Сначала беглецы неторопливо ехали через лес, и, покачиваясь в седле, я представлял, что происходило в отряде: Граст наверняка уже обо всём доложил Дару, а тот… Что же он предпримет, чтобы спасти своего мага? Остановить отряд сейчас, после нападения Твари -- значило подвергнуть всех большой опасности, капитан Шверг на это не пойдёт, видимо, придётся Старику выпутываться самому…
-- Не сомневаюсь, что ребята меня найдут… Каким бы ушлым ни был этот парень, с Даром ему не сравниться. Значит, надо просто ждать своего часа. Ты ещё за всё ответишь, зараза насмешливая…
День, как назло, выдался очень жарким: в лесу было душно, и, судя по тому, как притихли птицы, и, растеряв прыть, потерялся в знойном воздухе свежий утренний ветерок, близилась гроза. Пот уже струился по спине, но Батиста неожиданно ускорился, и не было времени даже скинуть неуместный в этом пекле плащ. Я едва за ним успевал, и, погоняя коня, приходилось изо всех сил напрягать глаза, всматриваясь в незаметный, сливавшийся с листвой покрывавший круп мышастого коня серо-зелёный плащ разведчика.
Внезапно похититель поднял руку и спешился, кивком позвав за собой. Какое-то время мы продирались через сплетение ветвей, опускаясь на дно оврага. Здесь Батиста привязал поводья лошадей к большой коряге и, прошептав незнакомое заклинание, спрятал наших животных. Это было проделано ловко и быстро, вызвав у меня тихую зависть.
Пока, вцепившись в руку, Недостойный тащил пленника в невысокий густой кустарник, заставляя сесть рядом с недовольными обитателями большого муравейника, я попытался с ним заговорить:
-- Кто там -- чужаки?
Но он, совсем как Дар, легонько щёлкнул любопытного по затылку, приложив палец к губам, и желание общаться сразу пропало. Хотя его манера корчить из себя «старшего» бесила вспыльчивого Ворона, и руки чесались показать зазнайке, что и я чего-то стою, благоразумие победило. И, как показали дальнейшие события -- оно того стоило…
Сверху в овраг медленно спускался тёмный дым, в котором мелькали оранжевые сполохи. И это не было похоже на привычный спутник пламени: он струился подобно змее, то поднимая, то опуская призрачную голову, словно принюхиваясь. Горячее и прерывистое дыхание Батисты возле моего уха выдавало его волнение:
-- Если хочешь жить, не дыши как можно дольше…
Кивнул в ответ, набрав воздуха в грудь, и замер, боясь пошевелить даже ресницами -- что бы ни ползло в нашу сторону, оно чувствовало малейшее колебание. Потому я мысленно умолял даже собственное сердце биться не так громко и яростно. Мгновения текли подобно смоле по стволу дерева, и от напряжения уже кружилась голова, а звон в ушах казался оглушительнее грохота обвала.
Лёгкое касание руки к взмокшим волосами и шёпот:
-- Дыши, глупыш, а то придётся тебя откачивать… -- вернули «страдальцу» веру в чудо. Я не понимал, почему лежу на спине, и испуганные глаза склонившегося человека так странно блестят, словно переполненные водой капли росы, готовые вот-вот пролиться с листа на сухую землю. Чужие пальцы осторожно сняли что-то с моей щеки, и лукавая улыбка осветила худое лицо:
-- Смотри, какого прекрасного муравья я поймал, наверное, он спешил к своим товарищам, устроившимся на твоей замечательной косе…
Этого хватило, чтобы силы вернулись -- подпрыгнув, я начал лихорадочно стряхивать с себя насекомых, сердито ругаясь под тихий смех довольного «шутника»…
Сделал вид, что возмущён его почти дружеским похлопыванием по плечу, но он остановил недовольный поток слов пленника одной фразой:
-- А ты не безнадёжен, Терри-Ворон, возможно, со временем даже станешь хорошим разведчиком… -- Батиста подвёл Верного, нежно погладив его гриву, -- видел, на что способны твои «почитатели»? То-то… Но и у меня для них есть свои сюрпризы, поэтому не отставай. Скоро начнётся гроза, а непогода в этих краях -- вещь серьёзная, стоит побыстрее найти укрытие.
Его слова оказались пророческими -- не успели мы отъехать от оврага, как на плечи и голову упали первые крупные капли дождя. Южанин нахмурился, набрасывая капюшон:
-- Не отставай, в той стороне есть завал из деревьев, видно, остался после прошлой бури. Попробуем укрыться там…
Мы торопились под нарастающие басы грома, от его раскатов, казалось, сотрясалась земля, и я погонял испуганного этим грохотом Верного, полностью доверившись словам чужака. Но на этот раз нам не повезло -- ветви лежали слишком плотно, словно кто-то специально уложил их в ряд. Дождь настолько усилился, что я чувствовал болезненные удары его струй через тонкую ткань плаща. Наложенное вчера заклинание пока не давало ей промокнуть, но было ясно, что это ненадолго…
Батиста спешился и, почти стащив меня с коня, указал куда-то в сторону, однако из-за обрушившегося на наши головы ливня я почти ничего не видел и покорно плёлся за ним, вцепившись в уздечку Верного.
Через несколько шагов странный похититель, видимо, сойдя с ума, достав меч, начал рубить сучья кустарника, пинком намекая пленнику присоединиться к этому занятию. Ворча, последовал его примеру, и вскоре мы вошли в узкий земляной коридор, закончившийся чем-то вроде рукотворной пещеры, небольшой, но вполне уютной -- во всяком случае, по сравнению с тем, что сейчас творилось снаружи…
Для начала, там было сухо: посредине пола выложен примитивный очаг в виде ямы с заготовленным хворостом, рядом -- несколько досок, которые при хорошей фантазии вполне можно было принять за лежанки. Привязав коней к одному из опорных столбов, Батиста тяжело опустился на пол и начал разводить костёр, буркнув:
-- Ну что застыл, проходи, устраивайся и чувствуй себя как дома… Не дворец, конечно, но вполне сгодится, чтобы переждать непогоду.
Я плюхнулся на доску, блаженно потирая поясницу:
-- Как ты узнал про это место?
Он раздул еле тлеющий огонёк, посмотрев на меня взглядом смертельно уставшего человека:
-- Можно сказать -- повезло, ты тоже станешь «везунчиком», если научишься читать знаки, которые разведчики оставляют друг другу. Ну, хватит болтать, возьми котелок и наполни водой, благо на улице этого добра с избытком. Разносолов не обещаю, но кашу сварю…
Мы ели молча, глаза слипались, голову клонило к коленям… Я чувствовал, что ещё немного и засну прямо с ложкой во рту. Разведчик тоже клевал носом, упрямо продолжая делать вид, что ему всё нипочём. В душе вдруг шевельнулось что-то вроде сочувствия, и тут Терри-Ворон сделал такое, чего и сам от себя не ожидал: осторожно взяв Батисту за плечи, опрокинул на доску… От такой наглости парень растерялся, и пришла моя очередь смеяться:
-- Отдохни, злостный похититель разведчиков -- ещё свалишься в костёр, останутся от тебя одни прожаренные косточки… Не люблю запах палёного.
Конечно, это был идиотский поступок, к тому же, дерзость, позволенная только между хорошими друзьями. А мы ведь, кажется, были врагами… Он же мог сгоряча меня прирезать, или не мог? Я был ему зачем-то нужен…
Батиста лежал, не пытаясь подняться и разглядывая нахала через щёлки прищуренных глаз -- в них застыло искреннее удивление, а вот сонливость исчезла без следа. От этого взгляда почему-то по коже поползли мурашки, а сердце пустилось в незапланированный галоп. Не зная, как выкрутиться из неловкой ситуации, я, как ни в чём не бывало подвинув доску вплотную к похитителю, улёгся на неё и, повернувшись к нему спиной, зачем-то спросил:
-- Думаешь, до утра дождь кончится?
Он немного помедлил, голос звучал непривычно неуверенно:
-- Наверное… Замёрз? Я вроде высушил твою одежду… Хочешь, возьми одеяло.
-- Спасибо, здесь тепло… Слушай, это, конечно, не моё дело, но… ты был в плену? -- чувствуя, что перехожу все границы, поспешно добавил, -- не хочешь, не отвечай.
Парень вздохнул, и по скрипу старой доски я понял, что он поднялся:
-- Во фляге осталось неплохое вино, будешь?
Мы сидели у негромко потрескивавшего костра и по очереди глотали крепкую настойку, закусывая поделенным пополам куском засохшего сыра. Я слушал рассказ южанина, и почему-то становилось искренне его жаль…
-- Десять лет назад, сразу после окончания школы, я с приятелем решил отметить это радостное событие охотой в его имении. Там в лесу появился какой-то зверь, повадившийся таскать живность из окрестных поселений. Местные так и не смогли отловить эту хитрую тварь, а нам всё было нипочём -- возомнили, дураки, себя ловцами нечисти…
С утра отправились в лес: промотавшись без толку до обеда и плюнув на поиски, «хорошо» отметили «долгожданную свободу от школы». Мы выпили и, как понимаешь, больше чем следовало… В общем, два идиота проспали на лесной опушке до вечера, даже не заметив, как собралась гроза. Вот тут-то всё и случилось…
Вместо того чтобы поискать укрытие, мы решили, что без труда найдём дорогу домой, и в результате не только вымокли до нитки, но и заблудились. А поскольку о вылазке никому в доме не сказали, нас не сразу хватились. Спрятавшись под высоким деревом, «охотники» продолжили «согреваться» тем, что ещё оставалось в предусмотрительно захваченных с собой бутылках, и наслаждаться приключением…
Молния ударила в дерево, свалив Грея с ног, а меня, опалив, отбросила на несколько шагов. Я пришёл в себя первым, не сразу обратив внимание, что огнём напрочь сожгло косу, да ещё изуродовало губу -- не до того было. Перепуганный мальчишка делал всё, чтобы помочь бездыханному другу -- многократно применял заклинания исцеления, пытался массажем «завести» его сердце, но всё было бесполезно…
Нас нашли на следующее утро, я был практически без сознания, а Грей… Его отец -- в то время Глава Дома и важная шишка в Правительстве -- не простил того, что, «втянув Наследника в опасную переделку, негодяй посмел выжить», тут же объявив, что Батисту из Дома Зелёной Луны похитили разбойники и, пытая, лишили достоинства -- драгоценной косы…
Южанин выхватил флягу из моих рук, жадно приложившись к горлышку, и повесил голову, сдёрнув повязку, так что его каштановые волосы, рассыпавшись, закрыли лицо. А я тысячу раз проклял себя за глупое любопытство, заставившее человека снова переживать тот кошмар, однако, вместо того чтобы перевести неприятный разговор в другое русло, зачем-то спросил:
-- Это тогда ты стал Вершителем?
Он поднял на меня полные боли глаза:
-- Как догадался? Впрочем, неважно. Да, удар молнии был такой невероятной мощи, что сложились все три условия для создания мага-Вершителя, способного отрезать любое существо от источника силы: огромное количество «небесного огня», маг -- то есть, я -- и жертва богам, бедняга Грей… Но об этом, Терри-Ворон, лучше молчать -- бывший Избранный для всех итак стал изгоем, даже для отца, а если узнают о моей «новой способности» -- постараются уничтожить любым способом. Я же опасен для государства, построенного на магии…
Он вздохнул, протянув флягу, и, потрясённый услышанным, молча принял её, так и не сделав больше ни одного глотка. Усмехаясь, похититель поправил прядь волос, окинув меня грустным взглядом:
-- Надеюсь, ты умеешь держать язык за зубами, а то ведь придётся навсегда избавить тебя от «силы», даже той, что прячется внутри… А может, лучше сразу прикончить? -- он засмеялся, легонько коснувшись пальцем косы, -- да не бойся, малыш, злой Батиста не обижает детей…
Я спрятал слёзы, делая вид, что рассматриваю пляшущие тени от костра на земляных стенах нашего убежища:
-- Зачем ты меня сначала спасал, а потом -- похитил?
Странный разведчик и одновременно сильнейший маг Империи -- «Вершитель судеб», в существование которого мало кто верил, считая выдумкой древних книг, сидел рядом, как ни в чём не бывало собирая волосы в хвост. Его ответ был настолько прост:
-- Мне поручили охранять тебя любой ценой, -- что я хмыкнул:
-- Поручили, значит… И похитить тоже?
Батиста улыбнулся:
-- Нет, этого в договоре не было, но дела стали принимать скверный оборот -- я мог и не успеть прийти на помощь, собралось слишком много желающих покопаться в твоих внутренностях. Вот и решил увезти «клиента» прямо к «заказчику», пусть дальше сам возится с ненаглядным Вороном… Ох, он мне все уши прожужжал:
-- Аккуратней, не навреди, пылинки сдувай… -- думал уж, речь идёт о девчонке-зазнобе. А оказалось -- парнишке, но тоже симпатичном стервеце -- и он, толкнув локтем в бок и любуясь моей покрасневшей физиономией, беззлобно рассмеялся.
Стоило бы, конечно, преподать ему урок вежливости, но сейчас было не до того:
-- Хватит шутить, Батиста, кто твой заказчик?
Он отобрал флягу с вином и, проверив крышку, прицепил её на пояс:
-- Не могу сказать, скоро сам всё узнаешь. Но что-то подсказывает -- ты хорошо знаком с этим светловолосым Избранным…
Меня словно ударили под дых -- даже вздохнуть было тяжело, и, увидев это, Батиста напрягся:
-- Что случилось, Терри? Не стоило, наверное, тебе пить…
Потеряв над собой контроль, я схватил его «за грудки», начав трясти так, что у парня клацнули зубы:
-- Откуда ты знаешь Леама? Что с ним? Ему грозит опасность, да?
Насмешливый разведчик быстро «успокоил» вспыльчивого дурака, и для этого ему не понадобилась магия -- всего лишь один из приёмов, которым и меня когда-то учил Дар:
-- Тише, тише… Ишь разошёлся -- похоже, вас и правда многое связывает… Сиди спокойно и не дёргайся: я понимаю, Леам из Дома Великих равнин -- твой друг, впрочем, как и мой… Мы познакомились много месяцев назад, когда он только начал свои поиски. Я нашёл его замерзающим на пороге зимовья и с тех пор почти всё время был рядом. Это по его просьбе Недостойный Избранный примчался сюда, иначе бы он окончательно замучил приятеля своими рассказами о «замечательном Терри-Вороне»…
С одной стороны -- было стыдно за свою несдержанность, но с другой…
-- Ох, Ле, значит, пока глупый Ворон изводил себя, переживая о «брошенном друге», хитрый Лис вовсе не был одинок… Какой же ты доверчивый болван, Терри, так, дураку, и надо…
Заметно улучшившееся после попойки с «врагом» настроение неумолимо рухнуло вниз, особенно после того как вспомнилось, чей именно голос показался сегодня утром таким знакомым. Похоже, нешуточный гнев на лице подопечного встревожил похитителя:
-- Что опять не так, помимо твоей детской ревности?
Это «точное попадание» взбесило ещё больше:
-- Утром ты вызвал сюда Лиса, чтобы вместе с ним посмеяться надо мной? Или он помогал тебе туже затягивать верёвки…
Глаза Батисты удивлённо распахнулись, и я понял, что снова «промахнулся», ещё до того, как он сказал:
-- Что за… Вот, значит, как ты думаешь о друге, болван? Нет, я его не вызывал -- он из последних сил связался со мной, чтобы узнать как дела, так о тебе переживал. И мы смеялись совсем по другому поводу, Леам тебя даже не видел -- тоже мне, нашёлся пуп земли…
От стыда я готов был провалиться сквозь землю, и непременно сделал бы это, если бы не слепящее пламя факелов, ворвавшееся в наше убежище вместе с людьми в мокрых плащах. Четверо из них приставили мечи к горлу Батисты, пятый же, откинув капюшон на спину, прижал пленника к себе:
-- Я нашёл тебя, сынок… Ты в порядке, Терри? Да что с лицом, не узнал командира, что ли?
-- У-узнал, Дар… Как тебе удалось? -- я растерянно обнял его под радостные вопли бойцов.
Старик засмеялся:
-- А ты что, сомневался в нас? Да я никому не отдам своего мага… -- он развернулся к замершему похитителю:
-- Не сомневаюсь, что ребята меня найдут… Каким бы ушлым ни был этот парень, с Даром ему не сравниться. Значит, надо просто ждать своего часа. Ты ещё за всё ответишь, зараза насмешливая…
День, как назло, выдался очень жарким: в лесу было душно, и, судя по тому, как притихли птицы, и, растеряв прыть, потерялся в знойном воздухе свежий утренний ветерок, близилась гроза. Пот уже струился по спине, но Батиста неожиданно ускорился, и не было времени даже скинуть неуместный в этом пекле плащ. Я едва за ним успевал, и, погоняя коня, приходилось изо всех сил напрягать глаза, всматриваясь в незаметный, сливавшийся с листвой покрывавший круп мышастого коня серо-зелёный плащ разведчика.
Внезапно похититель поднял руку и спешился, кивком позвав за собой. Какое-то время мы продирались через сплетение ветвей, опускаясь на дно оврага. Здесь Батиста привязал поводья лошадей к большой коряге и, прошептав незнакомое заклинание, спрятал наших животных. Это было проделано ловко и быстро, вызвав у меня тихую зависть.
Пока, вцепившись в руку, Недостойный тащил пленника в невысокий густой кустарник, заставляя сесть рядом с недовольными обитателями большого муравейника, я попытался с ним заговорить:
-- Кто там -- чужаки?
Но он, совсем как Дар, легонько щёлкнул любопытного по затылку, приложив палец к губам, и желание общаться сразу пропало. Хотя его манера корчить из себя «старшего» бесила вспыльчивого Ворона, и руки чесались показать зазнайке, что и я чего-то стою, благоразумие победило. И, как показали дальнейшие события -- оно того стоило…
Сверху в овраг медленно спускался тёмный дым, в котором мелькали оранжевые сполохи. И это не было похоже на привычный спутник пламени: он струился подобно змее, то поднимая, то опуская призрачную голову, словно принюхиваясь. Горячее и прерывистое дыхание Батисты возле моего уха выдавало его волнение:
-- Если хочешь жить, не дыши как можно дольше…
Кивнул в ответ, набрав воздуха в грудь, и замер, боясь пошевелить даже ресницами -- что бы ни ползло в нашу сторону, оно чувствовало малейшее колебание. Потому я мысленно умолял даже собственное сердце биться не так громко и яростно. Мгновения текли подобно смоле по стволу дерева, и от напряжения уже кружилась голова, а звон в ушах казался оглушительнее грохота обвала.
Лёгкое касание руки к взмокшим волосами и шёпот:
-- Дыши, глупыш, а то придётся тебя откачивать… -- вернули «страдальцу» веру в чудо. Я не понимал, почему лежу на спине, и испуганные глаза склонившегося человека так странно блестят, словно переполненные водой капли росы, готовые вот-вот пролиться с листа на сухую землю. Чужие пальцы осторожно сняли что-то с моей щеки, и лукавая улыбка осветила худое лицо:
-- Смотри, какого прекрасного муравья я поймал, наверное, он спешил к своим товарищам, устроившимся на твоей замечательной косе…
Этого хватило, чтобы силы вернулись -- подпрыгнув, я начал лихорадочно стряхивать с себя насекомых, сердито ругаясь под тихий смех довольного «шутника»…
Сделал вид, что возмущён его почти дружеским похлопыванием по плечу, но он остановил недовольный поток слов пленника одной фразой:
-- А ты не безнадёжен, Терри-Ворон, возможно, со временем даже станешь хорошим разведчиком… -- Батиста подвёл Верного, нежно погладив его гриву, -- видел, на что способны твои «почитатели»? То-то… Но и у меня для них есть свои сюрпризы, поэтому не отставай. Скоро начнётся гроза, а непогода в этих краях -- вещь серьёзная, стоит побыстрее найти укрытие.
Его слова оказались пророческими -- не успели мы отъехать от оврага, как на плечи и голову упали первые крупные капли дождя. Южанин нахмурился, набрасывая капюшон:
-- Не отставай, в той стороне есть завал из деревьев, видно, остался после прошлой бури. Попробуем укрыться там…
Мы торопились под нарастающие басы грома, от его раскатов, казалось, сотрясалась земля, и я погонял испуганного этим грохотом Верного, полностью доверившись словам чужака. Но на этот раз нам не повезло -- ветви лежали слишком плотно, словно кто-то специально уложил их в ряд. Дождь настолько усилился, что я чувствовал болезненные удары его струй через тонкую ткань плаща. Наложенное вчера заклинание пока не давало ей промокнуть, но было ясно, что это ненадолго…
Батиста спешился и, почти стащив меня с коня, указал куда-то в сторону, однако из-за обрушившегося на наши головы ливня я почти ничего не видел и покорно плёлся за ним, вцепившись в уздечку Верного.
Через несколько шагов странный похититель, видимо, сойдя с ума, достав меч, начал рубить сучья кустарника, пинком намекая пленнику присоединиться к этому занятию. Ворча, последовал его примеру, и вскоре мы вошли в узкий земляной коридор, закончившийся чем-то вроде рукотворной пещеры, небольшой, но вполне уютной -- во всяком случае, по сравнению с тем, что сейчас творилось снаружи…
Для начала, там было сухо: посредине пола выложен примитивный очаг в виде ямы с заготовленным хворостом, рядом -- несколько досок, которые при хорошей фантазии вполне можно было принять за лежанки. Привязав коней к одному из опорных столбов, Батиста тяжело опустился на пол и начал разводить костёр, буркнув:
-- Ну что застыл, проходи, устраивайся и чувствуй себя как дома… Не дворец, конечно, но вполне сгодится, чтобы переждать непогоду.
Я плюхнулся на доску, блаженно потирая поясницу:
-- Как ты узнал про это место?
Он раздул еле тлеющий огонёк, посмотрев на меня взглядом смертельно уставшего человека:
-- Можно сказать -- повезло, ты тоже станешь «везунчиком», если научишься читать знаки, которые разведчики оставляют друг другу. Ну, хватит болтать, возьми котелок и наполни водой, благо на улице этого добра с избытком. Разносолов не обещаю, но кашу сварю…
Мы ели молча, глаза слипались, голову клонило к коленям… Я чувствовал, что ещё немного и засну прямо с ложкой во рту. Разведчик тоже клевал носом, упрямо продолжая делать вид, что ему всё нипочём. В душе вдруг шевельнулось что-то вроде сочувствия, и тут Терри-Ворон сделал такое, чего и сам от себя не ожидал: осторожно взяв Батисту за плечи, опрокинул на доску… От такой наглости парень растерялся, и пришла моя очередь смеяться:
-- Отдохни, злостный похититель разведчиков -- ещё свалишься в костёр, останутся от тебя одни прожаренные косточки… Не люблю запах палёного.
Конечно, это был идиотский поступок, к тому же, дерзость, позволенная только между хорошими друзьями. А мы ведь, кажется, были врагами… Он же мог сгоряча меня прирезать, или не мог? Я был ему зачем-то нужен…
Батиста лежал, не пытаясь подняться и разглядывая нахала через щёлки прищуренных глаз -- в них застыло искреннее удивление, а вот сонливость исчезла без следа. От этого взгляда почему-то по коже поползли мурашки, а сердце пустилось в незапланированный галоп. Не зная, как выкрутиться из неловкой ситуации, я, как ни в чём не бывало подвинув доску вплотную к похитителю, улёгся на неё и, повернувшись к нему спиной, зачем-то спросил:
-- Думаешь, до утра дождь кончится?
Он немного помедлил, голос звучал непривычно неуверенно:
-- Наверное… Замёрз? Я вроде высушил твою одежду… Хочешь, возьми одеяло.
-- Спасибо, здесь тепло… Слушай, это, конечно, не моё дело, но… ты был в плену? -- чувствуя, что перехожу все границы, поспешно добавил, -- не хочешь, не отвечай.
Парень вздохнул, и по скрипу старой доски я понял, что он поднялся:
-- Во фляге осталось неплохое вино, будешь?
Мы сидели у негромко потрескивавшего костра и по очереди глотали крепкую настойку, закусывая поделенным пополам куском засохшего сыра. Я слушал рассказ южанина, и почему-то становилось искренне его жаль…
-- Десять лет назад, сразу после окончания школы, я с приятелем решил отметить это радостное событие охотой в его имении. Там в лесу появился какой-то зверь, повадившийся таскать живность из окрестных поселений. Местные так и не смогли отловить эту хитрую тварь, а нам всё было нипочём -- возомнили, дураки, себя ловцами нечисти…
С утра отправились в лес: промотавшись без толку до обеда и плюнув на поиски, «хорошо» отметили «долгожданную свободу от школы». Мы выпили и, как понимаешь, больше чем следовало… В общем, два идиота проспали на лесной опушке до вечера, даже не заметив, как собралась гроза. Вот тут-то всё и случилось…
Вместо того чтобы поискать укрытие, мы решили, что без труда найдём дорогу домой, и в результате не только вымокли до нитки, но и заблудились. А поскольку о вылазке никому в доме не сказали, нас не сразу хватились. Спрятавшись под высоким деревом, «охотники» продолжили «согреваться» тем, что ещё оставалось в предусмотрительно захваченных с собой бутылках, и наслаждаться приключением…
Молния ударила в дерево, свалив Грея с ног, а меня, опалив, отбросила на несколько шагов. Я пришёл в себя первым, не сразу обратив внимание, что огнём напрочь сожгло косу, да ещё изуродовало губу -- не до того было. Перепуганный мальчишка делал всё, чтобы помочь бездыханному другу -- многократно применял заклинания исцеления, пытался массажем «завести» его сердце, но всё было бесполезно…
Нас нашли на следующее утро, я был практически без сознания, а Грей… Его отец -- в то время Глава Дома и важная шишка в Правительстве -- не простил того, что, «втянув Наследника в опасную переделку, негодяй посмел выжить», тут же объявив, что Батисту из Дома Зелёной Луны похитили разбойники и, пытая, лишили достоинства -- драгоценной косы…
Южанин выхватил флягу из моих рук, жадно приложившись к горлышку, и повесил голову, сдёрнув повязку, так что его каштановые волосы, рассыпавшись, закрыли лицо. А я тысячу раз проклял себя за глупое любопытство, заставившее человека снова переживать тот кошмар, однако, вместо того чтобы перевести неприятный разговор в другое русло, зачем-то спросил:
-- Это тогда ты стал Вершителем?
Он поднял на меня полные боли глаза:
-- Как догадался? Впрочем, неважно. Да, удар молнии был такой невероятной мощи, что сложились все три условия для создания мага-Вершителя, способного отрезать любое существо от источника силы: огромное количество «небесного огня», маг -- то есть, я -- и жертва богам, бедняга Грей… Но об этом, Терри-Ворон, лучше молчать -- бывший Избранный для всех итак стал изгоем, даже для отца, а если узнают о моей «новой способности» -- постараются уничтожить любым способом. Я же опасен для государства, построенного на магии…
Он вздохнул, протянув флягу, и, потрясённый услышанным, молча принял её, так и не сделав больше ни одного глотка. Усмехаясь, похититель поправил прядь волос, окинув меня грустным взглядом:
-- Надеюсь, ты умеешь держать язык за зубами, а то ведь придётся навсегда избавить тебя от «силы», даже той, что прячется внутри… А может, лучше сразу прикончить? -- он засмеялся, легонько коснувшись пальцем косы, -- да не бойся, малыш, злой Батиста не обижает детей…
Я спрятал слёзы, делая вид, что рассматриваю пляшущие тени от костра на земляных стенах нашего убежища:
-- Зачем ты меня сначала спасал, а потом -- похитил?
Странный разведчик и одновременно сильнейший маг Империи -- «Вершитель судеб», в существование которого мало кто верил, считая выдумкой древних книг, сидел рядом, как ни в чём не бывало собирая волосы в хвост. Его ответ был настолько прост:
-- Мне поручили охранять тебя любой ценой, -- что я хмыкнул:
-- Поручили, значит… И похитить тоже?
Батиста улыбнулся:
-- Нет, этого в договоре не было, но дела стали принимать скверный оборот -- я мог и не успеть прийти на помощь, собралось слишком много желающих покопаться в твоих внутренностях. Вот и решил увезти «клиента» прямо к «заказчику», пусть дальше сам возится с ненаглядным Вороном… Ох, он мне все уши прожужжал:
-- Аккуратней, не навреди, пылинки сдувай… -- думал уж, речь идёт о девчонке-зазнобе. А оказалось -- парнишке, но тоже симпатичном стервеце -- и он, толкнув локтем в бок и любуясь моей покрасневшей физиономией, беззлобно рассмеялся.
Стоило бы, конечно, преподать ему урок вежливости, но сейчас было не до того:
-- Хватит шутить, Батиста, кто твой заказчик?
Он отобрал флягу с вином и, проверив крышку, прицепил её на пояс:
-- Не могу сказать, скоро сам всё узнаешь. Но что-то подсказывает -- ты хорошо знаком с этим светловолосым Избранным…
Меня словно ударили под дых -- даже вздохнуть было тяжело, и, увидев это, Батиста напрягся:
-- Что случилось, Терри? Не стоило, наверное, тебе пить…
Потеряв над собой контроль, я схватил его «за грудки», начав трясти так, что у парня клацнули зубы:
-- Откуда ты знаешь Леама? Что с ним? Ему грозит опасность, да?
Насмешливый разведчик быстро «успокоил» вспыльчивого дурака, и для этого ему не понадобилась магия -- всего лишь один из приёмов, которым и меня когда-то учил Дар:
-- Тише, тише… Ишь разошёлся -- похоже, вас и правда многое связывает… Сиди спокойно и не дёргайся: я понимаю, Леам из Дома Великих равнин -- твой друг, впрочем, как и мой… Мы познакомились много месяцев назад, когда он только начал свои поиски. Я нашёл его замерзающим на пороге зимовья и с тех пор почти всё время был рядом. Это по его просьбе Недостойный Избранный примчался сюда, иначе бы он окончательно замучил приятеля своими рассказами о «замечательном Терри-Вороне»…
С одной стороны -- было стыдно за свою несдержанность, но с другой…
-- Ох, Ле, значит, пока глупый Ворон изводил себя, переживая о «брошенном друге», хитрый Лис вовсе не был одинок… Какой же ты доверчивый болван, Терри, так, дураку, и надо…
Заметно улучшившееся после попойки с «врагом» настроение неумолимо рухнуло вниз, особенно после того как вспомнилось, чей именно голос показался сегодня утром таким знакомым. Похоже, нешуточный гнев на лице подопечного встревожил похитителя:
-- Что опять не так, помимо твоей детской ревности?
Это «точное попадание» взбесило ещё больше:
-- Утром ты вызвал сюда Лиса, чтобы вместе с ним посмеяться надо мной? Или он помогал тебе туже затягивать верёвки…
Глаза Батисты удивлённо распахнулись, и я понял, что снова «промахнулся», ещё до того, как он сказал:
-- Что за… Вот, значит, как ты думаешь о друге, болван? Нет, я его не вызывал -- он из последних сил связался со мной, чтобы узнать как дела, так о тебе переживал. И мы смеялись совсем по другому поводу, Леам тебя даже не видел -- тоже мне, нашёлся пуп земли…
От стыда я готов был провалиться сквозь землю, и непременно сделал бы это, если бы не слепящее пламя факелов, ворвавшееся в наше убежище вместе с людьми в мокрых плащах. Четверо из них приставили мечи к горлу Батисты, пятый же, откинув капюшон на спину, прижал пленника к себе:
-- Я нашёл тебя, сынок… Ты в порядке, Терри? Да что с лицом, не узнал командира, что ли?
-- У-узнал, Дар… Как тебе удалось? -- я растерянно обнял его под радостные вопли бойцов.
Старик засмеялся:
-- А ты что, сомневался в нас? Да я никому не отдам своего мага… -- он развернулся к замершему похитителю:
