– Помощь в чём?
– Видимо, попасть домой. Он был в плену у корнильёнцев, вернее его охраняли титанийцы, когда мы его вызволяли.
– Очень неправдоподобно, ну ладно, послушаем, что он сам скажет. С вами ясно. – Тидиано протянул документы повару. – Можете следовать в Араксию.
– Мы свободны? Можно разбудить мальчика? – обрадовался Сорхани.
– Парень останется здесь, надо разобраться, кто он и зачем выдавал себя за вашего родственника.
– Но, я отвечаю за этого ребёнка перед хозяином, и не могу без него продолжать путь.
– Как будет угодно. Идите в гостиницу. Мы сообщим мальчику, что вы там, если будет решено его отпустить.
Сорхани выдали шубу и проводили до выхода из здания, ему не оставалось ничего другого, как отправиться в гостиницу.
Диоля не беспокоили до утра. Проснулся он поздно и с удивлением обнаружил, что находится в комнате один. Куда подевался Сорхани? Некоторое время мальчик строил разнообразные догадки, но потом бросил это занятие. Где бы ни находился попутчик, надо продумать как себя вести, что отвечать, если начнут задавать вопросы о происхождении и цели путешествия. Всем ясно, что он не араксиец и к Сорхани имеет мало отношения, поэтому от прежней выдумки придется отказаться. Однако ничего нового не придумал. Жажда и голод не давали покоя. Забыли все про него что ли? Принц подошёл к двери и громко постучал, дверь тут же отворилась.
– Проснулся? Отлично, сейчас принесут молока и булку. Меня зовут Дианор, – на родном языке Диоля заговорил человек, тот, кто вечером предположил, что принц и повар шпионы.
– Диоль, – представился мальчик, – а где Сорхани?
– С ним всё в порядке.
Пришёл служка с подносом. Принц принялся за еду, Дианор тоже взял одну булочку, составляя пленнику компанию.
– Давно из дома?
– Давно, – ответил после паузы Диоль. Он не привык говорить за едой, поэтому ждал следующих вопросов.
– Ешь, ешь! – кивнул на стол Дианор, – успеем поговорить, времени достаточно.
Нельзя сказать, что эти слова обнадёжили принца. Ладельфиец некоторое время наблюдал за мальчиком и, словно рассуждая, сказал:
– Ты не простого роду. Кто твои родители?
Диоль замер и, решившись, выдохнул:
– Король и королева Полонии.
– Вот как? – протянул Дианор. Он не поверил словам пленника, но на шутку это заявление не было похоже. – Как же тебя без должной охраны отпустили в Ладельфию, где так неспокойно?
Принц снова принялся за еду, пропустив вопрос мимо ушей.
– Прикажу принести твои вещи из гостиницы, – поднялся Дианор, – завтракай, обсудим всё позже.
Оставшись в одиночестве, принц хорошенько обдумал разговор. Пожалуй, он правильно сделал, сказав правду, ведь скрывался он от корнильёнцев, а не от их врагов. Тем временем в кабинете, где ночью допрашивали Сорхани, совещались руководители местного крыла повстанцев. Дианор рассказал о беседе с пленником, назвавшимся полонийским принцем. Это противоречило имеющимся сведениям, о том, что принц, доставленный из Полонии, находится неподалёку под усиленной охраной другого отряда. Туда отправили донесение, сообщая о своей находке. Местонахождение Тиля тщательно скрывалось, за его жизнь опасались. Удобнее было бы жить в столице, но корнильёнцы искали его именно там.
Будущего короля Ладельфии приютил родовой замок Муссо. Он построен на небольшом плато, окружённом с трёх сторон отвесными обрывами высокого берега реки. Имелась единственная дорога, ведущая к воротам под небольшим уклоном. Дорога хорошо просматривалась, пробегая по лугам, а во время половодья часть её заливала река, опоясывающая огромной дугой плато. Лишь у горизонта лента дороги ныряла в лес. У старого правителя не было сил достаточных для взятия приступом мощных укреплений, но из опасений, что такие попытки будут предприняты, повстанцы скрывали, кто гостит в замке в отсутствии хозяина. Командование местного отряда располагалось в поместье неподалёку от замка. Туда и прибыли посланники Тидиано. Их принял заместитель Муссо по имени Збитчо:
– Ваш пленник называет себя полонийским принцем, уважаемый Михо?
– Да. Мы предположили, что это тот самый наследник, которого привез из Полонии Муссо.
– Нет, его высочество Тэотиль по-прежнему под нашей охраной. Но я слышал, что другого принца у нашей делегации отбили корнильёнцы.
Так принцев несколько? – изумился Михо.
– Это запутанная история, – покачал головой Збитчо, – Муссо мог бы объяснить, но он в заложниках у полонийцев, что разыскивают похищенного ребёнка.
– Значит, Муссо здесь нет, а кто-нибудь из делегации может узнать тот ли мальчик у нас?
– Все они отправились на выручку командиру, как только доставили сюда Тэотиля и организовали его охрану.
– Возможна ли встреча его высочества Тэотиля с нашим пленником? Надо убедиться наверняка, брат это нашего будущего короля или нет, – вступил в разговор Дианор.
– Это не может быть хитростью корнильёнцев? – усомнился Збитчо,– А вдруг за мальчиком следят, чтобы выведать, где мы прячем наследника?
– Вывезем ребёнка тайно, и будем отсекать слежку, если за нами увяжутся, – настаивал Дианор, – согласитесь, есть основания требовать от полонийцев освобождения вашего командира, если похищенный принц нашёлся.
– Хорошо, мы организуем его встречу с Тэотилем, – согласился Збитчо.
Спустя двое суток с момента заточения, Диоля тайно вывезли на встречу с будущим королём Ладельфии, о чём сообщили уже в пути. Единственный, кто интересовался судьбой ребёнка, был ежедневно навещавший дворец Тидиано Сорхани. Никаких признаков слежки не было замечено, и принца благополучно доставили в поместье Збитчо, где с ним коротко переговорили, дали возможность отдохнуть, и повезли в замок Муссо. На всякий случай пленнику завязали глаза, чтобы он потом не смог описать местность, где находится наследник ладельфийского престола. Сидя в карете с опущенными шторами и завязанными глазами, Диоль гадал, кого он вскоре увидит, неужели Дестан передумал и решил возглавить повстанцев на родине своей матери?
Вот, путешествие в кромешной тьме закончилось. Диолю развязали глаза и позволили выйти. Карета стояла в крытом дворике. Мальчика провели чёрным ходом. Он, не удержавшись, сказал сопровождавшему его Збитчо:
– Я успел побывать в плену у императора Меерлоха и у короля Корнильё, но нигде со мной так не обращались.
– Простите, ваше высочество, – откликнулся ладельфиец, – это вынужденная мера, мы печёмся о безопасности будущего короля. Вас коробит не слишком пышный вид задворок, хотя, путешествуя с поваром, вы наверняка наблюдали и более мрачные места.
– Да. Ни повар, ни другие не знали, кто я, – парировал принц.
– Я тоже пока не знаю. Дождемся вашей встречи с родственником.
Тиля готовили к приёму загадочного пленника.
– Ваше высочество, есть ли у вас брат? – спрашивал вельможа, находившийся рядом с наследником с момента прибытия в замок Муссо.
– Да, у меня есть младший брат и старшая сестра.
– К нам вскоре пребудет мальчик, назвавшийся принцем из Полонии. Но нас беспокоят сомнения, опишите, пожалуйста, вашего брата.
– Диолин? – задумался Тиль, – ростом он ниже меня, более щуплый. Волосы тёмные, прямые, глаза синие. Мы не похожи.
– Говорят, он ведёт себя очень надменно.
– Ещё бы! Всё последнее время жил во дворце, был за местоблюстителя, пока на это место не вступил наш дядя. Заважничаешь!
Вельможа-опекун сделал знак и в зал, где на возвышении стоял переносной трон, ввели Диоля. Едва ладельфийский наследник увидел принца, сбежал по ступенькам ему навстречу:
– Братишка! Как я рад тебя видеть. – Тиль бросился обнимать опешившего мальчика. – Откуда ты здесь?
Диоль, увидевший племянника Дестана впервые, не понимал, почему его так горячо встречают. Может быть, парень просто решил выручить соотечественника?
– Я тоже рад, можно поговорить наедине? – ответил королевский сын, осторожно отстраняясь от Тиля.
– Так и сделаем. – Обняв Диоля, ладельфийский наследник повёл «брата» из зала, бросив опекуну: – мы давно не виделись, пусть нам не мешают.
– Что ты, как не живой? – спросил Тиль, когда они оказались одни в его покоях. – Диолин, с тобой плохо обращались?
Гость наконец улыбнулся:
– Я Диоль. Ты брат Диолина? Тиль, кажется?
– А… ну да, как я сразу не догадался! Мне говорили, что вы похожи.
– Что ты делаешь в Ладельфии, Тиль? Каким образом попал сюда?
– По приказу королевы Рогнеды. Она, как только узнала, что ты уехал с ладельфийцами, вызвала моего деда и приказала везти меня вместо тебя, но мы не успели. Когда наши разведчики настигли делегацию, тебя уже с ними не было.
– Там был бой.
– Мне рассказали. Если бы полонийцы не подоспели, то всех делегатов перебили бы.
– Знаю, – вспомнил принц своё знакомство с Корнильё. – При мне привезли донесение королю о том, что уничтожить делегацию не удалось.
– Слушай, как ты похож на Диолина! – продолжал удивляться Тиль. – Ничего, что я запросто?
– Начинаю привыкать, – успокоил его Диоль. – У тебя ничего общего с Диолином нет. Можно подумать, что это мой брат, а не твой. Когда он родился?
– На четыре года младше меня. Летом будет девять.
– Как Диолисия.
– Ха! Наверное, дедушка поменял королеве мальчика на девочку, – расхохотался Тиль.
Диоль тоже улыбнулся шутке:
– Не-е-ет, Диолисия точно наша.
– Скучаешь? – сочувственно спросил юноша.
– Стараюсь не думать об этом, – вздохнул принц, – хотелось бы поскорей в Полонию. Когда уезжал, собирался участвовать в борьбе, а на деле только сижу под охраной. Уж лучше дома.
– То же самое могу сказать и я, – покачал головой ладельфийский наследник, – где-то за этими стенами происходят стычки с корнильёнцами, разведка, подготовка нападений, а меня берегут, прячут, пестуют, как будущее Ладельфии. Поверь, это очень скучно.
– Представляю.
– Ты побудешь со мной какое-то время? Расскажешь о своих приключениях, что повидал в этой стране. Хотя бы несколько дней, а потом поедешь на родину.
– Хорошо. Только надо известить королеву.
– Да, это обязательно. Я распоряжусь.
– И ещё, есть один человек – Сорхани. Он помог мне из плена бежать, ему тоже следует сказать, что я доберусь до Полонии без его помощи.
– Напиши письма всем, кому считаешь нужным, и пошлём гонцов.
Вскоре ладельфийцы получили задания: доставить письма Диоля по назначению и обеспечить охрану его высочества во время путешествия из Ладельфии в Полонию спустя две недели. Целые дни принцы проводили вместе, обсуждая ход операций против корнильёнцев, о которых докладывали Тилю. Повстанцы убедились, что оба юноши хорошо владеют военной наукой, тактическими и стратегическими приёмами и стали прислушиваться к мнению наследника, который до этого не мог добиться должного внимания.
Диоль хорошо знал теорию, а Тиль имел фантазию и талант придумывать неожиданные ходы. Вместе они составляли опасную для неприятеля фигуру. Кроме того, бывший пленник Корнильё рассказал обо всём, что успел заметить, будучи королевским «гостем». Повстанцы обрели ценные сведения о том, как организована охрана короля, кто его окружает, и задумали крупную вылазку трёх, согласованно действующих повстанческих отрядов. Предполагалось отвлечение крупных сил корнильёнцев к столице и сдача её с тем, чтобы там собрались основные армейские соединения для её охраны. В завершении надеялись захватить короля, как только тот отправится во дворец, покинув настоящее убежище. Стратегию обсуждали приглашённые представители других отрядов. Оговорили подготовку и назначили время начала – середина лета.
Диолю нравилась участвовать, он откладывал время отъезда, однако уезжать в Полонию было необходимо. Повстанцы не могли рисковать двумя принцами, тем более, сыном короля Полонии. Час прощания близился, Тиля огорчало неизбежное расставание с новым другом. Утешало лишь то, что Диоль помог ладельфийскому наследнику укрепить положение среди новых подданных, теперь ему не так скучно в замке, как раньше.
Полония. Королевский дворец. Королева Рогнеда и местоблюститель – брат короля Энварда Дестан
Точка зрения и точка опоры не совпадают
По возвращении из метрополии Дестан обнаружил в королевском дворце неприятные изменения. Рогнеда места себе не находила из-за потери сына. Её надежды на то, что Андэст настигнет похитителей и вернёт Диоля, не оправдались. После того как гонец привёз донесение Юрро о пленении принца сторонниками Корнильё, королева совсем отчаялась. Мать корила себя за то, что не уделяла внимания ребёнку, занимаясь Лейпостом и его проверками, Эгретой и её свадьбой, передачей дел Дестану. Не было рядом Энварда с привычными запретами, но почему-то время для Деолисии и Диолина находилось, а Диоль, с его холодком недоверия и обид, не чувствовал материнской ласки. А как, наверное, страдал мальчик, скучая по отцу, старшим братьям!
Гвардеец из отряда Юрро доложил о решении Тэотиля возглавлять борьбу против Корнильё, сославшись на приказ королевы. Рогнеда испугалась. Она поручила Андэсту обменять Диоля на Тиля, следуя велению материнского сердца, но назначать кого-либо борцом за трон соседнего государства не имела никакого права. Если об этом пронюхает Корнильё, то Диоль превратится из пленника в преступника, как представитель враждебной стороны.
Королева ощущала перемену настроений в своём окружении, но не могла ни подтвердить в предчувствия, ни отбросить их. Пришлось признать, наставник Андэст всё время, пока она управляла Полонией, подсказывал нужные меры и решения. Каким-то образом этот человек знал обо всём, что говорилось и думалось во дворце. Хотя Рогнеда злилась на старика, она с нетерпением ждала возвращения наставника. Во-первых, всё ещё надеясь, что он выручит Диоля, во-вторых, рассчитывая на подсказки. И ещё, королева страшилась объяснений с Энвардом. Диоля похитили, причём дважды, вместо него во дворце ребёнок, удивительно похожий, и это их сын, о рождении которого король не знает до сих пор, Андэст отослан, во дворце непонятные настроения. Вереница необъяснимых событий заслоняла усилия Рогнеды по сбережению королевства для супруга. Он может обвинить её в глупости и безответственности. Вместе с тем, Рогнеда жаждала возвращения мужа, подсознательно надеясь, что прекратится неразбериха, начавшаяся после его отъезда в Макрогалию. Вот вернётся Энвард, и этот страшный сон растает и забудется.
Дестан пытался поддержать королеву, но не преуспел в этом. То ли влияния местоблюститель на Рогнеду не имел, то ли она слишком устала и запуталась. Почти всё время королева проводила в покоях, навещая лишь Диолисию и Диолина. Глядя на них, размышляла о том, почему два её младших сына не могут находиться во дворце одновременно.
После подтверждения императором его полномочий, Дестан окончательно пришёл в силу. Свою поездку в метрополию он счёл успешной: открытого противостояния нет. Однако нежиться в облаках джостижений не приходилось. Следовало готовиться к коварству Меерлоха. Император не станет бить наотмашь, будет хитрить. Местоблюститель проверял, как выполняются его поручения, руководил переоснащением кораблей. На них поставили дополнительные пушки, увеличили запас ядер, команды пополнили стрелками, проходили обучение наводчики. Быть может император недооценит изменившуюся обстановку на флоте Полонии и не станет высылать к её берегам лучшие боевые корабли.
– Видимо, попасть домой. Он был в плену у корнильёнцев, вернее его охраняли титанийцы, когда мы его вызволяли.
– Очень неправдоподобно, ну ладно, послушаем, что он сам скажет. С вами ясно. – Тидиано протянул документы повару. – Можете следовать в Араксию.
– Мы свободны? Можно разбудить мальчика? – обрадовался Сорхани.
– Парень останется здесь, надо разобраться, кто он и зачем выдавал себя за вашего родственника.
– Но, я отвечаю за этого ребёнка перед хозяином, и не могу без него продолжать путь.
– Как будет угодно. Идите в гостиницу. Мы сообщим мальчику, что вы там, если будет решено его отпустить.
Сорхани выдали шубу и проводили до выхода из здания, ему не оставалось ничего другого, как отправиться в гостиницу.
Диоля не беспокоили до утра. Проснулся он поздно и с удивлением обнаружил, что находится в комнате один. Куда подевался Сорхани? Некоторое время мальчик строил разнообразные догадки, но потом бросил это занятие. Где бы ни находился попутчик, надо продумать как себя вести, что отвечать, если начнут задавать вопросы о происхождении и цели путешествия. Всем ясно, что он не араксиец и к Сорхани имеет мало отношения, поэтому от прежней выдумки придется отказаться. Однако ничего нового не придумал. Жажда и голод не давали покоя. Забыли все про него что ли? Принц подошёл к двери и громко постучал, дверь тут же отворилась.
– Проснулся? Отлично, сейчас принесут молока и булку. Меня зовут Дианор, – на родном языке Диоля заговорил человек, тот, кто вечером предположил, что принц и повар шпионы.
– Диоль, – представился мальчик, – а где Сорхани?
– С ним всё в порядке.
Пришёл служка с подносом. Принц принялся за еду, Дианор тоже взял одну булочку, составляя пленнику компанию.
– Давно из дома?
– Давно, – ответил после паузы Диоль. Он не привык говорить за едой, поэтому ждал следующих вопросов.
– Ешь, ешь! – кивнул на стол Дианор, – успеем поговорить, времени достаточно.
Нельзя сказать, что эти слова обнадёжили принца. Ладельфиец некоторое время наблюдал за мальчиком и, словно рассуждая, сказал:
– Ты не простого роду. Кто твои родители?
Диоль замер и, решившись, выдохнул:
– Король и королева Полонии.
– Вот как? – протянул Дианор. Он не поверил словам пленника, но на шутку это заявление не было похоже. – Как же тебя без должной охраны отпустили в Ладельфию, где так неспокойно?
Принц снова принялся за еду, пропустив вопрос мимо ушей.
– Прикажу принести твои вещи из гостиницы, – поднялся Дианор, – завтракай, обсудим всё позже.
Оставшись в одиночестве, принц хорошенько обдумал разговор. Пожалуй, он правильно сделал, сказав правду, ведь скрывался он от корнильёнцев, а не от их врагов. Тем временем в кабинете, где ночью допрашивали Сорхани, совещались руководители местного крыла повстанцев. Дианор рассказал о беседе с пленником, назвавшимся полонийским принцем. Это противоречило имеющимся сведениям, о том, что принц, доставленный из Полонии, находится неподалёку под усиленной охраной другого отряда. Туда отправили донесение, сообщая о своей находке. Местонахождение Тиля тщательно скрывалось, за его жизнь опасались. Удобнее было бы жить в столице, но корнильёнцы искали его именно там.
Будущего короля Ладельфии приютил родовой замок Муссо. Он построен на небольшом плато, окружённом с трёх сторон отвесными обрывами высокого берега реки. Имелась единственная дорога, ведущая к воротам под небольшим уклоном. Дорога хорошо просматривалась, пробегая по лугам, а во время половодья часть её заливала река, опоясывающая огромной дугой плато. Лишь у горизонта лента дороги ныряла в лес. У старого правителя не было сил достаточных для взятия приступом мощных укреплений, но из опасений, что такие попытки будут предприняты, повстанцы скрывали, кто гостит в замке в отсутствии хозяина. Командование местного отряда располагалось в поместье неподалёку от замка. Туда и прибыли посланники Тидиано. Их принял заместитель Муссо по имени Збитчо:
– Ваш пленник называет себя полонийским принцем, уважаемый Михо?
– Да. Мы предположили, что это тот самый наследник, которого привез из Полонии Муссо.
– Нет, его высочество Тэотиль по-прежнему под нашей охраной. Но я слышал, что другого принца у нашей делегации отбили корнильёнцы.
Так принцев несколько? – изумился Михо.
– Это запутанная история, – покачал головой Збитчо, – Муссо мог бы объяснить, но он в заложниках у полонийцев, что разыскивают похищенного ребёнка.
– Значит, Муссо здесь нет, а кто-нибудь из делегации может узнать тот ли мальчик у нас?
– Все они отправились на выручку командиру, как только доставили сюда Тэотиля и организовали его охрану.
– Возможна ли встреча его высочества Тэотиля с нашим пленником? Надо убедиться наверняка, брат это нашего будущего короля или нет, – вступил в разговор Дианор.
– Это не может быть хитростью корнильёнцев? – усомнился Збитчо,– А вдруг за мальчиком следят, чтобы выведать, где мы прячем наследника?
– Вывезем ребёнка тайно, и будем отсекать слежку, если за нами увяжутся, – настаивал Дианор, – согласитесь, есть основания требовать от полонийцев освобождения вашего командира, если похищенный принц нашёлся.
– Хорошо, мы организуем его встречу с Тэотилем, – согласился Збитчо.
Спустя двое суток с момента заточения, Диоля тайно вывезли на встречу с будущим королём Ладельфии, о чём сообщили уже в пути. Единственный, кто интересовался судьбой ребёнка, был ежедневно навещавший дворец Тидиано Сорхани. Никаких признаков слежки не было замечено, и принца благополучно доставили в поместье Збитчо, где с ним коротко переговорили, дали возможность отдохнуть, и повезли в замок Муссо. На всякий случай пленнику завязали глаза, чтобы он потом не смог описать местность, где находится наследник ладельфийского престола. Сидя в карете с опущенными шторами и завязанными глазами, Диоль гадал, кого он вскоре увидит, неужели Дестан передумал и решил возглавить повстанцев на родине своей матери?
Вот, путешествие в кромешной тьме закончилось. Диолю развязали глаза и позволили выйти. Карета стояла в крытом дворике. Мальчика провели чёрным ходом. Он, не удержавшись, сказал сопровождавшему его Збитчо:
– Я успел побывать в плену у императора Меерлоха и у короля Корнильё, но нигде со мной так не обращались.
– Простите, ваше высочество, – откликнулся ладельфиец, – это вынужденная мера, мы печёмся о безопасности будущего короля. Вас коробит не слишком пышный вид задворок, хотя, путешествуя с поваром, вы наверняка наблюдали и более мрачные места.
– Да. Ни повар, ни другие не знали, кто я, – парировал принц.
– Я тоже пока не знаю. Дождемся вашей встречи с родственником.
Тиля готовили к приёму загадочного пленника.
– Ваше высочество, есть ли у вас брат? – спрашивал вельможа, находившийся рядом с наследником с момента прибытия в замок Муссо.
– Да, у меня есть младший брат и старшая сестра.
– К нам вскоре пребудет мальчик, назвавшийся принцем из Полонии. Но нас беспокоят сомнения, опишите, пожалуйста, вашего брата.
– Диолин? – задумался Тиль, – ростом он ниже меня, более щуплый. Волосы тёмные, прямые, глаза синие. Мы не похожи.
– Говорят, он ведёт себя очень надменно.
– Ещё бы! Всё последнее время жил во дворце, был за местоблюстителя, пока на это место не вступил наш дядя. Заважничаешь!
Вельможа-опекун сделал знак и в зал, где на возвышении стоял переносной трон, ввели Диоля. Едва ладельфийский наследник увидел принца, сбежал по ступенькам ему навстречу:
– Братишка! Как я рад тебя видеть. – Тиль бросился обнимать опешившего мальчика. – Откуда ты здесь?
Диоль, увидевший племянника Дестана впервые, не понимал, почему его так горячо встречают. Может быть, парень просто решил выручить соотечественника?
– Я тоже рад, можно поговорить наедине? – ответил королевский сын, осторожно отстраняясь от Тиля.
– Так и сделаем. – Обняв Диоля, ладельфийский наследник повёл «брата» из зала, бросив опекуну: – мы давно не виделись, пусть нам не мешают.
– Что ты, как не живой? – спросил Тиль, когда они оказались одни в его покоях. – Диолин, с тобой плохо обращались?
Гость наконец улыбнулся:
– Я Диоль. Ты брат Диолина? Тиль, кажется?
– А… ну да, как я сразу не догадался! Мне говорили, что вы похожи.
– Что ты делаешь в Ладельфии, Тиль? Каким образом попал сюда?
– По приказу королевы Рогнеды. Она, как только узнала, что ты уехал с ладельфийцами, вызвала моего деда и приказала везти меня вместо тебя, но мы не успели. Когда наши разведчики настигли делегацию, тебя уже с ними не было.
– Там был бой.
– Мне рассказали. Если бы полонийцы не подоспели, то всех делегатов перебили бы.
– Знаю, – вспомнил принц своё знакомство с Корнильё. – При мне привезли донесение королю о том, что уничтожить делегацию не удалось.
– Слушай, как ты похож на Диолина! – продолжал удивляться Тиль. – Ничего, что я запросто?
– Начинаю привыкать, – успокоил его Диоль. – У тебя ничего общего с Диолином нет. Можно подумать, что это мой брат, а не твой. Когда он родился?
– На четыре года младше меня. Летом будет девять.
– Как Диолисия.
– Ха! Наверное, дедушка поменял королеве мальчика на девочку, – расхохотался Тиль.
Диоль тоже улыбнулся шутке:
– Не-е-ет, Диолисия точно наша.
– Скучаешь? – сочувственно спросил юноша.
– Стараюсь не думать об этом, – вздохнул принц, – хотелось бы поскорей в Полонию. Когда уезжал, собирался участвовать в борьбе, а на деле только сижу под охраной. Уж лучше дома.
– То же самое могу сказать и я, – покачал головой ладельфийский наследник, – где-то за этими стенами происходят стычки с корнильёнцами, разведка, подготовка нападений, а меня берегут, прячут, пестуют, как будущее Ладельфии. Поверь, это очень скучно.
– Представляю.
– Ты побудешь со мной какое-то время? Расскажешь о своих приключениях, что повидал в этой стране. Хотя бы несколько дней, а потом поедешь на родину.
– Хорошо. Только надо известить королеву.
– Да, это обязательно. Я распоряжусь.
– И ещё, есть один человек – Сорхани. Он помог мне из плена бежать, ему тоже следует сказать, что я доберусь до Полонии без его помощи.
– Напиши письма всем, кому считаешь нужным, и пошлём гонцов.
Вскоре ладельфийцы получили задания: доставить письма Диоля по назначению и обеспечить охрану его высочества во время путешествия из Ладельфии в Полонию спустя две недели. Целые дни принцы проводили вместе, обсуждая ход операций против корнильёнцев, о которых докладывали Тилю. Повстанцы убедились, что оба юноши хорошо владеют военной наукой, тактическими и стратегическими приёмами и стали прислушиваться к мнению наследника, который до этого не мог добиться должного внимания.
Диоль хорошо знал теорию, а Тиль имел фантазию и талант придумывать неожиданные ходы. Вместе они составляли опасную для неприятеля фигуру. Кроме того, бывший пленник Корнильё рассказал обо всём, что успел заметить, будучи королевским «гостем». Повстанцы обрели ценные сведения о том, как организована охрана короля, кто его окружает, и задумали крупную вылазку трёх, согласованно действующих повстанческих отрядов. Предполагалось отвлечение крупных сил корнильёнцев к столице и сдача её с тем, чтобы там собрались основные армейские соединения для её охраны. В завершении надеялись захватить короля, как только тот отправится во дворец, покинув настоящее убежище. Стратегию обсуждали приглашённые представители других отрядов. Оговорили подготовку и назначили время начала – середина лета.
Диолю нравилась участвовать, он откладывал время отъезда, однако уезжать в Полонию было необходимо. Повстанцы не могли рисковать двумя принцами, тем более, сыном короля Полонии. Час прощания близился, Тиля огорчало неизбежное расставание с новым другом. Утешало лишь то, что Диоль помог ладельфийскому наследнику укрепить положение среди новых подданных, теперь ему не так скучно в замке, как раньше.
Прода от 25.04.2018, 18:00
Полония. Королевский дворец. Королева Рогнеда и местоблюститель – брат короля Энварда Дестан
Точка зрения и точка опоры не совпадают
По возвращении из метрополии Дестан обнаружил в королевском дворце неприятные изменения. Рогнеда места себе не находила из-за потери сына. Её надежды на то, что Андэст настигнет похитителей и вернёт Диоля, не оправдались. После того как гонец привёз донесение Юрро о пленении принца сторонниками Корнильё, королева совсем отчаялась. Мать корила себя за то, что не уделяла внимания ребёнку, занимаясь Лейпостом и его проверками, Эгретой и её свадьбой, передачей дел Дестану. Не было рядом Энварда с привычными запретами, но почему-то время для Деолисии и Диолина находилось, а Диоль, с его холодком недоверия и обид, не чувствовал материнской ласки. А как, наверное, страдал мальчик, скучая по отцу, старшим братьям!
Гвардеец из отряда Юрро доложил о решении Тэотиля возглавлять борьбу против Корнильё, сославшись на приказ королевы. Рогнеда испугалась. Она поручила Андэсту обменять Диоля на Тиля, следуя велению материнского сердца, но назначать кого-либо борцом за трон соседнего государства не имела никакого права. Если об этом пронюхает Корнильё, то Диоль превратится из пленника в преступника, как представитель враждебной стороны.
Королева ощущала перемену настроений в своём окружении, но не могла ни подтвердить в предчувствия, ни отбросить их. Пришлось признать, наставник Андэст всё время, пока она управляла Полонией, подсказывал нужные меры и решения. Каким-то образом этот человек знал обо всём, что говорилось и думалось во дворце. Хотя Рогнеда злилась на старика, она с нетерпением ждала возвращения наставника. Во-первых, всё ещё надеясь, что он выручит Диоля, во-вторых, рассчитывая на подсказки. И ещё, королева страшилась объяснений с Энвардом. Диоля похитили, причём дважды, вместо него во дворце ребёнок, удивительно похожий, и это их сын, о рождении которого король не знает до сих пор, Андэст отослан, во дворце непонятные настроения. Вереница необъяснимых событий заслоняла усилия Рогнеды по сбережению королевства для супруга. Он может обвинить её в глупости и безответственности. Вместе с тем, Рогнеда жаждала возвращения мужа, подсознательно надеясь, что прекратится неразбериха, начавшаяся после его отъезда в Макрогалию. Вот вернётся Энвард, и этот страшный сон растает и забудется.
Дестан пытался поддержать королеву, но не преуспел в этом. То ли влияния местоблюститель на Рогнеду не имел, то ли она слишком устала и запуталась. Почти всё время королева проводила в покоях, навещая лишь Диолисию и Диолина. Глядя на них, размышляла о том, почему два её младших сына не могут находиться во дворце одновременно.
После подтверждения императором его полномочий, Дестан окончательно пришёл в силу. Свою поездку в метрополию он счёл успешной: открытого противостояния нет. Однако нежиться в облаках джостижений не приходилось. Следовало готовиться к коварству Меерлоха. Император не станет бить наотмашь, будет хитрить. Местоблюститель проверял, как выполняются его поручения, руководил переоснащением кораблей. На них поставили дополнительные пушки, увеличили запас ядер, команды пополнили стрелками, проходили обучение наводчики. Быть может император недооценит изменившуюся обстановку на флоте Полонии и не станет высылать к её берегам лучшие боевые корабли.
