В момент разворота мутант вышел из инвиза, явив себя ошалевшим бойцам. Раздался хлопок, треск костей и пронзительный крик, пространство за мутантом взорвалось кровавым взрывом, измяв тростник и разбросав останки несчастного.
Шерхан, матерился тихо и быстро, словно читал молитву. Взглянув направо и влево, он увидел троих, валялось на земле и истекающих кровью. Еще около семи человек просто отсутствовало. «Такими тепами от группы не останется вообще нихуя!». Подбежав к БТРу, Шерхан заорал, бешено стуча в дверь.
–– Открыть огонь! Открыть огонь из пушки!
Из бойницы донесся нерешительный голос:
–– А як же вы?
–– Делай, что тебе говорят! Все на землю!.. Броня! Все к броне!
Немногие еще не оглохшие выжавшие, услышав команду, спешно упали в грязь и ползти к транспортеру. Сумасшедшей чечеткой над головами шарахнули пулеметы. У вжавшегося в гусеницу Максиму заслезились глаза – ему показалось, что все вокруг залило золотом. Тяжелые пули изорвали пространство, выкосив камыши и вырывая из земли влажные комья. Обеими руками пытаясь удержать на голове прыгающие наушники Шерхан увидел, к один из кустов вспрыснул бордовыми брызгами. Поняв, где примерно находится монстр, наемник выудил из подсумка гранату Ф-1 и с криком, которого никто не услышал: «–– Делай как я!», метнул ее в сцирпус и вжался в грязь по глаза. Прогремел взрыв, затем еще один – кто-то из бандеровцев все-таки сделал, как он. Шум от взрывов смешались со трескотней пулеметов, вся эта какофония сильно резанула наемнику по ушам, минуя трехслойную защиту наушников. Наконец все стихло.
Подняв голову, Шерхан обнаружил вокруг себя голую землю. От растительности остались одни дымящиеся корешки. Кровь и грязь, все смешалось. Из дымящейся воронки торчали частично обугленные кровососовы ноги. Труп мутанта лежал мордой вверх, полностью изрешеченный пулями. Второй твари пока не было видно.
–– Ферум, Ферум, прием, выйди на связь. Должи о результатах.
Наемник, лежавший в двух холмах от деревни новичков лишь нервно сплюнул. Прошел уже без пяти минут час, как они мялись у нее в бессилии. Штурм увяз капитально.
Поначалу все шло хорошо, можно даже так выразиться, филигранно: пересекли КПП, без проблем добрались до кострища под деревом, второе отделение, в котором находили Гена и Стас, также без проблем заняло позиции возле стоящих у осины ящиков. Но вот дальше почему-то все пошло к верх ногами.
Получив приказ, второе отделение направилось вдоль дороги и через пару минут заняло позицию у вагончика. Первоначальный план форсирования Кордона предусматривал блокаду деревни с левого фланга. Отрезая таким образом некоторую часть одиночек от дороги на Свалку, авангард должен был дать возможность основной группе выдвинуться вперед в то время, покуда они занялись бы зачисткой лагеря сталкеров. Необходимость быстроты последней Ферум подчеркивал особо. «–– Если пустить их к Сидоровичу, они, чего доброго, забаррикадируются там на пару недель». Уже много позже Ферум сообразил, что лучше бы было в бои не ввязываться и, блокировав деревню, послать остальные силы к мосту, однако, как говориться, сделанного не воротишь.
В 8:12 отряд получил команду на штурм. Спустя примерно пять метров холм перестал их прикрывать и отделение было вынужден принять положение «лежа». Первым полз Кольт – наемник, прошедший сперва Приднестровье, а потом два контракта во французском иностранном. В зоне он, с перерывами, отходил два года, в том числе – в группе Волкодава, печально известного своими методами. Лыжня в лыжню за ним полз Буйвол. Далее гусениц косплеили еще девять человек, среди которых и Гена со Стасом. Так отделение подобралось к дереву. Ползший впереди Кольт уже заприметил отличное место для исходных позиций, когда внезапно во что-то вляпался. Это была черная кучка. Маленькая. Визуально – звериная. Часть кучки не замедлила отпечататься на локте. Кольт чуть слышно выдохнул, обтер рукав о росу и пополз дальше, чертыхаясь в уме. Следовавший за ним Буйвол поступил точно также, слегка скривив под балаклавой лицо. Остальным УНСОвцам следовало сделать также и элементарно взять немного левей, но левая сторона – это ведь пути дьявола. А дьявол, как известно, скрыт в мелочах.
Предпоследним в колонне полз некто Паша – несуразный паренек неполных восемнадцати лет, в последний момент взятый Буйволом в группу. «–– Будешь на подстраховке» –– Напутствовал его он. –– «–– Просто молчи и делай, исполняй и помалкивай. И ради всего святого, Паша, не лезь на рожон». В силу возраста Паша не хотел исполнять или помалкивать. Но еще меньше хотелось ему ползти возле кучки. Вместо того, чтобы влезть выше, парень оттолкнулся и стал сползать вниз по холму. Опустившись на нужный уровень, УНСО-вец развернулся, потянул ногу и тут почувствовал, что его медленно тянут назад. Удивившись, Паша повернул голову. Позади не было никого, его нога просто застыла. Носок ботинка слегка задрожал.
–– Егерь, Егерь! –– Шепотом позвал он. Ползший предпоследним УНСО-вец вопросительно повернулся к нему.
–– Чего?
–– Я тут, это, того...
–– Паша, блядь! –– Донеслось откуда-то из-за трех затылков. –– Кончай херней страдать! Давай ползи.
–– Да я не могу.
–– Что?
–– Не могу я! Меня... Меня как будто засасывает.
Егерь пригляделся внимательнее.
–– Не двигайся.
–– Да я уже.
–– Хм...
Взяв товарища за руку, Егерь осторожно потянул его на себя. Паша не сдвинулся. –– Правда... Буйвол, Буйвол!
Из головы колонны послышался раздражительный шепот:
–– Че-го?
–– Тут это... Паша того... Короче вон. –– Егерь кивнул на место рядом с собой. Повернув голову, он заметил, что Паша немного сместился вправо.
–– Я это... Ай. А-а, ай!
–– Тихо, мать твою за ногу!
Ругательный шепот привлек внимание Кольта.
–– Буйвол, что там у вас?
–– Та вон, хлопец это... –– Глядя на то, как Пашу еще немного проволокло, Буйвол произнес немного испуганно. –– Я даже не знаю че с ним.
Наемник быстро посмотрел в конец линии.
–– Идиоты, блядь, это же аномалия! Вытаскивайте его скорей, только тихо! И смотрите, что б вас самих не утянуло.
Находившиеся ближе всего к Паше Брелок и Егерь начали медленно подползать.
–– Тяни руку.
–– Пытаюсь!
–– Да тихо ты!
–– Сам тих... Ай! А-я-я-й!
–– Тихо!
–– Ай бля! –– Паша начал скулить.
–– Да замолчи ты, нас спалят!
– А-а-а! А-а-й, бля-а-а! Ай, бля, помогите!
–– Паша, заткнись, не то нам всем...
Но Паша уже ничего не слышал. Стальной хваткой «Воронка» вцепилась в него.
–– А-а-а! Спасите! –– Во все горло орал он, не в силах больше терпеть. Берцы на его ноге начали с терском набухать на ноге. Секундой позже с одной из них ботинок слетел, оголив начавшие кровоточить пальцы. Увидев это, Паша заорал благим матом.
–– А-а-а-а! Спасите! Помогите! Лю-у-у-ди!
–– Заткнись!
–– А-а-а-а, мама! Ма... –– Договорить он не успел. Снабженный глушителем автомат Кольта издал хлопок, навсегда успокоив его. Лишенное жизни тело всосалось в «Воронку». Одежда мгновенно смешалась с кожей, кожа – с костями, спина, треща, изогнулась напополам и труп разорвало, разбросав кровоточащими ошметками. Несколько из них залетело за холм.
В деревне поднялись нервные крики.
–– Дерьмо... –– Вымолвил Кольт. –– Ферум, Ферум, прием! Все пошло не по плану, работаю.
–– Прием, Кольт. В смысле – не по плану?
–– Некогда объяснять, я атакую, подтягивайтесь.
–– Сука.
Тем временем один из стоящих на стреме сталкеров забрался на чердак и заприметил их продвижение.
–– Вы кто такие? Я вас не звал!..
В ответ по крыше открыли огонь.
Держа пространство на мушке, Шерхан напряженно поднялся с земли.
–– Эй, отзовись! Есть кто живые?!
Шесть человек, лежавших у БТРа бессвязно промямлили что-то в ответ. В отличии от Шерхана, защищенного наушниками, остальные не были так снаряжены и теперь в их ушах нестерпимо шумело. Бойцы, не успевшие подбежать, также валялись вокруг. Кишками наружу. Кто-то погибл от когтей кровососов, но были и те, кто пал сраженный дружественным огнем.
–– Та я того рот еба-а-ал. –– Зло подытожил наемник, бегающим взглядом осмотревшись вокруг. «Но где второй?».
Словно угадав его мысли, оставшийся в живых кровосос подал голос из остатков зарослей. Однако в нем уже не было ярости. На этот раз рык его звучал на удивление слабо, подавлено. Шатаясь, наемник пошел на звук. Войдя в растрепанные камыши, он раздвинул их и взглянул на мутанта. Кровосос лежал на границе воронок – воронки от гранаты Ф-1 и аномалии. Левая лапа, вытянутая вперед, была по кисть утоплена в землю, цепляясь в грязи за корешки и булыжники. Правую взрывом оторвало по локоть. С его обрубка белесая слизь, постепенно регенерирующая восстановление поврежденной конечности. Конечно, на глазах плечо не отросло, однако ее исцеление было делом пары часов.
–– Э нет, гаденыш. –– Торжествующе ухмыльнувшись произнес Шерхан. Наемник не мог знать этого наверняка, но внутренний голос ему подсказывал, что это была та самая тварь, минуту назад пафасно развернувшаяся на фоне кровавого взрыва. –– Сейчас для тебя все закончится. –– Сказал он, облизнув пересохшие губы. –– Побудь пока здесь, не уходи никуда.
Развернувшись, наемник пошел к транспортеру.
–– Эй, вы там, заводи мотор! –– Произнес он, барабаня по входной двери. –– Пора закончить начатое.
БТР с неохотой завелся.
–– Давай за мной! –– Крикнул Шерхан. Выхлопные трубы дружно сплюнули гарью, и машина, дернувшись, последовала за ним. Подойдя на достаточное расстояние, Шерхан жестом приказал БТРу остановиться.
–– Вон он, голубчик. Видишь?
Из люка высунулась взъерошенная и мокрая голова. Увидев кровососа, водитель расплылся в кошачьей улыбке.
–– Так е. Зараз я його.
С этими словами он скрылся внутри. Прошло немного времени и пушка дернулась, качнувшись сначала влево, затем ушла вниз и наконец нацелилась на мутанта. Кровосос сверлящим взглядом посмотрел на Шерхана. В его глазах отчаянья его не было, только застывшие ярость и злость. Спустя секунду выстрелом из орудия БТРа мутанту оторвало руку.
–– Hasta la vista, пидор! –– Произнес наемник, наблюдая за тем, как оставшийся немым кровосос вихрем поднялся и влетел в «Воронку». Мутант молча сносил, пока с него отслаивалась кожа и глаза выкатывались из орбит. Сдался он лишь тогда, когда аномалия, сдавив его, начала выворачивать наружу кости, наматывая на них мох и кишками. Но даже в этот момент голос его остался грозным и преисполненным ненависти к двуногим, сумевшим его переиграть. «Мерзкий ублюдок».
–– Кому нужна помощь? Парни, не спать! Кому нужна помощь?
–– А-а? Че-че-чего? Да вроде норм. –– Ответил один из правосеков, осматривая себя. В пылу битвы он не заметил, как перешел на русский язык, на котором принципиально не говорил уже два года. –– В ушах только шумит.
–– Ничего, это пройдет. Вставайте давайте, харе валяться.
Подгоняемые пинками, выжившие УНСО-вцы, и в их числе – Гена со Стасом, начали медленно подниматься с земли. Видок у них был донельзя потрепанный – по ноздри перепачканные в земле и крови, забрызганные болотной тиной, они нервно отряхивались, озираясь по сторонам. Потребовалось с десяток минут, прежде чем все они более-менее пришли в чувство. Шерхан отряхивал последнего из них, когда в нагрудном кармане раздался треск рации.
–– Шерхан, Шерхан, прием, выйди на связь.
–– Шерхан на связи, прием. Ох и ебал я твою работу, Фес!..
–– Что ты сказал?
–– Ничего. –– Быстро ответил наемник, прикусив язык. –– Наверно помехи.
–– Понятно. –– Произнес Белый и по его голосу Шерхан понял, что тот ему не поверил. –– Доложи о ситуации, прием.
–– Да че тут докладывать, очко ситуация. От моего отряда осталась половина. Да ты, наверное, слышал.
–– Я слышал стрельбу и разрывы гранат.
–– Это оно и есть. Эх, надо было остаться в Ливии... Короче. Мне бы пополнить боесостав... Тьфу, блядь, боесостав, личный состав.
–– Обо что этот-то обнулили?
–– Кровососы, двое.
–– А-а-а...
–– Да. Если не вышлешь людей, мне на механизаторском дворе закрепляться будет некем.
Белый ненадолго замолк.
–– Хорошо... Пошлю к тебе срочников. Смотри мне, аккуратней.
–– Так точно. Конец связи.
Шерхан отключился и спрятал рацию. Оглядевшись еще раз, он приказал экипажу БТРа задраить все, что можно было задраить и начинать переправляться в брод. Сам же наемник, вместе с остальным перешел протоку по мосту, приказав перед этим сбросить трупы погибших в аномалию. На робкие возражения Гены Шерхан ответил подчиняющим взглядом, не выдержав которого Гена вместе со Стасом стали таскать тела. Они давно закончили и углубились далее в топь, а высланное Тетеревом подкрепление никак не появлялось. Объяснялось это тем, что срочники во все времена по природе своей никогда не отличались исполнительностью. Вместо того, чтобы не задавая вопросов выдвинуться к Шерхану, некоторые из них стали пререкаться с Белым на тему правового статуса и военной целесообразности их нахождения в зоне, затем попытались расспросить его о том, что случилось с предыдущими бойцами Шерхана и почему посылают именно их, и уже только после отцовского удара в рыло одному из них, угрюмо выдвинулись в дорогу. Безынициативные, вечно жмущиеся друг к другу и шарахающиеся от кустов, они напоминали вымокших воробьев или запуганных школьников. Темп их передвижения был соответствующим. Не удивительно, что к том моменту, когда группа Шерхана вступил в очередную перестрелку, они только подошли к месту первого боя.
С первыми выстрелами Шара как будто сковало. По диагонали он успел прочитать сообщение, пришедшее в тот момент, когда какой-то спам пришел Литре. Сообщение состояло из семи слов: «День Че. Болота, Кордон, Агропром, Свалка, Янтарь». То, что в этом списке оказались Болота стало для Шара абсолютной неожиданностью. Он помнил задание, полученное совсем недавно, помнил о необходимости начать диверсии... Однако пытаясь заглушить в себе совесть, Шар думал, что думает не о том, где найти сил, чтоб предать шедших с ним, а о том, когда сделать это будет вернее. Крым уже вовсю рыскал между «Электр», а он все стоял, погруженный в себя.
–– О чем задумался, брат? –– Добродушно спросил Чих, стоявший с ним в паре. Посмотрев на него Шар с облегчением подумал, что сейчас точно не время.
–– Що? Та це... Слышишь, стрельба?
–– Это, наверно, военный. –– Отозвался Форсаж, следивший за Крымом. –– В нескольких километрах у них блокпост. Ну-у, по карте.
В опровержение данных слов выстрелы раздались с удвоенной силой.
–– Ох ни фига! Во дают.
–– Не похоже, что это стрельба на границе. Может военные...
–– Что? У них щас по-твоему заняться нечем? У них сейчас вроде Донецк с Луганском, да и вообще... Это. –– Форсаж развел руками, имея в виду ситуацию в стране в целом.
–– Окей, тогда кто это?
–– Одиночки... Может быть.
В этот момент Крым достал болт и разрядив «Электру» перебежал от опоры к опоре с детектором. Через секунду пространство перед ним вспыхнуло бело-синим, он наклонился и что-то поднял.
–– Мы счастливы? –– Спросил Форсаж, когда парень уже подошел к ним.
–– Да, мы счастливы. –– Ответил он, показывая «Вспышку».
–– Шикарно. Так, теперь идем куда?
–– По карте нам... Вообще-то на стрельбу.
–– Вот это мне и не нравится. –– Произнес Литра. Кайф, молчавший во время разговора, пожал плечами. Следя за обстановкой поверх багульника, он подставлял щеки витамину D.
Шерхан, матерился тихо и быстро, словно читал молитву. Взглянув направо и влево, он увидел троих, валялось на земле и истекающих кровью. Еще около семи человек просто отсутствовало. «Такими тепами от группы не останется вообще нихуя!». Подбежав к БТРу, Шерхан заорал, бешено стуча в дверь.
–– Открыть огонь! Открыть огонь из пушки!
Из бойницы донесся нерешительный голос:
–– А як же вы?
–– Делай, что тебе говорят! Все на землю!.. Броня! Все к броне!
Немногие еще не оглохшие выжавшие, услышав команду, спешно упали в грязь и ползти к транспортеру. Сумасшедшей чечеткой над головами шарахнули пулеметы. У вжавшегося в гусеницу Максиму заслезились глаза – ему показалось, что все вокруг залило золотом. Тяжелые пули изорвали пространство, выкосив камыши и вырывая из земли влажные комья. Обеими руками пытаясь удержать на голове прыгающие наушники Шерхан увидел, к один из кустов вспрыснул бордовыми брызгами. Поняв, где примерно находится монстр, наемник выудил из подсумка гранату Ф-1 и с криком, которого никто не услышал: «–– Делай как я!», метнул ее в сцирпус и вжался в грязь по глаза. Прогремел взрыв, затем еще один – кто-то из бандеровцев все-таки сделал, как он. Шум от взрывов смешались со трескотней пулеметов, вся эта какофония сильно резанула наемнику по ушам, минуя трехслойную защиту наушников. Наконец все стихло.
Подняв голову, Шерхан обнаружил вокруг себя голую землю. От растительности остались одни дымящиеся корешки. Кровь и грязь, все смешалось. Из дымящейся воронки торчали частично обугленные кровососовы ноги. Труп мутанта лежал мордой вверх, полностью изрешеченный пулями. Второй твари пока не было видно.
–– Ферум, Ферум, прием, выйди на связь. Должи о результатах.
Наемник, лежавший в двух холмах от деревни новичков лишь нервно сплюнул. Прошел уже без пяти минут час, как они мялись у нее в бессилии. Штурм увяз капитально.
Поначалу все шло хорошо, можно даже так выразиться, филигранно: пересекли КПП, без проблем добрались до кострища под деревом, второе отделение, в котором находили Гена и Стас, также без проблем заняло позиции возле стоящих у осины ящиков. Но вот дальше почему-то все пошло к верх ногами.
Получив приказ, второе отделение направилось вдоль дороги и через пару минут заняло позицию у вагончика. Первоначальный план форсирования Кордона предусматривал блокаду деревни с левого фланга. Отрезая таким образом некоторую часть одиночек от дороги на Свалку, авангард должен был дать возможность основной группе выдвинуться вперед в то время, покуда они занялись бы зачисткой лагеря сталкеров. Необходимость быстроты последней Ферум подчеркивал особо. «–– Если пустить их к Сидоровичу, они, чего доброго, забаррикадируются там на пару недель». Уже много позже Ферум сообразил, что лучше бы было в бои не ввязываться и, блокировав деревню, послать остальные силы к мосту, однако, как говориться, сделанного не воротишь.
В 8:12 отряд получил команду на штурм. Спустя примерно пять метров холм перестал их прикрывать и отделение было вынужден принять положение «лежа». Первым полз Кольт – наемник, прошедший сперва Приднестровье, а потом два контракта во французском иностранном. В зоне он, с перерывами, отходил два года, в том числе – в группе Волкодава, печально известного своими методами. Лыжня в лыжню за ним полз Буйвол. Далее гусениц косплеили еще девять человек, среди которых и Гена со Стасом. Так отделение подобралось к дереву. Ползший впереди Кольт уже заприметил отличное место для исходных позиций, когда внезапно во что-то вляпался. Это была черная кучка. Маленькая. Визуально – звериная. Часть кучки не замедлила отпечататься на локте. Кольт чуть слышно выдохнул, обтер рукав о росу и пополз дальше, чертыхаясь в уме. Следовавший за ним Буйвол поступил точно также, слегка скривив под балаклавой лицо. Остальным УНСОвцам следовало сделать также и элементарно взять немного левей, но левая сторона – это ведь пути дьявола. А дьявол, как известно, скрыт в мелочах.
Предпоследним в колонне полз некто Паша – несуразный паренек неполных восемнадцати лет, в последний момент взятый Буйволом в группу. «–– Будешь на подстраховке» –– Напутствовал его он. –– «–– Просто молчи и делай, исполняй и помалкивай. И ради всего святого, Паша, не лезь на рожон». В силу возраста Паша не хотел исполнять или помалкивать. Но еще меньше хотелось ему ползти возле кучки. Вместо того, чтобы влезть выше, парень оттолкнулся и стал сползать вниз по холму. Опустившись на нужный уровень, УНСО-вец развернулся, потянул ногу и тут почувствовал, что его медленно тянут назад. Удивившись, Паша повернул голову. Позади не было никого, его нога просто застыла. Носок ботинка слегка задрожал.
–– Егерь, Егерь! –– Шепотом позвал он. Ползший предпоследним УНСО-вец вопросительно повернулся к нему.
–– Чего?
–– Я тут, это, того...
–– Паша, блядь! –– Донеслось откуда-то из-за трех затылков. –– Кончай херней страдать! Давай ползи.
–– Да я не могу.
–– Что?
–– Не могу я! Меня... Меня как будто засасывает.
Егерь пригляделся внимательнее.
–– Не двигайся.
–– Да я уже.
–– Хм...
Взяв товарища за руку, Егерь осторожно потянул его на себя. Паша не сдвинулся. –– Правда... Буйвол, Буйвол!
Из головы колонны послышался раздражительный шепот:
–– Че-го?
–– Тут это... Паша того... Короче вон. –– Егерь кивнул на место рядом с собой. Повернув голову, он заметил, что Паша немного сместился вправо.
–– Я это... Ай. А-а, ай!
–– Тихо, мать твою за ногу!
Ругательный шепот привлек внимание Кольта.
–– Буйвол, что там у вас?
–– Та вон, хлопец это... –– Глядя на то, как Пашу еще немного проволокло, Буйвол произнес немного испуганно. –– Я даже не знаю че с ним.
Наемник быстро посмотрел в конец линии.
–– Идиоты, блядь, это же аномалия! Вытаскивайте его скорей, только тихо! И смотрите, что б вас самих не утянуло.
Находившиеся ближе всего к Паше Брелок и Егерь начали медленно подползать.
–– Тяни руку.
–– Пытаюсь!
–– Да тихо ты!
–– Сам тих... Ай! А-я-я-й!
–– Тихо!
–– Ай бля! –– Паша начал скулить.
–– Да замолчи ты, нас спалят!
– А-а-а! А-а-й, бля-а-а! Ай, бля, помогите!
–– Паша, заткнись, не то нам всем...
Но Паша уже ничего не слышал. Стальной хваткой «Воронка» вцепилась в него.
–– А-а-а! Спасите! –– Во все горло орал он, не в силах больше терпеть. Берцы на его ноге начали с терском набухать на ноге. Секундой позже с одной из них ботинок слетел, оголив начавшие кровоточить пальцы. Увидев это, Паша заорал благим матом.
–– А-а-а-а! Спасите! Помогите! Лю-у-у-ди!
–– Заткнись!
–– А-а-а-а, мама! Ма... –– Договорить он не успел. Снабженный глушителем автомат Кольта издал хлопок, навсегда успокоив его. Лишенное жизни тело всосалось в «Воронку». Одежда мгновенно смешалась с кожей, кожа – с костями, спина, треща, изогнулась напополам и труп разорвало, разбросав кровоточащими ошметками. Несколько из них залетело за холм.
В деревне поднялись нервные крики.
–– Дерьмо... –– Вымолвил Кольт. –– Ферум, Ферум, прием! Все пошло не по плану, работаю.
–– Прием, Кольт. В смысле – не по плану?
–– Некогда объяснять, я атакую, подтягивайтесь.
–– Сука.
Тем временем один из стоящих на стреме сталкеров забрался на чердак и заприметил их продвижение.
–– Вы кто такие? Я вас не звал!..
В ответ по крыше открыли огонь.
Держа пространство на мушке, Шерхан напряженно поднялся с земли.
–– Эй, отзовись! Есть кто живые?!
Шесть человек, лежавших у БТРа бессвязно промямлили что-то в ответ. В отличии от Шерхана, защищенного наушниками, остальные не были так снаряжены и теперь в их ушах нестерпимо шумело. Бойцы, не успевшие подбежать, также валялись вокруг. Кишками наружу. Кто-то погибл от когтей кровососов, но были и те, кто пал сраженный дружественным огнем.
–– Та я того рот еба-а-ал. –– Зло подытожил наемник, бегающим взглядом осмотревшись вокруг. «Но где второй?».
Словно угадав его мысли, оставшийся в живых кровосос подал голос из остатков зарослей. Однако в нем уже не было ярости. На этот раз рык его звучал на удивление слабо, подавлено. Шатаясь, наемник пошел на звук. Войдя в растрепанные камыши, он раздвинул их и взглянул на мутанта. Кровосос лежал на границе воронок – воронки от гранаты Ф-1 и аномалии. Левая лапа, вытянутая вперед, была по кисть утоплена в землю, цепляясь в грязи за корешки и булыжники. Правую взрывом оторвало по локоть. С его обрубка белесая слизь, постепенно регенерирующая восстановление поврежденной конечности. Конечно, на глазах плечо не отросло, однако ее исцеление было делом пары часов.
–– Э нет, гаденыш. –– Торжествующе ухмыльнувшись произнес Шерхан. Наемник не мог знать этого наверняка, но внутренний голос ему подсказывал, что это была та самая тварь, минуту назад пафасно развернувшаяся на фоне кровавого взрыва. –– Сейчас для тебя все закончится. –– Сказал он, облизнув пересохшие губы. –– Побудь пока здесь, не уходи никуда.
Развернувшись, наемник пошел к транспортеру.
–– Эй, вы там, заводи мотор! –– Произнес он, барабаня по входной двери. –– Пора закончить начатое.
БТР с неохотой завелся.
–– Давай за мной! –– Крикнул Шерхан. Выхлопные трубы дружно сплюнули гарью, и машина, дернувшись, последовала за ним. Подойдя на достаточное расстояние, Шерхан жестом приказал БТРу остановиться.
–– Вон он, голубчик. Видишь?
Из люка высунулась взъерошенная и мокрая голова. Увидев кровососа, водитель расплылся в кошачьей улыбке.
–– Так е. Зараз я його.
С этими словами он скрылся внутри. Прошло немного времени и пушка дернулась, качнувшись сначала влево, затем ушла вниз и наконец нацелилась на мутанта. Кровосос сверлящим взглядом посмотрел на Шерхана. В его глазах отчаянья его не было, только застывшие ярость и злость. Спустя секунду выстрелом из орудия БТРа мутанту оторвало руку.
–– Hasta la vista, пидор! –– Произнес наемник, наблюдая за тем, как оставшийся немым кровосос вихрем поднялся и влетел в «Воронку». Мутант молча сносил, пока с него отслаивалась кожа и глаза выкатывались из орбит. Сдался он лишь тогда, когда аномалия, сдавив его, начала выворачивать наружу кости, наматывая на них мох и кишками. Но даже в этот момент голос его остался грозным и преисполненным ненависти к двуногим, сумевшим его переиграть. «Мерзкий ублюдок».
–– Кому нужна помощь? Парни, не спать! Кому нужна помощь?
–– А-а? Че-че-чего? Да вроде норм. –– Ответил один из правосеков, осматривая себя. В пылу битвы он не заметил, как перешел на русский язык, на котором принципиально не говорил уже два года. –– В ушах только шумит.
–– Ничего, это пройдет. Вставайте давайте, харе валяться.
Подгоняемые пинками, выжившие УНСО-вцы, и в их числе – Гена со Стасом, начали медленно подниматься с земли. Видок у них был донельзя потрепанный – по ноздри перепачканные в земле и крови, забрызганные болотной тиной, они нервно отряхивались, озираясь по сторонам. Потребовалось с десяток минут, прежде чем все они более-менее пришли в чувство. Шерхан отряхивал последнего из них, когда в нагрудном кармане раздался треск рации.
–– Шерхан, Шерхан, прием, выйди на связь.
–– Шерхан на связи, прием. Ох и ебал я твою работу, Фес!..
–– Что ты сказал?
–– Ничего. –– Быстро ответил наемник, прикусив язык. –– Наверно помехи.
–– Понятно. –– Произнес Белый и по его голосу Шерхан понял, что тот ему не поверил. –– Доложи о ситуации, прием.
–– Да че тут докладывать, очко ситуация. От моего отряда осталась половина. Да ты, наверное, слышал.
–– Я слышал стрельбу и разрывы гранат.
–– Это оно и есть. Эх, надо было остаться в Ливии... Короче. Мне бы пополнить боесостав... Тьфу, блядь, боесостав, личный состав.
–– Обо что этот-то обнулили?
–– Кровососы, двое.
–– А-а-а...
–– Да. Если не вышлешь людей, мне на механизаторском дворе закрепляться будет некем.
Белый ненадолго замолк.
–– Хорошо... Пошлю к тебе срочников. Смотри мне, аккуратней.
–– Так точно. Конец связи.
Шерхан отключился и спрятал рацию. Оглядевшись еще раз, он приказал экипажу БТРа задраить все, что можно было задраить и начинать переправляться в брод. Сам же наемник, вместе с остальным перешел протоку по мосту, приказав перед этим сбросить трупы погибших в аномалию. На робкие возражения Гены Шерхан ответил подчиняющим взглядом, не выдержав которого Гена вместе со Стасом стали таскать тела. Они давно закончили и углубились далее в топь, а высланное Тетеревом подкрепление никак не появлялось. Объяснялось это тем, что срочники во все времена по природе своей никогда не отличались исполнительностью. Вместо того, чтобы не задавая вопросов выдвинуться к Шерхану, некоторые из них стали пререкаться с Белым на тему правового статуса и военной целесообразности их нахождения в зоне, затем попытались расспросить его о том, что случилось с предыдущими бойцами Шерхана и почему посылают именно их, и уже только после отцовского удара в рыло одному из них, угрюмо выдвинулись в дорогу. Безынициативные, вечно жмущиеся друг к другу и шарахающиеся от кустов, они напоминали вымокших воробьев или запуганных школьников. Темп их передвижения был соответствующим. Не удивительно, что к том моменту, когда группа Шерхана вступил в очередную перестрелку, они только подошли к месту первого боя.
***
С первыми выстрелами Шара как будто сковало. По диагонали он успел прочитать сообщение, пришедшее в тот момент, когда какой-то спам пришел Литре. Сообщение состояло из семи слов: «День Че. Болота, Кордон, Агропром, Свалка, Янтарь». То, что в этом списке оказались Болота стало для Шара абсолютной неожиданностью. Он помнил задание, полученное совсем недавно, помнил о необходимости начать диверсии... Однако пытаясь заглушить в себе совесть, Шар думал, что думает не о том, где найти сил, чтоб предать шедших с ним, а о том, когда сделать это будет вернее. Крым уже вовсю рыскал между «Электр», а он все стоял, погруженный в себя.
–– О чем задумался, брат? –– Добродушно спросил Чих, стоявший с ним в паре. Посмотрев на него Шар с облегчением подумал, что сейчас точно не время.
–– Що? Та це... Слышишь, стрельба?
–– Это, наверно, военный. –– Отозвался Форсаж, следивший за Крымом. –– В нескольких километрах у них блокпост. Ну-у, по карте.
В опровержение данных слов выстрелы раздались с удвоенной силой.
–– Ох ни фига! Во дают.
–– Не похоже, что это стрельба на границе. Может военные...
–– Что? У них щас по-твоему заняться нечем? У них сейчас вроде Донецк с Луганском, да и вообще... Это. –– Форсаж развел руками, имея в виду ситуацию в стране в целом.
–– Окей, тогда кто это?
–– Одиночки... Может быть.
В этот момент Крым достал болт и разрядив «Электру» перебежал от опоры к опоре с детектором. Через секунду пространство перед ним вспыхнуло бело-синим, он наклонился и что-то поднял.
–– Мы счастливы? –– Спросил Форсаж, когда парень уже подошел к ним.
–– Да, мы счастливы. –– Ответил он, показывая «Вспышку».
–– Шикарно. Так, теперь идем куда?
–– По карте нам... Вообще-то на стрельбу.
–– Вот это мне и не нравится. –– Произнес Литра. Кайф, молчавший во время разговора, пожал плечами. Следя за обстановкой поверх багульника, он подставлял щеки витамину D.
