Накануне на балу ни отец, ни дядя при нём речи о свадьбе не заводили. Однако не так уж сложно было сообразить, что Страж Приграничья, которому лорд Торнстон официально представил их с Ульрихом, и есть его будущий тесть. Тем более что позже отец долго о чём-то беседовал с ним.
Спускаясь в гостиную, Эрик пытался справиться с волнением. Лорд Гленор показался ему более сдержанным, чем давно знакомый дядя Морис, даже немного суровым. И почему-то сейчас казалось гораздо важнее найти общий язык именно с ним, а не с пока ещё далёкой невестой. В конце концов, Эрику предстояло стать именно его преемником…
На самом деле волновался не только он. Хотя, глядя на лорда Гленора, в это едва ли кто-то поверил бы. Он казался спокойным и собранным, как и подобает Стражу. Своих сомнений он не показал бы никому. А их, между прочим, хватало. Не ошибся ли он, пытаясь мысленно оценить способности и возможности Эрика? Сумеет ли парень приспособиться к непростой жизни Стража? Ведь реальность Приграничья куда сложнее и суровее, чем любые рассказы о ней. А главное – сумеет ли Эрик поладить с Тессой? Она далеко не тихая мышка и не томная столичная красавица, да и он, похоже, тихим и мирным нравом не отличается…
Появление Эрика развеяло немалую долю его сомнений. Парень явно волновался, но старался держать себя в руках. И хотя, по словам Мориса Торнстона, давно мечтал о том, чтобы стать Стражем, демонстрировать радость не спешил. Да оно и понятно. Одно дело – просто перебраться в Приграничье, обучиться и пройти Посвящение. И совсем другое – когда к этому добавляется необходимость жениться.
Задав Эрику несколько вопросов, лорд Гленор с удовольствием убедился, что он вовсе не считает путь Стража чем-то лёгким и даже весёлым. То ли его подготовили к этому рассказы матери и дяди, то ли всё, что он успел усвоить в магии, но Эрик, похоже, и правда был готов к тому, что его ожидало. И готов учиться тому, чего пока не знает и не умеет.
Опыта Стража вполне хватало, чтобы оценить возможности своего будущего преемника. А они и правда оказались весьма серьёзными. Похоже, отголоски Дара обоих родителей не просто соединились в нём, но и умножились. Потому что даже сейчас, до Посвящения, Эрик по силе близок был к нему самому. А значит, со временем станет одним из сильнейших Стражей северного Приграничья. И это само по себе значило немало.
Отношение Эрика к предстоящей свадьбе тоже оказалось вполне разумным. Без особой радости, конечно, поскольку о невесте он пока не знал вообще ничего. Но и неприязни и нежелания жениться тоже не было.
Постепенно напряжение и настороженность растаяли. Лорд Гленор чувствовал, что со временем они вполне найдут общий язык.
Через некоторое время разговор сам собой зашёл о предстоящей дороге в Приграничье. Лорд Дернхольм вопросительно взглянул на обоих Стражей:
– Порталом отправитесь?
– Нет, зачем же? – пожал плечами лорд Гленор. – Пока не случилось ничего такого, чтобы нам необходимо было срочно возвращаться в Приграничье. А в дороге будет достаточно времени, чтобы познакомиться ближе.
– Тоже верно. Вот как быть с личной дружиной?..
Вопрос был не такой уж простой. С одной стороны, личная дружина Эрику, как человеку знатного происхождения, действительно нужна. С другой – далеко не все, кто служит у столичных лордов, сумеют приспособиться к Приграничью, где и служба, если разобраться, совсем иная. Потому лорд Гленор предложил:
– Поговорите с людьми. Если найдётся несколько человек, готовых сменить столицу на Приграничье, – хорошо. Если нет – ну что ж, в дороге хватит и наших, а там на месте разберёмся.
Эрик чуть заметно улыбнулся. Он мог с ходу назвать по меньшей мере пятерых, кто с радостью отправится в Приграничье вместе с ним. Разговор об этом заходил уже не раз, ещё в прошлые приезды лорда Торнстона. В дружине Дернхольмов хватало не только зрелых опытных людей, служивших не год и не два, но и молодёжи. И вот как раз среди них были и такие, кто с удовольствием перебрался бы из столицы хоть куда-нибудь, где придётся не только следовать безмолвными тенями за лордом по городским улицам и ближним пригородам. И кое-кто, между прочим, даже и сам заговаривал об этом с Эриком… вот только его отец об этом даже не подозревал.
Договорились, что с утра оба Стража заедут за Эриком. С собой ему предстояло взять только необходимое – всё остальное позже можно будет переправить порталом. А за остаток дня и он успеет собраться, и хватит времени подобрать для него хотя бы нескольких воинов в качестве личной дружины.
Беседу продолжили за столом, где к ним присоединились Ульрих с супругой и Дидрих. Впрочем, к теме грядущей свадьбы больше не возвращались – надобности в том не было.
Ульрих держался с женой подчёркнуто вежливо. Как подозревал Морис, это означало совсем недавнюю ссору… о которой гостям, да и родителям тоже, знать не следовало. Дурное настроение Ульрих по привычке вымещал на братьях, заслужив несколько недовольных взглядов от отца. Впрочем, все его старания всё равно пропали даром. Дидрих при гостях затевать с ним перепалку не стал. А Эрик был слишком поглощён своими мыслями и подначек старшего брата попросту не заметил.
Графиня, чтобы отвлечь общее внимание от не слишком подобающего поведения старшего сына, заговорила совсем о другом. Вообще-то она ещё со вчерашнего вечера временами о чём-то задумывалась. До сих пор её супруг пребывал в уверенности, что причиной тому перемены в судьбе среднего сына и его скорый отъезд. Однако всё оказалось не совсем так.
– Флоранс Ренвиль говорила, что им недавно пришлось несколько дней безвылазно просидеть в замке у родственников. Их известили, что в окрестностях появились какие-то чудовища. Она даже боялась, что не сможет вернуться в столицу к балу.
Леди Марен произнесла это нарочито безразличным тоном, однако её муж заметил, что она при этом бросила взгляд из-под ресниц в сторону брата. Морис, прекрасно понявший намёк, усмехнулся:
– Да, звучит странно, но иногда и Стражам Приграничья находится дело возле столицы.
И, прекрасно зная, что сестра не успокоится, пока не выяснит всё, что сможет, кратко рассказал об охоте. Разумеется, ни о разорванном иномирными тварями маге, ни о страхах и опасениях в процессе охоты не было сказано ни слова. Всё выглядело так, будто им пришлось взяться за это исключительно потому, что нужно было точно выяснить, откуда эти твари взялись, а после запечатать портал и уничтожить прорвавшихся. Леди Марен, разумеется, сделала вид, что поверила, будто всё вот так просто. На самом деле она помнила, как опасна может оказаться встреча с существами из иных миров. И, как всякая мать, боялась за сына. Потому что в будущем такие встречи ожидали уже его. Однако это была его судьба и его путь, и леди Марен не собиралась удерживать его.
Неторопливо шагая по дорожке дворцового парка рядом с отцом, принц обдумывал то, что разными путями успел узнать за последние пару дней. Разумеется, все судебные дела его нисколько не волновали – он успеет ещё сам хлебнуть этого, когда придёт время. Появление иномирных чудовищ в окрестностях столицы тоже интересовало исключительно с точки зрения хоть какого-то события, нарушающего привычное однообразие. А вот слухи, что его величество взялся сам устроить брак дочери одного из Стражей Приграничья, почему-то зацепили.
Как ни странно, даже сейчас, больше года спустя, он помнил зеленоглазую девушку – дочь лорда Гленора. Может быть, потому, что она единственная сказала ему «нет» не из боязни родительского гнева, а просто потому, что считала такое поведение единственно правильным. При этом в ней не было ни показной стыдливости, ни нарочитой томности – всего того, что так охотно изображали придворные красавицы. Пока он был ещё не женат, многие из них пытались хоть так завлечь его и женить на себе. Впрочем, безуспешно. Всё равно он к тому времени уже несколько лет обручён был с дочерью одного из королей-соседей…
Временами он даже немного жалел, что эта девушка не сможет стать его женой. А впрочем… Сложись всё иначе, он наверняка давно уже потерял бы всякий интерес к ней. Эту свою черту принц давно и хорошо знал. Встретив девушку, которая чем-то привлекла его, добиваться её, а получив что хотел – вскоре полностью охладевать к ней и искать другую.
Обдумывая всё это, принц даже не замечал окружающего. А между тем тщательно подстриженные цветущие кусты, увитые зеленью арки и беседки и пестревшие редкими по красоте цветами клумбы, казалось, ждали только художника, который бы мог запечатлеть их.
Не глядя на отца, принц проронил:
– Говорят, ваше величество собирается устроить брак сына лорда Дернхольма с дочерью Стража Приграничья.
– Откуда такие сведения? – король, покосившись на сына, вопросительно приподнял бровь.
Принц усмехнулся:
– Только не говорите, будто не знали, что у дворцовых стен очень острый слух.
– И слишком длинный язык, – в тон сыну парировал король.
– На самом деле догадаться не сложно. Сначала вы назначаете обоим лордам аудиенцию, хоть и по отдельности, потом на балу они обсуждают предстоящую свадьбу своих наследников… По правде говоря, мне просто интересно, чего ради вам это понадобилось.
Король ответил не сразу. Некоторое время он, словно не услышав вопроса, понаблюдал за пичужкой, перепархивавшей по ветвям. Потом всё же заговорил:
– Во-первых, так Дернхольм-младший хотя бы будет при деле. Скучающей молодёжи у нас при дворе и без него более чем достаточно. А во-вторых, мне не придётся беспокоиться, что одна из важнейших крепостей северного Приграничья может остаться без Стража.
Это простое объяснение вполне удовлетворило принца. В самом деле, крепость в Приграничье, оставшаяся без Стража, – это постоянная опасность появления каких-нибудь иномирных выходцев. Вроде тех чудовищ, из-за которых пришлось вызывать Стражей сюда, в столицу. Вот только там в таком случае может оказаться некому остановить их. А значит, лучшее, что можно сделать, – позаботиться, чтобы у лорда этой крепости поскорее появился преемник. Если не сын, то хотя бы зять.
И всё же думать о том, что та девушка совсем скоро будет принадлежать другому почему-то было обидно…
Вечером графиня Дернхольм зашла в комнату Эрика, занятого сборами.
– Ну, вот ты и отправляешься туда, где и в самом деле твоё место… Знаешь, если бы тогда, двадцать пять лет назад, всё сложилось так, как хотели мои родные, ты родился бы в том самом замке, куда теперь едешь.
– Только это, скорее всего, был бы не я, – улыбнулся Эрик.
Он сам не знал, почему сказал это. Просто чувствовал, что так оно и было в действительности.
Графиня ласково провела ладонью по его волосам:
– Всё может быть… В любом случае всё сложилось так, как сложилось. А пока – возьми вот это. Наденешь на свадьбу, – она положила на кресло куртку тёмно-гранатового бархата, украшенную серебряным шитьём и рубинами. – Не знаю, появимся ли мы там, но…
– Думаешь, отец не захочет? – Эрик невольно нахмурился.
Она покачала головой.
– Надеюсь, даже он всё же не сочтёт возможным такое пропустить. Тем более, этот брак – пожелание его величества. Но ты ведь и сам понимаешь – случиться может всякое…
– Понимаю, – он вздохнул. – И всё же надеюсь, что вы будете на свадьбе.
Неожиданно для самой себя графиня рассмеялась:
– Право же, мне и самой этого хочется. Во-первых, повидать родные места – последний раз я была там ещё до замужества. А во-вторых, мне же интересно познакомиться с твоей будущей женой!
Поцеловав сына, она ушла, чтобы не мешать ему закончить сборы.
Несколько мгновений поглядев на закрывшуюся дверь, Эрик глубоко вздохнул. Понятно, что матери будет грустно без него. В доме нет больше никого, с кем она могла бы поговорить о Приграничье. Но не отказываться же из-за этого ехать!
Укладывая вещи (доверять это слугам он почему-то не хотел), он время от времени поглядывал на кресло, где лежала принесённая матерью куртка. Понятно, что в дороге эта вещь ему не понадобится – она предназначена для торжественных случаев. Первым из которых, как и сказала мать, станет его свадьба. Но почему бы хотя бы не примерить её?
На миг он задумался, прикусив губу. Потом всё же взял куртку, надел. Она пришлась как раз впору. Обернувшись к зеркалу, Эрик удовлетворённо улыбнулся. Да, этот наряд очень шёл ему. Мать всегда удивительно точно выбирала ткани и узоры шитья для одежды каждого из сыновей. Может быть, в этом тоже была какая-то магия.
Впрочем, долго красоваться перед зеркалом Эрик не стал. Снял и бережно сложил куртку, убрал в сундук, которому предстояло позже отправиться телепортом прямо в замок Гленор. Туда же легли несколько любимых книг, в разное время подаренных лично ему. Всё остальное было уложено туда чуть раньше. И теперь оставалось лишь убрать в тот же сундук кое-какие мелочи, которые он не собирался оставлять здесь.
Наутро, когда оба Стража со своими воинами заехали к Дернхольмам, Эрик уже ждал их. Воины, решившиеся отправиться в Приграничье вместе с ним, тоже были готовы.
Накануне лорд Дернхольм, поразмыслив, предложил Эрику самому поговорить с воинами. Что тот и сделал. Выяснилось, что из тех, кто не раз заговаривал о возможности перебраться куда-нибудь из столицы, обменять её на Приграничье на самом деле готовы семеро. Окинув их испытующим взглядом, лорд Гленор удовлетворённо кивнул. Никто из семерых не считал, будто их ждёт просто приятная прогулка. Они и в самом деле готовы были стать воинами Приграничья. Теми, без кого Стражам, по правде говоря, не обойтись.
Обняв на прощанье отца и мать, Эрик вскочил в седло, и вскоре отряд из трёх десятков всадников уже выезжал за городские ворота.
В пути им предстояло провести не день и не два, а потому, как и говорил лорд Гленор, времени для того, чтобы как следует познакомиться, было предостаточно. Эрик, пользуясь возможностью, расспрашивал своих старших спутников о Приграничье, о Стражах. Всё же того, что он слышал до сих пор, было ничтожно мало. К тому же его мать никто специально не обучал тому, что полагалось знать Стражам.
Родерик к его вопросам отнёсся вполне одобрительно и охотно рассказывал об истории и обычаях Приграничья.
– Дело в том, что все старейшие крепости в Приграничье когда-то построены Фениксами, – неторопливо говорил он. – Прочие чуть позже основали их потомки. И примерно тогда же было решено, что отличительным знаком для всех Стражей Приграничья станет именно рубин, оправленный в серебро.
– Пламя и то, что способно его… охладить? – без труда разгадав эту символику, вопросительно взглянул на него Эрик.
– Верно.
Морис прищурился:
– Если мне не изменяет память, замок Гленор как раз из этих старейших. Хоть мои предки и пытались в своё время это оспаривать.
– Хорошо, что у потомков хватило ума не уподобляться им…
Сейчас ни тот, ни другой не упоминали, что не состоявшийся когда-то брак как раз и должен был стать знаком полного примирения между их семьями.
Эрик не так уж много слышал о тех неладах. Однако сейчас его больше занимало другое. Он едва ли сумел бы объяснить, почему упоминание о Фениксах заставило его насторожиться. Как будто в этом слове таилось что-то ещё, что-то, о чём он совершенно точно должен бы знать…
Спускаясь в гостиную, Эрик пытался справиться с волнением. Лорд Гленор показался ему более сдержанным, чем давно знакомый дядя Морис, даже немного суровым. И почему-то сейчас казалось гораздо важнее найти общий язык именно с ним, а не с пока ещё далёкой невестой. В конце концов, Эрику предстояло стать именно его преемником…
На самом деле волновался не только он. Хотя, глядя на лорда Гленора, в это едва ли кто-то поверил бы. Он казался спокойным и собранным, как и подобает Стражу. Своих сомнений он не показал бы никому. А их, между прочим, хватало. Не ошибся ли он, пытаясь мысленно оценить способности и возможности Эрика? Сумеет ли парень приспособиться к непростой жизни Стража? Ведь реальность Приграничья куда сложнее и суровее, чем любые рассказы о ней. А главное – сумеет ли Эрик поладить с Тессой? Она далеко не тихая мышка и не томная столичная красавица, да и он, похоже, тихим и мирным нравом не отличается…
Появление Эрика развеяло немалую долю его сомнений. Парень явно волновался, но старался держать себя в руках. И хотя, по словам Мориса Торнстона, давно мечтал о том, чтобы стать Стражем, демонстрировать радость не спешил. Да оно и понятно. Одно дело – просто перебраться в Приграничье, обучиться и пройти Посвящение. И совсем другое – когда к этому добавляется необходимость жениться.
Задав Эрику несколько вопросов, лорд Гленор с удовольствием убедился, что он вовсе не считает путь Стража чем-то лёгким и даже весёлым. То ли его подготовили к этому рассказы матери и дяди, то ли всё, что он успел усвоить в магии, но Эрик, похоже, и правда был готов к тому, что его ожидало. И готов учиться тому, чего пока не знает и не умеет.
Опыта Стража вполне хватало, чтобы оценить возможности своего будущего преемника. А они и правда оказались весьма серьёзными. Похоже, отголоски Дара обоих родителей не просто соединились в нём, но и умножились. Потому что даже сейчас, до Посвящения, Эрик по силе близок был к нему самому. А значит, со временем станет одним из сильнейших Стражей северного Приграничья. И это само по себе значило немало.
Отношение Эрика к предстоящей свадьбе тоже оказалось вполне разумным. Без особой радости, конечно, поскольку о невесте он пока не знал вообще ничего. Но и неприязни и нежелания жениться тоже не было.
Постепенно напряжение и настороженность растаяли. Лорд Гленор чувствовал, что со временем они вполне найдут общий язык.
Через некоторое время разговор сам собой зашёл о предстоящей дороге в Приграничье. Лорд Дернхольм вопросительно взглянул на обоих Стражей:
– Порталом отправитесь?
– Нет, зачем же? – пожал плечами лорд Гленор. – Пока не случилось ничего такого, чтобы нам необходимо было срочно возвращаться в Приграничье. А в дороге будет достаточно времени, чтобы познакомиться ближе.
– Тоже верно. Вот как быть с личной дружиной?..
Вопрос был не такой уж простой. С одной стороны, личная дружина Эрику, как человеку знатного происхождения, действительно нужна. С другой – далеко не все, кто служит у столичных лордов, сумеют приспособиться к Приграничью, где и служба, если разобраться, совсем иная. Потому лорд Гленор предложил:
– Поговорите с людьми. Если найдётся несколько человек, готовых сменить столицу на Приграничье, – хорошо. Если нет – ну что ж, в дороге хватит и наших, а там на месте разберёмся.
Эрик чуть заметно улыбнулся. Он мог с ходу назвать по меньшей мере пятерых, кто с радостью отправится в Приграничье вместе с ним. Разговор об этом заходил уже не раз, ещё в прошлые приезды лорда Торнстона. В дружине Дернхольмов хватало не только зрелых опытных людей, служивших не год и не два, но и молодёжи. И вот как раз среди них были и такие, кто с удовольствием перебрался бы из столицы хоть куда-нибудь, где придётся не только следовать безмолвными тенями за лордом по городским улицам и ближним пригородам. И кое-кто, между прочим, даже и сам заговаривал об этом с Эриком… вот только его отец об этом даже не подозревал.
Договорились, что с утра оба Стража заедут за Эриком. С собой ему предстояло взять только необходимое – всё остальное позже можно будет переправить порталом. А за остаток дня и он успеет собраться, и хватит времени подобрать для него хотя бы нескольких воинов в качестве личной дружины.
Беседу продолжили за столом, где к ним присоединились Ульрих с супругой и Дидрих. Впрочем, к теме грядущей свадьбы больше не возвращались – надобности в том не было.
Ульрих держался с женой подчёркнуто вежливо. Как подозревал Морис, это означало совсем недавнюю ссору… о которой гостям, да и родителям тоже, знать не следовало. Дурное настроение Ульрих по привычке вымещал на братьях, заслужив несколько недовольных взглядов от отца. Впрочем, все его старания всё равно пропали даром. Дидрих при гостях затевать с ним перепалку не стал. А Эрик был слишком поглощён своими мыслями и подначек старшего брата попросту не заметил.
Графиня, чтобы отвлечь общее внимание от не слишком подобающего поведения старшего сына, заговорила совсем о другом. Вообще-то она ещё со вчерашнего вечера временами о чём-то задумывалась. До сих пор её супруг пребывал в уверенности, что причиной тому перемены в судьбе среднего сына и его скорый отъезд. Однако всё оказалось не совсем так.
– Флоранс Ренвиль говорила, что им недавно пришлось несколько дней безвылазно просидеть в замке у родственников. Их известили, что в окрестностях появились какие-то чудовища. Она даже боялась, что не сможет вернуться в столицу к балу.
Леди Марен произнесла это нарочито безразличным тоном, однако её муж заметил, что она при этом бросила взгляд из-под ресниц в сторону брата. Морис, прекрасно понявший намёк, усмехнулся:
– Да, звучит странно, но иногда и Стражам Приграничья находится дело возле столицы.
И, прекрасно зная, что сестра не успокоится, пока не выяснит всё, что сможет, кратко рассказал об охоте. Разумеется, ни о разорванном иномирными тварями маге, ни о страхах и опасениях в процессе охоты не было сказано ни слова. Всё выглядело так, будто им пришлось взяться за это исключительно потому, что нужно было точно выяснить, откуда эти твари взялись, а после запечатать портал и уничтожить прорвавшихся. Леди Марен, разумеется, сделала вид, что поверила, будто всё вот так просто. На самом деле она помнила, как опасна может оказаться встреча с существами из иных миров. И, как всякая мать, боялась за сына. Потому что в будущем такие встречи ожидали уже его. Однако это была его судьба и его путь, и леди Марен не собиралась удерживать его.
***
Неторопливо шагая по дорожке дворцового парка рядом с отцом, принц обдумывал то, что разными путями успел узнать за последние пару дней. Разумеется, все судебные дела его нисколько не волновали – он успеет ещё сам хлебнуть этого, когда придёт время. Появление иномирных чудовищ в окрестностях столицы тоже интересовало исключительно с точки зрения хоть какого-то события, нарушающего привычное однообразие. А вот слухи, что его величество взялся сам устроить брак дочери одного из Стражей Приграничья, почему-то зацепили.
Как ни странно, даже сейчас, больше года спустя, он помнил зеленоглазую девушку – дочь лорда Гленора. Может быть, потому, что она единственная сказала ему «нет» не из боязни родительского гнева, а просто потому, что считала такое поведение единственно правильным. При этом в ней не было ни показной стыдливости, ни нарочитой томности – всего того, что так охотно изображали придворные красавицы. Пока он был ещё не женат, многие из них пытались хоть так завлечь его и женить на себе. Впрочем, безуспешно. Всё равно он к тому времени уже несколько лет обручён был с дочерью одного из королей-соседей…
Временами он даже немного жалел, что эта девушка не сможет стать его женой. А впрочем… Сложись всё иначе, он наверняка давно уже потерял бы всякий интерес к ней. Эту свою черту принц давно и хорошо знал. Встретив девушку, которая чем-то привлекла его, добиваться её, а получив что хотел – вскоре полностью охладевать к ней и искать другую.
Обдумывая всё это, принц даже не замечал окружающего. А между тем тщательно подстриженные цветущие кусты, увитые зеленью арки и беседки и пестревшие редкими по красоте цветами клумбы, казалось, ждали только художника, который бы мог запечатлеть их.
Не глядя на отца, принц проронил:
– Говорят, ваше величество собирается устроить брак сына лорда Дернхольма с дочерью Стража Приграничья.
– Откуда такие сведения? – король, покосившись на сына, вопросительно приподнял бровь.
Принц усмехнулся:
– Только не говорите, будто не знали, что у дворцовых стен очень острый слух.
– И слишком длинный язык, – в тон сыну парировал король.
– На самом деле догадаться не сложно. Сначала вы назначаете обоим лордам аудиенцию, хоть и по отдельности, потом на балу они обсуждают предстоящую свадьбу своих наследников… По правде говоря, мне просто интересно, чего ради вам это понадобилось.
Король ответил не сразу. Некоторое время он, словно не услышав вопроса, понаблюдал за пичужкой, перепархивавшей по ветвям. Потом всё же заговорил:
– Во-первых, так Дернхольм-младший хотя бы будет при деле. Скучающей молодёжи у нас при дворе и без него более чем достаточно. А во-вторых, мне не придётся беспокоиться, что одна из важнейших крепостей северного Приграничья может остаться без Стража.
Это простое объяснение вполне удовлетворило принца. В самом деле, крепость в Приграничье, оставшаяся без Стража, – это постоянная опасность появления каких-нибудь иномирных выходцев. Вроде тех чудовищ, из-за которых пришлось вызывать Стражей сюда, в столицу. Вот только там в таком случае может оказаться некому остановить их. А значит, лучшее, что можно сделать, – позаботиться, чтобы у лорда этой крепости поскорее появился преемник. Если не сын, то хотя бы зять.
И всё же думать о том, что та девушка совсем скоро будет принадлежать другому почему-то было обидно…
Глава 8. В дорогу
Вечером графиня Дернхольм зашла в комнату Эрика, занятого сборами.
– Ну, вот ты и отправляешься туда, где и в самом деле твоё место… Знаешь, если бы тогда, двадцать пять лет назад, всё сложилось так, как хотели мои родные, ты родился бы в том самом замке, куда теперь едешь.
– Только это, скорее всего, был бы не я, – улыбнулся Эрик.
Он сам не знал, почему сказал это. Просто чувствовал, что так оно и было в действительности.
Графиня ласково провела ладонью по его волосам:
– Всё может быть… В любом случае всё сложилось так, как сложилось. А пока – возьми вот это. Наденешь на свадьбу, – она положила на кресло куртку тёмно-гранатового бархата, украшенную серебряным шитьём и рубинами. – Не знаю, появимся ли мы там, но…
– Думаешь, отец не захочет? – Эрик невольно нахмурился.
Она покачала головой.
– Надеюсь, даже он всё же не сочтёт возможным такое пропустить. Тем более, этот брак – пожелание его величества. Но ты ведь и сам понимаешь – случиться может всякое…
– Понимаю, – он вздохнул. – И всё же надеюсь, что вы будете на свадьбе.
Неожиданно для самой себя графиня рассмеялась:
– Право же, мне и самой этого хочется. Во-первых, повидать родные места – последний раз я была там ещё до замужества. А во-вторых, мне же интересно познакомиться с твоей будущей женой!
Поцеловав сына, она ушла, чтобы не мешать ему закончить сборы.
Несколько мгновений поглядев на закрывшуюся дверь, Эрик глубоко вздохнул. Понятно, что матери будет грустно без него. В доме нет больше никого, с кем она могла бы поговорить о Приграничье. Но не отказываться же из-за этого ехать!
Укладывая вещи (доверять это слугам он почему-то не хотел), он время от времени поглядывал на кресло, где лежала принесённая матерью куртка. Понятно, что в дороге эта вещь ему не понадобится – она предназначена для торжественных случаев. Первым из которых, как и сказала мать, станет его свадьба. Но почему бы хотя бы не примерить её?
На миг он задумался, прикусив губу. Потом всё же взял куртку, надел. Она пришлась как раз впору. Обернувшись к зеркалу, Эрик удовлетворённо улыбнулся. Да, этот наряд очень шёл ему. Мать всегда удивительно точно выбирала ткани и узоры шитья для одежды каждого из сыновей. Может быть, в этом тоже была какая-то магия.
Впрочем, долго красоваться перед зеркалом Эрик не стал. Снял и бережно сложил куртку, убрал в сундук, которому предстояло позже отправиться телепортом прямо в замок Гленор. Туда же легли несколько любимых книг, в разное время подаренных лично ему. Всё остальное было уложено туда чуть раньше. И теперь оставалось лишь убрать в тот же сундук кое-какие мелочи, которые он не собирался оставлять здесь.
Наутро, когда оба Стража со своими воинами заехали к Дернхольмам, Эрик уже ждал их. Воины, решившиеся отправиться в Приграничье вместе с ним, тоже были готовы.
Накануне лорд Дернхольм, поразмыслив, предложил Эрику самому поговорить с воинами. Что тот и сделал. Выяснилось, что из тех, кто не раз заговаривал о возможности перебраться куда-нибудь из столицы, обменять её на Приграничье на самом деле готовы семеро. Окинув их испытующим взглядом, лорд Гленор удовлетворённо кивнул. Никто из семерых не считал, будто их ждёт просто приятная прогулка. Они и в самом деле готовы были стать воинами Приграничья. Теми, без кого Стражам, по правде говоря, не обойтись.
Обняв на прощанье отца и мать, Эрик вскочил в седло, и вскоре отряд из трёх десятков всадников уже выезжал за городские ворота.
В пути им предстояло провести не день и не два, а потому, как и говорил лорд Гленор, времени для того, чтобы как следует познакомиться, было предостаточно. Эрик, пользуясь возможностью, расспрашивал своих старших спутников о Приграничье, о Стражах. Всё же того, что он слышал до сих пор, было ничтожно мало. К тому же его мать никто специально не обучал тому, что полагалось знать Стражам.
Родерик к его вопросам отнёсся вполне одобрительно и охотно рассказывал об истории и обычаях Приграничья.
– Дело в том, что все старейшие крепости в Приграничье когда-то построены Фениксами, – неторопливо говорил он. – Прочие чуть позже основали их потомки. И примерно тогда же было решено, что отличительным знаком для всех Стражей Приграничья станет именно рубин, оправленный в серебро.
– Пламя и то, что способно его… охладить? – без труда разгадав эту символику, вопросительно взглянул на него Эрик.
– Верно.
Морис прищурился:
– Если мне не изменяет память, замок Гленор как раз из этих старейших. Хоть мои предки и пытались в своё время это оспаривать.
– Хорошо, что у потомков хватило ума не уподобляться им…
Сейчас ни тот, ни другой не упоминали, что не состоявшийся когда-то брак как раз и должен был стать знаком полного примирения между их семьями.
Эрик не так уж много слышал о тех неладах. Однако сейчас его больше занимало другое. Он едва ли сумел бы объяснить, почему упоминание о Фениксах заставило его насторожиться. Как будто в этом слове таилось что-то ещё, что-то, о чём он совершенно точно должен бы знать…
