Глава 1
- Зима близко, - негромко сказал Торин, задумчиво смотря на свиток с печатью Старков.
Дис промолчала. Слова брата скорее утверждали очевидное, чем требовали ответа или вопросов. Хмыкнув, Торин легко сломал восковую печать и развернул пергамент. Прищурившись, он неспешно читал послание из Винтерфелла, а Дис пыталась читать по его лицу, сделав вид, что занята своим рукоделием.
Выходило не очень хорошо. Это сыновей она могла читать достаточно легко, а вот брат... он всегда был закрыт. И спрашивать его прямо, что желает сильнейший лорд людей на Севере Синегорья... Дис справедливо полагала, что это не ее дело. В мужские дела женщине лучше не вмешиваться.
С тех пор как гномы пришли в Синегорье, на Север Средиземья, это стало негласным правилом среди их народа. Иногда Дис казалось, что законы Севера затмили их обычаи, одержав верх. Было ли это так? Но в любом случае, положение женщины стало скромнее - за спиной мужчины, а все, к чему сводилась отныне их жизнь - это потомство и дом. И каждая женщина была обязана выбрать себе мужа... свободными женщинами остались лишь старухи.
Да, это оправдывалось самой жизнью - после падения Эребора их оставалось мало. Слишком мало... и женщины должны были забыть о своей гордости, о своих стремлениях и желаниях. А на устах и мужчин, и даже женщин звучало одно:
"Женщина должна порождать новую кровь"
Вот и все. Вот и весь сказ.
Не очень это радостно...
Торин хмурился и, похоже, несколько раз перечитал письмо.
- Немыслимо, - наконец проронил он.
Дис от неожиданности уколола палец и бросила короткий вопросительный взгляд на него. Брат раздраженно свернул свиток и замер, явно разрываясь между желанием бросить пергамент в огонь камина и осторожностью, требующей тщательно обдумать переданное воронами послание. И победило последнее. Торин задумчиво вертел свиток в руках, сидя рядом в кресле и смотря в огонь, чуть щуря синие глаза.
- Торин? - решилась окликнуть его Дис, складывая рукоделие.
Тот нехотя перевел на нее взгляд. Помолчал, и наконец проговорил:
- Старки хотят союза. Зима близко, а Север неспокоен. Орки и нежить все чаще прорываются из-за стены, и заключение союза выгодно как нам, так и людям...
- Но ты подозреваешь подвох? - осторожно уточнила гномка.
Торин покачал головой и усмехнулся.
- Эддарк Старк удивительно честен и прям, как стрела. Он не вертит словами, как ящерица хвостом. Нет, его послание прозрачно и ясно... но все же странно и немыслимо. Мы никогда ранее не скрепляли союзы так, как предлагает Старк. Хотя должен отметить - такой союз будет трудно разорвать.
- Я не очень хорошо тебя понимаю, - медленно проговорила Дис, нахмурившись. - Что странного в союзе, что предлагает Старк?
Торин протянул ей свиток и когда Дис взяла его, ответил:
- Лорд Винтерфелла предлагает заключить брачный союз между его дочерью и женихом из нашего рода.
Свиток выпал из разжавшихся пальцев Дис:
- Но мои сыновья еще слишком юны, Торин!
- А еще этот союз будет бесплоден, - кивнул согласно брат, не поведя и бровью на ее испуг. - Не беспокойся, я и не думал принуждать к подобному твоих сыновей.
- Значит, ты... - Дис сама себе не верила.
Брат лишь головой покачал, с легкой улыбкой.
- Я и человеческая девочка? Дис, сестра, ты так плохо обо мне думаешь? Нет, на это я не пойду.
Вздох облегчения вырвался помимо воли Дис.
- Тогда тебе стоило все же сжечь этот свиток, - почти ворчливо укорила она его, вновь принимаясь за вышивку.
Торин вместо этого наклонился и подобрал свиток с пола.
- Ну, почему же? Зима близко, а союз необходим. Наше положение на Севере шатко, а среди кланов людей, лишь Старки могут протянуть нам руку не кривясь братанием с нелюдью.
Игла вновь до крови впилась в палец, оросив вышивку багрянцем.
- Но как же?! - не сдержалась она, вскинувшись в возмущении и непонимании. - Ты же сам сказал, это немыслимо для нас!
Торин, лорд Эред Луина, кивнул.
- Да, для этого союза ни я, ни твои сыновья, не подходим. Но для Старка важно лишь то, что в жилах жениха будет течь родственная мне кровь... настолько близкая, что рисковать ей я не возжелаю.
Дис несколько мгновений не находилась со словами. И что именно подразумевал брат? Она невольно нахмурилась, а затем понимание обожгло ее. Она изумленно вскинула глаза на Торина, молча вопрошая о своем подозрении и тот кивнул.
- Да, именно... и для него, и для нас, это выход.
- Он не согласится, - еле слышно выдохнула Дис, покачав головой.
Глаза Торина заледенели.
- А кто его станет спрашивать?
Дис ничего на это не сказала.
*** *** *** *** *** *** ***
Стремительно поднимаясь ввысь, солнце постепенно окутало Винтерфелл. В каждом окошке селился свой луч, и уходил он только ночью. Красное, словно огонь, но не теплое, солнце уже взошло. В замке вскоре было уже довольно светло. Повара на кухне начали греметь посудой, готовя множество еды к предстоящему пиру. Холодные после ночи коридоры замка наполнились спешившими слугами. Тысяча дел должны были быть сделаны, дабы долгожданные гости остались довольны оказанным им приемом.
Замок будто ожил и преисполнился движением. Не было ни одного уголка в серых стенах, где бы не наводился порядок твердой рукой.
Кроме одного места.
В спальне дочерей негласного короля Севера, Эддарда Старка, слуг не было. Лишь его дочери готовились к встрече гостей, подбирая платья и укладывая свои волосы. Средняя дочь лорда, Лисса, уже была полностью готова и с недовольством смотрела на сестру-близняшку, даже не думавшую поторопиться.
Санса с отвращением смотрела на платье.
Она сидела на скамеечке у постели и, кажется, совсем не торопилась.
- Санса, нам скоро спускаться вниз, - напомнила Лисси.
- Я не могу, - капризно проныла, сморщив носик, сестрица. - У меня живот болит... я не могу приветствовать гостей!
- Хочешь, чтобы я сказала это отцу? - сухо спросила Лисса, неодобрительно подняв бровь вверх.
Уж что Лисса терпеть не могла, так это капризов Сансы. Она была просто несносна, когда не хотела что-то делать. Даже Арья не была столь упряма. Но младшей хоть это было простительно! Арью воспитывали как мальчика из-за отсутствия сыновей у отца. Да и Арье было всего двенадцать лет, а вот они с Сансой были уже девушками и капризно морщить носик, вести себя как малый ребенок, было недопустимо!
Тем более сейчас.
Почуяв угрозу в холодном голосе сестры, Санса враз надула губки.
- Я просто не хочу! - упрямо повторила она. - Это же гномы!! Приветствовать этих коротышек с кривыми ногами! Говорят, они с ног до головы покрыты шерстью!
Лисса чуть дар речи не потеряла от таких заявлений. А Санна и не подумала унять свой язычок:
- Поверить не могу, что отец хочет отдать меня им!! Я лучше умру! Я хочу в Серую Гавань! И чтобы моим женихом был принц Джофри, а не... а не... карлик! - последние слова прозвучали как плевок в лицо, и Лисса с ужасом представила, что вот это сестра выскажет гномам.
Это будет война.
Войны начинались и по меньшим вещам.
- Санса, нельзя так говорить! - воскликнула она, не зная, как донести такую простую мысль до сестры-близняшки. - Ты же их даже не видела!
- И не хочу! - капризно ответила та, отвернув острый носик в сторону. - И замуж не хочу!
- Санса, отец не говорил, что обещал ТЕБЯ, - возразила Лисса.
Правда, вот то, что стояло за этими словами, уже не понравилось самой Лиссе.
Рано или поздно, это случиться. Они выйдут замуж и уедут из Винтерфелла. В конце концов они достигли возраста. Ранний срок для замужества тринадцать лет, а им с Сансой почти пятнадцать. Одно утешало - отец не отдаст их тому, кто обидит их. В это Лисса верила.
И если отец предлагает брак гномам... возможно, не стоит противиться этому.
- Неужели? - пробормотала Санса, и неуверенно посмотрела на платье.
- Давай же, Санса! Одевайся, - подбодрила ее Лисса, почуяв ее слабость. - Это платье привезли из самих Серых Гаваней! Хочешь, я тебе помогу?
Взор сестры враз стал мечтательным.
- Вот бы побывать там! - вздохнула она, вставая. - Оказаться на балу и танцевать с принцем Джофри! В его роду были эльфы...
Лисса едва удержалась от того, чтобы не сказать грубость. На уме сестры был лишь прекрасный принц Джофри! А ведь она видела только лишь его портрет... что же будет, когда она увидит его воочию?
Девушка с досадой встряхнула длинными кудрями. Не о том она думает! Отец надеется на этот брак, что упрочит их силы перед Долгой Зимой, что приходит раз в тридцать лет. "Зима близко" - не уставал он повторять, и Лисса понимала, что стоит за этими словами. Это Санса могла витать в своих мечтах и перебирать платья, красуясь перед всеми, а Лисса знала, что платья и мечты ничего не стоят перед холодом зимы и голодом, перед нежитью, что валила из-за Стены вместе с орками. Пусть Мордор был окружен несокрушимой Стеной, но... даже она не могла сдержать зло.
Санса мечтала уехать с Севера и забыть обо всем, став принцессой.
Лисса же знала - она всегда останется дочерью Севера.
Может, они и были близнецами, но все же различались как земля и небо.
- Лисса! Ну помоги мне с платьем! - возмущенно воскликнула Санса, и девушка вздрогнула, вырываясь из плена своих мыслей.
Сестра уже скинула простое домашнее платьице и натянула расшитое золотом и серебром парчовое платье изумрудного цвета. Красивое... ох, привлечет к себе внимание Санса!
Впрочем, скромность иногда более привлекательней...
- Да, прости, Санса, - поспешила ей на помощь Лисса.
Вскоре Санса уже была готова и девушки торопливо покинули их общую спальню. Лисса про себя радовалась, что заранее оделась и уложила волосы, прихватив их шелковой лентой. Матушка будет ей недовольна - Кейтелин Старк полагала прически более приличествующими девицам благородного сословия. Но Лисса знала, что ее волосы единственные в ее облике могли привлечь взгляды. Лицо у нее, как и Сансы, было грубоватым и простым, а плечи слишком широки... вот только сестра полагала, что красивое платье и ее сделает красивым. Возможно это и было бы так, если бы дорогая сестрица не "прятала" свои волосы, заплетая их на южный манер в сложные прически. Эти прически делали ее лицо еще более круглым, а брови Сансы казались еще больше.
Нет, Лисса совсем не желала повторять Сансу в красоте.
Поэтому Лисса одела платье приглушенного темно-синего цвета со скромной, но очень изящной серебряной вышивкой, накинув на плечи легкий плащ светло-серого цвета. Рядом с сестрой она казалась скромной служанкой, но алые кудри, водопадом ложившиеся на плечи, сияли под холодными весенними лучами еще ярче на фоне светлого плаща.
И Лисса была привлекательней Сансы в глазах окружающих.
Стоило девушкам выйти во двор к главным воротам, как их тут же заметили. Отец одобрительно им кивнул, а Кейтелин Старк недовольно поджала губы. Сансу она любила сильнее других дочерей, и считала ее лучше и красивее... а вот Лисса могла отвлечь своим присутствием взгляды от Сансы. Но в этот раз Кейтелин не сказала ни слова, лишь молча указала дочерям встать рядом с ней.
Сегодня присутствие Лиссы хорошо для Сансы.
Чтобы не думал ее муж, а ее старшая дочь достойна большего, чем гном и замок-форпост между горами и Винтерфеллом на Севере.
- Едут!! - раздался крик со сторожевой башни, и Кейтелин Старк, вздрогнув, взволнованно посмотрела на мужа.
Нэд махнул рукой, отдавая приказ открыть ворота и с беспокойством огляделся.
- Арья! - громко позвал он.
- Я здесь, отец! - звонко отозвался девчоночий голос, и из-за толпы замковой стражи выскочила юркая, тонкая мальчишеская фигурка со шлемом на голове. "Мальчишка", одетый в камзол и с тонким мечом у пояса, подбежав к небольшой группе враз обернулся девчуркой с коротким ежиком волос. Санса тут же поморщилась, а Лисса не сдержала улыбки. Она всегда любила младшую сестру.
- Что это у тебя на голове? - улыбнулся отец, в миг сняв с головы младшей дочери старый шлем. - Думаю, это тебе не понадобиться сегодня.
Арья светло улыбнулась ему, а Эддард Старк оглядел своих детей, обменявшись взглядами с женой.
- Я жду от вас достоинства, - твердо сказал он дочерям. - Мы Старки, Короли Севера, помните об этом в эту встречу. Не уроните нашей чести перед гостями.
- Да, отец! - хором сказали его дочери.
- Арья, встань по правую руку от меня, как Наследница. Лисса, Санса... по левую руку от матери.
Стоило им занять свои места, как на башне затрубили в рог. Как только они стихли, стал слышен дробный цокот множества копыт и через открытые ворота замка во двор ворвались всадники на удивительных животных.
Лисса изумленно ахнула, во все глаза рассматривая явившихся всадников.
То, что это не люди, было ясно с первого взгляда. Даже восседая на своих удивительных скакунах, - удивительно крупных козлов с толстыми рогами, оседланные и со сбруей, - было заметно, что они все ниже обычного человека. Лисса, не отличавшаяся высоким ростом, была даже выше некоторых из них.
Но между тем гномы были удивительны.
Все они были в доспехах, закованные в латы, с тяжелыми топорами за плечами и с мечами у пояса. Длинные волосы у каждого заплетены в косы, и закреплены тяжелыми железными бусами со странными рунами. И бороды... бороды были у каждого.
Но между тем, Санса ошибалась.
Они не были ужасны и волосаты.
Некоторые люди выглядели куда устрашающе...
Лицо Лиссы осветила искренняя улыбка, когда от въехавшего во двор отряда к ним направились четверо гномов. Черноволосого Торина Дубощита, известного на Севере воина, твердой рукой уничтожавший на своих землях тварей из-за Стены, она опознала сразу. Как опознала и его верную тень - Двалина, по прозвищу Два Топора. Седобородого старого гнома она видела однажды мельком, когда он приезжал в Винтерфелл несколько недель назад. Имени его она не помнила. Уж он-то точно никак не угроза ни ей, ни сестре...
Но эти мысли тут же оставили девушку, когда она обратила внимание на четвертого гнома.
Он ехал позади Торина Дубощита и поводья его боевого скакуна были крепко зажаты в кулаке мрачного здоровяка Двалина Два-Топора. Какой-то удивительно худой, тонкий, по сравнению с другими гномами, он приковал к себе все внимание Лиссы, пропустившей мимо ушей приветствие отца и даже громкий ответ Торина Дубощита.
У четвертого была ранена рука. Он сидел в седле, бледный, и правая рука его, в серых бинтах, опиралась на луку седла. Улыбка исчезла с лица девушки. Что случилось? Неужели на них напали?!
Ноги Лиссы сами сделали шаг вперед, а руки потянулись к перебинтованной руке четвертого.
- Сир, вы ранены? - взволнованно сорвалось с языка.
В этот миг все, что заботило девушку, это он - чернявый гном с пронзительным взором карих глаз. Вздрогнувшем, когда ладонь девушки легла на его забинтованную руку. Будто ее прикосновение причинило ему боль.
И сопровождавшие четвертого гномы, и семья девушки, растерянно замешкались, а между тем черноволосый худой гном и человеческая девушка смотрели в глаза друг друга.
