Собрав немногие вещи, Карника покинула дом. Направилась к конюшне, где ее ждал Ошеро. Они взяли лошадь Карники и еще одну лошадь.
Уже целую неделю беглецы жили в Солнечном. Карника снова устроилась наставницей девочки, а Ошеро сидел в съемном доме. Ему тоже хотелось устроиться на работу, но Карника боялась за него больше, чем за себя. Кто-то мог опознать беглого подневольного, тем более Ошеро несколько раз возил в город господина Нарринга, заменяя кучера. Ошеро злился на заточение и требовал немедленного отъезда. Карника же хотела накопить денег. Люди несколько раз ссорились.
Ошеро все больше убеждал себя в неправильном поступке. Его беспокоило не столько собственное положение беглого, сколько положение женщины с мальчиками, которых он оставил. Что сделает с ними господин Нарринг? Живы ли они теперь? Ответственность семьи за сбежавшего подневольного была огромной. Ошеро охватило уныние, передавшееся Карнике. Она не находила слов утешения для любимого человека. Часто Карника вместо утешения выражала недовольство и ревность. Ей казалось, что Ошеро не любит ее так же сильно, как раньше. Ошеро обижался на упреки и заверял Карнику в прежних чувствах. Карника же не верила ему и сомневалась, что хочет стать женой Ошеро.
Вместо радости обретения друг друга в доме поселилась тоска.
За всеми событиями Карника забыла о снившемся мужчине. Когда она покинула дом приличия, он перестал досаждать ей. Она больше не думала ни о нем, ни о своих подругах, ставших его жертвами. Между тем, официально подошло к концу ее обучение и обучение девушек ее группы. На днях они должны будут покинуть госпожей Ланор и ставший родным дом приличия. Карника хотела бы побывать на выпускном балу, но она сама изменила планы.
Сегодня, после очередной ссоры с Ошеро, Карнике вновь приснился мужчина.
Они находились не в комнате с камином, а в оружейной комнате. Карника смотрела вокруг и восхищалась. Она не видела столько оружия сразу. По трем стенам были развешаны: кинжала, мечи, топоры, луки, пращи. Было несколько щитов и пара шлемов.
— Вы пользовались всем этим? — спросила восхищенная Карника у следившего за ней мужчины.
— Нет, конечно, — засмеялся он. — Оно вовсе не мое.
— Почему же оно у Вас, а не у владельцев? Вы его украли?
— Тоже нет, девочка моя. Я его сохраняю, скажем так.
— Для кого? — Карника не могла понять.
— Для будущих хозяев, точнее хозяек.
— Хозяек? — удивилась Карника. — Разве девушкам необходимо владеть оружием? Их во все времена защищают мужчины.
— Разве женщине не хочется постоять за себя наравне с мужчиной? Тебе, например?
— Не думала об этом прежде, — призналась Карника, не понимая значения начатого разговора. — В схватке с мужчиной женщина проиграет.
— Смотря какая женщина. Хорошо подготовленная даст отпор обычному мужчине. Возьми какое-нибудь оружие.
— Зачем? — Карника почувствовала желание покинуть комнату.
— Не бойся, — вкрадчиво сказал мужчина. — Я же вижу твой восхищенный взгляд. Всем этим оружием пользовались исключительно женщины. Они были не старше тебя, так что оно придется по руке.
— Но мне вовсе не хочется брать его в руки, — упиралась Карника, сама не зная причины.
Мужчина нахмурил брови. В ту же секунду нестерпимой болью отозвалось левое плечо Карники, как будто к нему приложили горячий уголек. В памяти всплыл сон, когда мужчина ожог ее у камина.
— Вы делаете мне больно, — морщась от боли, сквозь слезы проговорила девушка.
— Выполни просьбу, и боль пройдет.
Карника подошла к одному из кинжалов и взяла в правую руку.
Рукоятка удобна легла в ладонь, а сама Карника ощутила прилив сил и уверенность в себе. Оружие казалось продолжением ее руки. Если бы сейчас мужчина причинил ей боль, то она без раздумий вонзила бы кинжал в его сердце. Лезвие легонько завибрировало, соглашаясь с хозяйкой. Карника испугалась внезапно пришедшей мысли. Мысль была не ее, она была навеяна взятым оружием.
— Очень хорошо, — кивнул мужчина. — Лучше, чем у Светлины.
— Что лучше? — Карника повесила кинжал на место и вздохнула с облегчением.
— Оружие признало тебя своею. Светлине пришлось несколько раз выбирать оружие. Оно причиняло ей боль. Ты же сделала выбор с первого раза.
— Что дальше?
— Скоро узнаешь. Пока что живи, как все.
Карника проснулась и с ужасом обнаружила, что находится на улице в незнакомой части Солнечного. За два года обучения воспитанницы всего несколько раз покидали дом приличия и не заходили так далеко. Карника огляделась по сторонам. Ни в одном доме не горел огонь. Жители спали и не у кого было спросить дорогу на нужную улицу. Придется идти наугад либо дожидаться рассвета. Как же она объяснит, что пришла сюда и не может вернуться обратно? Не рассказывать же о сне и мужчине, который неведомо как перенес ее из дома. Вспомнилась Светлина, неизвестно как покинувшая ночью дом приличия и найденная в городе. То же самое повторилось теперь с ней. Чего добивается мужчина? Почему именно девушки из дома приличия интересуют мага: сначала Светлина, потом Занна, теперь она. В том, что мужчина является сильным магом, нет никаких сомнений. Его магию не может обнаружить обычный маг, хотя это противоречит всем правилам магии.
Еще раз оглядевшись по сторонам в надежде увидеть позднего прохожего и сверившись с луной, Карника пошла по улице, на которой оказалась. Через несколько домов слева показался проулок, ведущий на соседнюю улицу, но она решительно прошла мимо. Почему? Девушка не смогла бы ответить на этот вопрос. Она просто знала направление, хотя словами не объяснила бы. Следующая улица пересекала эту. Карника вышла на нее и свернула направо. Второй проулок слева был ее. Похоже, маг вложил в голову весь маршрут до ее дома. Карнике стало страшно. Если это так, то мужчина знает о ней все. Где и с кем она живет. Он может выдать Ошеро младшим стражам закона. Тогда его схватят и вернут господину Наррингу. Какой же глупой она оказалась! Прячась от реальной угрозы, совершенно забыла о мужчине из снов.
Карника ускорила шаг. Следовало как можно скорее вернуться домой и обо всем рассказать Ошеро. Немедленно уехать из Солнечного. Помнится, мужчину огорчил отъезд Занны домой. Кажется, на достаточном расстоянии от города маг теряет способность управлять девушками. Карника остановилась от пришедшей догадки. Светлину необходимо увезти из Солнечного, тогда она проснется. Утром она сходит к госпоже Ланор. Постарается убедить ее отправить воспитанницу к отцу. Еще одна задержка, но вынужденная. Подругу нельзя оставлять в таком состоянии. Госпожа Ланор должна беспокоиться о жизни воспитанниц, а не о репутации дома приличия. Иначе Карника пойдет к старшему стражу закона господину Сереброву и расскажет о длительном сне Светлины.
Вот и дом, в котором беглецы поселились. В окнах не горит свет. Значит, Ошеро спит и не подозревает о ее невольном уходе. Сейчас она разбудит его и все объяснит, насколько понимает ситуацию сама.
Карника вошла в дом, прошла до спальни и открыла дверь. Она думала увидеть спящего любимого, но кровать оказалась пуста. Прислушавшись, Карника не обнаружила никаких звуков, говорящих о присутствии Ошеро в доме. Он ушел? Ночью? Куда? Проснулся и обнаружил ее отсутствие? Возможно. Карника немного успокоилась и вошла. Подойдя к кровати, увидела листок.
Это была записка о Ошеро. С бьющимся от волнения сердцем Карника взяла листок и подошла к окну, за которым начинался рассвет. По мере чтения глаза наполнялись слезами, а сердце трепетало от страха за жизнь любимого человека.
Любимая Карника, вынужден покинуть тебя. Не знаю, что происходит с тобой, но нечто ужасное, что делает невозможным совместную жизнь. Сегодня проснувшись ночью, я не обнаружил тебя рядом. Через минуту ты вернулась и подошла ко мне. В твоей левой руке был кухонный нож. Я испугался и спросил, зачем ты его взяла. Я увидел твои закрытые глаза и закричал, потому что ты занесла нож надо мной. Тогда ты развернулась и ушла. Потом я услышал хлопанье входной двери и понял, что ты вышла из дома. Быстро собравшись и написав записку, я тоже покинул дом. Понимаю, что причиняю тебе боль. Только представь, что по возвращении нашла бы меня убитым. Согласись, легче расстаться так. Я вернусь в имение и буду надеяться на прощение господина Нарринга. В данном случае, прощение означает сохранение жизни. Знай, что я любил и люблю одну тебя. К той же женщине испытываю симпатию, что бы ты ни думала о нас. Советую жить одной во избежание нелепого убийства. Надеюсь, ты справишься со всеми трудностями, как прекрасно справлялась прежде. Жаль, ничем не могу тебе помочь. Любящий Ошеро.
Карника дала волю слезам.
Едва работники заснули, Кондр встал, оделся и вышел из дома. Он решил сегодня же начать слежку за Руоком. Младшему стражу закона надоело ждать освобождения с рудника. Хватит надеяться на Валейро. Пора действовать самостоятельно, как он и привык. В любое утро у него могут найти черный кристалл, и тогда ему не отделаться потерей сознания. Руок смотрит хмуро после той стычки в защиту Малора.
Ночью по улице ходили стражники. Покидать дома было запрещено. Кондра удивляло, что их не запирают. Заставшего на улице работника отселят в отдельный сарай без удобств на целую неделю.
Выйдя из дома, Кондр сразу нырнул за угол, так как по дороге шли двое стражников. Заметили или не заметили? Если да, то Кондру придется сидеть под замком. Стражники прошли мимо. Все в порядке. Можно идти дальше.
Перебегая открытое пространство позади домов, Ирин достиг дома, где жили Руок со стражниками. В доме еще горела свеча. Остановившись под открытым окном, Кондр осторожно заглянул внутрь. К счастью, Руок в комнате был один. Мужчина стоял к окну спиной, но резко развернулся. Кондр не успел пригнуться, и взгляды их встретились.
— Заходи, Кондр, — пригласил Руок. Голос был спокойным.
Ирин не заставил повторять приглашение.
— Знал, что придешь. Каждую ночь жду.
— Ты подкинул Малору кристалл? — напрямую спросил Кондр.
— Нет, не я. Ты считаешь меня вором?
— Считаю. Ты же проверяешь дома работников. Легко мог подкинуть.
— Зачем мне подставлять людей?
— Еще не знаю, — Кондр не мог объяснить свою же догадку.
— Вот видишь. Я сам стараюсь найти ответ, каким образом кристаллы оказываются в домах работников.
— Значит, не веришь в их виновность? — озадаченно спросил Ирин.
— Слабо.
— К чему тогда казни? Надо искать виновного, а не устраивать расправы.
— Мне даны четкие указания, которым следую.
— При этом нарушая установленные правила, — жестко напомнил Кондр. — Малор не заслуживал смерть.
Руок сжал и разжал кулаки, шумно вздохнул и выдохнул. В упор несколько секунд разглядывал Ирина.
— Он сам попросил об этом.
— Сам? — теперь Кондр пристально посмотрел на стражника, стараясь уловить в голосе фальш. Ее не было заметно. — Он не мог об этом просить.
— Почему же не мог?
— Да, жизнь здесь хуже всего, но у Малора, наверное, остались родные.
— Никого у него нет. Малор с детства сирота. Ему надоело жить, и он попросил меня об услуге, как только был найден кристалл. Я не мог ему отказать.
— У него был шанс на выздоровление? — Кондр все еще злился, но больше на самого Малора. Ирин ведь хотел помочь ему, но не сказал об этом. Слишком о многом пришлось бы рассказывать. Младший страж закона должен сохранять инкогнито.
— Малор слабо сопротивлялся боли. Он все равно мог умереть.
— Не боишься восстания работников после нарушения правил?
— Не боюсь. По сути, каждый из воров в результате оказывается на виселице, так что пара недель отсрочки ничего не решит. Думаю, Малор это прекрасно понимал и не хотел продлевать агонию.
— Почему ты не прислушался к моим словам? — Кондр не мог успокоиться.
— Как бы это выглядело в глазах работников и стражников, господин младший страж закона? — чуть ли не насмешливо спросил Руок. — Вы же сами просили о сохранении тайны.
Кондру нечего было ответить.
— Можно узнать о Вашем обмороке? Что это было?
— Сам не представляю, — признался Ирин.
— То есть не думали о таком последствии? — Руок удивленно поднял брови.
— Разумеется, не думал. А ты что решил?
— Что это магическая защита. Потому и не испугались.
Кондр улыбнулся.
— Не слышал о такой магии. Хотя и про потерю магических способностей никто прежде не слышал.
Руок нахмурился.
— Бежать Вам надо. Сегодня же ночью.
— Куда бежать? До Солнечного далеко. Деревни, что мы проезжали по пути к руднику, принадлежат господину Альгено.
— Отсюда можно только уплыть. Есть одна лодка. Я отвлеку стражников, а Вы немедленно уходите. Приставайте на день, но только к левому берегу. Он полностью пустынен практически до самого города. Готовы?
— Мертвые земли, — догадался Кондр. — Мы находимся рядом с ними.
— Они самые. Не находитесь на них до самого заката. Говорят, ушедшие в сумерки люди оттуда не возвращаются.
— Лучше совсем не приставать к тому берегу.
— Завтра утром начнутся Ваши поиски, так что на этом берегу отдыхать нельзя.
— Почему ты мне помогаешь? — спросил Ирин.
— Потому что не хочу Вашей смерти. Не знаю, кто подкладывает кристаллы работникам, но чувствую, что следующим вором окажетесь Вы. Тогда уже ничто не спасет младшего стража закона.
— Спасибо тебе, Руок.
Кондр плыл всю ночь. Река в этом месте была неширокая. Попутное течение помогало работе весел. Кондр прислушивался к звукам на берегу. Все было спокойно. Никакой погони. Стражники заметят отсутствие работника только утром. Догадаются ли о похищении лодки или нет? Может, и заметят. Руок обещал направить стражников в противоположном направлении. Они его слушаются.
Ирин так и не мог до конца решить: верить ли стражнику насчет желания Малора умереть или нет. Руок говорил искренне, что виделось по его лицу. Ему не зачем врать Кондру и потом помогать. Стражник должен был схватить вышедшего ночью работника. Ирин решил отложить решение этого вопроса на лучшее время, тем более грести веслами и размышлять не очень получается. После трудового дня рабочая ночь дается тяжело. Кондр и не предполагал бежать сегодня. Он думал только поговорить и вернуться в дом. Правильно ли он сделал, что сбежал, не найдя истинного преступника. Если вор не Руок, то кто-то из стражников. Больше некому. Кондру вдруг захотелось повернуть обратно, но он сдержал порыв. Ему не добиться ничего одному. Нужна подмога стражей закона Солнечного. Он приведет их сюда и найдет преступника.
Занимался рассвет. Плыть дальше стало опасно. Пора пристать к берегу, поесть данным Руоком и отдохнуть.
Кондр пристал к берегу, густо поросшему осокой. Едва ступив на берег обоими ногами, Ирину стало плохо. Нет, не физически, стало плохо в душе. В голове разом возникли все пережитые неприятности и несчастья. Всплыли все плохие чувства, когда-то пережитые. Напала такая тоска и нежелание жить, хоть в воду бросайся за неимением иного способа умереть. Кондр склонился над водой и посмотрел на свое отражение. Он ощутил отвращение.
В памяти всплыло одно из самых страшных несчастий. Кондр Ирин стал виновником смерти другого младшего стража закона. Тогда он только начинал службу и работал в паре. Кондр испугался напавшего на них мужчину и убежал. Напарник не справился с преступником и был убит.
Уже целую неделю беглецы жили в Солнечном. Карника снова устроилась наставницей девочки, а Ошеро сидел в съемном доме. Ему тоже хотелось устроиться на работу, но Карника боялась за него больше, чем за себя. Кто-то мог опознать беглого подневольного, тем более Ошеро несколько раз возил в город господина Нарринга, заменяя кучера. Ошеро злился на заточение и требовал немедленного отъезда. Карника же хотела накопить денег. Люди несколько раз ссорились.
Ошеро все больше убеждал себя в неправильном поступке. Его беспокоило не столько собственное положение беглого, сколько положение женщины с мальчиками, которых он оставил. Что сделает с ними господин Нарринг? Живы ли они теперь? Ответственность семьи за сбежавшего подневольного была огромной. Ошеро охватило уныние, передавшееся Карнике. Она не находила слов утешения для любимого человека. Часто Карника вместо утешения выражала недовольство и ревность. Ей казалось, что Ошеро не любит ее так же сильно, как раньше. Ошеро обижался на упреки и заверял Карнику в прежних чувствах. Карника же не верила ему и сомневалась, что хочет стать женой Ошеро.
Вместо радости обретения друг друга в доме поселилась тоска.
За всеми событиями Карника забыла о снившемся мужчине. Когда она покинула дом приличия, он перестал досаждать ей. Она больше не думала ни о нем, ни о своих подругах, ставших его жертвами. Между тем, официально подошло к концу ее обучение и обучение девушек ее группы. На днях они должны будут покинуть госпожей Ланор и ставший родным дом приличия. Карника хотела бы побывать на выпускном балу, но она сама изменила планы.
Сегодня, после очередной ссоры с Ошеро, Карнике вновь приснился мужчина.
Они находились не в комнате с камином, а в оружейной комнате. Карника смотрела вокруг и восхищалась. Она не видела столько оружия сразу. По трем стенам были развешаны: кинжала, мечи, топоры, луки, пращи. Было несколько щитов и пара шлемов.
— Вы пользовались всем этим? — спросила восхищенная Карника у следившего за ней мужчины.
— Нет, конечно, — засмеялся он. — Оно вовсе не мое.
— Почему же оно у Вас, а не у владельцев? Вы его украли?
— Тоже нет, девочка моя. Я его сохраняю, скажем так.
— Для кого? — Карника не могла понять.
— Для будущих хозяев, точнее хозяек.
— Хозяек? — удивилась Карника. — Разве девушкам необходимо владеть оружием? Их во все времена защищают мужчины.
— Разве женщине не хочется постоять за себя наравне с мужчиной? Тебе, например?
— Не думала об этом прежде, — призналась Карника, не понимая значения начатого разговора. — В схватке с мужчиной женщина проиграет.
— Смотря какая женщина. Хорошо подготовленная даст отпор обычному мужчине. Возьми какое-нибудь оружие.
— Зачем? — Карника почувствовала желание покинуть комнату.
— Не бойся, — вкрадчиво сказал мужчина. — Я же вижу твой восхищенный взгляд. Всем этим оружием пользовались исключительно женщины. Они были не старше тебя, так что оно придется по руке.
— Но мне вовсе не хочется брать его в руки, — упиралась Карника, сама не зная причины.
Мужчина нахмурил брови. В ту же секунду нестерпимой болью отозвалось левое плечо Карники, как будто к нему приложили горячий уголек. В памяти всплыл сон, когда мужчина ожог ее у камина.
— Вы делаете мне больно, — морщась от боли, сквозь слезы проговорила девушка.
— Выполни просьбу, и боль пройдет.
Карника подошла к одному из кинжалов и взяла в правую руку.
Рукоятка удобна легла в ладонь, а сама Карника ощутила прилив сил и уверенность в себе. Оружие казалось продолжением ее руки. Если бы сейчас мужчина причинил ей боль, то она без раздумий вонзила бы кинжал в его сердце. Лезвие легонько завибрировало, соглашаясь с хозяйкой. Карника испугалась внезапно пришедшей мысли. Мысль была не ее, она была навеяна взятым оружием.
— Очень хорошо, — кивнул мужчина. — Лучше, чем у Светлины.
— Что лучше? — Карника повесила кинжал на место и вздохнула с облегчением.
— Оружие признало тебя своею. Светлине пришлось несколько раз выбирать оружие. Оно причиняло ей боль. Ты же сделала выбор с первого раза.
— Что дальше?
— Скоро узнаешь. Пока что живи, как все.
Карника проснулась и с ужасом обнаружила, что находится на улице в незнакомой части Солнечного. За два года обучения воспитанницы всего несколько раз покидали дом приличия и не заходили так далеко. Карника огляделась по сторонам. Ни в одном доме не горел огонь. Жители спали и не у кого было спросить дорогу на нужную улицу. Придется идти наугад либо дожидаться рассвета. Как же она объяснит, что пришла сюда и не может вернуться обратно? Не рассказывать же о сне и мужчине, который неведомо как перенес ее из дома. Вспомнилась Светлина, неизвестно как покинувшая ночью дом приличия и найденная в городе. То же самое повторилось теперь с ней. Чего добивается мужчина? Почему именно девушки из дома приличия интересуют мага: сначала Светлина, потом Занна, теперь она. В том, что мужчина является сильным магом, нет никаких сомнений. Его магию не может обнаружить обычный маг, хотя это противоречит всем правилам магии.
Еще раз оглядевшись по сторонам в надежде увидеть позднего прохожего и сверившись с луной, Карника пошла по улице, на которой оказалась. Через несколько домов слева показался проулок, ведущий на соседнюю улицу, но она решительно прошла мимо. Почему? Девушка не смогла бы ответить на этот вопрос. Она просто знала направление, хотя словами не объяснила бы. Следующая улица пересекала эту. Карника вышла на нее и свернула направо. Второй проулок слева был ее. Похоже, маг вложил в голову весь маршрут до ее дома. Карнике стало страшно. Если это так, то мужчина знает о ней все. Где и с кем она живет. Он может выдать Ошеро младшим стражам закона. Тогда его схватят и вернут господину Наррингу. Какой же глупой она оказалась! Прячась от реальной угрозы, совершенно забыла о мужчине из снов.
Карника ускорила шаг. Следовало как можно скорее вернуться домой и обо всем рассказать Ошеро. Немедленно уехать из Солнечного. Помнится, мужчину огорчил отъезд Занны домой. Кажется, на достаточном расстоянии от города маг теряет способность управлять девушками. Карника остановилась от пришедшей догадки. Светлину необходимо увезти из Солнечного, тогда она проснется. Утром она сходит к госпоже Ланор. Постарается убедить ее отправить воспитанницу к отцу. Еще одна задержка, но вынужденная. Подругу нельзя оставлять в таком состоянии. Госпожа Ланор должна беспокоиться о жизни воспитанниц, а не о репутации дома приличия. Иначе Карника пойдет к старшему стражу закона господину Сереброву и расскажет о длительном сне Светлины.
Вот и дом, в котором беглецы поселились. В окнах не горит свет. Значит, Ошеро спит и не подозревает о ее невольном уходе. Сейчас она разбудит его и все объяснит, насколько понимает ситуацию сама.
Карника вошла в дом, прошла до спальни и открыла дверь. Она думала увидеть спящего любимого, но кровать оказалась пуста. Прислушавшись, Карника не обнаружила никаких звуков, говорящих о присутствии Ошеро в доме. Он ушел? Ночью? Куда? Проснулся и обнаружил ее отсутствие? Возможно. Карника немного успокоилась и вошла. Подойдя к кровати, увидела листок.
Это была записка о Ошеро. С бьющимся от волнения сердцем Карника взяла листок и подошла к окну, за которым начинался рассвет. По мере чтения глаза наполнялись слезами, а сердце трепетало от страха за жизнь любимого человека.
Любимая Карника, вынужден покинуть тебя. Не знаю, что происходит с тобой, но нечто ужасное, что делает невозможным совместную жизнь. Сегодня проснувшись ночью, я не обнаружил тебя рядом. Через минуту ты вернулась и подошла ко мне. В твоей левой руке был кухонный нож. Я испугался и спросил, зачем ты его взяла. Я увидел твои закрытые глаза и закричал, потому что ты занесла нож надо мной. Тогда ты развернулась и ушла. Потом я услышал хлопанье входной двери и понял, что ты вышла из дома. Быстро собравшись и написав записку, я тоже покинул дом. Понимаю, что причиняю тебе боль. Только представь, что по возвращении нашла бы меня убитым. Согласись, легче расстаться так. Я вернусь в имение и буду надеяться на прощение господина Нарринга. В данном случае, прощение означает сохранение жизни. Знай, что я любил и люблю одну тебя. К той же женщине испытываю симпатию, что бы ты ни думала о нас. Советую жить одной во избежание нелепого убийства. Надеюсь, ты справишься со всеми трудностями, как прекрасно справлялась прежде. Жаль, ничем не могу тебе помочь. Любящий Ошеро.
Карника дала волю слезам.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Едва работники заснули, Кондр встал, оделся и вышел из дома. Он решил сегодня же начать слежку за Руоком. Младшему стражу закона надоело ждать освобождения с рудника. Хватит надеяться на Валейро. Пора действовать самостоятельно, как он и привык. В любое утро у него могут найти черный кристалл, и тогда ему не отделаться потерей сознания. Руок смотрит хмуро после той стычки в защиту Малора.
Ночью по улице ходили стражники. Покидать дома было запрещено. Кондра удивляло, что их не запирают. Заставшего на улице работника отселят в отдельный сарай без удобств на целую неделю.
Выйдя из дома, Кондр сразу нырнул за угол, так как по дороге шли двое стражников. Заметили или не заметили? Если да, то Кондру придется сидеть под замком. Стражники прошли мимо. Все в порядке. Можно идти дальше.
Перебегая открытое пространство позади домов, Ирин достиг дома, где жили Руок со стражниками. В доме еще горела свеча. Остановившись под открытым окном, Кондр осторожно заглянул внутрь. К счастью, Руок в комнате был один. Мужчина стоял к окну спиной, но резко развернулся. Кондр не успел пригнуться, и взгляды их встретились.
— Заходи, Кондр, — пригласил Руок. Голос был спокойным.
Ирин не заставил повторять приглашение.
— Знал, что придешь. Каждую ночь жду.
— Ты подкинул Малору кристалл? — напрямую спросил Кондр.
— Нет, не я. Ты считаешь меня вором?
— Считаю. Ты же проверяешь дома работников. Легко мог подкинуть.
— Зачем мне подставлять людей?
— Еще не знаю, — Кондр не мог объяснить свою же догадку.
— Вот видишь. Я сам стараюсь найти ответ, каким образом кристаллы оказываются в домах работников.
— Значит, не веришь в их виновность? — озадаченно спросил Ирин.
— Слабо.
— К чему тогда казни? Надо искать виновного, а не устраивать расправы.
— Мне даны четкие указания, которым следую.
— При этом нарушая установленные правила, — жестко напомнил Кондр. — Малор не заслуживал смерть.
Руок сжал и разжал кулаки, шумно вздохнул и выдохнул. В упор несколько секунд разглядывал Ирина.
— Он сам попросил об этом.
— Сам? — теперь Кондр пристально посмотрел на стражника, стараясь уловить в голосе фальш. Ее не было заметно. — Он не мог об этом просить.
— Почему же не мог?
— Да, жизнь здесь хуже всего, но у Малора, наверное, остались родные.
— Никого у него нет. Малор с детства сирота. Ему надоело жить, и он попросил меня об услуге, как только был найден кристалл. Я не мог ему отказать.
— У него был шанс на выздоровление? — Кондр все еще злился, но больше на самого Малора. Ирин ведь хотел помочь ему, но не сказал об этом. Слишком о многом пришлось бы рассказывать. Младший страж закона должен сохранять инкогнито.
— Малор слабо сопротивлялся боли. Он все равно мог умереть.
— Не боишься восстания работников после нарушения правил?
— Не боюсь. По сути, каждый из воров в результате оказывается на виселице, так что пара недель отсрочки ничего не решит. Думаю, Малор это прекрасно понимал и не хотел продлевать агонию.
— Почему ты не прислушался к моим словам? — Кондр не мог успокоиться.
— Как бы это выглядело в глазах работников и стражников, господин младший страж закона? — чуть ли не насмешливо спросил Руок. — Вы же сами просили о сохранении тайны.
Кондру нечего было ответить.
— Можно узнать о Вашем обмороке? Что это было?
— Сам не представляю, — признался Ирин.
— То есть не думали о таком последствии? — Руок удивленно поднял брови.
— Разумеется, не думал. А ты что решил?
— Что это магическая защита. Потому и не испугались.
Кондр улыбнулся.
— Не слышал о такой магии. Хотя и про потерю магических способностей никто прежде не слышал.
Руок нахмурился.
— Бежать Вам надо. Сегодня же ночью.
— Куда бежать? До Солнечного далеко. Деревни, что мы проезжали по пути к руднику, принадлежат господину Альгено.
— Отсюда можно только уплыть. Есть одна лодка. Я отвлеку стражников, а Вы немедленно уходите. Приставайте на день, но только к левому берегу. Он полностью пустынен практически до самого города. Готовы?
— Мертвые земли, — догадался Кондр. — Мы находимся рядом с ними.
— Они самые. Не находитесь на них до самого заката. Говорят, ушедшие в сумерки люди оттуда не возвращаются.
— Лучше совсем не приставать к тому берегу.
— Завтра утром начнутся Ваши поиски, так что на этом берегу отдыхать нельзя.
— Почему ты мне помогаешь? — спросил Ирин.
— Потому что не хочу Вашей смерти. Не знаю, кто подкладывает кристаллы работникам, но чувствую, что следующим вором окажетесь Вы. Тогда уже ничто не спасет младшего стража закона.
— Спасибо тебе, Руок.
Кондр плыл всю ночь. Река в этом месте была неширокая. Попутное течение помогало работе весел. Кондр прислушивался к звукам на берегу. Все было спокойно. Никакой погони. Стражники заметят отсутствие работника только утром. Догадаются ли о похищении лодки или нет? Может, и заметят. Руок обещал направить стражников в противоположном направлении. Они его слушаются.
Ирин так и не мог до конца решить: верить ли стражнику насчет желания Малора умереть или нет. Руок говорил искренне, что виделось по его лицу. Ему не зачем врать Кондру и потом помогать. Стражник должен был схватить вышедшего ночью работника. Ирин решил отложить решение этого вопроса на лучшее время, тем более грести веслами и размышлять не очень получается. После трудового дня рабочая ночь дается тяжело. Кондр и не предполагал бежать сегодня. Он думал только поговорить и вернуться в дом. Правильно ли он сделал, что сбежал, не найдя истинного преступника. Если вор не Руок, то кто-то из стражников. Больше некому. Кондру вдруг захотелось повернуть обратно, но он сдержал порыв. Ему не добиться ничего одному. Нужна подмога стражей закона Солнечного. Он приведет их сюда и найдет преступника.
Занимался рассвет. Плыть дальше стало опасно. Пора пристать к берегу, поесть данным Руоком и отдохнуть.
Кондр пристал к берегу, густо поросшему осокой. Едва ступив на берег обоими ногами, Ирину стало плохо. Нет, не физически, стало плохо в душе. В голове разом возникли все пережитые неприятности и несчастья. Всплыли все плохие чувства, когда-то пережитые. Напала такая тоска и нежелание жить, хоть в воду бросайся за неимением иного способа умереть. Кондр склонился над водой и посмотрел на свое отражение. Он ощутил отвращение.
В памяти всплыло одно из самых страшных несчастий. Кондр Ирин стал виновником смерти другого младшего стража закона. Тогда он только начинал службу и работал в паре. Кондр испугался напавшего на них мужчину и убежал. Напарник не справился с преступником и был убит.
