В общем, я надеялся переночевать у тебя в доме, Ласар, послушать арфу, а потом обстоятельства так сложились, что мне нужно в Бругг. Я бесстыдно пользовался случаем, чтоб напомнить о себе, моя вина. Теперь, как я понимаю, ехать в гости некуда и незачем. Значит, едем на Лиман. В плавнях меня ждёт «Дракон».
-Значит, ты своего добился! - вздохнула Морин.
-Увезти жену ард-ри? Морин, да ты, я вижу, глупая.
-Видишь ли, Морин, Финварр хочет, чтобы я полюбила его. То, что он везёт меня в своей колеснице на свой корабль, чтоб доставить в своё логово в Бругге, его вовсе не греет, потому что яблоко само упало ему в руки — я полностью в его власти. Финварр, в прошлый раз меня оценили в девять коров, а лошадь, по-моему, и пяти не стоит. Не сильно дёшево?
- Лошадь стоит по-разному: от двух до ста пятидесяти, зависит от крови, стати, резвости и мощи. Самый дорогой жеребец обошёлся одному королю Филтиарнов в сто восемьдесят девять, но это было давно. Я отвезу тебя, куда пожелаешь. Ты права в одном: пир плоти без твоего желания мне претит, - огрызнулся Финварр. - К тому же, я не любитель запретных удовольствий. Не велика радость чувствовать, как шевелится твой плод.
- Беда в том, дядя, что я до сих пор не знаю, куда хочу доехать, - безмятежно улыбнулась Зарина. - В Рыбной долине, по-моему, безопаснее всего.
- Тебе и так ничто не угрожало, - Финварру стало неловко из-за того, что ляпнул вслух самое сокровенное. - Но там, где ты, никто не будет в безопасности, Ласар. Увезти тебя подальше — вот лучший выход. Куда бы я тебя не отвёз, везде ты будешь причиной раздоров и воин. В Бругге Аод МакМаэл, немедля, отнимет тебя, чтобы сделать женой своего старшего сына Этерскела. Если мы станем искать защиты у Баррфина, короля Гаинвеат, он сам возьмёт тебя второй женой, в свиту к скучной вечно брюхатой Фионе. Если ты задержишься здесь, рано или поздно тебя приведут к Ардалу, королю Горных муме, и он тебя увезёт за море, вместе с остальной добычей, которую возьмёт в Лохланне. При любом исходе, я умру от тоски. Примерно так.
- Значит, твои родичи тебе дороже, чем я? - Зарина посмотрела на филида с насмешкой.
- Родство — единственное из ниспосланного судьбой, чего нельзя купить, взять в долг или подарить, а отвергнуть — только вместе с честью. Я не повёз бы тебя на родовые земли даже под страхом лютой смерти.
- Не лучше ли тогда вернуть жену мужу? - спросила Морин.
- Кормаку-то? Привезти беременную женщину в осаждённую крепость? - Финварр не скрывал раздражения.
- Ты знаешь, Финварр, я вовсе не хочу менять своё шило на ваше мыло. Я не знаю ни Этерскела, ни Ардала, а Баррфина — только в лицо, и он почти что твой ровесник. До сегодняшнего дня я думала, что знаю тебя. Я ошибалась.
- То, к чему ты взываешь, касается только меня и тебя, и никак не людей, которые выбрали меня своим щитом, - Финварр был уязвлён. - В тебе вся моя жизнь. Но, если я умру, от меня будет мало проку, да и нужна ли мертвецу жена? Я предложил тебе три безопасных выхода. Морин нашла четвёртый, сумасбродный и величественный. Все они вырвут мне сердце. Я сделаю так, как ты хочешь.
Зарина не ответила. Снег прекратился, но лес по-прежнему был окутан туманом. Морин, скорчившаяся на дне кузова, молча прижималась к хозяйке щекой.
- Могу я узнать, в конце концов, что именно случилось в доме и что вас толкнуло на это безумное бегство? - наконец спросил Финварр.
- А тебе не кажется, что с этого нужно было начать? - Зарина продолжала обижаться.
- Послушай, Ласар! Тебе не кажется необычным, что две женщины хорошего происхождения удирают из дома во время набега? Причём одна из них, высокородная и замужняя, к тому же беременная, обрезала волосы и переоделась в грязное тряпьё какого-то вахлака. Каким-то чудом эти безумицы смогли дойти до дороги в земли родственного клана, но явно не успевали добраться до жилья до темноты. И, вместо того, чтобы просить помощи, прятались в лесу от каждого встречного. А если бы я не увидел ваших следов на снегу?
- Если бы да кабы во рту бы выросли грибы, то был бы не рот, а целый огород! - фыркнула Зарина.
- Дом ещё цел, - ответила за неё Морин. - Линшех открыл подземелье, туда спустили всё добро и спрятали женщин. Скот погнали в Рыбную долину через каменное море. Госпоже Ласар стало дурно от темноты и тесноты, Шед сказала, что может случится выкидыш. Что нам ещё оставалось? Мы подумали, никто не обратит внимание на неряшливого мальчика. Волосы пришлось обрезать. Усадьба короля сгорела.
- Впервые слышу, чтобы от темноты люди испытывали телесные муки, - голос Финварра смягчился.
- В замке в прошлом году Айне, прачку, шутки ради заперли в сундуке. Она так и не оправилась от страха — речь отнялась, хотя девица и пробыла взаперти совсем недолго.
- Какая-то глупость, - Финварр был обескуражен.
- Эта болезнь достаточно редка, - неохотно объяснила Зарина. - В замкнутом тесном помещении в темноте начинаешь чувствовать, что грудь стянута ремнём, ни вдохнуть, ни выдохнуть. Мой брат тоже болен, и гораздо тяжелее — я, хотя бы, могу соображать, а он теряет рассудок от ужаса.
- Неприятно, - согласился Финварр. - Муме всё-таки захватили твой дом?
- Думаю, они в нём побывали. Они повсюду в долине. Нам чудом удалось ускользнуть.
- Почему ты вообще решилась бежать? Я бы ещё понял, если бы ты любила Кормака. Муме ничего бы тебе не сделали.
- А ребёнку? - усомнилась Морин.
- Плод на слишком позднем сроке, чтобы его можно было погубить, не навредив матери. Ардал позволил бы ему родиться и воспитал его сам, в ненависти и презрении к отцу и его народу. Что за дело тебе до МакИнтайров, Ласар?
- Понимаешь, Финварр, есть разница между нашими обычаями, - Зарина не скрывала разочарования. - У каждого народа есть проступки, которые оправдания не имеют. Для меня самый непростительный грех — предать того, кто мне доверился. Это гораздо хуже, чем исполнить долг, поставив под удар родственников. Вы же поклялись Кормаку в верности, вы сами его выбрали ард-ри! Вы так и будете ждать, пока муме разорят всех МакИнтайров, одних за другими?
- Иногда лучше хорошо бежать, чем плохо выстоять... Ладно, я понял тебя, и это уже хорошо. Что ты решила?
- Я разделю судьбу мужа, какой бы она ни была.
- У Кормака всего две сотни бойцов, из них МакИнтайров — человек сорок, лучники, мальчишки, у которых только-только пробилась борода. Росс в Круахане. То, что война с муме неизбежна, знали все, никто не ждал её в начале весны. К Бельтене МакМаэлы должны были прислать тридцать сотен копий, Филтиарны, Подгорные и Озёрные МакИнтайры — лучников, горцы — убойный и дойный скот, а Побережье и Гаинвеат — корабли. Росс поехал в Круахан сговориться, чтоб король Коннаута перекрыл дороги на равнину и занял броды на Эвон. Весной не воюют, это против правил и здравого смысла.
- Поэтому муме пришли весной. Вы их не ждали, - сказала Зарина, - а они готовились. Я могу чего-то не знать, но, по-моему, любая война заканчивается, когда король убит или захвачен. Или я ошибаюсь?
- Не ошибаешься, - согласился Финварр. - Время они выбрали самое удачное, слов нет. У меня сил не хватит даже чтобы удержать долину, я ничем не смогу помочь. К тому же, я поручил дела клана Майне Ахромвилю, ему решать. До земель МакМаэлов нарочный доберётся за день с небольшим, Аоду с войском идти сюда четыре ночёвки, только он не придёт, Ласар. И Баррфин не придёт. Как и горные кланы. Кормак будет хлебать это пойло сам, и даже Росс, успей он вернуться, ничего не сможет поделать.
- Зачем его выбирали, Финварр? - голос Зарины стал звонким. - Он слишком простодушен и не слишком твёрд. Если есть среди ваших вождей самый неподходящий, то это он. Да он и в собственной усадьбе не хозяин!
- Женщина, тебе это и в самом деле нужно знать?
- Иначе я бы не спрашивала.
- Ласар, не лезь в это дело, это просьба! Среди тех, кто выбирал твоего мужа, есть очень опасные, жестокие и бессовестные люди. Были веские причины, почему именно Кормак должен был встать на камень. Он, прямо говорю, слишком глуп, чтоб что-то заподозрить. И эти люди отправят в Котёл, не задумываясь, всякого, кто попытается встать на их пути. Последние лет пять храбрецы и умники у нас пропадают, а потом находят мёртвые тела со следами мучений. Считали, что это дело рук Риана Оурана — он-то точно не знал жалости. Увы, с его смертью убийства не прекратились. Такие дела.
- Разве можно говорить такое! - возмутилась Морин.
- Можно, если я больше не буду полезен её мужу. Мертвецам и пленникам не нужен личный филид, а Энгус попытается избавиться от меня, как только предоставится случай. Я же соперник его сына, к тому же счастливый.
- Глупости! - вспылила Зарина.
- Так говорят. Как только он возьмёт власть, мне лучше держаться от Тэурах подальше. Я и домой-то из Бругга смогу добираться только через Подгорье, «Дракон» и сейчас не может открыто причалить на косе, Йарлу боится за своих людей.
- Между прочим, мой муж ещё жив, а ты уже распорядился его брошью!
- Прекрати его цеплять, госпожа. Он нас прогонит, - громко прошептала Морин.
- Не прогонит.
- Не прогоню, - согласился Финварр. - И даже не проучу, а следовало бы пройтись по тебе хлыстом разок-другой. Я полюбил самую вздорную, своенравную и упрямую красотку в ГиБрашиле. Раньше ты казалась мне образцом женской мудрости и добронравия. Как я ошибался! Где были мои глаза? За то и буду мучиться теперь.
Дорога распалась натрое. Зарина остановила коней.
- Налево пойдешь — богат будешь. Направо пойдёшь — женат будешь. Прямо пойдёшь — буйну голову сложишь. Это в наших сказках. Сюжет называется витязь на распутье.
- Левая дорога приведёт в Мокрый лес, свинское пастбище. Правая — по границе земель твоего мужа выведет на равнину, и там мы непременно встретим муме. Как ни прискорбно, наш путь лежит прямо. Мы тоже окажемся на равнине, только не на берегу Таналах, а на Рыбной реке. Там есть тайные пристани у моего народа. Если кони выдержат, завтра нас подберёт корабль и мы успеем выйти в море, если повезёт. Так много «если».
- Морин, тебе придётся одеться мальчиком. Йарлу-кормчий не разрешает подниматься на борт в долгополом платье, - Зарина напугала Морин.
- Прекрати дразнить бедную женщину! - Финварр рассердился. - Её поступки безупречны, в отличии от твоих.
Средняя дорога была обихожена так же хорошо, как большак: вымощена, кустарник по обочине вырублен с осени, а канавы вычищены. Крутые холмы сбегали к широкой бурной реке, бурой от талых вод. Берег и все пологие склоны густо заросли лесом, встречались и рощи больших деревьев, но в основном вдоль дороги теснился молодняк белолистки, осины и груши. В воздухе остро пахло мокрыми почками. Туман украл пространство. Зарина не видела ни лесистых валов Подгорья, штурмовавших Альб, увенчанный ледниками, ни обширную равнину, которой владел клан Финварра, ни болотистой дельты Рыбной реки, разливавшейся огромным лиманом — морем камыша, тростников и рогоза, ни увалов Водораздельного хребта, за которым обитало племя МакМаэлов. Даже река внизу то и дело скрывалась в сырой дымке. Финварр закашлялся.
- Ты простыл? - озабоченно спросила Зарина.
- Не беспокойся. Все, кто, как я, полжизни проводят в дороге, частенько болеют на старости лет. Трухлявое дерево долго скрипит.
- Я не считаю тебя таким уж старым.
- Ну да, я же почти ровесник Баррфину — ему, кажется, всего сорок пять.
- Как вы можете думать о таких вещах, когда всё кругом валится? - не выдержала Морин.
-Морин, с некоторых пор я вообще мало о ком думаю, кроме твоей хозяйки. Возраст и нездоровье — вот главные из моих несчастий. Всё остальное в руках моего слуги Дайхана, да убережёт его Монгвин от случайного лиха. Что проку себя изводить из-за того, что не изменишь?
- Мне кажется, что вот тот обрыв — самое место для засады. Оттуда нас могут забросать камнями, - возразила приживалка.
- Морин, какого цвета мой плащ? Олава не убивают просто так. Особенно муме.
- Но ведь ты — не оллав.
- Ты думаешь, что, пройди я проклятые испытания, смог бы сделать вас невидимками или превратить в куниц, чтоб мы все трое удрали по веткам? Нет, лучше в лебедей.
- В куниц лучше. Они ловко прячутся, - высказалась Зарина, - а лебедя нетрудно сбить камнем из пращи.
- Я думаю, что муме всё-равно, прошёл ты испытания или нет, - возразила Морин.
- Ну и зачем им сдались разбитая колесница и покалеченные лошади? - Финварр поддерживал показную весёлость.
- Могут из лука выстрелить, - Зарина присмотрелась к нависающим жёлтым скалам, под которыми, как будто, угадывалась полка.
- Муме не пользуются луками. В их горах не растут ни вяз, ни тис, пригодные для лука, зато целые россыпи валунов и гальки. Средний муме попадёт в человека из пращи со ста шагов, а с пятидесяти — точно в голову. Да и место неподходящее — придётся стрелять сквозь ветки.
Дорога скатилась в ложбину и круто изогнулась, огибая замшелый обломок скалы.
- Нет, ну это вообще ни в какие ворота не лезет! Мы обязаны принести жертвы. Это же Святой Камень, - вспылила Морин.
- Морин, Святой Камень не погонится за тобой и даже не обидится, если ты проедешь мимо, - Финварр не хотел терять время.
Зарина осадила коней и спросила.
- А что значит принести жертвы?
- Да перекусить под ним и плеснуть вина ему на бок, хлопнуть в ладоши и прочесть молитву, - филид уже не скрывал раздражения.
- Если у нас есть еда и вино, то надо так и сделать.
- В ящике под твоим сидением. Мы никогда не отправляемся в путь без припасов. Едешь на день — бери на три дня, - вздохнул Финварр. - Послушайте, я одного хочу — чтобы это приключение скорее закончилось. Так что не рассиживайтесь!
Морин было совершенно безразлично его настроение. Она угомонилась лишь после того, как камень был накормлен и напоен, и с ним была разделена трапеза. Финварру кусок не шёл в горло — или он чувствовал, как набухает болезнь? У Зарины текло из носа. Бегство по ледяной воде ручья и последующее хождение в мокрой обуви взяли своё.
Дорога обняла последний отрог, и колесница покатилась по ровному. Ворон снова встревоженно каркнул. И Зарина, и Морин уже научились отличать его голос — более низкий, трубный и басовитый, чем у его обычных собратьев. Финварр напрягся.
- Возвращаемся? - шепотом спросила Зарина, придерживая усталых коней. Они охотно остановились.
- Нас ведут от самого начала теснины. Впереди Терновый брод. Там засада. На броде, скорее всего, только поединщик, а сколько муме рассыпалось в горах, бесы знают. Ну вот что, юные девы, вы наварили пойла, которое нам сейчас придётся пить. Морин, ты - Бан Ви, не вздумай забыть. Веди себя, как всегда, то есть, как воспитанная женщина. Ты же, Ласар, так и будешь Лашран, мой возница. Не перечь и не трясись, что бы ни произошло — твоя забота, чтоб лошади тебе повиновались. Сделаешь в точности, как я скажу, останетесь целы и невредимы.
- Ты примешь вызов? - подбородок Морин дрогнул.
- Постараюсь решить миром. Не получится — вызову сам. Не реви! Один поединщик всяко лучше, чем весь его отряд, - Финварр натянул кожаные перчатки.
Зарина хлопнула вожжами по крупам коней и тронула хлыстом понурого гнедого. Терновая балка распахнулась перед ними. Ворон камнем упал на скалу, нависавшую над священным источником.
-Значит, ты своего добился! - вздохнула Морин.
-Увезти жену ард-ри? Морин, да ты, я вижу, глупая.
-Видишь ли, Морин, Финварр хочет, чтобы я полюбила его. То, что он везёт меня в своей колеснице на свой корабль, чтоб доставить в своё логово в Бругге, его вовсе не греет, потому что яблоко само упало ему в руки — я полностью в его власти. Финварр, в прошлый раз меня оценили в девять коров, а лошадь, по-моему, и пяти не стоит. Не сильно дёшево?
- Лошадь стоит по-разному: от двух до ста пятидесяти, зависит от крови, стати, резвости и мощи. Самый дорогой жеребец обошёлся одному королю Филтиарнов в сто восемьдесят девять, но это было давно. Я отвезу тебя, куда пожелаешь. Ты права в одном: пир плоти без твоего желания мне претит, - огрызнулся Финварр. - К тому же, я не любитель запретных удовольствий. Не велика радость чувствовать, как шевелится твой плод.
- Беда в том, дядя, что я до сих пор не знаю, куда хочу доехать, - безмятежно улыбнулась Зарина. - В Рыбной долине, по-моему, безопаснее всего.
- Тебе и так ничто не угрожало, - Финварру стало неловко из-за того, что ляпнул вслух самое сокровенное. - Но там, где ты, никто не будет в безопасности, Ласар. Увезти тебя подальше — вот лучший выход. Куда бы я тебя не отвёз, везде ты будешь причиной раздоров и воин. В Бругге Аод МакМаэл, немедля, отнимет тебя, чтобы сделать женой своего старшего сына Этерскела. Если мы станем искать защиты у Баррфина, короля Гаинвеат, он сам возьмёт тебя второй женой, в свиту к скучной вечно брюхатой Фионе. Если ты задержишься здесь, рано или поздно тебя приведут к Ардалу, королю Горных муме, и он тебя увезёт за море, вместе с остальной добычей, которую возьмёт в Лохланне. При любом исходе, я умру от тоски. Примерно так.
- Значит, твои родичи тебе дороже, чем я? - Зарина посмотрела на филида с насмешкой.
- Родство — единственное из ниспосланного судьбой, чего нельзя купить, взять в долг или подарить, а отвергнуть — только вместе с честью. Я не повёз бы тебя на родовые земли даже под страхом лютой смерти.
- Не лучше ли тогда вернуть жену мужу? - спросила Морин.
- Кормаку-то? Привезти беременную женщину в осаждённую крепость? - Финварр не скрывал раздражения.
- Ты знаешь, Финварр, я вовсе не хочу менять своё шило на ваше мыло. Я не знаю ни Этерскела, ни Ардала, а Баррфина — только в лицо, и он почти что твой ровесник. До сегодняшнего дня я думала, что знаю тебя. Я ошибалась.
- То, к чему ты взываешь, касается только меня и тебя, и никак не людей, которые выбрали меня своим щитом, - Финварр был уязвлён. - В тебе вся моя жизнь. Но, если я умру, от меня будет мало проку, да и нужна ли мертвецу жена? Я предложил тебе три безопасных выхода. Морин нашла четвёртый, сумасбродный и величественный. Все они вырвут мне сердце. Я сделаю так, как ты хочешь.
Зарина не ответила. Снег прекратился, но лес по-прежнему был окутан туманом. Морин, скорчившаяся на дне кузова, молча прижималась к хозяйке щекой.
- Могу я узнать, в конце концов, что именно случилось в доме и что вас толкнуло на это безумное бегство? - наконец спросил Финварр.
- А тебе не кажется, что с этого нужно было начать? - Зарина продолжала обижаться.
- Послушай, Ласар! Тебе не кажется необычным, что две женщины хорошего происхождения удирают из дома во время набега? Причём одна из них, высокородная и замужняя, к тому же беременная, обрезала волосы и переоделась в грязное тряпьё какого-то вахлака. Каким-то чудом эти безумицы смогли дойти до дороги в земли родственного клана, но явно не успевали добраться до жилья до темноты. И, вместо того, чтобы просить помощи, прятались в лесу от каждого встречного. А если бы я не увидел ваших следов на снегу?
- Если бы да кабы во рту бы выросли грибы, то был бы не рот, а целый огород! - фыркнула Зарина.
- Дом ещё цел, - ответила за неё Морин. - Линшех открыл подземелье, туда спустили всё добро и спрятали женщин. Скот погнали в Рыбную долину через каменное море. Госпоже Ласар стало дурно от темноты и тесноты, Шед сказала, что может случится выкидыш. Что нам ещё оставалось? Мы подумали, никто не обратит внимание на неряшливого мальчика. Волосы пришлось обрезать. Усадьба короля сгорела.
- Впервые слышу, чтобы от темноты люди испытывали телесные муки, - голос Финварра смягчился.
- В замке в прошлом году Айне, прачку, шутки ради заперли в сундуке. Она так и не оправилась от страха — речь отнялась, хотя девица и пробыла взаперти совсем недолго.
- Какая-то глупость, - Финварр был обескуражен.
- Эта болезнь достаточно редка, - неохотно объяснила Зарина. - В замкнутом тесном помещении в темноте начинаешь чувствовать, что грудь стянута ремнём, ни вдохнуть, ни выдохнуть. Мой брат тоже болен, и гораздо тяжелее — я, хотя бы, могу соображать, а он теряет рассудок от ужаса.
- Неприятно, - согласился Финварр. - Муме всё-таки захватили твой дом?
- Думаю, они в нём побывали. Они повсюду в долине. Нам чудом удалось ускользнуть.
- Почему ты вообще решилась бежать? Я бы ещё понял, если бы ты любила Кормака. Муме ничего бы тебе не сделали.
- А ребёнку? - усомнилась Морин.
- Плод на слишком позднем сроке, чтобы его можно было погубить, не навредив матери. Ардал позволил бы ему родиться и воспитал его сам, в ненависти и презрении к отцу и его народу. Что за дело тебе до МакИнтайров, Ласар?
- Понимаешь, Финварр, есть разница между нашими обычаями, - Зарина не скрывала разочарования. - У каждого народа есть проступки, которые оправдания не имеют. Для меня самый непростительный грех — предать того, кто мне доверился. Это гораздо хуже, чем исполнить долг, поставив под удар родственников. Вы же поклялись Кормаку в верности, вы сами его выбрали ард-ри! Вы так и будете ждать, пока муме разорят всех МакИнтайров, одних за другими?
- Иногда лучше хорошо бежать, чем плохо выстоять... Ладно, я понял тебя, и это уже хорошо. Что ты решила?
- Я разделю судьбу мужа, какой бы она ни была.
- У Кормака всего две сотни бойцов, из них МакИнтайров — человек сорок, лучники, мальчишки, у которых только-только пробилась борода. Росс в Круахане. То, что война с муме неизбежна, знали все, никто не ждал её в начале весны. К Бельтене МакМаэлы должны были прислать тридцать сотен копий, Филтиарны, Подгорные и Озёрные МакИнтайры — лучников, горцы — убойный и дойный скот, а Побережье и Гаинвеат — корабли. Росс поехал в Круахан сговориться, чтоб король Коннаута перекрыл дороги на равнину и занял броды на Эвон. Весной не воюют, это против правил и здравого смысла.
- Поэтому муме пришли весной. Вы их не ждали, - сказала Зарина, - а они готовились. Я могу чего-то не знать, но, по-моему, любая война заканчивается, когда король убит или захвачен. Или я ошибаюсь?
- Не ошибаешься, - согласился Финварр. - Время они выбрали самое удачное, слов нет. У меня сил не хватит даже чтобы удержать долину, я ничем не смогу помочь. К тому же, я поручил дела клана Майне Ахромвилю, ему решать. До земель МакМаэлов нарочный доберётся за день с небольшим, Аоду с войском идти сюда четыре ночёвки, только он не придёт, Ласар. И Баррфин не придёт. Как и горные кланы. Кормак будет хлебать это пойло сам, и даже Росс, успей он вернуться, ничего не сможет поделать.
- Зачем его выбирали, Финварр? - голос Зарины стал звонким. - Он слишком простодушен и не слишком твёрд. Если есть среди ваших вождей самый неподходящий, то это он. Да он и в собственной усадьбе не хозяин!
- Женщина, тебе это и в самом деле нужно знать?
- Иначе я бы не спрашивала.
- Ласар, не лезь в это дело, это просьба! Среди тех, кто выбирал твоего мужа, есть очень опасные, жестокие и бессовестные люди. Были веские причины, почему именно Кормак должен был встать на камень. Он, прямо говорю, слишком глуп, чтоб что-то заподозрить. И эти люди отправят в Котёл, не задумываясь, всякого, кто попытается встать на их пути. Последние лет пять храбрецы и умники у нас пропадают, а потом находят мёртвые тела со следами мучений. Считали, что это дело рук Риана Оурана — он-то точно не знал жалости. Увы, с его смертью убийства не прекратились. Такие дела.
- Разве можно говорить такое! - возмутилась Морин.
- Можно, если я больше не буду полезен её мужу. Мертвецам и пленникам не нужен личный филид, а Энгус попытается избавиться от меня, как только предоставится случай. Я же соперник его сына, к тому же счастливый.
- Глупости! - вспылила Зарина.
- Так говорят. Как только он возьмёт власть, мне лучше держаться от Тэурах подальше. Я и домой-то из Бругга смогу добираться только через Подгорье, «Дракон» и сейчас не может открыто причалить на косе, Йарлу боится за своих людей.
- Между прочим, мой муж ещё жив, а ты уже распорядился его брошью!
- Прекрати его цеплять, госпожа. Он нас прогонит, - громко прошептала Морин.
- Не прогонит.
- Не прогоню, - согласился Финварр. - И даже не проучу, а следовало бы пройтись по тебе хлыстом разок-другой. Я полюбил самую вздорную, своенравную и упрямую красотку в ГиБрашиле. Раньше ты казалась мне образцом женской мудрости и добронравия. Как я ошибался! Где были мои глаза? За то и буду мучиться теперь.
Дорога распалась натрое. Зарина остановила коней.
- Налево пойдешь — богат будешь. Направо пойдёшь — женат будешь. Прямо пойдёшь — буйну голову сложишь. Это в наших сказках. Сюжет называется витязь на распутье.
- Левая дорога приведёт в Мокрый лес, свинское пастбище. Правая — по границе земель твоего мужа выведет на равнину, и там мы непременно встретим муме. Как ни прискорбно, наш путь лежит прямо. Мы тоже окажемся на равнине, только не на берегу Таналах, а на Рыбной реке. Там есть тайные пристани у моего народа. Если кони выдержат, завтра нас подберёт корабль и мы успеем выйти в море, если повезёт. Так много «если».
- Морин, тебе придётся одеться мальчиком. Йарлу-кормчий не разрешает подниматься на борт в долгополом платье, - Зарина напугала Морин.
- Прекрати дразнить бедную женщину! - Финварр рассердился. - Её поступки безупречны, в отличии от твоих.
Средняя дорога была обихожена так же хорошо, как большак: вымощена, кустарник по обочине вырублен с осени, а канавы вычищены. Крутые холмы сбегали к широкой бурной реке, бурой от талых вод. Берег и все пологие склоны густо заросли лесом, встречались и рощи больших деревьев, но в основном вдоль дороги теснился молодняк белолистки, осины и груши. В воздухе остро пахло мокрыми почками. Туман украл пространство. Зарина не видела ни лесистых валов Подгорья, штурмовавших Альб, увенчанный ледниками, ни обширную равнину, которой владел клан Финварра, ни болотистой дельты Рыбной реки, разливавшейся огромным лиманом — морем камыша, тростников и рогоза, ни увалов Водораздельного хребта, за которым обитало племя МакМаэлов. Даже река внизу то и дело скрывалась в сырой дымке. Финварр закашлялся.
- Ты простыл? - озабоченно спросила Зарина.
- Не беспокойся. Все, кто, как я, полжизни проводят в дороге, частенько болеют на старости лет. Трухлявое дерево долго скрипит.
- Я не считаю тебя таким уж старым.
- Ну да, я же почти ровесник Баррфину — ему, кажется, всего сорок пять.
- Как вы можете думать о таких вещах, когда всё кругом валится? - не выдержала Морин.
-Морин, с некоторых пор я вообще мало о ком думаю, кроме твоей хозяйки. Возраст и нездоровье — вот главные из моих несчастий. Всё остальное в руках моего слуги Дайхана, да убережёт его Монгвин от случайного лиха. Что проку себя изводить из-за того, что не изменишь?
- Мне кажется, что вот тот обрыв — самое место для засады. Оттуда нас могут забросать камнями, - возразила приживалка.
- Морин, какого цвета мой плащ? Олава не убивают просто так. Особенно муме.
- Но ведь ты — не оллав.
- Ты думаешь, что, пройди я проклятые испытания, смог бы сделать вас невидимками или превратить в куниц, чтоб мы все трое удрали по веткам? Нет, лучше в лебедей.
- В куниц лучше. Они ловко прячутся, - высказалась Зарина, - а лебедя нетрудно сбить камнем из пращи.
- Я думаю, что муме всё-равно, прошёл ты испытания или нет, - возразила Морин.
- Ну и зачем им сдались разбитая колесница и покалеченные лошади? - Финварр поддерживал показную весёлость.
- Могут из лука выстрелить, - Зарина присмотрелась к нависающим жёлтым скалам, под которыми, как будто, угадывалась полка.
- Муме не пользуются луками. В их горах не растут ни вяз, ни тис, пригодные для лука, зато целые россыпи валунов и гальки. Средний муме попадёт в человека из пращи со ста шагов, а с пятидесяти — точно в голову. Да и место неподходящее — придётся стрелять сквозь ветки.
Дорога скатилась в ложбину и круто изогнулась, огибая замшелый обломок скалы.
- Нет, ну это вообще ни в какие ворота не лезет! Мы обязаны принести жертвы. Это же Святой Камень, - вспылила Морин.
- Морин, Святой Камень не погонится за тобой и даже не обидится, если ты проедешь мимо, - Финварр не хотел терять время.
Зарина осадила коней и спросила.
- А что значит принести жертвы?
- Да перекусить под ним и плеснуть вина ему на бок, хлопнуть в ладоши и прочесть молитву, - филид уже не скрывал раздражения.
- Если у нас есть еда и вино, то надо так и сделать.
- В ящике под твоим сидением. Мы никогда не отправляемся в путь без припасов. Едешь на день — бери на три дня, - вздохнул Финварр. - Послушайте, я одного хочу — чтобы это приключение скорее закончилось. Так что не рассиживайтесь!
Морин было совершенно безразлично его настроение. Она угомонилась лишь после того, как камень был накормлен и напоен, и с ним была разделена трапеза. Финварру кусок не шёл в горло — или он чувствовал, как набухает болезнь? У Зарины текло из носа. Бегство по ледяной воде ручья и последующее хождение в мокрой обуви взяли своё.
Дорога обняла последний отрог, и колесница покатилась по ровному. Ворон снова встревоженно каркнул. И Зарина, и Морин уже научились отличать его голос — более низкий, трубный и басовитый, чем у его обычных собратьев. Финварр напрягся.
- Возвращаемся? - шепотом спросила Зарина, придерживая усталых коней. Они охотно остановились.
- Нас ведут от самого начала теснины. Впереди Терновый брод. Там засада. На броде, скорее всего, только поединщик, а сколько муме рассыпалось в горах, бесы знают. Ну вот что, юные девы, вы наварили пойла, которое нам сейчас придётся пить. Морин, ты - Бан Ви, не вздумай забыть. Веди себя, как всегда, то есть, как воспитанная женщина. Ты же, Ласар, так и будешь Лашран, мой возница. Не перечь и не трясись, что бы ни произошло — твоя забота, чтоб лошади тебе повиновались. Сделаешь в точности, как я скажу, останетесь целы и невредимы.
- Ты примешь вызов? - подбородок Морин дрогнул.
- Постараюсь решить миром. Не получится — вызову сам. Не реви! Один поединщик всяко лучше, чем весь его отряд, - Финварр натянул кожаные перчатки.
Зарина хлопнула вожжами по крупам коней и тронула хлыстом понурого гнедого. Терновая балка распахнулась перед ними. Ворон камнем упал на скалу, нависавшую над священным источником.
