Ему показалось, что вены на запястье почернели.
– Что такое? – встревожилась девушка.
У нее уже легли темные круги под глазами. А общий вид стал еще более уставшим.
– Нет, все нормально, – Дрейк сделал пару шагов назад. – Просто закашлял. Прости. Ты что-то делала с теми мешками?
Он указал на них пальцем. Но Найра лишь отрицательно покачала головой.
– Что-то не то с ними. Особенно от того большого. Боюсь, если я прав, то все овощи в нем испортились.
Девушка обеспокоенно подошла к приваленному к стене мешку. Осторожно развязала веревку и раскрыла его. Заглянула внутрь и резко отпрянула.
Дрейк был прав; картошка в этом мешке вся усохла и почернела.
– Что… – повернулась она к Дрейку.
– Не знаю, – сказал он. – Почувствовал что-то… Неправильное.
– Хочешь сказать, магия самостоятельно сместилась с морозильной комнаты на эти мешки? Как если бы она стала двигаться? Но Дрейк... Если у нас тут возникнут всплеск, я не знаю, что и делать… В одиночку я его не перенаправлю, тут потребуется помощь сильного волшебника… А дедушка… он может не успеть к нам вовремя.
– Я… Не знаю, – только и мог что растерянно сказать Дрейк.
Ему очень хотелось помочь Найре. Но он ничего не понимал. Совершенно. И то, что заставило его кашлять, и этот прогорклый запах магии в мешках… И что было не так с его телом. Ведь эти почерневшие вены с желтыми прожилками…
Это явно не могло быть каким-то видением; от осознания этого Дрейк проглотил поднявшийся к горлу ком.
Внезапно сверху что-то глухо грохнулось. Даже всколыхнулась паутина в углах.
Дрейк и Найра переглянулись. И чуть ли не одновременно бросились к лестнице. Но прямо перед ступеньками Дрейк зацепился обо что-то и тяжело рухнул на живот. Услышал крик сверху и громкие шаги Найры, уходящие вверх. Она снова громко позвала своего брата, перед тем, как выбежать в коридор.
Как вдруг стало тихо. Слишком тихо.
Дрейк поднялся на ноги, про себя ругаясь за глупую неуклюжесть. Пол в этом погребе был оббит деревянными пластинами, как и стены, но вот только он кое-где прогнил и чернел небольшими язвами. То, что изначально не привлекло внимание, теперь сыграло злую шутку.
– Найра! – встревоженно вскрикнул Дрейк и бросился вверх по ступенькам. Но тут возле самых последних до него дошло, что стоило бы проявить бдительность.
Так как ему никто не откликнулся. Не послышались даже шаги. Вообще, какой-либо звук.
Осторожно поднявшись на площадку, Дрейк подошел к проему и выглянул в коридор. Там никого не было; и с обеих сторон только закрытые двери. Но здесь явно стало холоднее. Воздух же явно был насыщен влагой.
Дрейк сделал пару тихих шагов к кухне. Прислушался. Но в густой тишине не было ничего слышно. И эта тишина словно бы ощущалась кожей, как что-то липкое и неприятное… Она пахла чем-то затхлым. Да и обычный скрип дощатого пола под ногами стал таким далеким и глухим, как если бы и не существовал вовсе.
С опаской заглянув на кухню, Дрейк заметил открытое настежь окно. Занавески покачивались, под ними уже мокрела небольшая лужица. Но… от нее тянулись очередью бледные пятна, складывающиеся в следы довольно длинных стоп. Если это был Аркен… То он выходил из комнаты. Но в коридоре следов не было, они странно обрывались почти у выхода из кухни.
Дрейк нахмурился и повернул голову в сторону закрытой двери в комнату Найры. Подошел к ней и взялся за круглую ручку. Медленно отворил ее.
В лицо ему ударил холодный и мокрый ветер из огромной дыры вместо стены и окна. Кресло было перевернуто, а на его спинке, как в общем и на всем полу, различались осколки стекла. Книга в черном переплете небрежно валялась на ковре. Ее обложка была в темных пятнах грязи, как и весь пол здесь.
И звук… Ни единого звука. Дрейк подошел к книге и присел перед ней. Взял в руки и перевернул страницы. Взгляд скользнул на развод грязи рядом – как ни крути, по его неровной форме можно было сложить след от чьей-то длинной стопы.
Внезапно краем глаза уловилось невнятное движение большой темной фигуры за спиной, прямо за открытым прямоугольником двери. Но прежде, чем Дрейк успел среагировать на нее, она бросилась на него. Мощными толстыми пальцами схватила за шею. Подняла над полом.
Послышался глухой и в то же время грубый хохот. Вернулся мерный шум дождя и тяжелые раскаты грома.
– А теперь давай еще немного поговорим, – произнес почти в самое ухо уж печально знакомый хриплый голос.
С этими словами оборотень силой швырнул Дрейка. Тот некрасиво упал на пол, ударился боком об мягкий подлокотник кресла. Закашлял и тяжело приподнялся на руках.
Мохнатый стоял посреди комнаты и смотрел на него сверху вниз. Его приоткрытые в злобе губы обнажали треугольные зубы. Круглые глаза светились изнутри желтым огнем. Шерсть вокруг его продольной раны на плече облезла, демонстрируя некрасивую полосу бледно-желтого шрама на светлой коже.
– Зачем тебе я? – как мог вскрикнул Дрейк, все лелея надежду решить конфликт стандартным способом народа красных драконов.
Он так надеялся, что сейчас в комнату ворвется Аркен с зачарованным оружием, но никто не приходил. И не придет, вдруг пришло горькое понимание.
– Так ты до сих пор ничего не понял, – с раздражением выплюнул зверь. – А я все это время только и ждал, что ты поймешь. Знаешь ли ты, сколько мне пришлось пережить?
– Понятия не имею, – выплюнул Дрейк.
Вдруг он почувствовал ярость, медленно закипающую в крови. Один раз у него уже получилось одержать победу… Если только найти подходящее оружие, может, удастся и в этот. Другого выбора попросту не было; любое отступление было сродни добровольной сдачей в лапы смерти.
Дрейк рывком поднялся на ноги и привалился спиной к углу перевернутого кресла, чтобы стоять более-менее ровно. Он тяжело задышал, так как держаться ровно на ногах стало несколько трудно.
– Тогда расскажи… Что ты хочешь от нас. Может, все получится решить без грубой силы…
Как тут Дрейк запнулся – оборотень склонил голову и глухо зарычал.
– Довольно этого бреда! – взревел он и снова принялся хрипеть сквозь острые зубы. – Тогда я высосу всю твою жизнь! Не важно, есть в тебе магия или нет… И не думай, что твои синие драконы придут тебе на помощь.
– Синие? – тупо уронил Дрейк.
– Хех, забыл про своих хозяев? Они и не такое могут.
– В этом нет никакого смысла, – покачал головой Дрейк. – Наверняка ты с кем-то меня путаешь!
– Поверь, тебя я не спутаю ни с кем, – с хищным оскалом выплюнул зверь. – Да, и, пожалуй… пожертвую я на тебя немного магии… Хочу понять, что ты такое. Может, ты и от проклятия меня избавишь…
От внезапной атаки Дрейка спасла только лишь скорость реакции – он дернулся в сторону и упал на пол, перекувыркнулся и бросился на улицу через дыру в стене. Мохнатый рассек когтями лишь воздух. Крутанулся и упал на четыре лапы. Рванул в погоню.
Нужно было добыть оружие… Колун… Скорее всего, Аркен унес его обратно к поленнице, и нужно было добраться до нее быстрее, чем чудовище догонит его. Но вдруг Дрейк поскользнулся и упал носом в скользкую грязь. Он рывком поднялся и побежал, не оглядываясь.
Тяжелые крючковатые когти полоснули по его спине, разрывая рубашку и разбрызгивая кровь. Дрейк с воплем упал на бок и со стоном приподнялся. Боль вдруг принялась тяжестью наполнять его тело, а ноги словно бы онемели и перестали слушаться.
– Как же все это просто, – прохрипел Проклятый и зашелся булькающим хихиканьем. – Даже проще, чем расправиться с той магической девкой и тем клоуном с топором. Кстати… А знаешь, что я сделал с ним? Когда я понял, что он решил пригрести все себе… Я сделал для него кое-чего… От чего он так не смог отказаться… На свою беду!
Он с ревом пригнулся и схватил Дрейка за шею, поднял его на уровень своих желтых глаз. Широко открыл пасть. Толстое остроконечное щупальце высунулось из нее и опустилось к груди Дрейка. Выгнулось и резко вонзилось внутрь.
Дрейк почувствовал, как тело принялось болезненно пульсировать. Из него словно бы принялись что-то выкачивать, пусть оно и отчаянно этому противилось. Тело стало неметь и тяжелеть, но Дрейк не желал так быстро сдаваться. Проклятый должен был заплатить за нападение. За то, что сделал…
Заревев почти по-звериному, Дрейк поднял руки и со всей силы, как мог, надавил ими на продолговатый шрам на левом плече противника. Внутри что-то хрустнуло, и наружу засочилась янтарная жидкость.
Мохнатый заревел и не по свой воле отпустил Дрейка – раненая рука разжалась сама по себе. Упал на колено и зажал ее другой рукой. Но кровотечение было не остановить. И это привело его в бешенство. Грозно заревев, он вскочил на ноги и дернулся к Дрейку, как вдруг застыл. Он увидел его, стоявшего перед собой на двух ногах, всего грязного и окровавленного, в ошметках рубашки. Лицо его, руки, да и видневшееся через дыры в одежде тело – были испещрены черно-желтыми пульсирующими прожилками. И его раскрытые глаза. Были черными, как угольки.
Это заставило Проклятого тихо зарычать. Он в ярости стиснул зубы и направил магию в открывшуюся рану на плече, активируя регенерацию. Ему не хотелось тратить ее на такие мелочи, но другого выбора попросту не было – надо было покончить со слабостью.
Дрейк же не шевелился. Только смотрел, зачем-то даруя противнику драгоценное время.
Закончив с восстановлением, Проклятый тяжело подошел к Дрейку, высунул щупальце и крепко схватил того за плечо – ответный удар рукой наотмашь последовал прям по предплечью. И весьма сильно; внутри чуть не треснули толстые кости.
Зверь заревел и отпрянул, схватился за онемевшую руку. Как тут дернулся, намереваясь вонзить щупальце в грудь Дрейка. Но не успел.
То, что рвалось из того изнутри, обрело свободу.
Черные прожилки раскрылись, и желтое свечение вырвалось из них, окутало тело Дрейка, ежесекундно увеличивая и изменяя его. Он закричал и упал на колени, сжался в клубок.
Из его разорванной спины вырвались огромные крылья, а голова покрылась шипами и наростами, удлинилась, потеряв все человеческое. Вытянулся огромный шипастый хвост. Дрейк взмахнул им, и его противнику пришлось отпрыгнуть назад, чтобы его не задело.
Вопли стихли и свечение погасло. То, что увидел Проклятый, заставило его широко раскрыть желтые глаза и ухмыльнуться.
Десятиметровый красный дракон распрямился и вытянул толстую длинную шею, полоснул зверя жаром из широких ноздрей. Его зеленые глаза светились призрачным огнем. Покрытое прочной сегментированной броней с желтоватыми прожилками-трещинами, тело пульсировало. Еще его покрывали облака пара, видимо, из-за льющихся с неба капель воды.
Дракон раскрыл пасть и оглушительно заревел. Внутри его глотки запульсировало желтоватое свечение.
– Да! Да! – крепко сжав кулаки, восторженно вскричал Проклятый. – Это меняет дело! Я поглощу тебя, до самой последней капли! Заберу все себе и избавлюсь от твоего проклятия!
Он рванул вперед и взвился в высокий прыжок. Растопырил когтистые лапы, намереваясь впиться ими в шею дракона. Но тут последовал мощный удар лапой, и он чудом парировал его толстыми когтями, укрепив их остатками хранившейся в теле магии. Но все равно почувствовал, как три из них треснула от нагрузки.
Вслед за громким лязгом во все стороны рассыпались искры.
Мохнатый упал на мокрую траву и несколько раз перекувыркнулся. Распластался на спине, но быстро поднялся на ноги и прыжком отпрянул. Весьма вовремя – дракон дернулся, раскрыл пасть и махнул шипастой головой, проведя ею под углом чуть ли не над уровнем земли.
Острые треугольные зубы со скрипом сомкнулись в полуметре от зверя. От пасти исходил жар, и это легко ощущалось даже с такого расстояния. Да и облака пара, окружавшие массивное красное тело, и те… до сих пор никуда не исчезли.
Зеленые глаза, в которых не осталось ничего разумного, ярко вспыхнули.
Это было странно и от того еще более маняще. Дракон оказался весьма медлительным, и этим следовало воспользоваться. Пока он не среагировал и, тем более, повторно не атаковал, можно было забрать то, что принадлежало по праву.
Проклятый заревел и, опустившись на четвереньки, побежал вбок. Направил магию в ноги и высоко прыгнул, снова метясь в шею. Вытянул руку и расправил когтистые пальцы, намереваясь вонзить их поглубже и закрепиться более уверенно. На подлете к цели он выпустил наружу щупальцеподобный язык.
Но поспешное решение оказалось ошибочным; дракон резко повернул переднюю часть тела и рывком поднял мускулистую шею. Раскрыл пасть и сомкнул ее, завершая движение стремительным поворотом головы.
Проклятый изо всех сил заревел от боли, по плечо лишившись правой руки. Но ему все равно повезло – он лишь чудом остался жив. Потерю конечности компенсировало то, что он смог удержаться на голове дракона, немногим выше верхней челюсти. Он нажал сильнее, погружая когти все глубже, во что-то, похожее на мягкое масло. Наполнил их магией, чтобы они на время не плавились от высокой внутренней температуры. Раскрыл пасть и со всей силы вонзил щупальце внутрь.
Рыхлая плоть дракона была доверха наполнена сильной разрушительной магией. Проклятый принялся жадно поглощать ее, чувствуя, как она теплым медом растекалась по его телу, глуша боль от потерянной конечности и насыщая его голодное тело силой. Еще немного, и можно будет попробовать отрастить новую лапу, вдруг смекнул он. Немного измененную, но при этом более сильную.
Как вдруг на теле Проклятого сжались толстые пальцы. Они подняли его, швырнули наземь. Расправились и плашмя ударили по нему, намереваясь раздавить. Но тот, как назойливое насекомое, снова избежал гибели ловким отскоком в сторону, к полю пшеницы. Подзарядившийся несколькими глотками магии, он чувствовал себя теперь сильнее и выносливее. Легче и проворнее. В разы опаснее.
Дракон поднялся на задние ноги, расправил большие кожистые крылья и поднял голову к небесам. Разразился громким, душераздирающим ревом. И небо ответило ему яркими вспышками красноватых молний в облаках. Покрывающие его мощное тело ломаными линиями желтоватые прожилки словно бы стали толще, и они яркими линиями вдруг испещрили огромные кожистые перепонки его крыльев.
Толстая голубоватая молния ударила в пасть дракону, рассыпалась искрами и тонкими всполохами пронеслась по всему его телу, гася его раскрывшиеся прожилки. А он все стоял, ревел и ревел, и резкие раскаты грома поддерживали его.
Как вдруг дождь прекратился. Дракон закрыл пасть и тяжело выдохнул дым из ноздрей. Но его рев еще минуту эхом отдавался в ушах.
Нависла тяжелая прохлада, а воздух словно бы сгустился. Проклятый тяжело вдохнул его, почувствовал слабый аромат магии. Но вот эту магию невозможно было поглотить, как того ни хотелось. Она была словно бы мертвой и не отвечала на призыв. Но зато у него появилось время. Пока дракон не реагировал, он, зажав рану оставшейся рукой, принялся отращивать себе лапу. И у него это получалось, только не так, как этого хотелось; конечность вытягивалась и надувалась мышцами и кожей. Она была совершенно лысой; еще ее покрывали складки грубой кожи и неравномерные роговые выступы. Но это было не важно.
Когда выступили длинные и кривые костяные когти, появился шанс взять реванш.
Мохнатый подловил момент и прыгнул. Но неудачно – дракон опустил голову и раскрыл пасть.
– Что такое? – встревожилась девушка.
У нее уже легли темные круги под глазами. А общий вид стал еще более уставшим.
– Нет, все нормально, – Дрейк сделал пару шагов назад. – Просто закашлял. Прости. Ты что-то делала с теми мешками?
Он указал на них пальцем. Но Найра лишь отрицательно покачала головой.
– Что-то не то с ними. Особенно от того большого. Боюсь, если я прав, то все овощи в нем испортились.
Девушка обеспокоенно подошла к приваленному к стене мешку. Осторожно развязала веревку и раскрыла его. Заглянула внутрь и резко отпрянула.
Дрейк был прав; картошка в этом мешке вся усохла и почернела.
– Что… – повернулась она к Дрейку.
– Не знаю, – сказал он. – Почувствовал что-то… Неправильное.
– Хочешь сказать, магия самостоятельно сместилась с морозильной комнаты на эти мешки? Как если бы она стала двигаться? Но Дрейк... Если у нас тут возникнут всплеск, я не знаю, что и делать… В одиночку я его не перенаправлю, тут потребуется помощь сильного волшебника… А дедушка… он может не успеть к нам вовремя.
– Я… Не знаю, – только и мог что растерянно сказать Дрейк.
Ему очень хотелось помочь Найре. Но он ничего не понимал. Совершенно. И то, что заставило его кашлять, и этот прогорклый запах магии в мешках… И что было не так с его телом. Ведь эти почерневшие вены с желтыми прожилками…
Это явно не могло быть каким-то видением; от осознания этого Дрейк проглотил поднявшийся к горлу ком.
Внезапно сверху что-то глухо грохнулось. Даже всколыхнулась паутина в углах.
Дрейк и Найра переглянулись. И чуть ли не одновременно бросились к лестнице. Но прямо перед ступеньками Дрейк зацепился обо что-то и тяжело рухнул на живот. Услышал крик сверху и громкие шаги Найры, уходящие вверх. Она снова громко позвала своего брата, перед тем, как выбежать в коридор.
Как вдруг стало тихо. Слишком тихо.
Дрейк поднялся на ноги, про себя ругаясь за глупую неуклюжесть. Пол в этом погребе был оббит деревянными пластинами, как и стены, но вот только он кое-где прогнил и чернел небольшими язвами. То, что изначально не привлекло внимание, теперь сыграло злую шутку.
– Найра! – встревоженно вскрикнул Дрейк и бросился вверх по ступенькам. Но тут возле самых последних до него дошло, что стоило бы проявить бдительность.
Так как ему никто не откликнулся. Не послышались даже шаги. Вообще, какой-либо звук.
Осторожно поднявшись на площадку, Дрейк подошел к проему и выглянул в коридор. Там никого не было; и с обеих сторон только закрытые двери. Но здесь явно стало холоднее. Воздух же явно был насыщен влагой.
Дрейк сделал пару тихих шагов к кухне. Прислушался. Но в густой тишине не было ничего слышно. И эта тишина словно бы ощущалась кожей, как что-то липкое и неприятное… Она пахла чем-то затхлым. Да и обычный скрип дощатого пола под ногами стал таким далеким и глухим, как если бы и не существовал вовсе.
С опаской заглянув на кухню, Дрейк заметил открытое настежь окно. Занавески покачивались, под ними уже мокрела небольшая лужица. Но… от нее тянулись очередью бледные пятна, складывающиеся в следы довольно длинных стоп. Если это был Аркен… То он выходил из комнаты. Но в коридоре следов не было, они странно обрывались почти у выхода из кухни.
Дрейк нахмурился и повернул голову в сторону закрытой двери в комнату Найры. Подошел к ней и взялся за круглую ручку. Медленно отворил ее.
В лицо ему ударил холодный и мокрый ветер из огромной дыры вместо стены и окна. Кресло было перевернуто, а на его спинке, как в общем и на всем полу, различались осколки стекла. Книга в черном переплете небрежно валялась на ковре. Ее обложка была в темных пятнах грязи, как и весь пол здесь.
И звук… Ни единого звука. Дрейк подошел к книге и присел перед ней. Взял в руки и перевернул страницы. Взгляд скользнул на развод грязи рядом – как ни крути, по его неровной форме можно было сложить след от чьей-то длинной стопы.
Внезапно краем глаза уловилось невнятное движение большой темной фигуры за спиной, прямо за открытым прямоугольником двери. Но прежде, чем Дрейк успел среагировать на нее, она бросилась на него. Мощными толстыми пальцами схватила за шею. Подняла над полом.
Послышался глухой и в то же время грубый хохот. Вернулся мерный шум дождя и тяжелые раскаты грома.
– А теперь давай еще немного поговорим, – произнес почти в самое ухо уж печально знакомый хриплый голос.
С этими словами оборотень силой швырнул Дрейка. Тот некрасиво упал на пол, ударился боком об мягкий подлокотник кресла. Закашлял и тяжело приподнялся на руках.
Мохнатый стоял посреди комнаты и смотрел на него сверху вниз. Его приоткрытые в злобе губы обнажали треугольные зубы. Круглые глаза светились изнутри желтым огнем. Шерсть вокруг его продольной раны на плече облезла, демонстрируя некрасивую полосу бледно-желтого шрама на светлой коже.
– Зачем тебе я? – как мог вскрикнул Дрейк, все лелея надежду решить конфликт стандартным способом народа красных драконов.
Он так надеялся, что сейчас в комнату ворвется Аркен с зачарованным оружием, но никто не приходил. И не придет, вдруг пришло горькое понимание.
– Так ты до сих пор ничего не понял, – с раздражением выплюнул зверь. – А я все это время только и ждал, что ты поймешь. Знаешь ли ты, сколько мне пришлось пережить?
– Понятия не имею, – выплюнул Дрейк.
Вдруг он почувствовал ярость, медленно закипающую в крови. Один раз у него уже получилось одержать победу… Если только найти подходящее оружие, может, удастся и в этот. Другого выбора попросту не было; любое отступление было сродни добровольной сдачей в лапы смерти.
Дрейк рывком поднялся на ноги и привалился спиной к углу перевернутого кресла, чтобы стоять более-менее ровно. Он тяжело задышал, так как держаться ровно на ногах стало несколько трудно.
– Тогда расскажи… Что ты хочешь от нас. Может, все получится решить без грубой силы…
Как тут Дрейк запнулся – оборотень склонил голову и глухо зарычал.
– Довольно этого бреда! – взревел он и снова принялся хрипеть сквозь острые зубы. – Тогда я высосу всю твою жизнь! Не важно, есть в тебе магия или нет… И не думай, что твои синие драконы придут тебе на помощь.
– Синие? – тупо уронил Дрейк.
– Хех, забыл про своих хозяев? Они и не такое могут.
– В этом нет никакого смысла, – покачал головой Дрейк. – Наверняка ты с кем-то меня путаешь!
– Поверь, тебя я не спутаю ни с кем, – с хищным оскалом выплюнул зверь. – Да, и, пожалуй… пожертвую я на тебя немного магии… Хочу понять, что ты такое. Может, ты и от проклятия меня избавишь…
От внезапной атаки Дрейка спасла только лишь скорость реакции – он дернулся в сторону и упал на пол, перекувыркнулся и бросился на улицу через дыру в стене. Мохнатый рассек когтями лишь воздух. Крутанулся и упал на четыре лапы. Рванул в погоню.
Нужно было добыть оружие… Колун… Скорее всего, Аркен унес его обратно к поленнице, и нужно было добраться до нее быстрее, чем чудовище догонит его. Но вдруг Дрейк поскользнулся и упал носом в скользкую грязь. Он рывком поднялся и побежал, не оглядываясь.
Тяжелые крючковатые когти полоснули по его спине, разрывая рубашку и разбрызгивая кровь. Дрейк с воплем упал на бок и со стоном приподнялся. Боль вдруг принялась тяжестью наполнять его тело, а ноги словно бы онемели и перестали слушаться.
– Как же все это просто, – прохрипел Проклятый и зашелся булькающим хихиканьем. – Даже проще, чем расправиться с той магической девкой и тем клоуном с топором. Кстати… А знаешь, что я сделал с ним? Когда я понял, что он решил пригрести все себе… Я сделал для него кое-чего… От чего он так не смог отказаться… На свою беду!
Он с ревом пригнулся и схватил Дрейка за шею, поднял его на уровень своих желтых глаз. Широко открыл пасть. Толстое остроконечное щупальце высунулось из нее и опустилось к груди Дрейка. Выгнулось и резко вонзилось внутрь.
Дрейк почувствовал, как тело принялось болезненно пульсировать. Из него словно бы принялись что-то выкачивать, пусть оно и отчаянно этому противилось. Тело стало неметь и тяжелеть, но Дрейк не желал так быстро сдаваться. Проклятый должен был заплатить за нападение. За то, что сделал…
Заревев почти по-звериному, Дрейк поднял руки и со всей силы, как мог, надавил ими на продолговатый шрам на левом плече противника. Внутри что-то хрустнуло, и наружу засочилась янтарная жидкость.
Мохнатый заревел и не по свой воле отпустил Дрейка – раненая рука разжалась сама по себе. Упал на колено и зажал ее другой рукой. Но кровотечение было не остановить. И это привело его в бешенство. Грозно заревев, он вскочил на ноги и дернулся к Дрейку, как вдруг застыл. Он увидел его, стоявшего перед собой на двух ногах, всего грязного и окровавленного, в ошметках рубашки. Лицо его, руки, да и видневшееся через дыры в одежде тело – были испещрены черно-желтыми пульсирующими прожилками. И его раскрытые глаза. Были черными, как угольки.
Это заставило Проклятого тихо зарычать. Он в ярости стиснул зубы и направил магию в открывшуюся рану на плече, активируя регенерацию. Ему не хотелось тратить ее на такие мелочи, но другого выбора попросту не было – надо было покончить со слабостью.
Дрейк же не шевелился. Только смотрел, зачем-то даруя противнику драгоценное время.
Закончив с восстановлением, Проклятый тяжело подошел к Дрейку, высунул щупальце и крепко схватил того за плечо – ответный удар рукой наотмашь последовал прям по предплечью. И весьма сильно; внутри чуть не треснули толстые кости.
Зверь заревел и отпрянул, схватился за онемевшую руку. Как тут дернулся, намереваясь вонзить щупальце в грудь Дрейка. Но не успел.
То, что рвалось из того изнутри, обрело свободу.
Черные прожилки раскрылись, и желтое свечение вырвалось из них, окутало тело Дрейка, ежесекундно увеличивая и изменяя его. Он закричал и упал на колени, сжался в клубок.
Из его разорванной спины вырвались огромные крылья, а голова покрылась шипами и наростами, удлинилась, потеряв все человеческое. Вытянулся огромный шипастый хвост. Дрейк взмахнул им, и его противнику пришлось отпрыгнуть назад, чтобы его не задело.
Вопли стихли и свечение погасло. То, что увидел Проклятый, заставило его широко раскрыть желтые глаза и ухмыльнуться.
Десятиметровый красный дракон распрямился и вытянул толстую длинную шею, полоснул зверя жаром из широких ноздрей. Его зеленые глаза светились призрачным огнем. Покрытое прочной сегментированной броней с желтоватыми прожилками-трещинами, тело пульсировало. Еще его покрывали облака пара, видимо, из-за льющихся с неба капель воды.
Дракон раскрыл пасть и оглушительно заревел. Внутри его глотки запульсировало желтоватое свечение.
– Да! Да! – крепко сжав кулаки, восторженно вскричал Проклятый. – Это меняет дело! Я поглощу тебя, до самой последней капли! Заберу все себе и избавлюсь от твоего проклятия!
Он рванул вперед и взвился в высокий прыжок. Растопырил когтистые лапы, намереваясь впиться ими в шею дракона. Но тут последовал мощный удар лапой, и он чудом парировал его толстыми когтями, укрепив их остатками хранившейся в теле магии. Но все равно почувствовал, как три из них треснула от нагрузки.
Вслед за громким лязгом во все стороны рассыпались искры.
Мохнатый упал на мокрую траву и несколько раз перекувыркнулся. Распластался на спине, но быстро поднялся на ноги и прыжком отпрянул. Весьма вовремя – дракон дернулся, раскрыл пасть и махнул шипастой головой, проведя ею под углом чуть ли не над уровнем земли.
Острые треугольные зубы со скрипом сомкнулись в полуметре от зверя. От пасти исходил жар, и это легко ощущалось даже с такого расстояния. Да и облака пара, окружавшие массивное красное тело, и те… до сих пор никуда не исчезли.
Зеленые глаза, в которых не осталось ничего разумного, ярко вспыхнули.
Это было странно и от того еще более маняще. Дракон оказался весьма медлительным, и этим следовало воспользоваться. Пока он не среагировал и, тем более, повторно не атаковал, можно было забрать то, что принадлежало по праву.
Проклятый заревел и, опустившись на четвереньки, побежал вбок. Направил магию в ноги и высоко прыгнул, снова метясь в шею. Вытянул руку и расправил когтистые пальцы, намереваясь вонзить их поглубже и закрепиться более уверенно. На подлете к цели он выпустил наружу щупальцеподобный язык.
Но поспешное решение оказалось ошибочным; дракон резко повернул переднюю часть тела и рывком поднял мускулистую шею. Раскрыл пасть и сомкнул ее, завершая движение стремительным поворотом головы.
Проклятый изо всех сил заревел от боли, по плечо лишившись правой руки. Но ему все равно повезло – он лишь чудом остался жив. Потерю конечности компенсировало то, что он смог удержаться на голове дракона, немногим выше верхней челюсти. Он нажал сильнее, погружая когти все глубже, во что-то, похожее на мягкое масло. Наполнил их магией, чтобы они на время не плавились от высокой внутренней температуры. Раскрыл пасть и со всей силы вонзил щупальце внутрь.
Рыхлая плоть дракона была доверха наполнена сильной разрушительной магией. Проклятый принялся жадно поглощать ее, чувствуя, как она теплым медом растекалась по его телу, глуша боль от потерянной конечности и насыщая его голодное тело силой. Еще немного, и можно будет попробовать отрастить новую лапу, вдруг смекнул он. Немного измененную, но при этом более сильную.
Как вдруг на теле Проклятого сжались толстые пальцы. Они подняли его, швырнули наземь. Расправились и плашмя ударили по нему, намереваясь раздавить. Но тот, как назойливое насекомое, снова избежал гибели ловким отскоком в сторону, к полю пшеницы. Подзарядившийся несколькими глотками магии, он чувствовал себя теперь сильнее и выносливее. Легче и проворнее. В разы опаснее.
Дракон поднялся на задние ноги, расправил большие кожистые крылья и поднял голову к небесам. Разразился громким, душераздирающим ревом. И небо ответило ему яркими вспышками красноватых молний в облаках. Покрывающие его мощное тело ломаными линиями желтоватые прожилки словно бы стали толще, и они яркими линиями вдруг испещрили огромные кожистые перепонки его крыльев.
Толстая голубоватая молния ударила в пасть дракону, рассыпалась искрами и тонкими всполохами пронеслась по всему его телу, гася его раскрывшиеся прожилки. А он все стоял, ревел и ревел, и резкие раскаты грома поддерживали его.
Как вдруг дождь прекратился. Дракон закрыл пасть и тяжело выдохнул дым из ноздрей. Но его рев еще минуту эхом отдавался в ушах.
Нависла тяжелая прохлада, а воздух словно бы сгустился. Проклятый тяжело вдохнул его, почувствовал слабый аромат магии. Но вот эту магию невозможно было поглотить, как того ни хотелось. Она была словно бы мертвой и не отвечала на призыв. Но зато у него появилось время. Пока дракон не реагировал, он, зажав рану оставшейся рукой, принялся отращивать себе лапу. И у него это получалось, только не так, как этого хотелось; конечность вытягивалась и надувалась мышцами и кожей. Она была совершенно лысой; еще ее покрывали складки грубой кожи и неравномерные роговые выступы. Но это было не важно.
Когда выступили длинные и кривые костяные когти, появился шанс взять реванш.
Мохнатый подловил момент и прыгнул. Но неудачно – дракон опустил голову и раскрыл пасть.
