Тигр опустил голову, а когда вновь посмотрел на Инерис, в его глазах плескалось отчаяние.
…Выболтал… я же выболтал все… Что на меня нашло, в самом деле?!
- Не передавайте моих слов никому, и прежде всего леди-наследнице, - тихо произнес он. – И я больше даже не взгляну в вашу сторону. Только не говорите ей ни о чем.
Действие эликсира явно подходило к концу.
- Не скажу, - великодушно пообещала Инерис, подумав про себя: «Конечно, говорить не придется. Леди-наследница уже в курсе!».
- Миледи, - произнес Кэллиэн, окончательно утративший терпение, - идемте. Не стоит заставлять князя ждать.
- Да. Прощайте, милорд.
И, подобрав подол платья, Инерис двинулась вместе с магом к выходу.
Они спустились со ступенек, в полном молчании прошли по площади, вымощенной камнями, поднялись по ступенькам бокового крыльца, где находился вход для слуг (номинально) и самый короткий путь в жилое крыло (фактически). Инерис знала, что Кэллиэн не чурается его использовать.
Кэллиэн знал, что леди-наследница регулярно ныряет именно сюда, желая избежать повышенного внимания придворных.
Они поднимались по лестнице, когда Инерис наконец заговорила.
- Будете ругаться, да? – хмуро спросила она.
- Нет, - безэмоционально отозвался придворный маг.
Слегка удивившись, Инерис осмелилась взглянуть на него. Лицо Кэллиэна было совершенно непроницаемым, словно не в него только что стреляли из арбалета.
- А вы что, всегда ходите с такой защитой? – уточнила она.
- Нет, конечно. Но в случае с этим типом риск агрессии был довольно высок. Я решил подстраховаться.
- Лорд Дэтре…
- Подождите, пока мы не доберемся до цели, леди Ламиэ, - прервал ее черноволосый маг, и Инерис послушно умолкла.
К удивлению леди-наследницы, оказалось, что идут они вовсе не в ее покои. Она вопросительно покосилась на Кэллиэна, но тот сделал вид, что не замечает взгляда (а может, и правда не заметил, по его лицу не поймешь), и повел ее дальше.
Сердце екнуло, когда они остановились перед входом в башню.
- Ключ же только у отца, - жалобно произнесла Инерис.
Чуть изогнутая черная бровь стала сигналом о том, что невозмутимый лаэрн Дэтре все-таки ее слушает – и даже испытывает какие-то эмоции.
- Леди Ламиэ, вы пришли сюда с магом, - с укором напомнил он и, проведя рукой над старинным замком, снял его с дужек. Инерис покраснела, досадуя на себя.
Кэллиэн открыл дверь и, даже не подумав пропустить ее вперед, двинулся вверх по лестнице.
Пожав плечами, Инерис направилась за ним.
Он летел, словно не замечал количества ступенек, легко перешагивая через одну. Инерис сперва не отставала, потом начала пыхтеть и наконец остановилась передохнуть. Винтовые лестницы никогда не входили в число ее любимых развлечений.
К ее удивлению, маг в тот же миг замер на месте и небрежно прислонился к стене, скрестив руки на груди. Не проявляя ни малейшего нетерпения, будто не он только что спешил так, словно за ними стаей гонятся ледяные волки, Кэллиэн спокойно ждал, пока она отдышится, и, казалось, готов был так простоять целую вечность.
И в тот самый миг, как она решила продолжать путь, но еще не успела даже шевельнуться, он отвернулся и двинулся дальше, не оборачиваясь.
А Инерис заторопилась следом, ломая голову над вопросом: вот как маг понял, что она отдохнула?
И вообще он странно себя вел…
Для самого себя, то есть.
Нет, Кэллиэну и раньше доводилось вытаскивать ее из неприятностей, но он всегда проделывал это совершенно безмятежно, словно оплошности являлись естественной частью воспитательного процесса. Ему как-то довелось поймать ее, когда она забралась на парапет и едва не упала, засмотревшись на словно танцующих в воздухе ласточек. Так маг тогда прочел нудную лекцию, держа ее за шкирку, как котенка, над пропастью, но не разозлился.
А сегодня…
Оказывается, Кэллиэна в ярости ей очень не хотелось видеть. Он вроде бы вел себя как обычно, но появилось в его движениях нечто такое… странная, почти звериная грация, и они стали более резкими; голос остался спокойным, но от сквозившей в нем мягкости у Инерис мурашки по спине бежали.
Маг дошел до верхней двери, ведущей на открытую площадку на вершине, и Инерис наконец сообразила, почему он пошел первым. Здесь лестница сужалась, они бы попросту не развернулись. А выход тоже был заперт.
Кэллиэн легко справился и с этим замком, распахнул дверь и вышел, придержав ее для девушки. Виновато вздрогнув, Инерис выскользнула на продуваемую всеми ветрами площадку, окруженную только простором и парапетами. Это была самая высокая башня в замке.
- Теперь можем поговорить, - раздался по-прежнему обманчиво мягкий голос мага, и Инерис невольно вздрогнула.
- Вы все-таки будете меня отчитывать, - обреченно констатировала она.
- Отнюдь. Это бессмысленно.
Это он к чему? К тому, что она слишком глупа, чтобы принять сказанное им к сведению?
- Могу я уточнить, почему вы так считаете?
Он неожиданно подошел к ней, медленно поднял руку, коснулся указательным пальцем, по-прежнему затянутым в мягкую черную кожу, ее правой щеки. Инерис снова вздрогнула. Такая близость такого Кэллиэна почему-то была ей очень не по душе. Палец скользнул к подбородку, подцепил его, нажатие в тот же миг усилилось до боли… а затем маг убрал руки в карманы и снова отошел на шаг, пристально, внимательно вглядываясь в ее глаза.
- Вы ведь сейчас страшно злы, - прошептала она.
Отрицать он не стал. Синие глаза оставались холодными, как лед.
- Я не просто зол, я в бешенстве, Инерис, - спокойно сообщил маг.
На сей раз вздрогнули оба. Кэллиэн проклял себя за оплошность. Он не называл ее по имени с тех пор, как ей минуло пятнадцать, и она начала носить длинные женские платья и собирать волосы в более сложные прически, чем вечно встрепанные косички или низкий хвост… Вот почему именно сейчас надо было это ляпнуть?
Интересно, сделает она ему замечание или…
- Но почему?! Что я такого…
...Или.
- С чего вы взяли, что я зол только на вас?
И она замолчала, недоверчиво глядя на мага.
- Вы как раз поступили совершенно правильно, - чуть растягивая слова, продолжил он. – Заручились поддержкой капитана, который должен был отрядить вам в помощь лучших людей. Подумали обо всех возможных… случайностях, - произнес он, выразительно покосившись на ее сапожки.
Инерис невольно переступила с ноги на ногу. Ну да, кинжалом, в отличие от арбалета, она владела хорошо и в случае необходимости могла за себя постоять.
- И роль свою сыграли просто великолепно, - продолжал он. – Честное слово, если бы я не знал, что на самом деле вы расчетливая леди, знающая себе цену и, как оказалось, прекрасно понимающая мужскую психологию, на месте этого парня тоже бы поверил.
Леди-наследница вздрогнула. Налетел порыв по-осеннему зябкого ветра, и она невольно поежилась… или холодный взгляд мага так действовал?
- Нет, все-таки вы злитесь на меня, - вынесла вердикт она. – Но, простите, он сам решил, что я – леди Альдис (только бы леди Эжели ни о чем не узнала)! И разговорить его было бы проще всего, он самый молодой из них…
- И самый несдержанный, - ровно закончил за нее Кэллиэн. – О чем вы должны были знать. Ваш единственный просчет, Инерис. Эликсир, который вы ему подлили, - взглянул на девушку, убедился, что она покладисто покраснела, и тем же тоном продолжил, - …конечно, развязал оборотню язык, но при этом и ослабил его контроль над собой. Вы бы отказали, а то и выхватили кинжал, парень бы обратился, и-и-и…
- Два варианта. Выскочили бы стражники и порубили его в капусту, или он успел бы добраться до меня, - тихо, с запоздалым ужасом отозвалась Инерис. – В первом случае – страшный скандал с соседним королевством, во втором… -
Кэллиэн бесстрастно кивнул, когда она побледнела и умолкла. И вдруг сообразила еще кое-что: для него было совершенно нехарактерным беспокоиться о ком-то. Темный маг не из тех людей, кто в любой ситуации готов прийти на помощь другому.
– Вы поэтому пришли туда за мной? – тихо спросила она, подняв взгляд на Кэллиэна.
Тот все с тем же отсутствующим видом смотрел на нее и не отвел взгляда.
- Я стоял там с самого начала, готовый вмешаться в любой момент.
- Вас… просил об этом отец?
- Ваш отец… не понял, что вы задумали. – В синих глазах вдруг блеснула молния, но тон остался таким же ровным. - Скажите, леди Ламиэ, а вы действительно считаете меня таким мерзавцем? Вы действительно думаете, что увидев, как кому-то угрожает опасность, я равнодушно пройду мимо, пожав плечами и подумав «Сам виноват» - если только князь не прикажет вмешаться?
Вот теперь его взгляда Инерис не выдержала. Притворилась, что смахивает соринку с лифа платья… и не увидела, как нервно сглотнул маг, невольно последовав взглядом за ее рукой. Перед его глазами невольно встало то, зеленое, с вырезом…
С усилием отвел взгляд.
Инерис тихо охнула от неожиданности, когда Кэллиэн резко отвернулся и облокотился на парапет.
- Простите, лорд Дэтре, - наконец произнесла она. – Простите меня.
Она так и не поняла, почему он вдруг коротко рассмеялся. Странный это был смех, с ноткой горечи, а не веселья. От него по спине и полуобнаженным рукам побежали мурашки… или виноват очередной порыв ветра, взъерошивший тщательно заколотые на затылке каштановые пряди?
- Инерис, я гляжу, такт – не ваша сильная сторона, м? По крайней мере, в личных разговорах. Я-то думал, вы начнете меня переубеждать, а вы совершенно спокойно признались, что были обо мне далеко не лучшего мнения… Ладно хоть извинились искренне. Тем более что благородный рыцарь, направо и налево творящий добро, из меня действительно никакой, - с самоиронией вздохнул придворный маг и обернулся через плечо. Несколько черных прядок выскользнули из-под шляпы и сейчас обрамляли худое, бледное лицо.
Еще и обидела. Прекрасно.
Инерис покраснела от жгучего стыда. Пожалуй, впервые за все время их знакомства она увидела в нем не просто эксцентричного придворного мага, а человека, который испытывает такие же чувства, как все остальные. Которого тоже можно задеть неосторожными словами.
Эта мысль заставила девушку присмотреться к Кэллиэну по-новому – тем более что на этой маленькой площадке они стояли совсем рядом. Она словно впервые увидела выверенные, гармоничные черты его лица. По-мужски резкие, но вместе с тем не лишенные изящества. Благородный нос, с выраженной горбинкой – но тоже какой-то аккуратной. Красивой формы глаза, как всегда, подведенные черным, с черными же ресницами – неожиданно пушистыми, любая девушка обзавидуется. Черные брови идеальной формы, чуть изогнутыми росчерками тянущиеся от переносицы к вискам, симметричные, словно он и их подкрашивает… Но Инерис видела, что это не так. Губы скорее узкие, чем полные, красиво очерченные. Подбородок тоже узковат, чуть выступает вперед, ровно настолько, чтобы его можно было назвать красивым, не прибавив «женственный».
Она привыкла воспринимать Кэллиэна как единое эксцентричное целое, вечно в черном, с возмутительно длинными волосами и в неизменной шляпе… и теперь завороженно разглядывала его лицо, словно увидела впервые.
- Почему вы так смотрите на меня, Инерис? – раздался спокойный, совершенно неинтересный, не высокий и не низкий – словом, абсолютно посредственный – голос, и волшебство момента рассеялось.
- Поняла вдруг, что раньше вас не видела, - слова словно сами собой слетели с ее губ.
Маг иронично изогнул бровь, но этим и ограничился.
- Простите, а кого в таком случае вы имели несчастье лицезреть в этом дворце последние пять лет? – уточнил он. В голос прокралась редкая гостья – нотка веселья.
Инерис покраснела. Ну да, выдала дурацкое замечание – теперь расплачивайся.
- Я не в этом смысле, - отведя взгляд, произнесла она. – Просто я привыкла смотреть на вас как на эксцентричного придворного мага и никогда не замечала многих деталей… К примеру, что у вас ресницы очень густые. И морщинок на лбу нет совершенно, даже когда вы хмуритесь. Я ведь, если подумать, даже не могу сказать, насколько вы изменились за то время, что я вас знаю. Мне кажется, вообще нет, а на самом деле? Странно даже, столько лет смотришь на человека, но в упор не замечаешь некоторых вещей…
Он кашлянул. Попытался что-то сказать, но снова закрыл рот, не проронив ни звука. И тоже смерил ее каким-то странным взглядом.
- Это касается не только внешности, Инерис, но… вы правы. Мы слишком мало внимания уделяем деталям, глядя на привычное целое. Верно и обратное: если слишком сосредоточиться на деталях, целое ускользнет.
...Как от меня.
- Простите, что заставила вас беспокоиться, - импульсивно произнесла Инерис. – И простите, что обидела.
- Меня невозможно «заставить» беспокоиться и довольно сложно обидеть. Вы просто напомнили мне об отдельных сторонах моей репутации, о которых я, признаться, начал забывать за эти пять лет.
Но это он произнес, спрятав глаза в тени от полей шляпы.
- Кэллиэн…
Маг резко вскинул голову, недоверчиво посмотрел на нее.
А, чтоб тебя! Привычка подстраиваться к собеседнику сыграла с ней дурную шутку. Кэллиэн в ходе отповеди начал звать ее по имени, как когда-то, и она совершила ту же оплошность…
Инерис поспешила исправиться:
- Лорд Дэтре… простите, но если честно, насколько правдива ваша репутация?
Он вдруг прикрыл глаза рукой и горестно застонал.
- Инерис, вы чудовище, - приглушенно сообщил мужчина. – Зачем вам это знать?
Девушка почувствовала себя глупо. Она-то хотела как лучше…
- Ну… если она незаслуженна, можно что-то сделать по этому поводу, объяснить людям…
В синих глазах сверкнула сталь.
- Она заслуженна.
От этого взгляда Инерис невольно попятилась. Он словно обжигал гневом.
- Чем я вас рассердила?
- Благими намерениями исключительно. Вы что, забыли? Моя репутация – дополнительная защита и вашего княжества, и вашей семьи. Пока здесь бродит эксцентричный и не боящийся грязи и крови темный маг, любой трижды подумает перед тем, как прийти сюда с нехорошими намерениями. И, смею вас заверить, звание темного мага дается не просто так. Я совершал все сопутствующие этому пути шаги. И могу проделать каждый из них снова. В любой момент.
Ей вдруг снова стало зябко. Поежившись, Инерис отвернулась и, в свою очередь шагнув к парапету, устремила взгляд на город внизу, у подножия холма.
- Испугал? – тихо спросил Кэллиэн.
- Немного, - честно ответила леди-наследница.
- Не бойтесь. Я не причиню вам вреда. Я здесь для того, чтобы защищать.
И ей на плечи мягко лег мужской камзол.
Она закуталась в него – и ощутила легкий запах. Чуть горьковатый, пряный, приятный. Что это у него за парфюм такой, интересно… но отягощать совесть еще одним неуместным вопросом Инерис не стала.
- Я знаю, - прошептала она. – Спасибо.
- Инерис… - Кэллиэн помедлил, но все-таки спросил: - Для меня не секрет, как ко мне относятся при дворе. Вы тоже меня боитесь?
Она помолчала немного. Почему? Подбирает слова, чтобы убедительно солгать? Или пытается ответить сперва на этот вопрос самой себе?
- Вы знаете, нет, Кэллиэн. Опасаюсь, особенно в некоторые моменты. Но бояться… нет, не дождетесь. - И с оттенком ехидства добавила: - Простите, если разочаровала вас этим после столь пугающей отповеди. Полагаю, вы надеялись на иной ответ?
Она впервые услышала его нормальный смех – тихий, неожиданно низкий, завораживающий. Невольно обернулась, но в тот же миг смех стих, и на узких губах мага уже не было улыбки.
…Выболтал… я же выболтал все… Что на меня нашло, в самом деле?!
- Не передавайте моих слов никому, и прежде всего леди-наследнице, - тихо произнес он. – И я больше даже не взгляну в вашу сторону. Только не говорите ей ни о чем.
Действие эликсира явно подходило к концу.
- Не скажу, - великодушно пообещала Инерис, подумав про себя: «Конечно, говорить не придется. Леди-наследница уже в курсе!».
- Миледи, - произнес Кэллиэн, окончательно утративший терпение, - идемте. Не стоит заставлять князя ждать.
- Да. Прощайте, милорд.
И, подобрав подол платья, Инерис двинулась вместе с магом к выходу.
Они спустились со ступенек, в полном молчании прошли по площади, вымощенной камнями, поднялись по ступенькам бокового крыльца, где находился вход для слуг (номинально) и самый короткий путь в жилое крыло (фактически). Инерис знала, что Кэллиэн не чурается его использовать.
Кэллиэн знал, что леди-наследница регулярно ныряет именно сюда, желая избежать повышенного внимания придворных.
Они поднимались по лестнице, когда Инерис наконец заговорила.
- Будете ругаться, да? – хмуро спросила она.
- Нет, - безэмоционально отозвался придворный маг.
Слегка удивившись, Инерис осмелилась взглянуть на него. Лицо Кэллиэна было совершенно непроницаемым, словно не в него только что стреляли из арбалета.
- А вы что, всегда ходите с такой защитой? – уточнила она.
- Нет, конечно. Но в случае с этим типом риск агрессии был довольно высок. Я решил подстраховаться.
- Лорд Дэтре…
- Подождите, пока мы не доберемся до цели, леди Ламиэ, - прервал ее черноволосый маг, и Инерис послушно умолкла.
К удивлению леди-наследницы, оказалось, что идут они вовсе не в ее покои. Она вопросительно покосилась на Кэллиэна, но тот сделал вид, что не замечает взгляда (а может, и правда не заметил, по его лицу не поймешь), и повел ее дальше.
Сердце екнуло, когда они остановились перед входом в башню.
- Ключ же только у отца, - жалобно произнесла Инерис.
Чуть изогнутая черная бровь стала сигналом о том, что невозмутимый лаэрн Дэтре все-таки ее слушает – и даже испытывает какие-то эмоции.
- Леди Ламиэ, вы пришли сюда с магом, - с укором напомнил он и, проведя рукой над старинным замком, снял его с дужек. Инерис покраснела, досадуя на себя.
Кэллиэн открыл дверь и, даже не подумав пропустить ее вперед, двинулся вверх по лестнице.
Пожав плечами, Инерис направилась за ним.
Он летел, словно не замечал количества ступенек, легко перешагивая через одну. Инерис сперва не отставала, потом начала пыхтеть и наконец остановилась передохнуть. Винтовые лестницы никогда не входили в число ее любимых развлечений.
К ее удивлению, маг в тот же миг замер на месте и небрежно прислонился к стене, скрестив руки на груди. Не проявляя ни малейшего нетерпения, будто не он только что спешил так, словно за ними стаей гонятся ледяные волки, Кэллиэн спокойно ждал, пока она отдышится, и, казалось, готов был так простоять целую вечность.
И в тот самый миг, как она решила продолжать путь, но еще не успела даже шевельнуться, он отвернулся и двинулся дальше, не оборачиваясь.
А Инерис заторопилась следом, ломая голову над вопросом: вот как маг понял, что она отдохнула?
И вообще он странно себя вел…
Для самого себя, то есть.
Нет, Кэллиэну и раньше доводилось вытаскивать ее из неприятностей, но он всегда проделывал это совершенно безмятежно, словно оплошности являлись естественной частью воспитательного процесса. Ему как-то довелось поймать ее, когда она забралась на парапет и едва не упала, засмотревшись на словно танцующих в воздухе ласточек. Так маг тогда прочел нудную лекцию, держа ее за шкирку, как котенка, над пропастью, но не разозлился.
А сегодня…
Оказывается, Кэллиэна в ярости ей очень не хотелось видеть. Он вроде бы вел себя как обычно, но появилось в его движениях нечто такое… странная, почти звериная грация, и они стали более резкими; голос остался спокойным, но от сквозившей в нем мягкости у Инерис мурашки по спине бежали.
Маг дошел до верхней двери, ведущей на открытую площадку на вершине, и Инерис наконец сообразила, почему он пошел первым. Здесь лестница сужалась, они бы попросту не развернулись. А выход тоже был заперт.
Кэллиэн легко справился и с этим замком, распахнул дверь и вышел, придержав ее для девушки. Виновато вздрогнув, Инерис выскользнула на продуваемую всеми ветрами площадку, окруженную только простором и парапетами. Это была самая высокая башня в замке.
- Теперь можем поговорить, - раздался по-прежнему обманчиво мягкий голос мага, и Инерис невольно вздрогнула.
- Вы все-таки будете меня отчитывать, - обреченно констатировала она.
- Отнюдь. Это бессмысленно.
Это он к чему? К тому, что она слишком глупа, чтобы принять сказанное им к сведению?
- Могу я уточнить, почему вы так считаете?
Он неожиданно подошел к ней, медленно поднял руку, коснулся указательным пальцем, по-прежнему затянутым в мягкую черную кожу, ее правой щеки. Инерис снова вздрогнула. Такая близость такого Кэллиэна почему-то была ей очень не по душе. Палец скользнул к подбородку, подцепил его, нажатие в тот же миг усилилось до боли… а затем маг убрал руки в карманы и снова отошел на шаг, пристально, внимательно вглядываясь в ее глаза.
- Вы ведь сейчас страшно злы, - прошептала она.
Отрицать он не стал. Синие глаза оставались холодными, как лед.
- Я не просто зол, я в бешенстве, Инерис, - спокойно сообщил маг.
На сей раз вздрогнули оба. Кэллиэн проклял себя за оплошность. Он не называл ее по имени с тех пор, как ей минуло пятнадцать, и она начала носить длинные женские платья и собирать волосы в более сложные прически, чем вечно встрепанные косички или низкий хвост… Вот почему именно сейчас надо было это ляпнуть?
Интересно, сделает она ему замечание или…
- Но почему?! Что я такого…
...Или.
- С чего вы взяли, что я зол только на вас?
И она замолчала, недоверчиво глядя на мага.
- Вы как раз поступили совершенно правильно, - чуть растягивая слова, продолжил он. – Заручились поддержкой капитана, который должен был отрядить вам в помощь лучших людей. Подумали обо всех возможных… случайностях, - произнес он, выразительно покосившись на ее сапожки.
Инерис невольно переступила с ноги на ногу. Ну да, кинжалом, в отличие от арбалета, она владела хорошо и в случае необходимости могла за себя постоять.
- И роль свою сыграли просто великолепно, - продолжал он. – Честное слово, если бы я не знал, что на самом деле вы расчетливая леди, знающая себе цену и, как оказалось, прекрасно понимающая мужскую психологию, на месте этого парня тоже бы поверил.
Леди-наследница вздрогнула. Налетел порыв по-осеннему зябкого ветра, и она невольно поежилась… или холодный взгляд мага так действовал?
- Нет, все-таки вы злитесь на меня, - вынесла вердикт она. – Но, простите, он сам решил, что я – леди Альдис (только бы леди Эжели ни о чем не узнала)! И разговорить его было бы проще всего, он самый молодой из них…
- И самый несдержанный, - ровно закончил за нее Кэллиэн. – О чем вы должны были знать. Ваш единственный просчет, Инерис. Эликсир, который вы ему подлили, - взглянул на девушку, убедился, что она покладисто покраснела, и тем же тоном продолжил, - …конечно, развязал оборотню язык, но при этом и ослабил его контроль над собой. Вы бы отказали, а то и выхватили кинжал, парень бы обратился, и-и-и…
- Два варианта. Выскочили бы стражники и порубили его в капусту, или он успел бы добраться до меня, - тихо, с запоздалым ужасом отозвалась Инерис. – В первом случае – страшный скандал с соседним королевством, во втором… -
Кэллиэн бесстрастно кивнул, когда она побледнела и умолкла. И вдруг сообразила еще кое-что: для него было совершенно нехарактерным беспокоиться о ком-то. Темный маг не из тех людей, кто в любой ситуации готов прийти на помощь другому.
– Вы поэтому пришли туда за мной? – тихо спросила она, подняв взгляд на Кэллиэна.
Тот все с тем же отсутствующим видом смотрел на нее и не отвел взгляда.
- Я стоял там с самого начала, готовый вмешаться в любой момент.
- Вас… просил об этом отец?
- Ваш отец… не понял, что вы задумали. – В синих глазах вдруг блеснула молния, но тон остался таким же ровным. - Скажите, леди Ламиэ, а вы действительно считаете меня таким мерзавцем? Вы действительно думаете, что увидев, как кому-то угрожает опасность, я равнодушно пройду мимо, пожав плечами и подумав «Сам виноват» - если только князь не прикажет вмешаться?
Вот теперь его взгляда Инерис не выдержала. Притворилась, что смахивает соринку с лифа платья… и не увидела, как нервно сглотнул маг, невольно последовав взглядом за ее рукой. Перед его глазами невольно встало то, зеленое, с вырезом…
С усилием отвел взгляд.
Инерис тихо охнула от неожиданности, когда Кэллиэн резко отвернулся и облокотился на парапет.
- Простите, лорд Дэтре, - наконец произнесла она. – Простите меня.
Она так и не поняла, почему он вдруг коротко рассмеялся. Странный это был смех, с ноткой горечи, а не веселья. От него по спине и полуобнаженным рукам побежали мурашки… или виноват очередной порыв ветра, взъерошивший тщательно заколотые на затылке каштановые пряди?
- Инерис, я гляжу, такт – не ваша сильная сторона, м? По крайней мере, в личных разговорах. Я-то думал, вы начнете меня переубеждать, а вы совершенно спокойно признались, что были обо мне далеко не лучшего мнения… Ладно хоть извинились искренне. Тем более что благородный рыцарь, направо и налево творящий добро, из меня действительно никакой, - с самоиронией вздохнул придворный маг и обернулся через плечо. Несколько черных прядок выскользнули из-под шляпы и сейчас обрамляли худое, бледное лицо.
Еще и обидела. Прекрасно.
Инерис покраснела от жгучего стыда. Пожалуй, впервые за все время их знакомства она увидела в нем не просто эксцентричного придворного мага, а человека, который испытывает такие же чувства, как все остальные. Которого тоже можно задеть неосторожными словами.
Эта мысль заставила девушку присмотреться к Кэллиэну по-новому – тем более что на этой маленькой площадке они стояли совсем рядом. Она словно впервые увидела выверенные, гармоничные черты его лица. По-мужски резкие, но вместе с тем не лишенные изящества. Благородный нос, с выраженной горбинкой – но тоже какой-то аккуратной. Красивой формы глаза, как всегда, подведенные черным, с черными же ресницами – неожиданно пушистыми, любая девушка обзавидуется. Черные брови идеальной формы, чуть изогнутыми росчерками тянущиеся от переносицы к вискам, симметричные, словно он и их подкрашивает… Но Инерис видела, что это не так. Губы скорее узкие, чем полные, красиво очерченные. Подбородок тоже узковат, чуть выступает вперед, ровно настолько, чтобы его можно было назвать красивым, не прибавив «женственный».
Она привыкла воспринимать Кэллиэна как единое эксцентричное целое, вечно в черном, с возмутительно длинными волосами и в неизменной шляпе… и теперь завороженно разглядывала его лицо, словно увидела впервые.
- Почему вы так смотрите на меня, Инерис? – раздался спокойный, совершенно неинтересный, не высокий и не низкий – словом, абсолютно посредственный – голос, и волшебство момента рассеялось.
- Поняла вдруг, что раньше вас не видела, - слова словно сами собой слетели с ее губ.
Маг иронично изогнул бровь, но этим и ограничился.
- Простите, а кого в таком случае вы имели несчастье лицезреть в этом дворце последние пять лет? – уточнил он. В голос прокралась редкая гостья – нотка веселья.
Инерис покраснела. Ну да, выдала дурацкое замечание – теперь расплачивайся.
- Я не в этом смысле, - отведя взгляд, произнесла она. – Просто я привыкла смотреть на вас как на эксцентричного придворного мага и никогда не замечала многих деталей… К примеру, что у вас ресницы очень густые. И морщинок на лбу нет совершенно, даже когда вы хмуритесь. Я ведь, если подумать, даже не могу сказать, насколько вы изменились за то время, что я вас знаю. Мне кажется, вообще нет, а на самом деле? Странно даже, столько лет смотришь на человека, но в упор не замечаешь некоторых вещей…
Он кашлянул. Попытался что-то сказать, но снова закрыл рот, не проронив ни звука. И тоже смерил ее каким-то странным взглядом.
- Это касается не только внешности, Инерис, но… вы правы. Мы слишком мало внимания уделяем деталям, глядя на привычное целое. Верно и обратное: если слишком сосредоточиться на деталях, целое ускользнет.
...Как от меня.
- Простите, что заставила вас беспокоиться, - импульсивно произнесла Инерис. – И простите, что обидела.
- Меня невозможно «заставить» беспокоиться и довольно сложно обидеть. Вы просто напомнили мне об отдельных сторонах моей репутации, о которых я, признаться, начал забывать за эти пять лет.
Но это он произнес, спрятав глаза в тени от полей шляпы.
- Кэллиэн…
Маг резко вскинул голову, недоверчиво посмотрел на нее.
А, чтоб тебя! Привычка подстраиваться к собеседнику сыграла с ней дурную шутку. Кэллиэн в ходе отповеди начал звать ее по имени, как когда-то, и она совершила ту же оплошность…
Инерис поспешила исправиться:
- Лорд Дэтре… простите, но если честно, насколько правдива ваша репутация?
Он вдруг прикрыл глаза рукой и горестно застонал.
- Инерис, вы чудовище, - приглушенно сообщил мужчина. – Зачем вам это знать?
Девушка почувствовала себя глупо. Она-то хотела как лучше…
- Ну… если она незаслуженна, можно что-то сделать по этому поводу, объяснить людям…
В синих глазах сверкнула сталь.
- Она заслуженна.
От этого взгляда Инерис невольно попятилась. Он словно обжигал гневом.
- Чем я вас рассердила?
- Благими намерениями исключительно. Вы что, забыли? Моя репутация – дополнительная защита и вашего княжества, и вашей семьи. Пока здесь бродит эксцентричный и не боящийся грязи и крови темный маг, любой трижды подумает перед тем, как прийти сюда с нехорошими намерениями. И, смею вас заверить, звание темного мага дается не просто так. Я совершал все сопутствующие этому пути шаги. И могу проделать каждый из них снова. В любой момент.
Ей вдруг снова стало зябко. Поежившись, Инерис отвернулась и, в свою очередь шагнув к парапету, устремила взгляд на город внизу, у подножия холма.
- Испугал? – тихо спросил Кэллиэн.
- Немного, - честно ответила леди-наследница.
- Не бойтесь. Я не причиню вам вреда. Я здесь для того, чтобы защищать.
И ей на плечи мягко лег мужской камзол.
Она закуталась в него – и ощутила легкий запах. Чуть горьковатый, пряный, приятный. Что это у него за парфюм такой, интересно… но отягощать совесть еще одним неуместным вопросом Инерис не стала.
- Я знаю, - прошептала она. – Спасибо.
- Инерис… - Кэллиэн помедлил, но все-таки спросил: - Для меня не секрет, как ко мне относятся при дворе. Вы тоже меня боитесь?
Она помолчала немного. Почему? Подбирает слова, чтобы убедительно солгать? Или пытается ответить сперва на этот вопрос самой себе?
- Вы знаете, нет, Кэллиэн. Опасаюсь, особенно в некоторые моменты. Но бояться… нет, не дождетесь. - И с оттенком ехидства добавила: - Простите, если разочаровала вас этим после столь пугающей отповеди. Полагаю, вы надеялись на иной ответ?
Она впервые услышала его нормальный смех – тихий, неожиданно низкий, завораживающий. Невольно обернулась, но в тот же миг смех стих, и на узких губах мага уже не было улыбки.
