И вдруг всё закончилось. Райс пришёл в себя в очередной раз в том самом положении, с которого началась эта кошмарная ночь — на коленях и в оковах. Тело на удивление не болело, как таковое, но вот помнило о пережитом очень ярко. Хозяйка (смысл отрицать очевидное?) приподняла голову дрожащего мужчины, вглядываясь в глаза, и довольно улыбнулась. Её слова не сразу достигли ошеломлённого разума, но, достучавшись до него, повергли в шок — иллюзия?!
— Что ж, надеюсь, демонстрации того, что с тобой произойдёт за непослушание, окажется достаточно, и не придётся прибегать к этим пыткам наяву. Да, не надо так удивляться, всё, что ты до сих пор переживал, было лишь ментальной иллюзией — я показывала, что могу сделать. И не думай, что наяву тебе будет грозить что-то одно из моего богатого арсенала, а потом смерть — я могу повторить абсолютно всё, из того, что проделывала в твоём воображении, не давая умереть и полностью восстанавливая тело. Или хочешь проверить?
Райс ожесточённо замотал головой — пусть это были воображаемые ощущения (невероятно реалистичные и убедительные!), проверять в реальности эффективность наказаний и возможности госпожи не хотелось.
— Хорошо. В таком случае, ты сейчас поклянёшься мне в верности и послушании, а я приму тебя в новую Семью — Тертуриэс.
Неизбежность. У него нет ни выбора, ни сил противиться воле новой Владычицы. Лиэри отошла в сторону, что-то помешивая в небольшом кубке и наговаривая на него, видимо, заклинание. Затем девушка сняла с шеи медальон с символом Семьи, окунула в жидкость и подошла к Райсу. Он повторил за хозяйкой слова клятвы, мимоходом отметив, что та требует только безоговорочной преданности лично Владычице, а не подчинения любым приказам любой женщины, не удивился запрету разглашать какие-либо события, происходящие внутри Семьи, или сведения, касающиеся её Владычицы, потом выпил пряную, чуть сладковатую жидкость. Но всё, конечно, не могло быть так просто.
Госпожа неожиданно сильно прижала влажный медальон к области сердца мужчины, и тот вновь ощутил боль — жгучую, словно ставили печать раскалённым металлом прямо на сердце. На какой-то момент показалось даже, что оно остановилось. Потом боль, всё так же обжигая, поползла вверх: по груди, на шею, по лицу, и угнездилась на левом виске. Вскоре всё закончилось, а в разуме лишь мелькнуло короткое удивление из-за заметного отличия от обычного ритуала. Ну да чужачка ведь.
Лиэри убрала медальон от его груди, и Райс успел заметить, как исчезают в его толще призрачные иглы, а бросив взгляд себе на кожу, увидел и кровавые следы от проколов. Но действия госпожи повергли его в короткий шок, сменившийся внезапным возбуждением: девушка пригнулась и широким мазком языка слизнула кровь с кожи! Довольно улыбнувшись, она лишь щёлкнула пальцами, а оковы раскрылись сами собой.
— Встань, мой хороший, наша ночь, как и твои обязанности, ещё не закончилась.
Райс поспешил подняться, и поразился, насколько маленькой всё же оказалась его госпожа: сейчас, находясь так близко, девушка макушкой едва достигала его ключиц, кажется, даже и не доставала немного. Но одного он искренне не понимал — как же сможет переспать с ней, что, очевидно, необходимо для завершения какой-то сделки между Владычицами, если Райс панически её сейчас боится?
Впрочем, едва пальчики госпожи легко пробежались по его обнажённой коже, все сомнения и страхи почему-то отошли на второй план, а тело охватила жаркая истома желания. А уж когда, повинуясь жесту, исчезла одежда, обнажая совершенное тело с высокой упругой грудью и острыми розовыми сосками, мысли вообще покинули голову, не позволяя задуматься — почему он так легко возбудился после невиданных мучений, часто приносимых этими самыми, нежными сейчас, пальчиками?
Подобных этой, ночей у него ещё не случалось. И дело не в страстности гибкого тела, не в неоспоримом любовном умении госпожи. Хотя… и в них, конечно, тоже. Но Райс ещё не встречал настолько искренней в своём желании женщины, не боящейся довериться партнёру, позволить мужчине вести в извечном танце. Даже женщины Вольных Лесов предпочитали ведущую роль в сексе, пусть и старались доставить удовольствие и любовнику, в отличие от Владычиц, требовавших только своего удовлетворения, а если мужчина не успел или, наоборот, выдохся, это были только его проблемы. Лиэри не видела ничего постыдного в том, чтобы отдаваться, быть восхитительно слабой и нежной. Впрочем, что может довольно жёстко вести, она тоже продемонстрировала, но злости и негодования, как ни странно, это не вызывало.
Одно Райс понял точно — именно её он ждал все эти годы, не позволяя себе сломаться и покориться местным хозяйкам жизни. Только она достойна подчинения самых сильных и непокорных воинов. По праву сильнейшего. В пылу любовного угара мужчина даже не заметил лёгкого жжения на правом виске, ознаменовавшего появление метки принадлежности — символа его безоговорочной капитуляции.
И когда к середине ночи госпожа велела оставить её, отправиться в свою комнату, которую покажет один из телохранителей, Райс не увидел в этом ничего необычного. Всё правильно — они оба получили своё удовольствие, но теперь Владычица желает отдохнуть в одиночестве. На прощание то лишь сказала:
— Утром я проинструктирую тебя, как надлежит себя вести. Одно запомни — никакой демонстрации постоянного страха передо мной. Да, я могу подвергнуть тебя множеству мучений, наказать самым жестоким способом, но никогда не сделаю этого просто так, ради развлечения. Так что дальнейшая судьба зависит лишь от тебя самого: будешь послушным, исполнительным и верным — сделаю воином, способным достичь значительных высот, не оправдаешь моих ожиданий — навсегда останешься бесправным рабом.
Всё верно. Нет, Райс не забыл пережитое, пусть и не в реальности, не стал меньше бояться хозяйку, но и понимал, что безотчётно дрожать и шарахаться от любого прикосновения глупо — это действительно поведение раба. На душе впервые за многие годы царил покой.
Разбудил меня тихий стук в двери — вчера просила Рена поднять в шесть утра. Не люблю спешки, а подготовиться к приходу Тиалиссы, да кратко проинструктировать Райса надо. Прошедшая ночь вызывала стойкое чувство удовлетворения: если этот раб считался самым неуправляемым, то с остальными сильных проблем не возникнет. Так забавно: оказалось, что местные Владычицы магичили несколько однобоко (поразительно, сколь много знают и замечают рабы, даже если сами не являются магами!). Боевой, защитной и бытовой магией владели на хорошем уровне, целительной гораздо хуже, а вот о ментальной и вовсе не знали, как, впрочем, и о некромантии.
А я ещё удивлялась, почему ошейники столь малоэффективны — просто использовались там не заклинания подчинения, а зелье, в котором вымачивалась кожа, и которое, соответственно, через какое-то время переставало действовать. Зато ментальный природный барьер у этой расы развит очень сильно, даже пришлось поднапрячься, взламывая его у Райса, пусть на фоне испытываемых им запредельных болевых ощущений, это и не оказалось слишком уж трудным делом — боль ослабляет такие преграды довольно эффективно. Не говорю, что было совсем легко: из-за этой помехи пришлось быть излишне жестокой, продолжая пытки, даже когда раб полностью сломался, но щит ещё держался. Представляю, что бедняга подумал о моих склонностях.
Этот ментальный щит мог помешать при принесении клятвы верности, которая как раз открывала мне возможность легко влиять на разум поклявшихся, без каких-либо усилий с моей стороны. Надеюсь, у других барьер не настолько мощный. Да и сам мужчина всё же из самых трудно подчиняемых, с остальными должно быть проще. Окончательным закреплением моего триумфа стали несколько часов бешеной страсти. Райс даже не понял, почему смог завестись от простого прикосновения после того шквала жестокости, что ему довелось перенести. Как любовник он, конечно, неплох, но и не суперхорош — Рен однозначно лучше. Велев дроу позвать новенького, быстро привела себя в порядок — времени на любимые и привычные водные процедуры сейчас нет.
Мгновения ожидания вновь заполнились размышлениями о будущем: как быть с пополнением? Мне нужно, чтобы клятву они принесли как можно скорее — верные воины не будут лишними. Сломать по одному не проблема, но вот время… Его нет, как и раньше. Да и не подвергать же каждого пыткам, пусть и ментальным. А ломать барьер необходимо до принесения клятвы, иначе у меня не будет той полноты власти над их разумом — в здешних условиях, да к тому же с бунтарями, это весьма неблагоразумно. Нет, нужен какой-то другой способ, надо только хорошо подумать. Внезапный шёпот в голове не просто напугал, а ввёл в мгновенный ступор:
— Я могу помочь, надо только принять мою силу…
Паническое сканирование пространства на предмет постороннего ментального вмешательства ничего не дало, кроме тихого смеха в голове. Я что, с ума двинулась? А что, даже боги бывают сумасшедшими. Глубоко вздохнув, мысленно пожелала выяснить — кто мой собеседник? Ответ оказался ещё более шокирующим, чем первое звучание голоса:
— Я — ты… Я — часть божественной сущности твоей матери. Твой разум — разум сильного ментата — отгородил меня, изолировал. Ты называешь меня своей тьмой. И сейчас, когда не можешь найти решение, получилось дотянуться до сознания. Прими…
Слов нет. Это… Эта самая тьма — разумна?!!! Осмысливая новость, я откинулась в кресле. Не хватало обзавестись раздвоением личности. Впрочем, у меня осталось ощущение, что эта… сущность торопилась всё сказать, боясь, что вновь заблокирую её, а значит, говорить со мной просто по желанию она не может. Опасение, что сошла с ума, уже улетучилось, его место заняли быстрые размышления — что это мне сулит и чем грозит? Принять внутреннюю тьму. Божественную сущность. А что если она поработит меня, изменит? Опасно… Голос превратился в шелест, но всё же был различим.
— Нет, не бойся! Слияние со мной лишь сделает тебя сильнее… сделает… настоящей богиней, пусть и слабой, новорождённой. И вплетя эту новую силу в состав зелья для клятвы, ты сможешь преодолевать ментальные барьеры без всяких предварительных усилий. И ещё. Эти слуги будут не просто преданы, они будут верить в тебя и твою мощь, первые адепты, и эта вера станет питать божественную суть. Ты сможешь сделать этот мир своим!
Так заманчиво… Стать полноценной богиней. Мощь, несопоставимая с просто магией, и в условиях этого мира соперников у меня не будет. Ммм… Нет, надо обдумать всё в спокойной обстановке, не в спешке. Дав такое обещание себе и… себе, сознательно закрыла разум от неожиданно проявившейся сущности и заставила эмоции успокоиться.
К моменту прихода Райса я была полностью готова к встрече с Первой Владычицей: надела специально созданный вчера традиционный костюм Глав Семей, забрала волосы в высокий хвост, слегка подвела губы и глаза. Надо признать, костюм оказался верхом удобства при том, что смотрелся очень эффектно.
Чёрные облегающие штаны, заправленные в невысокие сапожки на каблуке.Чёрная же рубашка, украшенная серо-голубой вышивкой, с широкими рукавами на манжетах и круглым вырезом (не слишком глубоким), поверх которой надевался корсет (охватывал тело от середины ягодиц, заканчиваясь под грудью) с завязками спереди.А от него отходило что-то вроде плотной верхней юбки до середины голени, но она не закрывала ноги спереди, а как бы расходилась в стороны, и сзади разрез был до самого корсета. Точные названия деталей никогда меня особо не интересовали, потом как-нибудь узнаю, при случае. Цвет верхней одежды мог варьироваться, но на официальные мероприятия старались использовать родовые цвета, и я выбрала таковым тёмно-синий. В общем, мне понравилось, как выгляжу.
Вошедший раб сначала заметно растерялся от явившейся ему картины, но быстро опомнился и опустился на колени, склоняя голову. Как и приказывала, на мужчине были лишь свободные простые штаны, на груди не осталось и следа от внедрения заклинания, а вот нить принадлежности и подчинения исправно тянулась ко мне прямо из сердца (хорошо, что видеть её обычные смертные не могут — только боги и близкие к ним существа), да и знаки Семьи с висков никуда не исчезли.
Отлично — разработанный ритуал принятия в семью (его механизм у местных не стала даже пытаться разобрать, мой проще и удобнее), объединённый с модифицированной клятвой верности демонов, прекрасно работает. Самое интересное, что на психику клятва демонов оставила своё влияние, поскольку в эмоциональном фоне Райса я не ощущала ни бунта, ни желания сбежать — только покорность судьбе и страх не суметь угодить хозяйке. Прекрасная альтернатива моим способностям — необходимое количество верных слуг не убивать же, в самом деле. Ммм… Не перестаралась ли явсё же с демонстрацией наказаний? А, нет, страх был мимолётный, из-за непонимания как себя вести. Подошла к мужчине и легонько провела по волосам.
— Хороший мальчик. Ты выбрал совершенно правильную линию поведения. Но скоро прибудет Первая Владычица, и очень надеюсь, что и тогда не подведёшь меня.
После инструктажа раба отправилась на завтрак: времени достаточно, а потом неизвестно, когда вернусь и смогу расслабиться — позволять Тиалиссе диктовать свои условия не входит в мои планы, так что в её подземелья отправимся сразу, как хозяйка города признает мой успех в укрощении бунтаря.
Никогда не была сторонницей лёгких перекусов, и мои телохранители прекрасно об этом знают. Так что, когда вошла в столовую, на столе красовались несколько запеканок, овощной салат, бутерброды, выпечка (как сладкая, так и с мясной начинкой) и великолепный напиток — кофе, здесь носивший название кифата. Он несколько отличался вкусом от привычного мне, но так же бодрил, что очень радовало — без этого напитка, с тех пор как вообще попробовала его в каком-то из множества пройденных миров, с утра мои обычные несдержанность и раздражительность почему-то становились ещё сильнее.
Я уже допивала кифат, когда Рен доложил о прибывшей гостье. Что у Тиалиссы не отнять, так это невероятной пунктуальности. Велела дроу незаметно провести ко мне Райса — сейчас опоздание станет лишь завершающим штрихом победы над хитроумной противницей. А пока… пусть порадуется, строя ошибочные предположения.
Я вошла в гостиную спустя пять минут после прибытия Тиалиссы, с гордо поднятой головой. Какое же это наслаждение: наблюдать, как сходит с надменного лица снисходительно-сочувствующая улыбка, сменяясь недоумением, а потом и неверием! Ведь позади меня босиком, опустив глаза в пол, совершенно послушно шёл Райс — без ошейника и охраны!!! Да ещё и сверкая знаками на обоих висках. Но добило Первую Владычицу то, как он безропотно опустился на колени подле кресла, после того, как я села. И не важно, что она почти сразу взяла себя в руки, вернув доброжелательность на лицо: я уже увидела её слабость.
Сейчас, ошарашенная, Тиалисса несколько ослабила природные щиты, и я читала её озадаченность, злость, зависть… опасение? Это не есть хорошо — пусть угрожать ей и не собираюсь, но это пока. А желание защитить своё положение даже от гипотетической угрозы вполне может сподвигнуть хозяйку города на нежелательные поступки.
— Что ж, надеюсь, демонстрации того, что с тобой произойдёт за непослушание, окажется достаточно, и не придётся прибегать к этим пыткам наяву. Да, не надо так удивляться, всё, что ты до сих пор переживал, было лишь ментальной иллюзией — я показывала, что могу сделать. И не думай, что наяву тебе будет грозить что-то одно из моего богатого арсенала, а потом смерть — я могу повторить абсолютно всё, из того, что проделывала в твоём воображении, не давая умереть и полностью восстанавливая тело. Или хочешь проверить?
Райс ожесточённо замотал головой — пусть это были воображаемые ощущения (невероятно реалистичные и убедительные!), проверять в реальности эффективность наказаний и возможности госпожи не хотелось.
— Хорошо. В таком случае, ты сейчас поклянёшься мне в верности и послушании, а я приму тебя в новую Семью — Тертуриэс.
Неизбежность. У него нет ни выбора, ни сил противиться воле новой Владычицы. Лиэри отошла в сторону, что-то помешивая в небольшом кубке и наговаривая на него, видимо, заклинание. Затем девушка сняла с шеи медальон с символом Семьи, окунула в жидкость и подошла к Райсу. Он повторил за хозяйкой слова клятвы, мимоходом отметив, что та требует только безоговорочной преданности лично Владычице, а не подчинения любым приказам любой женщины, не удивился запрету разглашать какие-либо события, происходящие внутри Семьи, или сведения, касающиеся её Владычицы, потом выпил пряную, чуть сладковатую жидкость. Но всё, конечно, не могло быть так просто.
Госпожа неожиданно сильно прижала влажный медальон к области сердца мужчины, и тот вновь ощутил боль — жгучую, словно ставили печать раскалённым металлом прямо на сердце. На какой-то момент показалось даже, что оно остановилось. Потом боль, всё так же обжигая, поползла вверх: по груди, на шею, по лицу, и угнездилась на левом виске. Вскоре всё закончилось, а в разуме лишь мелькнуло короткое удивление из-за заметного отличия от обычного ритуала. Ну да чужачка ведь.
Лиэри убрала медальон от его груди, и Райс успел заметить, как исчезают в его толще призрачные иглы, а бросив взгляд себе на кожу, увидел и кровавые следы от проколов. Но действия госпожи повергли его в короткий шок, сменившийся внезапным возбуждением: девушка пригнулась и широким мазком языка слизнула кровь с кожи! Довольно улыбнувшись, она лишь щёлкнула пальцами, а оковы раскрылись сами собой.
— Встань, мой хороший, наша ночь, как и твои обязанности, ещё не закончилась.
Райс поспешил подняться, и поразился, насколько маленькой всё же оказалась его госпожа: сейчас, находясь так близко, девушка макушкой едва достигала его ключиц, кажется, даже и не доставала немного. Но одного он искренне не понимал — как же сможет переспать с ней, что, очевидно, необходимо для завершения какой-то сделки между Владычицами, если Райс панически её сейчас боится?
Впрочем, едва пальчики госпожи легко пробежались по его обнажённой коже, все сомнения и страхи почему-то отошли на второй план, а тело охватила жаркая истома желания. А уж когда, повинуясь жесту, исчезла одежда, обнажая совершенное тело с высокой упругой грудью и острыми розовыми сосками, мысли вообще покинули голову, не позволяя задуматься — почему он так легко возбудился после невиданных мучений, часто приносимых этими самыми, нежными сейчас, пальчиками?
Подобных этой, ночей у него ещё не случалось. И дело не в страстности гибкого тела, не в неоспоримом любовном умении госпожи. Хотя… и в них, конечно, тоже. Но Райс ещё не встречал настолько искренней в своём желании женщины, не боящейся довериться партнёру, позволить мужчине вести в извечном танце. Даже женщины Вольных Лесов предпочитали ведущую роль в сексе, пусть и старались доставить удовольствие и любовнику, в отличие от Владычиц, требовавших только своего удовлетворения, а если мужчина не успел или, наоборот, выдохся, это были только его проблемы. Лиэри не видела ничего постыдного в том, чтобы отдаваться, быть восхитительно слабой и нежной. Впрочем, что может довольно жёстко вести, она тоже продемонстрировала, но злости и негодования, как ни странно, это не вызывало.
Одно Райс понял точно — именно её он ждал все эти годы, не позволяя себе сломаться и покориться местным хозяйкам жизни. Только она достойна подчинения самых сильных и непокорных воинов. По праву сильнейшего. В пылу любовного угара мужчина даже не заметил лёгкого жжения на правом виске, ознаменовавшего появление метки принадлежности — символа его безоговорочной капитуляции.
И когда к середине ночи госпожа велела оставить её, отправиться в свою комнату, которую покажет один из телохранителей, Райс не увидел в этом ничего необычного. Всё правильно — они оба получили своё удовольствие, но теперь Владычица желает отдохнуть в одиночестве. На прощание то лишь сказала:
— Утром я проинструктирую тебя, как надлежит себя вести. Одно запомни — никакой демонстрации постоянного страха передо мной. Да, я могу подвергнуть тебя множеству мучений, наказать самым жестоким способом, но никогда не сделаю этого просто так, ради развлечения. Так что дальнейшая судьба зависит лишь от тебя самого: будешь послушным, исполнительным и верным — сделаю воином, способным достичь значительных высот, не оправдаешь моих ожиданий — навсегда останешься бесправным рабом.
Всё верно. Нет, Райс не забыл пережитое, пусть и не в реальности, не стал меньше бояться хозяйку, но и понимал, что безотчётно дрожать и шарахаться от любого прикосновения глупо — это действительно поведение раба. На душе впервые за многие годы царил покой.
***
Разбудил меня тихий стук в двери — вчера просила Рена поднять в шесть утра. Не люблю спешки, а подготовиться к приходу Тиалиссы, да кратко проинструктировать Райса надо. Прошедшая ночь вызывала стойкое чувство удовлетворения: если этот раб считался самым неуправляемым, то с остальными сильных проблем не возникнет. Так забавно: оказалось, что местные Владычицы магичили несколько однобоко (поразительно, сколь много знают и замечают рабы, даже если сами не являются магами!). Боевой, защитной и бытовой магией владели на хорошем уровне, целительной гораздо хуже, а вот о ментальной и вовсе не знали, как, впрочем, и о некромантии.
А я ещё удивлялась, почему ошейники столь малоэффективны — просто использовались там не заклинания подчинения, а зелье, в котором вымачивалась кожа, и которое, соответственно, через какое-то время переставало действовать. Зато ментальный природный барьер у этой расы развит очень сильно, даже пришлось поднапрячься, взламывая его у Райса, пусть на фоне испытываемых им запредельных болевых ощущений, это и не оказалось слишком уж трудным делом — боль ослабляет такие преграды довольно эффективно. Не говорю, что было совсем легко: из-за этой помехи пришлось быть излишне жестокой, продолжая пытки, даже когда раб полностью сломался, но щит ещё держался. Представляю, что бедняга подумал о моих склонностях.
Этот ментальный щит мог помешать при принесении клятвы верности, которая как раз открывала мне возможность легко влиять на разум поклявшихся, без каких-либо усилий с моей стороны. Надеюсь, у других барьер не настолько мощный. Да и сам мужчина всё же из самых трудно подчиняемых, с остальными должно быть проще. Окончательным закреплением моего триумфа стали несколько часов бешеной страсти. Райс даже не понял, почему смог завестись от простого прикосновения после того шквала жестокости, что ему довелось перенести. Как любовник он, конечно, неплох, но и не суперхорош — Рен однозначно лучше. Велев дроу позвать новенького, быстро привела себя в порядок — времени на любимые и привычные водные процедуры сейчас нет.
Мгновения ожидания вновь заполнились размышлениями о будущем: как быть с пополнением? Мне нужно, чтобы клятву они принесли как можно скорее — верные воины не будут лишними. Сломать по одному не проблема, но вот время… Его нет, как и раньше. Да и не подвергать же каждого пыткам, пусть и ментальным. А ломать барьер необходимо до принесения клятвы, иначе у меня не будет той полноты власти над их разумом — в здешних условиях, да к тому же с бунтарями, это весьма неблагоразумно. Нет, нужен какой-то другой способ, надо только хорошо подумать. Внезапный шёпот в голове не просто напугал, а ввёл в мгновенный ступор:
— Я могу помочь, надо только принять мою силу…
Паническое сканирование пространства на предмет постороннего ментального вмешательства ничего не дало, кроме тихого смеха в голове. Я что, с ума двинулась? А что, даже боги бывают сумасшедшими. Глубоко вздохнув, мысленно пожелала выяснить — кто мой собеседник? Ответ оказался ещё более шокирующим, чем первое звучание голоса:
— Я — ты… Я — часть божественной сущности твоей матери. Твой разум — разум сильного ментата — отгородил меня, изолировал. Ты называешь меня своей тьмой. И сейчас, когда не можешь найти решение, получилось дотянуться до сознания. Прими…
Слов нет. Это… Эта самая тьма — разумна?!!! Осмысливая новость, я откинулась в кресле. Не хватало обзавестись раздвоением личности. Впрочем, у меня осталось ощущение, что эта… сущность торопилась всё сказать, боясь, что вновь заблокирую её, а значит, говорить со мной просто по желанию она не может. Опасение, что сошла с ума, уже улетучилось, его место заняли быстрые размышления — что это мне сулит и чем грозит? Принять внутреннюю тьму. Божественную сущность. А что если она поработит меня, изменит? Опасно… Голос превратился в шелест, но всё же был различим.
— Нет, не бойся! Слияние со мной лишь сделает тебя сильнее… сделает… настоящей богиней, пусть и слабой, новорождённой. И вплетя эту новую силу в состав зелья для клятвы, ты сможешь преодолевать ментальные барьеры без всяких предварительных усилий. И ещё. Эти слуги будут не просто преданы, они будут верить в тебя и твою мощь, первые адепты, и эта вера станет питать божественную суть. Ты сможешь сделать этот мир своим!
Так заманчиво… Стать полноценной богиней. Мощь, несопоставимая с просто магией, и в условиях этого мира соперников у меня не будет. Ммм… Нет, надо обдумать всё в спокойной обстановке, не в спешке. Дав такое обещание себе и… себе, сознательно закрыла разум от неожиданно проявившейся сущности и заставила эмоции успокоиться.
К моменту прихода Райса я была полностью готова к встрече с Первой Владычицей: надела специально созданный вчера традиционный костюм Глав Семей, забрала волосы в высокий хвост, слегка подвела губы и глаза. Надо признать, костюм оказался верхом удобства при том, что смотрелся очень эффектно.
Чёрные облегающие штаны, заправленные в невысокие сапожки на каблуке.Чёрная же рубашка, украшенная серо-голубой вышивкой, с широкими рукавами на манжетах и круглым вырезом (не слишком глубоким), поверх которой надевался корсет (охватывал тело от середины ягодиц, заканчиваясь под грудью) с завязками спереди.А от него отходило что-то вроде плотной верхней юбки до середины голени, но она не закрывала ноги спереди, а как бы расходилась в стороны, и сзади разрез был до самого корсета. Точные названия деталей никогда меня особо не интересовали, потом как-нибудь узнаю, при случае. Цвет верхней одежды мог варьироваться, но на официальные мероприятия старались использовать родовые цвета, и я выбрала таковым тёмно-синий. В общем, мне понравилось, как выгляжу.
Вошедший раб сначала заметно растерялся от явившейся ему картины, но быстро опомнился и опустился на колени, склоняя голову. Как и приказывала, на мужчине были лишь свободные простые штаны, на груди не осталось и следа от внедрения заклинания, а вот нить принадлежности и подчинения исправно тянулась ко мне прямо из сердца (хорошо, что видеть её обычные смертные не могут — только боги и близкие к ним существа), да и знаки Семьи с висков никуда не исчезли.
Отлично — разработанный ритуал принятия в семью (его механизм у местных не стала даже пытаться разобрать, мой проще и удобнее), объединённый с модифицированной клятвой верности демонов, прекрасно работает. Самое интересное, что на психику клятва демонов оставила своё влияние, поскольку в эмоциональном фоне Райса я не ощущала ни бунта, ни желания сбежать — только покорность судьбе и страх не суметь угодить хозяйке. Прекрасная альтернатива моим способностям — необходимое количество верных слуг не убивать же, в самом деле. Ммм… Не перестаралась ли явсё же с демонстрацией наказаний? А, нет, страх был мимолётный, из-за непонимания как себя вести. Подошла к мужчине и легонько провела по волосам.
— Хороший мальчик. Ты выбрал совершенно правильную линию поведения. Но скоро прибудет Первая Владычица, и очень надеюсь, что и тогда не подведёшь меня.
После инструктажа раба отправилась на завтрак: времени достаточно, а потом неизвестно, когда вернусь и смогу расслабиться — позволять Тиалиссе диктовать свои условия не входит в мои планы, так что в её подземелья отправимся сразу, как хозяйка города признает мой успех в укрощении бунтаря.
Никогда не была сторонницей лёгких перекусов, и мои телохранители прекрасно об этом знают. Так что, когда вошла в столовую, на столе красовались несколько запеканок, овощной салат, бутерброды, выпечка (как сладкая, так и с мясной начинкой) и великолепный напиток — кофе, здесь носивший название кифата. Он несколько отличался вкусом от привычного мне, но так же бодрил, что очень радовало — без этого напитка, с тех пор как вообще попробовала его в каком-то из множества пройденных миров, с утра мои обычные несдержанность и раздражительность почему-то становились ещё сильнее.
Я уже допивала кифат, когда Рен доложил о прибывшей гостье. Что у Тиалиссы не отнять, так это невероятной пунктуальности. Велела дроу незаметно провести ко мне Райса — сейчас опоздание станет лишь завершающим штрихом победы над хитроумной противницей. А пока… пусть порадуется, строя ошибочные предположения.
ГЛАВА 6
Я вошла в гостиную спустя пять минут после прибытия Тиалиссы, с гордо поднятой головой. Какое же это наслаждение: наблюдать, как сходит с надменного лица снисходительно-сочувствующая улыбка, сменяясь недоумением, а потом и неверием! Ведь позади меня босиком, опустив глаза в пол, совершенно послушно шёл Райс — без ошейника и охраны!!! Да ещё и сверкая знаками на обоих висках. Но добило Первую Владычицу то, как он безропотно опустился на колени подле кресла, после того, как я села. И не важно, что она почти сразу взяла себя в руки, вернув доброжелательность на лицо: я уже увидела её слабость.
Сейчас, ошарашенная, Тиалисса несколько ослабила природные щиты, и я читала её озадаченность, злость, зависть… опасение? Это не есть хорошо — пусть угрожать ей и не собираюсь, но это пока. А желание защитить своё положение даже от гипотетической угрозы вполне может сподвигнуть хозяйку города на нежелательные поступки.
