, лишь косвенно имеющей отношение к ее напарнику, но знания о которых приведут ее к беде?
Печать сдерживала Себастьяна, но Агата имело дело с древним могущественным существом, скорее по своей прихоти покорно играющим согласно правилам, установленным орденом. По договору Агата не имела права получать доступ к тайнам Себастьяна против его желания, а сила печати поддерживалась не только ее волей, но и самим соглашением.
Возможно уже сейчас Себастьян способен сопротивляться ее приказам. Что он сделает, если убедиться, что его напарница и правда что-то видела этой ночью?
Девушка сглотнула.
– Знаешь, а мне ведь тоже совсем не нравится, когда кто-то переходит границы дозволенного. – Сказал Себастьян, шагнув к Агате.
Она заставила себя остаться на месте и выдержать тяжелый взгляд.
Он подошел ровно в тот момент, когда девушка вытащила из голенища сапога нож и провела им по внутренней стороне ладони.
Алые капли скользнули к плитке и через секунду растворились, будто их и не было.
– Оборотный камень пустоты, – тихо выдохнула Агата, крайне довольная собой.
Она встала и едва не столкнулась с вампиром.
Некромантка инстинктивно отшатнулась, заметив, как ноздри Клауда на мгновение хищно расширились. Она не ожидала, что ее действия хоть как-то повлияют на господина Шер. В конце концов, вся прозекторская пропиталась тяжелым ароматом крови.
02.06
Взгляд Клауда упал на порезанную ладонь Агаты, а затем обжег ее шею там, где была широкая полоска пластин.
Что-то темное мелькнуло в глазах господина Шер. Вампир поддался вперед, и волосы черным шелком легли на бледное лицо, оставив видимыми только губы. В их уголках пролегла едва заметная тень улыбки.
– Агата, надеюсь, укус Эндрю больше не доставляет вам неудобств? – Негромко спросил он.
Из-за плеча вампира некромантка прекрасно видела склонившегося над телами Себастьяна. Только благодаря близкому присутствию напарника она сумела вернуть себе видимость спокойствия.
– Все в порядке, спасибо. От раны почти ничего не осталось. У меня есть одна хорошая заживляющая мазь. Из аптечки, которую выдают всем членам ордена перед миссией.
– Значит, вам и сейчас ни к чему моя помощь. – Проговорил господин Шер. Его голос понизился. – Но впредь предупреждайте, если снова решите нарочно себя порезать. Свежая кровь невинной девушки значительно привлекательней моей вынужденной диеты.
Щеки Агаты ярко вспыхнули, когда она осознала, невинность какого рода имеет в виду Клауд. Некромантка понятия не имела, что вампиры вообще способны распознать подобное по одному запаху нескольких капель крови.
В любом случае слова господина Шер прозвучали как возмутительно, так и обескураживающе, и некромантка просто не нашлась с ответом.
Внезапно тяжелая ладонь легла ей на плечо, привлекая к себе.
– А что, у тебя есть какие-то проблемы с самоконтролем, Клауд? – Обманчиво дружелюбно поинтересовался Себастьян. В зале для вскрытий было прохладно, и Агата четко ощутила спиной жар его тела.
Если вампир позволил себе сказать лишнего, то Себастьян, словно в ответ на это, держался с ней развязней, чем следовало. Его рука железной хваткой удерживала Агату на месте, не оставляя и малейшей возможности отстраниться.
Девушка ощутила себя неуловимо хрупкой, оказавшись между двумя противоположными силами: холодно сощурившимся Клаудом и безмятежно улыбающимся Себастьяном.
– Все в порядке, Себастьян, – выдавила она, подумав, что напарник мог бы оставить ей и побольше воздуха в легких. – Я учту замечание господина Шер.
– А сам он, вероятно, в следующий раз будет осторожнее в своих формулировках?.. – Агата ощутила, как ладонь на ее плече слегка сжалась, а затем Себастьян как ни в чем не бывало выпустил ее из объятий. – Верно, Клауд?
Вампир смерил его ледяным взглядом, но затем заметным усилием заставил себя принять благожелательный вид.
– Я ничем не хотел обидеть госпожу Вайзовски. А если это произошло, то...
– Давайте просто забудем об этом, – поспешно сказала Агата, чувствуя, что абсолютно не готова продолжать эту затянувшуюся сцену, в которую непостижимым для самой себя образом попала.
– Как пожелаете, – кивнул Клауд. Он откинул назад мешающиеся ему волосы, словно приводя в порядок мысли. – Кажется, вы совсем недавно упомянули оборотный камень пустоты...
Агата не без труда вспомнила, что действительно немногим раньше произнесла это вслух. Девушка покосилась на Себастьяна, понимая, что он может быть не в восторге, если она станет делиться его же знаниями с кем-то вроде господина Шер.
Но вопреки ее опасениям, напарник заговорил сам.
– Агата, так ты нашла здесь оборотный камень пустоты? Где он? – Себастьян не без снисходительности повернулся к Клауду. – Мне пояснить, что это такое, и как такой камень использовался еще во время зуккарийской империи?
– Не стоит. Я застал то время. – С прохладой ответил вампир. – И к собственному сожалению достаточно близко познакомиться с зуккарийскими варварами и... их хитростями. Если ваша с Агатой осведомленность еще не вызывает у меня особых вопросов – орден святой Франциски умеет удивлять – то появление камня пустоты здесь, в новом здании, строительство которого шло на деньги фонда...
Господин Шер покачал головой.
– Семья Корц определенно знает куда больше, чем следовало. Мой сын, конечно, уже упоминал неких жриц, которые разбирались в древней магии и обычаях империи, но я посчитал, что Эндрю слишком впечатлителен и несведущ, чтобы здраво судить об этом. Однако теперь я начинаю думать, что с ними далеко не все так просто.
Агата сдержанно кивнула, мысленно проклиная себя за свою неосторожность. Но это было очень утомительно – следить за каждый словом что с Клаудом, что с Себастьяном.
С вампиром дело было уже не в недоверии как таковом. При всех особенностях господина Шер, после приема некромантка была уверена, что старый вампир не имеет отношения к Паучьей лилии. Тем не менее она хотела бы, чтобы эта секта как можно дольше оставалась для Клауда всего лишь кучкой фанатиков из заскучавшей аристократии. Подобно отцу Измаилу, приехавшего в Рэймон ради отмщения за убитых священников, Клауд мог всерьез загореться слепой местью, едва речь зайдет о зуккарийских личах.
А девушка не желала верной смерти господину Шер.
Как и в тот раз в ущелье, стоило Себастьяну разрушить обманчиво похожий на окружение материал, он, спустя несколько мгновений, начал восстанавливаться. Темные ступени под ним появились, только чтобы снова исчезнуть.
– Оборотный камень пустоты на рынке теперь большая редкость из-за низкого спроса. В Мольхар им интересуются разве что исследователи. Мало кто из нынешних смертных комфортно бы чувствовал себя в присутствии такого странного создания, как этот камень, чтобы использовать его в практических целях. – Со вздохом сказал Клауд.
Никто из присутствующих так и не высказал пожелания спуститься в подземный ход. И без траты времени на тщательную проверку всем было ясно, что он может вести только к лабиринту туннелей под Рэймоном.
Вампир заложил руки за спину и прошелся по прозекторской.
– С недавних пор мы с вами знаем и о факте существования Паучьей лилии, и о том, кому поклоняются ее последователи. – Пространственно заговорил он. – Так же мы можем с большой долей уверенности предположить, что наш некромант – тот самый Мышь, который имеет непосредственное отношение к этой секте. Несложно догадаться, чьи именно обряды пытается изобразить ублюдок в своем живописном творчества, которое поначалу легко было принять за работу серийного убийцы с даром мага смерти и непростительно богатой фантазией.
Клауд ненадолго остановился, чтобы бросить рассеянный взгляд на мертвецов.
– Считается, ритуалы Зуккар в своем первоначальном виде просто не дожили до сегодняшнего дня. И любая попытка повторить их – всего лишь импровизация, если угодно. А в нашем случае, так абсолютно декоративная композиция из мертвых тел, лишенная главного содержания ритуала – направленной магической силы на достижение результата. Я все думаю, чего же добивается этот Мышь? Согласитесь, есть серьезное противоречие в том, что пока господин Корц активно собирает вокруг себя цвет Мольхар, и пытается заманить новых людей в свое тайное религиозное общество, его подручный устраивает подобные пугающие демонстрации.
– Эндрю, если верить его словам, понятия не имел о связи убийств и Паучьей лилии. – Заметила Агата. – Вряд ли об этом и правда широко известно среди их сообщества.
– Но зачем Мыши вообще публичность? – С нажимом продолжил вампир. – При его смекалке можно удовлетворять свои темные желания, не будоража общественность.
– Бессмысленно искать логику в действиях сумасшедших, все глубже погружающихся в свои иллюзии, – пожал плечами Себастьян.
– Таких ли сумасшедших? – Лаконично спросил Клауд.
Глава 12. Дружеские посиделки в Рэймоне
Агата вышла из кабинета заведующего больницей, который, с легкой руки полиции и вопреки всем известным протоколам, превратился в место для допроса.
Это было куда лучше, чем поехать в участок и застрять там на долгие часы. Некромантка не знала, какие именно связи и рычаги давления были у Клауда в полиции, но лишь благодаря им удалось избежать всей бюрократической волокиты, неизбежной для любого на месте некромантов и вампира. Особенно с учетом того, что для Агаты и Себастьяна это был уже второй раз, когда они в Рэймоне оказывались на месте убийства рядом с еще теплыми трупами.
Себастьян и вампир ждали в небольшом пустующем холле, где заботливая медсестра из приемного отделения принесла им горячий кофе.
– Представители закона к вам исключительно благосклонны, – сказала Агата вампиру, нарушая тяжелую тишину, повисшую между ним и ее напарником. – Если бы так допрашивали всех подозреваемых, Мольхар не имел бы причин содержать суды и тюрьмы. А если у вас есть значимые друзья и в прессе, то с трудом верится, что для сохранения репутации вам и правда нужна помощь ордена.
– Вы преувеличивайте, – ответил Клауд. Он грациозно откинулся на кожаном диване, с аристократической утонченности держа небольшую чашку. – Во-первых, мы никакие не подозреваемые. А свидетели. Во-вторых, пока убийства продолжаются, от моих связей и обаяния нет большого толку. Обыкновенные люди консервативнее, чем вы думаете. Несколько хвалебных статей ничего мне не дадут.
– Ты многое поставил на этот курортный городок, – усмехнулся Себастьян.
– Меня беспокоит далеко не прибыль от моих предприятий в Рэймоне. Даже если туристы навсегда покинут город, мое общее благосостояние не сильно покачнется. – Неожиданно откровенно заявил господин Шер, слегка пожимая плечами. – Поверьте, я достаточно для этого богат. А еще в любой момент я могу исчезнуть из Рэймона и инкогнито обосноваться где угодно, не жертвуя комфортом. Но, увы, настолько открыто я могу жить только здесь. И при обязательном условии, что смертные мирятся с моим соседством и не желают дотла спалить мой замок. Так что соберитесь. Узнайте, кто такой Мышь и найдите доказательства против тех, кто за ним стоит.
Вампир аккуратно поставил чашку.
– А после я сделаю все возможное, чтобы их смерть не имела для нас последствий.
– Вы не собирайтесь передавать семью Корц полиции? – Негромко спросила Агата.
Клауд тихо рассмеялся.
– Только что вы сами видели небольшую демонстрацию, какую власть в Мольхар дают положение и деньги. А мы имеем дело ни с чем иным, как с зуккарийской заразой. Рану следует хорошенько прижечь, прежде чем она воспалится. Здесь не может быть компромиссов.
Уголок губ Себастьяна растянулся в подобии улыбки, но, к облегчению Агаты, он никак не прокомментировал слова вампира.
– Надеюсь, орден разделяет мою точку зрения? – Обратился к девушке господин Шер.
Она кивнула, как того и ожидал вампир, в действительности не имея ни малейшего понятия об истинных планах ордена.
Хотела бы Агата и сама их знать.
Они втроем спустились в приемным зал. Клауд собирался пока остаться в больнице, чтобы не отклоняться от легенды о донорской крови. Он уже связался с помощниками, которые займутся перевозкой.
– Где бы вы не обосновались, рекомендую перебраться в мой замок. Я пересмотрел свой подход к безопасности. Ситуация с Мышью больше не повторится. – Вампир повернулся к некромантке, и, игнорируя Себастьяна, мягко улыбнулся. – Берегите себя, Агата.
Напарник девушки ужалил вампира недовольным взглядом, и девушка поспешила попрощаться.
Небо уже светлело. Уходящая темнота обнажила пелену облаков. Агата и Себастьян шли по пустующей улице. Сегодня напарники планировали вылазку к поместью Корц. Им было что обсудить, но оба они молчали.
После визита в морг у Агаты было крайне гадко на душе. Она пыталась отстраниться от эмоций и сосредоточиться на сути, но стало только хуже. Девушка сразу вспомнила то странное ощущение, когда только зашла в помещение для вскрытий.
Чувство близкого узнавания.
Глубоко втянув прохладный воздух, девушка постаралась избавиться от лишнего напряжения и, наконец, позволила себе зайти немного дальше.
Конечно. Это дежавю было связано с ее последним сном. Клинок, пронзивший грудь и густой аромат цветов, – все точно так же, как в морге. Но вместо паучьих лилий на мертвецах лежали не такие редкие бутоны. Да и были ли в ее сне тела?
В нем восприятие Агаты ограничивалось ощущениями Алэйра, а в конце ее сна он так и не открыл глаза. Возрождение в форме высшей нежити требовало жертвоприношений, но даже предполагаемый исход ритуала, который прошел адепт, и тот оставался догадкой.
Слишком мало, чтобы собрать картину воедино.
Когда Агата и Себастьяном ступили на парковую аллею, под ногами отчетливо скрипел гравий.
Агата украдкой взглянула на напарника. Он наверняка знал все о подобных ритуалах. Более того, Себастьян пришел в ярость, когда увидел жуткую композицию из мертвецов. Но почему?
Девушке надоело задавать себе вопросы, на которые не находила ответов, когда рядом всегда был тот, кто мог их дать.
Несмотря на отсутствие людей поблизости, девушка взяла Себастьяна под руку, и шепот сорвались с ее губ прежде, чем она успела хорошо подумать о последствиях.
– Так ты объяснишь мне, какой демон укусил тебя этой ночью?
Себастьян остановился так неожиданно, что Агата едва не наткнулась на него. Его свободная рука легла поверх ее пальцев, сжимающих рукав плаща, и некромантка вздрогнула.
– ... Разве мои действия не говорили сами за себя? – Себастьян с усмешкой наклонил голову и неуловимо прищурился. – Подумай. Ночь. Мужчина заходит в спальню к женщине и...
Агата в смятении вырвала руку, густо покраснев. Она моментально пожалела, что подняла эту тему.
– Как обычно шутишь, да?.. Ты и до этого уже раз спал со мной в одной кровати, демоны тебя раздери, – пробормотала она, с трудом сдерживая дрожь. – Ты бы не стал...
– Я бы не стал?.. Но ты же не будешь отрицать, что в этот раз все было как-то иначе, верно? – Вкрадчиво произнес Себастьян.
Агата прикусила губу.
– Не играй так со мной, – проговорила девушка. – Это не делает тебе чести.
Как то, что она видела про Алэйра, соотносилось с самим Себастьяном? Мог ли быть он сам Алэйром? Или же сны – часть некой мозаики, лишь косвенно имеющей отношение к ее напарнику, но знания о которых приведут ее к беде?
Печать сдерживала Себастьяна, но Агата имело дело с древним могущественным существом, скорее по своей прихоти покорно играющим согласно правилам, установленным орденом. По договору Агата не имела права получать доступ к тайнам Себастьяна против его желания, а сила печати поддерживалась не только ее волей, но и самим соглашением.
Возможно уже сейчас Себастьян способен сопротивляться ее приказам. Что он сделает, если убедиться, что его напарница и правда что-то видела этой ночью?
Девушка сглотнула.
– Знаешь, а мне ведь тоже совсем не нравится, когда кто-то переходит границы дозволенного. – Сказал Себастьян, шагнув к Агате.
Она заставила себя остаться на месте и выдержать тяжелый взгляд.
