– Я Тэотиль, внук принцессы Ауриты.
– Ваше высочество? – Митро поднялся, но в голосе его звучало недоверие.
– У меня есть документы. – Принц был горд тем, что предусмотрительно запасся свидетельством о рождении, раскопав его в дедушкиных вещах, пока тот продолжал совещаться. – Диолин – мой брат, но он сейчас в Титании, а вы увезли Диоля, который не имеет отношения к Ладельфии.
– Это мне известно, ваше высочество. Ошибка нам дорого обошлась.
– Разве? – возразил юноша, – вы остались в живых благодаря отправленной за королевским сыном погоне.
– Конечно… но у повстанцев нет представителя династии, по праву претендующего на трон Корнильё, наше посольство оказалось неудачным, – увидев возмущённое лицо собеседника, ладельфиец поспешил добавить: – вам, я уверен, не позволят ввязаться в столь опасную игру.
– Бесспорно. Мой дед влиятельный человек, он распорядился отправить меня обратно, хотя не вправе отменять приказ королевы Рогнеды.
– Что за приказ? – заинтересовался Митро.
– Меня везли сюда, как истинного наследника ладельфийского престола, вместо Диоля, взятого по ошибке.
– Ваше высочество! – У мужчины перехватило дыхание, но он справился с волнением. – Вы готовы участвовать в нашей борьбе, зная, насколько она трудна и опасна?
– Я знаю одно, моя бабушка страдала по вине теперешнего короля Ладельфии, она скучала по родине и была бы рада восстановлению справедливости.
– Но, как нам убедить Андэста?
– Я готов покинуть Полонию без его разрешения, достаточно приказа королевы. Подумайте, как это сделать. Встретимся здесь на закате. Надеюсь, меня не отправят сегодня. – Тиль посчитал разговор оконченным и поспешил в лагерь, опасаясь вызвать лишнее беспокойство своим долгим отсутствием.
– Ваше высочество! – окликнул его Митро, принц оглянулся, – если вас вышлют из лагеря прямо сейчас, скажитесь больным в ближайшем селении, мы постараемся вас нагнать.
«Этот ладельфиец быстро соображает!» – мелькнуло в голове юноши, ему начинали нравиться будущие подданные.
13. Пограничное селение в Полонии
Дети наследуют черты своих родичей. Поначалу это умиляет, потом начинает раздражать
Ладельфиец Митро, с кем Тиль провёл переговоры на берегу реки, оказался прав: едва юноша пришёл в лагерь, крепкие гвардейцы подхватили его под руки и потянули в командирскую палатку. Наставник приказал срочно разыскать внука и уезжать. Ладельфийского принца, который вознамерился сражаться за трон, ждали осёдланные лошади и два сопровождающих, чтобы увезти юнца подальше от опасностей. Принцу лишь позволили проститься с дедом.
Прощание было коротким: он рад, что едет домой; безусловно, соскучился по маме и сестре; совсем не устал и отдохнёт в ближайшем селении; надеется на скорое и успешное возвращение дедушки в столицу. И вот, юноша вместе с двумя гвардейцами отправился в обратный путь. Он поминутно огладывался, надеясь заметить преследователей. Выполнит ладельфиец обещание? Стоит ли дожидаться повстанцев, или бежать самостоятельно? Поразмышляв, принц решил действовать как договорились. Вряд ли он сумеет найти нужных людей, когда сбежит от своей охраны. Скорее, подобно Диолю попадёт в руки Корнильё.
Едва показались признаки приближающего жилья, Тиль стал придерживать лошадь и склонился к её холке, показывая, что дальше ехать не может.
– Что случилось, ваше высочество? – забеспокоился один из сопровождающих по имени Таш.
– Живот… резкая боль, – сдавленно проговорил юноша.
– Скоро будет селение, надо добраться до него. Держитесь. Там разыщем лекаря.
– Ладно.
Около первого дома путники остановились, гвардейцы занесли стонущего принца в горницу. Хозяйка хлопотала, указывая, где расположить больного, хозяин побежал за местным лекарем. Не надеясь на выдуманные боли, Тиль приготовил серебряную монету, и когда помощь прибыла, просил гвардейцев выйти за дверь. Лекарь оказался порядочным человеком, монета не подействовала. Пришлось объяснять, что гвардейцы нарушают приказ королевы Рогнеды, кроме того, Тилю нужен отдых, так как сначала все очень торопились сюда, теперь его поспешно отправляют обратно, а там, кто знает, могут снова развернуть, это очень тяжело. Доктор понимающе покивал, помял живот юноши, прислушиваясь к его вскрикам, и вышел к сопровождающим.
– Что-то серьёзное? – спросил Таш.
– И неудивительно! Это подросток, хотя и выглядит крупным, но быстрый рост отнимает много сил, внутренние органы не успевают развиться, – недовольно бурчал доктор. – Разве можно в таком юном возрасте подвергать человека бесконечным нагрузкам? Ведь Вы приехали из столицы? И совсем недавно? К чему было совершать такое странное путешествие мальчику?
– По воле королевы, – выдавил из себя Таш, до этого отделываясь кивками на строгие вопросы лекаря.
– Сюда по воле королевы?
– Да.
– А обратно?
– Мы не знаем, – вмешался второй гвардеец, – приказано командиром. Почему, не наше дело. Когда парень сможет продолжить путь?
– Вам поставлены какие-то сроки? – уточнил доктор.
– Сроков нет, но торчать здесь нам не интересно.
– Боли невротические. Юноша устал, переволновался. Надо, чтобы он сам решился ехать дальше, иначе боли, даже если они уйдут, вернутся с большей силой.
– Какое лечение вы назначили? – снова вступил в разговор Таш.
– Дам успокоительный сбор. – Лекарь полез в саквояж. – Как заваривать объясню хозяйке. Принимать по два-три глотка в полдень и вечером. Не думаю, чтобы лечение затянулось, но торопить больного не советую, пусть окончательно придёт в себя. Буду навещать его. Никакого принуждения. Покой и ёще раз покой.
Доктор прошёл на кухню, где хлопотала хозяйка.
– «Невротические»… никогда не слыхал, – недовольно сказал Ташу товарищ.
– Лекарю виднее. Придётся задержаться здесь. Этот дом маловат, пойду к старейшине, пусть определит нас на постой куда-нибудь, где просторнее.
– Думаешь, основательно застрянем?
– Всё может быть, – пожал плечами Таш и отправился искать место для постоя, скоро жители улягутся спать, уже совсем стемнело.
Принц не пожелал перебираться в более просторный дом, предпочитая жить на окраине. Гвардейцы установили дежурство, один из них находился около подопечного, другой отдыхал в доме старейшины, у которого оказались две юные дочки весёлого нрава. Непредвиденная задержка скоро превратилась в занятное времяпрепровождение. Молодые люди с готовностью помогали по хозяйству и старейшине, и в доме, где жил принц, и соседям, которые просили об этом. Тиль больше не притворялся больным, ходил по дому, гулял по двору, но ехать в столицу отказывался, ссылаясь на непогоду, разыгравшуюся раньше обычных в этих местах сроков.
Однажды ночью навалило столько снега, что утром не в каждом доме смогли открыть двери. Все, кто мог держать лопаты, принялись разгребать дорожки. Пока гвардейцы были заняты, Тиль незаметно покинул гостеприимный дом и отправился за околицу. Чувствовал уверенность – надо выйти на простор и поискать тех, кого он ждал все эти дни. Юноша медленно пробирался в снегу, угадывая дорогу по заметённым кустам и деревьям вдоль неё. Думал о матери, которая ничего не знает о его судьбе и полагается лишь на своего отца, надеясь, что тот не даст внука в обиду. Дед не подозревает о решении Тиля посвятить себя борьбе за престол в чужой ему стране. Наступил поворотный момент в жизни, а родные любимые люди оказались далеко.
– Ваше высочество! – крикнули из ближайших зарослей. Тиль остановился и вгляделся в них. На дорогу, проваливаясь едва ли не по пояс в рыхлый снег, выбирался незнакомец.
– Кто вы? – спросил юноша, изучая черты окликнувшего его человека.
– Позвольте сначала убедиться, что я не ошибся. Ваше имя? – не уверенно спросил белый от снега и стужи мужчина.
– Тэотиль, – ответил юноша из уважения к его замёрзшему виду.
– Простите, мне небезопасно представляться. Моё имя Фьёро, я подручный Митро, с которым вы знакомы.
– Я как раз искал кого-нибудь.
– Митро готовит захват, а это не хорошо, мы в чужой стране.
– Конечно. Так вам известно, где я ждал?
– Да. Мы три дня здесь, всё разведали, но не знали, как сообщить о себе. Вас тщательно охраняют.
– Ну, не так уж и тщательно. Можно прикинуться путниками или бродягами, – возразил принц, – захват это слишком, у меня здесь нет врагов. Когда я могу увидеть Митро?
– Я отправил призывный сигнал, они скоро будут здесь. Командир приказал наблюдать за дорогами.
В подтверждение сказанного показались всадники, с ними была запасная лошадь.
– Ваше высочество! – почти кричал Митро, спрыгнув с коня, – вы превзошли самые лучшие наши ожидания!
– Что с лагерем полонийцев? – поинтересовался принц.
– Лагерь покинут. Как только они пересекли границу, захватив с собой нашего командира, мы отправились сюда.
– Ясно. А что известно о Диоле?
– Наши разведчики узнали, где он находится. Туда и поехал ваш дедушка, надеясь провести переговоры.
– Будут менять на Муссо?
– По-видимому, так, – огорченно подтвердил ладельфиец.
– Когда мы можем ехать? – всё также хладнокровно продолжил спрашивать Тиль.
– Документ у вас с собой? – замявшись, уточнил собеседник.
– Не расстаюсь с тем, что мне необходимо, – ответил юноша, – я не знал, когда и как вы объявитесь.
– Можем тотчас отправиться в путь.
– Не хочу бросать своих гвардейцев, их могут казнить из-за меня.
– Не тащить же их с собой, – изумился ладельфиец.
– Почему? Им поручена моя безопасность, в любой стране они будут выполнять приказ. Во всяком случае, надо предоставить им выбор, – твёрдо сказал принц.
Наступила тишина. Кое-где потрескивали под тяжестью снега ветви. Будущие подданные обдумывали слова нового короля.
– Ваше высочество! – подал голос Фьёро, – позвольте, я отнесу гвардейцам весточку от вас. Объясните всё в письме, ну и я на словах передам что надо. Если захотят – поедут с нами.
– Где могу составить письмо?
– Неподалёку мы построили шалаш. Есть и бумага и перо с чернилами, – бодро отрапортовал Митро.
Когда посланник Тиля прибыл в селение, там полным ходом шли поиски пропавшего принца. Ладельфийцу пришлось некоторое время ждать гвардейцев в доме, где до этого располагался «больной».
– Что вам известно о принце? – с порога вскричал Таш.
– Его высочество передал вам письмо.
Гвардейцы переглянулись, они не знали ни почерка, ни подписи своего подопечного и не могли быть уверены в подлинности письма, но углубились в чтение.
– Это не плен? – оторвался от бумаги второй гвардеец.
– Решение вступить в борьбу с Корнильё его высочество принял по приказу королевы Рогнеды. Ещё в приграничном лагере он обещал ждать нас здесь. Но, беспокоясь о вашей судьбе, предлагает продолжить службу на территории Ладельфии.
– Это благородно, – тихо заметил Таш, прочитав письмо два раза.
– Нам поручено доставить Тиля в столицу, – возразил его товарищ.
– Не припомню, о столице какого государства шла речь, – усмехнулся Таш.
– Нашего конечно! Надо доложить начальству и королеве о таком повороте.
– Ты прав. Продолжай путь, отвезёшь это письмо. А я буду сопровождать принца. Но прежде мы должны убедиться в подлинности письма.
– Безусловно, – откликнулся посланник, – я провожу вас, седлайте коней.
К тому времени, когда гвардейцы достигли небольшой стоянки ладельфийцев, те уже были готовы к движению. После переговоров с Тилем, проведённых без участия повстанцев, Таш присоединился к отряду Митро, а второй гвардеец, прихватив письмо будущего короля Ладельфии, пустил коня в глубь страны.
– Я надеялся отбить его, – шепнул Ташу товарищ, прощаясь.
– У меня тоже была такая мысль, – откликнулся тот, – но их слишком много, да и как нам везти его против воли. Такой хитрец. Возможно, они договорились, как действовать в случае чего.
– Надеюсь, королева не воспримет это, как измену. Ну, доброй дороги!
– Доброй дороги, друг! – гвардейцы обнялись на прощанье и разъехались. Каждого ждал свой путь.
Внук ладельфийской принцессы Ауриты Тэотиль вступил на путь борьбы со своим двоюродным прадедом Корньльё I.
14. Титания. Дочь императора Ильберта вернулась из Крыландии, где гостила у кузины в обществе макрогальского принца Виолета
Не надо отчаиваться, дай себе время
Ильберта скучала. Едва расставшись с Виолетом, мечтала о новой встрече. Принцесса сообщила отцу о приглашении в Макрогалию, но император и слышать ничего не хотел о заморском путешествии дочери. Императрица уговаривала супруга, вызвалась сопровождать Ильберту, но Меерлох оставался непреклонен. Принцесса надеялась, что письмо короля Крыландии изменит настрой. Получив его, отец некоторое время размышлял, изложенные родственником доводы выглядели убедительно, но Меерлоха крайне раздражала эта всесторонняя осада, и при встрече он высказал супруге:
– Милая, я не нуждаюсь ни в чьих советах относительно судьбы дочери.
– Но ведь это и моя дочь! – возмутилась императрица. – Её счастье волнует меня.
– Не надо забывать об империи! Я должен беспокоиться и о счастье подданных.
– Макрогальский принц, должна заметить, не будучи вашим зятем и даже не надеясь на это, проявил заботу о подданных Титании.
– В чём же это выражалось? – заинтересовался император.
– Он, сочувствуя обедневшим крестьянам, предоставил желающим семена для посева.
– Сам он вам об этом сообщил? – поддел жену Меерлох.
– А вот и нет! – супруга даже разрумянилась от возмущения, – мы узнали случайно от других людей. На обратном пути толпы обступали карету и благодарили.
– Вас?
– Да! Принц делал это во имя Ильберты.
– Игры!
– Ведь и Крыландию поддерживает Макрогалия. Благодаря этой помощи…
– Я не имею права рассчитывать на помощь Макрогалии! Поймите, международная политика дело не вашего ума! – Настойчивость жены нервировала Меерлоха.
– Но девочка страдает!
– Потерпит! Решу дела в Полонии и займусь семейными вопросами.
Принцесса уверилась в невозможности счастья, и с каждым днём всё больше опасалась появления какого-нибудь претендента на её руку, вдруг отец согласится не раздумывая. Она, конечно, сгущала краски. Часто в тех, кто не поддержал нас, мы видим противника, не способного понять и желающего навредить. Особенно эти острые чувства присущи юности и неопытной молодости. Даже попытки матери утешить её, девушка отвергала. Будь у Ильберты подруга, с которой можно делиться сокровенными мыслями, ей было б легче. Но, увы, такой роскоши принцесса не имела.
В поисках уединения девушка скрывалась в парке, затворялась в покоях, но все будто сговорились в своём стремлении развлечь принцессу и досаждали ей. Однажды Ильберта ушла из дворца, куда глаза глядят. Оделась по возможности просто и покинула родное гнездо. Ей вспомнился полонийский принц Диоль. Виолет подробно рассказывал, как мальчик сбежал из императорского дворца и запутал следы. Беглянка направилась на рыночную площадь, где ожидали седоков извозчики. Она внимательно разглядывала всех, надеясь узнать того молодца, которого нанимал Диоль.
– Госпожа желает прокатиться? – спросил, наконец, один. Несмотря на приложенные усилия, наряд принцессы не позволял предположить, что она не имеет собственного экипажа, и её интерес воспринимался, как причуда.
– Есть тут человек, отвозивший этой весной мальчика на север? – поинтересовалась девушка.
– Ваше высочество? – Митро поднялся, но в голосе его звучало недоверие.
– У меня есть документы. – Принц был горд тем, что предусмотрительно запасся свидетельством о рождении, раскопав его в дедушкиных вещах, пока тот продолжал совещаться. – Диолин – мой брат, но он сейчас в Титании, а вы увезли Диоля, который не имеет отношения к Ладельфии.
– Это мне известно, ваше высочество. Ошибка нам дорого обошлась.
– Разве? – возразил юноша, – вы остались в живых благодаря отправленной за королевским сыном погоне.
– Конечно… но у повстанцев нет представителя династии, по праву претендующего на трон Корнильё, наше посольство оказалось неудачным, – увидев возмущённое лицо собеседника, ладельфиец поспешил добавить: – вам, я уверен, не позволят ввязаться в столь опасную игру.
– Бесспорно. Мой дед влиятельный человек, он распорядился отправить меня обратно, хотя не вправе отменять приказ королевы Рогнеды.
– Что за приказ? – заинтересовался Митро.
– Меня везли сюда, как истинного наследника ладельфийского престола, вместо Диоля, взятого по ошибке.
– Ваше высочество! – У мужчины перехватило дыхание, но он справился с волнением. – Вы готовы участвовать в нашей борьбе, зная, насколько она трудна и опасна?
– Я знаю одно, моя бабушка страдала по вине теперешнего короля Ладельфии, она скучала по родине и была бы рада восстановлению справедливости.
– Но, как нам убедить Андэста?
– Я готов покинуть Полонию без его разрешения, достаточно приказа королевы. Подумайте, как это сделать. Встретимся здесь на закате. Надеюсь, меня не отправят сегодня. – Тиль посчитал разговор оконченным и поспешил в лагерь, опасаясь вызвать лишнее беспокойство своим долгим отсутствием.
– Ваше высочество! – окликнул его Митро, принц оглянулся, – если вас вышлют из лагеря прямо сейчас, скажитесь больным в ближайшем селении, мы постараемся вас нагнать.
«Этот ладельфиец быстро соображает!» – мелькнуло в голове юноши, ему начинали нравиться будущие подданные.
Прода от 23.04.2018, 09:56
13. Пограничное селение в Полонии
Дети наследуют черты своих родичей. Поначалу это умиляет, потом начинает раздражать
Ладельфиец Митро, с кем Тиль провёл переговоры на берегу реки, оказался прав: едва юноша пришёл в лагерь, крепкие гвардейцы подхватили его под руки и потянули в командирскую палатку. Наставник приказал срочно разыскать внука и уезжать. Ладельфийского принца, который вознамерился сражаться за трон, ждали осёдланные лошади и два сопровождающих, чтобы увезти юнца подальше от опасностей. Принцу лишь позволили проститься с дедом.
Прощание было коротким: он рад, что едет домой; безусловно, соскучился по маме и сестре; совсем не устал и отдохнёт в ближайшем селении; надеется на скорое и успешное возвращение дедушки в столицу. И вот, юноша вместе с двумя гвардейцами отправился в обратный путь. Он поминутно огладывался, надеясь заметить преследователей. Выполнит ладельфиец обещание? Стоит ли дожидаться повстанцев, или бежать самостоятельно? Поразмышляв, принц решил действовать как договорились. Вряд ли он сумеет найти нужных людей, когда сбежит от своей охраны. Скорее, подобно Диолю попадёт в руки Корнильё.
Едва показались признаки приближающего жилья, Тиль стал придерживать лошадь и склонился к её холке, показывая, что дальше ехать не может.
– Что случилось, ваше высочество? – забеспокоился один из сопровождающих по имени Таш.
– Живот… резкая боль, – сдавленно проговорил юноша.
– Скоро будет селение, надо добраться до него. Держитесь. Там разыщем лекаря.
– Ладно.
Около первого дома путники остановились, гвардейцы занесли стонущего принца в горницу. Хозяйка хлопотала, указывая, где расположить больного, хозяин побежал за местным лекарем. Не надеясь на выдуманные боли, Тиль приготовил серебряную монету, и когда помощь прибыла, просил гвардейцев выйти за дверь. Лекарь оказался порядочным человеком, монета не подействовала. Пришлось объяснять, что гвардейцы нарушают приказ королевы Рогнеды, кроме того, Тилю нужен отдых, так как сначала все очень торопились сюда, теперь его поспешно отправляют обратно, а там, кто знает, могут снова развернуть, это очень тяжело. Доктор понимающе покивал, помял живот юноши, прислушиваясь к его вскрикам, и вышел к сопровождающим.
– Что-то серьёзное? – спросил Таш.
– И неудивительно! Это подросток, хотя и выглядит крупным, но быстрый рост отнимает много сил, внутренние органы не успевают развиться, – недовольно бурчал доктор. – Разве можно в таком юном возрасте подвергать человека бесконечным нагрузкам? Ведь Вы приехали из столицы? И совсем недавно? К чему было совершать такое странное путешествие мальчику?
– По воле королевы, – выдавил из себя Таш, до этого отделываясь кивками на строгие вопросы лекаря.
– Сюда по воле королевы?
– Да.
– А обратно?
– Мы не знаем, – вмешался второй гвардеец, – приказано командиром. Почему, не наше дело. Когда парень сможет продолжить путь?
– Вам поставлены какие-то сроки? – уточнил доктор.
– Сроков нет, но торчать здесь нам не интересно.
– Боли невротические. Юноша устал, переволновался. Надо, чтобы он сам решился ехать дальше, иначе боли, даже если они уйдут, вернутся с большей силой.
– Какое лечение вы назначили? – снова вступил в разговор Таш.
– Дам успокоительный сбор. – Лекарь полез в саквояж. – Как заваривать объясню хозяйке. Принимать по два-три глотка в полдень и вечером. Не думаю, чтобы лечение затянулось, но торопить больного не советую, пусть окончательно придёт в себя. Буду навещать его. Никакого принуждения. Покой и ёще раз покой.
Доктор прошёл на кухню, где хлопотала хозяйка.
– «Невротические»… никогда не слыхал, – недовольно сказал Ташу товарищ.
– Лекарю виднее. Придётся задержаться здесь. Этот дом маловат, пойду к старейшине, пусть определит нас на постой куда-нибудь, где просторнее.
– Думаешь, основательно застрянем?
– Всё может быть, – пожал плечами Таш и отправился искать место для постоя, скоро жители улягутся спать, уже совсем стемнело.
Принц не пожелал перебираться в более просторный дом, предпочитая жить на окраине. Гвардейцы установили дежурство, один из них находился около подопечного, другой отдыхал в доме старейшины, у которого оказались две юные дочки весёлого нрава. Непредвиденная задержка скоро превратилась в занятное времяпрепровождение. Молодые люди с готовностью помогали по хозяйству и старейшине, и в доме, где жил принц, и соседям, которые просили об этом. Тиль больше не притворялся больным, ходил по дому, гулял по двору, но ехать в столицу отказывался, ссылаясь на непогоду, разыгравшуюся раньше обычных в этих местах сроков.
Однажды ночью навалило столько снега, что утром не в каждом доме смогли открыть двери. Все, кто мог держать лопаты, принялись разгребать дорожки. Пока гвардейцы были заняты, Тиль незаметно покинул гостеприимный дом и отправился за околицу. Чувствовал уверенность – надо выйти на простор и поискать тех, кого он ждал все эти дни. Юноша медленно пробирался в снегу, угадывая дорогу по заметённым кустам и деревьям вдоль неё. Думал о матери, которая ничего не знает о его судьбе и полагается лишь на своего отца, надеясь, что тот не даст внука в обиду. Дед не подозревает о решении Тиля посвятить себя борьбе за престол в чужой ему стране. Наступил поворотный момент в жизни, а родные любимые люди оказались далеко.
– Ваше высочество! – крикнули из ближайших зарослей. Тиль остановился и вгляделся в них. На дорогу, проваливаясь едва ли не по пояс в рыхлый снег, выбирался незнакомец.
– Кто вы? – спросил юноша, изучая черты окликнувшего его человека.
– Позвольте сначала убедиться, что я не ошибся. Ваше имя? – не уверенно спросил белый от снега и стужи мужчина.
– Тэотиль, – ответил юноша из уважения к его замёрзшему виду.
– Простите, мне небезопасно представляться. Моё имя Фьёро, я подручный Митро, с которым вы знакомы.
– Я как раз искал кого-нибудь.
– Митро готовит захват, а это не хорошо, мы в чужой стране.
– Конечно. Так вам известно, где я ждал?
– Да. Мы три дня здесь, всё разведали, но не знали, как сообщить о себе. Вас тщательно охраняют.
– Ну, не так уж и тщательно. Можно прикинуться путниками или бродягами, – возразил принц, – захват это слишком, у меня здесь нет врагов. Когда я могу увидеть Митро?
– Я отправил призывный сигнал, они скоро будут здесь. Командир приказал наблюдать за дорогами.
В подтверждение сказанного показались всадники, с ними была запасная лошадь.
– Ваше высочество! – почти кричал Митро, спрыгнув с коня, – вы превзошли самые лучшие наши ожидания!
– Что с лагерем полонийцев? – поинтересовался принц.
– Лагерь покинут. Как только они пересекли границу, захватив с собой нашего командира, мы отправились сюда.
– Ясно. А что известно о Диоле?
– Наши разведчики узнали, где он находится. Туда и поехал ваш дедушка, надеясь провести переговоры.
– Будут менять на Муссо?
– По-видимому, так, – огорченно подтвердил ладельфиец.
– Когда мы можем ехать? – всё также хладнокровно продолжил спрашивать Тиль.
– Документ у вас с собой? – замявшись, уточнил собеседник.
– Не расстаюсь с тем, что мне необходимо, – ответил юноша, – я не знал, когда и как вы объявитесь.
– Можем тотчас отправиться в путь.
– Не хочу бросать своих гвардейцев, их могут казнить из-за меня.
– Не тащить же их с собой, – изумился ладельфиец.
– Почему? Им поручена моя безопасность, в любой стране они будут выполнять приказ. Во всяком случае, надо предоставить им выбор, – твёрдо сказал принц.
Наступила тишина. Кое-где потрескивали под тяжестью снега ветви. Будущие подданные обдумывали слова нового короля.
– Ваше высочество! – подал голос Фьёро, – позвольте, я отнесу гвардейцам весточку от вас. Объясните всё в письме, ну и я на словах передам что надо. Если захотят – поедут с нами.
– Где могу составить письмо?
– Неподалёку мы построили шалаш. Есть и бумага и перо с чернилами, – бодро отрапортовал Митро.
Когда посланник Тиля прибыл в селение, там полным ходом шли поиски пропавшего принца. Ладельфийцу пришлось некоторое время ждать гвардейцев в доме, где до этого располагался «больной».
– Что вам известно о принце? – с порога вскричал Таш.
– Его высочество передал вам письмо.
Гвардейцы переглянулись, они не знали ни почерка, ни подписи своего подопечного и не могли быть уверены в подлинности письма, но углубились в чтение.
– Это не плен? – оторвался от бумаги второй гвардеец.
– Решение вступить в борьбу с Корнильё его высочество принял по приказу королевы Рогнеды. Ещё в приграничном лагере он обещал ждать нас здесь. Но, беспокоясь о вашей судьбе, предлагает продолжить службу на территории Ладельфии.
– Это благородно, – тихо заметил Таш, прочитав письмо два раза.
– Нам поручено доставить Тиля в столицу, – возразил его товарищ.
– Не припомню, о столице какого государства шла речь, – усмехнулся Таш.
– Нашего конечно! Надо доложить начальству и королеве о таком повороте.
– Ты прав. Продолжай путь, отвезёшь это письмо. А я буду сопровождать принца. Но прежде мы должны убедиться в подлинности письма.
– Безусловно, – откликнулся посланник, – я провожу вас, седлайте коней.
К тому времени, когда гвардейцы достигли небольшой стоянки ладельфийцев, те уже были готовы к движению. После переговоров с Тилем, проведённых без участия повстанцев, Таш присоединился к отряду Митро, а второй гвардеец, прихватив письмо будущего короля Ладельфии, пустил коня в глубь страны.
– Я надеялся отбить его, – шепнул Ташу товарищ, прощаясь.
– У меня тоже была такая мысль, – откликнулся тот, – но их слишком много, да и как нам везти его против воли. Такой хитрец. Возможно, они договорились, как действовать в случае чего.
– Надеюсь, королева не воспримет это, как измену. Ну, доброй дороги!
– Доброй дороги, друг! – гвардейцы обнялись на прощанье и разъехались. Каждого ждал свой путь.
Внук ладельфийской принцессы Ауриты Тэотиль вступил на путь борьбы со своим двоюродным прадедом Корньльё I.
Прода от 23.04.2018, 21:05
14. Титания. Дочь императора Ильберта вернулась из Крыландии, где гостила у кузины в обществе макрогальского принца Виолета
Не надо отчаиваться, дай себе время
Ильберта скучала. Едва расставшись с Виолетом, мечтала о новой встрече. Принцесса сообщила отцу о приглашении в Макрогалию, но император и слышать ничего не хотел о заморском путешествии дочери. Императрица уговаривала супруга, вызвалась сопровождать Ильберту, но Меерлох оставался непреклонен. Принцесса надеялась, что письмо короля Крыландии изменит настрой. Получив его, отец некоторое время размышлял, изложенные родственником доводы выглядели убедительно, но Меерлоха крайне раздражала эта всесторонняя осада, и при встрече он высказал супруге:
– Милая, я не нуждаюсь ни в чьих советах относительно судьбы дочери.
– Но ведь это и моя дочь! – возмутилась императрица. – Её счастье волнует меня.
– Не надо забывать об империи! Я должен беспокоиться и о счастье подданных.
– Макрогальский принц, должна заметить, не будучи вашим зятем и даже не надеясь на это, проявил заботу о подданных Титании.
– В чём же это выражалось? – заинтересовался император.
– Он, сочувствуя обедневшим крестьянам, предоставил желающим семена для посева.
– Сам он вам об этом сообщил? – поддел жену Меерлох.
– А вот и нет! – супруга даже разрумянилась от возмущения, – мы узнали случайно от других людей. На обратном пути толпы обступали карету и благодарили.
– Вас?
– Да! Принц делал это во имя Ильберты.
– Игры!
– Ведь и Крыландию поддерживает Макрогалия. Благодаря этой помощи…
– Я не имею права рассчитывать на помощь Макрогалии! Поймите, международная политика дело не вашего ума! – Настойчивость жены нервировала Меерлоха.
– Но девочка страдает!
– Потерпит! Решу дела в Полонии и займусь семейными вопросами.
Принцесса уверилась в невозможности счастья, и с каждым днём всё больше опасалась появления какого-нибудь претендента на её руку, вдруг отец согласится не раздумывая. Она, конечно, сгущала краски. Часто в тех, кто не поддержал нас, мы видим противника, не способного понять и желающего навредить. Особенно эти острые чувства присущи юности и неопытной молодости. Даже попытки матери утешить её, девушка отвергала. Будь у Ильберты подруга, с которой можно делиться сокровенными мыслями, ей было б легче. Но, увы, такой роскоши принцесса не имела.
В поисках уединения девушка скрывалась в парке, затворялась в покоях, но все будто сговорились в своём стремлении развлечь принцессу и досаждали ей. Однажды Ильберта ушла из дворца, куда глаза глядят. Оделась по возможности просто и покинула родное гнездо. Ей вспомнился полонийский принц Диоль. Виолет подробно рассказывал, как мальчик сбежал из императорского дворца и запутал следы. Беглянка направилась на рыночную площадь, где ожидали седоков извозчики. Она внимательно разглядывала всех, надеясь узнать того молодца, которого нанимал Диоль.
– Госпожа желает прокатиться? – спросил, наконец, один. Несмотря на приложенные усилия, наряд принцессы не позволял предположить, что она не имеет собственного экипажа, и её интерес воспринимался, как причуда.
– Есть тут человек, отвозивший этой весной мальчика на север? – поинтересовалась девушка.
