За покушение на своего ребенка – просто убила бы.
Единственное святое, что было у Джинджер – ее близкие люди. За них она бы предала, солгала, украла, убила, и не чувствовала бы за собой вины. Это же ее родные и близкие. Пока – мать и Аликс. Если Эдвард все же разрешит, то и он тоже. Может, и дети когда-нибудь будут, чего уж там…
Эдвард коснулся плеча девушки, отвлекая ее внимание от мрачных мыслей.
- Думаю, основной концерт начнется около полудня. Сможешь проснуться и спуститься?
- Ты меня уж вовсе-то соней не считай! – возмутилась Джин. – А что будет?
- А вот увидишь…
Джинджер покусала нижнюю губу, не замечая какими глазами следит за этим простым движением мужчина, и решилась.
- Эдвард, обещай мне?
- Что именно?
- Что будешь осторожен. Пожалуйста.
- Обещаю.
Джинджер не понравилась легкость, с которой было произнесено это слово, и девушка поймала мужчину за руку.
- Ты не понимаешь! Сегодня, когда мы ехали из храма, я видела лицо леди Дженет. Поверь, она не остановится ни перед чем. Загнанные в угол крысы кидаются на всех!
- Я знаю, что она опасна, и не стану рисковать. Обещаю.
- Ты здесь чужак… сейчас. А ее давно знают. Если бы я раньше могла предположить, я бы все-все разузнала, что смогла…
- А что тут узнавать? Джин, тридцать лет – долгий срок, поверь мне. За это время утекло много воды, умерли почти все, кто знал меня, а сама леди Фрумс давно забыла об осторожности. Что-то простое будет бесполезно, а на подготовку сложного я ей времени не дам. Обещаю…
Джинджер покачала головой.
- Тридцать лет… а почему так долго?
- Ты думаешь, это так просто?
Джинджер не думала на эту тему, но вряд ли она смогла бы ждать тридцать лет. Сил не хватило бы…
- Не знаю…
- Нам надо было накопить денег, найти отца, устроиться, все приготовить, мне еще и вырасти – ладно! Мой отец недавно умер.
- Это как-то повлияло?
- Он был против мести. И против возвращения сюда.
- Почему?
Вот тут Джинджер искренне не смогла понять моряка.
Твою жену пытались убить, сына изуродовали, а ты против мести? А это точно моряк был, а не жрец? Поведение какое-то странное…
Это она и высказала Эдварду.
Мужчина помрачнел так, что даже плащ не скрыл плохого настроения.
- Есть обстоятельства… Были. Мы уезжали, получили наследство, да много чего было…
Джинджер кивнула. Не стоит лезть человеку в душу, захочет – сам расскажет. И все же…
- Будь осторожнее.
- Обещаю… Смотри, звезда падает. Загадаешь желание?
- Никогда не загадывала…
Джинджер проследила взглядом за искоркой, которая прочертила небеса.
- Взлететь!
Она и сама не знала, откуда ей на ум пришло это слово. Просто – взлететь!
Эдвард промолчал. Но руку девушки сжал крепко-крепко.
Любимая…
Джинджер особенно следила сегодня за своим внешним видом. Надела светло-голубое платье, которое сделало ее кожу нежной, а глаза яркими, подкрасила губы, подвила волосы…
Подумала, и стерла краску. От волнения у нее вечно кровь к щекам приливала, не хватало еще походить на помидор. Или – упаси небо! – на Тиану! Одного взгляда на женщину хватило бы, чтобы навсегда забыть про краску. Уметь же надо пользоваться, человек не дом, чтобы его кругом штукатурить в три слоя!
Подвила челку, погляделась в зеркало.
Глаза горят, как у кошки, так все сразу догадаются, что она или чего-то ждет, или о чем-то знает, спокойнее надо, спокойнее…
Так, вдох, выдох, еще вдох…
- Аликс? Привет…
Подруга явилась с самого утра.
- Как у тебя дела? Как самочувствие?
- Замечательно. И что-то подсказывает мне, что у тебя скоро будет не хуже.
- Развода бы дождаться…
- Может уже сегодня?
- Так быстро?
Джинджер повела плечиком.
- Если повезет, могло уже и дойти, и пройти…
- Мне казалось, такие дела дольше делаются?
Джинджер тоже так казалось, но слову Эдварда она верила. Если он сказал, что сегодня, значит, так тому и быть!
Но любимую заколку она все же в волосы сунула. Заколка была выполнена специально для Джинджер, по просьбе Клариссы Брайс, и представляла из себя дракона, свернувшегося восьмеркой. Дракон был пронзен мечом.
Серебро поблескивало на солнце изящной чеканкой, и почти никто не знал, что меч-то был стальным. И очень острым. Таким спокойно можно было выколоть глаз, или даже располосовать горло. В сердце попасть сложно, Джинджер не смогла бы, да и длины меча не хватило бы, а вот ошеломить, изуродовать… это запросто.
Проверить заколку никто бы не смог, копаться в кудрях девушки – недопустимая вольность, но если уж тебя прижали где-то в укромном углу, всегда можно мурлыкнуть: «подожди, милый, сейчас я сама…», снять заколку – и полоснуть от души. И убегать.
А кто еще защитит честь девушки, если она сама не позаботится? Стража, что ли? Ага, дозовешься ее… с того света, или с юбками на голове!
Лучше уж потом покаяться, и вообще, вам кого больше жалко – девушку или насильника? Вот Джин жалела только себя – и точка!
- Аликс, лучше думай, что скоро свобода.
- И я смогу выйти замуж за Лесли…
Джинджер сморщила нос.
- Клушка домашняя…
- Зато счастливая.
Спорить было сложно, Аликс просто светилась от счастья.
- Лесли вчера ездил в храм, он собирается помочь. Джин, он такой благородный, такой замечательный…
А еще его мать загрызет, если он храму не поможет.
Но эти крамольные мысли Джинджер оставила при себе. Может, Лесли и правда замечательный? Бывают же выродки в каждой семье, почему бы и от Фрумсов не родиться нормальному мужчине? Для разнообразия – порядочному и не склонному громко орать вслух о своей религиозности, прикрываясь ей, чтобы втихорца делать людям гадости.
Аликс улыбалась так счастливо, что Джинджер не выдержала, подхватила подругу под локоть и неумолимо повлекла из комнаты, чувствуя себя последней стервой. Ведь если Эдуард и правда осуществит задуманное, последствия скажутся и на подруге. А Джин все знала. И молчала…
В столовой было уютно и даже цветочно. Леди Дженет соблаговолила выйти к завтраку, и хмуро зыркала на всех окружающих. Увы – всем было не до нее. Любовь преображала мир – Кейт увивалась вокруг Люсьена, Тиана глядела на Сэндера влюбленными глазами, и даже Лесли ждал свою Аликс. Джин почувствовала себя лишней на этом празднике жизни.
Ненадолго.
Завтрак, правда, уже закончился, все перешли в гостиную, и расположились на диванах, Люсьен с книгой, Сэндер переглянулся с Тианой, и ты принялась предлагать брату партию в карты. Лесли отказывался…
Джин ждала, смиренно и терпеливо, и ожидание было вознаграждено.
Простучали сапоги по плитам пола, хлопнула дверь, и взглядам всех присутствующих предстал дворецкий. Но кто там будет смотреть на хрипящего старика, который от волнения и слово «гонец» выговорить не может, когда за его спиной маячит этот самый гонец.
Высокий, в алом плаще с черным подбоем и золотой отделкой. Все это изрядно покрыто пылью, как и роскошные усы, как и шляпа с пером, и сапоги, но лицо у мужчины довольное. Он добрался до места, теперь его ждет отдых – и крепкий сон на несколько часов. Чай, не война, чтобы в обратную отправляться даже не отоспавшись.
- У меня пакеты, - голос был низким и рокочущим, словно горный поток. Джин почувствовала себя форелью, которую увлекает неотвратимое течение, и решила шевельнуть плавниками, благо, все остальные пока еще ошеломленно молчали.
- Дайте угадаю? Для Аликс Лоусон?
- Леди Аликс Лоусон, лорд Сэндер Пирлен, лорд Лесли Кон’Ронг.
- Аликс, иди! Свобода пришла! – Джин сладко улыбнулась Сэндеру, который ожег девушку ненавидящим взглядом, и едва воздушный поцелуй не послала. А так тебе, негодяю!
Аликс медленно, на подгибающихся ногах, преодолела несколько шагов до гонца, и протянула руку за пакетом.
Медленно, словно под водой двигаясь, вернулась обратно, протянула его Джинджер…
- Открой, пожалуйста.
С соседнего дивана доносился хруст сургуча – там расправлялась с пакетом Тиана. Не Сэндеру ж ногти ломать?
Джин ловко справилась с печатью, извлекла из пакета свидетельство о разводе…
- Поздравляю, сестренка!
Малая королевская печать была на месте, и все подписи, и даже водяные знаки… свобода!
Аликс бросилась подруге на шею и разрыдалась. Рядом сверкал глазами Сэндер, получивший развод. Кларисса послала ему нежную улыбку.
- Поздравляю вас, Пирлен. И вас… эээ… госпожа Ривен?
Тиана хлопнула глазами, не понимая, при чем тут она.
- Теперь вы можете документально подтвердить свою честность, - припечатала Кларисса, не замечая злых огоньков в глазах Пирлена.
- Как?
Удивленный возглас Лесли привлек к себе всеобщее внимание.
- Что случилось?
- Лесс?
- Братик?
Лесли медленно развернул лист бумаги, и прочел. Громко, с выражением:
Повелеваю вам и вашим домочадцам оставаться на месте до прибытия законного лорда Кон’Ронга.
Повелеваю заключить под стражу Дженет Кон’Ронг, в девичестве Фрумс, которая совершила преступление против Короны.
Повелеваю приготовить все документы для передачи имущества его законному владельцу.
Судя по всему, это были лишь отрывки из письма, но присутствующим хватило с лихвой.
Ахнула, схватившись за лицо, Тиана. Рухнула в обморок Кейт – очень удачно, прямо на руки Люсьену. Или неудачно? Растерявшийся мужчина сделал первое, что рекомендовалось в книжках – полил женщину водой из стоящей рядом вазы. Обморок тут же кончился, но шуметь Кейт не стала. Век бы себе не простила, помешай она такой сцене! И интересно… Аликс недоуменно поглядела на Лесли. Простонародно присвистнула Кларисса.
Спокойной осталась лишь Джинджер. И именно она задала вопрос, который давно хотела:
- А какое преступление совершила Дженет Фрумс?
Если бы взглядом можно было бы убивать… банально? Нет, банальной смерти взгляд леди Дженет не обещал. А вот длительной, мучительной, жестокой и безжалостной – точно. Увы, взглядом Джин не убивалась, а чем потяжелее – так она ведь и защищаться может.
Да и вообще, на леди Дженет стоило поглядеть. Вот сейчас маска с нее спала – решительно и вместе с основой. С кровью, с болью…
Леди Дженет? Леди? Хорошая мать, благочестивая прихожанка, верная жена? Э, нет, сейчас в кресле сидела гиена. Голодная, злобная и загнанная в угол.
- Мама? – Лесли был в ужасе. Увидеть такое… и голос его был настолько растерянным, что Аликс плюнула на конспирацию, сунула свиток в руки Джин, подошла к мужчине и положила ему руку на плечо.
- Я с тобой…
Лесли накрыл ладонью тонкие пальцы, не обращая внимания на изумленные взгляды собравшихся в гостиной. И повторил, уже строже.
- Я жду объяснений.
Джин видела, каких усилий леди Дженет стоит взять себя в руки. И даже завидовала, это ж надо так уметь! Ничего, у нее опыта лет на сорок меньше, какие ее годы.
- Полагаю, сын мой, что это грязные домыслы и наветы. Ты единственный законный наследник Кон’Ронга. Других в этом роду не было, и не будет.
Джинджер прикусила язык, чтобы не… не понадобилось.
- Полагаю, ты на это очень надеялась. Тридцать пять лет надеялась…
В гостиную вошла леди Нэйра. Но как она выглядела…
Сейчас это была не скромная гувернантка, нет. Это плыла вдовствующая королева-мать, не меньше. Идеальная осанка, прическа, в которой каплями поблескивали бриллианты стоимостью с треть замка, платье по последней моде, с растительными мотивами, из дорогого темно-зеленого бархата редкостного малахитового оттенка…
В цвет глаз.
Изумрудно-зеленых, таких же, как у части портретов в галерее.
Джинджер обругала себя идиоткой. Почему она не заметила сразу? Почему не поняла, как похожа леди Нэйра… леди…
- Леди Ирэна Гервайн, - обретя свою волю, произнес язык девушки. И Джин была удостоена улыбки.
- Да, девочка. Ты угадала. Здравствуй, Дженни…
Джин перевела взгляд на леди Дженет. Та сейчас годилась на картину потрясения, или отчаяния, или ненависти, бессильной, но оттого не менее страшной.
Вылезшие из орбит глаза, белое лицо, отвисшая челюсть со струйкой слюны, пальцы, сжавшие подлокотники…
- Вижу, ты не ожидала моего возвращения? Надеялась, что мы с сыном мертвы? Ты ошибалась.
- Кхм… - Лесли кашлянул, привлекая к себе внимание.
Леди Нэй… то есть уже леди Ирэна развернулась к нему.
- Думаю, племянник, ты меня не помнишь. Хотя если считать поколения, ты приходишься мне сводным братом. Просто нам было так проще, Дженни так уверяла меня, что ее дети всего лишь мои племянники… я даже начала верить. Молодая была, глупая…
- Я… вы…
- Я – Ирэна Гервайн, в девичестве Кон’Ронг, и у меня есть все документы на владение замком. Мой сын привезет их завтра утром, а сегодня, племянник, будь любезен, подготовь все документы, чтобы передать мне мое имущество.
- К-Кон’Ронг? – прозаикалась Тиана. Леди Ирэна чуть повернула голову и пристально поглядела на меняющую цвета девицу. Красный, белый, зеленоватый, под взглядом леди опять красный – очаровательно! Хамелеоны плачут от зависти…
- Любезнейшая, моя мать, леди Азалия Кон’Ронг вышла замуж за лорда Лукаса, который был вашим отцом. Родила меня, завещала мне замок. Надеюсь, это понятно?
Тиана кивнула.
- Когда мать умерла, вторым браком отец женился на девице Дженни Фрумс. У нее и родились вы трое, - изящный жест веером заключил в один круг Лесли, Кейт и Тиану. – Но Кон’Ронг вы наследовать не можете, разве что дом Фрумсов. У моего отца своих денег – и то не было, младший сын младшего сына, всего достоинств, что смазливая мордашка. А в вас нет ни капли крови рода Кон’Ронг, так что позвольте уж…
Впрочем, позволения леди спрашивала исключительно из вежливости. Хлопок в ладоши – и в комнату медленно, чеканя шаг, вошли четверо мужчин в цветах Кон’Ронгов. Серый камзол, белая отделка…
Судя по лицу Лесли, кого-то он узнал…
- Корт, возьми эту тварь, и помести ее до завтра в ее покои. Потайных ходов там нет, пусть посидит до приезда моего сына. А там уж правосудие будет в его руках…
- Правосудие?
Леди Ирэна взмахнула веером на некстати открывшую рот Кейт.
- Когда моему сыну, любезнейшая, было столько же лет, сколько и вашей дочери, Дженни Фрумс попыталась убить его. Полагаю, сейчас его очередь. На землях Кон’Ронга слово лорда – закон…
- Позвольте! – возмутилась Кейт.
- Не позволю. Его величество в курсе всей истории, и у моего сына есть «открытый лист».
Теперь уже присвистнула и Джинджер.
Открытый лист… то есть указ короля. Фактически, право казнить и миловать.
Имя – проставлено. Печать, подпись…
Вина и приговор на усмотрение пострадавшего. И что-то подсказывало девушке, что милосердия Дженни Фрумс от Эдварда не дождется. Леди Ирэна взмахнула веером и на Джин.
- Девочка, сколько можно тебя воспитывать? Это совершенно ужасный звук, простонародный и не идущий к твоему облику. Будь любезна следить за собой. Это мы, дамы в возрасте, можем многое себе позволить, но не ты.
- Слушаюсь и повинуюсь, леди Нэйра… то есть леди Ирэна.
- Умничка, вот так и отвечай. Корт, я долго буду ждать?
Леди Дженет рывком поднялась из кресла.
- Я сама пойду… сука!
Леди Ирэна смерила ее надменным взглядом. И переключилась на остальных.
- Я не намерена терпеть в моем доме сборище. Любезнейший Пирлен, завтра утром вы покинете Кон’Ронг. Потрудитесь забрать с собой также свое имущество, - кончик веера указал на Тиану, сейчас багровую от возмущения. – Более я вас на своей земле видеть не желаю. Увижу – собак спущу.
Единственное святое, что было у Джинджер – ее близкие люди. За них она бы предала, солгала, украла, убила, и не чувствовала бы за собой вины. Это же ее родные и близкие. Пока – мать и Аликс. Если Эдвард все же разрешит, то и он тоже. Может, и дети когда-нибудь будут, чего уж там…
Эдвард коснулся плеча девушки, отвлекая ее внимание от мрачных мыслей.
- Думаю, основной концерт начнется около полудня. Сможешь проснуться и спуститься?
- Ты меня уж вовсе-то соней не считай! – возмутилась Джин. – А что будет?
- А вот увидишь…
Джинджер покусала нижнюю губу, не замечая какими глазами следит за этим простым движением мужчина, и решилась.
- Эдвард, обещай мне?
- Что именно?
- Что будешь осторожен. Пожалуйста.
- Обещаю.
Джинджер не понравилась легкость, с которой было произнесено это слово, и девушка поймала мужчину за руку.
- Ты не понимаешь! Сегодня, когда мы ехали из храма, я видела лицо леди Дженет. Поверь, она не остановится ни перед чем. Загнанные в угол крысы кидаются на всех!
- Я знаю, что она опасна, и не стану рисковать. Обещаю.
- Ты здесь чужак… сейчас. А ее давно знают. Если бы я раньше могла предположить, я бы все-все разузнала, что смогла…
- А что тут узнавать? Джин, тридцать лет – долгий срок, поверь мне. За это время утекло много воды, умерли почти все, кто знал меня, а сама леди Фрумс давно забыла об осторожности. Что-то простое будет бесполезно, а на подготовку сложного я ей времени не дам. Обещаю…
Джинджер покачала головой.
- Тридцать лет… а почему так долго?
- Ты думаешь, это так просто?
Джинджер не думала на эту тему, но вряд ли она смогла бы ждать тридцать лет. Сил не хватило бы…
- Не знаю…
- Нам надо было накопить денег, найти отца, устроиться, все приготовить, мне еще и вырасти – ладно! Мой отец недавно умер.
- Это как-то повлияло?
- Он был против мести. И против возвращения сюда.
- Почему?
Вот тут Джинджер искренне не смогла понять моряка.
Твою жену пытались убить, сына изуродовали, а ты против мести? А это точно моряк был, а не жрец? Поведение какое-то странное…
Это она и высказала Эдварду.
Мужчина помрачнел так, что даже плащ не скрыл плохого настроения.
- Есть обстоятельства… Были. Мы уезжали, получили наследство, да много чего было…
Джинджер кивнула. Не стоит лезть человеку в душу, захочет – сам расскажет. И все же…
- Будь осторожнее.
- Обещаю… Смотри, звезда падает. Загадаешь желание?
- Никогда не загадывала…
Джинджер проследила взглядом за искоркой, которая прочертила небеса.
- Взлететь!
Она и сама не знала, откуда ей на ум пришло это слово. Просто – взлететь!
Эдвард промолчал. Но руку девушки сжал крепко-крепко.
Любимая…
Глава 14.
Джинджер особенно следила сегодня за своим внешним видом. Надела светло-голубое платье, которое сделало ее кожу нежной, а глаза яркими, подкрасила губы, подвила волосы…
Подумала, и стерла краску. От волнения у нее вечно кровь к щекам приливала, не хватало еще походить на помидор. Или – упаси небо! – на Тиану! Одного взгляда на женщину хватило бы, чтобы навсегда забыть про краску. Уметь же надо пользоваться, человек не дом, чтобы его кругом штукатурить в три слоя!
Подвила челку, погляделась в зеркало.
Глаза горят, как у кошки, так все сразу догадаются, что она или чего-то ждет, или о чем-то знает, спокойнее надо, спокойнее…
Так, вдох, выдох, еще вдох…
- Аликс? Привет…
Подруга явилась с самого утра.
- Как у тебя дела? Как самочувствие?
- Замечательно. И что-то подсказывает мне, что у тебя скоро будет не хуже.
- Развода бы дождаться…
- Может уже сегодня?
- Так быстро?
Джинджер повела плечиком.
- Если повезет, могло уже и дойти, и пройти…
- Мне казалось, такие дела дольше делаются?
Джинджер тоже так казалось, но слову Эдварда она верила. Если он сказал, что сегодня, значит, так тому и быть!
Но любимую заколку она все же в волосы сунула. Заколка была выполнена специально для Джинджер, по просьбе Клариссы Брайс, и представляла из себя дракона, свернувшегося восьмеркой. Дракон был пронзен мечом.
Серебро поблескивало на солнце изящной чеканкой, и почти никто не знал, что меч-то был стальным. И очень острым. Таким спокойно можно было выколоть глаз, или даже располосовать горло. В сердце попасть сложно, Джинджер не смогла бы, да и длины меча не хватило бы, а вот ошеломить, изуродовать… это запросто.
Проверить заколку никто бы не смог, копаться в кудрях девушки – недопустимая вольность, но если уж тебя прижали где-то в укромном углу, всегда можно мурлыкнуть: «подожди, милый, сейчас я сама…», снять заколку – и полоснуть от души. И убегать.
А кто еще защитит честь девушки, если она сама не позаботится? Стража, что ли? Ага, дозовешься ее… с того света, или с юбками на голове!
Лучше уж потом покаяться, и вообще, вам кого больше жалко – девушку или насильника? Вот Джин жалела только себя – и точка!
- Аликс, лучше думай, что скоро свобода.
- И я смогу выйти замуж за Лесли…
Джинджер сморщила нос.
- Клушка домашняя…
- Зато счастливая.
Спорить было сложно, Аликс просто светилась от счастья.
- Лесли вчера ездил в храм, он собирается помочь. Джин, он такой благородный, такой замечательный…
А еще его мать загрызет, если он храму не поможет.
Но эти крамольные мысли Джинджер оставила при себе. Может, Лесли и правда замечательный? Бывают же выродки в каждой семье, почему бы и от Фрумсов не родиться нормальному мужчине? Для разнообразия – порядочному и не склонному громко орать вслух о своей религиозности, прикрываясь ей, чтобы втихорца делать людям гадости.
Аликс улыбалась так счастливо, что Джинджер не выдержала, подхватила подругу под локоть и неумолимо повлекла из комнаты, чувствуя себя последней стервой. Ведь если Эдуард и правда осуществит задуманное, последствия скажутся и на подруге. А Джин все знала. И молчала…
***
В столовой было уютно и даже цветочно. Леди Дженет соблаговолила выйти к завтраку, и хмуро зыркала на всех окружающих. Увы – всем было не до нее. Любовь преображала мир – Кейт увивалась вокруг Люсьена, Тиана глядела на Сэндера влюбленными глазами, и даже Лесли ждал свою Аликс. Джин почувствовала себя лишней на этом празднике жизни.
Ненадолго.
Завтрак, правда, уже закончился, все перешли в гостиную, и расположились на диванах, Люсьен с книгой, Сэндер переглянулся с Тианой, и ты принялась предлагать брату партию в карты. Лесли отказывался…
Джин ждала, смиренно и терпеливо, и ожидание было вознаграждено.
Простучали сапоги по плитам пола, хлопнула дверь, и взглядам всех присутствующих предстал дворецкий. Но кто там будет смотреть на хрипящего старика, который от волнения и слово «гонец» выговорить не может, когда за его спиной маячит этот самый гонец.
Высокий, в алом плаще с черным подбоем и золотой отделкой. Все это изрядно покрыто пылью, как и роскошные усы, как и шляпа с пером, и сапоги, но лицо у мужчины довольное. Он добрался до места, теперь его ждет отдых – и крепкий сон на несколько часов. Чай, не война, чтобы в обратную отправляться даже не отоспавшись.
- У меня пакеты, - голос был низким и рокочущим, словно горный поток. Джин почувствовала себя форелью, которую увлекает неотвратимое течение, и решила шевельнуть плавниками, благо, все остальные пока еще ошеломленно молчали.
- Дайте угадаю? Для Аликс Лоусон?
- Леди Аликс Лоусон, лорд Сэндер Пирлен, лорд Лесли Кон’Ронг.
- Аликс, иди! Свобода пришла! – Джин сладко улыбнулась Сэндеру, который ожег девушку ненавидящим взглядом, и едва воздушный поцелуй не послала. А так тебе, негодяю!
Аликс медленно, на подгибающихся ногах, преодолела несколько шагов до гонца, и протянула руку за пакетом.
Медленно, словно под водой двигаясь, вернулась обратно, протянула его Джинджер…
- Открой, пожалуйста.
С соседнего дивана доносился хруст сургуча – там расправлялась с пакетом Тиана. Не Сэндеру ж ногти ломать?
Джин ловко справилась с печатью, извлекла из пакета свидетельство о разводе…
- Поздравляю, сестренка!
Малая королевская печать была на месте, и все подписи, и даже водяные знаки… свобода!
Аликс бросилась подруге на шею и разрыдалась. Рядом сверкал глазами Сэндер, получивший развод. Кларисса послала ему нежную улыбку.
- Поздравляю вас, Пирлен. И вас… эээ… госпожа Ривен?
Тиана хлопнула глазами, не понимая, при чем тут она.
- Теперь вы можете документально подтвердить свою честность, - припечатала Кларисса, не замечая злых огоньков в глазах Пирлена.
- Как?
Удивленный возглас Лесли привлек к себе всеобщее внимание.
- Что случилось?
- Лесс?
- Братик?
Лесли медленно развернул лист бумаги, и прочел. Громко, с выражением:
Повелеваю вам и вашим домочадцам оставаться на месте до прибытия законного лорда Кон’Ронга.
Повелеваю заключить под стражу Дженет Кон’Ронг, в девичестве Фрумс, которая совершила преступление против Короны.
Повелеваю приготовить все документы для передачи имущества его законному владельцу.
Судя по всему, это были лишь отрывки из письма, но присутствующим хватило с лихвой.
Ахнула, схватившись за лицо, Тиана. Рухнула в обморок Кейт – очень удачно, прямо на руки Люсьену. Или неудачно? Растерявшийся мужчина сделал первое, что рекомендовалось в книжках – полил женщину водой из стоящей рядом вазы. Обморок тут же кончился, но шуметь Кейт не стала. Век бы себе не простила, помешай она такой сцене! И интересно… Аликс недоуменно поглядела на Лесли. Простонародно присвистнула Кларисса.
Спокойной осталась лишь Джинджер. И именно она задала вопрос, который давно хотела:
- А какое преступление совершила Дженет Фрумс?
Если бы взглядом можно было бы убивать… банально? Нет, банальной смерти взгляд леди Дженет не обещал. А вот длительной, мучительной, жестокой и безжалостной – точно. Увы, взглядом Джин не убивалась, а чем потяжелее – так она ведь и защищаться может.
Да и вообще, на леди Дженет стоило поглядеть. Вот сейчас маска с нее спала – решительно и вместе с основой. С кровью, с болью…
Леди Дженет? Леди? Хорошая мать, благочестивая прихожанка, верная жена? Э, нет, сейчас в кресле сидела гиена. Голодная, злобная и загнанная в угол.
- Мама? – Лесли был в ужасе. Увидеть такое… и голос его был настолько растерянным, что Аликс плюнула на конспирацию, сунула свиток в руки Джин, подошла к мужчине и положила ему руку на плечо.
- Я с тобой…
Лесли накрыл ладонью тонкие пальцы, не обращая внимания на изумленные взгляды собравшихся в гостиной. И повторил, уже строже.
- Я жду объяснений.
Джин видела, каких усилий леди Дженет стоит взять себя в руки. И даже завидовала, это ж надо так уметь! Ничего, у нее опыта лет на сорок меньше, какие ее годы.
- Полагаю, сын мой, что это грязные домыслы и наветы. Ты единственный законный наследник Кон’Ронга. Других в этом роду не было, и не будет.
Джинджер прикусила язык, чтобы не… не понадобилось.
- Полагаю, ты на это очень надеялась. Тридцать пять лет надеялась…
В гостиную вошла леди Нэйра. Но как она выглядела…
Сейчас это была не скромная гувернантка, нет. Это плыла вдовствующая королева-мать, не меньше. Идеальная осанка, прическа, в которой каплями поблескивали бриллианты стоимостью с треть замка, платье по последней моде, с растительными мотивами, из дорогого темно-зеленого бархата редкостного малахитового оттенка…
В цвет глаз.
Изумрудно-зеленых, таких же, как у части портретов в галерее.
Джинджер обругала себя идиоткой. Почему она не заметила сразу? Почему не поняла, как похожа леди Нэйра… леди…
- Леди Ирэна Гервайн, - обретя свою волю, произнес язык девушки. И Джин была удостоена улыбки.
- Да, девочка. Ты угадала. Здравствуй, Дженни…
Джин перевела взгляд на леди Дженет. Та сейчас годилась на картину потрясения, или отчаяния, или ненависти, бессильной, но оттого не менее страшной.
Вылезшие из орбит глаза, белое лицо, отвисшая челюсть со струйкой слюны, пальцы, сжавшие подлокотники…
- Вижу, ты не ожидала моего возвращения? Надеялась, что мы с сыном мертвы? Ты ошибалась.
- Кхм… - Лесли кашлянул, привлекая к себе внимание.
Леди Нэй… то есть уже леди Ирэна развернулась к нему.
- Думаю, племянник, ты меня не помнишь. Хотя если считать поколения, ты приходишься мне сводным братом. Просто нам было так проще, Дженни так уверяла меня, что ее дети всего лишь мои племянники… я даже начала верить. Молодая была, глупая…
- Я… вы…
- Я – Ирэна Гервайн, в девичестве Кон’Ронг, и у меня есть все документы на владение замком. Мой сын привезет их завтра утром, а сегодня, племянник, будь любезен, подготовь все документы, чтобы передать мне мое имущество.
- К-Кон’Ронг? – прозаикалась Тиана. Леди Ирэна чуть повернула голову и пристально поглядела на меняющую цвета девицу. Красный, белый, зеленоватый, под взглядом леди опять красный – очаровательно! Хамелеоны плачут от зависти…
- Любезнейшая, моя мать, леди Азалия Кон’Ронг вышла замуж за лорда Лукаса, который был вашим отцом. Родила меня, завещала мне замок. Надеюсь, это понятно?
Тиана кивнула.
- Когда мать умерла, вторым браком отец женился на девице Дженни Фрумс. У нее и родились вы трое, - изящный жест веером заключил в один круг Лесли, Кейт и Тиану. – Но Кон’Ронг вы наследовать не можете, разве что дом Фрумсов. У моего отца своих денег – и то не было, младший сын младшего сына, всего достоинств, что смазливая мордашка. А в вас нет ни капли крови рода Кон’Ронг, так что позвольте уж…
Впрочем, позволения леди спрашивала исключительно из вежливости. Хлопок в ладоши – и в комнату медленно, чеканя шаг, вошли четверо мужчин в цветах Кон’Ронгов. Серый камзол, белая отделка…
Судя по лицу Лесли, кого-то он узнал…
- Корт, возьми эту тварь, и помести ее до завтра в ее покои. Потайных ходов там нет, пусть посидит до приезда моего сына. А там уж правосудие будет в его руках…
- Правосудие?
Леди Ирэна взмахнула веером на некстати открывшую рот Кейт.
- Когда моему сыну, любезнейшая, было столько же лет, сколько и вашей дочери, Дженни Фрумс попыталась убить его. Полагаю, сейчас его очередь. На землях Кон’Ронга слово лорда – закон…
- Позвольте! – возмутилась Кейт.
- Не позволю. Его величество в курсе всей истории, и у моего сына есть «открытый лист».
Теперь уже присвистнула и Джинджер.
Открытый лист… то есть указ короля. Фактически, право казнить и миловать.
Имя – проставлено. Печать, подпись…
Вина и приговор на усмотрение пострадавшего. И что-то подсказывало девушке, что милосердия Дженни Фрумс от Эдварда не дождется. Леди Ирэна взмахнула веером и на Джин.
- Девочка, сколько можно тебя воспитывать? Это совершенно ужасный звук, простонародный и не идущий к твоему облику. Будь любезна следить за собой. Это мы, дамы в возрасте, можем многое себе позволить, но не ты.
- Слушаюсь и повинуюсь, леди Нэйра… то есть леди Ирэна.
- Умничка, вот так и отвечай. Корт, я долго буду ждать?
Леди Дженет рывком поднялась из кресла.
- Я сама пойду… сука!
Леди Ирэна смерила ее надменным взглядом. И переключилась на остальных.
- Я не намерена терпеть в моем доме сборище. Любезнейший Пирлен, завтра утром вы покинете Кон’Ронг. Потрудитесь забрать с собой также свое имущество, - кончик веера указал на Тиану, сейчас багровую от возмущения. – Более я вас на своей земле видеть не желаю. Увижу – собак спущу.
