- Зависит от ее собственного поведения.
...Если меня оно не устроит – возможно, всю жизнь…
- Но… она ведь… проявила немалое мужество в этом деле…
Снова вспыхнул гнев, бешеный, неукротимый. Убить, убить, убить…
Нет. Он уже решил, что это только проверка. К тому же… Инерис – все-таки его дочь.
- Она превысила свои полномочия, - ледяным тоном сообщил князь. – К тому же ваша задача – выполнять приказы, а не обсуждать их. – Он отвернулся и закончил: - Мой приказ вы слышали.
- Да, милорд.
Губы лорда Сантуса вдруг изогнулись в усмешке, но этого князь Ламиэ не видел.
- Я надеюсь, радикальные меры не понадобятся… но если вдруг подобное все-таки произойдет – действуйте без колебаний.
- Слушаюсь, милорд.
- Выходите завтра на закате по обходной дороге в направлении столицы, - безжизненным тоном произнес князь. – Здесь велите подготовить все для похода. Леди-наследницу встретите на полпути – лишние сплетни мне не нужны, да и не будем забывать о том, что на нашей территории хватает огненных, которые сочтут подарком судьбы шанс похитить леди-наследницу. Поэтому сопровождающих отберите сами, одновременно надежных, умелых и умеющих держать язык за зубами. За исполнительность, разумеется, вы будете награждены.
Лорд Сантус низко поклонился, и князь, кивнув, вскочил в седло.
Ральда, затаившаяся неподалеку, заскрежетала зубами. Вот что он затеял! Даже все происшедшее, все ее усилия так и не вынудили его отдать прямой и четкий приказ убить Инерис!
Придется немного скорректировать планы муженька… Не повредит подстраховаться – и прибегнуть к помощи Ваджеса. На сей раз она не повторит прошлой ошибки.
Хорошо, что этот тип никуда не ушел...
- Лорд офицер… - раздался тягучий, грудной, невыразимо прекрасный голос, к которому невозможно было не прислушаться.
Князя всю дорогу до замка преследовало странное ощущение, словно он шагнул с перекрестка на казавшуюся наиболее ровной и верной дорогу, но уже в самой ее ширине и гладкости есть какой-то подвох. Однако теперь было слишком поздно отменять свое решение.
Да и не следовало этого делать, поспешно поправился он, распрягая лошадь в самой дальней и укромной конюшне.
В нем просто заговорило малодушие… правитель не должен бояться принимать суровые решения…
- Решили отправиться на ночную прогулку, милорд? – произнес за его спиной тихий, совершенно невыразительный голос, заставивший князя вздрогнуть.
Он медленно повернулся к говорившему и попытался пошутить:
- Все-таки следите за мной, лаэрн Дэтре?
Но улыбка вышла принужденной, что немедленно заставило Кэллиэна насторожиться. Если в то, что князю после суеты последних дней просто захотелось в одиночестве подышать свежим прохладным ночным воздухом, он еще мог поверить, то в то, что сейчас он шутит – уже нет.
Однако придворный маг не подал вида.
- Напротив, - совершенно искренне произнес он. – Наслаждаюсь ночной тишиной – и на вас наткнулся совершенно случайно.
- Да, в этой поездке вам пришлось нелегко, - кивнул князь… и в его голосе Кэллиэн с легкостью различил фальшивое участие. Правитель явно стремился любой ценой уйти от чем-то неугодного ему разговора об этом маленьком ночном путешествии.
- Что-то произошло, верховный князь? – деликатно осведомился Кэллиэн, наконец отлепившись от двери дальней конюшни. – Что-то, из-за чего вам захотелось вдруг прокатиться в одиночестве?
Проницательные синие глаза с легкостью подметили такие мелочи, как запыленный костюм для верховой езды, шпоры на сапогах и хлыстик, который Дориан по рассеянности не оставил в конюшне, а продолжал вертеть в руках.
- Ничего такого, что требовало бы вашего вмешательства, - все-таки не сдержавшись, огрызнулся князь.
Маг смерил его внимательным, серьезным взглядом с легким прищуром, затем пожал плечами и двинулся прочь.
- Как скажете, милорд. Доброй вам ночи, - безмятежно пожелал он и растворился в ночи.
Князь отер выступивший на лбу пот. Не солгать этому типу – непростая задача… и еще сложнее – не навести его на совершенно ненужные сейчас подозрения. Он принял решение. У него целая ночь на то, чтобы привести задуманное в действие. Кэллиэну обычно ничто не мешало попытаться надавить, если он хотел получить ответ на свой вопрос. Но в этот раз он отступился. Либо поверил, либо…
Что-то задумал.
Князь встряхнулся.
В любом случае, телепатией полувампир не владеет, с помощью ментального контакта незаметно вызнать что-либо не сможет. А значит, не сумеет помешать. Учитывая, как старательно Кэллиэн защищал Инерис все это время, ему лучше не говорить ни о чем до последнего. Как и ей самой. Подстраховаться не помешает – чем меньше времени у него будет на возможные попытки помешать, тем лучше.
А пока… нужно подобрать пресловутый эскорт, с которым его дочь завтра выйдет из замка навстречу людям лорда Сантуса. Полдороги – это лес близ водопада Джойли…
Идеальное место.
Делать это не хотелось категорически, но выхода, похоже, не осталось. И Кэллиэн, едва удостоверившись, что князь уже не сможет его увидеть, сменил ленивую, вальяжную походку на целеустремленную, чтоб не сказать торопливую. Он быстро поднялся по лестницам, влетел в свой кабинет – и остановился только у зеркала на стене.
Как всегда, она отозвалась быстро, несмотря на поздний час.
- Миледи, - не тратя время на вежливости, начал Кэллиэн, - с момента возвращения мне мне до крайности не нравится происходящее с князем. Я бы не стал связываться с вами так поздно, если бы не одно странное обстоятельство. Я случайно подловил князя близ дальней конюшни, и вел он себя так суетливо, словно собирался украсть лошадь. Куда отправлялся, так и не сказал, юлил, принужденно улыбался…
В фиолетовых глазах вспыхнула тревога.
- И главное, - добил Кэллиэн, впервые озвучив собственные сомнения, – до сих пор не вызвал к себе леди-наследницу. Не выразил ни удовлетворения, ни неудовольствия ее действиями. Я не знаю, чего от него теперь можно ожидать… Он не то чтобы пытался мне солгать… но лицемерие я почувствовал. - Помедлив, маг вздохнул и неохотно признал: - Как вы и предупреждали.
Она сжала подлокотники кресла. Побледнела, нахмурилась.
- Постарайтесь завтра выяснить, что он затеял.
- Каким образом? – горько усмехнулся Кэллиэн. – Князь, судя по сегодняшнему происшествию, категорически не желает обсуждать со мной свои действия.
- Проследите. Подслушайте, в конце концов. Только не говорите мне теперь, что никогда раньше не прибегали к подобным методам.
- В этом замке – нет, - пожал плечами Кэллиэн.
- Значит, придется начать, - с неожиданной жесткостью произнесла леди Дженис.
Маг склонил голову набок.
- Надеюсь, вы сейчас не пытаетесь мне указывать? – с обманчивой мягкостью осведомился он.
Женщина вздрогнула и пошла на попятный… несмотря на то, что от скрестившего руки на груди мага с недобрым взглядом ее отделяло немало лиг.
- Нет, конечно, нет… Но, прошу вас, лорд Дэтре, сделайте все, что в ваших силах.
- Я обещал вам однажды. Не в моих правилах отказываться от своего слова, - ледяным тоном произнес он и прервал связь.
Даже не прикоснувшись к стеклу.
Сразу видно – хозяин артефактов.
Что ж такое… все как на иголках. Кэллиэн нервничает, она сама тоже…
На него нельзя давить. Она совершила серьезную ошибку…
Оставалось лишь надеяться на то, что маг и впрямь не привык изменять своему слову.
Нужно передать Ассаэру… пусть будет начеку.
Империя Йерихо. Грован
Отправляясь сюда, Натор, в общем-то, ожидал, что его схватят, и особо прятаться не собирался. Но такой скорости развития событий не ожидал. Всего лишь вчера его обнаружил императорский патруль – притом члены элитной вампирской гвардии, от таких легко не уйти даже его сородичам.
И уже сегодня он стоит перед молодым (чтоб не сказать юным) наследником империи Йерихо… теперь – единственным… и, несмотря на все усилия, не может ненавидеть этого вампира с пугающими черными глазами, в которых алым горят вертикальные зрачки.
Почти как у дракона…
Они пугали.
Но их выражение…
Это были глаза того, кто потерял все, что было ему дорого.
Можно было бы возразить, что взамен он приобрел империю… Но Натор тоже не считал власть великой наградой. Даже почти безграничную.
Он был демоном. Семья превыше всего.
Натор, разумеется, видел его не впервые… но таким еще не видел ни разу.
- Ваша наглость просто поразительна, - протянул Даскалиар Дариэт, с презрением глядя на стоящего на коленях перед единственным креслом в допросной избитого демона, в котором трудно было опознать некогда гордого лорда Ад’Сехти. – Вернулись сюда, практически не скрываясь, промчались по моей стране, во весь опор… Зачем, неуважаемый, если ваши сородичи бежали, едва сумев прогрызть запасной выход, как крысы, отчаянно пытающиеся выбраться из мешка, пока их не утопили?
- Полагаю, ответ на этот вопрос вам известен, - невзирая на крайне неудобное положение, Натор смотрел прямо на императора. В глаза, показывая, что не боится его. – Я был обязан выяснить, что произошло с моим отцом и старшим братом.
- Вы не первый год живете в моей стране и должны знать, каковы наши законы на этот счет, - выплюнул Даскалиар. – С ними поступили по закону, лорд Ад’Сехти… точнее, следует сказать, неуважаемый глава четвертого рода.
Губы вампира искривились – не то в усмешке, не то в брезгливой гримасе, но всего лишь на мгновение. В следующий миг бледное лицо снова застыло, лишившись всякого выражения.
Натор продолжал смотреть на него остановившимся взглядом.
Итак, он опоздал.
Даже странно… Отец погиб… брат погиб… а скорби нет. Боли нет. Только отупляющее безразличие. Оцепенение.
Анджана не дождется его…
Даже злиться на вампира почему-то не получалось. Не хотелось осыпать его проклятиями, пытаться отомстить, убить или хотя бы ударить…
Они ведь теперь квиты, да? Из-за его отца Даскалиар Дариэт лишился матери… да и отца тоже. Демоны ведь участвовали в этом мятеже с самого начала… без их поддержки, возможно, Ашер Хассимэ не рискнул бы зайти так далеко…
Теперь из-за Даскалиара Дариэта он лишился собственной семьи. Но у него еще была Анджана и дочь…
У вампира остался только дед… по слухам, редкостный мерзавец.
Неравноценная замена.
Удар показался Натору совсем несильным. Даже когда он рухнул на пол, не удержавшись на коленях, боли почти не было. Только совсем тупая, на грани восприятия.
- Прекратить! – жестко оборвал Даскалиар охранника.
Второго удара не последовало.
Натор был даже благодарен не в меру рьяному вампиру.
По крайней мере, он вспомнил, как надо дышать.
- Что ж, - хрипло произнес он. – Мне осталось лишь принять ваше решение о моей участи.
Лицо вампира исказилось на миг, а затем он ледяным тоном произнес:
- Убирайтесь из моей страны.
Уверенный, что ослышался, Натор снова уставился на юнца как минимум вчетверо младше себя – но уже облеченного такой властью.
- Нечего на меня смотреть, лорд Ад’Сехти. Я знаю, что вы не разделяли взглядов вашего отца. Вы же не думаете, что я не способен узнать правду, когда мне это нужно? При желании я могу развязать язык кому угодно. Мне хватило показаний вашего отца. Пачкать руки теперь еще и вашей кровью я не собираюсь, как и еще больше обострять отношения между нашими странами. Вы хотели услышать мое решение? Пожалуйста, вот оно, - Даскалиар прищурился и холодно произнес: - Вы и все выжившие члены вашей семьи навсегда изгоняетесь из Йерихо. При попытке вернуться – неважно, по какой причине, - будете казнены на месте. Ваш род здесь вне закона. Отныне и навсегда. Я ясно выразился, великий лорд Ад’Сехти?
Натор не понимал, серьезно ли говорит вампир, не знал, как на это реагировать, и заторможенно уточнил:
- А как же… кровная вражда?
- Вы действительно считаете, что она имела место?
Словно оглушенный, Натор покачал головой.
- Ваш отец и брат были наказаны за свои преступления. Вы к ним непричастны. Проваливайте, лорд Ад’Сехти. – Он кивнул кому-то за спиной Натора. – Выдать портал к южной границе. Пусть там встретят и переправят в Терры. – Даскалиар снова перевел взгляд на Натора. - Разговор окончен. Надеюсь, вы по достоинству оценили мое милосердие.
- Но… - Натор наконец вновь обрел способность говорить. – Я же… должен последовать за своим отцом…
- Так стремитесь умереть? – издевательски изогнул бровь без пяти минут император. – Можете самоубиться на родной земле. Но мне казалось, вам есть ради кого жить, лорд глава четвертого дома.
Вот теперь ошибиться было невозможно. Из глаз вампира плеснуло отчаяние. Он на миг прикрыл их, и взгляд вновь стал бесстрастным.
- Увести, - коротко приказал Даскалиар.
Милосердие. Проявленное, похоже, исключительно ради его жены и детей.
Натор не сопротивлялся, оглушенный всем услышанным и увиденным.
Он еще не скоро сможет по-настоящему осознать происшедшее.
Путь по замку прошел как в тумане – и спустя не то час, не то день оборвался ярким свечением портала.
Великий лорд Ад’Сехти, теперь старший в роду и наделенный всеми соответствующими привилегиями и властью, вопреки собственным ожиданиям, возвращался домой.
Ассаэр, неподвижно стоя в беспощадно холодящих горячую кожу доспехах под яркими лучами осеннего солнца, поежился. Он жил здесь уже не первый год, но так и не привык к тому, что ближе к октябрю воздух на рассвете становится таким промозглым.
Демон был напряжен и с трудом скрывал это. Время на построении тянулось медленно, до ужаса хотелось стиснуть кулаки, схватить командора за грудки и с рычанием потребовать заканчивать этот цирк.
После ночного вызова миледи он ждал лишь одного вопроса. И наконец дождался.
- Кто из капитанов готов на сей раз взять на себя ответственность за несение караула в замке верховного князя?
Наконец-то…
Ассаэр без колебаний сделал шаг вперед, выходя из строя, затем опустился на одно колено (когда-то местные порядки претили тому, кому кланялись знатнейшие демоны Севера, но теперь почти не вызывали отчуждения), поприветстовал командора – и без проволочек получил столь желанное назначение.
Теперь он окажется в самом центре событий замка… какими бы они ни были.
И наконец уберется подальше от бесценных сородичей. Временный лагерь демонов был разбит слишком близко к четвертому форту, и Ассаэру было здесь до крайности некомфортно. Он был только рад возможности вернуться в столицу.
В полдень он уже, как ни в чем не бывало, вышел в караул в княжеском замке - вместе с четырьмя элитными воинами из четвертого форта.
Беды ничто не предвещало. Утреннее совещание прошло без сучка, без задоринки, отец ни одним словом, ни единым действием ни выразил неодобрения, задавал общие вопросы о ситуации в замке и реорганизации обороны, говорил ровно и сдержанно. Пусть и не похвалил – но зато и не ругался.
Поэтому вечерний вызов в его личный кабинет стал для леди-наследницы сюрпризом – и весьма неприятным.
- Инерис, как твой отец и господин я принял серьезное решение и надеюсь, что ты для разнообразия удержишься от проявления своего вздорного характера.
Это начало вышло настолько зловещим, что Инерис, охваченная до крайности плохим предчувствием, даже не нашлась, что ответить. Она молча ждала продолжения, глядя на отца.
- Я не желаю более подвергать тебя риску, - тоном, который исключал даже возможность возразить, заявил князь.
...Если меня оно не устроит – возможно, всю жизнь…
- Но… она ведь… проявила немалое мужество в этом деле…
Снова вспыхнул гнев, бешеный, неукротимый. Убить, убить, убить…
Нет. Он уже решил, что это только проверка. К тому же… Инерис – все-таки его дочь.
- Она превысила свои полномочия, - ледяным тоном сообщил князь. – К тому же ваша задача – выполнять приказы, а не обсуждать их. – Он отвернулся и закончил: - Мой приказ вы слышали.
- Да, милорд.
Губы лорда Сантуса вдруг изогнулись в усмешке, но этого князь Ламиэ не видел.
- Я надеюсь, радикальные меры не понадобятся… но если вдруг подобное все-таки произойдет – действуйте без колебаний.
- Слушаюсь, милорд.
- Выходите завтра на закате по обходной дороге в направлении столицы, - безжизненным тоном произнес князь. – Здесь велите подготовить все для похода. Леди-наследницу встретите на полпути – лишние сплетни мне не нужны, да и не будем забывать о том, что на нашей территории хватает огненных, которые сочтут подарком судьбы шанс похитить леди-наследницу. Поэтому сопровождающих отберите сами, одновременно надежных, умелых и умеющих держать язык за зубами. За исполнительность, разумеется, вы будете награждены.
Лорд Сантус низко поклонился, и князь, кивнув, вскочил в седло.
Ральда, затаившаяся неподалеку, заскрежетала зубами. Вот что он затеял! Даже все происшедшее, все ее усилия так и не вынудили его отдать прямой и четкий приказ убить Инерис!
Придется немного скорректировать планы муженька… Не повредит подстраховаться – и прибегнуть к помощи Ваджеса. На сей раз она не повторит прошлой ошибки.
Хорошо, что этот тип никуда не ушел...
- Лорд офицер… - раздался тягучий, грудной, невыразимо прекрасный голос, к которому невозможно было не прислушаться.
***
Князя всю дорогу до замка преследовало странное ощущение, словно он шагнул с перекрестка на казавшуюся наиболее ровной и верной дорогу, но уже в самой ее ширине и гладкости есть какой-то подвох. Однако теперь было слишком поздно отменять свое решение.
Да и не следовало этого делать, поспешно поправился он, распрягая лошадь в самой дальней и укромной конюшне.
В нем просто заговорило малодушие… правитель не должен бояться принимать суровые решения…
- Решили отправиться на ночную прогулку, милорд? – произнес за его спиной тихий, совершенно невыразительный голос, заставивший князя вздрогнуть.
Он медленно повернулся к говорившему и попытался пошутить:
- Все-таки следите за мной, лаэрн Дэтре?
Но улыбка вышла принужденной, что немедленно заставило Кэллиэна насторожиться. Если в то, что князю после суеты последних дней просто захотелось в одиночестве подышать свежим прохладным ночным воздухом, он еще мог поверить, то в то, что сейчас он шутит – уже нет.
Однако придворный маг не подал вида.
- Напротив, - совершенно искренне произнес он. – Наслаждаюсь ночной тишиной – и на вас наткнулся совершенно случайно.
- Да, в этой поездке вам пришлось нелегко, - кивнул князь… и в его голосе Кэллиэн с легкостью различил фальшивое участие. Правитель явно стремился любой ценой уйти от чем-то неугодного ему разговора об этом маленьком ночном путешествии.
- Что-то произошло, верховный князь? – деликатно осведомился Кэллиэн, наконец отлепившись от двери дальней конюшни. – Что-то, из-за чего вам захотелось вдруг прокатиться в одиночестве?
Проницательные синие глаза с легкостью подметили такие мелочи, как запыленный костюм для верховой езды, шпоры на сапогах и хлыстик, который Дориан по рассеянности не оставил в конюшне, а продолжал вертеть в руках.
- Ничего такого, что требовало бы вашего вмешательства, - все-таки не сдержавшись, огрызнулся князь.
Маг смерил его внимательным, серьезным взглядом с легким прищуром, затем пожал плечами и двинулся прочь.
- Как скажете, милорд. Доброй вам ночи, - безмятежно пожелал он и растворился в ночи.
Князь отер выступивший на лбу пот. Не солгать этому типу – непростая задача… и еще сложнее – не навести его на совершенно ненужные сейчас подозрения. Он принял решение. У него целая ночь на то, чтобы привести задуманное в действие. Кэллиэну обычно ничто не мешало попытаться надавить, если он хотел получить ответ на свой вопрос. Но в этот раз он отступился. Либо поверил, либо…
Что-то задумал.
Князь встряхнулся.
В любом случае, телепатией полувампир не владеет, с помощью ментального контакта незаметно вызнать что-либо не сможет. А значит, не сумеет помешать. Учитывая, как старательно Кэллиэн защищал Инерис все это время, ему лучше не говорить ни о чем до последнего. Как и ей самой. Подстраховаться не помешает – чем меньше времени у него будет на возможные попытки помешать, тем лучше.
А пока… нужно подобрать пресловутый эскорт, с которым его дочь завтра выйдет из замка навстречу людям лорда Сантуса. Полдороги – это лес близ водопада Джойли…
Идеальное место.
***
Делать это не хотелось категорически, но выхода, похоже, не осталось. И Кэллиэн, едва удостоверившись, что князь уже не сможет его увидеть, сменил ленивую, вальяжную походку на целеустремленную, чтоб не сказать торопливую. Он быстро поднялся по лестницам, влетел в свой кабинет – и остановился только у зеркала на стене.
Как всегда, она отозвалась быстро, несмотря на поздний час.
- Миледи, - не тратя время на вежливости, начал Кэллиэн, - с момента возвращения мне мне до крайности не нравится происходящее с князем. Я бы не стал связываться с вами так поздно, если бы не одно странное обстоятельство. Я случайно подловил князя близ дальней конюшни, и вел он себя так суетливо, словно собирался украсть лошадь. Куда отправлялся, так и не сказал, юлил, принужденно улыбался…
В фиолетовых глазах вспыхнула тревога.
- И главное, - добил Кэллиэн, впервые озвучив собственные сомнения, – до сих пор не вызвал к себе леди-наследницу. Не выразил ни удовлетворения, ни неудовольствия ее действиями. Я не знаю, чего от него теперь можно ожидать… Он не то чтобы пытался мне солгать… но лицемерие я почувствовал. - Помедлив, маг вздохнул и неохотно признал: - Как вы и предупреждали.
Она сжала подлокотники кресла. Побледнела, нахмурилась.
- Постарайтесь завтра выяснить, что он затеял.
- Каким образом? – горько усмехнулся Кэллиэн. – Князь, судя по сегодняшнему происшествию, категорически не желает обсуждать со мной свои действия.
- Проследите. Подслушайте, в конце концов. Только не говорите мне теперь, что никогда раньше не прибегали к подобным методам.
- В этом замке – нет, - пожал плечами Кэллиэн.
- Значит, придется начать, - с неожиданной жесткостью произнесла леди Дженис.
Маг склонил голову набок.
- Надеюсь, вы сейчас не пытаетесь мне указывать? – с обманчивой мягкостью осведомился он.
Женщина вздрогнула и пошла на попятный… несмотря на то, что от скрестившего руки на груди мага с недобрым взглядом ее отделяло немало лиг.
- Нет, конечно, нет… Но, прошу вас, лорд Дэтре, сделайте все, что в ваших силах.
- Я обещал вам однажды. Не в моих правилах отказываться от своего слова, - ледяным тоном произнес он и прервал связь.
Даже не прикоснувшись к стеклу.
Сразу видно – хозяин артефактов.
Что ж такое… все как на иголках. Кэллиэн нервничает, она сама тоже…
На него нельзя давить. Она совершила серьезную ошибку…
Оставалось лишь надеяться на то, что маг и впрямь не привык изменять своему слову.
Нужно передать Ассаэру… пусть будет начеку.
***
Империя Йерихо. Грован
Отправляясь сюда, Натор, в общем-то, ожидал, что его схватят, и особо прятаться не собирался. Но такой скорости развития событий не ожидал. Всего лишь вчера его обнаружил императорский патруль – притом члены элитной вампирской гвардии, от таких легко не уйти даже его сородичам.
И уже сегодня он стоит перед молодым (чтоб не сказать юным) наследником империи Йерихо… теперь – единственным… и, несмотря на все усилия, не может ненавидеть этого вампира с пугающими черными глазами, в которых алым горят вертикальные зрачки.
Почти как у дракона…
Они пугали.
Но их выражение…
Это были глаза того, кто потерял все, что было ему дорого.
Можно было бы возразить, что взамен он приобрел империю… Но Натор тоже не считал власть великой наградой. Даже почти безграничную.
Он был демоном. Семья превыше всего.
Натор, разумеется, видел его не впервые… но таким еще не видел ни разу.
- Ваша наглость просто поразительна, - протянул Даскалиар Дариэт, с презрением глядя на стоящего на коленях перед единственным креслом в допросной избитого демона, в котором трудно было опознать некогда гордого лорда Ад’Сехти. – Вернулись сюда, практически не скрываясь, промчались по моей стране, во весь опор… Зачем, неуважаемый, если ваши сородичи бежали, едва сумев прогрызть запасной выход, как крысы, отчаянно пытающиеся выбраться из мешка, пока их не утопили?
- Полагаю, ответ на этот вопрос вам известен, - невзирая на крайне неудобное положение, Натор смотрел прямо на императора. В глаза, показывая, что не боится его. – Я был обязан выяснить, что произошло с моим отцом и старшим братом.
- Вы не первый год живете в моей стране и должны знать, каковы наши законы на этот счет, - выплюнул Даскалиар. – С ними поступили по закону, лорд Ад’Сехти… точнее, следует сказать, неуважаемый глава четвертого рода.
Губы вампира искривились – не то в усмешке, не то в брезгливой гримасе, но всего лишь на мгновение. В следующий миг бледное лицо снова застыло, лишившись всякого выражения.
Натор продолжал смотреть на него остановившимся взглядом.
Итак, он опоздал.
Даже странно… Отец погиб… брат погиб… а скорби нет. Боли нет. Только отупляющее безразличие. Оцепенение.
Анджана не дождется его…
Даже злиться на вампира почему-то не получалось. Не хотелось осыпать его проклятиями, пытаться отомстить, убить или хотя бы ударить…
Они ведь теперь квиты, да? Из-за его отца Даскалиар Дариэт лишился матери… да и отца тоже. Демоны ведь участвовали в этом мятеже с самого начала… без их поддержки, возможно, Ашер Хассимэ не рискнул бы зайти так далеко…
Теперь из-за Даскалиара Дариэта он лишился собственной семьи. Но у него еще была Анджана и дочь…
У вампира остался только дед… по слухам, редкостный мерзавец.
Неравноценная замена.
Удар показался Натору совсем несильным. Даже когда он рухнул на пол, не удержавшись на коленях, боли почти не было. Только совсем тупая, на грани восприятия.
- Прекратить! – жестко оборвал Даскалиар охранника.
Второго удара не последовало.
Натор был даже благодарен не в меру рьяному вампиру.
По крайней мере, он вспомнил, как надо дышать.
- Что ж, - хрипло произнес он. – Мне осталось лишь принять ваше решение о моей участи.
Лицо вампира исказилось на миг, а затем он ледяным тоном произнес:
- Убирайтесь из моей страны.
Уверенный, что ослышался, Натор снова уставился на юнца как минимум вчетверо младше себя – но уже облеченного такой властью.
- Нечего на меня смотреть, лорд Ад’Сехти. Я знаю, что вы не разделяли взглядов вашего отца. Вы же не думаете, что я не способен узнать правду, когда мне это нужно? При желании я могу развязать язык кому угодно. Мне хватило показаний вашего отца. Пачкать руки теперь еще и вашей кровью я не собираюсь, как и еще больше обострять отношения между нашими странами. Вы хотели услышать мое решение? Пожалуйста, вот оно, - Даскалиар прищурился и холодно произнес: - Вы и все выжившие члены вашей семьи навсегда изгоняетесь из Йерихо. При попытке вернуться – неважно, по какой причине, - будете казнены на месте. Ваш род здесь вне закона. Отныне и навсегда. Я ясно выразился, великий лорд Ад’Сехти?
Натор не понимал, серьезно ли говорит вампир, не знал, как на это реагировать, и заторможенно уточнил:
- А как же… кровная вражда?
- Вы действительно считаете, что она имела место?
Словно оглушенный, Натор покачал головой.
- Ваш отец и брат были наказаны за свои преступления. Вы к ним непричастны. Проваливайте, лорд Ад’Сехти. – Он кивнул кому-то за спиной Натора. – Выдать портал к южной границе. Пусть там встретят и переправят в Терры. – Даскалиар снова перевел взгляд на Натора. - Разговор окончен. Надеюсь, вы по достоинству оценили мое милосердие.
- Но… - Натор наконец вновь обрел способность говорить. – Я же… должен последовать за своим отцом…
- Так стремитесь умереть? – издевательски изогнул бровь без пяти минут император. – Можете самоубиться на родной земле. Но мне казалось, вам есть ради кого жить, лорд глава четвертого дома.
Вот теперь ошибиться было невозможно. Из глаз вампира плеснуло отчаяние. Он на миг прикрыл их, и взгляд вновь стал бесстрастным.
- Увести, - коротко приказал Даскалиар.
Милосердие. Проявленное, похоже, исключительно ради его жены и детей.
Натор не сопротивлялся, оглушенный всем услышанным и увиденным.
Он еще не скоро сможет по-настоящему осознать происшедшее.
Путь по замку прошел как в тумане – и спустя не то час, не то день оборвался ярким свечением портала.
Великий лорд Ад’Сехти, теперь старший в роду и наделенный всеми соответствующими привилегиями и властью, вопреки собственным ожиданиям, возвращался домой.
Глава 12
Ассаэр, неподвижно стоя в беспощадно холодящих горячую кожу доспехах под яркими лучами осеннего солнца, поежился. Он жил здесь уже не первый год, но так и не привык к тому, что ближе к октябрю воздух на рассвете становится таким промозглым.
Демон был напряжен и с трудом скрывал это. Время на построении тянулось медленно, до ужаса хотелось стиснуть кулаки, схватить командора за грудки и с рычанием потребовать заканчивать этот цирк.
После ночного вызова миледи он ждал лишь одного вопроса. И наконец дождался.
- Кто из капитанов готов на сей раз взять на себя ответственность за несение караула в замке верховного князя?
Наконец-то…
Ассаэр без колебаний сделал шаг вперед, выходя из строя, затем опустился на одно колено (когда-то местные порядки претили тому, кому кланялись знатнейшие демоны Севера, но теперь почти не вызывали отчуждения), поприветстовал командора – и без проволочек получил столь желанное назначение.
Теперь он окажется в самом центре событий замка… какими бы они ни были.
И наконец уберется подальше от бесценных сородичей. Временный лагерь демонов был разбит слишком близко к четвертому форту, и Ассаэру было здесь до крайности некомфортно. Он был только рад возможности вернуться в столицу.
В полдень он уже, как ни в чем не бывало, вышел в караул в княжеском замке - вместе с четырьмя элитными воинами из четвертого форта.
***
Беды ничто не предвещало. Утреннее совещание прошло без сучка, без задоринки, отец ни одним словом, ни единым действием ни выразил неодобрения, задавал общие вопросы о ситуации в замке и реорганизации обороны, говорил ровно и сдержанно. Пусть и не похвалил – но зато и не ругался.
Поэтому вечерний вызов в его личный кабинет стал для леди-наследницы сюрпризом – и весьма неприятным.
- Инерис, как твой отец и господин я принял серьезное решение и надеюсь, что ты для разнообразия удержишься от проявления своего вздорного характера.
Это начало вышло настолько зловещим, что Инерис, охваченная до крайности плохим предчувствием, даже не нашлась, что ответить. Она молча ждала продолжения, глядя на отца.
- Я не желаю более подвергать тебя риску, - тоном, который исключал даже возможность возразить, заявил князь.
