Машинально повел взгляд за рукой и заметил там несколько тел, в рядок выложенных поодаль от стоянки. Сколько ж там? Шесть или семь?
- Так я ж не колдовал…
- Ну да, рассказывай! – без спроса влез Саул – Кто на таком расстоянии вообще может из арбалета попасть в цель? Это вон Тарек, он с луком родился, но так лук это ж тебе не арбалет.
- Ты погоди. – осадил его командир. – Видишь парень еще не пришел в себя. Ты считай, Вальтер, ты же умеешь считать. Вон там лежат шестеро, что ты смог снять на подходе, начиная с командира. А вон тама – еще один, которого ты на Клауса толкнул. И вон тот, которого за Боргом добил.
- Так я ж просто добил, чего там… - он не понимал к чему весь этот разговор.
Ответом ему был дружеский смех.
- Какой он скромный, а командир? – фыркнул Тарек, который с луком родился. – Хвалим мы тебя, парень, ты молодец! Хорошо бился.
- Это да, ты - точно не мямля! – высказался Саул, хотя его никто не спрашивал.
- Итак, – хлопнул ладонью по колену Хальдор, подводя итоги беседы. – Мы все довольны, что взяли тебя в копье. Может ты и не такой маг, которого нам обещали, но ты точно тот парень, которого мы хотели видеть рядом.
- Спасибо… - против воли, голос дрогнул.
- Э, ты чего там? – Саул обхватил его за плечи, и это было удивительно умиротворяюще. – Только не говори, что плачешь?
- Разумеется, ты ж ко мне обниматься лезешь! Тут любой заплачет!
Смех товарищей разлетелся в ночной степи, мешаясь с искрами от костра. Стало так тепло и уютно, будто он наконец-то нашел свое место в жизни. Вот бы братьям рассказать, чтобы они порадовались. Брату…
- Так расскажи нам, Вальтер, что сподвигло тебя бросить сытую жизнь баронского сына и пойти солдатом в армию другой страны?
Он вздохнул и полез за добавкой в общий горшок. Похоже он и в самом деле колдовал, знать бы что, раз теперь так есть хочется. Говорить на пустой желудок не хотелось, хотя впервые за долгое время он ощутил потребность просто человеческой близости. Чтобы кому-то доверить самого себя, а кому еще можно доверять больше, чем людям, с которыми сражался плечом к плечу.
Даже неугомонный Саул притих и уселся на своем плаще, ожидая какого-то рассказа.
- Мой отец барон фон Крейнхардт, - Хальдор кивнул, они это и с прошлого признания запомнили. – И у меня два брата, старший и …средний. Был. Теперь один.
На короткое мгновение он запнулся, вспоминая лицо Бертрана, бледное и холодное. И надрывный вой его матери.
- Мой старший брат, он… сошел с ума. Не знаю. Еще днем раньше все было хорошо, а потом он… потом он … поднял арбалет и выстрелил в меня.
Солдаты замерли. Под россыпью звезд было слышно только тихие завывания ветра в низеньких колючках.
- С ним еще мужик какой-то был, не знаю его, и лица не помню, словно во сне все было. Он-то Арслану и нашептывал, что я его убить хочу и замок отобрать. – слова давались тяжело, будто он опять выковыривал застрявшее острие болта из своей груди своими же руками.
- Проклятье Всевидящего! – воскликнул Бран, до того неизменно хранивший молчание.
- Да, это полный кошмар. – согласно закивал Саул, обиженный, что кто-то успел вперед него слово вставить.
- Да нет, дурень. Это Проклятье Всевидящего! – Бран удивился – Неужели не знаете?
- Нет, Бран, расскажи нам. Мы все просим. – командир выступил от лица всего отряда.
Вальтер тоже собрался и прислушался. За эти несколько дней он ни разу не слышал ни единого слова от этого здоровяка с обожжёнными руками. Казалось, он даже здороваться не умеет. А тут вдруг цельная история, да еще и нечто такое, что может пролить свет на происшедшее с его братом.
- Знаете почему обычно на допросы зовут кого-то из Безымянных? Потому что они отмечены Милостью Всевидящего, могут заметить ложь в словах человека. Вон как наш Вальтер услышал что-то в словах шамана.
Озноб пробежал по спине, неужели это правда? Но и в самом деле, он мог отличать ложь от правды в словах людей. Капитан в армейском лагере говорил доверять своей интуиции, может уже тогда подозревал, что это дар от Всевидящего?
- Но только не все знают, что есть еще и Искушение Всевидящего. Безымянного, отмеченного таким даром, встретить очень сложно, я сам ни одного не видел, только слышал. – продолжал обычно молчаливый Бран – Это когда Безымянный может убедить других людей в своих словах. Ну там соврет что-то, а люди ему верят. Да как понять, что это от Всевидящего? Лжецов на свете полным-полно, а дураков, которые им верят, так еще больше.
Рядом согласно закивал Саул, и Вальтер подумал, что тот тоже наверняка не дурак был приврать. Ну ладно, приукрасить свои подвиги перед симпатичной девушкой.
- А самое редкое, когда Всевидящий проклинает кого. Этот человек может заставить другого сделать что угодно. Хоть со скалы прыгнуть, хоть вон в брата выстрелить. Только дорого им это выходит, они не только имя теряют, а и всего себя.
Вот оно что.
Товарищи замолчали, поражённые услышанным; только сухие колючки потрескивали в угасающем пламени костра.
И в этой внезапной тишине Вальтер вдруг вспомнил Арслана — таким, каким тот стоял тогда: тихим, неподвижным, с взглядом, устремлённым туда, где больше нет свободы.
Он ошибся.
Ошибся, приняв это за слабость. За страх. За сломленность.
Теперь всё сложилось. Не сразу, не словами — тяжёлым, ледяным пониманием, от которого перехватило дыхание.
Арслан молчал не потому, что выбрал это.
Выбора у него уже не было.
Альмирия, Магическая академия
Она проснулась за несколько минут до сигнала. В маленьком домике раньше было тесно вдвоем с отцом, сейчас же было одиноко и пусто. Марианна выпростала ноги из-под одеяла и принялась одеваться на зарядку.
Новый распорядок, наступивший в академии с приходом нового начальника гарнизона, не оставлял ни одной свободной минутки. Они вставали затемно, чтобы приступить к упражнениям, затем работали, потом снова тренировались, а потом уже было опять пора спать. Потому что сил ни на что не оставалось.
- Взяли мечи и щиты, побежали вперед с нагрузкой. – такое ощущение, что лейтенант тут живет на этой площади, его фигура была ровно на том же самом месте.
Марианна оторопело уставилась на стойку с оружием – вязанка однотипных мечей и горка щитов у каких-то деревянных козел. И что им с этим делать? Она даже не знает какой рукой что надо брать.
- Живее!
- Мы вообще-то не с боевого факультета! – надула губы какая-то студентка.
Спорить с начальством имело смысл только если у тебя была какие-то реальные аргументы, у студентов их не было. Марианна поковырялась и вытащила себе меч поменьше, может его будет легче нести. Щит тоже ощутимо весил, и девушка погрустнела еще больше.
- Врагам плевать откуда вы! – рявкнул начальник – Взяли оружие. Встали в строй. Бегом марш!
Бегать с этой грудой железа было тяжело, щит оттягивал плечо, меч норовил выскользнуть из ладони. Рядом жалобно всхлипнула какая-то студентка, не осилив даже поднять меч.
В очередной раз Марианна порадовалась, что у нее папа некромант. С таким не забалуешь, с самого детства они с ним бегали и чем только не занимались. Здесь в академии, где остальные девушки были такие манерные и изнеженные, она казалась самой себе грубой и несимпатичной. Сейчас же она прочувствовала все плюсы.
Едва добежав до угла, она остановилась – щит слишком сильно болтался на ее тонкой руке. Оглядев крепление, Марианна расстроилась – подтянуть не было никакой возможности, пришлось закатать рукав и плотнее запихнуть в ручку, где проходило ее плечо. Вот так вроде плотнее сидит.
- Что, уже выдохлась? Где успела так устать, день только начался! – мимо красиво размахивая волосами пробежала Элиана.
Видимо она должна была разозлиться на этот выпад. Или расстроиться. Марианна так и не поняла, чего от нее хочет добиться новая злейшая подруга, и промолчала. Пусть ее, хочет языком трепать, удачи.
Подхватив свой щит, она вернулась к бегу. Теперь бы еще придумать что с мечом делать, почему же она не посмотрела есть ли там пояс с ножнами? Но так им никто и не говорил этого не делать, более того, останавливаться им тоже никто не запрещал.
Добравшись до стойки с оружием, она отложила на время свой щит и полезла искать пояс. Ну не могли же они просто свалить кучу мечей? Или могли.
Над академией занимался робкий рассвет, разгоняя зябкую утреннюю свежесть. Мимо пробежали студенты, тяжело бухая ногами. Да, они совсем не с боевого факультета, подумалось ей.
Так они быстро устанут, а эти тяжелые штуки им не просто так раздали. Она чувствовала в этом какую-то каверзу.
Повезло! Внизу под последним щитом, не пригодившимся никому, лежали какие-то пояса и убогие кожаные ножны. Быстро выбрав самый целый, Марианна нацепила его на себя, и тут же сунула туда меч.
Едва вернувшись на круг, она поняла сразу две вещи. Первая - так бежать было куда легче. Вторая – меч ужасно хлопал по ноге. Но придерживать меч рукой было куда проще, чем нести его в руке. Но все равно не удобно.
Они бежали и бежали. Круг за кругом. Но суровый лейтенант все никак не давал команду остановиться. Более того, он стал еще и подгонять отстающих.
С гулким звоном покатился чей-то меч, все-таки выскользнув из потной ладони. Следом раздались крики и странный шум. Марианна не удержалась от искушения и обернулась – кто-то из студентов споткнулся об оружие и грохнулся на землю.
— На месте! – разнеслось над площадью. – А теперь разбились на пары и встали в стойку!
Ответом ему был недовольный стон уставших студентов. Значит не ошиблась Марианна, сейчас им устроят новое упражнение.
— Ты! – она вздрогнула, увидев направленную на нее руку начальника гарнизона. – В пару с сержантом, остальные в пару с соседом.
Ей хотелось завопить – ну почему я? Но смысла в этом никакого решительно не было, всяко настоящий противник будет куда более гадкий чем сержант Хирон.
— Привет, красотка! – мужчина сально улыбнулся и сверкнул щербатой улыбкой.
Она не ответила. Говорить с этим человеком не хотелось, он раздражал всем своим видом, постоянно следил за ней взглядом и издавал какие-то мерзкие хлюпающие звуки. Видимо имитировал поцелуи.
Другой сержант тем временем показывал, как держать меч при ударе сверху. Марианна ухватила рукоять двумя руками и занесла над головой, чувствуя, как тяжелеет оружие в непривычных ладонях.
— Локти согнуть! Да не так! – раздался крик лейтенанта, резкий и короткий, как щелчок хлыста.
— Да зачем нам вообще это надо! – возмутилась Элиана, тяжело дыша после бега. – Мы же маги, нам не нужно оружие.
— Вы не маги, вы безмозглые студенты, которые ничего сами не умеют, — спокойно, почти устало, ответил лейтенант. — В реальном бою вам может понадобиться секунда или две, чтобы сплести заклинание, а рядом не будет никого, чтобы прикрыть вас. Так что учитесь, пока есть возможность и пока вы ещё живы.
Это была совсем не новость — всё своё детство Марианна слышала от отца, что быстрые ноги и острый нож спасли больше некромантов, чем плетение третьего уровня. Да что уж там, треснуть этого противного Хирона тоже было неплохо, хотя сейчас она лишь молча представляла, как его можно было бы хорошенько ударить, просто ради морального удовлетворения.
Она резко опустила меч на подставленный щит, и её руки тут же загудели от удара. Сердце стучало в висках, дыхание прерывисто вырывалось из груди.
— Оооо! — сержант округлил глаза в притворном восторге. — Какой хороший удар от такой малышки!
Марианна плотнее ухватила меч, потому что напряжение давало о себе знать. Вокруг то и дело на землю падали то мечи, то щиты. Девушки-студентки жаловались и просили их пожалеть: щиты были тяжёлые, мечи — ещё тяжелее. Некоторые из них, краснея от усталости, старались лишь отбить удары и сохранить равновесие, а не атаковать.
В её очереди держать удар, она едва не рухнула на землю — мерзавец не собирался давать поблажек. Его руки сжимали оружие крепко, движения точны и уверены, а насмешливый взгляд словно говорил: «Сдашься — проиграешь».
Марианна стиснула зубы. Ничего, тяжело в учении — легко на кладбище. В смысле в настоящей работе. Её мышцы горели, ладони скользили по мокрой от пота рукояти, но она не позволяла себе ослабить хватку. Каждое движение, каждый удар, каждое отражение было упражнением не только силы, но и терпения.
Сердце чуть не выскакивало из груди, когда Хирон вновь пошёл в атаку, быстро меняя направление и силу удара. Она почувствовала, как страх проникает в мысли, но тут же подавила его — маг не может позволить себе дрогнуть, даже перед противником, который явно сильнее физически.
И в этот момент, когда её руки едва держали меч, а ноги гудели от усталости, Марианна впервые заметила радость в тренировке: каждая крошечная победа над собственным страхом и слабостью дарила каплю уверенности,
Степь на границе Альмирии и Саркарима
Убитых врагов пришлось бросить прямо так посреди степи. Копать могилы не было никакой возможности, в самом деле, не боевыми же мечами это делать. Да и времени на это бы ушло просто невозможно долго – земля в степи была похожа на камень!
Это зрелище сильно коробило взгляд, потому что было далеко от выпестованного благородства Вальтера. Так делать было нельзя, это против воли Всевидящего. Но за последнее время он сделал столько всего, что противоречило его убеждениям, что уже не понимал, как его не убило молнией прямо тут на месте.
- Ты знаешь как степняки хоронят своих мертвых? – словно невзначай спросил Хальдор, возясь с упряжью.
- Слышал от магистра только… оставляют в степи? – напрягшись он выдал ответ.
- Именно. Они считают, что духи их племен сами заберут своих родных в стаю, чтобы те и после смерти могли служить им. А тела не имеют значения, великая степь все примет в себя.
Молча кивнул. Это было сложно принять, но… раз так, то они все сделали правильно. Они отдали последнюю дань уважения своим врагам – похоронили их согласно их традициям.
Вальтер кинул взгляд на степь, которая расстилалась перед ними бесконечной волной травы, ещё дрожащей от вчерашнего боя. Лёгкий дым поднимался к небу, и ветер нёс его по равнине, смешивая запах крови и горечи. Солдаты тихо перебирали свои вещи, проверяли оружие, готовясь встретить новый день в седле.
Лошади, всё ещё встревоженные странным колдовским сном, нервно фыркали, топтали землю и дергали поводья. Запах свежей крови и неподвижные тела неподалёку вызывали у них тревогу.
Отряд двинулся вперёд, каждый шаг отдавался в груди тяжёлым эхом. Трава шумела от настойчивых поглаживаний ветра, а горизонт казался одновременно манящим и враждебным. Каждое движение, каждый шорох заставлял их держать оружие наготове — потому что на этой бескрайней равнине, где вчера они выжили, впереди могло ждать что угодно.
Лошади рвались вперёд, их копыта глухо стучали по сухой земле, поднимая клубы пыли, которые ветер сразу же разносил по степи. Отряд двигался молча, лишь лёгкий скрип сбруи и редкие фырканья нарушали тишину.
Хальдор слегка подтянул поводья и, не сбавляя хода, обратился к Вальтеру:
— К вечеру дойдём до пограничного города. Там сможем отдохнуть и пополнить запасы.
Вальтер моргнул и перевёл взгляд на горизонт.
— Пограничный город? — пробормотал он, удивлённо хмурясь. — Откуда тут город? Я думал, за этой равниной никого нет…
- Так я ж не колдовал…
- Ну да, рассказывай! – без спроса влез Саул – Кто на таком расстоянии вообще может из арбалета попасть в цель? Это вон Тарек, он с луком родился, но так лук это ж тебе не арбалет.
- Ты погоди. – осадил его командир. – Видишь парень еще не пришел в себя. Ты считай, Вальтер, ты же умеешь считать. Вон там лежат шестеро, что ты смог снять на подходе, начиная с командира. А вон тама – еще один, которого ты на Клауса толкнул. И вон тот, которого за Боргом добил.
- Так я ж просто добил, чего там… - он не понимал к чему весь этот разговор.
Ответом ему был дружеский смех.
- Какой он скромный, а командир? – фыркнул Тарек, который с луком родился. – Хвалим мы тебя, парень, ты молодец! Хорошо бился.
- Это да, ты - точно не мямля! – высказался Саул, хотя его никто не спрашивал.
- Итак, – хлопнул ладонью по колену Хальдор, подводя итоги беседы. – Мы все довольны, что взяли тебя в копье. Может ты и не такой маг, которого нам обещали, но ты точно тот парень, которого мы хотели видеть рядом.
- Спасибо… - против воли, голос дрогнул.
- Э, ты чего там? – Саул обхватил его за плечи, и это было удивительно умиротворяюще. – Только не говори, что плачешь?
- Разумеется, ты ж ко мне обниматься лезешь! Тут любой заплачет!
Смех товарищей разлетелся в ночной степи, мешаясь с искрами от костра. Стало так тепло и уютно, будто он наконец-то нашел свое место в жизни. Вот бы братьям рассказать, чтобы они порадовались. Брату…
- Так расскажи нам, Вальтер, что сподвигло тебя бросить сытую жизнь баронского сына и пойти солдатом в армию другой страны?
Он вздохнул и полез за добавкой в общий горшок. Похоже он и в самом деле колдовал, знать бы что, раз теперь так есть хочется. Говорить на пустой желудок не хотелось, хотя впервые за долгое время он ощутил потребность просто человеческой близости. Чтобы кому-то доверить самого себя, а кому еще можно доверять больше, чем людям, с которыми сражался плечом к плечу.
Даже неугомонный Саул притих и уселся на своем плаще, ожидая какого-то рассказа.
- Мой отец барон фон Крейнхардт, - Хальдор кивнул, они это и с прошлого признания запомнили. – И у меня два брата, старший и …средний. Был. Теперь один.
На короткое мгновение он запнулся, вспоминая лицо Бертрана, бледное и холодное. И надрывный вой его матери.
- Мой старший брат, он… сошел с ума. Не знаю. Еще днем раньше все было хорошо, а потом он… потом он … поднял арбалет и выстрелил в меня.
Солдаты замерли. Под россыпью звезд было слышно только тихие завывания ветра в низеньких колючках.
- С ним еще мужик какой-то был, не знаю его, и лица не помню, словно во сне все было. Он-то Арслану и нашептывал, что я его убить хочу и замок отобрать. – слова давались тяжело, будто он опять выковыривал застрявшее острие болта из своей груди своими же руками.
- Проклятье Всевидящего! – воскликнул Бран, до того неизменно хранивший молчание.
- Да, это полный кошмар. – согласно закивал Саул, обиженный, что кто-то успел вперед него слово вставить.
- Да нет, дурень. Это Проклятье Всевидящего! – Бран удивился – Неужели не знаете?
- Нет, Бран, расскажи нам. Мы все просим. – командир выступил от лица всего отряда.
Вальтер тоже собрался и прислушался. За эти несколько дней он ни разу не слышал ни единого слова от этого здоровяка с обожжёнными руками. Казалось, он даже здороваться не умеет. А тут вдруг цельная история, да еще и нечто такое, что может пролить свет на происшедшее с его братом.
- Знаете почему обычно на допросы зовут кого-то из Безымянных? Потому что они отмечены Милостью Всевидящего, могут заметить ложь в словах человека. Вон как наш Вальтер услышал что-то в словах шамана.
Озноб пробежал по спине, неужели это правда? Но и в самом деле, он мог отличать ложь от правды в словах людей. Капитан в армейском лагере говорил доверять своей интуиции, может уже тогда подозревал, что это дар от Всевидящего?
- Но только не все знают, что есть еще и Искушение Всевидящего. Безымянного, отмеченного таким даром, встретить очень сложно, я сам ни одного не видел, только слышал. – продолжал обычно молчаливый Бран – Это когда Безымянный может убедить других людей в своих словах. Ну там соврет что-то, а люди ему верят. Да как понять, что это от Всевидящего? Лжецов на свете полным-полно, а дураков, которые им верят, так еще больше.
Рядом согласно закивал Саул, и Вальтер подумал, что тот тоже наверняка не дурак был приврать. Ну ладно, приукрасить свои подвиги перед симпатичной девушкой.
- А самое редкое, когда Всевидящий проклинает кого. Этот человек может заставить другого сделать что угодно. Хоть со скалы прыгнуть, хоть вон в брата выстрелить. Только дорого им это выходит, они не только имя теряют, а и всего себя.
Вот оно что.
Товарищи замолчали, поражённые услышанным; только сухие колючки потрескивали в угасающем пламени костра.
И в этой внезапной тишине Вальтер вдруг вспомнил Арслана — таким, каким тот стоял тогда: тихим, неподвижным, с взглядом, устремлённым туда, где больше нет свободы.
Он ошибся.
Ошибся, приняв это за слабость. За страх. За сломленность.
Теперь всё сложилось. Не сразу, не словами — тяжёлым, ледяным пониманием, от которого перехватило дыхание.
Арслан молчал не потому, что выбрал это.
Выбора у него уже не было.
Глава 29. У самой границы
Альмирия, Магическая академия
Она проснулась за несколько минут до сигнала. В маленьком домике раньше было тесно вдвоем с отцом, сейчас же было одиноко и пусто. Марианна выпростала ноги из-под одеяла и принялась одеваться на зарядку.
Новый распорядок, наступивший в академии с приходом нового начальника гарнизона, не оставлял ни одной свободной минутки. Они вставали затемно, чтобы приступить к упражнениям, затем работали, потом снова тренировались, а потом уже было опять пора спать. Потому что сил ни на что не оставалось.
- Взяли мечи и щиты, побежали вперед с нагрузкой. – такое ощущение, что лейтенант тут живет на этой площади, его фигура была ровно на том же самом месте.
Марианна оторопело уставилась на стойку с оружием – вязанка однотипных мечей и горка щитов у каких-то деревянных козел. И что им с этим делать? Она даже не знает какой рукой что надо брать.
- Живее!
- Мы вообще-то не с боевого факультета! – надула губы какая-то студентка.
Спорить с начальством имело смысл только если у тебя была какие-то реальные аргументы, у студентов их не было. Марианна поковырялась и вытащила себе меч поменьше, может его будет легче нести. Щит тоже ощутимо весил, и девушка погрустнела еще больше.
- Врагам плевать откуда вы! – рявкнул начальник – Взяли оружие. Встали в строй. Бегом марш!
Бегать с этой грудой железа было тяжело, щит оттягивал плечо, меч норовил выскользнуть из ладони. Рядом жалобно всхлипнула какая-то студентка, не осилив даже поднять меч.
В очередной раз Марианна порадовалась, что у нее папа некромант. С таким не забалуешь, с самого детства они с ним бегали и чем только не занимались. Здесь в академии, где остальные девушки были такие манерные и изнеженные, она казалась самой себе грубой и несимпатичной. Сейчас же она прочувствовала все плюсы.
Едва добежав до угла, она остановилась – щит слишком сильно болтался на ее тонкой руке. Оглядев крепление, Марианна расстроилась – подтянуть не было никакой возможности, пришлось закатать рукав и плотнее запихнуть в ручку, где проходило ее плечо. Вот так вроде плотнее сидит.
- Что, уже выдохлась? Где успела так устать, день только начался! – мимо красиво размахивая волосами пробежала Элиана.
Видимо она должна была разозлиться на этот выпад. Или расстроиться. Марианна так и не поняла, чего от нее хочет добиться новая злейшая подруга, и промолчала. Пусть ее, хочет языком трепать, удачи.
Подхватив свой щит, она вернулась к бегу. Теперь бы еще придумать что с мечом делать, почему же она не посмотрела есть ли там пояс с ножнами? Но так им никто и не говорил этого не делать, более того, останавливаться им тоже никто не запрещал.
Добравшись до стойки с оружием, она отложила на время свой щит и полезла искать пояс. Ну не могли же они просто свалить кучу мечей? Или могли.
Над академией занимался робкий рассвет, разгоняя зябкую утреннюю свежесть. Мимо пробежали студенты, тяжело бухая ногами. Да, они совсем не с боевого факультета, подумалось ей.
Так они быстро устанут, а эти тяжелые штуки им не просто так раздали. Она чувствовала в этом какую-то каверзу.
Повезло! Внизу под последним щитом, не пригодившимся никому, лежали какие-то пояса и убогие кожаные ножны. Быстро выбрав самый целый, Марианна нацепила его на себя, и тут же сунула туда меч.
Едва вернувшись на круг, она поняла сразу две вещи. Первая - так бежать было куда легче. Вторая – меч ужасно хлопал по ноге. Но придерживать меч рукой было куда проще, чем нести его в руке. Но все равно не удобно.
Они бежали и бежали. Круг за кругом. Но суровый лейтенант все никак не давал команду остановиться. Более того, он стал еще и подгонять отстающих.
С гулким звоном покатился чей-то меч, все-таки выскользнув из потной ладони. Следом раздались крики и странный шум. Марианна не удержалась от искушения и обернулась – кто-то из студентов споткнулся об оружие и грохнулся на землю.
— На месте! – разнеслось над площадью. – А теперь разбились на пары и встали в стойку!
Ответом ему был недовольный стон уставших студентов. Значит не ошиблась Марианна, сейчас им устроят новое упражнение.
— Ты! – она вздрогнула, увидев направленную на нее руку начальника гарнизона. – В пару с сержантом, остальные в пару с соседом.
Ей хотелось завопить – ну почему я? Но смысла в этом никакого решительно не было, всяко настоящий противник будет куда более гадкий чем сержант Хирон.
— Привет, красотка! – мужчина сально улыбнулся и сверкнул щербатой улыбкой.
Она не ответила. Говорить с этим человеком не хотелось, он раздражал всем своим видом, постоянно следил за ней взглядом и издавал какие-то мерзкие хлюпающие звуки. Видимо имитировал поцелуи.
Другой сержант тем временем показывал, как держать меч при ударе сверху. Марианна ухватила рукоять двумя руками и занесла над головой, чувствуя, как тяжелеет оружие в непривычных ладонях.
— Локти согнуть! Да не так! – раздался крик лейтенанта, резкий и короткий, как щелчок хлыста.
— Да зачем нам вообще это надо! – возмутилась Элиана, тяжело дыша после бега. – Мы же маги, нам не нужно оружие.
— Вы не маги, вы безмозглые студенты, которые ничего сами не умеют, — спокойно, почти устало, ответил лейтенант. — В реальном бою вам может понадобиться секунда или две, чтобы сплести заклинание, а рядом не будет никого, чтобы прикрыть вас. Так что учитесь, пока есть возможность и пока вы ещё живы.
Это была совсем не новость — всё своё детство Марианна слышала от отца, что быстрые ноги и острый нож спасли больше некромантов, чем плетение третьего уровня. Да что уж там, треснуть этого противного Хирона тоже было неплохо, хотя сейчас она лишь молча представляла, как его можно было бы хорошенько ударить, просто ради морального удовлетворения.
Она резко опустила меч на подставленный щит, и её руки тут же загудели от удара. Сердце стучало в висках, дыхание прерывисто вырывалось из груди.
— Оооо! — сержант округлил глаза в притворном восторге. — Какой хороший удар от такой малышки!
Марианна плотнее ухватила меч, потому что напряжение давало о себе знать. Вокруг то и дело на землю падали то мечи, то щиты. Девушки-студентки жаловались и просили их пожалеть: щиты были тяжёлые, мечи — ещё тяжелее. Некоторые из них, краснея от усталости, старались лишь отбить удары и сохранить равновесие, а не атаковать.
В её очереди держать удар, она едва не рухнула на землю — мерзавец не собирался давать поблажек. Его руки сжимали оружие крепко, движения точны и уверены, а насмешливый взгляд словно говорил: «Сдашься — проиграешь».
Марианна стиснула зубы. Ничего, тяжело в учении — легко на кладбище. В смысле в настоящей работе. Её мышцы горели, ладони скользили по мокрой от пота рукояти, но она не позволяла себе ослабить хватку. Каждое движение, каждый удар, каждое отражение было упражнением не только силы, но и терпения.
Сердце чуть не выскакивало из груди, когда Хирон вновь пошёл в атаку, быстро меняя направление и силу удара. Она почувствовала, как страх проникает в мысли, но тут же подавила его — маг не может позволить себе дрогнуть, даже перед противником, который явно сильнее физически.
И в этот момент, когда её руки едва держали меч, а ноги гудели от усталости, Марианна впервые заметила радость в тренировке: каждая крошечная победа над собственным страхом и слабостью дарила каплю уверенности,
***
Степь на границе Альмирии и Саркарима
Убитых врагов пришлось бросить прямо так посреди степи. Копать могилы не было никакой возможности, в самом деле, не боевыми же мечами это делать. Да и времени на это бы ушло просто невозможно долго – земля в степи была похожа на камень!
Это зрелище сильно коробило взгляд, потому что было далеко от выпестованного благородства Вальтера. Так делать было нельзя, это против воли Всевидящего. Но за последнее время он сделал столько всего, что противоречило его убеждениям, что уже не понимал, как его не убило молнией прямо тут на месте.
- Ты знаешь как степняки хоронят своих мертвых? – словно невзначай спросил Хальдор, возясь с упряжью.
- Слышал от магистра только… оставляют в степи? – напрягшись он выдал ответ.
- Именно. Они считают, что духи их племен сами заберут своих родных в стаю, чтобы те и после смерти могли служить им. А тела не имеют значения, великая степь все примет в себя.
Молча кивнул. Это было сложно принять, но… раз так, то они все сделали правильно. Они отдали последнюю дань уважения своим врагам – похоронили их согласно их традициям.
Вальтер кинул взгляд на степь, которая расстилалась перед ними бесконечной волной травы, ещё дрожащей от вчерашнего боя. Лёгкий дым поднимался к небу, и ветер нёс его по равнине, смешивая запах крови и горечи. Солдаты тихо перебирали свои вещи, проверяли оружие, готовясь встретить новый день в седле.
Лошади, всё ещё встревоженные странным колдовским сном, нервно фыркали, топтали землю и дергали поводья. Запах свежей крови и неподвижные тела неподалёку вызывали у них тревогу.
Отряд двинулся вперёд, каждый шаг отдавался в груди тяжёлым эхом. Трава шумела от настойчивых поглаживаний ветра, а горизонт казался одновременно манящим и враждебным. Каждое движение, каждый шорох заставлял их держать оружие наготове — потому что на этой бескрайней равнине, где вчера они выжили, впереди могло ждать что угодно.
Лошади рвались вперёд, их копыта глухо стучали по сухой земле, поднимая клубы пыли, которые ветер сразу же разносил по степи. Отряд двигался молча, лишь лёгкий скрип сбруи и редкие фырканья нарушали тишину.
Хальдор слегка подтянул поводья и, не сбавляя хода, обратился к Вальтеру:
— К вечеру дойдём до пограничного города. Там сможем отдохнуть и пополнить запасы.
Вальтер моргнул и перевёл взгляд на горизонт.
— Пограничный город? — пробормотал он, удивлённо хмурясь. — Откуда тут город? Я думал, за этой равниной никого нет…
