- Нет, я на скале к северу их взял. - Мальчик хмыкнул, увидев вытянувшееся лицо Аланис. В том месте были в большинстве своем почти отвесные скалы. Он похвалился. - Не переживайте, я хорошо лазаю.
Но Аланис все равно нахмурилась и посуровела:
- Лучше в следующем году принеси из верхнего квартала, я не переживу, если узнаю, что ты покалечился или убился, пытаясь достать мне горных цветов. Кстати, а у тебя самого когда день рождения?
- А я не знаю. У меня ж родителей нету.
- И как же вы здесь отмечаете дни рождения?
- У госпожи Нойер есть большая книга, там всякие святые есть. Она туда смотрит и говорит, чей сегодня день. У кого день рождения - получает добавку к обеду.
- Понятно. Ладно, спасибо тебе за цветы еще раз. Беги, иначе сейчас останешься вовсе без обеда.
Мальчик кивнул и побежал было за остальными в сторону столовой, но в дверях остановился и спросил:
- Госпожа Аланис, а сколько вам сегодня стало лет?
- Восемнадцать, Рел. - Аланис хмыкнула. - Только я никак не могу в толк взять, зачем тебе мой день рождения?
Сирота устремил на нее свои глаза и внезапно и очень серьезно глядя на нее заявил:
- Я когда вырасту и уйду из дома сирот, я на вас женюсь, госпожа Аланис.
Усилием воли она подавила широкую улыбку, которая рвалась наружу, и ответила настолько серьезно, насколько смогла:
- Ты забегаешь далеко вперед, Рел. Тебе до того, чтобы покинуть дом еще три года, тогда и поговорим. Но слова я твои запомнила.
Мальчик стушевался и исчез в коридоре, а Аланис посмотрела ему вслед и неодобрительно покачала головой. Чего только не придумают сироты. Может, не стоило давать ему угощения? Глупостями вот себе голову забил. Впрочем дети быстро переключаются на что-нибудь еще. Она продолжила собирать свои вещи.
***
Жизнь потекла своим чередом. Григор ворчал, Аланис хлопотала в лавке и в доме сирот и угощений Релу припасать не перестала.
- Заходи в дом, Рел. - Аланис отступила пропуская мальчонку, улыбаясь. - Ветра нынче холодные и на улице пахнет зимой. Ты тоже заметил?
Рел вошёл и теперь смущенно топтался на месте. Он кивнул в ответ на вопрос и снова уставился на свои босые ноги, кое-как перемотанные тряпками.
- Ты голоден? Григора нет, можем достать из кладовки что-нибудь вкусное. Старый хрыч все равно не ест сладкого, он и не заметит. - Девушка лукаво подмигнула. - Что вам дают в качестве угощения?
- Хлеб… и иногда масло. Сливочное - самое вкусное, но нам давали всего пару раз. - Сирота с надеждой глянул в сторону кухни. - А у вас есть масло?
- Стало быть ты никогда не ел конфет? Пирогов с ягодами? И шоколада ты тоже не пробовал? - удивилась Аланис. - Ну-ка садись за стол, сейчас будешь пробовать варенье.
- Но меня могут хватиться… - Промямлил мальчик, впрочем, не слишком уверенно. - Нам нельзя задерживаться, когда относишь бумагу или передаешь Ее слова.
Рел немного помолчал, сомневаясь, и затем выпалил:
- Старая леди на прошлой неделе сказала, что если я буду хорошо выполнять задания, она отправит меня в школу оруженосцев в Дайверике или может быть даже в Штормовом утесе! - Глаза мальчишки заблестели. - Она говорит, что я буду служить высокому лорду, а если будет война, я буду сражаться как Крылатый рыцарь.
Юная чернокнижница вежливо улыбнулась. Сердце ее сжало нехорошее предчувствие. Архея, обещающая исполнение мальчишеской мечты… Что-то тут не так.
Она усадила Рела за кухонный стол и принесла горшочек малинового джема.
- Старая леди не может уследить за всеми одновременно. К тому же я тебя надолго не задержу. - Она щедро намазала ржаной хлеб сливочным маслом.
Рел не сводил глаз с угощения:
- А что это сверху? - Он подозрительно понюхал.
- Это варенье из южных ягод, купила в прошлом месяце на ярмарке у торговца из долины. На севере такие ягоды не растут, здесь встречаются только кислые. А скажи, кого-то уже отправляли на учебу в Дайверик?
Мальчишка закивал, торопливо уплетая угощение:
- Роззи. Они отправили ее несколько лет назад, я тогда совсем мелким был. Старая леди сказала, что посылает ее в Эшхольм служанкой для какой-то молодой леди. Она была такая счастливая, ей сшили белое платье и даже дали башмаки.
Чернокнижница задумалась:
- А кто-нибудь слышал о ней после ее отъезда? Может, она присылала весточку?
Мальчишка перестал жевать на секунду:
- Нееет. - протянул он. - Она ж далеко, да и зачем мы ей?
- А как она выглядела, эта ваша Роззи?
- Как все девчонки. Косички все время свои дурацкие плела и укладывала вокруг головы, как большой крендель… Говорила, что это красиво. - Мальчишка презрительно фыркнул, рассыпав крошки по столу. - А еще у нее родинка была над правой бровью. Вот тут. А зачем она вам? Роззи была дылда, дура, и вообще волосы у нее были белые как у эльфов.
Аланис застыла. Она вспомнила родинку. И светлые косички тоже помнила.
- Рел, я должна тебе кое-что сказать. Только не убегай сразу же. Роззи никуда не уезжала. Она мертва, и я сама видела ее.
Недоеденный кусок хлеба вывалился из грязных пальцев мальчишки:
- За что ее убили? - Рел, быть может, еще был мал, но явно не глуп.
- Она ведь хорошо служила старой леди, верно? И знала так много. А старая леди не любит тех, кто знает слишком много. - Чернокнижница обошла стол и присела рядом с мальчиком так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. - Я могу помочь тебе, я достану тебя оттуда, Рел. Но мне нужна помощь. Старая леди следит за всеми и за мной в том числе. И я ее тоже боюсь, но я могу сделать так, чтобы ты ушел из дома сирот и больше никогда туда не возвращался. Я знаю место, где тебя примут.
Рел неуверенно испуганно кивнул.
- Я должна знать, что делают старухи, и как только они отвлекутся на что-нибудь ты сможешь убежать. Далеко на юге есть маленькая деревенька, ты должен будешь добраться туда. Там есть люди, которые тебя приютят. Я тоже скоро уеду отсюда. Если не получится раньше - уедем вместе, но я отправлюсь куда-нибудь совсем далеко: в Соттар или на Ситарику.
Сирота затравленно посмотрел на Аланис и слез со стула:
- Мне надо идти… не хочу злить старую леди. Она передала мне послание для господина Григора. - Рел протянул тубус для бумаг. - Здесь заказы для лавки для нее самой и для дома. Так она сказала.
Чернокнижница взяла кожаный тубус и положила в карман передника:
- Помни, никому не рассказывай про смерть Роззи. Лучше вообще ее не упоминай. Если они поймут, что и ты знаешь слишком много - настанет твой черед. Никому не говори ни слова, понял?
Рел кивнул. Он был бледен от страха.
Аланис взъерошила рыжеватые кудри мальчонки, ласково улыбнулась и проводила его до дверей:
- Не переживай так и постарайся запоминать, что делает старая леди и ее помощницы, Кодера, которая живет в квартале знати и Тиа, из трущоб. Знаешь их?
Мальчишка отрицательно помотал головой:
- Я знаю только Тию, она же у нас всем заправляет.
Аланис кивнула и сообщила:
- Кодера Фольстех - высокомерная полная старуха. Тебя точно к ней еще будут посылать с посланиями. Она всегда ходит в черном головном уборе с красной вышивкой в виде первоцвета и опирается на трость с головой козла. Скальный козел - символ ее дома. Наверняка ты увидишь такого козла где-нибудь на ее карете или над входом. Теперь беги, а то мы оба вызовем подозрения.
Рел пискнул на прощание “Спасибо!” и скрылся за углом.
Аланис же закрыла дверь, села за обеденный стол, взяла горшочек варенья в руки и задумалась.
Если он привлек внимание Археи, значит Релу нужна помощь.
Ноябрь 1222 г. от Явления
Арнхельм, Северный Клык
Прошел еще один год. Старухи затаились в своих особняках, посылая Рела с мелкими поручениями, которые Рел затем описывал Аланис, но ничего особенного не происходило.
Кларис водила за нос ищейку, таская паладина по всему северо-востоку под неусыпным контролем Археи. Григор трясся над своим фолиантом, скрупулезно записывая в него все сведения, какие удавалось раздобыть, а Аланис… Аланис завершила обучение. Она продолжала помогать Григору в его делах и дому сирот, и наконец-то смотрела в ближайшее будущее с надеждой. Дата ритуала была назначена, а значит и дата ее освобождения из северного плена. Она давно начала откладывать по несколько серебряных монет в тайник, который сделала в своей комнате под одной из досок пола.
За несколько недель до назначенной даты пришли хорошие новости.
Аланис придирчиво выбирала на рынке зелень и овощи для супа, когда ее подергали за рукав мехового плаща. Она оглянулась и увидела Рела, выжидательно смотрящего на нее снизу вверх. Аланис протянула несколько монет торговцу, забрала товар с прилавка и кивнула сироте:
- Пойдём, куда ты там меня зовешь на этот раз?
Они вышли с рыночной площади, немного поплутали по улицам и оказались в пустынном переулке.
Рел тревожно огляделся, убедился что никого вокруг нет, и затараторил:
- Я был в доме госпожи Кодеры, зашел на кухню чего-нибудь перехватить. Там работает тетушка Молли, она меня иногда угощает пирогами. Значит, ем я вчера пирог с печенью и луком и тут услышал, как ее слуги шептались, что госпожа странная в последнее время. Зачастила в храм и, бывает, отсылает их всех на целый день. И тогда Пэгги-прачка сказала, что недавно стирала ее платья. - Голос мальчика опустился до шепота. - И она нашла носовые платки с кровью. Слуги думают, что старая леди того и гляди преставится.
Аланис широко улыбнулась:
- Отличные новости, если старуха помрет, то старая леди будет занята поиском ее замены и ты сможешь убежать. Больше не суйся туда, Рел. Не нужно за ними следить, не ходи к ее дому без надобности, только если тебе дадут поручение. Понял?
Мальчик с величайшей готовностью кивнул: совать нос в дела знатных старух было смертельно опасно и каждый такой поход давно превратился для него в кошмар. Аланис ожидала, что он сейчас же убежит, как обычно, но он мялся, не решаясь что-то сказать.
- Ты еще что-то там услышал, Рел? - Она присела рядом с ним и заглянула в глаза снизу вверх. - Расскажи лучше.
- Нет… - Он полез в карман новых шаровар, которые ему справили в доме сирот и вытащил оттуда маленькую деревянную лошадку. - Это вам, госпожа Аланис.
- Ой, спасибо. - Она взяла игрушку, поднялась и рассмотрела. Та была не бог весть как искусно сделана, но видно, что с большим старанием - у нее были трогательные круглые маленькие копыта и пушистая грива волнами и Аланис одарила Рела искренней улыбкой. - Она красивая. Где ты ее взял?
- Я не брал! Я сам сделал!!! - Глаза мальчика засияли от гордости, а грудь он выпятил колесом. - Когда подновляли столовую, там был дядька - мастер Уве, он рамы делал. А потом вечером, после работы - вот такие фигурки вырезал, а я рядом сидел. Смотрел. Ну он мне показал, как делать - я и сделал. Пыхтел целую неделю!
Аланис еще раз рассмотрела лошадку - повнимательнее и заметила:
- Никогда не поверила бы, что у кого-то так славно может получиться с первого раза. Тебе не жаль мне ее отдавать?
- Рел горячо помотал головой и сказал:
- Мастер Уве тоже сказал, что у меня талант, но в подмастерья меня взять не сможет - у него уже есть один. Так вот, когда дядька Уве уходил, он подарил мне один скребок, так что я еще сделаю лошадок, еще лучше. А если хорошо пойдёт - может и продать смогу на рынке. - Он с досадой вздохнул. - Но лучше их раскрасить, а у меня красок нет. А у вас нет красок, госпожа Аланис?
- Нет, - она с сожалением развела руками. - у нас есть только чернила, а они для лошадок не подойдут, все будут пачкать об них руки.
- Ладно, я, может, выменяю краски и кисточки на что-нибудь. - Рел с надеждой взглянул Аланис в глаза и попросил. - Вы только не потеряйте ее, пожалуйста. Может мы и раскрасить сможем ее, тогда она будет совсем красивая.
- Не волнуйся, Рел, она уже для меня самая красивая на свете, раз ты ее сам сделал. - Девушка бережно завернула игрушку в носовой платок и спрятала в кармане курточки на груди. - Это будет наша счастливая лошадка и я обязательно возьму ее с собой, когда будем уходить из города. Аланис порылась в своей корзине и выдала Релу пару морковок и головку лука. Сирота припрятал припасы за пазуху, и она продолжила:
- Если старуха действительно окажет нам услугу и изволит сдохнуть, найди меня в тот же день, а пока подготовься к путешествию, оно займет не одну неделю.
- Я понял, попробую выменять эти овощи на вяленое мясо и сухари. У меня есть тайник недалеко от южных ворот.
Чернокнижница кивнула и улыбнулась:
- Смотри, чтобы в твоем тайнике не похозяйничали мыши. Будет обидно путешествовать голодными.
Рел самодовольно хмыкнул, мол "Обижаете!", и был таков, а Аланис в задумчивости пошла домой. Новости, полученные от Рела нужно будет крепко обдумать и начать собираться.
Григор был занят в лавке, так что Аланис вернулась домой и сразу пошла на кухню. Пора было готовить обед. Пока она стряпала учитель никогда к ней не совался, а значит можно спокойно все обдумать.
Закинув нарезанные овощи в кипящий бульон, Аланис села за кухонный стол и задумалась.
Кодера была главной помощницей Археи много лет и прикрывала ее дела от цепкого взгляда городских управляющих и Ордена. И при этом всегда оставалась в тени, не посещала мероприятий и заправляла всем из своего особняка на верхней террасе.
Гниль - весьма меткое имя, фыркнула про себя Аланис. Старуха всегда пряталась по углам, но влияние ее неуклонно расползалось год за годом. Фольстех будучи малым домом не имел практически ничего, кроме древнего имени и непомерной гордости пять десятилетий назад. Еще отец заставил ее выучить все дома в империи и сейчас это знание ей неожиданно пригодилось.
В самом начале пути еще молодая баронесса Кодера управляла парой слуг и дюжиной пауков в старом особняке, но прошли десять-двадцать лет и вот она уже диктует богатейшим людям города условия торговли, навязывает альянсы и указывает, кому за кого стоит выдать своих детей, а за кого - нет. За несколько десятилетий дом Фольстех укрепился в северных землях, но годы никого не щадят и вот старуха, должно быть чувствует скорую смерть, раз набралась смелости нарушить правило совета и появиться в Храме.
Если это так, либо она что-то готовит, что маловероятно, либо она стала слабой.
Совет презирает слабость. Нергал презирает слабость.
Лишь бы Архея, памятуя о помощи Аланис в лазарете Дома Сирот, не приставила ее ухаживать за больной Кодерой. Женщина закатила глаза и скривилась, с ужасом представив, что ей придется выносить ночные горшки старухи, кормить ее и развлекать.
В ночь перед собранием Совета в Залах Каменных людей Аланис не могла уснуть. Она услышала осторожные шаги за дверью и скрип половиц на лестнице. Григор тоже не спал. Она лежала и ждала, когда наставник вернётся в свою комнату, но он все не поднимался. Наконец она встала, накинула теплый халат и спустилась вслед за учителем.
Но Аланис все равно нахмурилась и посуровела:
- Лучше в следующем году принеси из верхнего квартала, я не переживу, если узнаю, что ты покалечился или убился, пытаясь достать мне горных цветов. Кстати, а у тебя самого когда день рождения?
- А я не знаю. У меня ж родителей нету.
- И как же вы здесь отмечаете дни рождения?
- У госпожи Нойер есть большая книга, там всякие святые есть. Она туда смотрит и говорит, чей сегодня день. У кого день рождения - получает добавку к обеду.
- Понятно. Ладно, спасибо тебе за цветы еще раз. Беги, иначе сейчас останешься вовсе без обеда.
Мальчик кивнул и побежал было за остальными в сторону столовой, но в дверях остановился и спросил:
- Госпожа Аланис, а сколько вам сегодня стало лет?
- Восемнадцать, Рел. - Аланис хмыкнула. - Только я никак не могу в толк взять, зачем тебе мой день рождения?
Сирота устремил на нее свои глаза и внезапно и очень серьезно глядя на нее заявил:
- Я когда вырасту и уйду из дома сирот, я на вас женюсь, госпожа Аланис.
Усилием воли она подавила широкую улыбку, которая рвалась наружу, и ответила настолько серьезно, насколько смогла:
- Ты забегаешь далеко вперед, Рел. Тебе до того, чтобы покинуть дом еще три года, тогда и поговорим. Но слова я твои запомнила.
Мальчик стушевался и исчез в коридоре, а Аланис посмотрела ему вслед и неодобрительно покачала головой. Чего только не придумают сироты. Может, не стоило давать ему угощения? Глупостями вот себе голову забил. Впрочем дети быстро переключаются на что-нибудь еще. Она продолжила собирать свои вещи.
***
Жизнь потекла своим чередом. Григор ворчал, Аланис хлопотала в лавке и в доме сирот и угощений Релу припасать не перестала.
- Заходи в дом, Рел. - Аланис отступила пропуская мальчонку, улыбаясь. - Ветра нынче холодные и на улице пахнет зимой. Ты тоже заметил?
Рел вошёл и теперь смущенно топтался на месте. Он кивнул в ответ на вопрос и снова уставился на свои босые ноги, кое-как перемотанные тряпками.
- Ты голоден? Григора нет, можем достать из кладовки что-нибудь вкусное. Старый хрыч все равно не ест сладкого, он и не заметит. - Девушка лукаво подмигнула. - Что вам дают в качестве угощения?
- Хлеб… и иногда масло. Сливочное - самое вкусное, но нам давали всего пару раз. - Сирота с надеждой глянул в сторону кухни. - А у вас есть масло?
- Стало быть ты никогда не ел конфет? Пирогов с ягодами? И шоколада ты тоже не пробовал? - удивилась Аланис. - Ну-ка садись за стол, сейчас будешь пробовать варенье.
- Но меня могут хватиться… - Промямлил мальчик, впрочем, не слишком уверенно. - Нам нельзя задерживаться, когда относишь бумагу или передаешь Ее слова.
Рел немного помолчал, сомневаясь, и затем выпалил:
- Старая леди на прошлой неделе сказала, что если я буду хорошо выполнять задания, она отправит меня в школу оруженосцев в Дайверике или может быть даже в Штормовом утесе! - Глаза мальчишки заблестели. - Она говорит, что я буду служить высокому лорду, а если будет война, я буду сражаться как Крылатый рыцарь.
Юная чернокнижница вежливо улыбнулась. Сердце ее сжало нехорошее предчувствие. Архея, обещающая исполнение мальчишеской мечты… Что-то тут не так.
Она усадила Рела за кухонный стол и принесла горшочек малинового джема.
- Старая леди не может уследить за всеми одновременно. К тому же я тебя надолго не задержу. - Она щедро намазала ржаной хлеб сливочным маслом.
Рел не сводил глаз с угощения:
- А что это сверху? - Он подозрительно понюхал.
- Это варенье из южных ягод, купила в прошлом месяце на ярмарке у торговца из долины. На севере такие ягоды не растут, здесь встречаются только кислые. А скажи, кого-то уже отправляли на учебу в Дайверик?
Мальчишка закивал, торопливо уплетая угощение:
- Роззи. Они отправили ее несколько лет назад, я тогда совсем мелким был. Старая леди сказала, что посылает ее в Эшхольм служанкой для какой-то молодой леди. Она была такая счастливая, ей сшили белое платье и даже дали башмаки.
Чернокнижница задумалась:
- А кто-нибудь слышал о ней после ее отъезда? Может, она присылала весточку?
Мальчишка перестал жевать на секунду:
- Нееет. - протянул он. - Она ж далеко, да и зачем мы ей?
- А как она выглядела, эта ваша Роззи?
- Как все девчонки. Косички все время свои дурацкие плела и укладывала вокруг головы, как большой крендель… Говорила, что это красиво. - Мальчишка презрительно фыркнул, рассыпав крошки по столу. - А еще у нее родинка была над правой бровью. Вот тут. А зачем она вам? Роззи была дылда, дура, и вообще волосы у нее были белые как у эльфов.
Аланис застыла. Она вспомнила родинку. И светлые косички тоже помнила.
- Рел, я должна тебе кое-что сказать. Только не убегай сразу же. Роззи никуда не уезжала. Она мертва, и я сама видела ее.
Недоеденный кусок хлеба вывалился из грязных пальцев мальчишки:
- За что ее убили? - Рел, быть может, еще был мал, но явно не глуп.
- Она ведь хорошо служила старой леди, верно? И знала так много. А старая леди не любит тех, кто знает слишком много. - Чернокнижница обошла стол и присела рядом с мальчиком так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. - Я могу помочь тебе, я достану тебя оттуда, Рел. Но мне нужна помощь. Старая леди следит за всеми и за мной в том числе. И я ее тоже боюсь, но я могу сделать так, чтобы ты ушел из дома сирот и больше никогда туда не возвращался. Я знаю место, где тебя примут.
Рел неуверенно испуганно кивнул.
- Я должна знать, что делают старухи, и как только они отвлекутся на что-нибудь ты сможешь убежать. Далеко на юге есть маленькая деревенька, ты должен будешь добраться туда. Там есть люди, которые тебя приютят. Я тоже скоро уеду отсюда. Если не получится раньше - уедем вместе, но я отправлюсь куда-нибудь совсем далеко: в Соттар или на Ситарику.
Сирота затравленно посмотрел на Аланис и слез со стула:
- Мне надо идти… не хочу злить старую леди. Она передала мне послание для господина Григора. - Рел протянул тубус для бумаг. - Здесь заказы для лавки для нее самой и для дома. Так она сказала.
Чернокнижница взяла кожаный тубус и положила в карман передника:
- Помни, никому не рассказывай про смерть Роззи. Лучше вообще ее не упоминай. Если они поймут, что и ты знаешь слишком много - настанет твой черед. Никому не говори ни слова, понял?
Рел кивнул. Он был бледен от страха.
Аланис взъерошила рыжеватые кудри мальчонки, ласково улыбнулась и проводила его до дверей:
- Не переживай так и постарайся запоминать, что делает старая леди и ее помощницы, Кодера, которая живет в квартале знати и Тиа, из трущоб. Знаешь их?
Мальчишка отрицательно помотал головой:
- Я знаю только Тию, она же у нас всем заправляет.
Аланис кивнула и сообщила:
- Кодера Фольстех - высокомерная полная старуха. Тебя точно к ней еще будут посылать с посланиями. Она всегда ходит в черном головном уборе с красной вышивкой в виде первоцвета и опирается на трость с головой козла. Скальный козел - символ ее дома. Наверняка ты увидишь такого козла где-нибудь на ее карете или над входом. Теперь беги, а то мы оба вызовем подозрения.
Рел пискнул на прощание “Спасибо!” и скрылся за углом.
Аланис же закрыла дверь, села за обеденный стол, взяла горшочек варенья в руки и задумалась.
Если он привлек внимание Археи, значит Релу нужна помощь.
Глава VI Ритуал
Ноябрь 1222 г. от Явления
Арнхельм, Северный Клык
Прошел еще один год. Старухи затаились в своих особняках, посылая Рела с мелкими поручениями, которые Рел затем описывал Аланис, но ничего особенного не происходило.
Кларис водила за нос ищейку, таская паладина по всему северо-востоку под неусыпным контролем Археи. Григор трясся над своим фолиантом, скрупулезно записывая в него все сведения, какие удавалось раздобыть, а Аланис… Аланис завершила обучение. Она продолжала помогать Григору в его делах и дому сирот, и наконец-то смотрела в ближайшее будущее с надеждой. Дата ритуала была назначена, а значит и дата ее освобождения из северного плена. Она давно начала откладывать по несколько серебряных монет в тайник, который сделала в своей комнате под одной из досок пола.
За несколько недель до назначенной даты пришли хорошие новости.
Аланис придирчиво выбирала на рынке зелень и овощи для супа, когда ее подергали за рукав мехового плаща. Она оглянулась и увидела Рела, выжидательно смотрящего на нее снизу вверх. Аланис протянула несколько монет торговцу, забрала товар с прилавка и кивнула сироте:
- Пойдём, куда ты там меня зовешь на этот раз?
Они вышли с рыночной площади, немного поплутали по улицам и оказались в пустынном переулке.
Рел тревожно огляделся, убедился что никого вокруг нет, и затараторил:
- Я был в доме госпожи Кодеры, зашел на кухню чего-нибудь перехватить. Там работает тетушка Молли, она меня иногда угощает пирогами. Значит, ем я вчера пирог с печенью и луком и тут услышал, как ее слуги шептались, что госпожа странная в последнее время. Зачастила в храм и, бывает, отсылает их всех на целый день. И тогда Пэгги-прачка сказала, что недавно стирала ее платья. - Голос мальчика опустился до шепота. - И она нашла носовые платки с кровью. Слуги думают, что старая леди того и гляди преставится.
Аланис широко улыбнулась:
- Отличные новости, если старуха помрет, то старая леди будет занята поиском ее замены и ты сможешь убежать. Больше не суйся туда, Рел. Не нужно за ними следить, не ходи к ее дому без надобности, только если тебе дадут поручение. Понял?
Мальчик с величайшей готовностью кивнул: совать нос в дела знатных старух было смертельно опасно и каждый такой поход давно превратился для него в кошмар. Аланис ожидала, что он сейчас же убежит, как обычно, но он мялся, не решаясь что-то сказать.
- Ты еще что-то там услышал, Рел? - Она присела рядом с ним и заглянула в глаза снизу вверх. - Расскажи лучше.
- Нет… - Он полез в карман новых шаровар, которые ему справили в доме сирот и вытащил оттуда маленькую деревянную лошадку. - Это вам, госпожа Аланис.
- Ой, спасибо. - Она взяла игрушку, поднялась и рассмотрела. Та была не бог весть как искусно сделана, но видно, что с большим старанием - у нее были трогательные круглые маленькие копыта и пушистая грива волнами и Аланис одарила Рела искренней улыбкой. - Она красивая. Где ты ее взял?
- Я не брал! Я сам сделал!!! - Глаза мальчика засияли от гордости, а грудь он выпятил колесом. - Когда подновляли столовую, там был дядька - мастер Уве, он рамы делал. А потом вечером, после работы - вот такие фигурки вырезал, а я рядом сидел. Смотрел. Ну он мне показал, как делать - я и сделал. Пыхтел целую неделю!
Аланис еще раз рассмотрела лошадку - повнимательнее и заметила:
- Никогда не поверила бы, что у кого-то так славно может получиться с первого раза. Тебе не жаль мне ее отдавать?
- Рел горячо помотал головой и сказал:
- Мастер Уве тоже сказал, что у меня талант, но в подмастерья меня взять не сможет - у него уже есть один. Так вот, когда дядька Уве уходил, он подарил мне один скребок, так что я еще сделаю лошадок, еще лучше. А если хорошо пойдёт - может и продать смогу на рынке. - Он с досадой вздохнул. - Но лучше их раскрасить, а у меня красок нет. А у вас нет красок, госпожа Аланис?
- Нет, - она с сожалением развела руками. - у нас есть только чернила, а они для лошадок не подойдут, все будут пачкать об них руки.
- Ладно, я, может, выменяю краски и кисточки на что-нибудь. - Рел с надеждой взглянул Аланис в глаза и попросил. - Вы только не потеряйте ее, пожалуйста. Может мы и раскрасить сможем ее, тогда она будет совсем красивая.
- Не волнуйся, Рел, она уже для меня самая красивая на свете, раз ты ее сам сделал. - Девушка бережно завернула игрушку в носовой платок и спрятала в кармане курточки на груди. - Это будет наша счастливая лошадка и я обязательно возьму ее с собой, когда будем уходить из города. Аланис порылась в своей корзине и выдала Релу пару морковок и головку лука. Сирота припрятал припасы за пазуху, и она продолжила:
- Если старуха действительно окажет нам услугу и изволит сдохнуть, найди меня в тот же день, а пока подготовься к путешествию, оно займет не одну неделю.
- Я понял, попробую выменять эти овощи на вяленое мясо и сухари. У меня есть тайник недалеко от южных ворот.
Чернокнижница кивнула и улыбнулась:
- Смотри, чтобы в твоем тайнике не похозяйничали мыши. Будет обидно путешествовать голодными.
Рел самодовольно хмыкнул, мол "Обижаете!", и был таков, а Аланис в задумчивости пошла домой. Новости, полученные от Рела нужно будет крепко обдумать и начать собираться.
Григор был занят в лавке, так что Аланис вернулась домой и сразу пошла на кухню. Пора было готовить обед. Пока она стряпала учитель никогда к ней не совался, а значит можно спокойно все обдумать.
Закинув нарезанные овощи в кипящий бульон, Аланис села за кухонный стол и задумалась.
Кодера была главной помощницей Археи много лет и прикрывала ее дела от цепкого взгляда городских управляющих и Ордена. И при этом всегда оставалась в тени, не посещала мероприятий и заправляла всем из своего особняка на верхней террасе.
Гниль - весьма меткое имя, фыркнула про себя Аланис. Старуха всегда пряталась по углам, но влияние ее неуклонно расползалось год за годом. Фольстех будучи малым домом не имел практически ничего, кроме древнего имени и непомерной гордости пять десятилетий назад. Еще отец заставил ее выучить все дома в империи и сейчас это знание ей неожиданно пригодилось.
В самом начале пути еще молодая баронесса Кодера управляла парой слуг и дюжиной пауков в старом особняке, но прошли десять-двадцать лет и вот она уже диктует богатейшим людям города условия торговли, навязывает альянсы и указывает, кому за кого стоит выдать своих детей, а за кого - нет. За несколько десятилетий дом Фольстех укрепился в северных землях, но годы никого не щадят и вот старуха, должно быть чувствует скорую смерть, раз набралась смелости нарушить правило совета и появиться в Храме.
Если это так, либо она что-то готовит, что маловероятно, либо она стала слабой.
Совет презирает слабость. Нергал презирает слабость.
Лишь бы Архея, памятуя о помощи Аланис в лазарете Дома Сирот, не приставила ее ухаживать за больной Кодерой. Женщина закатила глаза и скривилась, с ужасом представив, что ей придется выносить ночные горшки старухи, кормить ее и развлекать.
***
В ночь перед собранием Совета в Залах Каменных людей Аланис не могла уснуть. Она услышала осторожные шаги за дверью и скрип половиц на лестнице. Григор тоже не спал. Она лежала и ждала, когда наставник вернётся в свою комнату, но он все не поднимался. Наконец она встала, накинула теплый халат и спустилась вслед за учителем.
