Старик чувствовал себя призраком, бродящим по узким тайным коридорам, но не оставлял привычного занятия. Он лелеял надежду узнать что-то такое, что принесёт неоценимую помощь и местоблюстителю и королевству. Тогда все признают его незаменимость. Подглядывая за ладельфийцами, он услышал имя и даже не поверил своим ушам, но имя повторили неоднократно, и Андэст понял, это может изменить решение Дестана, борьба в Ладельфии приобретала совсем другой смысл. Вот она, удача! Надо срочно доложить местоблюстителю! Наставник бросился к сыну. Он двигался в обход постов охраны по тайным коридорам, так важны были, добытые им сведения, но найти Дестана не удалось. Выход кораблей в море перенесли, посланники были на пути в порт. Придётся дождаться их возвращения из метрополии и уже тогда рассказать о неожиданном повороте в борьбе за ладельфийский престол.
Не в характере наставника бездействовать. Он взялся наладить отношения с представителями Ладельфии. Переговорив с руководителем делегации Муссо, Андэст убедился: события в соседней стране напрямую задевают интересы Полонии. Но, не имея полномочий, трудно влиять на действия ладельфийцев. Он может лишь одно: просил после возвращения Дестана сообщить тому, кто является сторонником короля Ладельфии Корнильё I. Ничего не подозревающий о делах, назревавших в королевском дворце, местоблюститель наслаждался морем, приятной компанией племянника.
9. Полония. Побег из королевского дворца
Некоторые стремятся в дальние страны, скитаются и терпят неудобства и только спустя полжизни, устроившись на новом месте, понимают, как хорошо было дома
Несколько дней Диоль тосковал. На занятиях был невнимателен, часто уединялся. Вот и теперь совершал конную прогулку без сопровождения. В глубине парка принц спешился и уселся на берегу пруда. Время от времени он бросал камешки и палочки, наблюдая за разбегавшимися по воде кругами. Вспомнилось, как они с Ильбертой гуляли по дворцовому парку и тоже бросали камни, загадывая желания. Он тогда желал только одного – вернуться домой, теперь же ему страстно хотелось покинуть родной дворец. Лошадь, переступавшая рядом, тронула плечо хозяина. Мальчик поднялся и погладил ей шею. «Помнишь, как мы с Карманом удрали отсюда?» Послышались шаги, Диоль оглянулся и увидел незнакомца. Тот остановился на почтительном расстоянии и поклонился:
– Ваше высочество?
– Кто вы? Мне незнакомо ваше лицо, – насторожился принц.
– Я посланник Ладельфии. Моё имя Муссо. А вы племянник Дестана Диолин?
Мысли вихрем пронеслись в голове мальчика. Если местоблюститель увёз в метрополию Диоля, то он вполне может назваться Диолином:
– Да, я племянник Дестана, что вам нужно?
– Наша делегация приехала в Полонию призвать на престол сына ладельфийской принцессы Ауриты, но он, к сожалению, ответил отказом.
– Дестан?
– У принцессы Ауриты, насколько нам известно, один сын.
– И ещё дочь.
– Ваша мать? – Муссо пристально посмотрел на мальчика.
– Хотите сделать королевой Ладельфии… – он припоминал имя дочери Андэста, – Зурию?
– Это противоречит нашим традициям, внук Ауриты предпочтительнее, – вельможа снова поклонился, словно перед ним был король. Диоль, имевший опыт подобных предложений, кисло улыбнулся:
– Диолин – король Ладельфии?
– Это было бы счастьем для нашего народа.
– Кто же регент?
– Не понял вас, ваше высочество, – поднял брови ладельфиец.
– Если король ещё мал годами, ему полагается опекун.
– В этом нет необходимости, достаточно Совета. Мы собираемся создать его по примеру полонийского Совета Мудрейших. Потом, года бегут быстро, можете мне поверить. Скоро вы не будете нуждаться в опеке.
– Я разве согласился? – усмехнулся Диоль. Он вспомнил, как не хотелось вместо отца становиться королём Полонии. – Кто сейчас правит Ладельфией?
– Простите, ваше высочество, я поспешил принять ваш интерес за согласие, – снова поклонился Муссо, – Ладельфия в беде. Много лет назад ваш прадед, имея права на престол, как старший сын почившего правителя, не стремился к власти и уступил своему младшему брату. Однако, новый король Корнильё жестоко поступил с братом, отправив в ссылку вместе с племянницами. Народ сочувствовал изгнанному семейству, правитель принял эти настроения за предвестников бунта и расправлялся со многими людьми по ложным доносам.
– Он жив?
– Кто, Корнильё?
– Дедушка… Дестана.
– К сожалению, ваш прадед не выдержал череды несчастий. Принцессы вышли замуж за простолюдинов, отец не мог их содержать. Горячо любимая им Аурита стала королевой Полонии, но радость была недолгой, брак с Энвардом расторгли, дочь бесследно исчезлла.
– Как вы обнаружили эти следы? – продолжил расспросы Диоль, – дошли слухи, что Полонией правит сын ладельфийской принцессы?
– Так всё и было, – подтвердил вельможа, – движение против жестокого правления Корнильё набирает силу. Вчера мы получили известия о том, что король бежал из столицы. Ему помог иностранный советник. Почувствовав угрозу от собственного народа, Корнильё первый обратился за иноземной помощью.
– Войска?
– Несколько десятков человек при умелом руководстве опытного советника уберегли короля от ареста.
– Почему иностранцы согласились помогать ему?
– Думаю, Корнильё пообещал что-то… Нам жизненно необходим законный наследник престола Ладельфии. Тогда в иноземной поддержке Корнильё будет, скорее всего, отказано. Мы избежим последствий тайных договорённостей.
– Необходимо среди повстанцев иметь человека с правами на престол, я правильно понял? – Диоль внимательно следил за выражением лица ладельфийца, тот утвердительно кивал. – Допустим, принц Диолин дал своё согласие, иностранцы отказывают в поддержке Корнильё, узнав, что в борьбе против него участвует представитель династии. Затем, победа, престол свободен для потомка принцессы Ауриты... На это уйдёт время.
– Безусловно, не меньше двух месяцев.
– Так… весной ожидается возвращение короля Энварда второго и Дестан, освободившись от обязанностей перед Полонией, сможет управлять Ладельфией.
– Не совсем понимаю, ваше высочество… Дестан отказался, не думаю, что у него есть право отнимать престол у того, кто боролся за него, возглавив ладельфийский народ.
– Я согласен поддержать борьбу с преступным правителем, но не желаю становиться королём Ладельфии.
– Это странно, – растерялся вельможа, – но почему?
– Причина есть, – твёрдо сказал Диоль, усаживаясь на лошадь. – Когда едем, сейчас?
– Сейчас не получится, ваше высочество. Я здесь не один, а в составе делегации. Думаю, к рассвету мы будем готовы двинуться в путь.
– Хорошо, я скажу на конюшне, чтобы мою лошадь подготовили к походу и поставили с вашими.
– Вы не хотите согласовать отъезд с матушкой?
– Она уже давно доверила меня совсем другим людям, – вздохнул принц, – сейчас я нужен Ладельфии куда больше, чем Полонии. До встречи на рассвете! Надо собраться в путь, а то в прошлый раз я отправился, как был, и это причиняло неудобства.
Диоль тронул лошадь, оставив собеседника озадаченным. Что имел в виду мальчик? Сколько ему лет? Правильно ли будет увезти ребёнка без согласия родственников? Вопросы эти недолго беспокоили вельможу. Рискуя собственной жизнью, он готов был рискнуть и чужой.
На рассвете вся ладельфийская делегация собралась у конюшни. Лошади осёдланы, походное снаряжение и оружие подготовлены, охрана главных ворот предупреждена о раннем отъезде ладельфийцев. Люди ожидали принца молча, все разногласия, бурно обсуждавшиеся до поздней ночи, оставлены. Теперь, каждый думал о том, что ждёт на родине. Увидев подошедшего Диоля, путники по достоинству оценили его наряд. Казалось, опытная рука собирала мальчика в дальнюю дорогу. Все поклонились наследнику. Он, отпустив ножны меча, который придерживал при ходьбе, ответил на приветствие. Подвели лошадь. Принц дал команду, и сам вскочил в седло. Отряд направился к воротам. Подъезжая, Диоль накинул капюшон, ему не хотелось быть узнанным охраной.
Исчезновение принца обнаружили не сразу. Диоль накануне отпустил прислугу, якобы отправляясь с Ольдой в Макрогалию. Ольда, действительно, в тот же день, чуть позже ладельфийцев уехала в сопровождении нескольких гвардейцев, выделенных королевой. Тревогу поднял новый наставник, когда учителя стали жаловаться ему, что Диоль не посещает занятий. Мальчик, конечно, расстроен тем, что в метрополию с Дестаном поехал Диолин и этим можно объяснить такое поведение, но его нигде не могут найти. Прислуга на расспросы отвечает, что принц уехал в Макрогалию. Рогнеда даже мысли не допускала, что сестра забрала Диоля с собой, ни слова не сказав матери, но все же дала указание догнать Ольду и узнать, нет ли с ней мальчика. Неужели сын похищен?
Крут организовал поиски. Тщательно осмотрели столицу, предместья, порт. Опросили охранников, дежуривших в день исчезновения принца на всех воротах, но никто не видел его. Однако лошадь отсутствовала в конюшне. Кто и когда её вывел, не известно. Королева не находила себе места. Спустя сутки вернулись гонцы, отправленные за Ольдой. Как и предполагалось, принца с ней не было, и вообще она не видела его в день отъезда, даже не смогла проститься. Убитая горем мать вспомнила, как давно не навещала Диолисию. Она бросилась к дочери, девочка плакала, склонившись над книгой.
– Ты расстроена, дорогая? – обратилась она к принцессе, убедившись, что девочка не пропала вопреки её ужасным предчувствиям.
– Он знал… знал, что я буду учить эту поэму в последний день! Почему я не открывала книгу раньше? Я бы нашла… а теперь он так далеко, – всхлипывала Диолисия.
– Ты не выучила урок? – Рогнеда не могла понять причину горьких слёз. Девочка протянула ей исписанный лист бумаги.
– Диоль оставил письмо в книге с поэмой, которую нам задали учить.
Мать взяла драгоценную весточку и углубилась в чтение, принцесса продолжала плакать.
– Успокойся, дорогая, брат любит тебя, он оставил записку в книге, рассчитывая, что найдёшь её именно ты, а ни кто-нибудь другой.
Диолисия вытерла слёзы:
– Правда? А он вернётся или будет жить в Ладельфии?
– Вернулся же он из Титании, а это было куда труднее, да и увезли его туда против воли, а в Ладельфию он отправился сам. – Рогнеда тяжело вздохнула. – Как он мог?
– Поехал завоёвывать престол для Дестана.
– Да, я прочла. Только причём тут он?
– Вместо Диолина, – слёзы уже совсем высохли, девочка гордилась братом.
– Диолин тоже не их, – покачала головой королева. – С тех пор, как Энварда нет во дворце.… Когда же всё наладится?
Диолисия утешилась и приступила к поэме, Рогнеда пошла к себе, захватив письмо сына. Приказала пажу срочно найти наставника Андэста. Давно она не говорила с этим проходимцем. Женщина была настроена решительно. Этот человек всему виной, пусть хоть наизнанку выворачивается, но Диоля вернёт во дворец. Едва Рогнеда вошла в кабинет, как доложили, что Андэст ожидает. Сквозь стены он, что ли ходит? Старик уже знал обо всём, но тон королевы, сообщившей об отъезде Диоля с ладельфийской делегацией, был неожиданностью, он не сразу понял обвинений:
– Ваше величество, я слышал, как ладельфийцы обсуждали участие принца в их борьбе за престол, но речь шла о Диолине! Они яростно спорили, и как мне показалось, не пришли к единому мнению. Диолин в Титании, кроме того, делегации разрешено гостить во дворце, дожидаясь Дестана, я был уверен – времени ещё достаточно. Кто знал, что Диоль выдаст себя за Диолина!
– Вам прекрасно известно, Диолин не имеет никакого отношения к Ладельфии, точно так же, как Диоль! Ваша идея объявить моего ребёнка сыном Зурии привела к этой беде. Неужели не понятно?
– Но, ваше величество…
– Я знаю, у вас есть настоящий внук! И он, по-видимому, старше принца.
– Да, Тиль. Ему скоро тринадцать.
– Так вот, Андэст, берите внука, настоящего внука ладельфийской принцессы и везите его этим борцам за трон, а нашего с Энвардом сына, будьте так любезны, верните во дворец, – остановив пытавшегося возразить старика, она решительно добавила: – этим займётся Крут! Вам грозит обвинение в государственной измене, но пока есть возможность избежать его. Идите!
Андэст, поражённый словами Рогнеды, поблек и согнулся. Он не помнил, как покинул кабинет, но услышал, как королева приказывает секретарю вызвать Крута для важного поручения гвардейцам.
Противостоять королеве наставник не мог, сообщить полученные сведения об иностранной помощи королю Ладельфии, не решился, опасаясь ещё больше напугать её величество. Был бы здесь Дестан! Командующий не станет слушать старика, имея приказ королевы. Что ж, хотя он оказался на обочине решительных действий, надо уберечь внука и вернуть принца.
Крут приступил к выполнению приказа Рогнеды мгновенно. Разведчики разъехались, чтобы выяснить, каким путём двинулась группа в Ладельфию. Возможны три варианта: напрямую в Ладельфию, через Араксию, или морем. Всё зависело от того, в какую часть страны намерены попасть путники. О положении дел в соседнем королевстве было известно только то, что столица в руках повстанцев. Где именно скрывается Корнильё, кто его поддерживает, какая часть страны подчиняется королю, полонийцы не знали, поэтому трудно было просчитать передвижения похитителей.
Разведчики, обнаружив следы ладельфийцев, должны выслать во дворец сообщение и начать преследование. Отряд, подготовленный к тому времени, пустится в погоню. По приказу королевы в составе этого отряда должны находиться Тиль – настоящий потомок ладельфийской династии и Андэст.
10. Пленительная долина
Великая беда отнимает меньше сил, чем череда пустячных.
Человек любит преувеличивать мелочи
Зима не показывала свой суровый характер. Полонийцы удивлялись здешним игрушечным условиям. Горы надёжно защищали долину, на остальной территории Макрогалии морозы, хоть и небольшие, переносились тяжелей. Работы продолжались. Люди преобразили местность. Новое озеро возникло в низине, куда отвели ручьи и речушки. Часть воды из большого озера ушла в расщелину по каналу. Понижение уровня позволило на небольшом плоту проплыть в пещеру. Освещённая факелами, она производила впечатление огромного нерукотворного зала в сказочном замке волшебника. Течение чувствовалось, вода убывала, но ход к морю находился пока ниже её поверхности. Можно надеяться, что к весне этот коридор освободится, но как доложили ныряльщики, он не удобный. Возможно, дальше проход сужается, и надо его расширять. На это тоже потребуются силы и время, которое слишком дорого будет весной. Углубляли канал, ускоряя отвод воды. Использовали оставшиеся месяцы для расширения выхода из Сказочной пещеры, прозванной так гвардейцами.
Итак, работы продолжались, но свободного времени всё-таки стало больше. Иногда проводились турниры, состязания, игры. Флорен, совершенно замкнувшийся в себе не участвовал. Он по требованию отца прекратил дружбу с Лирикой, но и остальные его почти не видели. По-прежнему принц руководил охотой, а вот где он проводил свободное время, никто не знал. Король не замечал странностей в поведении сына, удовлетворяясь тем, что надёжные люди присматривали за Лирикой. Эльсиан несколько раз пробовал поговорить с братом о причинах его замкнутости, но так ничего и не добился. Флорен из весёлого, приветливого подростка превратился в юношу угрюмого и жёсткого. С подчинёнными разговаривал сквозь зубы и бросал на них гневные взгляды.
Не в характере наставника бездействовать. Он взялся наладить отношения с представителями Ладельфии. Переговорив с руководителем делегации Муссо, Андэст убедился: события в соседней стране напрямую задевают интересы Полонии. Но, не имея полномочий, трудно влиять на действия ладельфийцев. Он может лишь одно: просил после возвращения Дестана сообщить тому, кто является сторонником короля Ладельфии Корнильё I. Ничего не подозревающий о делах, назревавших в королевском дворце, местоблюститель наслаждался морем, приятной компанией племянника.
9. Полония. Побег из королевского дворца
Некоторые стремятся в дальние страны, скитаются и терпят неудобства и только спустя полжизни, устроившись на новом месте, понимают, как хорошо было дома
Несколько дней Диоль тосковал. На занятиях был невнимателен, часто уединялся. Вот и теперь совершал конную прогулку без сопровождения. В глубине парка принц спешился и уселся на берегу пруда. Время от времени он бросал камешки и палочки, наблюдая за разбегавшимися по воде кругами. Вспомнилось, как они с Ильбертой гуляли по дворцовому парку и тоже бросали камни, загадывая желания. Он тогда желал только одного – вернуться домой, теперь же ему страстно хотелось покинуть родной дворец. Лошадь, переступавшая рядом, тронула плечо хозяина. Мальчик поднялся и погладил ей шею. «Помнишь, как мы с Карманом удрали отсюда?» Послышались шаги, Диоль оглянулся и увидел незнакомца. Тот остановился на почтительном расстоянии и поклонился:
– Ваше высочество?
– Кто вы? Мне незнакомо ваше лицо, – насторожился принц.
– Я посланник Ладельфии. Моё имя Муссо. А вы племянник Дестана Диолин?
Мысли вихрем пронеслись в голове мальчика. Если местоблюститель увёз в метрополию Диоля, то он вполне может назваться Диолином:
– Да, я племянник Дестана, что вам нужно?
– Наша делегация приехала в Полонию призвать на престол сына ладельфийской принцессы Ауриты, но он, к сожалению, ответил отказом.
– Дестан?
– У принцессы Ауриты, насколько нам известно, один сын.
– И ещё дочь.
– Ваша мать? – Муссо пристально посмотрел на мальчика.
– Хотите сделать королевой Ладельфии… – он припоминал имя дочери Андэста, – Зурию?
– Это противоречит нашим традициям, внук Ауриты предпочтительнее, – вельможа снова поклонился, словно перед ним был король. Диоль, имевший опыт подобных предложений, кисло улыбнулся:
– Диолин – король Ладельфии?
– Это было бы счастьем для нашего народа.
– Кто же регент?
– Не понял вас, ваше высочество, – поднял брови ладельфиец.
– Если король ещё мал годами, ему полагается опекун.
– В этом нет необходимости, достаточно Совета. Мы собираемся создать его по примеру полонийского Совета Мудрейших. Потом, года бегут быстро, можете мне поверить. Скоро вы не будете нуждаться в опеке.
– Я разве согласился? – усмехнулся Диоль. Он вспомнил, как не хотелось вместо отца становиться королём Полонии. – Кто сейчас правит Ладельфией?
– Простите, ваше высочество, я поспешил принять ваш интерес за согласие, – снова поклонился Муссо, – Ладельфия в беде. Много лет назад ваш прадед, имея права на престол, как старший сын почившего правителя, не стремился к власти и уступил своему младшему брату. Однако, новый король Корнильё жестоко поступил с братом, отправив в ссылку вместе с племянницами. Народ сочувствовал изгнанному семейству, правитель принял эти настроения за предвестников бунта и расправлялся со многими людьми по ложным доносам.
– Он жив?
– Кто, Корнильё?
– Дедушка… Дестана.
– К сожалению, ваш прадед не выдержал череды несчастий. Принцессы вышли замуж за простолюдинов, отец не мог их содержать. Горячо любимая им Аурита стала королевой Полонии, но радость была недолгой, брак с Энвардом расторгли, дочь бесследно исчезлла.
– Как вы обнаружили эти следы? – продолжил расспросы Диоль, – дошли слухи, что Полонией правит сын ладельфийской принцессы?
– Так всё и было, – подтвердил вельможа, – движение против жестокого правления Корнильё набирает силу. Вчера мы получили известия о том, что король бежал из столицы. Ему помог иностранный советник. Почувствовав угрозу от собственного народа, Корнильё первый обратился за иноземной помощью.
– Войска?
– Несколько десятков человек при умелом руководстве опытного советника уберегли короля от ареста.
– Почему иностранцы согласились помогать ему?
– Думаю, Корнильё пообещал что-то… Нам жизненно необходим законный наследник престола Ладельфии. Тогда в иноземной поддержке Корнильё будет, скорее всего, отказано. Мы избежим последствий тайных договорённостей.
– Необходимо среди повстанцев иметь человека с правами на престол, я правильно понял? – Диоль внимательно следил за выражением лица ладельфийца, тот утвердительно кивал. – Допустим, принц Диолин дал своё согласие, иностранцы отказывают в поддержке Корнильё, узнав, что в борьбе против него участвует представитель династии. Затем, победа, престол свободен для потомка принцессы Ауриты... На это уйдёт время.
– Безусловно, не меньше двух месяцев.
– Так… весной ожидается возвращение короля Энварда второго и Дестан, освободившись от обязанностей перед Полонией, сможет управлять Ладельфией.
– Не совсем понимаю, ваше высочество… Дестан отказался, не думаю, что у него есть право отнимать престол у того, кто боролся за него, возглавив ладельфийский народ.
– Я согласен поддержать борьбу с преступным правителем, но не желаю становиться королём Ладельфии.
– Это странно, – растерялся вельможа, – но почему?
– Причина есть, – твёрдо сказал Диоль, усаживаясь на лошадь. – Когда едем, сейчас?
– Сейчас не получится, ваше высочество. Я здесь не один, а в составе делегации. Думаю, к рассвету мы будем готовы двинуться в путь.
– Хорошо, я скажу на конюшне, чтобы мою лошадь подготовили к походу и поставили с вашими.
– Вы не хотите согласовать отъезд с матушкой?
– Она уже давно доверила меня совсем другим людям, – вздохнул принц, – сейчас я нужен Ладельфии куда больше, чем Полонии. До встречи на рассвете! Надо собраться в путь, а то в прошлый раз я отправился, как был, и это причиняло неудобства.
Диоль тронул лошадь, оставив собеседника озадаченным. Что имел в виду мальчик? Сколько ему лет? Правильно ли будет увезти ребёнка без согласия родственников? Вопросы эти недолго беспокоили вельможу. Рискуя собственной жизнью, он готов был рискнуть и чужой.
На рассвете вся ладельфийская делегация собралась у конюшни. Лошади осёдланы, походное снаряжение и оружие подготовлены, охрана главных ворот предупреждена о раннем отъезде ладельфийцев. Люди ожидали принца молча, все разногласия, бурно обсуждавшиеся до поздней ночи, оставлены. Теперь, каждый думал о том, что ждёт на родине. Увидев подошедшего Диоля, путники по достоинству оценили его наряд. Казалось, опытная рука собирала мальчика в дальнюю дорогу. Все поклонились наследнику. Он, отпустив ножны меча, который придерживал при ходьбе, ответил на приветствие. Подвели лошадь. Принц дал команду, и сам вскочил в седло. Отряд направился к воротам. Подъезжая, Диоль накинул капюшон, ему не хотелось быть узнанным охраной.
Исчезновение принца обнаружили не сразу. Диоль накануне отпустил прислугу, якобы отправляясь с Ольдой в Макрогалию. Ольда, действительно, в тот же день, чуть позже ладельфийцев уехала в сопровождении нескольких гвардейцев, выделенных королевой. Тревогу поднял новый наставник, когда учителя стали жаловаться ему, что Диоль не посещает занятий. Мальчик, конечно, расстроен тем, что в метрополию с Дестаном поехал Диолин и этим можно объяснить такое поведение, но его нигде не могут найти. Прислуга на расспросы отвечает, что принц уехал в Макрогалию. Рогнеда даже мысли не допускала, что сестра забрала Диоля с собой, ни слова не сказав матери, но все же дала указание догнать Ольду и узнать, нет ли с ней мальчика. Неужели сын похищен?
Крут организовал поиски. Тщательно осмотрели столицу, предместья, порт. Опросили охранников, дежуривших в день исчезновения принца на всех воротах, но никто не видел его. Однако лошадь отсутствовала в конюшне. Кто и когда её вывел, не известно. Королева не находила себе места. Спустя сутки вернулись гонцы, отправленные за Ольдой. Как и предполагалось, принца с ней не было, и вообще она не видела его в день отъезда, даже не смогла проститься. Убитая горем мать вспомнила, как давно не навещала Диолисию. Она бросилась к дочери, девочка плакала, склонившись над книгой.
– Ты расстроена, дорогая? – обратилась она к принцессе, убедившись, что девочка не пропала вопреки её ужасным предчувствиям.
– Он знал… знал, что я буду учить эту поэму в последний день! Почему я не открывала книгу раньше? Я бы нашла… а теперь он так далеко, – всхлипывала Диолисия.
– Ты не выучила урок? – Рогнеда не могла понять причину горьких слёз. Девочка протянула ей исписанный лист бумаги.
– Диоль оставил письмо в книге с поэмой, которую нам задали учить.
Мать взяла драгоценную весточку и углубилась в чтение, принцесса продолжала плакать.
– Успокойся, дорогая, брат любит тебя, он оставил записку в книге, рассчитывая, что найдёшь её именно ты, а ни кто-нибудь другой.
Диолисия вытерла слёзы:
– Правда? А он вернётся или будет жить в Ладельфии?
– Вернулся же он из Титании, а это было куда труднее, да и увезли его туда против воли, а в Ладельфию он отправился сам. – Рогнеда тяжело вздохнула. – Как он мог?
– Поехал завоёвывать престол для Дестана.
– Да, я прочла. Только причём тут он?
– Вместо Диолина, – слёзы уже совсем высохли, девочка гордилась братом.
– Диолин тоже не их, – покачала головой королева. – С тех пор, как Энварда нет во дворце.… Когда же всё наладится?
Диолисия утешилась и приступила к поэме, Рогнеда пошла к себе, захватив письмо сына. Приказала пажу срочно найти наставника Андэста. Давно она не говорила с этим проходимцем. Женщина была настроена решительно. Этот человек всему виной, пусть хоть наизнанку выворачивается, но Диоля вернёт во дворец. Едва Рогнеда вошла в кабинет, как доложили, что Андэст ожидает. Сквозь стены он, что ли ходит? Старик уже знал обо всём, но тон королевы, сообщившей об отъезде Диоля с ладельфийской делегацией, был неожиданностью, он не сразу понял обвинений:
– Ваше величество, я слышал, как ладельфийцы обсуждали участие принца в их борьбе за престол, но речь шла о Диолине! Они яростно спорили, и как мне показалось, не пришли к единому мнению. Диолин в Титании, кроме того, делегации разрешено гостить во дворце, дожидаясь Дестана, я был уверен – времени ещё достаточно. Кто знал, что Диоль выдаст себя за Диолина!
– Вам прекрасно известно, Диолин не имеет никакого отношения к Ладельфии, точно так же, как Диоль! Ваша идея объявить моего ребёнка сыном Зурии привела к этой беде. Неужели не понятно?
– Но, ваше величество…
– Я знаю, у вас есть настоящий внук! И он, по-видимому, старше принца.
– Да, Тиль. Ему скоро тринадцать.
– Так вот, Андэст, берите внука, настоящего внука ладельфийской принцессы и везите его этим борцам за трон, а нашего с Энвардом сына, будьте так любезны, верните во дворец, – остановив пытавшегося возразить старика, она решительно добавила: – этим займётся Крут! Вам грозит обвинение в государственной измене, но пока есть возможность избежать его. Идите!
Андэст, поражённый словами Рогнеды, поблек и согнулся. Он не помнил, как покинул кабинет, но услышал, как королева приказывает секретарю вызвать Крута для важного поручения гвардейцам.
Противостоять королеве наставник не мог, сообщить полученные сведения об иностранной помощи королю Ладельфии, не решился, опасаясь ещё больше напугать её величество. Был бы здесь Дестан! Командующий не станет слушать старика, имея приказ королевы. Что ж, хотя он оказался на обочине решительных действий, надо уберечь внука и вернуть принца.
Крут приступил к выполнению приказа Рогнеды мгновенно. Разведчики разъехались, чтобы выяснить, каким путём двинулась группа в Ладельфию. Возможны три варианта: напрямую в Ладельфию, через Араксию, или морем. Всё зависело от того, в какую часть страны намерены попасть путники. О положении дел в соседнем королевстве было известно только то, что столица в руках повстанцев. Где именно скрывается Корнильё, кто его поддерживает, какая часть страны подчиняется королю, полонийцы не знали, поэтому трудно было просчитать передвижения похитителей.
Разведчики, обнаружив следы ладельфийцев, должны выслать во дворец сообщение и начать преследование. Отряд, подготовленный к тому времени, пустится в погоню. По приказу королевы в составе этого отряда должны находиться Тиль – настоящий потомок ладельфийской династии и Андэст.
10. Пленительная долина
Великая беда отнимает меньше сил, чем череда пустячных.
Человек любит преувеличивать мелочи
Зима не показывала свой суровый характер. Полонийцы удивлялись здешним игрушечным условиям. Горы надёжно защищали долину, на остальной территории Макрогалии морозы, хоть и небольшие, переносились тяжелей. Работы продолжались. Люди преобразили местность. Новое озеро возникло в низине, куда отвели ручьи и речушки. Часть воды из большого озера ушла в расщелину по каналу. Понижение уровня позволило на небольшом плоту проплыть в пещеру. Освещённая факелами, она производила впечатление огромного нерукотворного зала в сказочном замке волшебника. Течение чувствовалось, вода убывала, но ход к морю находился пока ниже её поверхности. Можно надеяться, что к весне этот коридор освободится, но как доложили ныряльщики, он не удобный. Возможно, дальше проход сужается, и надо его расширять. На это тоже потребуются силы и время, которое слишком дорого будет весной. Углубляли канал, ускоряя отвод воды. Использовали оставшиеся месяцы для расширения выхода из Сказочной пещеры, прозванной так гвардейцами.
Итак, работы продолжались, но свободного времени всё-таки стало больше. Иногда проводились турниры, состязания, игры. Флорен, совершенно замкнувшийся в себе не участвовал. Он по требованию отца прекратил дружбу с Лирикой, но и остальные его почти не видели. По-прежнему принц руководил охотой, а вот где он проводил свободное время, никто не знал. Король не замечал странностей в поведении сына, удовлетворяясь тем, что надёжные люди присматривали за Лирикой. Эльсиан несколько раз пробовал поговорить с братом о причинах его замкнутости, но так ничего и не добился. Флорен из весёлого, приветливого подростка превратился в юношу угрюмого и жёсткого. С подчинёнными разговаривал сквозь зубы и бросал на них гневные взгляды.
