«Ну вот, я почти как жужелица, -- усмехнулась София. – Только броня у меня в разы крепче, не под силу быть прокушенной теми же жужелицами и прочими членистоногими».
Через неделю девушка прикинула, что запасы мяса у неё стремительно подходят к концу. Выздоравливающая Вялка ела много и с хорошим аппетитом.
Необходимо было произвести вылазку в Долину.
На следующий день София снарядилась в поход. Она покормила и напоила волчицу с Бемби, подновила нодьи, чтобы не оставлять беспомощную волчью семью без защиты, и хотела уже покинуть лагерь. Но бестолковый Бемби как приклеенный упрямо собрался увязаться за ней.
«Надо в будущем обучить парня команде «Ждать»», -- подумала София.
– Я тебя не возьму. Останешься с мамкой. Будешь охранять её вместо меня. Единственный мужик в лагере, как-никак, -- пробормотала она, прилаживая на шею волчонка кожаный ремень в виде ошейника.
Затем София привязала Бемби за ошейник к большому тяжёлому бревну, лежащему посреди лагеря. Она проверила, что щенок может свободно подходить к матери, равноудалённо от всех трёх нодей, расставленных по кругу.
Завернув в шкуру запасы, София привычно подвесила их на дерево. Чтобы не вводить «своих» волков в искушение добраться до съестного.
-- Я скоро буду. А вы пока -- «Ждать!», -- пообещала она подопечным и двинулась на снегоступах в сторону Долины. За ней на прицепе ползли сани из панциря гигантской жужелицы.
Скатившись на санках с кряжа в Долину, София отметила, что скольжение у панцирного корыта значительно лучше с новыми приделанными полозьями. Да и двигаться с таким грузом на прицепе было легче.
София нашла стадо капибар примерно там же, где оставила их в прошлый раз. Но к своему удивлению не смогла узнать это место, которое с тех пор изменилось и стало напоминать какие-то снежные археологические раскопки.
Всё обозримое пространство перед девушкой от края до края было изрыто в снегу на глубину до трёх метров лабиринтом нескончаемых траншей до самой земли. И внутри этих ходов повсеместно двигались капибары Пржевальского.
Девушка стояла на краю этого странного сюрреалистического пастбища и глядела сверху вниз на медленно перемещающиеся косматые рыжие спины с ирокезными гребнями грив на них. Там внизу животные смачно чавкали травой, которая, укрытая трёхметровыми слоями снега, очевидно, не была ни замёрзшей, ни спрессованной. Возможно, этому способствовал тепловой фон, исходящий из-под земли в Долине.
Вначале, София недоумевала, для чего нужно было прорывать такие сложные туннели в снегу, явно беспокоясь о том, чтобы боковые стены были уплотнены и нерушимы. Вместо того, чтобы просто очистить максимальное пространство от снега, освободив наибольшие площади травы для еды. Но через некоторое время девушка поняла, что, освобождая такие площади от высоченных сугробов, потребовалось бы вывозить этот снег в небывалых производственных масштабах за пределы расчищаемой области. Вместо этого, природный гений «надоумил» инстинкты травоядных, разрывая снежные заносы, уплотнять излишки снега в воздвигаемые с боков стены проходов. Так стены становились прочнее, оберегая животных в лабиринте от обрушений. И это освобождало зверей от необходимости девать куда-то излишки снежных масс. Возможно, это помогало также сохранять тепло внизу у самой почвы.
София смотрела, и не могла увидеть пределы границ этого снежного лабиринта, заполненного животными.
«Приехали, -- подумала мрачно София, которую хоть и поразили, но не обрадовали эти грандиозные раскопки в масштабах долины. – Это как же я теперь буду «мясо» промышлять?»
Девушка не без основания переживала. Конечно, сверху, как можно было предположить, убить животное не представлялось проблемой. Например, расстрелять из лука. Но вот в дальнейшем освежевать его в узком проходе, полном агрессивных товарищей убиенного, и потом поднять добычу наверх… Это выглядело задачей невыполнимой.
София задумчиво опустилась на сани: -- «Приехали».
Она заметила вдали конкурентов. Волко-олени. Они скакали поверх стен лабиринта, очевидно решая аналогичные с Софией задачи. На спины пасущихся внизу животных хищники не обращали внимания. Видимо, у них была какая-то цель.
На всякий случай, София взяла лук и наложила на тетиву стрелу. Волки, наверняка, заметили Софи. Но пока что явно считали её много опасней, чем остальная добыча. Очевидно, уже имея представление о странном двуногом существе, жёстко конкурирующем с окружающими хищниками в этих местах. И, взвешивая риски, не интересовались девушкой.
Добежав по стенам до границы лабиринта, стая перескочила с него на нетронутый снег в стороне от Софии. И спустились по снежному косогору вниз к бесчисленным входам в лабиринт. Все волки выбрали себе разные входы, соседствующие между собой. Как по команде вся стая рванула с места и скрылась в лабиринте.
Софи с интересом смотрела, что произойдёт. Ждать пришлось недолго. Почти тут же в продолжениях проходов, в которые нырнули волки, началось движение. В противоположную от входов сторону начали смещаться рыжие спины капибар. К ним по траншеям мчались вскачь серые тени – спины волков. Волки и капибары выглядели, примерно, одного роста. Но капибары были значительно плотнее и тяжелее изящных на их фоне волков. Последние, сойдясь в узких ходах со своей добычей, сразу же попытались атаковать её. Но капибары были не лыком шиты. Отступая, все капибары из этих туннелей искали только одного, места где можно было развернуться мордой к своим обидчикам. Произошёл затор. Некоторые отступающие вглубь лабиринта травоядные при попытке развернуться застряли в проходах. Над разрытой частью Долины раздался протяжный крик перового раненного животного. Как догадалась София – капибары.
И тут же вдруг весь бескрайний лабиринт пришёл в движение.
София готова была поклясться, что услышала дружный топот десятка тысяч копыт разом. Создавая равномерный рокот, всё стадо по всему огромному лабиринту двинулось на выход в сторону Софии. Животные, выскакивая из лабиринта, снизу бросались на снежный подъём. И, взобравшись, устремлялись по снежной целине вдаль, мимо Софии.
Сначала Софи думала, что этим всё и ограничится – звери выскочат их всех проходов гигантского лабиринта, соберутся в стадо и покинут это место. Но вот из тех же ходов, в которых до этого скрылись хищники, волки стали выскакивать обратно. Они бросились на помощь двум собратьям, которые выволакивали за собой из лабиринта двух капибар, отчаянно упирающихся.
София видела сверху, что из некоторых траншей выскакивали капибары, которые вместо подъёма храбро бросались на волков. И таких атакующих травоядных было немало – гораздо больше, чем хищников. Капибары воинственно цапали серых разбойников за что придётся, норовя при этом ещё лягнуть и сшибить агрессоров на землю. И подобные укусы явно оказывались весьма болезненными. Волки вынуждены были вместо доминирования в ситуации занять круговую оборону.
Увлечённая происходящим внизу между волками и капибарами, София не сразу заметила того, что происходит вокруг. А когда оглянулась, то было уже слишком поздно. Оказывается, сотни капибар, выскакивающих и поднимающихся на снежную равнину, не бросились в паническое бегство.
Вместо этого собравшееся на поверхности стадо развернулось в снежной степи и широким фронтом направилось обратно к лабиринту. Животные бежали мощно, тяжеловесно, по колену в снегу, вздымая и раскидывая копытами в стороны снежные массы. Левое и правое крылья стада при этом старались раздаться как можно дальше друг от друга и охватить намного больше пространства, отсекая противнику возможности отступления или обойти стадо с тыла. София с ужасом наблюдала на неумолимо приближающуюся передовую линию многотысячного войска крупных животных, прижимающее её к снежному обрыву со входами в лабиринт.
Девушка панически закрутила головой. Что делать?
«Будь я волком, я бы скакнула обратно на стену лабиринта. Там бы меня не достали, -- мимолётом подумала София. – Но мне не осилить такой прыжок на три метра в высоту. И с края оврага я не допрыгну».
В это время держащие оборону внизу у входа в лабиринт волки уже давно, очевидно, смекнули, что всё пошло не по задуманному. И теперь, прислушиваясь к звукам наверху, поняли, что единственное, оставшееся им – неотложное бегство.
Прорвав кольцо наступающих из лабиринта капибар, волки по-отдельности кинулись наверх на откос. Но увидев уже там рокочущий тяжёлой поступью единый фронт наступающего стада, хищники, заметавшись на краю, припустили вдоль лабиринта. В единственной последней надежде успеть проскользнуть до того, как крылья стада капибар прижмут волков к откосу, откуда снизу поднимались по склону всё новые и новые капибары, выбравшиеся из лабиринта на зов стада.
Трём из шести выбравшихся наверх волков это удалось. Четвёртый отставший хищник, мчавшийся за лидерами что есть силы, даже начал их догонять. Но вдруг раздался громкий хлопок с одновременной вспышкой. И огромный зверь покатился кубарем по снегу, вздымая кучи белых брызг. Метров через десять тело упавшего замерло. От него шёл лёгкий дымок. Отставшие два волка не поспевали. А молния и хлопок и вовсе заставили их остановиться. В следующие секунды левое крыло стада, словно неудержимый поток, настигло волков и погребло их под собой.
София не могла соперничать в беге на своих снегоступах ни с волками, ни со стадом капибар. Безумное решение пришло мгновенно в последнюю минуту. София отбросила в сторону свой шипастый щит, сорванный со спины. А сама мгновенно, перевернув сани панцирем и полозьями вверх, нырнула внутрь, подобравшись и свернувшись под ними калачиком.
В следующие мгновения в панцирь ударили тела нескольких животных. Перевёрнутые сани дёрнулись, больно пришибив Софию под собой. Но при этом обтекаемый панцирь жужелицы не перевернулся, и не отлетел в сторону. Напротив, ещё сильнее врывшись краями в снег.
Над Софией грохотало бегущее мимо стадо разгорячённых животных. Иногда то один, то другой зверь вскользь задевал панцирь копытом или боком, натыкаясь на перевёрнутое корыто. В такие мгновения у Софии в голове будто кто-то бил в огромный громкий барабан. Она, зажмурившись, шипела от страха и неожиданности.
Сколько это продолжалось? Наверное, не больше пяти минут. Но для Софии время застыло в вечность. Она не замечала, что лицом вжалась в обжигающий снег. Она старалась задержать дыхание и не дышать. И когда грохот вокруг постепенно затих, София через минуты три, насколько позволяло ощущение холода, осторожно приподняла край своего корыта над уровнем снега и глянула в щель.
Первое, что София при этом увидела, были ноги топчущегося рядом с перевёрнутыми санями животного. По крепким рыжим лапам с распушёнными трёхпалыми копытцами на конце девушка опознала капибару. К досаде девушки, животное было очень близко.
Софи понимала, что стоит ей подняться, как она будет замечена и атакована всем стадом разом. И девушка вынуждена была ждать. У неё застыло всё тело. Она чувствовала, что начинает сильно замерзать.
«Ну же, проваливай, -- молила про себя София. – Что тебе здесь делать?»
И в самом деле когда у Софи, казалось, было уже закончились силы и терпение, капибара не спеша пошла прочь от панциря.
Ещё выдержав с минуту – эта была самая мучительная минута для Софии, девушка осторожно огляделась из-под саней. И, наконец, позволила себе подняться.
Капибары почти полным составом уже успели спуститься и втянуться обратно в лабиринт. Только много дальше вдоль склона ещё несколько десятков капибар толпились и толкались в стороне на самом краю снежного откоса.
София всмотрелась и увидела, что там травоядные что-то спешно едят. Ещё чуть-чуть подождав, трясущаяся от холода Софи разглядела – эти звери пожирают останки каких-то животных. И вдруг догадалась. Именно там были застигнуты стадом два не слишком расторопных волка, и поражён электрическим разрядом один слишком расторопный.
Почувствовав движение позади, София резко подскочила на месте от неожиданности, чуть ли не в воздухе описывая вокруг себя круг взмахом глефы. Метрах в пяти от девушки лежала крупная капибара. Она била лапами по снегу, а вокруг животного расползалось, обильно пропитывая снег, красное кровяное пятно.
София не сразу поняла, что произошло. Но, подойдя, удивлённо хмыкнула, заметив рядом свой ранее отброшенный щит из панциря жука-броненосца. Высоко торчащие острые как бритва панцирные шипы с наружной стороны щита были перемазаны кровью. Сопоставив распоротый живот у лежащей рядом раненной капибары, София выяснила причину произошедшего.
С опаской бросив взгляд на пирующих плотью вдалеке капибар, Софи быстро прикончила на снегу обречённое животное. И принялась спешно разделывать добычу, наполняя сани мясом. Снимать шкуру было недосуг – много времени оказалось упущено.
Очень споро работая клинком, София уже минут через пятнадцать нагрузила сани килограммами семьюдесятью свежего парного мяса. Закрыв всё это шкурой из рюкзака, София спешно впряглась в сани. Перед уходом девушка бросила прощальный взгляд вниз со склона на диковинный лабиринт -- снежное пастбище огромного количества травоядных в Долине. Около некоторых входов также теснились и что-то жрали рыжие вояки. Как поняла София – часть капибар пировала останками тех хищников из злосчастно-неудачливой волчьей стаи, коим так и не суждено было вырваться наверх из окружения своею же несостоявшейся добычей.
София не без труда потащила за собой тяжёлый воз прочь от лабиринта.
Стараясь не привлечь к себе лишнего внимания сколь дружных, столь же и агрессивных животных, она вышагивала в сторону лагеря.
Ещё издали девушка заметила троих волков. Звери увидели Софию и трусцой взяли курс на неё.
Софи поняла – это были волки, которым посчастливилось прорваться из капибарного окружения у снежного лабиринта.
Похоже, это, действительно, всё, что осталось от их стаи, сообразила Софи.
Сейчас хищники были лишены выбора добычи. А напротив, голодны, озлоблены произошедшим и, главное, как догадалась София, на них тянуло ветром, дувшим девушке в спину. Животные чуяли запах свежесрезанного кровяного мяса из саней.
София спокойно выцелила первого волка и послала стрелу тому навстречу.
Мощный внезапный удар в грудь отбросил и осадил зверя так, что он осел на заднюю часть. Волк даже не понял, что с ним произошло. Он сидел в снегу на заду, слегка оглушённый, и ошеломлённо оглядывался в сторону товарищей, как бы прося у них поддержки. В то время как на груди у него расплывалось красное пятно – стрела полностью вошла в тело хищника.
Два сзади идущих волка недоумённо остановились, глядя на лидера.
София, давно переставшая разводить сантименты по поводу жизни или смерти кого бы либо здесь, не стала давать оставшимся волкам шанс одуматься. Риск себя не оправдывал.
Поэтому она хладнокровно выцелила второго волка-оленя и всадила с пятидесяти метров стрелу тому в голову.
Башку зверя закинуло назад, и он опрокинулся на спину.
Третий разбойник уже сопоставил смерти своих товарищей и свист лука в руках у странной двуногой, стоящей неподалёку отсюда.
Он не стал выяснять справедливость своей догадки, а, развернувшись, поджав хвост, бросился прочь по своим же следам.
Через неделю девушка прикинула, что запасы мяса у неё стремительно подходят к концу. Выздоравливающая Вялка ела много и с хорошим аппетитом.
Необходимо было произвести вылазку в Долину.
На следующий день София снарядилась в поход. Она покормила и напоила волчицу с Бемби, подновила нодьи, чтобы не оставлять беспомощную волчью семью без защиты, и хотела уже покинуть лагерь. Но бестолковый Бемби как приклеенный упрямо собрался увязаться за ней.
«Надо в будущем обучить парня команде «Ждать»», -- подумала София.
– Я тебя не возьму. Останешься с мамкой. Будешь охранять её вместо меня. Единственный мужик в лагере, как-никак, -- пробормотала она, прилаживая на шею волчонка кожаный ремень в виде ошейника.
Затем София привязала Бемби за ошейник к большому тяжёлому бревну, лежащему посреди лагеря. Она проверила, что щенок может свободно подходить к матери, равноудалённо от всех трёх нодей, расставленных по кругу.
Завернув в шкуру запасы, София привычно подвесила их на дерево. Чтобы не вводить «своих» волков в искушение добраться до съестного.
-- Я скоро буду. А вы пока -- «Ждать!», -- пообещала она подопечным и двинулась на снегоступах в сторону Долины. За ней на прицепе ползли сани из панциря гигантской жужелицы.
Скатившись на санках с кряжа в Долину, София отметила, что скольжение у панцирного корыта значительно лучше с новыми приделанными полозьями. Да и двигаться с таким грузом на прицепе было легче.
София нашла стадо капибар примерно там же, где оставила их в прошлый раз. Но к своему удивлению не смогла узнать это место, которое с тех пор изменилось и стало напоминать какие-то снежные археологические раскопки.
Всё обозримое пространство перед девушкой от края до края было изрыто в снегу на глубину до трёх метров лабиринтом нескончаемых траншей до самой земли. И внутри этих ходов повсеместно двигались капибары Пржевальского.
Девушка стояла на краю этого странного сюрреалистического пастбища и глядела сверху вниз на медленно перемещающиеся косматые рыжие спины с ирокезными гребнями грив на них. Там внизу животные смачно чавкали травой, которая, укрытая трёхметровыми слоями снега, очевидно, не была ни замёрзшей, ни спрессованной. Возможно, этому способствовал тепловой фон, исходящий из-под земли в Долине.
Вначале, София недоумевала, для чего нужно было прорывать такие сложные туннели в снегу, явно беспокоясь о том, чтобы боковые стены были уплотнены и нерушимы. Вместо того, чтобы просто очистить максимальное пространство от снега, освободив наибольшие площади травы для еды. Но через некоторое время девушка поняла, что, освобождая такие площади от высоченных сугробов, потребовалось бы вывозить этот снег в небывалых производственных масштабах за пределы расчищаемой области. Вместо этого, природный гений «надоумил» инстинкты травоядных, разрывая снежные заносы, уплотнять излишки снега в воздвигаемые с боков стены проходов. Так стены становились прочнее, оберегая животных в лабиринте от обрушений. И это освобождало зверей от необходимости девать куда-то излишки снежных масс. Возможно, это помогало также сохранять тепло внизу у самой почвы.
София смотрела, и не могла увидеть пределы границ этого снежного лабиринта, заполненного животными.
«Приехали, -- подумала мрачно София, которую хоть и поразили, но не обрадовали эти грандиозные раскопки в масштабах долины. – Это как же я теперь буду «мясо» промышлять?»
Девушка не без основания переживала. Конечно, сверху, как можно было предположить, убить животное не представлялось проблемой. Например, расстрелять из лука. Но вот в дальнейшем освежевать его в узком проходе, полном агрессивных товарищей убиенного, и потом поднять добычу наверх… Это выглядело задачей невыполнимой.
София задумчиво опустилась на сани: -- «Приехали».
Она заметила вдали конкурентов. Волко-олени. Они скакали поверх стен лабиринта, очевидно решая аналогичные с Софией задачи. На спины пасущихся внизу животных хищники не обращали внимания. Видимо, у них была какая-то цель.
На всякий случай, София взяла лук и наложила на тетиву стрелу. Волки, наверняка, заметили Софи. Но пока что явно считали её много опасней, чем остальная добыча. Очевидно, уже имея представление о странном двуногом существе, жёстко конкурирующем с окружающими хищниками в этих местах. И, взвешивая риски, не интересовались девушкой.
Добежав по стенам до границы лабиринта, стая перескочила с него на нетронутый снег в стороне от Софии. И спустились по снежному косогору вниз к бесчисленным входам в лабиринт. Все волки выбрали себе разные входы, соседствующие между собой. Как по команде вся стая рванула с места и скрылась в лабиринте.
Софи с интересом смотрела, что произойдёт. Ждать пришлось недолго. Почти тут же в продолжениях проходов, в которые нырнули волки, началось движение. В противоположную от входов сторону начали смещаться рыжие спины капибар. К ним по траншеям мчались вскачь серые тени – спины волков. Волки и капибары выглядели, примерно, одного роста. Но капибары были значительно плотнее и тяжелее изящных на их фоне волков. Последние, сойдясь в узких ходах со своей добычей, сразу же попытались атаковать её. Но капибары были не лыком шиты. Отступая, все капибары из этих туннелей искали только одного, места где можно было развернуться мордой к своим обидчикам. Произошёл затор. Некоторые отступающие вглубь лабиринта травоядные при попытке развернуться застряли в проходах. Над разрытой частью Долины раздался протяжный крик перового раненного животного. Как догадалась София – капибары.
И тут же вдруг весь бескрайний лабиринт пришёл в движение.
София готова была поклясться, что услышала дружный топот десятка тысяч копыт разом. Создавая равномерный рокот, всё стадо по всему огромному лабиринту двинулось на выход в сторону Софии. Животные, выскакивая из лабиринта, снизу бросались на снежный подъём. И, взобравшись, устремлялись по снежной целине вдаль, мимо Софии.
Сначала Софи думала, что этим всё и ограничится – звери выскочат их всех проходов гигантского лабиринта, соберутся в стадо и покинут это место. Но вот из тех же ходов, в которых до этого скрылись хищники, волки стали выскакивать обратно. Они бросились на помощь двум собратьям, которые выволакивали за собой из лабиринта двух капибар, отчаянно упирающихся.
София видела сверху, что из некоторых траншей выскакивали капибары, которые вместо подъёма храбро бросались на волков. И таких атакующих травоядных было немало – гораздо больше, чем хищников. Капибары воинственно цапали серых разбойников за что придётся, норовя при этом ещё лягнуть и сшибить агрессоров на землю. И подобные укусы явно оказывались весьма болезненными. Волки вынуждены были вместо доминирования в ситуации занять круговую оборону.
Увлечённая происходящим внизу между волками и капибарами, София не сразу заметила того, что происходит вокруг. А когда оглянулась, то было уже слишком поздно. Оказывается, сотни капибар, выскакивающих и поднимающихся на снежную равнину, не бросились в паническое бегство.
Вместо этого собравшееся на поверхности стадо развернулось в снежной степи и широким фронтом направилось обратно к лабиринту. Животные бежали мощно, тяжеловесно, по колену в снегу, вздымая и раскидывая копытами в стороны снежные массы. Левое и правое крылья стада при этом старались раздаться как можно дальше друг от друга и охватить намного больше пространства, отсекая противнику возможности отступления или обойти стадо с тыла. София с ужасом наблюдала на неумолимо приближающуюся передовую линию многотысячного войска крупных животных, прижимающее её к снежному обрыву со входами в лабиринт.
Девушка панически закрутила головой. Что делать?
«Будь я волком, я бы скакнула обратно на стену лабиринта. Там бы меня не достали, -- мимолётом подумала София. – Но мне не осилить такой прыжок на три метра в высоту. И с края оврага я не допрыгну».
В это время держащие оборону внизу у входа в лабиринт волки уже давно, очевидно, смекнули, что всё пошло не по задуманному. И теперь, прислушиваясь к звукам наверху, поняли, что единственное, оставшееся им – неотложное бегство.
Прорвав кольцо наступающих из лабиринта капибар, волки по-отдельности кинулись наверх на откос. Но увидев уже там рокочущий тяжёлой поступью единый фронт наступающего стада, хищники, заметавшись на краю, припустили вдоль лабиринта. В единственной последней надежде успеть проскользнуть до того, как крылья стада капибар прижмут волков к откосу, откуда снизу поднимались по склону всё новые и новые капибары, выбравшиеся из лабиринта на зов стада.
Трём из шести выбравшихся наверх волков это удалось. Четвёртый отставший хищник, мчавшийся за лидерами что есть силы, даже начал их догонять. Но вдруг раздался громкий хлопок с одновременной вспышкой. И огромный зверь покатился кубарем по снегу, вздымая кучи белых брызг. Метров через десять тело упавшего замерло. От него шёл лёгкий дымок. Отставшие два волка не поспевали. А молния и хлопок и вовсе заставили их остановиться. В следующие секунды левое крыло стада, словно неудержимый поток, настигло волков и погребло их под собой.
София не могла соперничать в беге на своих снегоступах ни с волками, ни со стадом капибар. Безумное решение пришло мгновенно в последнюю минуту. София отбросила в сторону свой шипастый щит, сорванный со спины. А сама мгновенно, перевернув сани панцирем и полозьями вверх, нырнула внутрь, подобравшись и свернувшись под ними калачиком.
В следующие мгновения в панцирь ударили тела нескольких животных. Перевёрнутые сани дёрнулись, больно пришибив Софию под собой. Но при этом обтекаемый панцирь жужелицы не перевернулся, и не отлетел в сторону. Напротив, ещё сильнее врывшись краями в снег.
Над Софией грохотало бегущее мимо стадо разгорячённых животных. Иногда то один, то другой зверь вскользь задевал панцирь копытом или боком, натыкаясь на перевёрнутое корыто. В такие мгновения у Софии в голове будто кто-то бил в огромный громкий барабан. Она, зажмурившись, шипела от страха и неожиданности.
Сколько это продолжалось? Наверное, не больше пяти минут. Но для Софии время застыло в вечность. Она не замечала, что лицом вжалась в обжигающий снег. Она старалась задержать дыхание и не дышать. И когда грохот вокруг постепенно затих, София через минуты три, насколько позволяло ощущение холода, осторожно приподняла край своего корыта над уровнем снега и глянула в щель.
Первое, что София при этом увидела, были ноги топчущегося рядом с перевёрнутыми санями животного. По крепким рыжим лапам с распушёнными трёхпалыми копытцами на конце девушка опознала капибару. К досаде девушки, животное было очень близко.
Софи понимала, что стоит ей подняться, как она будет замечена и атакована всем стадом разом. И девушка вынуждена была ждать. У неё застыло всё тело. Она чувствовала, что начинает сильно замерзать.
«Ну же, проваливай, -- молила про себя София. – Что тебе здесь делать?»
И в самом деле когда у Софи, казалось, было уже закончились силы и терпение, капибара не спеша пошла прочь от панциря.
Ещё выдержав с минуту – эта была самая мучительная минута для Софии, девушка осторожно огляделась из-под саней. И, наконец, позволила себе подняться.
Капибары почти полным составом уже успели спуститься и втянуться обратно в лабиринт. Только много дальше вдоль склона ещё несколько десятков капибар толпились и толкались в стороне на самом краю снежного откоса.
София всмотрелась и увидела, что там травоядные что-то спешно едят. Ещё чуть-чуть подождав, трясущаяся от холода Софи разглядела – эти звери пожирают останки каких-то животных. И вдруг догадалась. Именно там были застигнуты стадом два не слишком расторопных волка, и поражён электрическим разрядом один слишком расторопный.
Почувствовав движение позади, София резко подскочила на месте от неожиданности, чуть ли не в воздухе описывая вокруг себя круг взмахом глефы. Метрах в пяти от девушки лежала крупная капибара. Она била лапами по снегу, а вокруг животного расползалось, обильно пропитывая снег, красное кровяное пятно.
София не сразу поняла, что произошло. Но, подойдя, удивлённо хмыкнула, заметив рядом свой ранее отброшенный щит из панциря жука-броненосца. Высоко торчащие острые как бритва панцирные шипы с наружной стороны щита были перемазаны кровью. Сопоставив распоротый живот у лежащей рядом раненной капибары, София выяснила причину произошедшего.
С опаской бросив взгляд на пирующих плотью вдалеке капибар, Софи быстро прикончила на снегу обречённое животное. И принялась спешно разделывать добычу, наполняя сани мясом. Снимать шкуру было недосуг – много времени оказалось упущено.
Очень споро работая клинком, София уже минут через пятнадцать нагрузила сани килограммами семьюдесятью свежего парного мяса. Закрыв всё это шкурой из рюкзака, София спешно впряглась в сани. Перед уходом девушка бросила прощальный взгляд вниз со склона на диковинный лабиринт -- снежное пастбище огромного количества травоядных в Долине. Около некоторых входов также теснились и что-то жрали рыжие вояки. Как поняла София – часть капибар пировала останками тех хищников из злосчастно-неудачливой волчьей стаи, коим так и не суждено было вырваться наверх из окружения своею же несостоявшейся добычей.
София не без труда потащила за собой тяжёлый воз прочь от лабиринта.
Стараясь не привлечь к себе лишнего внимания сколь дружных, столь же и агрессивных животных, она вышагивала в сторону лагеря.
Ещё издали девушка заметила троих волков. Звери увидели Софию и трусцой взяли курс на неё.
Софи поняла – это были волки, которым посчастливилось прорваться из капибарного окружения у снежного лабиринта.
Похоже, это, действительно, всё, что осталось от их стаи, сообразила Софи.
Сейчас хищники были лишены выбора добычи. А напротив, голодны, озлоблены произошедшим и, главное, как догадалась София, на них тянуло ветром, дувшим девушке в спину. Животные чуяли запах свежесрезанного кровяного мяса из саней.
София спокойно выцелила первого волка и послала стрелу тому навстречу.
Мощный внезапный удар в грудь отбросил и осадил зверя так, что он осел на заднюю часть. Волк даже не понял, что с ним произошло. Он сидел в снегу на заду, слегка оглушённый, и ошеломлённо оглядывался в сторону товарищей, как бы прося у них поддержки. В то время как на груди у него расплывалось красное пятно – стрела полностью вошла в тело хищника.
Два сзади идущих волка недоумённо остановились, глядя на лидера.
София, давно переставшая разводить сантименты по поводу жизни или смерти кого бы либо здесь, не стала давать оставшимся волкам шанс одуматься. Риск себя не оправдывал.
Поэтому она хладнокровно выцелила второго волка-оленя и всадила с пятидесяти метров стрелу тому в голову.
Башку зверя закинуло назад, и он опрокинулся на спину.
Третий разбойник уже сопоставил смерти своих товарищей и свист лука в руках у странной двуногой, стоящей неподалёку отсюда.
Он не стал выяснять справедливость своей догадки, а, развернувшись, поджав хвост, бросился прочь по своим же следам.
