Ну правда ведь, если бы кто-то уже сделал это до него, то наверняка в библиотеке была бы уйма научных трудов на эту тему. Как бы ему назвать свое открытие? Проектирование ЛОР-доминанты? Слишком скучно, это название не отражает его гениальность. Рисование ЛОРД-гена? Ненаучно, словно он какой-то неудачник от науки, отчаявшийся добиться признания коллег, и потому ударился в художества. Конструирование? Прогнозирование?..
Невозможность придумать красивое название немного омрачало его радость, но Том убеждал себя, что это не самое главное. В конце концов, у этого метода совершенно точно будет его фамилия! Он сможет себя увековечить. Непонятно почему, но это слово приводило его в восторг, словно ставило в один ряд с ведущими изобретателями Земной Империи, вроде Джонсона или Орлови.
Таинственный заказчик довольно долго водил его за нос, отказываясь верить этой информации, а следовательно, и платить. Переговоры усложнялись тем, что ни один из них не был готов встретиться лично и предоставить какие-то веские доказательства. Подозрительность клиента передалась и Тому, и он заволновался. А что, если о его маленьком прибыльном бизнесе станет известно на работе? Будут ли они требовать от него авторские права на индуктивную методику подбора? Или все-таки дедуктивную? Ладно, с названием можно определиться и попозже.
В конце концов Том провел сеанс связи прямо из имперской лаборатории – пришлось делать это ночью, когда никого больше на работе не было – и показал на огромном визионе все свои расчеты. Даже для примера прогнал несколько разных совмещений, но как бы он ни старался, все равно данный генетический код показывал запредельный уровень ЛОР-доминанты. Кто бы ни был партнером для данной леди, хоть лорд, хоть простолюдин, их ребенок все равно станет лордом с вероятностью в 99,9%.
И заказчик дрогнул. И даже согласился на огромную сумму, которую запросил младший расчетчик, холодея от собственной наглости. Правда, в несколько переводов, чтобы не привлекать внимание банка…
Так что Том Харп зажил в свое удовольствие. Как ему казалось, он очень ответственно подошел к своей прибыли, вкладывался в ценные бумаги, подумывал прикупить недвижимость. И на этом фоне походы в ночные клубы казались сущей мелочью. Тем более что загадочный лорд пообещал еще работу, тоже творческую и очень денежную. И в самом деле, почему бы ему не оставить эту унылую госслужбу, где он вынужден горбатиться за копейки, и пойти в частную лабораторию? Ну и пускай на Бета-1, понятное же дело, в столице такое открыть никаких денег не хватит! Что ему престиж лаборатории, ведь главное – платить ему будут по высшему разряду! Сможет летать на Астру хоть каждый месяц, а там ночная жизнь не хуже столичной!
Размечтавшись о сладкой жизни, молодой человек расслабился и потерял всякую осторожность. На работу в имперскую лабораторию стал частенько опаздывать, и даже порой вызывал недовольство руководства. Что, впрочем, его мало волновало – в своих мечтах он уже вовсю наслаждался сладкой жизнью.
Так что появление офицеров в черной форме стало для него полной неожиданностью.
Тишина в лаборатории – дело обычное, редко когда слышны праздные разговоры, но сейчас воздух зазвенел от неясной угрозы. Начальник отдела расчета было вышел из своего офиса, но тут же был задвинут обратно решительным жестом офицера. Негромкие приказы, которые отдавал невзрачный мужчина в черном, в первую очередь предназначались сотрудникам лаборатории, потому как офицеры Имперской Службы Охраны и так отлично знали, что делать. В мгновение ока все сотрудники были отрезаны от выхода и практически заблокированы на своих местах. И Том по своей наивности даже не сразу понял, что это пришли за ним. Все эти занудные лекции по профессиональной этике в его голове никак не стыковались с нарушением закона, ну что с ним сделают? Поругают за использование служебного оборудования в личных целях? Ну так в лаборатории каждый первый пишет всякие статьи и научные работы на этом оборудовании! А что денег брал? Так это не докажешь, все было или наличными, или тайными переводами.
Но когда прозвучала фраза про раскрытие государственной тайны, он ощутимо напрягся. А уж прозвучавшее следом обвинение в заговоре против императора так и вовсе повергло в ужас. Эта совершенно непредвиденная проблема разрослась до масштабов катастрофы в долю секунды, стоило только офицеру произнести его имя.
Собственно, больше он ничего и не слышал, от охватившего его ужаса младший расчетчик потерял контроль и сделал самую очевидную глупость. Он побежал.
Том бежал именно так, как это может делать человек максимально далекий от спорта. Он завизжал что было мочи, схватился ладонями за голову, и бросился к выходу. Два здоровых амбала у двери, экипированных для штурма вражеской базы, даже не сообразили, как быть. Приказано брать живым, как особо ценного свидетеля. И, откинув за спины огромные винтовки, они распахнули объятия и приготовились ловить того самого ценного свидетеля, который с истошным воплем готовился протаранить их. Напуганный этим жестом еще больше, молодой человек резко изменил свою траекторию и бросился обратно.
Его собственная сумка, оброненная буквально секундой ранее, оказалась тем самым фактором, который не смог учесть никто. Том Харп запнулся, по инерции сделал еще шаг, взмахнул руками и… Угол главного лабораторного компьютера, тот самый, где крутился кристалл основной базы данных, возник перед лицом слишком поздно, чтобы избежать столкновения. Мужчина врезался в металлическое крепление на полном ходу, снося своей головой и трансферную установку, и сам кристалл. Ярко-алая кровь брызнула на панели управления.
Кто-то требовал вызвать мобиль скорой помощи, кто-то переворачивал тело на спину, кто-то горестно вздыхал, но Тому Харпу уже было все равно. Вонзившийся в глаз обломок кристалла достал до мозга, и смерть наступила мгновенно.
Бета-1
Седьмой эльфийский конфликт
Сайрус казался ей непривычно молчаливым после разговора с друзьями, хотя это вполне можно было списать на окружающую обстановку. Они пробирались по туннелю в горе, и, если честно, здесь стоило бы хранить молчание. Под ногами неприятно шуршали мелкие камушки в чем-то мокром и вязком, почти неслышные шаги тем не менее отдавались эхом от каменных стен. Здесь было неуютно. Клэр поежилась в очередной раз и старательно спряталась за спиной у мужа. Собственная смелость в прошлом казалась невероятной; более того, совершенно невозможной. Если бы она сама не помнила в малейших деталях, как она стреляла, резала, жгла, взрывала и убивала еще уймой других способов несчастных эльфов, то ни за что бы в это не поверила. Сейчас ей хотелось только одного – домой. На уютный диван, накрыться мягким пледом, смотреть романтическое кино или читать книжку, чтобы за окном были спокойные улицы столицы, надежно охраняемые полицией. Но увы, она где-то глубоко под горой (или правильнее сказать, в глубине горы?) в компании штурмовиков и бригады черных идет штурмовать гнездо врагов империи. Ну почему она? Неужели во всей огромной империи не нашлось больше никого, чтобы выполнить эту работу?
Парни впереди шли четкой цепочкой, присматриваясь к своему передовому и повинуясь малейшим его сигналам. Вот кого-то отправили в боковой коридор на проверку, и оттуда раздался тихий треск парализатора. Или она обманывает себя, и это отнюдь не парализатор, а вполне себе прожигающий насквозь плазмотрон? А передовой у них теперь – офицер ИСО. Вот такой поворот – штурмовики, которые никому не подчиняются, беспрекословно слушаются военных. Впереди раздался очередной треск, и темноту подземелья разорвали разноцветные сполохи.
Клэр инстинктивно присела на корточки, прячась за массивной фигурой мужа, и снова проверила включенный скан-щит жилета. Ну да, ей сто раз повторили, что это новейшая разработка, что он работает в автономном режиме, что это самая надежная защита, но этого было мало. Почему она не осталась в машине? Подождала бы снаружи, пока все не закончится. Ах да, потому что тогда все штурмовики захотели остаться защищать ее, совсем из головы вылетело.
Похоже, они застряли здесь, впереди виднелся некий просвет, если можно было судить по отблескам выстрелов. Один из штурмовиков держал здоровенный щит, который рассеивал большинство выстрелов, потерявшие большую часть заряда лучи легко поглощались щитами на жилетах. Короткие и резкие слова приказов резанули по уху, так что девушка даже не сразу поняла, что перестрелка уже утихла. Бойцы побежали вперед, где-то вдалеке еще были слышны редкие выстрелы, но в основном коридоре было тихо. Пора подниматься, но ноги затекли, и, чуть опираясь о холодную грязную стену, она кое-как выпрямилась. Сайрус терпеливо ждал, пристально всматриваясь в происходящее вдали, за ее спиной топтались двое штурмовиков. Она всех задерживает, надо собраться с силами и идти вперед. Почему же все так тяжело дается?
Туннель был почти пуст, кое-где зияли черные провалы ответвлений, и то тут, то там слышался невнятный шорох и обрывки разговоров. Видимо, там еще кипела деятельность по устранению противника. Клэр старалась об этом не думать, убеждая себя, что все просто. Есть мы и есть они, кто-то должен победить в этой битве, и очевидно, что чужакам здесь не место. Выбор уже давно сделан.
В туннеле было сыро, под ногами что-то чавкало, и Клэр не решилась посмотреть туда, надеясь, что это просто вода. Что бы там ни было, изменить этого она не может. Глухая темнота, еще больше подчеркнутая острыми лучами фонариков, постепенно начала слабеть, наполняясь тусклым свечением. Даже близко не было видно ни единого светильника, звук шагов терялся, словно стены туннеля больше не удерживали эхо, и девушка заподозрила, что они приближаются к какой-то большой пещере. И все равно, увидеть перед собой настолько огромное пространство, что подсветка терялась где-то на самом верху, было неожиданно. Группа бойцов вскоре остановилась, и, заинтересовавшись происходящим, она выглянула из-за плеча Сайруса.
Лучше бы она этого не делала. Впереди зиял широченный провал, внизу которого удивительно глухо рокотала подземная река. Похоже, что когда-то через этот провал были построены мосты, о чем свидетельствовали симметричные платформы на обоих берегах, но сейчас ничего похожего не наблюдалось. А вот на противоположной стороне этого оврага находилось что-то странное, привлекшее всеобщее внимание. Клэр присмотрелась и с ужасом поняла, что в этом огромном прозрачном ящике находится человек. Живой человек, связанный по рукам и ногам. Более того, этого человека она знала лично, это был номер семь из ее бригады штурмовиков. Как его имя, откуда он, чем занимается и есть ли у него семья – она понятия не имела, он был просто номером в ее отряде, которому она отдавала приказы. Порой даже не задумываясь о том, в состоянии ли он их выполнить. Как же она его узнала, ведь она точно помнила, что никогда раньше не видела его лица?
Но не это самое важное в данный момент, это она может обдумать позже. Сейчас же проблема была в том, что этот самый ящик наполнялся какой-то странной серой субстанцией, и ничего хорошего это означать не могло.
– Что это такое? Вот это, серое, – прошептала она на ухо Сайрусу, но, видимо, это услышали люди вокруг. Что поделать, штурмовики всегда слышат и видят больше, чем обычные люди.
– Это пластиформ для строительства дорог, – раздался чей-то незнакомый голос совсем рядом.
Ага, значит, вот эта серая масса, которая снизу уже начала темнеть – это тот самый прочный и упругий сорт пластика, которым замощены все дороги империи. Никогда не видела этого процесса своими глазами. Но ведь это означает, что очень скоро этот человек окажется внутри этого куска пластика! Без воздуха, без движения, без шансов…
– Сайрус, сделай что-нибудь! – Она бездумно потянула мужа за рукав. Разве можно спокойно стоять и смотреть, когда человек умирает таким ужасным способом!
Он обернулся и посмотрел на нее, словно желая убедиться, что она понимает смысл своей просьбы. Но да, Клэр смотрела на него огромными зелеными глазами, полными слез, а ее губы дрожали. Но что он может сделать? Ни одного моста на тот берег нет, похоже, что там за выступом находится какой-то пульт управления переправой, но в той стороне сейчас шла ожесточенная перестрелка. Когда они успеют отбить его – неизвестно, а тем временем масса поднялась на уровень колен бедолаги, и тот начал кричать от боли. Кажется, что в процессе твердения эта субстанция расширяется, потому что процесс заполнения ускорился.
– Это же лорд! Это лорд Империи! Мы не можем оставить его так умирать! – Клэр не сдержалась и расплакалась.
Люди вокруг отводили глаза, не решаясь сказать ей очевидное – никто не сможет его спасти. Мужчина, чью извращенную казнь они наблюдали, кричал от невыносимой боли и извивался в кандалах.
– Твою мать, – зло прошипел Сайрус. – Дайте мне Ниссин 4А.
Словно легкий шепот пробежал по рядам бойцов, и спустя буквально секунду кто-то пихнул ему в руки винтовку. Не было никакой необходимости что-то проверять, с этим оружием он был хорошо знаком, да и в ИСО наверняка содержали всю амуницию в полном порядке, так что Сайрус привычным движением развернул приклад для дальней стрельбы и вскинул оружие на плечо. Замурованный уже по пояс, лорд явно испытывал чудовищные страдания, лицо покраснело от натуги, вены вздулись и, кажется, от давления на живот его тошнило. Еще немного, и пластиформ дойдет до его груди и сожмет ее так, что он не сможет дышать. А потом… потом серая масса хлынет в рот, нос и уши, наглухо запечатывая все отверстия.
Короткий одиночный выстрел почему-то показался очень громким, хотя плазмотрон по сути своей довольно бесшумное оружие. Короткий оранжевый всполох мелькнул над оврагом и впился в безразличное стекло пыточной камеры, прожигая насквозь, проникая в маленькую круглую дырочку, крошечным светлячком свободы впиваясь осужденному на жуткую смерть прямо в глаз. Мужчина дернулся и уронил голову на грудь.
Вот и все. Клэр неверующе смотрела на мертвеца и отказывалась признавать, что это был единственный вариант. Да, счет шел на секунды, да, совершенно непонятно, как его можно было спасти из этой западни, да, возможно под этим давлением у него были переломаны ноги, но неужели ничего нельзя было сделать? Только убить, чтобы не мучился? Неужели это выход?
– Смотри, там есть кнопка! – Кто-то из толпы стал показывать рукой, и в самом деле, в том месте, где только что была голова лорда, виднелась большая кнопка. Второй выстрел просверлил еще одно отверстие в клетке, и яркой искрой сверкнул у кнопки. И не зря. Заливка пластиформа к этому моменту закончилась, и бурая масса полностью поглотило тело несчастного. Скрипнул неизвестный механизм, и из платформы на том берегу выдвинулся мост. Ровные прямоугольные блоки темно-серого цвета один за другим заполняли пространство над обрывом.
Ровно такие же, как тот, что сейчас твердел перед их глазами.
– Твари! – Чей-то полный ненависти голос раздался над толпой.
Клэр закрыла глаза, стараясь не смотреть, как бойцы бегут по мосту из пластиформа, в котором наверняка замурованы другие лорды. Ей тоже придется пройти по нему, и от этой мысли ее затошнило.
Невозможность придумать красивое название немного омрачало его радость, но Том убеждал себя, что это не самое главное. В конце концов, у этого метода совершенно точно будет его фамилия! Он сможет себя увековечить. Непонятно почему, но это слово приводило его в восторг, словно ставило в один ряд с ведущими изобретателями Земной Империи, вроде Джонсона или Орлови.
Таинственный заказчик довольно долго водил его за нос, отказываясь верить этой информации, а следовательно, и платить. Переговоры усложнялись тем, что ни один из них не был готов встретиться лично и предоставить какие-то веские доказательства. Подозрительность клиента передалась и Тому, и он заволновался. А что, если о его маленьком прибыльном бизнесе станет известно на работе? Будут ли они требовать от него авторские права на индуктивную методику подбора? Или все-таки дедуктивную? Ладно, с названием можно определиться и попозже.
В конце концов Том провел сеанс связи прямо из имперской лаборатории – пришлось делать это ночью, когда никого больше на работе не было – и показал на огромном визионе все свои расчеты. Даже для примера прогнал несколько разных совмещений, но как бы он ни старался, все равно данный генетический код показывал запредельный уровень ЛОР-доминанты. Кто бы ни был партнером для данной леди, хоть лорд, хоть простолюдин, их ребенок все равно станет лордом с вероятностью в 99,9%.
И заказчик дрогнул. И даже согласился на огромную сумму, которую запросил младший расчетчик, холодея от собственной наглости. Правда, в несколько переводов, чтобы не привлекать внимание банка…
Так что Том Харп зажил в свое удовольствие. Как ему казалось, он очень ответственно подошел к своей прибыли, вкладывался в ценные бумаги, подумывал прикупить недвижимость. И на этом фоне походы в ночные клубы казались сущей мелочью. Тем более что загадочный лорд пообещал еще работу, тоже творческую и очень денежную. И в самом деле, почему бы ему не оставить эту унылую госслужбу, где он вынужден горбатиться за копейки, и пойти в частную лабораторию? Ну и пускай на Бета-1, понятное же дело, в столице такое открыть никаких денег не хватит! Что ему престиж лаборатории, ведь главное – платить ему будут по высшему разряду! Сможет летать на Астру хоть каждый месяц, а там ночная жизнь не хуже столичной!
Размечтавшись о сладкой жизни, молодой человек расслабился и потерял всякую осторожность. На работу в имперскую лабораторию стал частенько опаздывать, и даже порой вызывал недовольство руководства. Что, впрочем, его мало волновало – в своих мечтах он уже вовсю наслаждался сладкой жизнью.
Так что появление офицеров в черной форме стало для него полной неожиданностью.
Тишина в лаборатории – дело обычное, редко когда слышны праздные разговоры, но сейчас воздух зазвенел от неясной угрозы. Начальник отдела расчета было вышел из своего офиса, но тут же был задвинут обратно решительным жестом офицера. Негромкие приказы, которые отдавал невзрачный мужчина в черном, в первую очередь предназначались сотрудникам лаборатории, потому как офицеры Имперской Службы Охраны и так отлично знали, что делать. В мгновение ока все сотрудники были отрезаны от выхода и практически заблокированы на своих местах. И Том по своей наивности даже не сразу понял, что это пришли за ним. Все эти занудные лекции по профессиональной этике в его голове никак не стыковались с нарушением закона, ну что с ним сделают? Поругают за использование служебного оборудования в личных целях? Ну так в лаборатории каждый первый пишет всякие статьи и научные работы на этом оборудовании! А что денег брал? Так это не докажешь, все было или наличными, или тайными переводами.
Но когда прозвучала фраза про раскрытие государственной тайны, он ощутимо напрягся. А уж прозвучавшее следом обвинение в заговоре против императора так и вовсе повергло в ужас. Эта совершенно непредвиденная проблема разрослась до масштабов катастрофы в долю секунды, стоило только офицеру произнести его имя.
Собственно, больше он ничего и не слышал, от охватившего его ужаса младший расчетчик потерял контроль и сделал самую очевидную глупость. Он побежал.
Том бежал именно так, как это может делать человек максимально далекий от спорта. Он завизжал что было мочи, схватился ладонями за голову, и бросился к выходу. Два здоровых амбала у двери, экипированных для штурма вражеской базы, даже не сообразили, как быть. Приказано брать живым, как особо ценного свидетеля. И, откинув за спины огромные винтовки, они распахнули объятия и приготовились ловить того самого ценного свидетеля, который с истошным воплем готовился протаранить их. Напуганный этим жестом еще больше, молодой человек резко изменил свою траекторию и бросился обратно.
Его собственная сумка, оброненная буквально секундой ранее, оказалась тем самым фактором, который не смог учесть никто. Том Харп запнулся, по инерции сделал еще шаг, взмахнул руками и… Угол главного лабораторного компьютера, тот самый, где крутился кристалл основной базы данных, возник перед лицом слишком поздно, чтобы избежать столкновения. Мужчина врезался в металлическое крепление на полном ходу, снося своей головой и трансферную установку, и сам кристалл. Ярко-алая кровь брызнула на панели управления.
Кто-то требовал вызвать мобиль скорой помощи, кто-то переворачивал тело на спину, кто-то горестно вздыхал, но Тому Харпу уже было все равно. Вонзившийся в глаз обломок кристалла достал до мозга, и смерть наступила мгновенно.
***
***
Бета-1
Седьмой эльфийский конфликт
Сайрус казался ей непривычно молчаливым после разговора с друзьями, хотя это вполне можно было списать на окружающую обстановку. Они пробирались по туннелю в горе, и, если честно, здесь стоило бы хранить молчание. Под ногами неприятно шуршали мелкие камушки в чем-то мокром и вязком, почти неслышные шаги тем не менее отдавались эхом от каменных стен. Здесь было неуютно. Клэр поежилась в очередной раз и старательно спряталась за спиной у мужа. Собственная смелость в прошлом казалась невероятной; более того, совершенно невозможной. Если бы она сама не помнила в малейших деталях, как она стреляла, резала, жгла, взрывала и убивала еще уймой других способов несчастных эльфов, то ни за что бы в это не поверила. Сейчас ей хотелось только одного – домой. На уютный диван, накрыться мягким пледом, смотреть романтическое кино или читать книжку, чтобы за окном были спокойные улицы столицы, надежно охраняемые полицией. Но увы, она где-то глубоко под горой (или правильнее сказать, в глубине горы?) в компании штурмовиков и бригады черных идет штурмовать гнездо врагов империи. Ну почему она? Неужели во всей огромной империи не нашлось больше никого, чтобы выполнить эту работу?
Парни впереди шли четкой цепочкой, присматриваясь к своему передовому и повинуясь малейшим его сигналам. Вот кого-то отправили в боковой коридор на проверку, и оттуда раздался тихий треск парализатора. Или она обманывает себя, и это отнюдь не парализатор, а вполне себе прожигающий насквозь плазмотрон? А передовой у них теперь – офицер ИСО. Вот такой поворот – штурмовики, которые никому не подчиняются, беспрекословно слушаются военных. Впереди раздался очередной треск, и темноту подземелья разорвали разноцветные сполохи.
Клэр инстинктивно присела на корточки, прячась за массивной фигурой мужа, и снова проверила включенный скан-щит жилета. Ну да, ей сто раз повторили, что это новейшая разработка, что он работает в автономном режиме, что это самая надежная защита, но этого было мало. Почему она не осталась в машине? Подождала бы снаружи, пока все не закончится. Ах да, потому что тогда все штурмовики захотели остаться защищать ее, совсем из головы вылетело.
Похоже, они застряли здесь, впереди виднелся некий просвет, если можно было судить по отблескам выстрелов. Один из штурмовиков держал здоровенный щит, который рассеивал большинство выстрелов, потерявшие большую часть заряда лучи легко поглощались щитами на жилетах. Короткие и резкие слова приказов резанули по уху, так что девушка даже не сразу поняла, что перестрелка уже утихла. Бойцы побежали вперед, где-то вдалеке еще были слышны редкие выстрелы, но в основном коридоре было тихо. Пора подниматься, но ноги затекли, и, чуть опираясь о холодную грязную стену, она кое-как выпрямилась. Сайрус терпеливо ждал, пристально всматриваясь в происходящее вдали, за ее спиной топтались двое штурмовиков. Она всех задерживает, надо собраться с силами и идти вперед. Почему же все так тяжело дается?
Туннель был почти пуст, кое-где зияли черные провалы ответвлений, и то тут, то там слышался невнятный шорох и обрывки разговоров. Видимо, там еще кипела деятельность по устранению противника. Клэр старалась об этом не думать, убеждая себя, что все просто. Есть мы и есть они, кто-то должен победить в этой битве, и очевидно, что чужакам здесь не место. Выбор уже давно сделан.
В туннеле было сыро, под ногами что-то чавкало, и Клэр не решилась посмотреть туда, надеясь, что это просто вода. Что бы там ни было, изменить этого она не может. Глухая темнота, еще больше подчеркнутая острыми лучами фонариков, постепенно начала слабеть, наполняясь тусклым свечением. Даже близко не было видно ни единого светильника, звук шагов терялся, словно стены туннеля больше не удерживали эхо, и девушка заподозрила, что они приближаются к какой-то большой пещере. И все равно, увидеть перед собой настолько огромное пространство, что подсветка терялась где-то на самом верху, было неожиданно. Группа бойцов вскоре остановилась, и, заинтересовавшись происходящим, она выглянула из-за плеча Сайруса.
***
Лучше бы она этого не делала. Впереди зиял широченный провал, внизу которого удивительно глухо рокотала подземная река. Похоже, что когда-то через этот провал были построены мосты, о чем свидетельствовали симметричные платформы на обоих берегах, но сейчас ничего похожего не наблюдалось. А вот на противоположной стороне этого оврага находилось что-то странное, привлекшее всеобщее внимание. Клэр присмотрелась и с ужасом поняла, что в этом огромном прозрачном ящике находится человек. Живой человек, связанный по рукам и ногам. Более того, этого человека она знала лично, это был номер семь из ее бригады штурмовиков. Как его имя, откуда он, чем занимается и есть ли у него семья – она понятия не имела, он был просто номером в ее отряде, которому она отдавала приказы. Порой даже не задумываясь о том, в состоянии ли он их выполнить. Как же она его узнала, ведь она точно помнила, что никогда раньше не видела его лица?
Но не это самое важное в данный момент, это она может обдумать позже. Сейчас же проблема была в том, что этот самый ящик наполнялся какой-то странной серой субстанцией, и ничего хорошего это означать не могло.
– Что это такое? Вот это, серое, – прошептала она на ухо Сайрусу, но, видимо, это услышали люди вокруг. Что поделать, штурмовики всегда слышат и видят больше, чем обычные люди.
– Это пластиформ для строительства дорог, – раздался чей-то незнакомый голос совсем рядом.
Ага, значит, вот эта серая масса, которая снизу уже начала темнеть – это тот самый прочный и упругий сорт пластика, которым замощены все дороги империи. Никогда не видела этого процесса своими глазами. Но ведь это означает, что очень скоро этот человек окажется внутри этого куска пластика! Без воздуха, без движения, без шансов…
– Сайрус, сделай что-нибудь! – Она бездумно потянула мужа за рукав. Разве можно спокойно стоять и смотреть, когда человек умирает таким ужасным способом!
Он обернулся и посмотрел на нее, словно желая убедиться, что она понимает смысл своей просьбы. Но да, Клэр смотрела на него огромными зелеными глазами, полными слез, а ее губы дрожали. Но что он может сделать? Ни одного моста на тот берег нет, похоже, что там за выступом находится какой-то пульт управления переправой, но в той стороне сейчас шла ожесточенная перестрелка. Когда они успеют отбить его – неизвестно, а тем временем масса поднялась на уровень колен бедолаги, и тот начал кричать от боли. Кажется, что в процессе твердения эта субстанция расширяется, потому что процесс заполнения ускорился.
– Это же лорд! Это лорд Империи! Мы не можем оставить его так умирать! – Клэр не сдержалась и расплакалась.
Люди вокруг отводили глаза, не решаясь сказать ей очевидное – никто не сможет его спасти. Мужчина, чью извращенную казнь они наблюдали, кричал от невыносимой боли и извивался в кандалах.
– Твою мать, – зло прошипел Сайрус. – Дайте мне Ниссин 4А.
Словно легкий шепот пробежал по рядам бойцов, и спустя буквально секунду кто-то пихнул ему в руки винтовку. Не было никакой необходимости что-то проверять, с этим оружием он был хорошо знаком, да и в ИСО наверняка содержали всю амуницию в полном порядке, так что Сайрус привычным движением развернул приклад для дальней стрельбы и вскинул оружие на плечо. Замурованный уже по пояс, лорд явно испытывал чудовищные страдания, лицо покраснело от натуги, вены вздулись и, кажется, от давления на живот его тошнило. Еще немного, и пластиформ дойдет до его груди и сожмет ее так, что он не сможет дышать. А потом… потом серая масса хлынет в рот, нос и уши, наглухо запечатывая все отверстия.
Короткий одиночный выстрел почему-то показался очень громким, хотя плазмотрон по сути своей довольно бесшумное оружие. Короткий оранжевый всполох мелькнул над оврагом и впился в безразличное стекло пыточной камеры, прожигая насквозь, проникая в маленькую круглую дырочку, крошечным светлячком свободы впиваясь осужденному на жуткую смерть прямо в глаз. Мужчина дернулся и уронил голову на грудь.
Вот и все. Клэр неверующе смотрела на мертвеца и отказывалась признавать, что это был единственный вариант. Да, счет шел на секунды, да, совершенно непонятно, как его можно было спасти из этой западни, да, возможно под этим давлением у него были переломаны ноги, но неужели ничего нельзя было сделать? Только убить, чтобы не мучился? Неужели это выход?
– Смотри, там есть кнопка! – Кто-то из толпы стал показывать рукой, и в самом деле, в том месте, где только что была голова лорда, виднелась большая кнопка. Второй выстрел просверлил еще одно отверстие в клетке, и яркой искрой сверкнул у кнопки. И не зря. Заливка пластиформа к этому моменту закончилась, и бурая масса полностью поглотило тело несчастного. Скрипнул неизвестный механизм, и из платформы на том берегу выдвинулся мост. Ровные прямоугольные блоки темно-серого цвета один за другим заполняли пространство над обрывом.
Ровно такие же, как тот, что сейчас твердел перед их глазами.
– Твари! – Чей-то полный ненависти голос раздался над толпой.
Клэр закрыла глаза, стараясь не смотреть, как бойцы бегут по мосту из пластиформа, в котором наверняка замурованы другие лорды. Ей тоже придется пройти по нему, и от этой мысли ее затошнило.
